Kitobni o'qish: «Охота на маску. Разбивая иллюзии»

Глава 1

– Ну, чего молчишь, рассказывай, – произнес император.

Только очень близкие люди могли бы заметить в его голосе нетерпение. Нарухито как раз был из их числа.

– С мыслями собираюсь, – усмехнулся он. – Впрочем, можешь почитать доклад, – кивнул принц на рабочий стол отца.

Бросив взгляд на толстую папку, император сдержал вздох. Канцелярщина потом, сначала надо послушать, что скажет сын.

– Собирайся с мыслями и говори, – велел император.

– Что ж… – пожевал губами Нарухито. – На самом деле я и правда не знаю, с чего начать. Все это дело – одна большая загадка.

– Кто на них напал? – решил помочь ему монарх.

– Неизвестно, – ответил Нарухито. – Ни одного трупа нападавших найти не удалось.

– Это как? – удивился император.

– Не знаю, пап, – покачал головой Нарухито. – Разрушения, будто армия сражалась, но среди погибших – только слуги Аматэру и молодой Тоётоми. Я тебе больше скажу – повреждения у некоторых убитых такие, будто они со зверями дрались.

Император нахмурился.

– Что сами Аматэру говорят? – спросил он. – Хотя стой, дай догадаюсь – дела рода?

– Именно, – кивнул Нарухито. – Я с Синдзи-куном еще не говорил, а остальным он твердит о делах рода, секретности и тому подобном. Думаю, и мне ничего не скажет, но надеюсь, что хоть намекнет.

– Хм… – выдал недовольный император. – Погибшие среди посторонних есть?

– Хочешь на это надавить? – приподнял бровь Нарухито. – Совсем – того?

– Просто спрашиваю, – ворчливо ответил отец.

– Нет таких, – произнес Нарухито.

Да и если бы были… Слишком много нюансов. Начиная с того, что Аматэру защищались на своей территории, и заканчивая тем, что это древний род, который имеет право на свои личные секретные дела. При соблюдении законов империи. Про статус братского рода и говорить нечего. В общем, не получится надавить на Аматэру через погибших подданных империи. Они в своем праве. А даже если бы император и попробовал, Нарухито горой встал бы на защиту прав Аматэру.

– Что по тем, кого из домов вытащили? – задал следующий вопрос император.

– Все спали, – ответил Нарухито. – В момент нападения все в паре кварталов вокруг дома Аматэру спали. Ни одного свидетеля.

– Так, – потер лоб император. – Что спецы говорят? Что это за артефакт такой?

– Арфа Морфея, – начал Нарухито. – Бубен Нидры. Это из того, что известно, где находится. Есть еще Колокольчик Власти, но он потерян около тысячи лет назад. Ну и Мнимая Смерть, что лежит в нашей сокровищнице.

– Бубен у индийцев, а у кого Арфа? – спросил император.

– У филиппинского короля, – ответил Нарухито. – Точнее, у их рода. Ну ты понял.

– Филиппинцы? – посмотрел на сына монарх.

– Очень сомневаюсь, – покачал тот головой.

– Да я и сам… – поморщился император. – Но кто тогда? Во всплывший из небытия потерянный артефакт я не верю.

Бросив на отца удивленный взгляд, Нарухито спросил:

– Почему? У нас на руках Маска Вечности. Кому, как не нам, верить в подобное?

– Потому что такое не происходит каждый день, – ответил император со вздохом. – Где это видано, чтобы за столь короткий промежуток времени начали всплывать потерянные артефакты? Ну ладно, ладно… – поднял он руки. – Я признаю, что это возможно, но не верю.

– Но филиппинцы? – иронично произнес Нарухито. – Тогда уж индийцы.

– Этим сейчас не до того, – покачал головой император.

– Так и на Филиппинах не все спокойно, – напомнил Нарухито.

– Дела-а-а… – протянул монарх.

Помолчали.

– Кстати, есть еще кое-что, – нарушил тишину Нарухито и, после того как отец посмотрел на него, продолжил: – Нашлись свидетели, которые видели над кварталом Аматэру висящие в воздухе техники. Один даже заснял их на смартфон. Девять огненных мечей с одной стороны и очень проработанный дракон из молний с другой. Я молчу о том, что техниками так и не воспользовались, что уже странно, тут другое интересно. Единственный боец, способный выдать что-то подобное из огненной стихии, был вытащен из полуразрушенного дома. Спящим. А с «молнией» у Аматэру на таком уровне вообще никто не работает.

– Что за техники, определили? – спросил император.

– Мне предоставили восемнадцать возможных вариантов огненной техники и двадцать два стихии молнии, – ответил Нарухито, усмехнувшись. – Все не меньше уровня Мастер.

– То есть это было что-то родовое, – произнес император задумчиво.

– Не о том думаешь, отец, – вздохнул Нарухито. – У Аматэру не было никого, кто бы мог создать нечто подобное. Так что либо к ним пришли на помощь, либо у них есть еще один неизвестный Мастер. И я очень надеюсь на второе, потому что первый вариант вызывает множество вопросов. А, точно, забыл сказать. Мы не знаем, что сейчас творится внутри поместья Аматэру, но на улице не замечено ничего сожженного. И я этого просто не понимаю. Там определенно сражался минимум Мастер огня, но даже следов этого Мастера нет. Да, кое-где имеются подпалины, но… Мастер огня – минимум Мастер – не оставляет после себя всего лишь подпалины.

– Значит, это была помощь в последний момент? – приподнял брови император.

– Либо Мастер-универсал, – кивнул Нарухито. – Предположительно стихий ветра и огня.

Постучав пальцами по подлокотнику кресла, император произнес:

– Давненько я не встречался с таким количеством загадок. В одном деле. Еще что-то есть?

– Детали там, – кивнул Нарухито на стол. – От себя я все сказал. Может, что-то и упустил, но ничего существенного.

– М-да-а-а… – протянул император. – Попробуй прояснить обстановку у самих Аматэру. В их тайны особо не лезь, но мы должны знать, с какой стороны их надо прикрыть.

– Попробую, пап. Благодаря тебе нам только и остается, что пробовать.

– Свободен, – раздраженно махнул рукой император.

– Господин, – окликнули меня.

Повернувшись, увидел Каджо Суйсэна, протягивающего мне мобильник.

Вдох-выдох. Сейчас мне предстоит неприятный разговор. Минут… Ну да, шесть минут назад я попросил старика связаться с самым старшим из тех, кто сейчас находится в токийском особняке Тоётоми. Просто у меня всего два номера этого рода – Кена и того самого особняка. Можно и другие номера найти, но особого смысла в этом нет.

Взяв мобильник, поднес его к уху.

– Это Аматэру Синдзи. С кем я сейчас говорю? – спросил я.

– Тоётоми Такуми, Аматэру-сан, – услышал молодой голос.

Блин, брат Кена. Я все-таки надеялся, что это будет кто-то другой. В отличие от Токугава, у Тоётоми все еще полно взрослых, правда, не в главной семье. У Кена помимо Такуми оставался еще один брат, совсем мелкий, и две сестры, так что старший в роду сейчас именно Такуми. И теперь я должен сообщить парню, что его старший брат и глава рода умер, будучи моим гостем.

– Здравствуй, Такуми-кун, – начал я. – Мне очень неприятно это говорить, но твой брат погиб.

– Чт… Что? – раздалось из трубки. – О чем ты? Син… – мы с ним не то чтобы друзья, но в свое время он был достаточно близок ко мне, чтобы называть по имени. – Что значит – умер? Как?

– На мой особняк напали, – ответил я. – Окружили и напали. Я не мог не то что Кена вывести, даже своих женщин. Как ты понимаешь, твой брат не пожелал отсиживаться за спинами слуг. Да и… Да и кто бы, обладая гордостью, смог? Мне правда жаль, что так получилось. Сегодня мы многих потеряли, но Кен… Твой брат до конца оставался мне другом. Я понимаю, что твоя боль и горечь поболее моей, но поверь, я сейчас произношу не формальные слова соболезнования. Мне тоже…

– Да будь ты проклят! – выкрикнул Такуми. – Чертов урод! Скольких еще ты убьешь?! Сколько еще Тоётоми должно умереть, чтобы ты успокоился?! Тварь… Как же я тебя ненавижу…

Парня можно было понять. Я даже злиться на такое не мог. Впрочем, и разговора уже не получилось.

– Приезжайте за телом, – произнес спокойным тоном.

В ответ раздался скрежет и связь оборвалась. Такое впечатление, что Такуми не звонок сбросил, а тупо раздавил мобильник в руке. Ну или телефон разбил. Не знаю, что у него за аппарат.

– Еще приказы, господин? – спросил Каджо, беря в руку протянутый мной смартфон.

– Нет, – ответил я. – Пока просто побудь рядом. Что там с Торемазу, узнали?

– Ее только что доставили в больницу, господин, – ответил Каджо. – У нас пока нет информации о ее состоянии.

– Понятно, – пробормотал я.

Тори нашли недалеко от нашего дома, буквально в паре кварталов от него. Ее машина врезалась в забор стоящего у дороги дома, и, судя по информации нашедших ее слуг, состояние девушки было довольно опасным. Как и ее водителя. И да, они оба просто заснули в какой-то момент, из-за чего машина потеряла управление. Ее семье я уже отзвонился, так что они в курсе. Расшаркиваться перед Акэти я не намерен, так как в их случае, в отличие от Тоётоми, Аматэру с любой стороны не при делах. Правда, сам я толику вины все же чувствовал. Хотя, опять же, чисто технически ни Аматэру, ни я лично вообще ни в чем не виновны.

– Господин, – подошел ко мне один из охранников, – Хэгури Ватару-сан просит о встрече.

– Ха-а-а… – вздохнул я, после чего повернул голову влево, чтобы посмотреть на небольшой блокпост на краю квартала. – Сейчас подойду.

Находился я на том месте, где совсем недавно были ворота, и по факту ничего не делал. Самыми важными делами занимались без меня, а я лишь принимал доклады и вел разговоры с большими шишками. Сначала с капитаном полиции ближайшего участка, потом с представителем мэрии Токио, потом с заместителем главы ИСБ, теперь вот прибыл глава рода, являющегося вассальным императорскому. Хэгури, к слову, негласно контролируют канцелярию, как имперскую, так и императорскую. Хотя последнее не очень важно, главное то, что они вассалы императора.

Пока шел по дороге, следил за тем, как рабочие расчищают разрушенные дома. Не мои рабочие, вполне себе городские. Из всех служб, представители которых сейчас сновали по кварталу, только часть медперсонала можно назвать моим. Во всяком случае, две машины «скорой помощи» прибыли из моей ближайшей больницы. Остальные из других, но тоже ближайших. К сожалению, одна больница не может взвалить на себя весь фронт работ, в конце концов, там и без этого есть чем заняться.

Я, кстати, тоже помогал при разгребании завалов. Ну как помогал? Показывал, где находятся метки живых существ. На удивление, по предварительным подсчетам, за пределами особняка в квартале никто не погиб. Хотя некоторые здания, точнее, их состояние, прямо-таки кричали о том, что здесь должны быть одни мертвецы. Например, особняк напротив моего, который мы так и не сумели купить, буквально сложился как карточный домик, но я все равно чувствовал в нем четыре метки живых людей. А там как раз четверо и жили.

Рядом с блокпостом, точнее, его имитацией, стоял массивный стол со стульями, которые мои люди вытащили из ближайшего разрушенного дома. Нашего дома, мы ж не воришки. Хэгури ждал недалеко от стола. Один. За его спиной виднелась черная машина с тонированными стеклами, в которой сидело еще двое, но ко мне он отправился в одиночестве. При моем приближении дернул рукой, поправляя рукав кимоно, после чего поклонился.

– Приветствую, Аматэру-сан, – произнес он одновременно с поклоном.

– Хэгури-сан, – кивнул я и указал рукой на стол, – прошу.

Забавно, а ведь не так уж и давно именно я гнул перед ним спину, пытаясь выкупить Накамуру. Точнее, умаслить род Хэгури, чтобы они не злились на позволившего себе лишнего полицейского. Тогда уже бывшего полицейского. И ведь отмазал Накамуру, не пошли Хэгури на принцип как те же Ямана – последние еще и нагрубили нехило. В общем, даже во времена моего «простолюдинства» Хэгури показывали себя с лучшей стороны. Во всяком случае, в отношении меня, но не стоит забывать, что они все-таки вошли в число тех родов, которых допекал Накамура. То есть грешки за ними водятся. По словам Гая, два молодых члена рода Хэгури неслабо напились и полезли в драку с толпой таких же пьяных простолюдинов. Как итог – семь трупов и ни одного свидетеля. При том, что простолюдинов было четырнадцать человек. Тупой молодняк, он и у вассалов императора тупой молодняк.

Усевшись за стол напротив Ватару, изобразил ожидание. Мол, давай, говори, зачем пришел.

– Что ж, – постучал он пальцем по столу. – Думаю, вы и так понимаете, зачем я здесь. На территории квартала, где вы проживаете, произошел бой, в результате которого у вас имеются потери. Его величество обеспокоен наглыми действиями нападавших. Напасть на главу братского рода в столице его страны, используя непонятный, но весьма мощный артефакт сна – это если и не вызов его величеству, то очень близко. Никто не пытается лезть в ваши дела, но вы хотя бы можете сказать, кто на вас напал?

– Нет, – ответил я коротко.

– Вы не знаете, или… – замолчал Хэгури многозначительно.

– Это дела рода, – ответил я спокойно. – И само нападение, и личности нападавших. Мы ничего не скрываем, но и говорить не намерены.

– Без вашего содействия расследовать это дело будет очень сложно, – произнес он.

– Вы уж простите, – вздохнул я. – Но это не мои проблемы.

– Аматэру-сан… – потер Ватару лоб. – Я не понимаю, что такого в раскрытии личности напавших? Никто ведь не собирается лезть в ваши дела.

– Хэгури-сан…

– Нет, – поднял он руку. – Послушайте меня. У его величества, у всего императорского рода, как и у нас, его вассалов, как и у чиновников, военных и многих других, кто служит стране, есть определенные обязательства. Долг. И сейчас очень многие считают, что те, кто на вас напал, могут оказаться угрозой для страны. Эти… личности использовали очень могущественный и редкий артефакт. Вы уже должны знать, что не только ваш квартал, но и все соседние погрузились в сон. Кто даст гарантию, что завтра ваши враги не захотят навредить вам… ну не знаю… выкрав с военных баз нашей страны какое-нибудь оружие помощнее? Или не погрузят в сон дворец императора, чтобы похитить кого-нибудь из императорского рода и шантажировать вас? Пусть даже для того, чтобы что-то изменить в документах, хранящихся во дворце. В общем, они могут сделать что-то, что повредит стране или императорскому роду, лишь бы добраться до вас.

– Вы преувеличиваете, – хмыкнул я.

– Не зная, кто на вас напал? Не зная, на что они способны пойти? Не зная… вообще ничего? – произнес Ватару иронично. – Артефакт, которым здесь всех усыпили, может находиться только у очень могущественных людей. Он редок. И если кто-то решился его засветить, это означает, что этот кто-то готов пойти на многое.

Хэгури, кстати говоря, в некотором смысле прав. Я без понятия, на что готов пойти Древний, чтобы добиться своих целей. Только вот я не могу ему ничего рассказать. Я даже императорскому роду не очень-то хочу что-то рассказывать. Император наверняка скажет, что это теперь не только мое дело, а значит, ему можно предпринимать что угодно. А ёкаи? Вот где гарантии, что император не решится на жесткость, взяв их под контроль? Божественный дар? Пф, он не делает нас автоматом друзьями ёкаев. И вроде, с одной стороны, мне плевать, а с другой, меня устраивает именно нынешнее положение вещей. Мне на фиг не нужен шухер в Токусиме, после которого я ничего от ёкаев не получу. Если они решат, что я к этому причастен, конечно. В общем, если я заговорю, все станет настолько неопределенным, что лучше уж я сейчас молча потерплю.

– Беда… – протянул я. – Его величеству не позавидуешь – работать в такой опасной обстановке!

– Ваша ирония неуместна… – начал Хэгури.

– Как и ваша настойчивость, – прервал я его, добавив в голос жесткости. – Такова жизнь, никто не застрахован от действий могущественных психов. О большей части которых мы даже не знаем. И что? Это ваша обязанность – заботиться о своем сюзерене, а у меня таковых нет. Идите, Хэгури-сан, и не лезьте в дела Аматэру. Поверьте, так будет проще для всех.

Поджав губы и немного помолчав, Хэгури покачал головой.

– Не хотел я напоминать вам об этом, но все же скажу: Аматэру всего лишь свободный род, и ваши разборки терпят ровно до того момента, пока они не становятся опасными для членов императорского рода.

Ну да. Аристократы из свободных родов довольно бесправные ребята, и до сих пор я выезжаю только за счет фамилии. Если бы не она, император, к примеру, не стал бы плести вокруг нас интриги, а просто пришел бы и забрал то, что ему надо. Причем на законных основаниях. А война с Тоётоми? Точнее, не сама война, а утаивание важной информации. Я как глава свободного рода был обязан рассказать, кто взрывает инфраструктуру Токио, я был обязан донести на Тоётоми, когда узнал об их далеко идущих планах, а не изгаляться, добиваясь, чтобы они сами признались. Может, доказательств моего проступка и нет… А может, и есть. В любом случае сейчас все все прекрасно понимают, сложно не догадаться, что я был в курсе всего, тем не менее весь удар приняли на себя именно Тоётоми. А сколько мелочей, о которых я даже не задумывался? Блин, да не будь я Аматэру, даже история с Малайзией пошла бы по другому пути. Вряд ли бы она была кардинально другой, но точно не такой, как сейчас. Вот поэтому я и хочу клан. Этим ребятам совсем не обязательно заботиться о жизни и благополучии правящего рода. Отвечать на призыв императора – да, но не более. В ином случае никакого сёгуната не было бы. У каждого свои дела. Позвал на помощь? Ладно. Но лезть в каждую бочку затычкой и махать хвостиком перед правящим родом кланы не обязаны. Я уж не говорю о том, что их и без статуса братского рода правители боятся трогать. Кланы Хоккайдо тому пример. А уж клан, где главный род братский императорскому – вообще убийственное комбо. Правда, сейчас этот статус под вопросом, но мне и просто клана хватит.

– Если это дружеское предупреждение, то я вас услышал, если же это угроза… – произнес я, но был прерван.

Видимо, Хэгури и сам испугался сказанного.

– Никаких угроз, Аматэру-сан, – поднял он руку. – Прошу прощения, если мои слова были грубыми, я… Нет, мои слова определенно были грубы, и я извиняюсь за них. Все, что я хотел сказать, это то, что у вас как у свободного рода есть определенные обязанности, и вы должны их учитывать.

Слегка сумбурно и неопределенно, но ладно, прогиб засчитан.

– Мои личные отношения с вашим родом всегда несли лишь позитивную окраску, и мне не хочется с вами ссориться, – произнес я. Типа, следи за своими словами, дядя. – Так что замнем. Я вас услышал. А теперь, если вы сказали все, что хотели, то я, пожалуй, пойду. Сами понимаете, дел навалилось немерено.

– Да, конечно, – вздохнул он – мужику явно хотелось иного результата разговора. – Благодарю, что потратили на меня время.

– Не стоит, Хэгури-сан, – изобразил я улыбку. – Для вас у меня всегда найдется немного времени.

Тоётоми приехали через два часа после моего звонка. На трех машинах – две легковые и один микроавтобус, куда, видимо, и положат тело Кена. Останавливать их у блокпоста мы не стали, точнее, не всех – микроавтобус пропустили. Подъехав к тому месту, где когда-то были ворота, машина затормозила, и через секунду дверь с левой стороны кабины открылась. Выбравшийся наружу Такуми оглянулся и, поджав губы, направился в мою сторону. Тело Кена к тому моменту вынесли на простыне и положили рядом со мной. Помимо Такуми из машины выбрались двое мужчин, которые, пристроившись у него за спиной, пошли следом. Я же ждал в одиночестве. Нет, слуг и охраны во дворе хватало, но все они занимались своими делами, а рядом со мной не было никого.

– Аматэру-сан, – кивнул Такуми, остановившись передо мной.

– Здравствуй, – кивнул я в ответ. – Извиняться не буду. Ни я, ни он не могли поступить иначе.

– Прошу прощения за свои слова по телефону, – выдавил Такуми. – Я был несколько не в себе.

– Понимаю и не сержусь, – произнес я.

Бросив взгляд на тело брата, Такуми прикрыл глаза. Постояв так три секунды, вновь посмотрел на меня.

– Кто это был? – спросил он.

– Не могу сказать, – качнул я головой. – Извини, но вам в это лучше не лезть.

– Они убили моего брата, – процедил он.

Мне на это оставалось только вздохнуть.

– Я вассалов императора лесом послал, – произнес, глядя ему в глаза. – Прошу, не лезь в это. У вас и так проблем хватает.

Замерев на секунду, Такуми приложил основание ладоней к глазам и сильно потер их.

– Да что ж это за жизнь такая? – пробормотал он, после чего убрал ладони от глаз и вновь посмотрел на меня. – Ты, император, Церингены, теперь вот какие-то убийцы. Все имеют Тоётоми. Я хоть кому-нибудь смогу отомстить?

– Церингенам, думаю, сможешь, – произнес я слегка неуверенно. – Когда-нибудь.

Не знал, что у них проблемы с дружественным родом.

– Забудь, – вздохнул он. – Как он хоть умер, можешь сказать?

Не хотелось бы этого говорить, но… Увы, он имеет право знать.

– Твой брат спас жизнь Казуки, – ответил я. – Отвлекся на него и пропустил удар в спину.

– Иронично, – усмехнулся он с горечью. – Вы нам должны теперь, получается? Забавная штука – жизнь.

– Максимум – тебе, – произнес я чуть холоднее.

– Кен был главой рода, – заметил Такуми. – Теперь вот, похоже, я. И как ты хочешь разделить меня и род?

– Один раз я это сделал, – нахмурился я. – Из-за чего твой род выжил. Или ты думаешь, мне есть дело до Тоётоми в целом? Хотя ладно, хорошо. Давай поговорим на твоем языке. Мне должен твой клан в целом, твой род отдельно и ты в частности. Видимо, кое-кто забыл, что я сохранил ему жизнь при штурме поместья? О, а я ведь тогда многим сохранил жизнь. Там, помнится, твои матери были, бабка, сестра мелкая. Получается, и они мне должны. Что на это скажешь, выбиватель долгов?

– Я… – начал он, но промолчал, поджав губы. – Я был не прав, извини.

– Ты должен успокоиться, Такуми, – произнес я мягко. – Ведешь себя как тупой подросток. А мы ведь ровесники, между прочим. С Аматэру лучше дружить. Поверь, мы умеем быть благодарными.

– Кен, вон, дружил… – пробормотал он, повесив голову. – В любом случае – извини. Ты прав, мне надо успокоиться.

– Кен… – начал я, но выдохнул, не закончив. – Да ты и сам все понимаешь. Ладно, возвращайся уже домой. Охлади голову, займись похоронами. Когда все устаканится немного, я свяжусь с тобой. Нам еще есть о чем поговорить.

– Как скажешь, – произнес он тихо и, немного повернувшись влево, махнул рукой.

Этого хватило, чтобы двое мужчин, стоявших у него за спиной, направились к телу Кена, лежавшего на простыне.

– Я понимаю, что тебе сейчас непросто, но – соберись, – произнес я, глядя на парня. – Жизнь не кончена. Теперь ответственность за клан на тебе, и ты обязан бороться до конца. В том числе держать свои чувства в кулаке.

– Бороться? – вскинулся он. – Хех. Знал бы ты… А-а-а, – отмахнулся он. – Пойду я.

– Я позвоню через пару дней, – произнес ему в спину.

На что он просто махнул рукой. Даже не обернувшись. Правда, через пару шагов остановился и, обернувшись ко мне, сказал:

– Еще раз извини за то, что я тебе по телефону наговорил, – поймал он мой взгляд. – Просто… Просто извини.

Складывалось впечатление, что он разбит. И смертью брата, и, видимо, проблемами клана. Слишком резко на него все навалилось. Тут от смерти старшей родни отойти пытаешься, а тебя по голове новыми проблемами бьют, да еще и говорят, что теперь ты за всех в ответе. Блин, надеюсь, он не сломается. Такуми не является моим другом, но хорошим приятелем он мне точно приходится. Точнее, он был им раньше, а как теперь – уже и не знаю.

Спасатели закончили работу только ближе к девяти утра. Честно говоря, не знаю, насколько это быстро – учитывая, что японские здания далеко не образцы крепких домов, тут у нас царствуют гипсокартон и дерево. Не без камня, конечно, но Япония сейсмоактивная зона, и дома стараются делать так, чтобы было больше шансов вытащить человека из-под завала. Исключение – Хоккайдо. Там материалы немного иные, да и технология строительства, но по-другому никак – зимы на Хоккайдо вполне себе русские. В общем, спасательные работы закончились утром, но это не значит, что квартал опустел, работы продолжились, только уже другие. Необходимо расчистить территорию от строительного мусора, некоторые дома разрушить и убрать, так как это проще, чем заниматься их ремонтом. Электро- и газотехническим специалистам тоже нашлась работа. И много чего еще. Короче, шум и гам стоял знатный. А ведь когда муниципальные службы закончат работу, придет время строителей. А так как мне надо, чтобы все работы сделали побыстрее, то здесь и ночью будут шуметь по полной. При этом наш дом пострадал относительно слабо. Да блин, без «относительно», просто – слабо. Ну порушили нападавшие несколько стен и дверей, в основном бумажных, ну навели бардак… Кстати, все перевернуто с ног на голову, как будто ёкаи что-то искали. Недолго, по ходу движения в центр здания, где и расположен двор с сакурой. И, честно говоря, я не понимаю, что это значит. Что-то искали? Так не очень активно. Скорее, бардак они наводили активно. По злобе своей все переворачивали? Время тянули? Видимость поиска создавали? Не знаю.

Короче, дом пострадал не сильно, и жить здесь можно, а с комфортом, как и раньше, жить можно будет уже через пару дней. Хотя, учитывая шум снаружи, про комфорт я, пожалуй, загнул. Так вот, жить-то можно, но с безопасностью – беда. Защитная инфраструктура разрушена довольно значительно, плюс простота попадания в квартал, плюс целая толпа чужих людей рядом с домом. А у меня две беременные женщины рядом, ребенок, старушка, которая недавно слегла с микроинсультом. Так что, когда к нам прибыли городские службы и наши слуги, то есть стало возможно разгрузить женщин, дать им отдохнуть, я принял решение отправить всех в онсэн за городом. В тот самый, где Атарашики прожила многие годы, пока не переехала сюда. Вот уж где с безопасностью и отсутствием посторонних все нормально. Подумывал я и про Токусиму, даже озвучил свое предложение дамам, но кроме Рейки, которой лишь бы от школы откосить, уезжать в другой город отказались все. Настаивать я… пытался. Но меня задавили фактами. Точнее, женскими логическими выводами и двумя угрозами истерики. Ну а так как им мало что угрожает – Древнему-то я нужен – плюс в онсэне реально хорошая охрана, я сдался. Оставался шанс, что древнее ископаемое решит взять заложника, но тут уж ничего не поделаешь… Или все же просто приказать им уехать в Токусиму? Не чую я опасности, вот и даю слабину в споре со своими женщинами.

Цветок-артефакт я, кстати, отправил с Атарашики. У него, правда, несколько лепестков сгорело, но, по словам Хирано, его защитные функции все еще на высоте. Вот тоже дело на будущее. Надо бы скооперироваться с ёкаями Токусимы, чтобы они мне защиту на особняк поставили. Хоть какую. Уровня токусимского поместья достичь даже близко не получится, там мастера веками работали, но более-менее удовлетворяющий уровень защиты я получить смогу. Заодно и главный онсэн, куда уехали женщины, дополнительно защитить стоит. Просто на всякий случай, чтобы было место, куда можно со спокойной душой отправить домочадцев и не жалеть, что Токусима так далеко. Хотя наше островное поместье – это что-то с чем-то в плане защиты. Хирано как-то говорила, что людям будет проще его захватить, чем ёкаям, а ведь знаменито поместье именно защитой от людей. Да блин, там на холме в центре поместья по кругу корабельные двенадцатидюймовые орудия стоят. А это, между прочим, калибр чуть больше трехсот миллиметров. Современные орудия, их предшественники во Вторую мировую даже пострелять успели. Американцы тогда предприняли достаточно безумную, но имеющую шанс на успех операцию по захвату города. Вот и шмаляли орудия Аматэру и по порту, и по пригороду. Так там еще и полноценный батальон пехоты сидит, усиленный четырьмя тяжелыми МД. И все это, напомню, в очень хорошо укрепленном поместье. В основном эта силища находится там для защиты подземных хранилищ, где Аматэру испокон веков держали самое ценное, что не влезло в Хранилище Древних, а если туда приезжают члены рода, то оборона поместья укрепляется дополнительно. Точнее, туда подтягиваются городские силы в виде полиции и гвардии некоторых родов, с которыми у нас договоры. Ну а если начинается реальная движуха, то, как показала практика, остальные аристократы Токусимы подтягивают свои войска сами по себе. Так, чисто выгуливают их неподалеку.

В общем и целом Токусима для Аматэру – это крепость. Как сам город, так и поместье. И я бы хотел, чтобы мои дамы переехали туда, но будем объективны – Атарашики мне нужна здесь. Эрна, в общем, тоже. На этих двоих много дел завязано. Казуки по факту слабак, и я за него не меньше переживаю, но при этом он парень, и технически не слабее Ветерана, то есть в глазах общественности ему невместно сбежать, поджав хвост. И я такого приказать не могу, если не хочу испортить ему репутацию. Вот и получается: эти здесь, а эти там. Смысл?

Ну и да, напомню, опасности я пока даже близко не ощущаю, хоть это и не показатель. При атаке на особняк мне моя чуйка не очень-то и помогла. Далекие по времени события она вообще предсказывает… рандомно. То чую, что произойдет через пару недель, то нет. Гораздо чаще – нет. А даже если я что-то и чувствую, то это… То понять надо, что это.

С момента нападения прошло два дня. Городские службы практически закончили расчищать квартал, а я чуть не утонул в навалившихся делах. Увы и ах, но, как я и говорил, отсутствие рядом Атарашики и Эрны – довольно неприятная штука. Именно мне пришлось взвалить на себя часть их работы. Еще какую-то часть взяли на себя мои правая рука и мастер на все руки. Примерно треть дел осталась за женщинами, та, которую они могли сделать, находясь безвылазно за городом. Немного перепало и Казуки. Так-то он в этом плане был практически свободен, разве что все, что связано с Токусимой, висело на нем, но сейчас пришлось и его нагрузить.

А вот Хирано ничего не делала. Счастливая женщина, блин. Правда, даже ее поведение после штурма особняка слегка изменилось. Она по-прежнему проводила большую часть времени с книжкой или планшетом в руках, но теперь старалась быть поближе ко мне. Так она это еще и настолько тактично делала, что я не сразу заметил. А когда спросил, что происходит, она ответила, что без цветка-артефакта ей лучше находиться где-то неподалеку от меня. И ведь мне сложно с этим спорить. Да, я силен. Трудно оценивать, но где-то на уровне средненького Виртуоза. Тем не менее что я могу сделать с, например, заклинанием сна? Фиг знает. От молнии я увернуться могу или щит поставить, а от такого вот ментального воздействия? Смогу защититься? Подействует ли? А если заклинание вообще не на меня нацелено, а, скажем, на несущие стены дома? И ладно – токийское поместье, выживу, а если я в каком-нибудь высотном здании? А, хотя тоже выживу. Были в прошлом мире прецеденты. Там, правда, здание взрывали, но оно тоже в итоге сложилось внутрь. В любом случае я просто привожу пример. Так что присутствие неподалеку девятихвостой кицунэ, которая как минимум предупредит о магическом воздействии, вполне себе обоснованно.

Правда, после того как вопрос с ее присутствием разрешился, хвостатая вообще, не скрываясь, находилась рядом со мной. Я работаю у себя в кабинете, а она в кресле напротив книгу читает. Ну хоть не лезет. Хотя в бабском выносе мозга Хирано и не была никогда замечена. Ладно, сидит и сидит. Мне-то что? Разве глаз постоянно на аппетитные формы косится. Эта древняя девочка даже когда просто сидит, не двигаясь, очень даже отвлекающий фактор. Но не признаваться же в этом? Я как бы брутальный мужик, а не подросток со спермотоксикозом. Я могу себя контролировать.

Блин!

– Хирано… – откинулся я на спинку кресла. В ответ кицунэ подняла голову и глянула на меня с приподнятой в немом вопросе бровью. – Вот скажи мне – я мужик?

После услышанного Хирано приподняла уже обе брови.

– Как минимум, – ответила она.

– Ну так иди переоденься! Это твое платьице меня отвлекает, – махнул я на нее рукой, точнее, на ее белое платье до колен. – Юкату надень, ты же японка, в конце-то концов.

– О-о-о, – протянула она, после чего растянула губы в улыбке. – Как скажете, Аматэру-сама.

Отложив на стол книгу, Хирано молча поднялась и вышла из кабинета. И это все? Вот так просто? Чую подвох.

И он случился, когда лисица вернулась. Я реально чуть не подавился, увидев ее. Проблема в том, что даже в древности… да пусть даже в средние века, юкаты были разных видов, а уж в современной реальности чего только не напридумывали. И да, Хирано надела юкату, но, стерва, короткую. По сути, это тоже платье, только с японским колоритом. Так юбка у этого платья еще короче, не до колен, как в прошлом, а до середины бедра.

– Ну ты и вредная… – покачал я головой. – Ведь нарвешься когда-нибудь, лапать начну.

– Всего лишь? – фыркнула она. – Мелко метите, господин.

– А что? – изобразил я удивление. – Могу и большее себе позволить?

– Ну себе-то вы много чего можете позволить, – усмехнулась Хирано перед тем как сесть в кресло. – Тут вопрос в моей реакции.

– И какая она будет? – стало мне любопытно.

– Кто знает? – ответила она, беря в руки книгу и теряя ко мне интерес.

Взрослые, умные, знающие себе цену бабы… Чтоб вас. Ну дай ты уже четкий ответ! А теперь что? Переспрашивать и уточнять, показывая, что я озабоченный мальчишка? Ой, да хрен бы с этим, все понимают, кто есть кто, хуже, что я у нее на поводу пойду и, как показывает практика, динамить меня в этом случае будут еще очень долго.

Хм, стоп. А мне ли не пофиг? Я как бы и не стремлюсь ее в койку затащить. Легкий флирт к этому не обязывает. Зря я, наверное, всех женщин из особняка отослал. И служанок в том числе. Ну то есть почти всех. Лена, моя секретарша, осталась, как и еще несколько женщин из секретариата. Но Ленка как бы занята, а остальные либо староваты, либо замужем. Я однажды, кстати, опростоволосился с замужней служанкой. Это еще до женитьбы было. Зажал девушку в углу, а она и не против, а как бы даже за, только вот на следующий день совершенно случайно узнал, что у нее есть муж… Ёкарный бабай, было стыдно. Красотуля-то – слуга рода. Теперь, блин, докажи, что все было по обоюдному согласию. Появилось у меня чувство лжи, но спрашивать ее о таком тупо стыдно. А услышать ответ – боязно. Так что в итоге сделал вид, будто ничего не произошло. Даже переводить ее в другое место не стал, да и сложновато это сделать, учитывая, что девушка – целитель. Служанка и целитель одновременно. С особым статусом служанка, но все же. Причем она не из бывших Докья, а вполне себе потомственная слуга рода Аматэру. И во время нападения находилась на самом краю первого круга, подтаскивала к себе раненых и лечила их.

Так к чему я это все? А, ну да. На меня навалилась куча работы, а рядом ни одной доступной женщины, так что и развеяться не с кем. Жена уехала, Акеми должна была вчера вернуться, но я ее сразу в онсэн перенаправил, служанок из тех, с кем можно, тоже нет. Только древняя красавица перед носом маячит. И что мне делать? Идти в клуб и снимать девчонку? Так это… непонятно, можно ли. Надо бы, кстати, по-тихому уточнить у Атарашики, что мне в этом плане вообще позволено. Как ни странно, я данным вопросом, не считая пары уточнений, не интересовался, так как повода не было. Со служанками можно, особенно когда жена не в кондиции, а значит, все норм. А тут такое…. Стоп! А ведь Хирано говорила, что…

Возникшую в голове мысль прервал стук в дверь.

– Господин, – поклонился старик Каджо, – прибыл его высочество принц Нарухито.

– Что ж, – произнес я со вздохом. – И правда, надо бы отвлечься от… – покосился на Хирано, – дел.

Глава 2

Его высочество ждал в гостиной. Впрочем, где находиться гостю, который пришел без приглашения? Не на кухне же? Так тут еще и высокий статус принца, ограничивающий выбор мест, куда можно его пригласить подождать хозяина дома. Например, в центральный парк к сакуре его не отведешь – слишком фамильярно. В общем, принц сидел в большой гостиной и пил чай.

– Добрый день, ваше высочество, – произнес я, подойдя к нему и сев в кресло напротив.

– Просил же попроще обращаться, – произнес он со вздохом.

После чего поставил чашку на столик между нами.

– Прошу прощения, Нарухито-сан, – ответил я. – Привычка. Мне сложно обращаться к людям вашего положения… не по протоколу. Все-таки наследный принц – это наследный принц.

– Ну… – начал он и после небольшой паузы усмехнулся: – Ты уж постарайся – мне тоже не очень удобно разговаривать с Аматэру, как будто с чужими.

– А вашему отцу подобное обращение не мешает, – улыбнулся я.

– О, ну там возраст, – пожал он плечами. – И его, и твой. Может, и я в его годы буду спокойно к этому относиться. При разговоре с твоими внуками, – добавил он весело.

Думаю, все посложнее, но да ладно. Не о том речь. Надо подтолкнуть его к тому, ради чего он и пришел. А то мы так минут двадцать можем болтать ни о чем.

– До внуков еще дожить надо, – изобразил я тяжкий вздох.

– Да… – перевел он взгляд на свою кружку, по-прежнему стоящую на столе. Просидел так четыре секунды, после чего поднял на меня взгляд и продолжил: – Думаю, ты догадываешься, зачем я пришел к тебе.

– Мм… Почти уверен в причине, – ответил я.

– Я не хочу… – начал он, но прервался. – Не так – я не намерен лезть в ваши дела… – и опять замолчал, прикрыв глаза. – Так уж сложилось, что мы, императорский род, очень хорошо представляем себе, что такое «дела рода» в устах Аматэру.

Мне прям любопытно стало.

– И что? – спросил я.

– Большие проблемы, – ответил он. – Для вас. Вы удила закусываете, только когда у вас намечаются или идут в полный рост большие проблемы.

– Какое-то не очень логичное утверждение, – нахмурился я. – По-вашему, других причин…

– У нас в родовом архиве специальная папочка лежит, – чуть наклонил он голову, глядя на меня исподлобья. – В качестве доказательства моих слов. Там перечислены все зафиксированные случаи, когда Аматэру начинали говорить о делах рода. Двадцать два случая за последние шесть тысяч лет. Более ранних записей у нас нет, но уверен, ничего не изменилось бы. Двадцать две очень опасных для Аматэру ситуации, когда вы врубали свою гордость и отговаривались делами рода.

– Да бросьте, Нарухито-сан, – нахмурился я. – Быть того не может. Дела рода могут и не быть связаны с чем-то опасным.

– Около пяти тысяч лет назад, – произнес Нарухито. – Почти пять тысяч лет назад среди Аматэру практически произошел раскол. Но даже тогда вы пошли к императору, чтобы он рассудил спорящие стороны. И мой предок не подвел, сумев избежать худшего. Вот уж где были дела рода. А вот, например… – поднял он руку. – К демонам слишком уж далекие времена. Тысяча лет назад. Война Аматэру и Тяньшаньхуа. Вы тогда реально были на грани. Догадайся, что отвечали Аматэру на предложение помощи с нашей стороны?

– Это ни о чем не говорит, – хмыкнул я. – Дела рода связаны не только с войной.

Кстати, о расколе внутри Аматэру я не знал. Что нормально, так как история рода состоит из хреновой тучи книг только официальной истории. Ну нет у меня времени прочитать все. Да, честно говоря, и желания нет, в летописи ведь наверняка воды на океан.

– Когда твоего предшественника убили, мои отец с дедом прорабатывали несколько планов мести, – произнес он серьезным тоном. – И предлагали эти планы Атарашики-сан. Знаешь, что она ответила?

– Мы были в составе клана, – ответил я слегка раздраженно. – Вы и не могли ничего сделать.

– Очень даже могли, – не согласился он со мной. – Просто в отрыве от Аматэру. Среди прочего, кстати, прорабатывался и план по выводу твоего рода из состава клана Кояма. В общем, Атарашики-сан могла принять нашу помощь, однако ответ был где-то даже очевидным.

– Мы и сами справились, – дернул я плечом.

– О да, – кивнул он. – До сих пор вы умудрялись справляться с проблемами. Но так не может продолжаться вечно. Все мы когда-нибудь исчезнем, вечных родов не бывает, но зачем настолько сильно рисковать? Мы ведь не чужие вам люди!

На самом деле, довольно забавная информация. Признаться, я не помню, отговаривался ли я до этого делами рода в каких-то менее опасных ситуациях. В торговых, например. Вроде не было такого. Про тех, кто жил до меня, я вообще ничего сказать не могу. Неужто мой род и правда начинает говорить о делах рода только в крайних случаях? Или все наоборот, и именно в крайних случаях мы всегда вопим о делах рода?

– Уверен, Нарухито-сан, всему есть логичное объяснение, – произнес я.

– Конечно, есть, – кивнул он. – Гордость.

– Я как раз и имел в виду, что это не обязательно гордость, – ответил на это.

– А я вот считаю, что это именно гордость, – хмыкнул Нарухито. – Вас ведь не зря называют честью и гордостью нации. Подобное мнение просто так не формируется.

Блин, сбил с мысли. О чем я там…

– И тем не менее это далеко не всегда гордость, – произнес я. – Атарашики-сан, скорее всего, отказалась принимать помощь, чтобы вас не подставлять. Про более давние времена ничего сказать не могу.

– Со своими врагами Аматэру справятся сами. Или сдохнут, – произнес Нарухито, ухмыляясь. – Прямая цитата из Атарашики-сан.

– Ну а что она, сопли должна была разводить? – произнес я раздраженно. – Нормальная отмазка. Я с ней в этом вопросе не согласен, но с ее стороны все было сделано правильно.

– Синдзи, – улыбнулся Нарухито, – ты реально думаешь, что в планах отца и деда не учитывалась грозящая нам опасность? Ты думаешь, до Атарашики-сан не довели, что в этом, этом и этом случае нам ничего не будет? Просто для понимания: они разработали семь тактик, в трех из которых нам вообще ничего не грозило. Тактики были менее эффективны и результативны, но были. Она просто гордость свою врубила. Я бы на ее месте за любой вариант ухватился, чтобы отомстить, но Аматэру не такие! Вы в этом вопросе просто до безобразия, до откровенной глупости горды.

– Ну и зачем вы тогда сюда пришли, если заранее знаете, что я скажу? – подпустил в голос легкую иронию. – И да – я все равно с вами не согласен. Наверняка гордость не всегда была причиной отказа от помощи.

– Твое право, – кивнул он. – Но у Атарашики-сан, чисто ради любопытства, ты этот вопрос проясни. По поводу того, зачем я сюда пришел, скажу так… – Он замолчал, не договорив. – Давай сразу уточним, ты ведь согласен, что выживание рода – прежде всего?

– Согласен, – ответил я, примерно представляя, что он скажет дальше.

– Тогда хотя бы намекни нам, куда смотреть, – произнес Нарухито слегка просительно. – Мы не лезем в дела твоего рода, но нам бы очень не хотелось, чтобы вы исчезли. Мы вмешаемся в самый последний момент… Я даже так скажу – мы вмешаемся в последний момент и только после того как ты будешь мертв. Позволь нам стать вашей подушкой безопасности. В конце концов, ты в ответе за Аматэру, у тебя должен существовать запасной план.

Технически он предлагал мне отличный план для подстраховки. Я не считаю себя бессмертным и помереть могу в любой момент. В теории. Если я отброшу копыта, – а Древний может мне такое устроить – кто-то должен будет позаботиться о роде. Более того, не имею ничего против, если кто-то поможет мне убить врага. Да, с недавних пор в деле появился личный фактор, но это не значит, что мне критично важно убить Древнего своими собственными руками. Главное, чтобы он умер. Так что правильнее было бы не просто намекнуть, а рассказать Нарухито все. Да и с какой стати я должен воевать с этим ископаемым монстром в одиночку? С другой же стороны… Наличие ёкаев в этом мире не совсем моя тайна. Правда, с меня даже подобия обещания не брали, чтобы я молчал. Просто доверились. Токусимцы мне доверились. Так еще и помочь пытались, дважды впаривая очень полезный, как выяснилось, и дорогой защитный артефакт.

И вроде фиг с ним, у императорского рода тоже есть метка Аматэрасу, но нет, не все так просто. Как говорила Хирано… не помню дословно. В общем, метка – это лишь повод выслушать, а не бежать в объятья ее носителя. Вот придет к ним император, и они его выслушают, скорее всего, даже помогут, но хотят ли они вообще этого разговора? Да и здраво рассуждать метка ёкаям не мешает. Например, с главой государства они встречаться не хотят, потому что человек такой величины может и не удержаться от… всякого разного. Естественно, ради страны, а не из-за какой-то там жадности. Он ведь о-го-го, ответственность, все дела. А если без иронии, то как минимум Хирано как раз и опасается обычной человеческой жадности вперемешку со страхом.

И вот что мне делать? Рассказать – логично, промолчать – благородно. Ну или, если смотреть с другого ракурса, то рассказать – подло, а промолчать – глупо.

– Мм… – нарушил я двухминутную тишину. Все это время принц тихонечко сидел, давая мне спокойно обдумать его предложение. – Обстоятельства гораздо сложнее, чем вы думаете, Нарухито-сан. Поверьте, тут не в гордости дело, просто это не совсем моя тайна.

На что Нарухито удивленно моргнул.

– Это как вообще возможно? – спросил он. – Нападение на вас – не ваша тайна?

– Как-то так, – развел я руками.

– Синдзи-кун, – потер он в замешательстве лоб, – я не понимаю. Ты хоть аналогию какую приведи. Для меня твои слова звучат довольно бредово.

– С аналогиями тоже сложно, – вздохнул я. – Давайте остановимся на том, что Аматэру сами разберутся с этой проблемой.

– Как всегда, да? – поморщился принц.

В этот момент справа от нас из коридора выглянула Хирано и, поиграв бровями, качнула головой, показывая себе за спину. Поговорить хочет? Сейчас? Хм, а ведь она прекрасно знает о важности разговора с принцем. И разговор могла запросто подслушать. Впрочем, причина может быть совсем в другом, и если она зовет меня в такой момент, это определенно важно.

– Прошу прощения, Нарухито-сан, – поднялся я с кресла. – Я отлучусь буквально на пару минут.

– Да, конечно, – махнул он рукой.

К моменту, когда я вышел, Хирано отошла подальше и стояла на перекрестке коридоров, прислонившись плечом к стене.

– Что-то случилось? – спросил я.

– Я слышала ваш разговор, – ответила она, не отрываясь от стены. – Подслушала, уж извини. Не ради какой-то цели, просто любопытно было, как ты беседу аж с самим принцем поведешь.

– И? – приподнял я бровь. – Молодец, что призналась, но лучше так больше не делай.

– Брось, как будто ты не чувствовал меня рядом, – дернула она плечом.

– Я не сканирую пространство ежеминутно, – хмыкнул я. – Моя паранойя еще не на таком уровне.

– Ладно, не будем о пустом, – отмахнулась Хирано, отрываясь от стены. – Как я понимаю, у тебя проблемы с дозировкой информации?

– Дозировкой? – не понял я. – Тут как бы либо говорить все, либо нет. Полумеры только хуже.

– Как скажешь, – не стала она углублять тему. – Я договорилась со старейшинами, что могу вести дела от лица ёкаев Токусимы…

– Когда? – не дал я ей договорить.

– После нападения на твой дом, – ответила она. – Так вот. Одобрение старейшин мне не очень-то и нужно, но лучше уж договориться, чтобы они мне потом нервы не трепали. Я это к чему?

– Почему сразу не сказала? – опять перебил я.

– А смысл? – улыбнулась она. – По сути ведь ничего не изменилось. Я бы в любом случае сделала так, как хочу. Просто теперь… – задумалась она. – Просто теперь тебе будет проще принять мои действия и… некоторые советы.

– Например? – Я по-прежнему не догонял, чего она хочет.

– Например, сейчас я могу посоветовать… – запнулась она. – Могу дать разрешение – от лица Токусимы – рассказать о нас принцу. Если он поклянется, что эта информация не дойдет до его отца.

– О как, – произнес я, глядя на Хирано. – Это многое упрощает. А дар богини как-то влияет на твое решение?

Просто любопытства ради спросил.

– Конечно! – удивилась она. – Окажись он из другого рода, я бы не рискнула помогать тебе подобным образом. Даже будучи такой беспредельщицей, какая я есть. Мне, знаешь ли, гораздо спокойней от мысли, что люди о нас не знают. Но принц… – вздохнула она. – Можно рискнуть.

– Когда-нибудь он станет императором, – напомнил я ей.

– Не трави душу, – поморщилась Хирано. – Остается надеяться, что он не изменится сильно. В идеале попробуй выбить из него клятву, что он вообще никому ничего не расскажет. Тебе так даже лучше будет. Все операции с ёкаями в будущем он станет проводить через тебя, что еще больше повысит значимость твоего рода.

– Попробую, – произнес я медленно. – Хм. Тогда я пошел. Будь недалеко… Хотя… Хотя да, будь неподалеку, ему наверняка потребуется подтверждение моих слов.

– Так давай я сразу с тобой пойду, – приподняла бровь Хирано.

– Нет, – качнул я головой. – Я бы на его месте напрягся, а потом…

– Ты его с собой-то не сравнивай, – хмыкнула Хирано.

– Просто дай мне с ним поговорить, – скривился я.

– Как скажешь, – подняла она руки.

Тоже мне… У меня вполне себе нормальной величины паранойя. Рабочий уровень, можно сказать. Для человека моего положения. Уверен, принц ничем не лучше в этом плане. Блин, да она вообще хоть раз видела настоящего параноика?

Вернувшись в гостиную, уселся обратно в кресло.

– Еще раз прошу прощения, Нарухито-сан, – произнес я.

– Все нормально, – чуть улыбнулся он. – Надеюсь, ничего плохого не случилось?

– Просто уточнил один вопрос, – ответил ему. – Возвращаясь к нашей теме. Я могу вам кое-что рассказать, но только вам. И только если вы поклянетесь не делиться услышанным здесь ни с кем другим.

– Но как я тогда смогу помочь? – нахмурился он.

– Помогите мне держать его величество подальше от данной темы, – произнес я. – Этого будет достаточно.

– Ха-а-а… – выдохнул он, потерев лоб. – Синдзи-кун… Это ведь не помощь.

– Это с какой стороны посмотреть, – пожал я плечами. – Вы просто не знаете, о чем идет речь.

Нарухито поглядел на меня исподлобья, так и не убрав руку ото лба.

– Хорошо, – выпрямился он в кресле. – Клянусь молчать о том, что ты мне сейчас скажешь. И раз уж на то пошло, ты же утверждал, что это не твоя тайна.

Неплохая формулировка, с точки зрения ведьмака. Надеюсь, он не станет использовать дыры в клятве. Во всяком случае, уточнять невежливо. С другой стороны, хорошая проверка, посмотрим, как он поведет себя в будущем.

– Я договорился, – пожал я плечами.

А Нарухито после такого ответа покосился в сторону коридора, куда я уходил к Хирано.

– Понятно… что ничего не понятно, – произнес он медленно. – Что ж, внимательно тебя слушаю.

Я уж хотел было начать говорить, но запнулся, не зная, с чего начать. Просто… Ну вот что тут сказать? Это как в моем прошлом мире утверждать, что на тебя напал инопланетянин. Который подговорил Бабу-ягу, которая, в свою очередь, натравила на тебя Змея Горыныча. О’кей, ладно. Не настолько сказочно, но все равно удивительно. Впрочем, пауза была не такая уж и большая, просто я не смог с ходу озвучить положение дел.

– Мы… – ай, да ладно. – Род Аматэру враждует с Древним, который натравил на нас ёкаев.

Немного помолчав, глядя на меня без каких-то особых эмоций, Нарухито слегка качнул головой.

– Не понял, – произнес самую малость удивленно. – Прости, Синдзи-кун, не мог бы ты сказать прямо, без всех этих аллегорий. С кем именно враждует твой род?

М-да. Он не то чтобы не поверил, он посчитал, что я просто намекаю на кого-то посредством некоего сказочного образа.

– Это не аллегория, Нарухито-сан, это вполне себе конкретная древняя сволочь, – произнес я серьезно. – И этот урод имеет то ли связи среди ёкаев, то ли подчиненных, которых он на меня и натравил.

– Древний… – произнес Нарухито медленно. – И ёкаи, они же Ушедшие. Я правильно понял?

– Правильно, Нарухито-сан, – кивнул я. – Как вы понимаете, о подобном рассказывать не очень удобно, потому и возникают «дела рода».

Пожевав губами, Нарухито открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и замер, промолчав. Закрыл рот, вновь открыл, опять закрыл.

– Ладно. Я понял. Древний, ёкаи, хорошо. Приму как данность, – выдал он несколько рубленых фраз. – Как точку отсчета. Предположим. Э… То есть Ушедшие не ушли?

– Ушли, но не все, – пожал я плечами. – Небольшая часть осталась.

– Чтоб меня… – пробормотал он.

– Я так понимаю, для вас эта информация сродни сказке, ну или чему-то волшебному и удивительному, – чуть склонил я голову набок.

– Примерно так, – произнес он тихо, пребывая в этот момент в своих мыслях.

– Ну так забудьте, – чуть охладил я тон, чтобы взбодрить его. И у меня получилось, во всяком случае, он вновь сосредоточился на моих словах. – Среди высших чинов жреческой братии о них известно. Род Чакри столетиями живет бок о бок с очень сильным ёкаем. Фактически на его территории. И они частенько общаются между собой. Данная информация не уникальна. Подозреваю, о ёкаях знает достаточно много людей. Помимо жрецов.

– Но не мы, – произнес он, откинувшись на спинку кресла и расслабившись. По крайней мере, с виду расслабившись. – И как так получилось? Почему божественный дар не сработал?

– О-о-о… – протянул я, после чего усмехнулся. – Метка богини не более чем поручительство. Она просто говорит, что мы нормальные люди и с нами можно иметь дело, это не обязательство бежать к нам и рассказывать о своем существовании. К примеру, я с ёкаями познакомился совсем недавно, когда один из них попытался меня убить.

– Оу, – в удивлении приподнял Нарухито брови.

– Как-то так, – дернул я плечом. – Он был сумасшедшим, как мне потом объяснили. Собственно, те, кто за ним охотился, и стали моими проводниками в их мир. И, честно говоря, я не знаю, как повернулся бы наш с ними первый разговор, будь я из другого рода. Так что, можно сказать, божественный дар очень даже сработал.

– Ладно, это понятно, – прикрыл на мгновение глаза Нарухито. – А что там с Древним?

– Война у меня с ним, – пожал я плечами. – Причины не знаю. Однажды он просто послал ко мне убийцу, а недавно и вовсе небольшую армию. Кстати, информация о Древнем как раз уникальна. Про него даже ёкаи не все знают, а люди и вовсе не в курсе, что в этом мире остался еще кто-то из их вида. И я так понимаю, что он последний из Древних на Земле.

– И когда ваша вражда началась? – спросил Нарухито.

– Мм… – промычал я, задумавшись. – Не знаю насчет вражды, но есть подозрение, что убить он меня решил после дуэли на турнире Дакисюро. Именно тогда я показал всем, что сильнее обычного Патриарха. То есть перешел некую грань в плане силы.

– Хм, – задумался на несколько секунд Нарухито. – А ведь Алдер умер через несколько дней после той дуэли. Может так быть, что Древний решил зачистить вообще всех Патриархов? На всякий случай?

– Не знаю, Нарухито-сан, не думал об этом, – покачал я головой. – Все может быть, но, как по мне, глуповатое решение.

– Мы просто не знаем всех нюансов, – произнес он задумчиво. – Хорошо, с этим понятно… – Он вздохнул, но, так ничего и не сказав, обеими руками с силой потер лицо. – Надо собраться. Дай мне минуту.

– Конечно, Нарухито-сан, я вас не тороплю, – кивнул я.

С мыслями он собирался достаточно долго – чуть больше трех минут. Может, и дольше молчал бы, но в какой-то момент в гостиную зашла Хирано, неся в руках поднос с чашками чая. Поставив их на стол, она забрала пустую чашку принца и с поклоном удалилась. Нарухито все это время внимательно наблюдал за ней.

– Она ведь ёкай? – спросил он, когда Хирано удалилась. – Или имеет к ним какое-то отношение, да?

Учитывая, что я решился рассказать ему о ёкаях после того, как отошел поговорить с Хирано, мысль вполне логичная. Да и в Сукотай, где, по моим словам, живет ёкай, сотрудничающий с Чакри, я ездил именно с ней. Для тех, кто следит за Аматэру, я сейчас не про шпионство, Хирано вообще достаточно заметная личность. А еще загадочная.

– Кицунэ, – чуть улыбнулся я, готовясь к неприятностям. – То ли шесть, то ли семь хвостов.

– Почему так неуверенно? – приподнял бровь Нарухито.

– Количество хвостов у кицунэ зависит в том числе и от возраста, – ответил я, усмехнувшись. – Можете попробовать спросить у нее, сколько ей лет.

– Оу, – покивал он. – Понимаю. А, если не секрет, в каком качестве она находится при тебе?

– Консультант, – пожал я плечами.

– То есть можно нанять консультанта? – уточнил он.

– Можно попробовать, – хмыкнул я. – Профессор Хирано помогает мне только потому, что у нас с ней общие цели. Древний и ей нагадил.

– С этим ясно, – произнес принц, взяв в руку чашку, и, слегка покрутив ее, сделал глоток. – Вернемся к нападению. Ты не в курсе, что за артефакт применили… – замялся он. – Ёкаи? Способность усыпить людей в радиусе двух кварталов делает артефакт очень опасным.

– Это не артефакт, – вздохнул я. – Это заклинание.

– Закли… – пробормотал он. – Хотя да, чему я удивляюсь? Это, кстати, усложняет дело.

– Что именно вы имеете в виду? – решил я уточнить.

– Есть артефакты, дающие защиту от других артефактов, – пояснил он. – Точнее, защищающие от таких вот… ментальных воздействий. Но заклинание… – покачал он головой. – Мы ведь не знаем, что это и как действует на людей с защитой. Получается, высока вероятность того, что охрана высших лиц государства в одночасье перестанет быть эффективной. А как так получилось, что у вас только часть людей заснула?

– Защитный артефакт, – пояснил я.

– То есть они все же работают? – спросил Нарухито напряженно.

Блин. Наверное, стоит пояснить, хотя с практической точки зрения… Да нет, все равно надо, он ведь детали и узнать когда-нибудь может.

– Магический артефакт, – произнес я. – Надо четко различать магию и бахир, точнее, понимать, что это две разные энергии. Артефакты Древних – это бахир. Артефакты Ушедших, такие как блокировщики камонтоку – это магия.

– Жаль, – произнес Нарухито, отведя взгляд. – Я надеялся, что все будет проще. Хорошо, я понял. Другой вопрос. К нам попала запись очевидца, где над местом боя висят две техники, стихии огня и молнии. Да и в целом… У меня такой вопрос – насколько сильны ёкаи?

– Хм, – задумался я. – В этом плане у них все, как у людей. То есть сильные бойцы имеются, но их мало. А учитывая, что ёкаев вообще немного, то сильных бойцов там единицы. Да и с ними можно воевать. Например, нападения на дворец можете не опасаться – слишком он хорошо защищен.

– А заклинание сна? – хмыкнул Нарухито.

– Давайте сразу с этим определимся, – вздохнул я. – Древний скрывается от людей многие века, если не тысячелетия, не будет он открыто нападать на правящий род великой державы. Я ведь, несмотря на все наши разногласия, не стану на подобное сквозь пальцы смотреть. После такого мне даже ёкаи ничего не скажут, если я поведаю о них всему миру. Заодно и о Древнем. Плюс не забывайте, я не единственный носитель тайны. Жрецам нападение на правящий род большой страны тоже сильно не понравится. А такие роды, как Чакри? В общем, бред. Уж кто-кто, а вы защищены.

– Род в целом ладно, а отдельные люди? – приподнял он бровь. – Опять же, пусть отец и я неприкосновенны, а мои братья и другие родственники?

Хотел ответить отрицательно, но чисто технически он прав. Магию ведь и под бахир можно замаскировать.

– Не знаю, – вздохнул я. – Если бы не Древний, точнее, не наш с ним конфликт, я бы сказал, что вам ничего не угрожает, а сейчас не знаю. Вряд ли, но стопроцентной уверенности, конечно, нет.

– И при всем при этом ты ничего не хочешь говорить отцу, – произнес он утвердительно.

– А вы можете дать гарантию, что он, прикрываясь безопасностью рода, не станет жестким с доверившимися мне ёкаями? – спросил я иронично.

Ответить сразу принц не смог.

– Не могу, – вздохнул Нарухито, помолчав две секунды.

– Вот и я о чем… – даже не пожал, а просто пошевелил я плечом.

Наверное, будь наши братские отношения такими, как их описывают Атарашики с Нарухито, я должен был бы помочь императорскому роду с защитой… Но они не такие. Я вообще не так уж много хорошего от них видел, и взваливать себе на плечи еще и их проблемы не намерен. Попросит Нарухито помочь с чем-то конкретным, я подумаю, что можно сделать. Может, даже помогу, если это будет не напряжно. Но не более. Пусть скажут спасибо императору, который не только меня настроил против себя, но и Атарашики. А ведь ее просьбу помочь братскому роду я бы выполнил.

Как ни странно, но принц был довольно тактичен и вопросов задал не так уж и много. Ничего не просил, да и спрашивал скорее по существу. Сколько ёкаев напало, насколько они были сильны, сколько их выжило, почему заснятые на смартфон техники не сработали и так далее. Ушел он от меня загруженный по самое не балуй, но какой-то сильной обеспокоенности я в нем не увидел. Думаю, позднее мне еще не раз придется говорить с ним на данную тему, просто именно сейчас ему надо переварить новые знания.

После того как гость наконец-то свалил, я вернулся к работе, а вечером у меня был запланирован поход в больницу, где лежала Торемазу. С сегодняшнего дня, как мне сообщили еще утром, врачи разрешили посещения больной. Родня, понятное дело, и раньше могла навестить девочку, но посторонних к ней до этого не пускали.

О разговоре с Торемазу, в общем-то, рассказывать нечего. Выглядела она, даже с учетом того, что ее лечили целители, неважно и беседу поддерживать не могла. Да это и без разницы, главное – сам факт моего прихода. Надеюсь, я хоть немного поднял ей настроение. А вот на выходе из палаты я чуть ли не нос к носу столкнулся с ее отцом.

– Аматэру-сан, – кивнул он мне, поджав губы.

– Акэти-сан, – кивнул я в ответ.

– Если уж так сложилось, не уделите мне пару минут? – спросил он.

Что ж, это было ожидаемо. Я даже немного удивлен, что он сам со мной не связался.

– Конечно, Акэти-сан, слушаю вас, – произнес я.

– Отойдем? – кивнул он на окно с противоположной стороны коридора.

Смысла я в этом не видел, но если ему так удобнее…

– Как скажете, – направился я к окну.

Последовав за мной, Акэти остановился рядом и, немного помолчав, начал разговор:

– Думаю, вы и так понимаете, чего именно я хочу от вас, – произнес он хмуро. – Моя дочь пострадала, и если у вас есть хоть какая-то информация о виновнике произошедшего, я прошу вас поделиться ею.

С ним будет посложнее, чем с Хэгури. С морально-этической точки зрения. Послать-то я его могу точно так же.

– Я лично отрубил руки-ноги тому, кто виноват в случившемся, – ответил ему. – Вам некому мстить.

– Что? – взлетели его брови. – Ясно, я рад, что исполнитель мертв, но мне важно знать, кто организатор.

– В этом я вам помочь не могу, – ответил я.

– Почему? – допытывался он. – Вы тоже не знаете? Но хоть что-то у вас есть на руках? Хотя бы японцы это или иностранцы? Нападавшие, я имею в виду.

– Иностранцы, но вам это ничего не даст, – пожал я плечами. – Сами знаете, что исполнителей найти не так уж и трудно.

– Кто это был? – спросил он раздраженно. – Хватит меня путать. У вас должна быть какая-то информация, и я должен знать!

Спокойно, Максимка, он всего лишь переживающий отец.

– Вашей дочери сейчас ничего не угрожает, – произнес я спокойно. – Исполнитель мертв. Если вам этого мало, то это ваши проблемы. А если будете лезть не в свое дело, проблемы начнутся у всего вашего рода.

– Вы нам угрожаете? – удивился он.

– Вы не поняли, – хмыкнул я. – Проблемы вам организуют не Аматэру. Просто радуйтесь, что Торемазу жива, и не ставьте вновь ее жизнь под угрозу. Всего хорошего, Акэти-сан.

Воспользовавшись тем, что собеседник был удивлен и не знал, что сказать, я развернулся и пошел к выходу из больницы. В себя он наверняка пришел быстро, но бежать за мной или кричать в спину ему гордость не позволила.

Следующий день мало чем отличался от предыдущего. Разве что я наконец разгреб все неотложные дела, в которых требовалось мое непосредственное участие. Звонком ли телефонным, подписью – не важно, с остальным справятся и мои помощники. Естественно, совсем без дел я не останусь, хотя бы потому что это невозможно, но теперь мне уже не придется сидеть в кабинете по двенадцать часов. Впервые за несколько дней у меня высвободилось время, и я смогу заняться не менее важными, но уже не настолько срочными делами. Например, могу организовать разговор с братом. В отеле, где он проживает. Можно было его и к себе вызвать, но мне хотелось устроить… сюрприз. Слегка сбить с толку, а не общаться с полностью готовым ко всему человеком. Мелочь, конечно, вряд ли он о чем-нибудь проговорится, но мне сейчас нужно использовать все возможности, чтобы выйти на Древнего.

Сакурай Отои со своим адвокатом поселился в одном из отелей Накатоми. Но об этом я уже говорил. В общем, я сидел в небольшом ресторанчике на первом этаже отеля, пил кофе и ждал, когда сюда спустится мой брат. Позвонил я ему буквально пять с половиной минут назад и обрадовал тем, что жду внизу. Могу ошибаться, но, как мне показалось, он был удивлен. Пяти… уже шести минут, конечно, маловато, чтобы, ответив на неожиданный звонок, спуститься на первый этаж, но почему-то именно сейчас медлительность брата меня немного раздражала. Отчего на седьмой минуте я и воспользовался импульсом, проверяя метку, которую поставил в свое время на Отои. Блин. Этот ушлепок все еще у себя на этаже, правда, в номере адвоката. Обсуждают, поди, как будут разговор вести. Позвал-то я их обоих. В целом, по плану у меня слегка надавить на эту парочку и посмотреть, что будет. Естественно, не прямо здесь, в ресторане, хотя начать можно и здесь, почему нет? За словами следить придется, ну так им тоже. Потом напрошусь к ним, а там видно будет.

Восемнадцать минут. Они меня что, на прочность проверяют? Когда уже спустятся? О, ну наконец. Судя по маркеру, на лифте спускаются. Точнее, Отои спускается, но адвокат должен быть с ним. Ресторан находится в восточном крыле здания, а холл с лифтами в южном, так что парочку я увидел не сразу после того как они вышли из лифта. Успел даже еще раз использовать импульс. Не из-за нетерпения, просто любопытно стало, что это они так задерживаются. Впрочем, причину узнать не удалось, так как маркер Отои показывал, что они вот-вот покажутся в поле моего зрения. Сидел-то я лицом к выходу, а окна в ресторане огромные.

А вот и они. Наконе… Стоп, что за фигня? Отои должен идти слева, маркер же… Посылаю еще один импульс, который четко и ясно показывает, что моя метка стоит не на Сакурае Отои, а на его адвокате. Это как вообще?

Что за фигня здесь творится?

Глава 3

– Аматэру-сан, – поклонился Герхарт Турнс.

Просто уважительный поклон, не более. Иностранцу можно, странно, что он вообще поклонился. И да, забавный момент, но первым поприветствовал меня он. Если бы не поклон, я бы не обратил на это внимания, но раз уж он пытается соблюдать хотя бы формальные нормы поведения этой страны, то первым должен был заговорить Отои. Это ведь он старший в их паре.

– Здравствуй, братишка, – улыбнулся Отои кривовато.

Как будто даже покровительственно. И уж точно высокомерно. Странно. Будто другой человек, не тот, кого я знаю. Блин, да я вообще хоть раз с ним встречался?

– Садитесь, – махнул я рукой на свободные стулья.

Адвокат на мою грубость не отреагировал, а вот Отои поморщился, но, покосившись на Турнса, вслед за ним сел за стол.

Пока еще рано что-то утверждать, но предварительно – именно адвокат отдает приказания Отои, а не наоборот. Все еще может быть иначе, и Отои просто умный парень, который способен отдать управление тому, кто лучше разбирается в ситуации. Только вот чуйка, обычная человеческая чуйка, основанная на жизненном опыте, говорит, что это не так.

– Не могу не спросить, – произнес Турнс, присев за стол. – Вы уверены, что это место подходит для обсуждения наших дел?

– Плохое местечко ты подобрал, – хмыкнул Отои. Буду для ясности его так называть, а там посмотрим. – Торопился?

А может, попробовать его спровоцировать? Чутка надавить, вдруг и ошибется где-то.

– Рот закрой, – произнес я холодно. – Мне сейчас не до праздной болтовни.

– Да ты… – взлетели его брови.

– Рот. Закрыл, – добавил я немного «яки».

Самую малость, просто чтобы он понял, что я серьезен.

– Давайте не будем его злить, господин, – произнес негромко Турнс, причем на немецком.

– Ну тогда ты и веди разговор, – поморщился Отои.

Ответил он на том же языке. Причем с акцентом. Я не настолько хорошо знаю немецкий, чтобы определить, какой конкретно акцент, но само его наличие слышу.

– Прошу прощения за господина Сакурая, – обратился ко мне адвокат. – Это его, конечно, не оправдывает, но сегодня у нас был непростой день.

Отои на это даже не поморщился. Его каким-то неадекватным ребенком выставляют, а ему плевать?

– Проехали, – махнул я рукой. – Для начала хочу уточнить – вы в курсе предупреждения, которое сделал мне ваш подопечный?

– Вы про не совсем обычные связи господина Сакурая? – уточнил адвокат и, увидев мой кивок, продолжил: – Да, в курсе. Мы работаем с ним не один год и очень плотно, так что я в курсе многих его дел.

– В таком случае я жду ваши предложения, – произнес я, после чего потянулся за чашкой, стоящей на столе.

– Серьезно? – приподнял брови Турнс, после чего демонстративно оглядел кафешку. – Вы хотите говорить об этом здесь?

Повторив его жест, я пожал плечами.

– Народу не так уж и много, – произнес я.

– Даже если не обращать внимания на узнавших вас людей, которые наверняка сейчас внимательно за нами наблюдают, это в любом случае не подходящее место для переговоров, – заметил Турнс.

– В таком случае мы можем пойти ко мне в машину, – изобразил я легкое раздражение. – И я не собираюсь вести переговоры, я просто хочу узнать ваши намерения. В общих чертах.

– Это можно было сделать и по телефону, не привлекая внимания стольких людей, – произнес Турнс, поведя головой.

– Машина? – приподнял я бровь. – К себе в дом я вас в ближайшее время не пущу. Я и к вам-то заехал просто по дороге.

– Аматэру-сан… – покачал он головой. – Давайте все же выберем место и нормально поговорим. Пусть не сегодня, зато обстоятельно.

Изначально у меня намечались другие планы, но сейчас я тоже не прочь был перенести разговор на потом. Точнее, сейчас я хотел просто поехать домой и обдумать произошедшее. И тем не менее отметил, что Турнс тоже хочет свалить. Скорее всего, он просто не желает вести переговоры в присутствии Отои. Парень явно не подготовлен к столь спонтанной встрече.

– Мы и сейчас можем поехать в более подходящее место, – предложил я просто ради проформы.

– Признаюсь честно, Аматэру-сан, – произнес адвокат извиняющимся тоном. – Ваш приезд был для нас полной неожиданностью, и мы не готовы общаться с вами. Так дела не делаются. Давайте все же не будем ставить друг друга в неудобное положение. Найдем место, договоримся о встрече и там все обсудим.

Все. Мужик обозначил свои намерения и вести разговор дальше не будет. Настаивать? Зачем? Мне это сейчас тоже не выгодно.

– Значит, ко мне приходить с бухты-барахты можно, а к вам нет? – усмехнулся я.

– Такое было всего один раз и по очень уважительной причине, – ответил Турнс вежливо.

– Ладно. – Я демонстративно скривился. – Раз уж вы такие непрофессионалы, ищите место и звоните.

– Благодарю за то, что вошли в наше положение, Аматэру-сан, – произнес Турнс, вставая вслед за мной из-за стола.

– Не затягивайте со звонком, – бросил я, проходя мимо Отои.

На что оставшийся сидеть за столом «братец» промолчал.

Машину я оставил на подземной парковке отеля, так что сделал звонок, пока шел на выход из отеля, и дождался ее уже на улице.

– Домой, – бросил шоферу, оказавшись внутри авто.

Сегодня за рулем машины оказался Вася-тян, а Сейджун сидел рядом.

Итак. Дела принимают интересный оборот, и что теперь делать, я… не то чтобы не знаю, просто в некоторой растерянности. Вариантов немного, но все они настолько ненадежны, что выбрать один из них довольно сложно. Ну, во-первых – ничего не делать. Тупо оставить все как есть и продолжать следить за этой парочкой. Хотя бы до того момента, пока не узнаю, что они хотят предложить. Вариант? Вариант. Проблема в том, что для идеального исполнения этого варианта я не должен был сегодня к ним приезжать. Они не должны чувствовать давления и неопределенности. А теперь я, честно говоря, и не знаю, что они сделают. Все-таки мой приезд довольно подозрителен.

Если раньше я хотел, чтобы они хоть что-нибудь сделали, то теперь… Не знаю. Существо, которое может менять лица и поведение настолько легко, лучше лишний раз не трогать. Причем эта парочка – не ёкаи, иначе на них подействовал бы защитный артефакт. Он бы их просто не пустил на территорию особняка без моего личного разрешения. Впрочем, судя по всему, здесь бывал только адвокат, просто в двух разных ипостасях. А Отои… Непонятно, существует ли он вообще. Хотя нет, кто-то с кровью Сакураев мужского рода определенно существует. Даже если предположить, что кровь была изменена магическим образом – а я сам пример того, что это возможно – то остается понять, где он оригинал крови взял? С чьей именно крови он скопировал эту? И если у него есть оригинал, на фига тогда вообще что-то копировать? То есть, в конечном итоге, следуя логике, кровь мне предоставили вполне себе настоящую, а вот настоящий ли Отои, который приехал с адвокатом, вопрос более насущный. Я ведь сейчас даже не понимаю, можно ли его убить, если что, или необходимо до последнего пытаться взять в плен. Так-то я обоих попытаюсь живыми взять… Это, кстати, второй вариант моих последующих действий.

Вместо того чтобы наблюдать, я могу пойти и попробовать захватить обоих. Будь они простыми людьми, я бы так и сделал. К сожалению, я не знаю, кто они. Адвокат, например, может быть как человеком с артефактом, так и тем самым Древним, а Отои вообще может оказаться кем угодно. При таких вводных мне очень сложно планировать не то что захват этой парочки, а даже банальную слежку. Ой, чуть не забыл, они же сидят в отеле Накатоми, то есть даже захват будет тем еще испытанием. Если я не хочу ссориться с уважаемым родом, который мне в целом нравится, действовать придется максимально скрытно. Договориться с Накатоми – не вариант, для них безопасность клиентов – дело чести. Они, может, и рады были бы со мной договориться, но позволить себе этого не могут.

Со всех сторон засада.

Звонок мобильника отвлек меня от мыслей об этой чудесной парочке. Достав телефон, глянул на номер звонившего. Хм, Кагуцутивару Баку. И что от меня нужно главе рода?

– Слушаю, – произнес я.

– Здравствуй, Аматэру-кун, – поприветствовал Баку.

– Здравствуйте, Кагуцутивару-сан, – ответил я.

– Извини, что беспокою, ты сейчас можешь говорить? – спросил он.

– Да, все нормально, – сказал я. – Слушаю вас.

– Не буду ходить вокруг да около, меня тут попросили кое-что у тебя уточнить, причем два разных человека, – перешел он к делу. – Это по поводу Хейгов. До тех, кто пристально наблюдал за вашим конфликтом, дошла информация, что ты предположительно сражался с Виртуозом. И я подозреваю, что те двое не последние, кто меня об этом спросят. Что мне отвечать, Аматэру-кун?

Умный старик. «Что мне отвечать», а не «правда ли это». Что ж, было очевидно, что битву с Азуной не скрыть. Слишком масштабные разрушения остались после нее. При этом все мои бойцы, тянущие на Виртуозов, находились совсем в другом месте, и это легко проверяется.

– Можете ответить, что это правда, – произнес я, глядя в окно машины. – Я действительно сражался с Виртуозом и победил. С очень неопытным Виртуозом, но тем не менее.

Ответил он через три секунды молчания.

– Потрясающе, Аматэру-кун, – произнес Баку спокойным тоном. – Прими мои поздравления. Ты первый Патриарх, который достиг подобного уровня.

– Благодарю, Кагуцутивару-сан, – сказал я.

– В связи с услышанным хочу спросить, исключительно для себя, – начал он слегка неуверенно. – Твой нынешний уровень – пиковый, или ты будешь и дальше становиться сильнее?

В корень зрит старик.

– Исключительно между нами, – улыбнулся я. – Слышали о древних героях?

Ответил он после небольшой паузы.

– Слышал.

– Ну так это пик могущества таких, как я, – произнес я, слегка поморщившись. Все-таки сказанное мной – не совсем правда. – Если бы у Патриархов была система рангов, то я сейчас был бы где-то на уровне Ветерана.

– Это… – произнес он и замолчал на пять с половиной секунд. – Это впечатляет.

– Справедливости ради. – Я выразительно вздохнул. – Их уровня и правда очень сложно достичь. За десять тысяч лет не наберется и десятка человек, которые смогли стать с ними вровень. Даже таких, как я, было немного. Заявляю авторитетно, так как у Аматэру есть некоторые… редкие тексты.

Чувствовал я себя в этот момент довольно странно. Вроде и не врал, но не врал только потому, что и сам не знал, что тут правда.

– Что же, надеюсь, ты сможешь это сделать, – произнес Баку. – Когда-нибудь.

Несмотря на пожелание, я отчетливо слышал в его голосе облегчение. Которое он пытался скрыть. Но это и понятно: кому хочется иметь под боком монстра уровня древних героев? Даже если ты в хороших отношениях с этим монстром. Да и в целом неприятно осознавать, что устоявшийся миропорядок может рухнуть из-за плохого настроения одного-единственного человека.

– Не уверен, что мне это на самом деле надо, – хмыкнул я в трубку. – Вы просто не знаете, как этой силы добиваются. Но об этом я вам рассказать не могу. Извините.

– Ничего, я понимаю, – ответил Баку. – Спасибо за ответы. Лишнего от меня никто не узнает.

Хех, «лишнего». Довольно размытое определение. Впрочем, я учитывал, что он может и проговориться. Хотя и вряд ли сделает это сейчас. Бессмысленно. А по поводу того, что я Виртуоза завалил… Пусть знают. Параноик в глубине души говорит мне, что кто-то может испугаться силы главы Аматэру, собрать коалицию и напасть, но логика говорит, что это маловероятно. Даже не будь я Аматэру. Тут с талантливыми простолюдинами стараются договариваться, чтобы в будущем проблем не отхватить, как те же Хейги от Адама Райта. Для войны нужна более серьезная причина, чем «а-а-а, он слишком сильный». К тому же, при наличии древних родов и их камонтоку уровень моей силы не так уж и пугает. Уточню – возможный уровень моей силы в будущем. Как раз сейчас, глядя на меня, люди будут лишь уважительно качать головой. Что мне, в общем-то, и надо.

Минус во всем этом лишь один – теперь меня точно не будут недооценивать. Увы, но сыграть на том, что я слабак, больше не удастся.

– Могли бы этого и не говорить, Кагуцутивару-сан, – добавил я радушия в голос. Ну или попытался, фиг его знает, получилось ли. Потому и предпочитаю личное общение – обманывать вживую как-то попроще, чем по телефону. – Я бы сильно удивился, если бы вы проболтались.

– Что ж, в таком случае прощаюсь, – произнес он. – Всего… Хотя, стоп. Прошу прощения… – Вслед за словами я услышал шуршание. Вроде стук задвигаемой полки. О, вот это точно шорох бумаг. – Вот, нашел. Это не совсем моя тема, точнее, слишком мелкая, но до меня дошла информация о тендере на новое программное обеспечение для министерства торговли. О нем пока не объявили, но я перешлю вам требования. Уверен, хорошенько подготовившись заранее, вы с легкостью обойдете конкурентов. По уму им бы сразу в «Шидотэмору» обратиться, но закон есть закон.

– Благодарю, Кагуцутивару-сан, – сказал я.

– Да не за что, – ответил он. – Что ж, не буду вас больше отвлекать. Всего хорошего, Аматэру-кун.

– И вам, Кагуцутивару-сан, – произнес я, после чего нажал на отбой.

Контракт с министерством торговли – это весьма неплохо. Сверхприбылей мы на этом не получим, но – по зернышку, как говорится. К тому же контракты с государством выгодны не только с финансовой точки зрения.

Вернувшись домой, я первым делом пошел искать Хирано. Нашел в библиотеке… что неудивительно.

– О, вернулся? – произнесла кицунэ, оторвавшись от книги. – И как оно?

– Мм… Странно, – ответил я. – Вот скажи, какие есть артефакты, позволяющие полностью менять внешность?

– Синдзи, – вздохнула она устало, – опять ты спрашиваешь у меня про артефакты. Ну не разбираюсь я в них.

– Ты знаешь о них лучше любого в этом доме, – возразил я.

– Тебе достаточно сделать один звонок, чтобы поговорить с теми, кто занимается этим на профессиональном уровне, – склонила она голову набок.

– Просто ответьте, профессор, – закатил я на секунду глаза.

– Профессор истории, – проворчала кицунэ. – И вообще, после всего, что было между нами, мог бы и по имени ко мне обращаться.

– Разрешаешь? – поднял я бровь.

– Разрешаю, – махнула она покровительственно ладонью.

– Ну так что там с артефактами, Хатсуми-кун?

– Просто Хатсуми, – скривилась она. – Что ж ты такой формальный? Ладно. Я знаю всего два таких артефакта. Тысячеликая – это маска, если что, – уточнила она. – И Зеркало Ян-Аши. По легендам, оба артефакта позволяли менять внешность, но к маскам у Древних было особое отношение, так что подозреваю, что Тысячеликая получше Зеркала Ян-Аши будет. Как именно происходит смена облика, насколько сильно человек может изменить его, где сейчас эти артефакты, я не знаю. Детали запроси у своих спецов.

– То есть ты даже не знаешь, пропали эти артефакты или нет? – уточнил я.

– Без понятия, – покачала она головой. – Разве что маска – легенда европейской части мира, а зеркало – азиатской.

М-да, не очень информативно. Видимо, и правда придется… Хотя о чем я, в любом случае придется звонить старикам, что сейчас исследуют трофеи затонувшего Хранилища. Просто я надеялся, что смогу получить хоть какой-то ответ здесь и сейчас. С профессорами о таких вещах по телефону не поговоришь, тут надо спецсвязь организовывать, а это время. Пусть и небольшое.

Покинув библиотеку, на автомате направился в кабинет, но, проходя мимо домашней гостиной, где мы обычно сидим с Атарашики по утрам, мысленно плюнул непонятно на что и упал на диван напротив телика. Я до сих пор не определился с тем, что делать с Турнсом и Сакураем. Даже общего плана в голове не было, не то что краткосрочного. Что мне вот прям сейчас делать? Забить и ждать их звонка? Или подготовить операцию по захвату? Слишком много нюансов. На самом деле, куда ни плюнь, везде эти долбаные нюансы, и мне очень не хочется ошибиться. Провороню свой шанс сейчас – и упущу возможность выйти на Древнего. А если Турнс и есть Древний, то его побег еще обидней. Хотя если он Древний, то тут не о поимке надо думать, а об устранении. Поймать такую цель практически нереально. Вот тебе, Макс, и еще один нюанс – Древний или не Древний? В зависимости от ответа надо строить совершенно разные планы.

Ладно. Когда не знаешь, что делать, вспомни устав. В данном случае стандартные армейские процедуры. Какие у меня вводные? Хрен пойми что происходит, но время подумать есть, а значит, первым делом надо получить больше информации, то есть – нужна разведка. Я, конечно, уже наведывался в отель к этой сладкой парочке, но ничего провокационного там не нашел и, если сейчас все повторится, я как минимум буду знать, что они спокойны и не собираются творить какую-нибудь дичь. Ну или по-быстрому сваливать.

Достав мобильник, набрал номер Змея.

– Слушаю, господин, – донесся его голос из трубки.

– Зайди ко мне прямо сейчас, – выдал я приказ.

– Уже иду, господин.

Сбросив звонок, в очередной раз задумался о том, что нужна постоянная связь, которую нельзя прослушать. Работы ведутся, но дело это небыстрое. Кстати, пара лицензий из приданого Анеко может очень помочь в создании своего собственного сотового оператора. Точнее, не в создании – процедуры по созданию и сейчас ведутся – приданое поможет неплохо развивать новое дело. Как минимум выходить по деньгам в ноль. Иметь свою телекоммуникационную компанию, которая постоянно сосет из тебя деньги, могут себе позволить очень немногие, и эти немногие уже давно все это имеют. Те же Тайра или Отомо. А вот Кагуцутивару, к слову, решили с этим не заморачиваться. Помимо этого, «Шидотэмору» работает над мессенджером. С суперпупершифрованием. Я-то в этом плохо разбираюсь, но меня уверяли, что все будет очень круто.

Вообще сотовая связь довольно безопасная в плане секретности вещь. Все операторы в этой – и не только – стране так или иначе принадлежат аристократам, и если выяснится, что данные уходят налево, этим родам придется очень несладко. С другой стороны, как минимум, владельцы таких телекоммуникационных сетей будут в курсе переговоров людей. Это терпимо, но до определенной степени, совсем расслабляться не стоит. А в случае с Древним, у которого неизвестные, но явно большие возможности в техническом плане, доверять сотовой связи вообще нельзя. Даже если бы я имел своего собственного оператора. И ведь этот уродец наверняка держит мои средства связи под контролем. Общедоступные средства. В ином случае… Да нет, сомневаюсь, что он может взломать спецсвязь, иначе я бы уже давно ощутил последствия на своей заднице.

Примерно на этой мысли в гостиной появилась Хирано.

– Ты так и не сказал, что у тебя случилось, – произнесла она, направляясь в соседнее кресло. – С чего это тебя вдруг заинтересовали подобные артефакты?

– Адвокат моего братца, похоже, может менять облик, – ответил я, наблюдая за ее перемещениями. Элегантна все же чертовка. – При этом он точно не ёкай.

– А может, он… – замерла она возле кресла.

– Древний? – хмыкнул я. – Да, я тоже об этом подумал.

Плюхнувшись в кресло и положив руки на подлокотники, Хирано некоторое время молча смотрела на меня.

– Тогда мы должны… – начала она, но не договорила. – Демоны… А что мы должны-то?

– Вот и я в недоумении, – пожал я плечами. – Он ведь может быть и обычным слугой.

– Захватывать? – бормотала она себе под нос, слегка опустив голову. – Следить? Ждать его следующего хода?

Последний вопрос она задала, уже глядя на меня.

– Для начала – разведка, – ответил я. – Сегодня ночью навещу их.

– Ты ведь там уже был, – приподняла она бровь.

После чего положила ногу на ногу и чуть наклонила голову набок.

– Ты меня опять соблазнить пытаешься? – усмехнулся я.

– Что? О чем ты… О-о-о, мужчины! – закатила Хирано глаза. – Соберись уже. Если бы я хотела тебя соблазнить, ты бы не спрашивал, а точно знал.

Хм, и правда. Как показывает практика, в исполнении Хирано такое сложно с чем-то спутать.

– Слушай, – неожиданно пришел в голову вопрос. – А ты не знаешь, из какой касты наш Древний?

– А ты меня об этом разве не спрашивал? – нахмурилась она. – Да и ладно. Строитель он. Правда, у меня нет доказательств и это лишь предположение. Мое личное мнение, скажем так.

– И почему ты так считаешь? – уточнил я.

– Хм, – задумалась она. – Он точно не Воин, эти действуют более прямолинейно. Сейчас-то ладно, но он и раньше не особо рвался драться. Про Ученых, как и про Строителей, я знаю гораздо меньше, но Ученые… – замолчала она, подбирая слова. – М-да. Расскажу одну историю. Она произошла лет шестьдесят назад. В Токусиму тогда прибыл ёкай, за которым много лет охотился Древний. Обезьяна из клана Сунь. Их сейчас даже в Китае совсем мало осталось. В общем, Сунь Мучи – зовут его так – шестьдесят лет назад приехал в Токусиму, где и осел. Парнишка хоть и молодой, но при этом считается самым искусным мастером печатей в мире. Очень хвастливый тип. Вот он мне как-то и похвастался, что много лет от Древнего бегал. Естественно, это сопровождалось множеством конкретных историй, как он обводил его вокруг пальца. Например, однажды он вывел из строя целую телеграфную станцию, что дало ему несколько дней, за которые он свел в могилу несколько прислужников Древнего. Понимаешь, Синдзи? Телеграфную станцию.

– Не понимаю, – признался я.

– Ха-а-а… – вздохнула она. – Это лишь один из множества примеров, но, если коротко – Древний активно использует людские ресурсы. В том числе и технологические. У него подручные – в основном ёкаи, а у нас с бахиром отношения не очень, то есть артефакты Древних большинство из нас применять не может. Но даже те немногие люди, которых он использует… Вот тебе еще один пример. Около десяти лет назад кто-то из тануки умудрился найти на просторах Интернета некий сайт, где координировали свои действия слуги Древнего. Подозреваю, люди, но не факт, что только они. В общем, Токусима несколько лет была в курсе очень многих их планов. К сожалению, мы, как сейчас говорят, однажды спалились, и сайт прикрыли, но сам факт, Синдзи!

– Бред какой-то, – произнес я, нахмурившись. – Древний не только пользуется Интернетом для своих дел, так он еще и не может защитить свои серверы?

– А я о чем, – произнесла она возбужденно. У нее даже уши в этот момент торчком стояли. – Думаешь, Ученые, которые, я тебе это авторитетно заявляю, крайне быстро адаптируются к изменяющейся ситуации, не смогли бы придумать, как защитить свой сайт? Или найти более удобный способ связи для своих слуг? Так я тебя уверяю – эти ребята могут и не такое. Мне отец рассказывал, что война между богами и Древними началась после удара богов. Очень мощного удара, который убил многих Древних. Почему, по-твоему, война тогда не закончилась? Да потому что Ученые до безумия быстро адаптировались к ситуации и практически моментально создали систему защиты. А потом, к слову, и нападения. Если бы наш Древний был из касты Ученых, он бы сейчас… Он бы уже десять лет назад контролировал весь Интернет.

– А Строители на такое не способны? – уточнил я, и так уже зная ответ.

– Они Строители, – отмахнулась Хирано. – Раньше, кстати, их называли «Созидатели». Эта каста строит и создает. Нового они не изобретают. У Древних на них висело создание вообще всего, от одежды до спутников.

– Фиг с ним, не может он создать чего-то нового, но это ведь Древние. У них и своих технологий полно.

– Да, – спокойно согласилась Хирано. – Но они другие. На других принципах. А Интернета… Ну, утверждать не буду, но вроде ничего похожего на Интернет у них не было. Та же система связи у Древних работает на иных, нежели у людей, принципах.

– Речь не о том, – вздохнул я. – Ладно, Интернета у них не было, но как же все остальное? Аналоги, Хатсуми.

– Так они и не делись никуда, – пожала она плечами. – Чем-то типа дронов наш Древний и пятьсот лет назад активно пользовался.

– И почему он сейчас использует человеческие технологии? – спросил я.

– Не только их, Синдзи, – вздохнула она. – Просто… Опять же, это только мое мнение, без доказательств, но, как мне кажется, у Древнего проблема с ресурсами. Потому он и своими устройствами пользуется по минимуму.

– Теми самыми, что могут существовать тысячелетиями? – хмыкнул я.

– Существовать – да, – ответила она. – А вот создавать что-то новое по известным технологиям он уже не может. Какой толк, к примеру, от одной супертехнологичной рации, когда тебе нужна тысяча штук?

– Мысль твою понял, – покачал я головой. – Но…

– Я и не говорю, что стопроцентно права, – улыбнулась Хирано. – Наоборот, сразу предупредила, что это только предположение. Я и сама понимаю, что под мою теорию можно с легкостью подкопаться. Но лично я считаю, что где-то, как-то, примерно так все и обстоит.

– Надеюсь, что ты права, – бросил я взгляд на мобильник, который так и держал в руке. – Но проверять мы это не станем. Будем считать, что проблем с технологиями у Древнего нет.

– Согласна, – кивнула она. – Немного паранойи в нашей ситуации не повредит. Благо у тебя ее чуть больше, чем «немного».

Ситуация меня тревожила. Я не чувствовал опасности, но сам факт того, что в отеле не ощущалось моей метки, именно что тревожил. И я бы все понял и не парился, если бы Сакамиджи, он же Змей, а если быть совсем точным, то его люди, уже не первый месяц не держали отель под наблюдением. То есть моя служба разведки утверждает, что Турнс и Сакурай в отеле, а импульс говорит мне, что как минимум Турнса здесь нет.

Пробраться в нужный номер труда не составляло, так как этажом выше апартаментов, где остановились адвокат с братом, уже с месяц жили наши люди. Все, что мне надо сделать, это надеть парик, переодеться, добраться до нужного этажа, отворачивая лицо от камер, расположение которых хорошо известно, зайти в нужный номер и сделать «скольжение вниз». Вот как раз перед самым «скольжением», стоя посреди гостиной номера, под которым жил адвокат, я и задумался – а нужно ли мне это? Это ведь до крайности подозрительно. И чувство жизни, и чувство разума, и все остальные мои сканирующие навыки показывали, что в отеле отсутствует не только адвокат, но и Сакурай. Точнее, оба их номера пусты. И если уж они свалили отсюда, то явно что-то подозревали и не оставили для меня каких-то зацепок. А вот ловушку оставить могли запросто. С другой стороны, опасности я все же не ощущал.

– Ладно, – пробормотал под шлемом пилотского комбинезона. – Авось повезет.

Вдруг они ошиблись и забыли что-то, а я это найду? Да и, ё-моё, я уже здесь. Уйти, даже не попытавшись что-нибудь найти? Эх, хотелось бы мне знать, как они догадались, что я узнал об их… переодеваниях.

Вздохнув, глянул на потолок, в последний раз прикидывая, на какое расстояние мне надо «скользить», после чего нырнул в подпространство и практически в ту же секунду вынырнул уже в номере Турнса.

Такая же большая гостиная элитного номера, как и этажом выше, только обставлена минималистично. Стол со стулом у одной стены, диван с огромным теликом у другой. Вот как раз на диване я и нашел… братишку. Мертвого. Судя по окоченению, мертв он был уже часов пять как минимум.

– Ну здравствуй, ведьмак, – раздалось у меня за спиной.

Признаюсь честно, мне пришлось приложить значительное усилие, чтобы не вздрогнуть. Давненько меня не заставали врасплох. Развернувшись, увидел Турнса, сидящего за столом. Запустив череду сканирующих навыков, убедился в том, что они его не видят. А значит – что? А значит, это голограмма. Очень реалистичная трехмерная голограмма. Во всяком случае, я на это надеялся, так как в ином случае эти Древние еще более стремные типы, чем я думал.

– Древний… полагаю? – спросил я.

– Так нас называют люди, да, – кивнул он.

– И зачем было его убивать? – отошел я от дивана, чуть приблизившись к столу.

– Ну не тащиться же с ним домой? – пожал он плечами. – Сам я от твоих людей с легкостью уйду, а вот он – нет. Не обращай внимания, этот человек просто статист, не более.

– Интересно, – чуть склонил я голову набок. – Получается, мой братишка для тебя не пустое место. Раз ты его сюда не привез.

– Ты все еще веришь, что он существует? – улыбнулся Древний.

– Ну откуда-то ты взял кровь, – пожал я плечами.

– Похоже, ты недооцениваешь наши технологии, – продолжал он улыбаться. – Впрочем, это твои проблемы. Лучше давай поговорим о чем-нибудь другом. Я давно хотел пообщаться с тобой… – покрутил он ладонью. – Без различных ограничений.

– О-о-о… – протянул я. – Ну давай.

– Как думаешь, из-за чего начался наш с тобой конфликт? – спросил он уже без улыбки.

– Кто его знает? – усмехнулся я. – Из-за ошибки?

– И ты угадал, – кивнул он.

Как предсказуемо. Ну а зачем ему общаться со мной, если не ради урегулирования конфликта и попытки получить пульт от спутника?

– Предлагаешь помириться? – спросил я с иронией.

– Вряд ли это получится, – вздохнул Древний. – Я не снимаю с себя ответственности, ошибка-то в любом случае моя. Просто… – замялся он. – Да любой бы на моем месте поступил бы так же. Слишком уж страшные вы ребята, ведьмаки. Естественно, я попытался убить тебя, пока ты еще слаб. Сглупил, признаю.

– То есть ты был уверен, что мы, так или иначе, станем воевать? – спросил я. – Иначе зачем пытаться меня убить?

– Все сложнее, – произнес он с серьезным видом. – Однажды ведьмаки объявили, что пытаются вернуть в мир равновесие, убивая при этом в основном нас. Что, согласись, довольно пугающая тенденция для Древних. И вот живу я такой, никого не трогаю, и тут появляется ведьмак. Что еще мне было думать? Стоило мне только немного зашевелиться, и тут объявился бы ты. Я банально опасался за свою жизнь.

– Если бы я про тебя не узнал, ничего бы и не было, – ответил я на это.

– Такие, как ты, всегда являлись фактором неожиданности, – произнес он, глядя мне в глаза. Точнее, в забрало шлема. – А я по некоторым причинам не могу залечь на дно и ждать, пока ты помрешь от старости. Мы бы наверняка с тобой встретились.

Хм, неужто Хирано права, и у него тупо заканчиваются ресурсы? То есть спутник ему нужен, чтобы эти ресурсы пополнить?

– В таком случае наш конфликт начался не из-за ошибки, – заметил я.

– Возможно, ты и прав, – пожевал он губами. – Но меня до сих пор мучает чувство, что я поступил неверно. Ошибся.

– Отличная эпитафия на надгробном камне, – произнес я, усмехнувшись.

– Не дождешься, ведьмак, – усмехнулся он в ответ. – Видал я тварей посильней тебя. И? Где они? Сдохли. Сдохнешь и ты. Вопрос, как именно – своей смертью помрешь или от моей руки?

– От твоей? Не смеши, – произнес я. – Трусишка вроде тебя до конца будет прятаться в своей норке.

– Какие дешевые провокации, – покачал он головой. – Ну да, буду, и что? Зачем мне рисковать своей жизнью, пусть только в теории, если с тобой могут разобраться и мои слуги?

– Такие же, как те, что атаковали мой дом? – играть выражением лица я не мог, шлем мешал, поэтому просто наклонил голову набок. – Если это так, то у тебя проблема со слугами.

– Главное, что у меня их много, – улыбнулся он. – А ты не сможешь постоянно прятаться в защищенном месте.

– Зачем мне прятаться? – спросил я. – Чем больше убийц ты ко мне присылаешь, тем у меня больше шансов выйти на тебя.

– Мне нравится твой высокомерный ответ, – произнес он, чуть кивнув. – Не прячься, мне же проще.

Куда-то не туда разговор зашел. Он же не для переругиваний со мной связался.

– Скучно становится, – задрал я голову к потолку. – Это все, что ты хотел? Поугрожать?

– Нет, конечно, – пожал он плечами. – Наоборот. Мы все еще можем договориться.

– Оу, прям даже интересно стало, – перевел я на него взгляд.

– Отдай мне планшет, и я забуду о твоем существовании, – произнес он. – Твоем и твоих близких.

– Какой планшет? – изобразил я непонимание.

– Тот самый, который ты достал из лаборатории, – ответил он.

Вот тут я реально удивился.

– Не понял. Какой еще лаборатории? – спросил, помолчав.

На это Древний на секунду закатил глаза и, словно маленькому ребенку, пояснил:

– Затопленное Хранилище. То самое, где сгинули твои родители.

Если он хотел меня задеть, то у него не получилось.

– Лаборатория? – поинтересовался я.

Нет, ну а вдруг? Почему бы ему и не ответить на пару моих вопросов?

– Объект, назовем его так, принадлежал касте Ученых и использовался в качестве лаборатории, – ответил Древний. – Пока эта тварь, глава лаборатории, не перешел на сторону богов. Больно осознавать, что столь высокотехнологичный и многофункциональный объект стали использовать в качестве банального склада.

– Погоди, дай угадаю: все Хранилища – это объекты предателей? – спросил я.

– Именно, – подтвердил он то, о чем я и так знал. – Предатели, что поставили свою жизнь выше жизни своего вида.

– Вы же и так вроде проигрывали, – заметил я. – Они скорее…

– У нас был шанс! – произнес он зло. – Если бы мы оставались едиными. Если бы каста Воинов… – не договорил он.

Насколько я знаю, после смерти Роги Воинов у Древних почти не осталось.

– Если бы то, если бы это, – произнес я медленно. – Если бы вы не совались на эту планету. История не имеет сослагательных наклонений. Древних больше нет, и это объективная реальность. Ты последний, и тебе недолго осталось.

Мои слова его не задели, он даже успокоиться успел. Во всяком случае, ответил он с улыбкой на лице.

– На определенном уровне реальность не имеет значения, важны лишь наши желания. А у меня, знаешь ли, уровень максимальный. Так что посмотрим, кто умрет в конце.

– Как скажешь, мечтатель, – пожал я плечами. – Проехали. Лучше скажи, получается, у тебя были связи с моей матерью? Или ты ее от начала и до конца вел? Почему тогда сам за этим планшетом не спустился?

Ответил он не сразу. Четыре секунды сверлил меня глазами и жевал губы. Видимо, хотел получить мой ответ по поводу планшета, а не отвечать на новые вопросы.

– Связи были, – все-таки ответил он. – Но не более. Я всегда знал, где находится лаборатория, но вот попасть в нее без ключа не имелось возможности. Именно его твои мать с отцом и искали. А сам я туда спуститься не мог, так как предатели первым делом настраивали защитные системы против лоялистов. И ёкаев заодно.

Ого, их технологии позволяют отличать людей от ёкаев? Прикольно.

– Не было там никакой системы защиты, – произнес я насмешливо. – Сдохла от времени.

– Что? – спросил он тихо. – Как… сдохла?

Выглядел он в этот момент забавно. Удивление и обида на его лице смешались довольно причудливым образом.

– Один-единственный коридор с лазерами, и все, – произнес я. – У объекта не осталось энергии даже на поддержание дверей.

– Понятно, – прикрыл он глаза. – Этсу, тварь…

Да у нее талант гадости делать. Хотя, важнее другое – они все же общались достаточно плотно, и Древний явно полагался на ее информацию.

– Ну и планшет я тебе, естественно, не отдам, – продолжил я. – Я ведь даже не знаю, что это за вещь. А вдруг какое-нибудь супероружие? Ну там… Может, в планшете информация о создании боевого вируса.

– Нету там никакого вируса, – процедил он, сменив растерянность на злость. – Мне очень нужна эта вещь, ведьмак. Не для того, чтобы человечество убить, плевать мне на вас. И я получу планшет, так или иначе. Если сам не боишься умирать, подумай о близких. У них нет твоей силы.

– У них есть я, – ответил холодно.

– Ты не можешь быть везде одновременно, – рыкнул он.

– Если я правильно понял, о каком планшете ты говоришь, то в нем хранится запись последних минут жизни главы объекта. Хочешь знать, почему он умер? Молчишь? Он умер, потому что тронул близких ведьмака. Причем даже не сам, там кто-то из японских богов был замешан.

– Мне нечего терять, – произнес Древний мрачно. – Ты и так на меня нацелился.

– Да, я тебя достану, – кивнул я. – Но что ты скажешь, если я уничтожу планшет? Прям завтра. Как тебе такое, великий Древний? Чего тогда будет стоить наша война? Останется ли в ней смысл?

О-о-о, а ведь я его зацепил. Не знаю, зачем ему так нужен пульт от спутника, но терять его он явно не хочет. Сидит, молчит. То в стол смотрит, то на стену, то на меня, то опять в стол.

– Хорошо, – подал он наконец голос. – Я не трогаю твоих родных, а ты…

– И близких, – прервал я его.

– Откуда мне знать, кто тебе близок? – прорычал он.

– Ну так узнай, – ответил спокойно. – Это не так уж и трудно.

Сомневаюсь, что он не в курсе, но проверка тоже займет время, что мне на руку.

– Не трогаю твоих родных и близких, – процедил он. – Слуги рода не в счет, работа у них такая, за тебя умирать.

– Согласен, – кивнул я.

– В ответ ты не трогаешь планшет, – закончил он.

– Договорились, – произнес я. – Война только между мной и тобой.

– Вы, ведьмаки, проклятье этого мира, – бросил он, после чего пропал.

Хех, оставил за собой последнее слово. Ну да мне плевать.

Оглядевшись, подумал, что после этого разговора искать тут что-либо бессмысленно, но мало ли? Впрочем, в тот же момент по нервам ударило чувство опасности, и я на автомате ушел в «скольжение» на этаж выше. Вернулся обратно. И стоило мне только приземлиться на пол, как услышал звук взрыва, а ноги почувствовали… толчок, не толчок… Вибрацию, в общем.

Это древнее чудо что-то взорвало в своем номере.

– Господин? – окликнула меня встревоженная красотка в халате.

Мое прикрытие в этом номере. Когда Накатоми начнут проверять, а теперь точно начнут, камеры покажут неизвестного мужчину, который зашел к красивой женщине.

– Все нормально, – ответил я. – Создай видимость бурной ночи. Я уйду, когда полиция подъедет.

– Хорошо, господин, – поклонилась она.

Что ж. Итоги моей вылазки, конечно, не идеальны, но, прямо скажем, хороши. Теперь я уверен, что поймать Турнса у нас не получилось бы, максимум убить, да и то… Убежал бы, как пить дать. А вот договор с ним не может не радовать. В свете того, что я его упустил. Но помимо этого во время разговора я получил очень хорошую наводку. По важности она если и меньше, то ненамного, чем договор. Говорят, что шпионы валятся на мелочах, не знаю, не было у меня в знакомых провалившихся шпионов. Но что-то в этом выражении определенно есть.

Глава 4

– Синдзи, – улыбнулась Кагами, приобняв меня, после чего отошла на шаг и осмотрела, – неплохо выглядишь. Для парня с кучей проблем.

– Да ладно вам, Кагами-сан, – произнес я добродушно. – Какие там проблемы? Ерунда одна.

– Не думаю, что император и нападение на особняк – ерунда, – покачала она головой уже без улыбки. – Ладно, не будем о грустном. Пойдем в дом.

Встретила она меня у калитки, так что далеко идти не пришлось.

– Сами-то вы как? – спросил я. – Готовы дать бой Чакри? Когда, кстати, уезжаете?

– Через две недели, – ответила она на ходу. – Хочу успеть к вашей с Мизуки свадьбе.

– Можно ведь было и после поехать, – заметил я.

– Мне так комфортней, – пояснила она, бросив на меня взгляд. – Во-первых, на самой свадьбе меня не будут беспокоить мысли о предстоящем деле, а во-вторых, хочу на свадьбе дочери чувствовать себя дважды победительницей.

– Дважды? – не понял я.

Остановившись на пороге дома, Кагами обернулась.

– Мать, сумевшая отдать за тебя дочь, определенно победительница, – усмехнулась она, после чего зашла внутрь.

– Я прямо какой-то приз, – усмехнулся я.

– Все мы чьи-то призы, – бросила она через плечо. – Все зависит от того, с чьей стороны ты смотришь. Для Акено, например, сокровищем является Мизуки, которую он скрепя сердце отдает парню.

– Так ведь не левому же парню, – произнес я.

– И что? – остановилась она посреди коридора. – Думаешь… – но, мотнув головой, не договорила. – Для нас с Акено ты очень дорог, Синдзи, но воспринимаем мы тебя по-разному, то же самое и с Мизуки. Для меня ты драгоценность, огромный алмаз, прикасаться к которому дозволено очень немногим, а Мизуки, как и Шина, это мои продолжатели, дочери, что должны не посрамить мое имя. Их можно и надо постоянно дергать, поучать, пороть, если потребуется. Для Акено – все наоборот. Ты парень, а с парнями нельзя нянчиться, их надо готовить к суровой реальности, чтобы они смогли защитить себя и своих близких. С ними можно обсуждать войны и предательства, политику и экономику. В частности, как бы кого ограбить. А вот Шина с Мизуки – это его драгоценные камни, на которые лучше даже не дышать и бить по рукам всех, кто тянет к ним свои лапы. Так что для Акено именно Мизуки сокровище, которое он отдает тебе.

После ее слов мы две секунды стояли в тишине, глядя друг на друга.

– Вы идеальная женщина, Кагами-сан, – улыбнулся я. – Повезло мне с вами.

Хотел было намекнуть, что не стану трогать Кояма, пока жив Шо – их сын, но решил не портить атмосферу. Уверен, она догадывается, что я не люблю клан Кояма, но, как и любая мать, до последнего надеется на лучшее. На то, что ее дети, к которым она причисляет и меня, одумаются. Кояма объективно не заработали на уничтожение, да и я, смею надеяться, далек от неадекватности, но с небес на землю я их клан спущу. За действия Кенты по отношению ко мне, за отношение клана к Мизуки, за Атарашики, которую под конец реально начали давить. Случай с похищением Шины довольно показательный. Кента тогда был на грани того, чтобы силой забрать нужное Токугава кольцо. А уж то, о чем он тогда говорил, и упоминать не стоит. Причем после освобождения Шины Кента сделал вид, что ничего не было, даже не извинился. Акено… Цитирую Атарашики: «Приперся и устроил тут истерику». Я пытался выпытать у старухи, не перешел ли он черту, но Атарашики отмолчалась. Подозреваю, что-то такое было, просто она не хотела портить наши с Акено отношения. В общем, мне есть за что спрашивать с Кояма, но пока жива семья Кагами, я подожду. Времени у меня много.

После моих слов Кагами усмехнулась.

– Со мной вообще многим повезло, – произнесла она. – Кстати, ты к нам по делу или просто так?

– Мм… – задумался я. – Из дел у меня – разве что у Мизуки кое-что уточнить. Правда, и долго засиживаться у вас не могу.

– Тоже неплохо, – кивнула она. – Пообедаешь с нами?

– Кагами-сан… – произнес я с укором. – Утро же. Какой обед?

– Ну мало ли, – вздохнула она. – А вдруг бы ты согласился?

Вся семья Акено сегодня дома, так как воскресенье. На весь день они тут не останутся, но и срываться куда-то с самого утра планов ни у кого не было. Собственно, прежде чем приехать, я позвонил и уточнил данный вопрос.

Коридор, по которому мы шли с Кагами, ближе к своему концу пересекался еще с одним. Вот по нему, когда мы приблизились ко входу на кухню, и протопала мимо нас заспанная Шина в пижаме. И через секунду, когда Кагами уже хотела зайти в комнату, показалась вновь. Видимо, не сразу сообразила, что увидела, а когда сообразила, сделала пару шагов назад и уставилась на меня.

– Синдзи? – произнесла она удивленно. – А чего ты так рано?

– Чтобы точно всех застать, – ответил я, улыбнувшись.

Далеко не всегда заспанные девушки выглядят привлекательно, но Шине это удавалось. Как и Мизуки, но рыжую я видел заспанной считаные разы.

– А, ну ладно… – произнесла она и потопала дальше.

– Ха-а-а… – тяжко выдохнула Кагами. – Ладно, в домашней обстановке можно.

Но тут мы услышали топот, и в коридоре, точнее, в том месте, где он пересекается с другим коридором, показалась Мизуки. А если конкретнее, то она пробежала мимо нас. И, как ее старшая сестра, через пару секунд вернулась. В отличие от девственно белой пижамы Шины, у Мизуки она была синей, с изображением каких-то аниме персонажей. Появившись перед нами вновь, Мизуки вытянула в мою сторону руку и, казалось, замычала. После чего уже другой рукой показала в ту сторону, куда бежала до этого. А под конец вскинула голову и руки к потолку, изображая какие-то мучения. И убежала. Все это было проделано в полной тишине.

– Думаю, Шину она уже не догонит, – заметил я.

– Скорее всего, – покачала головой Кагами.

У сестер вечная битва за ванную комнату по утрам. Причем комнат в доме три, но борются они за одну конкретную. Не знаю, в чем там дело, но что Шина, что Мизуки, говорят о гордости и принципах. А Кагами, в свою очередь, уверена, что девчонки и сами не помнят, с чего все началось.

– А у вас с сестрами было что-нибудь подобное? – кивнул я в сторону убежавшей Мизуки.

– Хм… – задумалась Кагами. – Мы с сестрами соревновались, кто больше парней в грязь опустит. Это считается? – склонила она голову набок, демонстрируя невинное любопытство.

– Полагаю, вы выиграли? – предположил я, проходя мимо нее на кухню.

Не стоило мне забывать, кем была и кем является сейчас Кагами. Первостатейная стерва, добрая лишь со своими.

– На самом деле – нет, – произнесла она мне в спину. – Я споткнулась об Акено.

На кухне мы оказались не одни. Стоило мне зайти, как оторвавшаяся от нарезки продуктов Чуни, одна из очень немногих служанок, что сумела прижиться в доме, низко поклонилась.

– Аматэру-сама, Кагами-сама, – произнесла она.

Причем меня она поприветствовала первым только потому, что я первым зашел в помещение. Так-то я лишь гость.

– Все, все, продолжай, – помахала ладонью Кагами и, уже глядя на меня, спросила: – Ты завтракал? Впрочем, не важно. Садись, – кивнула она в сторону стола.

После чего пошла помогать Чуни. И, если что, я не завтракал. Знал, куда еду.

Через десять минут Кагами прогнала Чуни. Видимо, та сделала всю нудную работу, позволив госпоже начать творить. Еще через пять на кухне показался Акено. О том, что я приеду рано утром, он знал, так что не был удивлен. Ну а еще через пятнадцать в помещение влетела Мизуки. То, что они с сестрой воюют за конкретную ванную комнату по утрам, не значит, что проигравший ждет, когда выйдет победитель. Вот и рыжая не стала ждать.

– Синдзи-и-и! – вскинула она руки у входа.

После чего подбежала и плюхнулась мне на колени, мазнув по лицу влажными волосами.

– Ну здравствуй, пушинка, – покряхтел я напоказ.

– Ты что так рано? – спросила она.

– Захотелось поесть супермегавкусной еды, а свободное время у меня только утром, – ответил я.

– Какой у меня непродуманный жених, а не проще было маму на чай пригласить? – удивилась она. – Перед обедом.

– О-о-о… – протянул я.

– Иди сюда, продуманная моя, – произнесла Кагами. – Помогать будешь.

– Ну, ма-а-ам, – заныла рыжая. – Чего там помогать-то?

На что Кагами повернулась и посмотрела на Мизуки. Просто посмотрела. Правда, у нее в руках сковорода была.

– Зря ты так, – заметил я тихо.

– Хей, мам, может, тебе помочь? – слезла с моих колен Мизуки.

– Всем доброе утро, – поздоровалась Шина, заходя на кухню.

– Айда маме поможем, – позвала рыжая, подскочив к ней.

– А? – не врубилась сразу Шина.

– Ты что, не хочешь помочь маме? – удивилась Мизуки, взметнув вверх брови.

Глянув на Кагами, Шина со вздохом позволила утянуть себя к плите.

Сидящий во главе стола Акено положил планшет, на котором что-то читал, и, зевнув, хорошенько потянулся.

– Кстати, – произнес он, чуть наклонившись ко мне, благо сидели мы рядом. – Что там за слухи про твой бой в Штатах? Это правда?

– Вы про… – уточнил я, покосившись на женщин. – Виртуоза?

Кухня у Кояма была немаленькой, так что мы могли себе позволить общаться не шепотом. Правда, голос Акено все-таки понизил. Не хочет беспокоить Кагами? Или боится Мизуки, которая после такой новости может навести кипеш? Не из-за волнения, а просто чтобы увильнуть от работы.

– Да, про него, – подтвердил Акено. – Это правда или всего лишь слух?

– Правда, – пожал я плечами.

– Хо-о-о… – выдохнул он, выпрямившись. – Силен, малыш. Даже жалко, что в мире нет рангов для Патриархов. Но все-таки советую подумать, как подтвердить свой уровень силы более официально. Слухи – не то.

– И зачем мне это? – не понял я. – Мне и так неплохо живется. Уважение? Репутация? Так у Аматэру этого в достатке.

– Да, – улыбнулся он хитро. – В достатке. Но только в Японии. Я даже молчу про налоговые льготы для Виртуозов – тут тебе бюрократия не позволит их получить – но есть же еще и отношения с зарубежными аристократами. Если ты не собираешься тихонько сидеть всю жизнь в этой стране, то титул Патриарха, равного Виртуозу, тебе несомненно пригодится.

А ведь прав он. Я не раз убеждался в том, что Аматэру – это величина только здесь, а в других странах мы просто очень древний род. И, раз уж зашел об этом разговор, я очень даже не прочь получить мировое признание своей силы. Раньше мне приходилось скрываться, а сейчас… А сейчас уже нечего скрывать. Пора добавить своему имени еще немного известности.

– Вы правы, Акено-сан, – кивнул я, как бы благодаря за совет. – Обязательно подумаю над этим вопросом.

Просидел я у Кояма, на самом деле, недолго, а провожала меня Мизуки. Раньше, до нашей помолвки, это могла быть любая из женщин Кояма, все зависело от того, кто дома, ситуации, настроения, но с той минуты, как было объявлено, что рыжая станет моей женой, провожала меня только она.

– Мизуки, – повернулся я к ней возле калитки, – у меня к тебе очень важный вопрос.

– Задавай свой вопрос, – ответила она немного удивленно.

– Помнишь, ты как-то раз выдала мне забавную фразу, что-то типа того, что на нашем уровне важна не реальность, а наши желания?

– Конечно, помню! – заулыбалась она. – Крутая же фраза! – и тут же засмущалась. – Правда, опасная. Я как-то папку хотела поддержать таким образом и в итоге опростоволосилась.

– Вот как… – задумался я. – И при каких обстоятельствах ты ее произнесла?

– Да так… – замялась она. – Он тогда смотрел футбол, и его любимая команда проигрывала. Вот я и…

– Я так понимаю, они все-таки проиграли, – усмехнулся я.

– С позорным счетом, – кивнула она. – Папан на меня тогда та-а-ак посмотрел… – произнесла рыжая, покачав головой.

Что ж, вряд ли Акено после такого повторил кому-то эту фразу.

– А еще кому-нибудь говорила? – спросил я.

– Это твой важный вопрос? – склонила она голову набок.

Правда, вид при этом имела довольно серьезный.

– Да, – ответил я. – Очень важный.

Зная Мизуки, уверен, она не станет уточнять, почему так и что происходит. В серьезных ситуациях она ведет себя крайне тактично. С близкими людьми.

– Хм, – задумалась она. Секунд на десять задумалась. После чего вскинулась и воскликнула: – Норико! Точно, Норико. На турнире Дакисюро. Я тогда побежала ставку делать, может, помнишь, а она за мной увязалась.

Ну да, было дело. Мизуки в тот раз побежала ставить на победу Мамио, правда, узнал я об этом позже – тогда подумал, что ей просто в туалет приспичило. Норико, к слову, тоже на Мамио поставила и тоже выиграла немалые деньги.

– Я так понимаю, она не верила в Мамио, а ты в ответ сказанула пафосную фразу, – произнес я задумчиво.

– Плюс-минус, да, – ответила Мизуки, дернув плечом.

– Ситуация ведь была гораздо серьезнее, чем с Акено-саном, – заметил я, посмотрев ей в глаза.

– Я по этому поводу тебе уже все сказала, – пожала она плечами. – Еще когда выигрышем похвасталась.

Было дело. Она вроде как тупо верила, что если я за что-то взялся, то добьюсь результатов, а за Мамио я тогда взялся серьезно.

– Ладно, проехали, – покачал я головой. – Ты кому-нибудь еще подобное говорила?

– Нет, точно не говорила, – помотала она головой. – Говорю же, опасная фраза. Да и какой прикол повторять одно и то же?

Вообще, в этом вся Мизуки. Она любит выдать что-то этакое, но именно что по приколу. Например, когда мы с ней в карты играли, я от нее услышал фразу про реальность и желание. Мне тогда сильно везло, и я в шутку выдал, что ее выигрыш противоречит реальности. В итоге она проиграла, но отмазалась тем, что, в общем-то, и не горела желанием выигрывать. Вроде как парням надо иногда давать победить, а то у нас слишком обостренное чувство гордости. Короче, я к подобному привык. Мы, то есть я и ее семья, вообще не обращаем внимания на льющийся порой из нее пафос, а вот Норико, знакомая с Мизуки не так хорошо, видимо, прониклась. Раз уж тоже на Мамио поставила.

– Что ж, рыжая, спасибо, – потрепал я ее по голове. – Ты мне правда помогла.

– А в награду получила уничтожение прически, – проворчала она, приглаживая волосы.

– Это… – сморгнул я. – Прическа была?

– Эксклюзив, – продолжала она ворчать. – Называется «Великое рыжее утро».

– Оу, ну извини, – произнес я, после чего вновь потрепал ее по голове.

Кинув прочитанное письмо на рабочий стол, откинулся на спинку кресла. Что ж, пора ехать в Токусиму. Слишком много важных дел у меня там образовалось. И с Норико поговорить, и ёкаев, которые будут ставить защиту на мой дом, найти, и, как теперь стало известно, с главой МИДа Российской империи разговор тоже там будет проходить. Не вживую, понятное дело, по видеосвязи, но вот оборудование для этого разговора проще всего незаметно доставить именно туда. Собственно, в письме без обратного адреса, которое принес сотрудник обычной курьерской службы, оговаривалось, что именно делать, где и когда. Из-за этого, кстати, я не мог тормозить с поездкой, так как сроки были четко оговорены.

Уже на следующий день мы с Казуки вылетели в Токусиму. Для общества все выглядело предельно понятно и не вызывало вопросов. Я и так постоянно туда ездил, а тут и вовсе сам бог велел навестить близких. Или богиня, но такая конкретика вряд ли кому-то в голову придет. Благо я все же убедил переехать в Токусиму своих женщин. Все-таки дела набирают оборот, а пусть и укрепленный, но все же не предназначенный для обороны онсэн, это не то же самое, что родовое поместье.

Хирано поехала со мной, но останавливаться у меня, как и раньше, отказалась. Ее можно понять – помню я, как скрючило инугами, когда она в первый раз переступила порог поместья. Встречали нас всем миром, целая небольшая толпа из женщин. Впереди всех стояла Атарашики, за ней Норико и Эрна, за ними Акеми, Раха, Рейка. Позади хозяев – близняшки Каджо с Фудзикавой Асами – той самой инугами, причем последняя была единственной, кто носил шорты и футболку, остальные дамы, даже Рейка, оделись в легкие кимоно. Ну и завершала композицию Саиджи Рури – личная служанка Казуки.

– Ого, сколько красавиц нас встречает, – изобразил я удивление. – Атарашики, ты помолодела, что ли? Отлично выглядишь.

– Льстец малолетний, – чуть улыбнулась она, после чего кивнула сразу и мне, и Казуки. – С возвращением, дети. Рада вас видеть.

Остальные женщины поприветствовали нас довольно сдержанно, только Рейка протянула руки, чтобы я ее обнял. А потом чтобы и Казуки ее обнял. Но настоящие обнимашки начались уже в доме. Норико и Акеми тискали меня, Эрну осторожно обнимал Казуки, Рейка носилась между нами и демонстрировала неувядающий оптимизм. В общем, было приятно. На душе всегда легче, когда тебя кто-то ждет дома.

О, и да, Акеми в ту ночь попыталась выжать меня досуха, но, хех, ведьмака? Досуха? Даже звучит смешно. Норико тоже попыталась бы, но в ее положении это не очень удобно. Впрочем, это я так решил, а сама Норико таки пыталась меня домогаться, а когда не получилось, отправила к Акеми. Как она выразилась: «Чтоб ты еще со служанками спал, когда наложница под рукой».

В этом мире определенно есть свои плюсы.

В тот день я так и не задал Норико свои вопросы, как-то так все закрутилось, завертелось, что банально забыл. А вот на следующий день, после завтрака, я перехватил ее, когда она шла заниматься. Хоть у нее сейчас и академический отпуск, она все равно продолжает грызть гранит науки. Вместе с ней, к слову, и Эрна, которая уже имеет одно высшее. Когда я увез ее в Японию, она была на третьем курсе из четырех и к настоящему моменту умудрилась удаленно сдать все контрольные и закончить учебу. После чего пошла уже в местный университет. Правда, из-за навалившихся дел рода у Эрны что-то там не ладилось, а когда случилась беременность, она, как и Норико, тоже взяла академотпуск. Вот они сейчас на пару и учатся, чтобы по возвращении в университет не посрамить честь рода. Правда, насколько я знаю, учатся не очень активно… но ведь и не забрасывают это дело.

О, кстати, Эрна у нас биолог, а сейчас на экономиста учится. Ну и, до кучи, раз уж об этом заговорил, Норико учится на филологическом, Мизуки на математическом, а Анеко – на факультете физической культуры, хочет стать тренером. Правда, я еще не знаю, стоит ли упоминать Анеко среди нынешних и будущих женщин Аматэру.

– Норико! Подожди! – окликнул я, увидев их с Эрной в коридоре.

Оглянулись обе, после чего Эрна что-то шепнула Норико и отправилась дальше, а моя женушка осталась на месте, дожидаясь, когда я подойду.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Нет, не волнуйся, – чуть улыбнулся я. – Просто хочу кое-что уточнить. И сразу скажу, мне очень важен ответ.

– Слушаю, – немного удивилась она.

Прям как Мизуки. Я что, так редко их о чем-то спрашиваю?

– Во время турнира Дакисюро был момент, когда вы с Мизуки ушлепали ставки делать. На Мамио. Помнишь?

– Мм, да, – ответила она все так же удивленно. – Было дело.

– В тот раз, – продолжил я, – Мизуки выдала тебе фразу, типа «на нашем уровне важна не реальность, а желание». Помнишь такое?

– О, да, это я помню четко и ясно, – усмехнулась Норико. – Сумела меня тогда рыжая удивить. И ведь права оказалась, – покачала она головой.

– Ну а сейчас, внимание, вопрос, – произнес я. – Ты когда-нибудь кому-нибудь говорила то же самое? Это важно, милая, подумай хорошенько.

– Да тут и думать нечего, – поморщилась она. – Когда ты вышел на дуэль с… ну ты понял, этот итальянец, Юлий, утверждал, что тебе каюк. Вроде как нереально Патриарху победить Учителя. Вот я и осадила его немного. Выбесил он меня тогда. Чтобы мой жених – и не победил какого-то выскочку? Пф.

Думаю, не стоит напоминать ей причины той дуэли, хоть и хотелось подразнить немного.

– И все? – уточнил я. – Был еще кто-нибудь?

– Не было, – качнула она головой. – С этим высказыванием вообще опростоволоситься очень просто, да и забыла я его уже, если честно. Ты вот только сейчас напомнил.

Значит, Юлий. Интересно как.

– Спасибо, любимая, ты мне очень помогла, – чмокнул я ее в губы. – Все, не буду больше отвлекать.

– Да я и не против, можешь отвлечь, – улыбнулась она.

– Что? – изобразил я удивление. – Аматэру проиграет какой-то учебе?

– Хрена там! – вздернула она подбородок. – Но мог бы и помочь жене найти достойный повод увильнуть от этого боя.

– С твоими-то мозгами ты и сама можешь найти повод, – усмехнулся я.

Ответила она с небольшой заминкой.

– Ну и вредный же ты, Синдзи, – вздохнула Норико. – Ладно, пойду я. Не хочу быть самой глупенькой из жен Аматэру.

Проводив взглядом удаляющуюся Норико, я направился в рабочий кабинет главы рода.

Итак, что мы имеем? Якшини прямо говорила, что Байхо прибыл из страны Кроноса, а это, в том числе, Италия. Слова Мизуки дошли до Юлиев, которые обитают в Италии. Если подумать, Древний негативно относится к ёкаям и либо подчиняет их, либо старается уничтожить. Это важно, если вспомнить, что именно европейские жрецы устроили гонения на ёкаев. Даже не так, насколько я сумел выяснить, именно на территории нынешней Италии эти гонения и начались. Хм, если подумать, то когда я встретил Турнса в первый раз, я спутал его с итальянцем. Почему? А не потому ли, что моя ведьмачья чуйка – ну или подсознание – говорила, что вижу я перед собой итальянца Юлия? Последнее, конечно, из разряда теории заговоров, но ведь было в нем что-то итальянское! Есть еще Маска, позволяющая менять то ли лицо, то ли весь образ, которая тоже находится в Европе. А если конкретнее, то у все тех же Юлиев. Правда, если Древний – Строитель, то он и без Юлиев может себе сделать подобную маску. С другой стороны, имеются такие штуки как схемы, проекты, чертежи и всякое прочее. Я к тому веду, что даже если Древний из касты Строителей, то далеко не факт, что он может создать любой артефакт. Если только у всех Строителей в голове не было информации о создании абсолютно всех из когда-либо сделанных их видом артефактов. Но что-то мне подсказывает, что это не так.

Выходит, Древний у нас из Юлиев? И вполне может быть конкретно Юлием Ренато? Просто я с трудом представляю, что столь могущественный род позволит нацепить на себя личину их человека и поехать в Японию отстаивать честь нации. То есть Древний в любом случае связан с Юлиями, но вот под какой личиной он живет, непонятно. Может быть, и Ренато, а может, какой-нибудь взрослый. Если уж ему позволено изображать Юлиев, так почему бы не примерить на время образ подростка? Будет хуже, если Древний официально не связан с Юлиями. Или как Азуна у Хейгов, которая числилась слугой рода, а на деле была основательницей этого самого рода. В этом случае вычислить Древнего станет гораздо сложнее. Почти невозможно. Впрочем, даже если он изображает кого-то из Юлиев… Вот как мне узнать, кого именно?! А ведь я и воевать с ними не могу. Тут и разница в силе между нашими родами, и Древний, который просто заляжет на дно при первых признаках того, что ему дышат в затылок.

Дерьмище. Вроде и знаю, где его искать, а толку-то?

Как бы мне уточнить информацию по Древнему? Да никак. Рассказать о нем больше могут лишь его слуги, причем ближайшие, либо он сам. Надеяться на то, что мне повезет встретиться с кем-то из них, спокойно поговорить и поймать на оговорке, не приходится. Шанс этого слишком уж мал. Если вообще есть. Хирано говорит, что Древний не любит рисковать, но это не совсем так – во всяком случае, прийти ко мне лично, пусть и под другой личиной, та еще авантюра. А вот то, что он старается не лезть в драки, скорее всего правда. Иначе он бы не убежал, а попробовал меня убить. Организовать наш с ним бой, да еще так, чтобы об этом не узнала широкая общественность, довольно просто, но нет, он посылает ко мне убийц, а сам сваливает при первой же возможности. Хм… А ведь у нас с ним, фактически, объявлена война, значит, кого-то он ко мне точно подошлет, и этот кто-то не будет слабаком. Какая вероятность того, что сильный, опытный ёкай в курсе некоторых секретов Древнего? Сильных, так или иначе, приближают к себе, да и если ёкай не дурак, то за десятилетия, а то и столетия служения, он тем или иным способом наберется важной информации о своем господине. А значит… Нужна подготовка. Сначала выманить, потом поймать. Выманить можно будет на Филиппинах, лично принимая участие в боях, необходимость чего легко обосновать. Все-таки проще убить цель среди какого-нибудь городского боя, для примера, чем достать в укрепленном доме среди мирной столицы великой державы. Так что Древний должен клюнуть. Хорошо, с этим все понятно, осталось узнать, возможно ли вообще поймать ёкая уровня Хирано. А потом еще и допросить. Тот же Байхо, не задумываясь, убил себя, как только ему начали задавать вопросы.

Без пятнадцати двенадцать я сидел в кабинете. Сидел на небольшом диванчике напротив большого монитора. В полдень у меня назначен разговор с Багратионом – главой МИД Российской империи. Разговор важный, от которого многое зависит, я бы даже сказал – слишком многое, но тут уж ничего не поделаешь.

Вибрация мобильника, лежащего под рукой на том же диване, отвлекла от мыслей о предстоящем разговоре. Глянув, кто звонит, я дернул бровями.

– Слушаю, – произнес, приняв звонок.

– Здравствуй, Синдзи-кун, – услышал голос принца.

– Здравствуйте, Нарухито-сан, – ответил я.

– Тут такое дело… – начал он, как мне показалось, неуверенно. – В общем, после нашего последнего разговора я засел за родовые хроники, да и в целом за исторические документы рода, и выяснил, что токийский дворец, оказывается, был неплохо защищен магически. Когда-то. Правда, у нас мало информации об этом, так как защитой занимались еще Токугава. Но даже по клочкам сохранившейся информации выходит, что все было замечательно. Проблема в том, что с тех пор как ёкаи ушли, дворец не раз отстраивали после разрушений, либо по тем или иным причинам перестраивали. Например, крепостную стену сильно разрушили во время Второй мировой, так что было принято решение снести ее остатки и построить заново. А на эту самую стену было много чего завязано. И так во всем. В итоге на данный момент токийская резиденция моего рода в буквальном смысле беззащитна перед различными магическими проявлениями.

– Нарухито-сан… – вздохнул я. – Мне кажется, это не телефонный разговор.

– О, не волнуйся, – ответил он, усмехнувшись. – Я все понимаю, но мои… – Он выделил слово «мои». – Разговоры по телефону прослушать не удастся. Просто поверь мне на слово.

– Как скажете, Нарухито-сан, – произнес я, продемонстрировав легкую неуверенность в голосе.

– Я, в общем-то, и не собираюсь много говорить, – вздохнул он. – Просто… Помоги, а? Умом-то я понимаю, что ничего нам не будет, но тут со мной еще и семья живет. А после похищения Фусако к их безопасности у меня немного параноидальное отношение. Я… – замялся он. – Серьезно, Синдзи-кун, мне неудобно в таком признаваться, но в последнее время я стал слишком часто присматриваться к темным уголкам дворца. И меня крайне нервирует собственное поведение.

Вообще-то, я могу его понять. Хорошо смотреть на ситуацию с моей стороны – я владею особняком в Токусиме, где могу спрятать близких под защитным артефактом, который прикрывает дом в Токио, у меня есть выходы на ёкаев с их возможностями… В конце концов, я могу видеть тех Ушедших, что умеют скрываться от взора людей. А вот Нарухито буквально голый стоит перед неизвестностью и не знает, что ему делать. Так я его еще и клятвой молчания повязал. Поэтому не мне говорить, что все будет в порядке и семье принца ничего не угрожает.

– Я подумаю, что можно сделать, – произнес я после пары секунд обдумывания ситуации. – Скорее всего, минимальную защиту вам и вашей семье я обеспечить смогу. Но, Нарухито-сан, никаких обещаний. Я и сам… новичок в том мире.

– Понимаю, – произнес он с отчетливым облегчением в голосе. – Спасибо, Синдзи-кун.

– Не за что, Нарухито-сан, мне несложно уточнить данный вопрос, – улыбнулся я на автомате, правда в то же мгновение вспомнил, что говорю с собеседником по телефону и все мои ужимки бессмысленны. – Я свяжусь с вами, когда вернусь в Токио.

– Еще раз спасибо, – произнес принц. – И да, раз уж я все равно позвонил тебе… Тут такое дело, говорят, что ты Виртуоза победил, это так?

– Да, – ответил я, добавив в голос усталости. – Было дело.

– Похоже, тебя успели утомить этим вопросом, – усмехнулся он. – Что ж, я тебя услышал. И знаешь, почему-то даже не удивлен. Наверное, устал удивляться.

– Не сказать, что утомили, – ответил я. – Просто мне казалось, что достаточно подтвердить один раз. К тому же мне не нравится сам факт того, что об этом узнали.

– Но почему? – спросил Нарухито. – Это ведь колоссальная личная репутация, оправдывающая все возможные минусы.

– Даже то, что теперь ко мне будут подсылать убийц ранга Виртуоз? Знаете, – усмехнулся я. – Даже мне попроще работать против Мастеров.

– Не так уж часто это происходит, – ответил принц. – К тому же… Ты и раньше был на таком уровне, когда посылать Мастеров бессмысленно. Твоя сила плюс охрана не оставят убийцам и шанса.

– И все же, мне было бы спокойней, если бы меня недооценивали, – ответил я. – Хоть немного.

– Как скажешь, – произнес он. – Твоя позиция тоже имеет право на жизнь. Но, как по мне, публичным людям выгоднее демонстрировать свой ранг.

– Все может быть, – произнес я. – Может, вы и правы.

Спорил я из принципа, так как мне уже плевать было на данную ситуацию. Что случилось, то случилось, я где-то в глубине души даже радовался, что мне теперь не надо скрывать свою силу. И уж что я сделаю точно, так это воспользуюсь случившимся по максимуму. Если уж о победе над Виртуозом все равно узнали, так пусть об этом знает как можно больше людей.

– Определенно прав, – усмехнулся принц. – Что ж, Синдзи-кун, не буду тебя больше отвлекать от дел. Всего хорошего.

– До свидания, Нарухито-сан, – попрощался я.

Отложив мобильник, вновь уставился на монитор. Правда, думал я в тот момент не о разговоре с русским министром. Принц подкинул мне работенку. Небольшую, но тем не менее вопрос с защитой его семьи от… магических проявлений, скажем так, лучше решить. Если в дело вступает страх за близких, переходящий в паранойю, то человек уровня наследного принца может наломать таких дров, что мало не покажется никому.

Знал бы, что он так остро отреагирует, ничего бы не рассказывал, но мне почему-то казалось, что у Нарухито более крепкие нервы. И по отношению к себе, скорее всего, так и есть, но, когда в дело вступает семья… Ладно, не важно. Разберемся.

Ровно в полдень на связь вышел Багратион. Все та же короткая седая шевелюра и усы. Которые стали заметно больше после нашей с ним встречи. Старый, строгий, опытный. И, как подавляющему числу иностранцев, ему плевать, кто такие Аматэру.

– Здравствуйте, Андрей Витальевич, – поприветствовал я его на русском.

– Господин Аматэру, – кивнул он. – Признаться, я удивлен и заинтригован вашей просьбой устроить этот разговор. Уверен, сегодня я услышу что-то интересное.

Сразу к делу, да? Хорошо, я не против.

– Полагаю, что так и будет, – улыбнулся ему. – Вряд ли к вам часто обращаются с подобными просьбами.

– Значит, просьба, – чуть наклонил он голову.

И в его тоне не было разочарования или насмешки, он просто констатировал факт. Вроде как закрыл один из вопросов, а они там наверняка гадали, с чем я к ним обращусь.

– Да, – чуть кивнул я. – Причем нагловатая.

– Даже так? – улыбнулся он в усы.

– Увы, – покивал я. – К сожалению, просьба у меня достаточно серьезная и, можно сказать, не моего уровня.

– Ну хватит уже, юноша, я же сейчас от любопытства умру, – произнес он, все так же улыбаясь. – Говорите уже, что вам потребовалось.

– Кхм… – кашлянул я. – Для начала мне бы хотелось попросить вас, чтобы этот разговор остался между нами. Не конкретно мной и вами, а между нашими сторонами. При любом его исходе.

– Не сомневайтесь, господин Аматэру, – произнес он с серьезным видом. – Мы не болтливы.

– Тогда… – изобразил я задумчивость. – Начну, пожалуй, с самого начала. Дабы у вас было понимание, зачем и почему. Дело в том, что я задумал напасть на Филиппины.

– Стоп, – приподнял он руку и, прикрыв глаза, помолчал шесть секунд. – Прошу, продолжайте.

По идее, не очень вежливо, но при разнице нашего положения и возраста – в пределах нормы.

– Так вот, – заговорил я вновь. – Нападение на Филиппины. Самая главная проблема в моем плане – это американцы. Как вы понимаете, они просто не дадут мне куролесить слишком долго. Очень может быть, что вообще не дадут. Хотя бы просто из-за непонимания ситуации решат утихомирить вторженца.

– Я бы даже сказал – в основном из-за непонимания, – покивал Багратион. – Насколько я знаю, на Филиппинах сейчас неспокойно, и Штатам было бы даже выгодно, если бы кто-нибудь… отшлепал их подопечных. Но Аматэру… – пожевал он губами.

– А если точнее – японцы, – кивнул я. – Неразбериху вносит и то, что в неспокойной, как вы выразились, ситуации виновен именно я. И американцы наверняка это знают.

Судя по безразличному выражению лица, Багратион в курсе, кто там воду мутит.

– Ну да, – хмыкнул он. – Получается, сначала вы подбиваете филиппинцев против американцев, а потом сами нападаете на них. Я бы тоже не понял, что происходит. Точнее… – задумался он. – Я бы не понял, какова ваша конечная цель, – посмотрел он мне в глаза. – Ясно, что вы против Филиппин. Сначала хотите, чтобы их прижали американцы, а когда они практически готовы это сделать, нападаете сами? Зачем? Что дальше?

Это он размышляет или вопрос задает?

– Полный захват Филиппин, – решил я ответить.

Просто бессмысленно что-то скрывать. Если русские решат сделать подлянку, им и предыдущей информации хватит.

– А вы амбициозны… – произнес он медленно. – Мне нравится. И что вы хотите от нас?

– Я хочу, чтобы вы изобразили третью сторону, которая желает урегулировать конфликт на Филиппинах, – ответил я. – У Российской империи в этом плане довольно серьезная репутация.

Немного помолчав, Багратион произнес:

– Возможно, я слишком стар и закостенел, но что-то я не понимаю, чего вы хотите добиться.

– Причины, Андрей Витальевич, – улыбнулся я. – Аматэру столько времени пытается стравить Филиппины с американцами, а тут приходите вы и ставите мой план под угрозу.

– О-о-о… – протянул он. – Ахм… А… Хм… Неплохо. Это может помочь. Действительно может. Американцам определенно помогут понять ваши мотивы. А если вы еще и поясните, почему так не любите эту страну и хотите их наказать… Да, неплохо. Только вот как быть с нашей репутацией, о которой вы упомянули?

– Не совсем понял, – нахмурился я. – Ваша репутация зависит от взятых на себя обязательств. А если вам придется уйти, даже не начав толком работать, то причем здесь она?

– А вам это поможет? – приподнял он бровь. – То, что мы даже толком не начнем работу?

Головой мне в тот момент пришлось работать очень быстро. Слишком много нюансов.

– Хорошо, – произнес я. – Внесем дополнение. Вы начинаете работать, и в этот момент в ваши политические разборки лезет правительство Японии. Четвертая сторона, которая пытается уговорить вас отойти в сторону. Вам наконец-то удается деликатно отшить японцев, и в тот момент, когда вы готовы приступить к урегулированию конфликта, в дело вступаю я.

Мое предложение Багратион обдумывал довольно долго, чуть больше четырех минут.

– Может получиться, – заговорил он наконец. – Мы еще и работать толком не начнем, а вы за счет братского рода уже будете в курсе наших серьезных намерений.

– Что, естественно, сильно меня встревожит, так как мне не нужно, чтобы на Филиппинах царил мир и порядок, – закончил я.

– Что ж, – покачал он головой, – интересный выход из ситуации, найденный за несколько секунд. Вы меня впечатлили, господин Аматэру.

На самом деле, плюс-минус такие планы у меня и были, просто акценты расставил по-другому. МИД Японии я хотел привлечь, если бы это получилось в качестве дополнительного повода – в глазах американцев, конечно же – напасть на Филиппины. Типа, смотрите, я даже свои связи с правящим родом использовал, чтобы русских убрать, но раз уж не получилось, то у меня не остается иного выбора, как напасть самому. И если бы не получилось, это был бы приемлемый минус. Теперь же, без привлечения МИДа Японии, похоже, весь план нарушится.

Очень надеюсь, что Нарухито мне поможет. Я сейчас даже не про желание принца, а про его возможности. Ему ведь еще надо будет с отцом как-то разобраться. Обосновать разборки с русскими, не упоминая при том Аматэру.

– Вы слишком высокого обо мне мнения, Андрей Витальевич, – покачал я головой. – Не такая уж и сложная эта задачка.

На что Багратион в задумчивости покивал.

– Хорошо. Я понял, чего вы хотите, господин Аматэру, – произнес он. – Это возможно, но я должен проконсультироваться с его величеством. Как он решит, так и будет. Думаю, вы и сами понимаете, сколько подводных камней в вашей просьбе, так что не буду ничего обещать. С его величеством у меня запланирована встреча послезавтра, так что давайте вернемся к этому разговору в это же время через два дня.

– Я могу только поблагодарить за такую оперативность, – чуть склонил я голову.

– Просто сложилось так, – махнул он ладонью. – Всего хорошего, господин Аматэру.

– И вам, Андрей Витальевич, – ответил я перед тем как отключить связь.

Откинувшись на спинку дивана и прикрыв глаза, еще раз прогнал в голове детали нового плана, после чего поднялся на ноги и вышел из кабинета. Надо решать вопрос принца, который, к слову, совпадает и с моим делом. Мне ведь тоже необходимо укрепить магическую защиту дома в Токио.

– Господин, – обратился ко мне стоящий в коридоре Каджо.

Мой Каджо. Каджо Суйсэн. Это важное уточнение, так как поместьем в Токусиме управляет его семья и этих самых Каджо тут полно.

– Что случилось? – спросил я его.

– Двадцать минут назад вам звонили из управления полиции, – произнес он. – Передали, что была поймана какая-то иностранка, утверждающая, что имеет информацию, связанную с безопасностью членов рода Аматэру.

– Ну что за день, – вздохнул я. – Как ее зовут хоть, сказали?

– Амалия Нойман, господин, – ответил Каджо.

Няня Рейки? Во дела… Опасность для членов рода?.. Блин, а в полицию-то она за что угодила?

Глава 5

Когда я видел Амалию Нойман в последний раз, это была полноватая женщина, смотревшая на мир не то чтобы высокомерно, а как человек, знающий себе цену. Мощная, гордая, следящая за своей внешностью дама. Сейчас же, когда ее завели в комнату для допросов, я увидел изрядно похудевшую, потрепанную женщину, которая, как мне кажется, была готова сломаться в любой момент. Лишь та самая гордость не давала ей опустить плечи. Но стоило ей только зайти в комнату и увидеть меня, из нее словно стержень вытащили, и одновременно с этим я почувствовал исходящее от нее облегчение. Даже я со своей недоэмпатией это ощутил.

– Полицейский-сан, не могли бы вы снять с нее наручники? – спросил я у мужчины, что привел Амалию. – Заодно организуйте чай или кофе.

– Да, конечно, Аматэру-сама, – поклонился тот, после чего полез за ключами от наручников.

Когда Амалии освободили руки, ее глаза увлажнились, а когда она села за стол, прикрыла лицо ладонями и беззвучно заплакала. Я не стал ее трогать, дал успокоиться самой. В руки она себя взяла, только когда в комнату занесли поднос с чашками и блюдцем, на котором лежало несколько печений.

– Прошу меня простить, господин Аматэру, – произнесла она, вытирая глаза. – Последние недели были очень сложными для меня.

Недели?

– Ничего, – ответил я. – Все в порядке. Расскажите мне, что случилось.

В общих чертах я знал, что произошло, но только то, что было здесь, в Японии. Амалия Нойман прибыла в Токио неделю назад, в сопровождении двух мужчин. Европейцев, как и сама Амалия. Точнее, немцев. Заселились в гостиницу, два дня не вылезали из номера, а на третий день, когда один из мужчин куда-то ушел, все и произошло. Скорее всего, ей просто не повезло, так как она не рассчитывала, что тот мужчина, который ушел, вернется настолько быстро, иначе не было бы второго трупа. Хронология событий была примерно такой – Амалия алюминиевой ложкой пробила шею первому мужчине, услышала, как в замке поворачивается ключ, схватила пистолет убитого, подбежала к двери и выпустила несколько пуль в не ожидавшего такого второго мужчину, после чего затащила труп в номер, смыла с себя кровь, переоделась и ушла. Камеры в отеле не проверяют – как правило, они работают просто на запись – так что трупы обнаружили лишь позавчера. К этому моменту Амалия успела попробовать встретиться со мной в Токио, узнать, что я в Токусиме, перебраться сюда и уже здесь попасться полиции.

– Еще раз прошу прощения, – произнесла она, после чего сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. – Те люди, которых я убила, были из «Ассоциации». Через пару месяцев после того как я вернулась в свою страну, за мной установили слежку. Я сначала не знала, кто это… Да я, в общем-то, до самого последнего момента не знала, кто это, но на всякий случай решила залечь на дно, благо пока присматривала за Рейкой, проработала несколько путей ухода от преследователей. Только вот на этот раз ничего не помогло. Меня поймали. Тогда я и узнала, кто это был.

– Позвольте уточнить, – поднял я руку. – Говоря об «Ассоциации», вы имеете в виду организованную преступность Европы?

– Да, – кивнула она. – Как «Темные кланы» Китая или «Стоящие рядом» в Персии. Только вот «Ассоциация»… – замялась она.

– Можете не объяснять, госпожа Нойман, – чуть улыбнулся ей. – Я немного разбираюсь в особенностях преступного мира разных стран.

Пришлось в свое время узнавать. В разных государствах подобные группы называются по-разному, но суть у них одна – организованная преступность. В Японии – это «Гарагарахэби», в Китае – «Темные кланы», в Индии – «Ананта даура». Даже в Сукотае есть так называемые «Непризнанные». Ну а в Европе – это «Ассоциация». От остальных «Ассоциация» отличается тем, что распространена она чуть ли не на всю Европу. То есть это преступные организации не одной Германии или Франции, а большинства стран Европы. Разве что в Италии рулит мафия, а в Англии – братства. Ну и Россия с группировками под общим названием «Темень», как и в моем прежнем мире, стоит особняком от Европы. В общем, «Ассоциация» наряду с «Темными кланами» Китая – одно из самых мощных и, что уж там, наглых объединений преступников в мире. «Гарагарахэби» – щенки по сравнению с этими ребятами. Да что уж там, как мне кажется, японским бандюганам помогает правительство, иначе их давно бы задавили иностранцы. Не силой, так экономикой. Силой, кстати, как минимум один раз пытались, но тогда китайцев сумели остановить.

– Да… Так вот… – сделала она глоток чая. – Меня поймали. И, как выяснилось, все дело в Рейке. Этим ублюдкам нужна ваша сестра, господин Аматэру.

– Подожди, – поднял я руку, прикрыв глаза. – Ты хочешь сказать, что какие-то бандиты решили похитить сестру главы рода Аматэру? Я ведь правильно тебя понял?

– Да, так и есть, – подтвердила она. – Лично мне они говорили только о выкупе, но перед этим несколько недель выпытывали различные мелочи из жизни семьи Сакураев. Где они были, когда встречались с дочерью, где встречались, настроение Рейки после встречи. Очень дотошно выясняли. Для выкупа это… – запнулась она.

– Не нужно, – кивнул я.

– Как мне кажется, господин Аматэру, – продолжила Амалия. – Им нужна не совсем Рейка, а то, что ей досталось от родителей.

– Откуда им вообще известно, что ей что-то досталось? – спросил я. – Или даже – откуда им известно про Сакураев и про то, чем они владели?

– Тут… – запнулась она, покрутив в ладонях чашку. – Тут все достаточно просто. Родители Рейки не чурались сомнительных связей, и с «Ассоциацией» они тоже сотрудничали. Конкретно – с гильдией Гехта.

– Которые вас и похитили? – уточнил я.

– Да, – чуть склонила она голову. – Я… У меня было несколько вариантов поведения, и я выбрала максимально нейтральный. Вроде как Рейка – просто работа. Я отвечала на их вопросы, но среди них встречались те, что были оговорены с четой Сакураев. К сожалению, допрашивали меня… профессионалы, так что они заметили… – поджала она губы. – Не знаю, возможно, нестыковки, так как я пыталась лгать и недоговаривать, возможно, мою реакцию на конкретные вопросы. Я… меня не готовили к пыткам, господин, к физическим пыткам. По идее я должна была совершить самоубийство, но тогда никто не смог бы предупредить Рейку… Или вас. Прошу простить, но утаить мне удалось очень немногое.

М-да-а-а… А ей нехило так досталось.

– Я понимаю, госпожа Нойман, не переживайте, – произнес я доброжелательно.

Тут мог бы возникнуть другой вопрос – откуда у нее вообще, скажем так, полушпионские умения, но ответ довольно прост и на виду – Амалия Нойман закончила Международную школу слуг в Монако. А там, как я знаю, чему только не обучают. По верхам, но тем не менее. Правда, ее спонсор сначала обанкротился, а потом попал в тюрьму, так что после выпуска Амалия стала работать на себя. И неплохо зарабатывала. Временная служанка, няня, эскорт услуги без сексуального подтекста и все такое. Образование позволило на начальном этапе заработать репутацию, а репутация в дальнейшем сделала ее заметной фигурой на рынке труда.

– В общем, – вернулась она к своему рассказу, – после того, как из меня вытащили все, что им было интересно, ко мне приставили двух мордоворотов и отправили в Токио. По плану я должна была выманить Рейку, отослать охрану, находящуюся при девочке. Деталей не знаю, обещали рассказать уже здесь.

– То есть подготовка в самом Токио началась еще до вашего прибытия? – спросил я.

– Скорее всего, – кивнула она. – Но точно не знаю – мне мало что говорили на этот счет. Давали только общую информацию, чтобы знала, к чему готовиться.

Хм. А тут нежданно-негаданно на особняк напали ёкаи Древнего, и Рейка переехала сначала в онсэн, а потом и вовсе в Токусиму. Сейчас похитители, скорее всего, залегли на дно. А то и вовсе перенесли операцию на когда-нибудь потом. Или не перенесли, расслабляться нельзя. Бандиты бандитами, но какие силы они привлекли для похищения, я не знаю. Сейчас-то Рейка в безопасности, но не держать же мне ее вечно взаперти?

Нет, ну какая наглость!

– Прошу, объясните мне, – потер я лоб. – Они реально не понимают, с кем связываются? Или что? Считают себя сильнее Аматэру?

– Я не знаю, господин, – бросила на меня взгляд Амалия. – Скорее всего, все проще и банальнее – они просто не верят, что вы до них доберетесь. Как ни крути, а в Германии у вас нет связей. «Ассоциацию» не могут выкорчевать уже лет сто, наверное, и вряд ли у вас получится то, что не вышло у правительства. Пусть даже против вас будет лишь одна-единственная гильдия, но и вы не кайзер. У себя дома они стараются не шуметь, а вот свободный род в далекой Японии – совсем другое дело.

Кстати, да, Япония одна из очень немногих стран, где правительство контролирует организованную преступность. Не управляет, нет, именно контролирует, осаживая в нужный момент. В Европе с этим хуже… и лучше. Как ни странно, но именно простому народу в Европе живется поспокойнее, там преступники ведут себя гораздо осторожнее. Практики задержки выезда полиции, если происходит разборка в определенном квартале, в той же Германии нет, а значит, и той ситуации, что произошла в «Ласточке», когда умерла тетя Наташа, там произойти не могло. Точнее, могло, но не из-за того, что полиция решила не спешить. Я это к тому, что «Ассоциация» действительно умеет скрываться, у ее гильдий вполне себе хватает сильных бойцов и профессионалов в различных сферах деятельности. Ну и, естественно, путей отхода и залегания на дно у них хватает.

– Что ж, я вас понял, – произнес я, добавив делового тона в голос. – Вытащить вас отсюда прямо сейчас я не могу, но, думаю, в ближайшие дни получится. Не волнуйтесь, взбодритесь, будьте готовы переехать в мое поместье.

– Благодарю, господин, – поклонилась она, поставив кружку на стол.

– Не стоит. О вашей дальнейшей жизни мы поговорим потом, когда вы выйдете на волю, – поднялся я из-за стола. – И спасибо. Я ценю то, что вы сделали.

Откладывать в долгий ящик появившуюся проблему я не стал. Правда, и хвататься за телефон сразу, как сел в машину – тоже. Пока возвращался домой, обдумывал ситуацию и что надо сделать в первую очередь, так что, вернувшись, имел первичный план действий. Для начала я нашел Занозу.

– Акеми, – окликнул ее, перехватив в коридоре. На самом деле я шел в библиотеку, где она, по словам слуг, находилась, но так тоже ничего. – Дело есть, пойдем поговорим.

– Как скажешь, – произнесла она с любопытством.

Развернувшись, направился к себе в кабинет.

– Я только что узнал, что одна из гильдий «Ассоциации» хочет похитить Рейку, – произнес, чуть повернув к ней голову.

От услышанного Акеми даже остановилась на секунду, что заставило остановиться и меня.

– Они что, с ума сошли? – произнесла она с крайне удивленным выражением лица.

После чего вновь сдвинулась с места.

– Скорее, зазнались, – продолжил я движение. – Ну да не о том речь. Они поймали няню Рейки и хотели ее использовать, но немка оказалась непростой штучкой и умудрилась сбежать. При этом убила двоих сопровождающих. Сейчас она сидит в одном из полицейских участков Токусимы. Она предполагает, и я с ней согласен, что подготовку к похищению начали до того, как ее привезли в Японию, так что сейчас где-то здесь находятся люди «Ассоциации», и чем они занимаются, я понятия не имею. А очень хочу знать.

– Я поняла, – произнесла Акеми. – Займусь этим немедленно.

– Я еще Змею позвоню, поработаете вместе, – добавил я. – Ваша главная задача – найти и незаметно следить. Не более. Если, конечно, я не определюсь до этого, что делать. Честно говоря, в этом деле очень много вопросов. Например… – нахмурился я. – Возможно, это паранойя, но нельзя отбрасывать и участие Древнего. И пусть то, что я узнал от Нойман, звучит довольно логично, я сейчас готов предполагать что угодно.