Kitobni o'qish: «Пришествие»

Shrift:

Начало

На улице виднелось тёмное облако, в зимнем покрове мрака чувствовалось пришествие чего-то опасного. Старый пенсионер сидел на лавочке, жуя пирожок с луком, в тёплых шерстяных варежках, не дававших ему замерзнуть в эту холодную зимнюю погоду. Увидев в сумрачном небе тёмное облако, приземлившееся перед его глазами, как в каком-нибудь фильме про инопланетян, старичок вздрогнул от испуга. Облокотившись полностью на лавочку, он немного задрожал и выронил из своих рук надкусанный пирожок. Облако приземлилось как первый снег. Вглядываясь в него, он ощущал, что его смерть пришла по его грешную душу. Это было воплощение смерти. Старичок выговорил нелепый вопрос. Для всей этой ситуации шутка была самым оптимальным началом полноценного разговора.

– Отличный плащ, у папки одолжил? – с чувством нелепого страха стал смеяться очень тихо, боясь отпугнуть собеседника.

Темное облако напоминало смерть, как многие ее нам представляли, только без косы: его тело парило тёмным огненным пламенем, сливаясь с плащом. С лицом ходячего мертвеца, с левого края которого немного виднелась черепная коробка, его тонкие измождённые костлявые руки с ярко выраженными открытыми ранами вызывали страх и отвращение у старичка. От неизбежного облегчения, невообразимого для человеческого разума, старик не смог контролировать своё тело, содержимое желудка при рвоте вышло наружу. Он достал белую салфетку, чтобы убрать содержимое со скамейки и с себя. По правую руку старика стояла проржавевшая мусорка синего цвета в форме цилиндра, он выбросил салфетку в неё.

– Продолжим, мой друг? – обратился к темному облаку.

Чудище подало свою руку в знак своей дружбы. Они пожали друг другу руки.

– Ил Инм, – проговорило чудище своё имя или сказало на своём языке, чтобы полностью старичок доверился ему.

Старичок тяжело поднялся. Взял трость, чтобы не плюхнуться в зимний сугроб. Старичок звал своего собеседника Ил Инм, неуверенно и неловко, он не знал, как к нему обратиться. Он говорил с ним с улыбкой на глазах, рассказывая истории.

– Мой сосед по смежному балкону, хоть и живёт в соседнем подъезде, ну это не значит, что я не могу прийти к нему в гости. Не захожу! Потому что у него настоящий ад в квартире. Я уговаривал его, чтобы прибрался у себя, и тогда приду в гости. Он прибрался! Для меня это было неожиданно. Ему было тридцать пять, жил один. Конечно, компьютер у него был, спросишь ты? Говорил мне: «Посмотри в компьютере, там много интересных движущихся картинок, которые дают тебе полное облегчение». Мужчина был как дитё, которому не давали игрушку с самого детства, поэтому он вцепился в эти «движущиеся картинки». Говорил: бросил бы эту нелепую затею, она тебе ничего в жизни не даёт, кроме твоего бестолкового, губительного и извращенного разума. Попробуй недельку не пользоваться компьютером, тогда станет легче. И станешь как я! – проговорил старичок с радостной, весёлой улыбкой. – Я хотел ему помочь, правда. В дальнейшем узнаю, он повесился в комнате в своей прежней грязной одежде, в которой встречал меня. Вот такие дела! – старичок прослезился.

– Спросишь ты, а как же моя семья? Любящая жена, которая погибла в автокатастрофе и оставила на меня двух детей. Пришлось как-то выживать. Няньку нанимал, чтобы следила за Петей и Машей, они родились в один день. И не прекрасно ли это? – спрашивал у Ила, с улыбкой вспоминая о прошлом. – Так вот… Пришлось работать на двух работах. Максимальная моя зарплата – семь тысяч сразу на двух работах. Я видел всё! Как дети вырастали и на моих глазах умирали, когда им исполнилось по восемь лет, как раз у них день рождения был летом, можно сказать: пять месяцев тому назад навещал их на кладбище. Петя – смышлёный был мальчик, ему нравились разные вида спорта, даже удивлялся, что похож на моего отца, который звал меня на футбол, конечно, меня не интересовал футбол, ну ради отца согласился. Маша напоминала мою милую Милин. Я дочке всегда говорил, что она такая же милая, как её мать. Получилось так, что они умерли в один день. Петя погиб из-за виноградной косточки в горле, даже до больницы не доехали, как его сердце стало останавливаться. Маша погибла из-за автомобилиста, как её мать, – старичок прекратил разговор, давая понять Ил, что он закончил.

Они приближались к неизвестной двери, которая стояла посередине детской площадки. Ил, направляя рукой, указал дорогу для старичка.

– Сейчас, голубчик, – немного останавливаясь, бросая трость, чтобы самому добраться до двери. – Здесь моя дорога заканчивается. Увижу ли их? Не отвечай сразу, не хочу спойлеры, – последней улыбкой всматривался в последнего собеседника. – Знаешь, если жизнь так груба с тобой, что можешь с ней сделать ты?! Мы встретимся с тобой на той стороне, и тогда ответишь мне улыбкой на глазах, – обращаясь уже не своему собеседнику, а будто ответил самому себе.

Старичок медленно вздыхает из-за усталости, подходя к двери, для него это длинный путь. Он повернул ручку деревянной двери. И не увидел ничего кроме темноты. Может, это иллюзия, которая не даёт нам увидеть нечто загадочное. По плачущим глазам старика стало понятно, он что-то видит. Не задумываясь, старик заходит в темноту, пропадая из виду. Дверь жизни захлопнулась навсегда. Ил и дверь растворились в зимнем холодном воздухе, ничего не оставляя после себя. Трость так и осталась лежать на детской площадке, говоря всем: «Не трогайте меня, я и так пострадал от всего этого».

***

Просиживал на старом деревянном стуле, который издавал неистовые скрипучие вопли. На кровати лежал красный халат, его постоянно одевал, выходя на улицу. Мужчина лет тридцати пяти в грязной майке белого цвета, которая в дальнейшем перекрасилась в ярко-желтоватый цвет мочи. Обычные обтягивающие шорты до колен. Смердящий запах испорченного швейцарского сыра, вытекающий из-под зловонных подмышек. Облысевшая голова, с которой самые мелкие волоски убегают моментально, грубо говоря – лысеет. Прыщи, выдавленные на лице мерзкими грязными немытыми руками – спичками, находившимися за немыслимой от человеческой отвратности чертой. На экране монитора виднелись двигающиеся картинки, которые удовлетворяли нашего хозяина.

– Е-бой, мои картинки любимые, – с удовольствием прокричал хозяин от настоящего трепета.

Встал со своего деревянного скрипучего стула, издавая звук пердежа. Подошёл к своему маленькому холодильнику, который еле доживал в этой халупе. Открыв дверцу холодильника, находит гостей в одном из своих яблок; это обычная толпа гусениц решила полакомиться красным яблоком и залезла в прокисшее молоко. Гусеницы необычные своими размерами и видом; они были с руку человека, имели окраску, как у обычных гусениц, но у них были особенности на теле – волдыри. Виды этих гусениц называются пузырями, они опасны для человеческого организма, если на кожу попадёт их белая жидкость, по всему телу будут появляться волдыри. Удивленно закрыл холодильник, стал осматривать кухню, забитую горой неприкасаемого, испорченного мусора и вытекающей смрадной жидкости из чёрного пакета. Он искал свою любимую кружку «Браз». Находит её возле немытых тарелок с растущей плесенью на хлебе. Налил в кружку яблочного сока, купленного в обычном магазине на переулке.

Вернулся в комнату в ожидании посмотреть свои любимые картинки, дёргая свой постыдный холм. Удовлетворять самого себя для него было самым лучшим занятием, чем выходить из комнаты. Ему не было стыдно, что он смотрел на эти картинки, даже не подозревая, что его мозг стал деградировать кардинально быстро.

Когда вышел за соком, его встретил сосед по смежному балкону, он приходит помочь ему избавиться от этого грязного дела. Ему было неинтересно слушать, и поэтому не обратил на него внимания.

Добравшись до магазина и купив сока, направился домой для разглядывания картинок и встретил соседа по фамилии Маэстро. Ему становится не по себе, когда проходит сосед, накинутым капюшоном скрывающий своё лицо. Это чувство называется страх или что-то другое? Он смотрел на него открытыми влюбленными глазами, говоря себе под нос: «Хочу его раздеть». Убрал грязные мысли, ему было неприятно думать об этом, и направился домой.

Вот такие случаи происходили в его жизни каждый день. Выпил сок и направился спать, чтобы хорошенько отдохнуть.

Проснулся от ужасного крика верхних соседей – семьи Мельниковых, которые еле выживали без мужа, что бросил их на произвол судьбы. На подкашивающих ногах встал, не чтобы выяснить, что случилось с соседкой, а чтобы пойти в туалет и снова уснуть, чтобы видеть свои эротические сны.

Направляясь в комнату, заметил, что в его комнате что-то изменилось, как будто что-то находилось, что-то нечеловеческое. На его деревянном стуле сидела человеческая тень. Приблизившись почти вплотную, увидел, что это был человек с выбритой головой и полностью голый, он сидел на стуле, смотрел на монитор, не обращая на хозяина халупы внимания.

– Мужик, ты как сюда попал? – задал вопрос незнакомцу.

Этот человек начал вставать. Повернулся к хозяину, и тот увидел безликого человека с идеальными массивными формами и гладким пустым лицом, который смотрел безжизненным видом. Безликий человек подходил к нему очень медленно, но хозяину не понравилось это. Побежал к двери, чтобы убраться от этого нечто. Ему преградило дорогу другое безликое нечто, только это была безликая голая женщина – с выбритой головой, она тоже стала приближаться медленно. Хозяин находился в центре комнаты. Его голова стала кружиться от вибрации волн, которые производили безликие нечто. В его мыслях промелькнули самые отвратительные способы убийства. Насилия над маленькими девочками с помощью деревянной палочки, которую засовывали во влагалище, истекающее вязкой беловатой или желтоватой жидкостью, представляя, как пробовал на вкус с приятным удовлетворением. Представлял, как раздевает мальчика для своих пошлых фантазий, проникает в него хребетным вытянутым холмом. Хозяин не мог видеть, чувствовать и представлять это ублажённое удовольствие, передававшееся ему мысленно безликими нечто. Достал верёвку, чтобы покончить с адской пристрастью к похоти. Завязал верёвку на металлическом крючке. Его горло стало сжиматься и через несколько минут его не стало в живых.

Снег

Два молодых человека сидели на базе в лютую зимнюю стужу вдали от заброшенной деревни, в которой когда-то, двадцать пять лет назад, была жизнь. Теперь там осталась пара разрушенных домов, забитых горами снега. База напоминала обычный бункер для военных лиц, у них были припасы, электричество, горячая вода – всё на высшем уровне. На их одинаковых тёплых куртках вышиты имена – Мираки Харч и Майк Харч. Они были братьями-экспедиторами, которые мечтали исследовать что-то новое в таинственных местах. Одним из этих мест оказалась таинственная деревня, в которой происходили странные происшествия. Сто человек населяли деревню, среди них был один интересный мужчина, который в шестьдесят лет стал писать страшные мифологические микрорассказы про свою жизнь. Его личные данные были потеряны. Гласит легенда, что этот мужчина до сих пор бродит по деревушке, держа окровавленными руками перо и освещая все вокруг яркими лучами из глаз.

Первый рассказ:

Пауль

Безутешный страх,

Зорким взглядом – немыслимого.

Нечто с выпуклыми глазами; в белой оболочке,

С прикрепленными скобами,

Державшему выпуклую улыбку,

С вытянутой собачьей мордой.

Второй рассказ:

Появляющийся снеговик

Немыслимый – зимний двор:

Снеговика увидал.

Отвернувшись на секунду, преобразился в меня!

Ярко выразительными лучами всматриваясь!

Отвернувшись снова,

Большой шар замороженных трупов,

Выражали отчаяние и испуг – яркими лучами из глаз.

Третий рассказ:

Шкатулка

Весенний день; вечерними облаками,

Река дико убегает от меня,

А утки – крякая мне в душу.

Увидал в реке шкатулку древних ацтеков:

Четверорукого Магдана – бога природы и казни.

Беда ко мне пришла, взяв его с собой,

Стали появляться чудища ужасные,

Которые преследуют меня с самого взросления!

Четвёртый рассказ:

Близнецы

Покорившись охотой,

Увидал человека с определённым строением:

Из его спины выпирал другой человек,

Как братья-близнецы, прикреплённые березовыми ветками.

В теле берёзовые занозы,

Вытягивают их жир,

Становясь ходячими близнецами берез.

Пятый рассказ:

Перерождение ониксов

Яркий свет осветил другой путь чудовищам.

Обкусанный валун разглядел рядом с чудовищами:

Люди с окраской кожи серокаменного цвета,

Сзади находились блестящие камни ониксов,

С чистым блеском пожирают валун

С архитектурной точностью.

Шестой рассказ:

888

Подходил к соседям за проблемой гнетущей,

В окно вспыхнул крик жалости и помощи.

Пять обнаженных тел с кровавыми восьмёрками на телах,

Поклоняясь ацтекскому богу – 888-му.

Обычный человек в ацтекской одежде,

На голове не было кожи, а череп не напоминал человеческий;

А как уродливого гоблина с вытянутым лбом

И дополнительной челюстью, тупыми клыками в виде ложек.

Последний рассказ:

***

Последний рассказ, полноценный покой.

Увидите вы!

Содрогнётесь от прочитанного,

Уходите из деревни,

Не приближайтесь ни на шаг!

Прокляты будете, прокляты…

Последний мифологический рассказ был не закончен, это немного пугало наших экспедиторов. Они поняли, что им тут не место, быстро начали собираться. Электричество неожиданно выключилась. Мираки и Майк, вышли из бункера, но неожиданно начался буран, ничего вокруг не было видно, снежная завеса перекрыла им путь впереди. Прошло немало времени, прежде чем нашли гусеничный грузовик. Они с трепетом залезли в него, с непонятным ужасом заводили грузовик, чтобы убраться из этого места. Он не заводился. Братьям пришлось выйти из грузовика, надо было посмотреть, в чём дело. Они открыли капот, оказалось, что аккумулятора нет, его выдернули с огромной силой. Братья стали оборачиваться, с опаской оглядывались вокруг себя. Мираки подтолкнул брата, показывая на тёмную фигуру, которая приближалась к ним всё ближе и ближе. Это оказался старик с яркими лучами, с пером и чернилами в окровавленных руках.

«– Вы будете прокляты от прочитанного, прокляты от моей руки», – говорил он, поднимая свою руку для командования.

Рядом с ним оказались его монстры из рассказов, а именно: ониксы, близнецы, 888-й, шар из трупов, Пауль ждали команды от хозяина, чтобы атаковать экспедиторов. Мираки и Майк стали убегать на базу. Старик опустил руку, и сборища монстров погнались за ними. Мираки бежал медленно, слой снега затруднял его бег, особенно в бурю! Он достал сигнальную ракетницу с несколькими патронами зелёного и красного цвета.

– Прости меня, братец. Я должен это сделать! – Мираки принял решение, чтобы монстры погнались за ним.

Майк понял его план. Мираки отвернулся, чтобы брат не видел его слез. Майк был внутри, а старший брат выпустил красный дым в небо, давая знать, что он здесь. Только двое пошли за ним, а другие взошли на базу. Мираки рванул быстро в деревню, его преследовали близнецы и 888-ой. Он выпустил ещё два выстрела; близнецы и 888-ой остановились, будто их что-то держит или они чего-то боятся? Чего же они боятся?

А тем временем деревушку полностью занесло снегом, лишь одна хижина отличалась от остальных, она была открыта нараспашку. Он забежал в неё, почувствовав облегчение и дикую усталость, он не хотел никуда больше бежать. За собой он быстро закрыл дверь на засов. В хижине было просторно, на столе лежали старые бумаги и чернила с пером. Он взял перо и обрадовался, как ребенок, давно мечтающий о таком подарке. Однажды, когда он был ребенком, он видел во сне эту хижину, эти бумаги и это перо. Этот сон повторялся несколько раз, и теперь, когда воочию увидел эту хижину, он вспомнил тот сон и то чувство детского страха от неопределенности и неизвестности. Бумага и перо будто манили его всю жизнь. Они звали его! Невозможно сказать, кто именно звал его, но такое притягательное ощущение появилось в нём, будто он был рожден для этих бумаг. Он даже был не против написать какой-нибудь мифологический рассказ.

Первый рассказ Мираки:

Старик со своими страхами

В сильную бурю увидели окаянного старика;

С яркими лучами света и красными чернилами и пером.

Проговаривая слова «Будете прокляты от моей руки».

Теперь я понял!..

Второй рассказ Мираки:

Ходячий братец-шут

В этом мире поглощенном

Братец ко мне пришёл в шутливой мёртвой манере;

Чёрно-фиолетовый шут развлекает меня.

Но его слепая и счастливая манера угасла в этот миг.

Притронувшись к артефакту, стал видеть немыслимое…

Прокляты будете от прочтения, прокляты от моей руки.

Лишь спустя несколько часов после сигнальной ракетницы военные добрались до базы и деревушки. Пять грузовиков с солдатами и учёными. На правом плече камуфляжной формы эмблема военных сил «Килт» в честь генерала Килта Вольера. Первая группа пошла на базу, там должны были находиться двое экспедиторов. Но они увидели разрушенную базу, повсюду были следы когтей гигантских животных (если это можно назвать когти), и сломанную линию передач. Вторая группа ушла в деревню. Солдаты по очереди зашли внутрь хижины. Увидели экспедитора с голым черепом и пустыми глазницами. На лбу была надпись: «Не читай рассказ, долину не пройдёшь!»

Зов металлических богов

Что-то со мной стало происходить в том прошлом месяце. Стал вести себя странно, не как обычно, со своими рутинными делами. Я стал видеть то, что никто из обычных людей не мог бы увидеть. Божественные силы стали разговаривать со мной! Обычному человеку дали возможность послушать зов металлических богов, который написал неизвестный Автор из каких-то гор Эмпперос. Изначально мне было всё равно на эти бредовые сны, думал, от работы у меня стала башка крутиться. Дал себе выходной, отпуск, чтобы отдохнуть со своей семьёй. Но они всё равно преследуют меня во снах… Хоть окажусь в любой точке планеты, они всё равно зовут меня. Зовут на гору Эмпперос! Не мог больше выносить эти сны: кто-то сильно точит остроконечный топор. Посмотрел на карте, где эта гора находится. Оказалось, что этой горы не существует, она существует только в мифологии о металлических богах. Пришлось поискать эту книгу на прилавках книжных магазинов.

Только с десятого раза нашёл эту книгу, рядом с болотной рекой находился деревянный домик с надписью: «Магазин у бабки». Деревянные дорожки привели меня к этому дому, как Баба-Яга зовёт безымянного мужика, чтобы полакомиться им. Я зашёл внутрь. Старая карга продавала ту самую книгу. Она назвала себя по имени – Карга-Ю. Бледная Карга с непостижимой улыбкой встречала покупателя. Сказал ей, что мне нужна мифологическая книга об металлических богах. Предоставила мне огромную металлическую книгу с эмблемой – старик точит остроконечный топор своими металлическими пальцами (может, это были доспехи), сидя на тусклом троне. Мне стало душно, потому что я видел этого мужчину в снах и слышал, как он точит свой топор. Карга-Ю дала мне совет: «Осторожно, юноша, эта книга даёт тебе знания коварного масштаба, в котором обычные люди не смогут понять нас. Это то, из чего был создан мир». Что это всё означает? Мне так и не дали ответа на вопрос. Когда вышел из домика, приехал один мужчина на газели. Ростом она семи футов, была гигантской. Он забрал с собой старушку, и они исчезли во мгле.

Обдумывая слова старой Карги, я подумал, что она решила меня попугать! Пришёл к себе домой, чтобы ощутить металлическую обложку книги с надписями: «Крат’эло Мифиус», которая является не мифами, а настоящей историей и правдой нашего мира. Рассматривал безликих тварей, прячущихся в звёздах, читал о различных бесконечных богах удивительные истории. Сидел два часа, от прочитанного текста меня клонило ко сну. Проснувшись до конца, я оказался не в своём кабинете, а в тёмном мире, где летают куски планет. Лежал на травянистом куске, всматриваясь в бесконечную темноту. Ничего нет в темноте! Вот что я видел в глубине нашего разума. Не дождавшись собраться с мыслями, вижу, как вдруг приходят ко мне шесть металлических богов: Метали, Воронья, Грязь, Миндаль, Марганец и Хром. Они смотрят на меня с непостижимым видом, будто какой-то таракан прошёлся, и думают, что с ним сделать. Они разговаривали на своём языке – шьямалском, в честь прародителей Вселенной. Металлические боги покачали головами и стали разбираться со мной. Они что-то говорили, а я стал переводить в уме те слова, которые знаю. Складывается у меня предложение. Мирок-аркх, всем минарк. Меня удивляет их окончание на «аркх», будто это отдельная буква, которая выражает все эмоции и понимание речи. Но в книге сказано, что есть древнее существо с именем Аркх. Мне было уже всё равно. Но из того, что я сейчас услышал, меня поразил перевод: «Вселенский раздор наступает». Не сказав ничего, сразу очнулся в палате для душевно больных пациентов. Меня стали держать как ненормального, будто я всерьёз болен. Врач говорил, что у меня были припадки и я уходил куда-то и появился к концу месяца, а когда меня нашли, я был весь избит, проколот иголками и бурчал себе под нос о богах. Может, моё тело было не готово для получения полноценных знаний и поэтому стало вести себя иначе. Меня стали лечить таблетками и терапией, они думали, что мне это поможет. Пришлось притвориться паинькой, чтобы меня выпустили на волю, чтобы найти книгу о мифах и узнать своё предназначение в этом мире. Через два месяца меня отпустили на волю, врачи доказывали, что я здоров. Хотя меня держали здесь насильно, но я всё равно стремлюсь к тайным знаниям.

Пишу тебе это письмо, любимая! Чтобы ты понимала мою странную ситуацию, почему я бросил вас с Димой. Для того чтобы разузнать о нашем мире намного глубже, чем некоторые… Ты сильная у меня, ты должна выдержать эти испытания, чтобы Дима тоже выдержал, и тогда вернусь к вам! Только вернусь не тем человеком, как был прежне. Я вас люблю!

С любовью, Виталий.

Белый капюшон

Летние каникулы закончились. И обиженным школьникам, ворча себе под нос, пришлось возвращаться в школу. Класс 9В состоял из семнадцати человек. Преподавательница Мария Семёновна – сильная женщина, которая еле заставляла учиться своих обалдуев: ну никакой процесс к этому не вёл. Когда увидела их в добром древе, она просто хотела выколоть себе глаза, чтобы досконально не видеть их отвратительные, туповатые, бездарные лица, или просто хотелось ей броситься как якорь с этой палубы.

– Хорошо, ребята, хочу пройтись, дабы посмотреть, все ли у меня здесь, – проговорила Мария Семёновна с фальшивой улыбкой, что показывало её отношение к выпускникам.

Ученики посмеялись в ответ на её глупую ухмылку, доказывая ей самой, что она права насчёт обалдуев, в сотый раз.

– Тихо! – стукнула по стулу, показывая свою власть над учениками. – Продолжим, – изменившись в лице начала читать список находившихся учеников: все были здесь, кроме одного новенького.

– Где Верделет Маэстро? – проговаривала имя мальчика с осторожностью, потому что имя Верделет означает демон-церемониймейстер Адского творца, а она была верующей. На её шее поблескивал крестик с красивыми украшениями, а на задней стороне была гравировка с надписью: «Сохрани, Господь, и спаси», поэтому можно предположить, что крестик стоит от шести тысяч рублей.

С тихим стуком двери зашёл мальчик высокого роста, одетый в белую толстовку, вдобавок с накинутым белым капюшоном, не показывая своё лицо в солнечный день. Мария Семёновна посмотрела на него и устрашилась Верделета, его вида и хладнокровного присутствия.

– Вы Верделет Маэстро? – дрожащими губами проговорила это имя.

– Да, – даже не посмотрев на преподавательницу, ответил Верделет хладнокровным тоном, бледный от усталости.

– Хорошо, дети, – продолжила Мария Семёновна, не показывая страха в лице. – Мы должны сделать так, чтобы, вы окончили школу и наконец-то могли выйти во взрослую жизнь, где вы всё равно должны учиться, а потом найти работу и семью.

Мария Семёновна поговорила с ними час и наконец отпустила безалаберных учеников. Ей всё равно было не по себе от Верделета. Она думала, что из-за него будут у неё проблемы. На столе лежали успокаивающие таблетки. Открыла маленькую баночку, проглотила две таблетки и с весёлым настроением закрыла кабинет и ушла домой.

Ученики сидели позади школы, чтобы покурить «Петра 1». Все семнадцать человек стали прикуривать, кроме одного Верделета, который не хотел пробовать гадость, так он им и сказал. Пацаны стали приставать к нему с такими словами: «Почему не будешь?» Говорил Фёдор Приемник – самый главный гопник в школе, который устраивал самый жестокие ситуации, из-за таких могли бы выгнать из школы, но он до сих пор здесь тусуется. Его возраст удивлял, а внешность ужасала от непонимания. Лет восемнадцать ему, а выглядит на сорок пять со своими широкими скулами, как у зека. Его девушка Мария Кудрява – была симпатичной миленькой девушкой, в белой блузке и короткой юбке чёрного цвета. И их общий друг – Драк Бери – был азиатом с неухоженными каштановыми волосами, которые падали на глаза от каждого движения, и в чёрной кожанке байкеров с оторванными рукавами. Семнадцать человек стали толкать Верделета, но ему не нравилось такое обращение. Верделет сказал им прекратить, они не слушали, а стали ещё больше дразнить, начали уже бить невинного пацана. Стали бить со всей силы, чтобы тот упал в нокаут. Так и произошло. Пацаны и Мария стали расходиться, показывая жестами, что им больше нечего смотреть на это убожество. Верделет лежал на мокром асфальте, покрытый синяками, отключенный. Прошло более двух часов, он очнулся под вечер, вспомнил эту ситуацию и стал хихикать.

– Вы напали на необычного смертного, теперь я с вами повеселюсь, – проговорил слова уже со злобной ухмылкой мести.

***

Мария Семёновна находилась в своей глухой квартире-однушке. В центре стояла грязная кровать: засохшая сперма, винные пятна и запах протухшего сыра. Сложно представить, что на этой кровати происходило, даже самые извращенные мысли не могли вообразить такое жесткое чаепитие. Очень сложно представить, зачем им нужен был сыр…

Мария улеглась в кровать, обернув себя одеялом, успокаивая себя. Собиралась уснуть, но её остановило воспоминание о Верделете, теперь ей не уснуть. Задавалась вопросом: «Как он оказался у нас, как?» С неохотой взяла телефон, чтобы позвонить директору Киркину. Он ответил на звонок, она стала задавать ему вопросы насчёт новенького и его досье.

– Какой новенький? Маш, ты о чём говоришь? Я никого не зачислял.

После этого ответа она бросила трубку.

Встала со своей грязной постели и подошла к ноутбуку, может, там хоть какая-то информации будет о Верделете. Нашла куча бредовых сайтов, которые не имели отношения к Верделету Маэстро. И только на шестой вкладке нашла что-то интересное…

Она ужаснулась от прочитанного, дыхание стало медленно останавливаться. Стала звонить родителям своего класса. Они не отвечают. Переключилась на другой номер: то же самое. Оставалось позвонить полиции и рассказать страшную тайну о Верделете Маэстро.

***

Семнадцать учеников находились дома у Фёдора, устраивали пьяную вечеринку на втором этаже. Все веселились, смеялись, пили, курили. Как вдруг в окна прилетел кирпич, с немыслимой силой припечатал одному из школьников, отключив его из сознания. Пацаны стали осматривать своего одноклассника, из его головы текла кровь. Они стали осматривать комнату, чтобы найти повязку или тряпку. Другой одноклассник сказал: «Он мёртв». Пацаны вместе с Марией стали осматривать улицу, чтобы выяснить, откуда прилетел кирпич.

– Я не понял, что за говнюк эта сделал? «Я убью его, нахуй», – сказал Фёдор, выкрикивая ругательства.

– Смотрите, это же новенький, – проговорил один из школьников, показывая пальцем на улицу.

– Сука, он труп, – и, не став ждать, Фёдор, чтобы прикончить новенького, побежал вниз по лестнице.

Верделет стоял посередине улице, чтобы хоть кто-то клюнул на его удочку. Правой рукой доставал белый револьвер с шестью барабанами. Из подъезда вышел озлобленный Фёдор, жаждущий прикончить новенького, но ему это не удалось. Верделет приподнял руку, нажимая на курок для выстрела. Выпустил две пули – в плечо и в ногу. Фёдор выкрикнул от боли и досады. Верделет хихикнул от безжалостного удовольствия при виде хлюпанья Фёдора, который просил о помощи. Подошёл к нему, чтобы он посмотрел в ужасное лицо Верделета, состоящее из остатков смутной оторванной обгорелой кожи, вытекающей белой жидкости, узеньким блестящим глазом смотрел он на свою жертву. Направил курок в голову, чтобы попрощаться с ним навсегда. Школьники стали запирать дверь в страхе от увиденного и звонить в полицию.

– Что ты там медлишь, Маш? – проговорил высоким голосом от страха Драк.

– Пытаюсь! – ответила ему таким же криком.

Мария пыталась позвонить, ну линия связи отключилась. Школьники доставали свои телефоны, чтобы позвонить родителям, но у них не ловил сигнал.

«– Что за хуйня, у меня же деньги были на телефоне», – сказал один из школьников.

Школьники слышали какие-то звуки рядом с окном, будто кто-то карабкается по трубе. Это оказался Верделет, который карабкался по трубе. Залез на окно, доставая второй револьвер, и стал стрелять из двух револьверов.

Прошло десять минут, как каждый из десяти школьников получил пулю в лоб. Остальные стали прятаться, чтобы найти момент уйти из этой квартиры. Осталось пять школьников, Мария и Драк спрятались вместе под кроватью, а вот остальные спрятались в тех местах, куда не нужно.

Звук перезарядки.

Один из школьников пошёл напролом, чтобы выпрыгнуть в окно, но он получил нож в голову. Драк и Мария зашептались.

– Почему до сих пор нет полиции, никто не услышал выстрелов в квартире? – спросила она Драка.

– Я, что, знаю? Может, тоже их убил, – ответил Марии, почти выкрикивая в полголоса.

Были слышны выстрелы у туалета и выстрелы в шкафу; вывалилось мертвое тело школьника.

– Дерьмо! – шёпотом прокричал Драк. – Маша, мне придётся выползти, чтоб отвлечь его, и ты бы смогла сбежать и рассказать всё полиции, ты поняла?

– Да! – не могла больше произнести ни одного слова со слезами на глазах Мария.

Драк выполз из-под кровати. Стал у закрытой двери, в руки взял биту, которую подарили Фёдору. Верделет медленно открыл дверь, не входя в комнату, а Драк медленно отходил в левую сторону для неожиданного удара. Тот стрельнул в правую сторону (от лица Верделета), где стоял Драк с битой. Драк выпрыгнул из-за двери, как спальный мешок, громко стеная от боли. Верделет оглянул комнату, понимая, что под кроватью Мария, но не стал обращать внимания.

– Ты труп, новенький, Машка уже сбежала и расскажет полиции! – Драк стал отвлекать его, чтобы он не подумал, что тут Мария.

– Много слов, мало интеллекта, поэтому смерть твоя будет счастливой, – Верделет стал улыбаться своей обгоревшей и немного разваливающейся улыбкой, подбадривая Драка.

Верделет сделал выстрел в голову Драку, окончательно с ним покончив. Мария, всхлипывая, еле держалась, чтобы не перейти на визг. Верделет стал уходить из комнаты. Мария слышала его шаги до самой двери, подумала, что всё чисто, стала вылезать из-под своей кровати. Неожиданно появился Верделет, схватил Марию и ударил ее об стену, она стала отключаться. Схватил её за волосы, таская по полу, как какое-нибудь мёртвое животное. Добрались до окна, приподнял её, чтобы выбросить на улицу. Мария ощутила немыслимую боль от удара об асфальт так, что кость ноги вылезла наружу. Просила о помощи, но никого не было на тёмной улице, будто все соседи сговорились избавиться от них. Верделет, выпрыгнув из окна, стал приближаться к своей последней жертве на сегодня.

– Открывай рот, – подошёл Верделет к Марии, показывая ей толстый отрезанный палец Фёдора, который был отрезан только что.

Мария со слезами покачала головой, что не будет этого делать, но Верделету не понравился этот ответ, и он заставил её широко открыть рот. Мария пыталась вырваться из кровавых рук. Но вместо этого ей стало нехорошо и, выпустив содержимое своего желудка на волю, она полностью отключилась.

– Ладно, с тебя достаточно, моя милая, – проговорил Верделет последние слова. – Но знай одно, в твоих глазах мелькал просвещенный свет удовлетворения, и поэтому мы скоро увидимся.

Прошло пять часов. Мария очнулась в больнице с забинтованной ногой, рядом много цветов и открыток с надписями: «Выздоравливай». Были три открытки от мамы, от преподавательницы Марии Семёновны и от неизвестного. У Марии участился пульс, она догадывалась, кто написал… Приподнявшись с усилием, схватила открытку от неизвестного. Там сказано: «Здравствуй, моя дорогая Мария. Я не убил тебя не из-за жалости; а из-за любви к тебе! Когда первый раз увидел, я почувствовал себя облегчённым от тех убийств в прошлом. Поэтому оставляю тебя в живых, чтобы ты подумала над моим предложением – быть моей наследницей. А что насчёт соседей Фёдора, они живы, они просто подольше уснули в своих сказочных снах. Буду ждать тебя… Доброй ночи, Мария!

От твоего белого капюшона».

Койотское снадобье

Последнее письмо от Виталия по-настоящему расстроило миссис Мельникову и напугало своей безумной, правдивой историей. Стала видеть что-то непонятное в своем присутствии, будто здесь находится собака. Нашла клочок оранжевых длинных волос с собачьим запахом. Попросила Генри, находившегося в квартире справа, о помощи. Генри стал для них другом семьи, когда они вместе с Виталием подружились на ярмарке киноколлекционеров, продавая билеты на ярмарку. Осмотревшись, Генри никого не находит в квартире и сказал:

– Не беспокойтесь, это клочки от моей бывшей собаки, которая всегда проникала в эту квартиру.

После этих слов ей стало не по себе, что какая-нибудь дикая дворняга может войти в квартиру по секретному проходу. Генри так и не объяснил, где этот проход находится, потому что он и сам не знает секретный проход, но обещал разобраться.

После встречи с Генри, они пошли с Димой погулять на площадке. Нахождение в их квартире какой-нибудь дворняги – это не самое страшное, что она видела, а самое страшное – это соседи с первого этажа. Напоминали страшных монстров из книг ужасов, с ужасными фантазиями превращая человека в худое, блеклое, чужеродное обличие в человеческой коже, с выпирающими до пяток костей и жирными массами, как у свиней, с полной головой, как будто слоёное жирное тесто, нависали ужасные веки. Уродовало всех этих людей, которые выбрали путь удовольствий, кроме старика. Находился по соседству ниже с тридцатилетним мужиком по смежному балкону. Единственная святая душа среди этого сброда ужасных людей.

Дима стал играть в снежную войну, представлял себя солдатом, скрывающимся под кучей снега, чтобы спрятаться от снежных снеговиков. Стала подыгрывать ему, что они находятся на снежной базе. Ему нужно было пройти несколько испытаний, чтобы дойти до дамы сердца и освободить из плена снеговиков. Взял два снежных шара и побежал напролом, атакуя двух снеговиков. Дима дошёл до миссис Мельниковой и сказал, что она его сокровище. Крепко обнялись. И Дима пошёл обратно играть. Находились на площадке три часа, потом сказала Диме, что пора домой.

Вернувшись в подъезд, они встретили мистера Адлера – владельца двухэтажного дома. Построил, когда ему было двадцать лет. Сейчас ему тридцать шесть; брюнет с зализанной короткой прической, в круглых очках маленькими глазками посмотрел на женщину, как на скуку. Он предпочитал носить элегантную одежду: сейчас был одет в фиолетовый жилет с фиолетовыми пуговками, в ухоженную рубашку, и обладал приятными манерами речи. Генри рассказывал, что мистер Адлер изменился, когда стал изучать мифологию, раньше его называли психом из-за своего вспыльчивого характера и неуважения к людям. Генри назвал это событие «осознание» и «шаг вперед». Адлер по-настоящему приятный, но что-то скрывалось в его характере, будто он закрывал себя от всех, потому что видит не как обычный человек. Мистер Адлер поприветствовал семью Мельниковых с приятной улыбкой, но до сих пор чувствуется напряжение скуки в его глазах. Сказал, что ночью надо быть осторожней, на улицах гуляют койоты. Напустила на лицо весёлую глупую ухмылку, не понимая, зачем он сказал такую глупость. Он только улыбнулся и пошёл в свою загадочную комнату, откуда в дальнейшем будут раздаваться звериные выкрики.

В квартире снова почувствовала чьё-то присутствие и снова нашла клочки шерсти. Дима в своей комнате играет в солдатиков, она стала читать письмо от Виталия, там было написано: «Дорогая, как приятно писать тебе с далекого порога снежных вершин Олимпа, создавших металлических богов. Скучно стало без тебя и Димы, я как не собранная складная картинка. Почти добрался до своей цели, полностью удовлетворившись услышанным и увиденным среди снежных вершин богов, которые дают мне шанс просветиться от рук пророка Старца – владеющего даром предсказывать будущее и управлять людьми, со своим существом Ва́ранам. Не могу объяснить масштабное событие человечества. Я приду за вами! Вы должны собираться, в этом здании хранится нечто коварное. Люблю вас!

Виталий Мельников».

У нее руки стали дрожать от прочитанного письма. Никогда не была в таком диком страхе. Попросила Диму собирать вещи. Пошла тоже собираться: приготовила сумку для всякой мелочи. Зашла в ванную забрать зубные щетки, но в раковине увидела большой клочок. Теперь точно можно сказать, что здесь не собака, а койот. Клочки были такими длинными, что можно сделать из них тонкую веревку. Подул ветерок среди закрытых штор, будто кто-то вдохнул и выдохнул. Отображалась большая тень койота на шторах, который яркими жёлтыми глазами высматривал свою жертву для атаки. Миссис Мельникова стала потихоньку подходить к выходу. Заперла дверь. Послышались звуки массивных ударов в дверь; они были такими сильными, что дверь стала ломаться, а дверная ручка от первого удара стрельнула и в щель показалась вытянутая морда койота больших размеров.

Побежала Мельникова в Димину комнату, но его не оказалось там, искала она везде: в шкафу, под кроватью, в игрушках, нигде не могла его найти. Послышался грохот падающей двери, и койот с воями стал искать жертву. Недолго думая, пришлось залезть под кровать. Страх и дикий плач за сына ни давали выкрикнуть ни одного словечка, еле удавалось не привлекать внимания. Нельзя даже закричать и позвать на помощь.

«Если даже кто-то услышал, вряд ли кто-то придет на помощь в эту ночь спрашивать о странных звуках в моей квартире».

Койот стал искать и приближался к Диминой комнате, где и находится под кроватью с закрытыми щелями укрытая одеялом и простынёй миссис Мельникова. Койот стал осматривать комнату, пронюхивая каждый уголок своим острым нюхом. Посмотрев на кровать, он учуял жертву, но никаких действий не предпринял. Ее спокойное ожидание прервал Генри, стучась в двери квартиры.

– Всё хорошо? Я слышал крики.

Койот стал подходить к двери, прячась за шкафом.

А Генри стал открывать дверь вторым ключом.

Откуда у него второй ключ?

Наверное, у мистера Адлера попросил ключ, тогда стало спокойней.

– Тут есть кто-нибудь? – своими косыми глазами он осматривал обстановку в квартире, можно было предположить, что тут бульдог проехался на двери.

Генри вышел в центр комнаты. Койот не стал больше ждать, выпрыгивая из шкафа, набросился на Генри, отрывая ему руки и голову. Миссис Мельниковой пришлось выкарабкаться из-под кровати и быстро уйти из квартиры. Но увидела Диму, который находился в ванной комнате, показывая знаками, что выход там находится. Она, наоборот, показывает, что выход там! Но Дима не послушался и побежал куда-то… Выскочила из комнаты в другую, чтоб койот не заметил. Койот так и продолжал грызть бедного Генри, лакомясь остатками его тела, не обращая внимания на следующую жертву. Мельникова была ошарашена и удивлена, увидев секретную дверь между плитами.

Значит, это и есть проход для собак.

За этой дверью находилась узкая и заросшая мхами лестница, спускавшаяся вниз, покрытая лунным свечением, не пропуская дневного света. Они с Димой поднимались наверх, а там находилась другая дверь.

Потом оказались в тёмной комнате с тусклым освещением. Им стало не по себе, в этой комнате кто-то находился рядом с дверью, тёмный силуэт, не дающий семье покинуть комнату. В комнате включили свет, давая возможность полностью рассмотреть все вокруг. Человек, который перегораживал выход, был Верделетом Маэстро, живущим на первом этаже среди мерзких людей. Комната была просторной; в ней находилась странная пиктограмма, напоминающая трон, рядом с ней были статуэтки: сидящего на троне огромного толстого мужика с тремя подбородками, как у жирных свиней, толстыми и детскими руками и большим жирным животом, смотревшего вдаль в ожидании повода усмехнуться своими еле открывающимися узкими глазами, склонив свою голову на левую руку.

Из узкого простенка выходит койот, кажется, он четыре фута ростом или чуть меньше. Койот отходит в гардеробную. Тело койота стало скукоживаться, дёргаться и меняться на человеческое, слышались дикие стоны, выкрики. Койот превратился в человека. Прошло пятнадцать минут, пока переоделся этот человек, вытирая свои круглые очки, это был мистер Адлер, он улыбается милой девушке, которая пришла к нему в гости вместе сыном. Адлер кому-то из угла сказал, чтобы закрывал секретный проход. Выходит, из секретной двери Генри, измазанный своей кровью, он держал свою голову, будто это был макет, но это было все по-настоящему! Его кусаные раны на теле оставались, а руки и ноги были пришиты. Его голова стала разговаривать.

– Прости меня, но ты испортишь наши планы, – проговорила голова Генри.

Из секретной двери вошли два безликих и голых человека: мужчина и женщина, которые напоминали манекенов. Безликая женщина берёт нить и пришивает голову Генри, чтобы больше не отпала. В углу находилось чудище, которое парило тёмным огненным пламенем, сливаясь с плащом. Миссис Мельникова не понимала, что тут творится, будто монстры из каких-то старых фильмов ужасов находились в этой комнате. Мистер Адлер подошел к семье Мельниковых и заговорил:

– Миссис Мельникова, ваше положение не из самых приятных, но уверяю, вас никто не тронет, пока… Ваш муж скоро придёт, и нам нужна его помощь, чтобы избавиться от моего Отца, который полностью утратил свою власть. Вы нужны нам, чтобы ваш муж и, наверное, Святой Александр для полного соглашения с моим планом нам не отказали, говоря: «У вас не получится». Поэтому сидите мирно и не мешайте нам, и тогда вы встретитесь, – и обратился к своим чудищам. – А теперь, друзья, будем готовиться освобождать моего отца!

Предыстории

1. Рождение

В далёкие времена были племена, которые могли превращаться в койотов-оборотней, их назвали по легендам – койоттрайбы. В легендах сказано: койоттрайбы имели четыре трансформации. Первый вид называли псами, которые напоминали койотов большими размерами. Их вид самый примитивный, потому что каждый из племени может превратиться в большую собаку. Этот вид предназначен для охоты в стае. Второй вид называли охотниками, трансформация идёт болезненно, превращая в койота прямоходящего на двух лапах и трансформируя лапы в руки и ноги. Его рост превышает обычного человека или даже выше… Чтобы получить такое звание, вам надо устроить ритуал превращения, для этого вам надо убить тысячу невинных жертв и выпить кровь, обозначая жертвоприношение людских жизней, чтобы добиться превосходства, силы и навыков. Охотники выполняют задания вне своего племени. Третий вид называют смертники, их вид такой же, как и охотники, с маленькими уточнениями, после ритуала они должны отдать свою кожу племени, давая обет преданности, что не предадут своё племя. А их скелеты закапывают вокруг племени для полноценной защиты, обозначая, что мёртвые вернутся. Четвёртый вид называют рождённые, они с самого рождения превращаются в койоттрайбов. Легенды говорят, чтобы стать полностью рождённым койотом, нужно выпить сок из авокадо и использовать шерсть первых предков койотов. И тогда на тридцать процентов у вас появится рождённый койоттрайб, который имеет право с самого рождения быть вождём племени.

В одном племени одна из койоттрайбов – Мира, которая являлась псом, встретила безымянного мужчину в рваной одежде, с рассеченной окровавленной головой. Мира взяла его в своё племя для полного выздоровления. Пришлось как-то выкручиваться насчёт чужестранца. Племя не любило незнакомцев, но сделало исключение. Мужчину встретили благопристойно, дали ему отдельную хижину и двух псов. Мира лечила чужестранца лечебными травами до полного выздоровления. Мужчина назвал своё имя – Дэра. Мира свои длинные волосы заплетала косичками «рыбьего хвоста», и фиолетовыми глазами цвета космоса привлекала Дэра и своей красотой и нежным характером, не свойственным расе койоттрайбов. Между Мирой и Дэром проскальзывали взгляды первой влюбленности. Дэра рассказал, что он демон, который сбежал от руководства Сатаны, а Мира – свою тайну, что она койоттрайб. У них образовалось открытое общение, они рассказывали всё о себе и о своих жизнях.

Дэра никогда не любили из-за его странной внешности, видя по-настоящему уродливость маленького гоблина с лысой головой и худобу. Он устроил революцию, чтобы изгнать Сатану с трона и самому стать правителем адского царства. У него не получилось, его подельники были куплены и предали, когда он только начал революцию, и ему пришлось бежать из царства, не давая себя схватить и отправить в «Тёмную материю», в которой находятся самые безжалостные во Вселенной.

Миру заинтересовала сюжетная линия его истории, она мельком видела его внешность под кожей, но всё равно не изменила своего решения быть с ним. Дэра улыбнулся, подумав: «Зря только рассказываю, а то может разболтать, хотя зачем ей быть стукачкой? Она отпустила бы меня, когда выздоровел. Ни я и ни она не хотим упускать этот шанс».

Мира стала рассказывать свою историю про своё рождение, про своё племя и про себя! То, что она койот из видов псов. Стала превращаться в койота. Дэра улыбнулся и обнял койота Миру.

На другой день племя стало недоумевать, что происходит между Мирой и чужеземцем. После выздоровления они стали прессовать Дэру из-за его странного вида, которой что-то скрывает за человеческой плотью. Псы, которые охраняли чужестранца, стали первыми прессовать демона, чтобы он наконец-то ушёл. Дэру не понравилось такое обращение, со всей своей силы правой рукой он ударил одного из псов. Началась драка. Номинанты над победой, абсолютно победили псы из-за своей физической силы над дряхлым демоном. Стали сдирать с него кожу, чтобы посмотреть, кто он такой, и увидели уродца-гоблина с отвратной лысой головой. Мира была готова встретиться с Дэром. Она увидела, как его мучают псы, ей пришлось вмешаться, чтобы защитить. Превратившись в койота, стала грызть своего собрата своими койотскими зубами. Пёс отталкивается от Миры, стал превращаться в койота для серьёзных разборок в племени. Всё племя пришло посмотреть на собратьев, которые будто дети не поделили игрушку. Пришлось вмешаться рождённому койоту для выяснений причин конфликта. Своё придирчивое объяснение рассказал пёс, которого покусали.

– Чужакам здесь не место! – всем своим истерическим видом произнёс чужеродными словами пес.

– Больше не надо слов, Мироед, – отталкивающим взглядом посмотрел на своего будущего вожака племени, повернулся к Мире, а потом уже к чужестранцу.

Мироед – будущий вождь племени и охотник. Запоминаются в его внешности именно большие каштановые дреды, голова с выбритыми боками и узорами из двух амурских тигров, что показывало его мощь над другими.

Рождённый стал помогать Дэру, даже если его уродливость стала самой заметной чертой. Такое чувство, что в нём были повадки лидерства, даже если это не заметно, но это чувствуется.

– Всё хорошо! «Тебя никто не тронет, даю слово», – сказал он, протягивая руку помощи. Дэра обменивается «рукой помощи» с вождём.

Вождь пригласил чужестранца для открытой беседы в свою необычную палатку, если у других они напоминали обычные деревянные жилища на ножках, у вождя был маленький каменный домик с круглым конусом без окон и с одной-единственной дверью.

Они находились внутри маленького каменного домика, похоже было на арабские покои с красками красно-желтого оттенка, стояло наполненное фруктами блюдце, лежали мягкие подушки.

– Чужестранец, как тебя зовут? – с невольно изданными стоном старческого покряхтывания сел на подушку.

– Дэра, – быстро ответил.

– Слушай, Дэра, нам не нужны неприятности со стороны каких-нибудь внешних сил вне племени, – лицо имело уставший вид и выражало боязнь потерять племя. – Ваше нахождение здесь как раненого беглеца нам неприятно, и ваши чувства к Мире очень настораживают меня, чувствую, грядёт очень и очень плохое событие для нашего племени. Что хочу сказать… – немного насторожился, выговаривая предложение. – Вы должны уйти из племени немедленно, вы же сами понимаете, какой риск будет из-за беглеца, сделайте это ради Миры, – наконец-то закончил свое предложение.

Дэра стал всматриваться в стареющего рождённого вождя, пережившего столько боли в глазах.

– Сегодня ночью и начнётся, – Дэра не стал больше говорить и вышел из домика.

Дэра пошел в свою палату, рассматривая деревянные жилища, сделанные койотскими силами. Одежда была вышита койотскими женщинами-псами, умеющие шить из шкур животных, приносимых охотниками. Приглядываясь к племени, понял суть своего прихода и что надо с осторожностью скрыться. Задумал попрощаться сегодня с Мирой и уйти непременно в этот день, чтобы не беспокоить.

Мира стала ждать в хижине бегства. Дэра стал уговаривать Миру остаться, чтобы жить для племени, для себя! Обстановка была для Миры не самой приятной, а самым трогательным моментом – расставание с любимым человеком. Он для неё был каким-то необычным, таким загадочным, своим внутренним восприятием будто показывал для нее какой-то другой мир для восприятия жизни.

– Я должен уйти прямо сейчас, чтоб не нашли меня, а то они убьют для меня самое дорогое, – с несчастьем, грустью и усталостью произнес Дэра.

Последнее слово закончилось страстным поцелуем, отдававшим приятным ароматом майских ландышей и последним сексом.

Мира проснулась посреди сумеречной ночи – одна. «Я так мало его узнала, что становится грустно». В эту бескрайнюю ночь становилось всё тихо, будто дыхание у племени остановилось от внезапного удушья. Мира стала замечать, что в племени что-то творится, выскочила из хижины в просторной одежде, напоминавшей белое полотенце.

То, что она увидела, было для неё немыслимым шоком и страхом, кругом тела койоттрайбов. Можно сказать, половина племени была перебита.

Добралась до каменного домика вождя, но он был тоже убит. Стала искать оставшихся выживших, приговаривая шепотом: «Где вы все?» Она увидела какого-то мужчину. Это был Дэра!

Последняя воля смертных

С ярко-влажными линиями листопада осенним днём звучали крики кукушек. Возле дерева и маленького озера сидел мужчина, одетый в тёмно-коричневый халат с капюшоном. Этот мужчина оказался Виталием Мельниковым! Сквозь звёздный свет стал рассматривать озеро, куда прибывали голодные утки. Достал из сумки кусочек хлеба, подбросал крошки в озеро. Виталию понравились эти утки, они будто похожи на его семью. Не могу сказать, что утенок может быть мальчиком или девочкой, но факт в том, что милая семья из уток восхищала и расстраивала. Ему горько, что он из-за высшего дела оставил свою семью в руках потомка дьявола. Только одно оставалось сделать – спасти их!

К Виталию приближался мужчина: в церковной мантии тёмно-серой окраски, с чёрными крепкими ремнями, со святой водой, крестовым мечом и другими церковными орудиями. Голова накрыта белым капюшоном; виднелась обожженная кожа на пол-лица. С одной красной оболочкой глазного яблока, а другой – белой, с голубыми глазами. На его левой руке виднелось немного шрамов в сочетании с ожогом третей степени.

– Ты же знаешь, что должен сделать, – мужчина начал разговор о самом главном для Виталия.

Виталий с открытыми глазами, полными тоски, так и смотрел на счастливую семью уток, которые готовы уже улететь с озера, даже утенок взлетел с отцом и матерью.

– Если придется пожертвовать, чтобы спасти свою семью, я на всё готов! Даже если придется забрать Адлера в ад и самого Сатану, – в нервной злости проскрипел Виталий. Он теперь не был похож на старомодного папашу, которому ничего не нравится, кроме пива, теперь перед нами стоит мудрейший человек, переживший встречи с самим создателем Вселенной – Пласматом.

– Как же смешно звучит этот термин, – мужчина немного усмехнулся над этим словом. – Сатана. Только в нашем мире Сатана мёртв, а в этой псевдореальности думают, что, жив.

– Александр, я удивляюсь этой истории, из-за одного куска металла, который коту под хвост изменил землю. Вспоминая прошлое, прочтения и лекции, удивлялся, это смешно. Самое интересное, что из-за одной твари устроили мировые войны, в которых уничтожили три великих города, державших продукты, нефть и старую технологию, всё уничтожено! – Виталий рукой вытирал пот со лба, выступивший на солнце. – Было написано, его прозвали вторым антихристом, а имя получил… – Александр поднял ладошку, чтобы не слышать это имя на «Ш».

– Можешь не говорить его имени. Он всего лишь букашка, – вглядываясь в Виталия, улыбнулся, а потом вспомнил другое существо наравне с Пласматым. – Не знал, что вспомню о нём… – приподнял глаза, вглядываясь в белые облака.

– О ком? – задался вопросом Виталий от такой неожиданной информации, посматривая на Александра, как на настоящего друга.

– Это неважно, просто мысли вслух, самое главное – это спасение, – Александр намекал не только на семью Мельникова, но и на этот псевдомир.

(Чёрно-зрелищными дверями; потёртыми скважинами дыр, со зрелищными выкриками из потустороннего Тёмного Ада, стальным стержнем молота, с гнусными амбициями и внутренней пустотой).

Такие слова вспоминал Александр, когда вспоминал о нём… Виталий понял Александра!

– Пошли! – Александр показал дорожку, откуда он и пришел. – Нам надо собираться в дорогу, с нами по пути встретится твой знакомый, я его чувствую издалека.

Последние слова напрягли Виталия, он не понял, о ком идёт речь. Он повернул влево, чтобы последний раз посмотреть на прекраснейшее озеро, где когда-то будет повзрослевший утёнок. И этот же утёнок сможет превзойти своего отца, если попытается. Он единственный сможет выжить в этот сезон.

Двое мужчин прошли несколько миль до вершины снежных гор, которая находилась рядом с тёплым озером с утками. Там должна находиться дверь. Благодаря Пророку эта дверь оказалась там… И тогда были понятны последние слова Александра.

– Значит, ты выжил… – проговорил Виталий.

***

Банда ужасов вся наготове, чтобы Адлер мог подать сигнал для прибытия отца.

Ил Инм до сих пор вглядывался в окошко на снежной площадке; валяется трость старика, который отправился в мир иной, где он нашёл счастье среди облаков света. Под пылающим или плавающим капюшоном промелькнули слезы радости: отпуская человека в долгий путь и представляя встречу с улыбающимся стариком, который рассказывает смешную историю. В руках держал фотку молодой семьи из четырёх человек. Это семья была счастлива, но из-за этих событий им пришлось стать призраками ночи.

Два безликих и обнаженных существа ничего не делали, они просто стояли и ждали указаний.

Верделет Маэстро стоял напротив Генри и семьи Мельниковых. Верделет стал задумываться о той силе, которую предложит ему отец Адлера. И наконец-то он сможет поквитаться с генералом Килтом и самой организацией. Уничтожить их сверхсыворотку и насладиться силой над другими, которые не понимают, что такое страдание и эксперименты: было это создано не для того, чтобы создать солдат, а чтобы создать ещё больше контролируемых тварей.

«Да, пусть начнётся следующий проект, и тогда прийти к ним в гости нет проблем».

Самая странная ситуация, в которой ему пришлось ответить на вопрос, почему Верделет. Задался вопросом младший Мельников, рассматривая его как экспонат, с глубоким интересом.

«– Никто ещё не спрашивал про моё имя», – сказал, рассматривая всю комнату в тёмно-синих красках от безделья, но с улыбкой повернулся к мальчику.

Стал рассказывать историю своего детства, которого у него не было. Рассказывал, как его мучили, оскверняли, пытали и о тому подобных издевательских экспериментах.

– Я сейчас процитирую фразу из одного фильма: «Хочешь знать, откуда у меня эти шрамы?» – задал вопрос мальчику, не побоявшегося его шрамов, окружения и того, что тут происходит. Его не волновало. Взгляд мальчика был суровым, даже после заданного вопроса он так и не изменил своего лица.

– Не трогай его, тварь! – заступилась миссис Мельникова.

Миссис Мельникова в таком стрессовом состоянии не могла поверить глазам, окруженная тварями из разных видов кроссоверов и фильмов ужасов: новыми фантазиями для режиссёров и сценаристов.

Верделет всё не дождётся, когда сможет зарезать миссис Мельникову: её имя не запомнил, хотя зачем запоминать имя? Если она в этой ситуации играет роль мяса и забывших людей. Как и других убил Верделет и его компашка.

– Ты говоришь, что мы твари… – буркнул рядом с семьёй Генри, валяющийся вместе с ними на холодном мокром полу под густыми тёмными стенами, украшенными статуэтками отца Адлера. – Мы выполняли грязные и мерзкие дела, не прощающие никого. Половина всех наших действий привела к благу не только для Адлера, но и для нас тоже! После церемонии открытия врат они наконец-то заслужат покой, кроме меня… – произнес эти предложения сухими губами с грустью. – Это мой долг – жить в грехе, осознавая свой поступок двадцатипятилетней давности. Моё бессмертие – это наказание автомобильной катастрофы. Вот они! – показал мальчику троих существ, будто должен знать эту информацию наизусть. – Они здесь из-за меня! Они достойны лучшего! И поэтому мы здесь не играем в клуб «Ужасных монстров». Мы страдающие люди, которые превратились в уродливых тварей.

Зачем Генри рассказал всё это мальчику, было не ясно. Может, хотел искупить грехи с помощью разговора. Он мог бы рассказать любому из присутствующих в комнате. Доверился маленькому Диме, чтобы понял суть страдания и положения в его ситуации.

В этой комнате находятся страдающие люди!

Тогда кто является монстром?

Дима уже хотел задать вопрос, а Генри на этот вопрос мог ответить.

Адлер всё время помалкивал из-за провала в трансформации в охотника, предположил, что не сработало из-за атмосферы, которая давали силу наших предков.

«Придется применять кинжал брата, может, тогда пульс отца окончится напрямую, в нескончаемых безумиях».

Приготавливаясь к вознесению отца в этот мир, отвлекся на разговор Димы и Генри. Присоединился к разговору, не дал им отвечать.

– Ты хочешь знать, кто является в этой комнате монстром? – пересёкся глазами с Димой, с интересом посматривал на необычного мальчика, потирая свою бороду жестом любопытства. – Тогда слушай… Монстры – это не просто твари из каких-то сказок, фильмов, сериалов и книг. Это наши животные инстинкты; когда кровь бурлит в наших венах, как чайник, который наконец-то выпустил из себя то, что скрывал внутри себя. После этого твой мозг меняет твоё сознание на животное. Смотри вокруг комнаты, здесь находятся монстры? – задал вопрос самому себе. – Нет. Может, я монстр? Категорично, нет! Мой отец? Ох, да! Он хуже монстра, – с какой-то детской иронией восхищение промелькнуло в его словах. – Я хочу сказать, мы превращаемся в монстров только тогда, когда в нас просыпаются животные инстинкты. К примеру, я! Из расы койоттрайбов. Ты думаешь, я вызываю его просто так? Нет, чтобы убить его и остудить свой чайник и, конечно, восстановить клан и расу. В моих жилах есть животный инстинкт? – в своем долгом разговоре он так и не оторвался от маленького собеседника, мальчик выслушивал каждое слово из его умных речей.

Мальчик не мог ответить на такую сложную информацию; не мог говорить и не мог кивнуть, потрясённый глубоко мыслящим получеловеком, но таким несчастным…

– Да, у меня есть… – Адлер приостановился.

– Я понимаю тебя, – после долго молчания и выслушивания собеседника мальчик начал говорить своим спокойным и удовлетворительным голосом. – А если вы не справитесь? Что тогда, было всё зря?!

Адлер смотрел на Диму с удивлением и достоинством, будто гордится своим сыном.

Другие повернулись к мальчишке; стали вглядываться друг в друга и разом развернули головы, рассматривая мальчика как выдающегося человека с большой буквы. Может, в их сознаниях промелькнули мысли «а если не справимся».

– Тогда ты сможешь возвратить мою расу, – промелькнула в его очертаниях улыбка, которой всегда улыбаются своим лучшим друзьям.

Миссис Мельникова до сих пор не могла понять зачем? Зачем все эти разговоры? Что они хотят добиться этими разговорами? Почему именно Дима? Что в нём такого особенного? Он же просто мальчик? Вот такие мысли крутились до церемонии, в последний час перед открытием врат.

– Ты отступился, чтобы вернуть нашу расу, и месть затуманила твой разум, – неожиданные высказывания появились у мальчика, будто он тоже из койоттрайбов.

Адлер стал понимать, кто перед ним…

Жалко, не мог принюхаться к запаху мальчика, как это делали их предки.

– Кто твой отец?

«– Его имя – Корнит, сын самого Мироеда», – сказал ожесточённым тоном гордости.

– Значит, придется с ним встретиться, – Адлер сказал таким же тоном, как и Дима. Немного привстал, чтобы открыть врата в страстном покое великого отца.

***

Добиравшиеся путники до вершины зимних гор, где находится дверь, перемещающая в двухэтажный дом, встретились с повзрослевшим Мираки Харч; с бородой в стиле «Бретта», в тёплой одежде, с вышитым своим именем, державшим кусок старой бумаги, которая исписана от краешка и до кончика пальцев. Волосы покрылись белизной снега, скрывающего его натуральный цвет волос горького шоколада.

– Да, я выжил в этом переплёте, – Мираки посматривал на Александра, а потом повернулся к Виталию, чтобы объяснить свое появление. – Я здесь, чтоб помочь закрыть врата: с помощью этого – показал новый листок старой бумаги.

Александр с неодобрением повернулся к Виталию, показывая жестами «ему не надо доверять».

– Очень странно, что именно в этот момент предлагаешь помощь и даешь новый листок бумаги, – учуял такой же подвох, как и Александр.

Ощущение тревожного холодного ветра превратилось в оскверняемый гул. Мираки из тревожного мужчины, потерявшего цель в жизни, превратился в нечто иное: с красными глазами и вытекающими чернилами из каждой клетки его тела.

– В его тело вселилось нечто? – спросил Виталий у Александра.

Кивнул Александр.

Озлобленный Мираки стал мазюкать что-то на бумаге в бешеной скорости лютого зверя. Из его рук вытекают всё больше и больше чернильных капель.

Александр и Виталий понимают, то, что он пишет, ничего не значит для них. У них иммунитет к старому письму: они после встречи с Пласматом дотрагивались до божественной книгой «Крат’эло Мифиус». Говорится в книге: «Бессмертный Старец, владеющий книгой покоя и веков, до сих пор остаётся, до гроба». Эти слова прочитали после открытия книги, и её бесконечные страницы дают знания и покой.

Мираки хотел вызвать Древних Существ, но Александр быстро отрубил ему руку святым мечом, наточенным до блеска остроконечным лезвием. Из его руки сочился фонтан чернил. Громкие выкрики напоминали Александру «Кровавое пение Мышьлартов и Стервялартов». Забрал его бумагу. Медленным шагом пошёл к Виталию, дружески приветствуя после выполнения дела, чтобы сходить с ним выпить пива. Дал ему бумагу для восстановления полной книги, которая находилась в его мешковатой сумке. Достал закреплённую сеткой книгу, уже поцарапанную рукой, открыл оторванную страницу.

«– Ну что ж, мы теперь готовы», – сказал со спокойным лицом, не показывая эмоции бывшему соседу, который в глубине души был давно мёртв.

– Чёрт, я так хотел вернуть брата моего, Майки, – стал бескорыстно приплетать брата, демонстрируя нотки скорби. – Думал, мы поможем друг другу, и тогда вернули бы брата из волчьих оков.

– Ты не Мираки Харч! – брезгливым тоном произнес эти слова Виталий. – Ты блуждающая нечисть, насыщенная голодом людской жизни, который передается, – с этими словами направился в гору вместе с Александром, где находится дверь.

Наши спутники не обращали внимания на выкрики наподобие: «Если Дэра вернётся в людскую жизнь, вам несдобровать». Среди гущи сильного ветра, покрывающих снежных сугробов блуждающая тень Мираки исчезла.

Виталий и Александр пробирались в гущу снежных ветров на большую высоту. Дверь находилась на вершине горы с деревянными уступами. Наши спутники добрались до деревянных уступов, в которых пробирается снежная мгла: кругом неистовые звуки будто скрежет дикобразов. Залезли на выступы: увеличивая скорость, пробирались от одной ступени к другой. И те же звуки дикобразов, вопли шакалов, царапающих выступы, и какие-то смрадные трупы, обтянутые сухой кожей.

Это были Туманные Дикобразы – Хохлаты из расы Спящих. С вытянутыми лицами, необычным строением вытянутых голов, прикреплённых чёрными штыками к сухой коже, с маленькими отверстиями возле носа (чтобы нюхать свою жертву), с сухими руками альпинистов, рожденных ходить по тонкому льду, с вытаскивающимися из тела иглами, отравленными на тонких конусах. Худющие тела бежевого цвета в сухой коже с серыми пятнами. Ротовая часть прикрыта наполовину прямоугольными зубами с круглыми дырками, напоминавшими подшипники.

Спутники спешно поднимались к двери из-за Хохлатов, которые приближались среди туманных туч. Александр бросил колбу со святой водой. Их вопли были жуткими, будто умирающая гниль человека.

– Виталий, быстро поднимаемся, а то заберут нас во мглу, – выкрикивал Александр из-за сильного шума ветров и дикобразов. Виталий прояснил себе ситуацию.

Своими силами еле-еле добирались к двери, потому что дикобразы всё лезли и лезли со своими выпускающимися иглами. Александр охватывает удары от дикобразов и игл. Своим мечом отрезает одного, потом второго и третьего. Они лезли к Виталию с книгой. Но раненый Александр защищает своего друга. Отрезает полбашки. Проникает яд в тело Александра. Ноги подкашиваются от напряжения и боли в органах. Он показывает рукой Виталию: «Иди без меня!»

– Ты должен пойти…

– Хватит разговоров! – пронзительно злобно ответил. – Я и так отслужил очень долго, эти шрамы показывают мою старость, и поэтому мне нужен покой, – немного помолчал, чтобы ощутить запах успокоения. – Передай Дэру, что у нас счёты не закончены, – и показал на своё обожженное лицо, давая намёк, что именно Дэра оставил ему этот след.

Виталий стал убегать к двери, а Александр выкрикнул: «КАТИТЕСЬ В АД, ТВАРИ!» Последний звук людской жизни промолвил святой рыцарь среди туманных тварей.

В руках поднимается святой меч, по сияющему лезвию струится кровь бежевого и красного цвета. Нападающие Хохлоты в разных сторонах и пять прыгающих существ из тумана.

Вот такую ужасно-прекрасную картину запомнил Виталий в последнюю встречу со Святым Александром: «Кричащий человек против дикобразов».

Захлопнул дверь…

***

Адлер ждал тридцать шесть лет для полного завершения своего плана. В руках держал кинжал Мосс, второй жены Дэры, и его второго сына Мохлы. Мохла сказал, что именно этот кинжал поранил самого Отца. Адлер поверил брату. Именно в этот день ему придется убить своего Отца и отправить в темноту мучений. Открывал врата с помощью шьямалского языка богов, которым заперли его в Аду.

Дал знак, чтобы приковать его к цепи. Ил Инм и безликие существа находились позади двери: стали держать цепь. Верделет – впереди Адлера, чтобы после открытия врат его не ударили. А Генри охранял семью Мельниковых.

Врата напоминали обычные сатанинские врата: с неизвестными буквами, которые звучали не нашими человеческими частотами. Архитектурная точность алых врат, узоры битвы между Металлическими богами и Врондушами. Находились в кругу комнаты до потолка.

Из врат выходит что-то огромное и ужасное двухметровыми шагами. Это он – Дэра! Врата медленно открываются: из врат выходит горячий пар с огненными лучами и запах расплавленных свеч. Виднелся кровавый глаз Отца и его большая свинячая рука, которой он приоткрывал одну дверцу, а второй рукой – вторую дверцу. Вышел наконец-то Дэра. Врата были закрыты. Стоял среди смертных и неких сотворённых существ. Его взгляд замечал только мальчишку в белой толстовке и сзади него отвратного сына. Повернул голову направо: заметил лежащего бессмертника и смертного, державшего маленькое существо.

Yosh cheklamasi:
16+
Litresda chiqarilgan sana:
08 oktyabr 2019
Yozilgan sana:
2018
Hajm:
70 Sahifa 1 tasvir
ISBN:
978-5-532-08997-6
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati: