Kitobni o'qish: «РАБ. КНИГА 3. ОСТАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ»

Shrift:

РАБ. КНИГА ТРЕТЬЯ. ОСТАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ

Пока человек чувствует боль – он жив. Пока человек чувствует чужую боль – он человек.

(Франсуа Гизо)

Глава тридцатая

Тамалия

Несколько дней пролетает в каком-то законсервированном состоянии. Никуда не хожу, ничего не делаю, ни с кем не общаюсь. Просто не могу. Разве что Келле ответила бы, но она молчит. Господи, какое наслаждение, Антер рядом, и, кажется, действительно начинает мне верить. Не боится, не шарахается, не смотрит таким взглядом, что сама себя ненавидеть начинаю, смеётся…

Между прочим, бассейн очень удобным оказался. Антер, правда, не любит света. Ну а кто любил бы, с этой чёртовой татуировкой? Ничего, родной, вот сведём, я тебе такой праздник на свету устрою – не забудешь!

Только Лайле в номер звоню. Всё-таки мы в ответе за тех, кто от нас зависит. Нужно будет ей отдельный коммуникатор сообразить.

Похоже, неплохо проводит время – смотрит фильм, что-то жуёт. Но моментально плюхается в позу покорности, начинает извиняться.

– Простите, госпожа, что не застали меня, я не знала… я вообще в тот страшный лаз не полезла, подождала немного, вы не возвращались, но разрешили же не дожидаться…

– Гулять поехала? – хмыкаю. Кивает:

– Ну, да, просто покаталась.

Отводит глаза.

– Сама? – уточняю. – Или кто-то из аристократов и их нахальных рабов приставал?

– Сама, госпожа, – уверяет поспешно.

Ладно, Халир с Варном со мной были, наверное с кем-то познакомилась, не сообщая, что рабыня. Я-то не требую ошейник носить. И всё бы ничего, пусть отвлечётся девочка, нормальной себя хоть немного почувствует, но ведь линия может прослушиваться и просматриваться. Поэтому изображаю недовольство.

– О том, почему тебя в номере не было, мы ещё поговорим, – сообщаю. – Полиция допрашивала?

– Конечно, госпожа!

– Что ты им без моего разрешения рассказала? – хмурюсь.

– У них же пульт, госпожа, – начинает плакать.

– Ладно, – говорю. – Я потребую копию записи, и если узнаю, что ты сказала что-нибудь нелицеприятное обо мне…

– Ничего, госпожа! – клянётся.

Надеюсь. А копию запрошу, чего это они с моей рабыней без моего согласия разговаривали? Я, конечно, понимаю, расследование и все дела, но неплохая возможность подтвердить свой образ. Хотя не слишком рассчитываю найти там что-нибудь полезное.

– Собери все вещи, поедешь в моей каюте на корабле. Я господину Климу сказала. Поживёшь немного у него, пока решу, где тебя разместить.

Обещает всё сделать, не рискую спрашивать, нужно ли ей что-нибудь, надеюсь, Клим позаботится. Звоню в участок. Выслушиваю уверения в том, что рады бы помочь, и если бы я была на месте, рабыню, конечно, расспросили бы непременно при мне и с моего дозволения, к сожалению, копию выслать не могут без чьего-то там разрешения, которое обязательно постараются получить.

И хорошо. Не хотелось бы сейчас смотреть, как к Лайле применяют пульт, и осознавать, что будь я там – этого не понадобилось бы. Такое состояние – ничего не в силах делать, даже отчёт почти не готовлю. Так, поскидывала всё на памку в редкие минуты, которые смогла урвать. Не хочу расставаться с Антером ни на миг.

Незапланированную идиллию прерывает звонок Райтера, опуская меня на землю, напоминая, где и для чего нахожусь.

– Ты же не пойдёшь с ним встречаться? – хмурится Антер, все улыбки мигом лицо покинули. Словно тоже очнулся. Вздыхаю. Вспоминаю прошлый раз, понимаю, что обманывать не смогу, да и не поверит. Проницательный и наблюдательный мой.

– Я ненадолго, – обещаю.

Райтер всё звонит и звонит, нужно ответить, никак не решу, то ли выйти из комнаты, то ли Антера это совсем добьёт. Отвечаю всё-таки.

Райтер улыбается, бросает взгляд на Антера, прозорливый такой взгляд, кажется, понял всё, зараза этакий… Впрочем, может, давно уже понял. Так и хочется пеньюар поправить, но удерживаюсь.

– Не отвлекаю? – ухмыляется, пожимаю плечами:

– Да нет, – говорю, – рада видеть! Зачастили вы к нам.

– Ради такой женщины стоит и зачастить, – кокетничает.

– Или ради успешного бизнеса, – хмыкаю.

– Не без этого, – соглашается. – Увидимся? Я буквально на пару дней.

– Увидимся, – улыбаюсь. – Мне тоже развеяться не помешает.

– Помните, где мы познакомились? – интересуется. Не нравится мне это. Киваю. – Подъезжайте, буду ждать.

Наскоро соображаю, если «подъезжайте», видимо, хочет в моей машине поговорить. Наверное, следят за домом. Чёрт. При Антере же не поговорим…

– Приеду, – соглашаюсь. – Часа через два.

Отключаюсь, смотрю на Антера.

– Послушай, – говорю, – я очень надеюсь, что он что-нибудь от Чары передаст. Я очень-очень быстро, туда и назад. Ладно?

– Меня брать не планируешь? – мрачно. – Мы же, вроде, хотели поинтересоваться теми его судами по контрабанде рабов.

Забираюсь на колени, обнимаю за шею, я просто не могу выдержать, когда ты так смотришь… Прижимает к себе, вдыхает запах волос, верь мне, родной. Ещё немного, и ты всё узнаешь, надеюсь, тогда никакие чипы и пульты будут не страшны.

Что там Райтеру понадобилось, не мог дождаться, пока сама позвоню? Хоть бы ничего серьёзного. И отчёт поскорее передать не помешает, да Немеза как раз портрет прислала. Пусть в конторе разбираются с несмешением. И художественной литературой.

– Не иди к нему, – произносит Антер. Прижимаюсь, целую, кажется, настроен решительно, что же мне делать?! Он же только-только забыл о том, что я «госпожа», дня три этого чудесного обращения не слышала!

– Я твоя, – шепчу. – Пожалуйста, верь мне. Я не смогу сидеть безвылазно дома до конца реабилитации.

Антер

Моя… Если моя, просто не отпущу, не ходи туда, я же не прошу безвылазно дома сидеть – просто не ходи к… Ну да, наверное, ревную, потому что именно он… вот такой сильный, свободный, вероятно, для вас красивый. Рядом с ним сразу же становится видно, кто я.

Рассматриваю взволнованное лицо. Разумеется, это не могло длиться долго, просто не хотелось задумываться о том, что потом. Что рано или поздно придётся выйти «в свет», благодарить «как положено» и прочие рабские обязанности исполнять.

– Антер, я так не хочу, чтобы ты… например, дверь держал. Надеялась, что до приезда Чары вообще из дома не выйдешь.

Ну да, убийственный аргумент. Я тоже не хочу при нём дверь держать. А ведь пришлось бы.

Может, он письма от подруги возит?

Провожу руками по гибкой талии, скидываю изводящий воображение пеньюар, сколько раз мечтал его с тебя снять – всё никак не могу поверить, что это уже не мечты. От одной мысли, что кто-то ещё может вот так тебя обнимать, ощущать приятную тяжесть твоего тела, хочется… не знаю что сотворить. Подключиться к розетке, чтобы выжечь к чёрту этот грёбаный чип, хоть бы и с мозгом вместе.

Тали смотрит настороженно, как же она всегда видит, какие мысли меня тревожат?

– Почему ты не хочешь уехать со мной? – спрашиваю.

– Безумно хочу, – шепчет. – Но не могу. При первой же возможности отсюда сбегу. И сразу же тебя найду.

Тебе не придётся меня искать. Не отстану от твоей подружки, пока хотя бы не попытается найти другой вариант.

– Веришь? – спрашивает настойчиво.

– Верю, – шепчу. Больше ведь у меня ничего нет. Но просто так не отпущу!

Тамалия

Счастье моё ревнивое все два часа не выпускает из кровати, тут даже если бы до этого и строила планы, уже ничего не хотелось бы. Но он мой напарник, мой друг, тебе не нужно ревновать, родной. Убеждаю в этом как могу. Райтер подождёт, ничего ему не сделается.

Наскоро собираюсь, Антер посматривает. Молчит, не комментирует, но, по-моему, замечает, что я надела повседневные брюки с футболкой. Еле улучаю возможность заглянуть в сейф, чёрт, если так дальше пойдёт, вообще ничего не смогу делать. Мы же почти постоянно вместе теперь.

Снова обещаю вернуться очень быстро, нигде не задерживаясь.

Райтер уже ждёт, подъезжаю, улыбаюсь, приглашаю в гравикар. Отвешивает комплименты, отмахиваюсь:

– Можешь говорить свободно, тут чисто.

Рассматривает меня какое-то время, вдруг выдаёт:

– Ты там со своим рабом совсем уже сдурела?

– Не твоё дело, – огрызаюсь.

– Ну да, не моё. И так еле держишься, нужно было лишние эмоциональные привязки формировать.

– Угу, – говорю, – сидела и формировала. Пока они не сформировались.

– Так серьёзно всё? – вздыхает.

– Нет, – отвечаю. – Я же всегда по ерунде заданием и жизнью рискую.

– Хорошо хоть осознаёшь, какой это риск.

– Миллион раз осознаю, а Антера мне чтобы отсюда забрали!

– Да не кипятись ты, – прикасается вдруг пальцами к щеке. – Почему не взяла его? Познакомились бы нормально.

– Вот и познакомитесь. Не знает он ничего. Может, и догадывается, но… Не спрашивает, во всяком случае. А может и вовсе по-прежнему уверен, что ты работорговец.

– Да ладно, – не верит. Пожимаю плечами. Смотрит задумчиво.

– Ох, Талька, не было тебе забот на пятую точку.

– Заскучала, – говорю. Без забот-то. Только вот не нужно мне тут морали читать! Я и без тебя достаточно мучилась… Молчу, но Райтер без слов всё понимает.

– Не волнуйся, – успокаивает. – Вывезем, спрячем, ты главное досиди здесь нормально, чтобы потом заново не пришлось.

– Куда ж я денусь…

– На вот, – протягивает руку, скорее угадываю, чем замечаю на ней памку. Прижимаю свою, наладонник перетекает ко мне, мой – к нему.

– Задание? – спрашиваю.

– Неа, – улыбается. – Пульт отключите.

Секунду соображаю, потом с воплем прыгаю ему на шею.

– Ну, Талька, – смеётся, – сама же просила. Решили задачку, точно следуй инструкции. Если всё сделаешь правильно, потом можно будет многозначной комбинацией включать и выключать.

– Выключать? – хмурюсь. Это же на кнопки нажимать.

– Выключать немного сложнее: сначала залезть под крышку и разомкнуть один из контуров.

– Передай, что я всех обожаю и с меня пиво! – смеюсь.

– Да какое с тебя пиво, – хмыкает скептически. – Себя верни. И это… завтра будь готова, пожалуйста. В любой момент, возможно, понадобится быстро убегать. Сигнал знаешь, без вопросов на корабль и пытаешься взлететь.

– Что такое? – мрачнею.

– Не важно. Буду кое-что пробовать, тебя это пока не касается. Просто будь наготове.

Смотрю на памку. Ладно, раз мне знать не надо, не лезу. Стараюсь не нервничать.

– За тобой следят?

– В доме обнаружил одно устройство, – кивает. – Может, и другие есть, не слишком искал. Пусть последят немного, потом придумаю, как нейтрализовать.

– До Леркиного приезда ещё увидимся?

– Не знаю.

– Сведения с «жучков» смогли забрать?

– Нет пока. В твою сеть проникаем, но как-то… странно.

– Аристократического слоя не видно, – констатирую. Поднимает бровь. – На памке, – указываю глазами на руку, – наши с Антером гипотезы о слоях. И вот тебе портрет на память. Уникальная таринская техника андифф, не уверена, что можно вывозить.

– Спрячу, – кивает, рассматривает с любопытством. – Какие-нибудь тонкие поля?

– Антер предположил, что они научились оставлять жидкости не смешивающимися.

– Ты же говорила, он ни о чём не догадался? – смотрит пристально.

– Ну и что. Он иногда такие идеи выдаёт… Не вздумайте там его вербовать. Он заслужил свободу.

– От хозяйки? – кидает шпильку.

– И от хозяйки тоже, – вздыхаю. Понятия не имею, в какой момент Антер прозреет, но не хочется терять ни минуты.

– Не переживай, я прослежу за ним.

– Не смей. Только безопасность обеспечь. А остальное… пускай сам решает.

Молчим немного, Райтер поглядывает с удивлением, но не комментирует.

– А как… – начинаю, сразу же отвечает:

– Пока есть два варианта. Лерка расскажет, на каком остановимся. Мы чип заполучили, сейчас с ним работаем. Возможно, разберёмся, как экранировать. Но обещать не могу. Идеально было бы «похитить» из дома, но слишком уж явное совпадение с приездом Чары. Может быть, логичнее сразу же её обвинить, чтобы не пали подозрения на тебя.

Эх, это означает, что Лерку я тоже до конца задания больше не увижу. Зато она могла всё «планировать» ещё с прошлого приезда – увидела раба, позавидовала, себе захотела. А я пойду искать утешения у Олинки. Да уж.

– Хорошо бы его статус на «экспортного» сменить. Хоть на время, – вздыхаю. Но мы же с этими сетями никак не разберёмся.

– Хорошо бы его вообще «убить».

– И лишить шанса вернуться домой? К друзьям, наследству родителей?

– А что важнее? – разводит руками.

– А если имитацию сигнала? Чип экранируем, вывезем, я ещё недельку с имитатором посижу, а потом выключу и заявлю… Ну, что Амира украла.

Райтер посмеивается, тоже хихикаю. Представляю себе Амирушкину реакцию.

– Ладно, всё обработаем, выберем наилучший по исходным вариант. А там уж как получится.

– Что с возможностью приземлиться вне космопорта?

– Вторая версия, пока в работе.

– Рассчитываю на вас, – улыбаюсь.

– Рассчитывай, – соглашается. Рассматривает меня, словно хочет что-то добавить. Надеюсь, не напомнить об осторожности.

– Ну и для чего тебя в итоге туда повезли? – интересуется. Пожимаю плечами, стараюсь не выдать смущения:

– Не знаю. Пришлось уехать чуть раньше, возможно, Келла планировала задержать меня или познакомить с кем-то. Она пока не появлялась: после турнира проходят всякие государственные совещания среди правящих семей.

Молчу, что по дороге нас Рабыня пыталась перехватить – возможно, не пустить? А потом это «беги». Сам в отчёте прочитает. Пусть аналитики разбираются, вдруг со стороны обнаружат нечто, не заметное мне. А то сейчас всё это пересказывать – много времени уйдёт.

– Постарайся до Леркиного приезда сидеть тихо, не встревать ни во что.

Киваю. Если бы это ещё всегда от меня зависело!

– Когда с подружками тебя знакомить? – хмыкаю.

– Надеешься, кто-нибудь из них избавит от необходимости выходить за меня? – смеётся.

– Конечно! – улыбаюсь.

– Не сейчас. Давай сначала с твоим разберёмся.

Давай. Дождаться не могу.

– Пора мне, – вздыхаю с сожалением.

– Я-то думал, скучаешь, – хмыкает.

– Скучаю, – соглашаюсь. – Только Антер там…

– Да понимаю я, – улыбается.

– Куда тебя подбросить?

– Домой давай, помелькаю.

Киваю, разворачиваю гравикар.

– Если вдруг что – звони, я почти всё время буду тут.

– Если вдруг что, – отвечаю, – вероятно, придётся Антера с собой взять. Сегодня отпросилась, но… имей в виду.

Снова пристальный взгляд, молчу, улыбаюсь. Надеюсь, этого не понадобится.

Довожу до дома. Вот уляжется немного, сразу же попытаюсь выбить Марку разрешение на вход за стены.

– Береги себя, – обнимаю. На секунду сжимает меня, после всё так же ухмыляется:

– Я-то бережливый, ты там давай не кисни.

Не хочу его оставлять, осознаю, что-то серьёзное будет пробовать. Неужели через стену попытается перелететь? Но и Антера надолго оставлять не хочу. Изведётся же. Господи, когда я уже смогу ему всё рассказать?!

Смотрю, как скрывается за дверью подтянутая фигура. Нет уж, я тебя на растерзание этим мегерам тоже не отдам, лучше сама твою жену отыграю. Съедят ведь.

Не в силах удержаться, поглаживаю памку. Пожалуй, не буду пока Антера обнадёживать, ночью попытаюсь разобраться, если получится – тогда и скажу. А то вдруг загорится надеждой, а у меня не выйдет.

Снова не удерживаюсь, просматриваю инструкцию прямо в машине. Вроде бы ничего сложного, только точно нужно сделать, чтобы нигде не заглючило.

Умру от волнения.

Антер

Ревную. Странно, но, кажется, ещё сильнее, чем раньше. Вроде бы и верю, и логически убеждаю себя, а всё равно. Лезет всякое в голову. Раньше просто представлял, а теперь ведь уже знаю. Что ожидает счастливца. Не хочу об этом думать, не может её нежность быть ненастоящей, для всех. Только моя.

Ничего не могу делать, сижу как дурак, мечтаю. Как Тали бежит ко мне, а не к нему, как встречаю её… откуда-нибудь. По-нормальному. Посматриваю на схеме дорог за гравикаром – не для того, чтобы следить, а просто… будто рядом нахожусь.

С трудом заставляю себя хоть чем-нибудь заняться, к студентам заглянуть, например.

Надо же! Он всё-таки выслал учебник по информатике, правда, скопировать нельзя – только просмотреть. Времени, оказывается, мало осталось. Извиняюсь, что уезжал.

«И что?!» – приходит возмущённое. Неужели у них тут есть доступ, даже если выезжают за пределы стен? Это Тали, что ли, не дали полного? На всякий случай пишу – улетал с планеты, извиняюсь, что не предупредил, мол, неожиданно. Обещаю поскорее разобраться.

Кажется, я много на себя взял. Открываю, там всё такое незнакомое, вариант попроще бы для начала.

Ладно, попробую. Ищу что-нибудь понятное, от чего оттолкнуться. Вдруг какое-то виртуальное движение настораживает, заставляет встрепенуться.

Демон, похоже, в нашей сети ещё кто-то есть. Такое странное подключение! Мелькает и тут же исчезает. Сколько ни всматриваюсь, больше ничего не могу обнаружить.

Тали подъезжает к достопамятному пабу. Смущаюсь, вспоминая первую встречу с Марком. Чёрт, я-то решил, они там посидят, а машина снова движется, и не домой – куда-то в другую сторону. Стараюсь не представлять, что они сейчас вдвоём. Что лучше бы с ней поехал. Как жить, если думать, будто она меня обманывает, всё это не по-настоящему – просто забава с глупым рабом.

Пугаюсь, а вдруг через сетевик кто-то следит? Никого больше не вижу. Пытаюсь просмотреть контуры, но Талина сеть так скрыта – не подступиться. Чтобы не привлекать нежелательного внимания, сосредотачиваюсь на информатике. Знать бы ещё, что все эти термины означают. Разбираюсь.

Тали останавливается у дома Марка, не могу себя успокоить. Хочется всё бросить и рвануть туда. Жаль, далеко пешком. Да и за стены не пропустят. Или позвонить. Не успеваю придумать предлог, как машина отъезжает. Может, завозила его просто, а я…

Ненавижу своё положение. Сейчас бы… сколько всего совершил, если бы не грёбаный чип.

Кажется, домой едет, быстро как. Жду. Выхожу на всякий случай из сети, рассматриваю те пару страниц учебника, что остались в окошке. Интересно, если попробую найти способ их сохранить, нигде ничего не сработает?

Информация в голову не поступает, заканчиваю гиблое дело, не могу дождаться.

Открывается дверь, выхожу навстречу, Тали бросается ко мне – совсем как представлял. «Соскучилась», – шепчет. Я и сам словно год тебя не видел. Какая уж тут информатика.

Тамалия

– Слушай, – вспоминаю, в очередной раз приходя в себя в его кровати, – я же тебе ещё не рассказала самого интересного. После того, как выстрелила в лео-пуму, угадай, кто выскочил из моей сумочки.

А может, после сообщения Рабыни. Но сказать этого не могу. Машинально ощупывает руку, целую грудь. Снова не в силах оторваться от него.

– Кто? – не понимает Антер, однако почти сразу соображает: – Одноглазый?

– Угу, – киваю.

– Откуда?

– Понятия не имею. Когда я убирала парализатор, его там не было. Идеи будут?

– И куда он делся?

– Шмыгнул в сторону пещер. Не следила – не до того, знаешь ли, было, – улыбаюсь. Трётся щекой о мои волосы, прижимает покрепче.

– Странно, – говорит. – Никогда не слышал об органических устройствах.

А я слышала… Но не мог же Райтер мне его подбросить и не сообщить. Хотя, кто знает.

– Или местные зверьки тоже… передвигаться умеют, – продолжает. – Из точки в точку.

– Природная способность? – предполагаю. – Но местный зверёк был бы в справочниках. Наверное. Да и зачем ему моя сумка?

Молчим какое-то время.

– Мне показалось, в твою сеть кто-то заглядывал.

– Когда? – настораживаюсь.

– Когда ты ехала к своему… передал тебе что-то от подружки?

– Ага.

Так на меня смотрит, до чего уже успел догадаться, что придумать? Судя по тому, как снова ко мне прикасался – любое неосторожное движение может очередной откат спровоцировать. А мне же ещё двигаться и двигаться… Стараюсь не показывать, что заметила: всё по-прежнему, любимый. Кажется, расслабляется слегка.

– Ничего особенного, – сообщаю легко. – Чуть-чуть покатались, поболтали.

– По-моему, он ухаживает за тобой. И совсем не так, как принято на Тарине.

– Зато в отличие от местных, он не псих, – улыбаюсь.

– Только рабами приторговывает.

Вздыхаю.

Не успеваю ничего ответить, как подаёт позывной входной коммуникатор. Ну да, аристократы уже вернулись, Олинка первым делом ко мне ринулась. Вместе со Свеллой, надо же. Впускаю, куда деваться. Наскоро одеваюсь, целую Антера.

Подружки во дворике, Олинка на только-только замененный гамак улеглась, раб рядом на земле пристроился. Поводок в её руке в такт движениям гамака то натягивается, заставляя раба наклоняться, то ослабляется. Весело, ничего не скажешь.

Свелла поприличнее – на диване сидит, Анита рядом. Ну, хоть не выгнали. Взгляд, правда, такой сосредоточенный, ни намёка на улыбку. Видимо, наказание было внушительным.

– Ты зачем сказала папе, что я Антера обменять хотела? – возмущается Олинка, едва видит меня. Да уж, что какая-то там напавшая лео-пума по сравнению с выговором от папани.

– А ты зачем жаловалась, что я его тебе наказать не дала? – отвечаю тем же тоном. Смотрит на меня сердито.

– Но ты же не дала, – говорит.

– Но ты же хотела, – отвечаю резонно.

– Да ладно вам! – вклинивается Свелла.

– Тебе ладно, а за мной папа стал следить, никак не вырвешься. Сегодня хоть на заседание своё поехал, а то вообще насел!

– Ты же первая ему пожаловалась! – упрекаю с обидой. Олинка молчит, не знает, что ответить. Зато Свелла продолжает:

– Лита… я тут решила… в общем, хочу себе постельного завести. Ты же говоришь, помогает. – Вот чёрт, не было печали, откуда я знаю, помог ли бы он в такой ситуации, или наоборот? Молчу, слушаю. – Поедешь со мной выбрать?

– Да я же не умею! – теряюсь.

– Никак не могу решить, то ли нормального элитного, то ли как у тебя – бывшего вольного.

– Это ты у Олинки спрашивай, я же ничего не знаю! – отбиваюсь.

– Ты Антера вон как выдрессировала, может, что-нибудь и мне подскажешь.

– Ну что тебе, сложно съездить? – сердится Олинка.

– Да мне-то не сложно… Просто боюсь не то подсказать, у меня же опыта нет.

– Решение я всё равно буду сама принимать, – сообщает Свелла. – А твоё мнение просто послушаю.

– Хорошо, – сдаюсь. Не помешало бы на торгах побывать, информацию пособирать, но я до сих пор не решилась на такую поездку. Раз уж прямого указания не было. – Когда собираетесь?

– Сейчас, – отвечает Свелла с недоумением. – Вот забежали тебя захватить.

Очень мило, а позвонить? Ладно, молчу, не ругаюсь.

– Ты как вообще? – добавляет. Неужели. Пожимаю плечами:

– А как ты думаешь? На тебя бы лео-пума набросилась…

– Так и не узнали, откуда она там взялась?

Снова веду плечами. Выслушиваю возмущения по поводу того, как их всех опрашивали. Олинка пытается заикнуться о подробностях нападения, но Свелла одёргивает. Видимо, госпожа Кларна сказала не напоминать.

– Антера захвати, – не забывает Олинка.

– Зачем он нам там?

– Ну ты странная, такое впечатление, что он тебе нигде не нужен! Продала бы тогда, что ли?

– Обойдёшься, – фыркаю. – Ладно, как раз новый гравицикл опробую.

Который до сих пор нераспакованным в подвале лежит. Хорошо, что я его всё-таки заказала на всякий случай, вот и пригодился. Вдруг завтра убегать придётся – так и не разузнаю деталей, как здесь рабов продают.

– Зачем? – не понимает Свелла.

– На нём так классно! Ладно, пойду собираться, – встаю, перебивая их возражения. – Если голодные – поищите чего-нибудь на кухне!

Жаль только, «Браги» мне не продали, пришлось аренду продлить. Не могу расстаться с «покровителем», словно действительно его дух нас уберёг.

Пока подружки не надумали воспользоваться кухней или гостиной, наскоро заглядываю в сейф – скинуть памку и взять микросетевик с микромедиком. Надеваю в гостевой душевой, возвращаюсь к Антеру. Парализатор в сумочке, дес-шокер на руке. Вроде бы готова.

– Чего они хотят? – поднимается навстречу Антер.

– Едем Свелле раба выбирать, – вздыхаю. – Собирайся. Так что с сетью?

– Показалось, кто-то подключился. Но сразу же исчез. То ли меня заметил, то ли просто…

Надеюсь, ты не мой сетевик, который я отдала Райтеру, засёк. Или кто-то снова последить пытается? Или Рабыня?

– Ты там осторожнее, – прошу.

Нужно будет проверку контуров устроить.

Антер

Демон, как ехать не хочется. Одеваюсь, конечно.

– Кнут придётся взять, – рассуждает Тали.

– Что мы там делать будем? – бурчу, кажется.

– Советы Свелле давать, – хмыкает. Всё-таки твой поцелуй перед выходом заставляет почти смириться. – Не хочу на тебя никакие поводки надевать, – шепчет. – Не отходи от меня, хорошо?

Киваю. Олинка со Свеллой уже в гостиной, жуют фрукты, решают, куда податься. Кажется, выбирают тот торговый центр, где меня купили. На счастье, мол, вдруг второй такой же попадётся.

– Внутри стен неэлитного сложнее найти, их сюда только при хозяине пропускают, – объясняет Олинка, Тали кивает. Зачем им неэлитный?

– А экспортные там продаются? Вдруг я, например, захочу кому-нибудь подарить? – интересуется Тали. Кого это она одаривать собралась? Пытаюсь сообразить, для чего спрашивает.

– Экспортные отдельно продаются. А кому ты дарить планируешь? Кому попало ведь нельзя, сама понимаешь. Истории покупателей и прочих потенциальных владельцев всегда изучаются. У папы на фирме целый этаж под такой отдел отдан. Этому своему за стенами?

– Ну… – Тали мнётся, даже не смотрит на меня, ты что, про Марка ей рассказывала?! – Ведь таринских, наверное, нельзя.

– Чужому-то? Никто не позволит вывезти таринского раба. Вылетать могут только элитные и только с аристократами.

– Лайлу, значит, тоже не смогу подарить?

– Вряд ли. А зачем ему рабыню дарить?

– Ну так… знак внимания оказать.

– Я могу у папы спросить, но думаю, нет.

– Да не надо, это я просто, вы меня на мысли натолкнули. А вообще, обойдётся.

– Ты уже нормально знакомишься? – интересуется Свелла.

– Заставляю себя, – вздыхает Тали.

– Ну и как?

– Отвратительно. Но надо же что-то делать.

– Надо, – соглашается Свелла.

На этой оптимистической ноте покидаем, наконец, дом. Тали отправляет меня за гравициклом – и когда только успела заказать? Сколько же дней я не занимался, в спортзал не ходил? Аристократки уговаривают ехать с ними в салоне – Олинкин гравикар и правда огромен.

Но Тали непреклонна. Убираю кнут в специальный отсек сбоку на сидении, подсаживаю её, короткие шорты и обтягивающая футболка на тонких бретельках сводят с ума. Волосы собраны в хвост – не будут мне в лицо набиваться. Как бы так удержать руки, нельзя же без прямого хозяйского приказа.

Вечереет, но день сегодня жаркий. Лежать на берегу моря. Или в бассейне…

Сажусь сзади, обнимаю, кладу руки на руль, осторожно стартую. Подружки провожают нас взглядами – судя по Олинкиному, похоже, Тали новую моду ввела.

Надо же, тут есть защитное поле, Тали включает, делает непрозрачным. Ветер сразу исчезает, держаться тоже необходимость отпадает – поле не даст свалиться при всём желании.

Делаем круг над домом, дожидаемся, пока машина поедет, пристраиваемся за ней, чуть сверху. Тали запускает автопилот, облокачивается на меня, откидывает голову.

– Ты уже всем про Марка рассказала? – неожиданно для себя выдаю.

– Я тебя просила не обращать внимания на то, что им говорю, – напоминает. Прижимаю покрепче, ты же не сердишься? Нет, наоборот, поглядывает на меня, спрашивает:

– Ведь Олинка с Корнелем тебя там тоже… купили, да?

Киваю, возвращаю руки на руль. Зачем ты об этом спрашиваешь. Заставляю себя расслабить сжавшиеся пальцы.

– А первый раз?

– Первый раз был закрытый аукцион для… гурманов. Все… часто сбегающие. Вот нас и решили на Тарин определить, чтобы уж точно больше никуда.

Тали влезает вдруг на сидение, поворачивается, придерживаю машинально. Как тут сдержаться, ещё и целует, спохватываюсь только ощущая под ладонями бархатную кожу бёдер, спину, обтягиваемую тонкой тканью.

– Я бы тебя туда не тащила… но ты же понимаешь, – вздыхает.

– Понимаю.

Тамалия

Стены, которые необходимо проехать, вырастают почти неожиданно и заставляют образумиться. Может, не нужно было идти? Вспоминаю Антера после барака и понимаю, что мне туда совсем не хочется. А с другой стороны, вдруг удастся в базу залезть… да и любая информация не помешает.

Долетаем довольно быстро – я бы сказала, слишком быстро. Нацеловаться как следует не успеваем. Приходится занять первоначальную позицию. Поглядываю на Антера, молодец, держится, хотя как представлю его воспоминания…

Здание просторное и современное, огромный торговый центр, где целый этаж выделен под продажу рабов. У входа встречают Селий с Халиром, куда же без них. Если бы меня предупредили, что они будут, нашла бы предлог не поехать. Впрочем, видимо, Свелла считала это само собой разумеющимся. Оба без рабов, как ни странно.

Нас очень скрупулёзно проверяют, сканируют, собирают кучу подтверждений ладонью, что мы ознакомлены с техникой безопасности, обязуемся не распространяться за пределами Тарина, не планируем вывозить купленных рабов и прочее, прочее. Всё тщательно фиксирую микросетевиком.

Сегодня никаких аукционов и прочих мероприятий нет, торги новичками прошли с утра – обычный рабочий день.

Рабы располагаются в специальных, разделённых прозрачными перегородками отсеках, по одному. Прикованы цепями за шею и горизонтальный поручень, в таких же серых брюках, в каких был Антер. Девушки – в тонких накидках. Впереди выставлены стояки с пультами – подходи, пробуй. На непрозрачных задних стенках небольшие неприметные дверцы, в которые врезается поручень с цепью. Туалеты, что ли. А вот ни стульев – хотя бы, – ни еды не наблюдается.

Ощущаю, что меня начинает поташнивать. Хочу взять Антера за руку. Молча идёт чуть позади, зубы стиснуты.

Олинка периодически тыкает в пульты, радуется, Свелла морщится.

– Что-то мне никто не нравится, – жалуется.

– Антер мне тоже не сразу понравился, – отвечаю. Поворачиваюсь к Халиру: – А твой где? Кстати, кто там выиграл?

– Ты что, совсем новостей не смотришь? – почти с упрёком. – Если бы мой победил, я бы сейчас тут с тобой не разговаривал – обедал бы с Главой.

– Так ты от него избавился?

– Зачем он мне здесь мешать будет. Или соскучилась? Моё предложение ещё в силе.

– Спасибо, – фыркаю, замечая, как Свелла профессиональным взглядом осматривает тех, кто чем-то пришлись по вкусу. Нафиг я ей понадобилась?

– Между прочим, – продолжает Халир, – твой раб обманул, они не дрались за Лайлу, он всё-таки пытался сбежать.

Резко останавливаюсь, так смотрю на Халира, что делает шаг назад.

– Какое сбежать! Антер мне жизнь спас, с голыми руками прыгнул на лео-пуму! Слышать ничего об этом больше не желаю!

– Как пожелаете, госпожа, – хмыкает Халир под сердитое зырканье Селия.

– Что тебя не устраивает? – шипит Свелле Олинка. – Посмотри, какой красавец!

– Ну и что, мало красавцев, что ли? Постельных специально отбирают.

– Так ведь главное, чтобы привлекал! А характер сделаешь, какой тебе нужно.

– А если этот твой красавец увидит, что ты в воду свалилась, – как он поступит?

– Покупай тогда элитного телохранителя!

– Это же… профессия, – произносит тихо.

Глава тридцать первая

Антер

Снова кошмары, хорошо, хоть не кричал. Прижимал покрепче Тали – вроде отпускало. Мысли бесконечной вереницей. Только под утро заснул.

Тали тихо выскользнула из кровати, умылась, кажется, отправилась в подвал. Пожалуй, не буду отвлекать, у неё же, наверное, целый специальный комплекс упражнений. Хотя посмотреть ещё больше хочется, а то и поучаствовать. Теперь понятно, почему всегда сама занималась.

С полчаса ещё досыпаю, потом спускаюсь в кухню. Ну и ночка.

Тали присоединяется за столом, как всегда радуется своей порции – так искренне, прямо удивительно.

– Я сейчас на реабилитацию, – сообщает.

– Вчерашний обморок обсуждать? – хмыкаю.

– Ага, – соглашается радостно. – Ты, пожалуйста, парализатор рядом держи.

Пугаюсь вдруг, чего это я буду с парализатором сидеть, когда ты там постоянно опасности подвергаешься!

– Может, ты возьмёшь? – предлагаю, Тали смотрит удивлённо, ругаю себя – такими темпами она в два счёта догадается. – Много всяких странностей в последнее время, – объясняю. – А вдруг лео-пума была для тебя?

– Ну, в столице-то никто не посмеет, – отмахивается. Ну да, столько раз уже не смели.

Так. У неё наверняка есть другое оружие, какое-то незаметное, мимикрирующее – чем она лео-пуму стукнула. Наверняка с ним и до покупки парализатора ходила. Не забудь его надеть, Тали…

Вот демон, я же не курица-наседка, до сих пор как-то и без меня не забывала. Бесит это бездействие, невозможность защитить. Но, демон дери, сейчас для неё лучшая защита – твоя неосведомлённость, и ты, демон дери, не дашь ей ничего заподозрить! Злюсь на себя.

– Ну смотри, – соглашаюсь. – Надо тебе под видом паники ещё один купить, – смеюсь.

– До Чариного приезда недолго осталось, а там, надеюсь, тебе уже ничего подобного не понадобится. Но пока на всякий случай пусть будет у тебя. Хоть и хочется верить, что никто не посмеет домой врываться вопреки запрету Келлы.

– Разве только с её позволения, – снова соглашаюсь.

– Считаешь, она может передумать? – хмурится, опять себя ругаю.

– Вряд ли она послала лео-пуму, с её возможностями могла и поизящнее от нас избавиться. Но для чего-то же звала тебя на остров.

Может, узнала, что кто-то со мной на связь выходил? Да нет, наоборот, машину остановили уже после того, как стало известно, что мы едем. Может, Келла хотела использовать нас в качестве приманки для тех, кто помогает беглым рабам? Потому и следили в номере?

– Не обращай внимания, – говорю. – Не выспался.

– Понимаю, – поглаживает по руке. – Тоже никак успокоиться не могла…

– Может, с тобой поехать?

– Зачем? Побудь дома. Я туда и назад.

– Хорошо, – соглашаюсь, чуть не ляпаю, чтобы на связи была. Может, и к лучшему. Успокоюсь, всё обдумаю.

Провожаю до двери, стараюсь ничего не показать. Тали обнимает за шею, целует. Не хочу отпускать. Смотрю сквозь стекло, как садится в гравикар.

Возвращаюсь к сетевику. Пытаюсь вспомнить всё с самого начала, делаю односложные пометки, чтобы никто случайно заглянувший ничего не понял.

Лучше бы не пытался, конечно, как подумаю о тех днях – кровь к щекам приливает, что она во мне вообще нашла?

Может, ей будет легче, если скажу? Вряд ли, скорее станет больше нервничать. Демон, как же она справляется, сколько выдержки! А один идиот тут только о себе и думал, ничего вокруг не видел. Надеюсь, никто со стороны не сопоставит, ведь никто же не знает всего того, что знаю я. А вот после моего побега… Демон, могут и заподозрить что-нибудь.

Как мне тебя оставить? И чем смогу помочь с этим грёбаным чипом? Только помешать.

Знать бы, что она там успела выяснить. Что-то в море нашла. Оружие? Три острова… может, действительно подводный город? А почему тогда над ним плавать нельзя? И летать?

Вспоминаю, какой вернулась в то утро, как хотела обнять. Убеждаю себя, ведь не мог же знать. Нужно как-то хоть на время прекратить об этом думать, а то хочется рассказать себе много хорошего. И, главное, она же понимает, не сердится. Пойти, что ли, модуль-грушу побить?

Домашний коммуникатор подаёт позывной. Решаю, что снова Амира, ей всегда удаётся позвонить, когда Тали нет. Но ошибаюсь – это Клим. Борюсь с желанием ответить, причём не по-рабски. Сообщить, куда ему не помешало бы прогуляться. С трудом сдерживаюсь. Он же, наверное, сейчас ей на личный наяривать начнёт. Злюсь.

Но у меня тут более важная задача, стараюсь не думать о Климе, а сосредоточиться на том, чем могу помочь Тали.

Тамалия

Сегодня с удивлением обнаруживаю в нашей группе нового парня по имени Дамлий – молодого, интеллигентного вида, с утончёнными чертами, слегка женоподобного, как по мне. Что, он тоже… пострадавший? И тоже к нам?

За знакомством с Дамлием мой обморок как-то потухает и остаётся почти незамеченным, только руководительница тщательно расспрашивает обо всех подробностях.

Дамлий, оказывается, из какого-то жутко знатного дома, выехал в тур по учёбе, на одной из планет не понравился местным парням.

Слушаю вполуха его историю, знакомство с сыном местной миллиардерши не помешает. Правда, мальчик сейчас не слишком расположен к общению, и, мне кажется, зря его в женский коллектив определили. Комплексов же нахватается. Может, мужских групп в принципе нет? Интересно, если бы он женщинам приглянулся, это тоже считалось бы?

А может и не зря, кто выверты местного матриархата поймёт.

Какая-то мысль упорно крутится в голове, будто я что-то упускаю. Что-то такое с чипами связанное…

Звонок коммуникатора вырывает из задумчивости, пугаюсь, что это Антер, но всего лишь Клим. Извиняюсь, выхожу, отвечаю.

– Лита, – улыбается, – тебе вещи совсем не нужны?

Это ты повод увидеться ищешь? Переправить никак не мог? Ладно, не буду смущать, улыбаюсь:

– Да я ещё вчера собиралась позвонить, но девочки утащили с собой, а сейчас на реабилитации вот.

– Извини, что оторвал, – пугается. – Просто… Лайлу тоже уже наказывать пора, ты сама, или мне?

– Сама, – говорю, – сможешь вечером всё завезти? Или давай я заеду?

– Завезу, – уверяет.

Думаю, напомнить ли о документах, но решаю промолчать. Интересно, как поступит.

Возвращаюсь, Дамлий как раз заканчивает рассказ:

– … зачем этот временный чип, если всё равно не успели! Говорили, чтобы всегда знать, где я, чтобы меня никто не смог похитить, чтобы прийти на помощь… А получается, даже охрана не помогла!

– Но ведь тебя же нашли, – увещевает госпожа Кларна, – а без чипа могли бы и не найти. И хоть не сразу, но успели… Нашей Ямалите вон совсем не повезло, а был бы чип, возможно, не пришлось бы сейчас сюда ходить.

Дамлий бросает на меня взгляд, обводит глазами всех:

– Но ведь у остальных они были. А лично я без него ощущаю себя намного лучше.

Тебе бы рабский всунуть, посмотрела бы, как затанцевал бы.

– Всякое случается, – вздыхает руководительница. – Но ты подумай, у нас одна реабилитационная группа на весь материк, ведь это очень мало!

Заканчиваем, как обычно, восхвалением Тарина, где ничего подобного случиться просто не могло бы. Всю дорогу домой обдумываю слова руководительницы: что-то никак не даёт покоя.

Антер в гамаке с сетевиком, чем это он так занят, что не заметил моего прихода? Спешу поскорее спрятать спецсредства в сейф, обхожу дом с другой стороны. Надо же, не видит. Подбираюсь тихонько, подсматривать, конечно, не буду – просто запрыгиваю рядом.

– Тали! – подскакивает, начинает смеяться, отодвигает сетевик.

– Меня тут не ждут? – хихикаю.

– Всегда ждут, – уверяет. – Как съездила?

– Нормально, – пожимаю плечами, укладываюсь поудобнее. Обнимает. Господи, хорошо-то как! – У тебя тоже спокойно?

– Клим твой звонил.

– Вечером зайдёт, занесёт вещи. Будешь Лайлу «наказывать».

Антер не слишком доволен перспективой, но не возражает.

– Так у нас мало времени? – хмыкает, наклоняется надо мной.

Обнимаю, грустно вдруг становится. Сколько тут, с неделю осталось. А потом неизвестно, увидимся ли, да и при каких обстоятельствах. Что к тому времени надумает, как правду воспримет, как станет ко мне относиться. Стараюсь не показать. Кажется, тоже не могу надышаться…

Антер

Пока решаю, встречать ли Тали, или дать возможность сначала сделать всё, что ей нужно, успевает не только переодеться – заскакивает в гамак совершенно неожиданно. Наверное, лучше встречать, раньше же всё успевала, я и не замечал. А то ещё решит что-то… будто её не ждут.

Не пойму, то ли напряжённая какая-то, то ли показалось. Пытаюсь успокоить, как могу. Никогда не думал, что можно скучать по девушке, которая постоянно рядом. А вот скучаю. По-моему, сам уже не представляю, как раньше сдерживался. Просто теряю голову, ощущая ответные порывы мягкой, податливой, любимой женщины, её нежное гибкое тело. Кто бы сказал ещё пару месяцев назад, что когда-нибудь я буду счастлив на Тарине. Насколько можно быть счастливым с рабским чипом.

– О чём переживаешь? – спрашиваю за обедом, в очередной раз заметив её застывший взгляд.

– Да так… ты знаешь, что все покидающие Тарин не только проходят жёсткий отбор, чуть ли не такой же, как приезжающие – они ещё и временно чипуются? Якобы в целях безопасности.

– Слышал, – говорю, – и что? Это же касается только граждан, а ты не гражданка. Да и… удалить же можно, наверное?

Уж не сложнее моего. Лишь бы выпустили.

– Да я не о себе, – ведёт плечами. – О реабилитации… Нас там ходит-то всего человек тридцать, в масштабах материка немного, но если вдуматься – сколькие из аристократов выезжают с планеты? Ещё и с чипами, по которым их всегда можно отследить. И процент пострадавших получается не так уж мал… Как будто криминальные элементы прочих планет просто дождаться не могут гостей с Тарина.

Тамалия

– Не думаешь же ты, что их специально отлавливают, и… – Антер не договаривает, но я вдруг осознаю, какая мысль всё это время пыталась привлечь внимание.

– Вот чёрт… – бормочу, так, мне срочно нужна моя база. – Ведь действительно, пострадавшие в основном из важных семей. Может, это такой способ удерживать граждан на Тарине, чтобы им не хотелось никуда вылетать с благословенной планеты? Особенно тех граждан, которые могут лишнего сболтнуть.

– Да ну… – тянет недоверчиво, – это было бы как-то слишком. Вон Халира вообще изгнать грозятся.

– Он же не хочет быть изгнанным… Да и изгнать ли…

Нужно будет и на эту статистику внимание наших обратить. Где бы выяснить, сколько тут изгнанных и что с ними потом произошло. Решаю заткнуться, а то Антер ещё упрётся, не захочет меня оставлять. Надеюсь, всё-таки желание избавиться от чипа сильнее. Да и мне станет гораздо легче, когда он окажется вне досягаемости Таринской аристократии.

– Ну что, в сети больше никто не появлялся? – перевожу разговор. Качает головой:

– Я был внимателен.

Надо всё-таки устроить проверку контуров. И поработать немного. Проанализировать, насколько важны для Тарина семейства тех, кто лечится на реабилитации. Подготовить всё на случай внезапного отъезда.

Смотрю на Антера, если будем чип отключать, а тем более корабль вне космопорта сажать, придётся всё ему объяснять. Может, как-то заранее подготовить? Вдруг уже сегодня лететь придётся… Примерить ему мой костюм? Неплохо тянется, вдруг налезет. Возможно, сможет экранировать в том числе и чип.

А если не понадобится… Вдруг наши придумают лёгкий и изящный план. Надеюсь, у Марка сегодня всё пройдёт хорошо.

– Ты когда-нибудь слышал, чтобы рабский чип можно было отключить? – спрашиваю, смотрит с некоторым удивлением. Да уж, мысли у меня скачут.

– Насколько я знаю, их нельзя отключить. Такой функции не предусмотрено.

– Разобраться бы, как экранировать…

– Я тут думал… Может, конечно, это заведомо ложные предпосылки, но если у них действительно всё соединяется через такие вот… порталы, то… может, и связь между пультом и чипом так же?

Пугаюсь, если это на самом деле так, ничего мы не экранируем!

– Сомневаюсь, – стараюсь сама себя убедить. – Они не стали бы эту технологию выпускать за пределы Тарина. Как бы ни скрывались и ни проверяли, всё равно раб может кому-нибудь постороннему достаться. Даже мёртвый. А вот на Тарине… тебе тут чип не меняли? Не знаешь?

– Нет вроде. Длительных обмороков и потери памяти не помню, разве что Амира в медкабине…

– Это вряд ли, скорее всего у них специальный нейрохирургический центр с чипами работает.

Поглядываю на коммуникатор и микросетевик на случай райтеровского сигнала. Антер на меня.

– Слушай, – вспоминаю, – нужно в подвале место организовать… ну… чтобы у Лайлы вопросов не возникло.

– Идём, – вздыхает.

Вообще-то я планировала его одного отправить, но, похоже, рано ещё. Всё-таки очень уж хочется забыть обо всём и верить, что он полностью в норме. Хотя прекрасно понимаю, у других по многу лет на восстановление уходит. Антер и так изумительно держится.

Спускаемся в подвал, обустраиваем возле шведской стенки соответствующий уголок, стараюсь как могу Антера развеселить, вспоминаю навыки по заразительному хохоту. Ведь когда над чем-то посмеёшься, оно уже кажется не таким страшным.

Потом он идёт приготовить свою комнату на случай, если Лайла останется, часть вещей в мою перенести. Не при Климе же «наказанием» заниматься. А я наконец-то берусь за работу.

Антер

Возвращаюсь, Тали в саду на диване с сетевиком, такая внимательная, сосредоточенная – не знаю, спрашивать ли, что её тревожит, или промолчать. Вспоминаю о задании: кажется, с информатикой у меня не сложится. Вряд ли успею разобраться. Сажусь неподалёку, открываю, углубляюсь. День сегодня тихий, солнечный. С ней хорошо даже просто сидеть рядом и заниматься своими делами!

– О! – восклицает спустя какое-то время. – Допрос пришёл.

– Лайлы? – уточняю. Кивает:

– Будешь смотреть?

Что-то не хочется. Но вдруг она к чему-то причастна.

– Надо, наверное, – отвечаю. – Чтобы знать, чего ожидать.

Тали соглашается – хотя ей тоже нелегко всё это. Увеличивает окошко, укрепляет на столе, запускает. Придвигаюсь ближе.

Похоже, Лайла не соврала – отправилась кататься. Ну, почти: в какое-то дальнее развлекательное заведение. Во всяком случае, судя по записи местной камеры, приехала туда, когда ещё не до конца стемнело. Там её и нашла полиция. Момент задержания тоже сняли и включили в пересланный файл.

Лайла сидела за стойкой с бокалом в руке, болтала с каким-то парнем. Ну да, без ошейника, чип даже если и фиксируется, информация об этом не оглашается. У неё же своих денег нет, видимо, угощают. Людей много, музыка, танцы. На сцене поют, вокруг разноцветные огни.

По-моему, я и сам сжался в ожидании полицейского удара. Тали тут же остановила просмотр – демон, умудрился её руку сдавить. Смотрит тревожно:

– Антер, давай я сама.

– Вот ещё, – бурчу, чуть ослабляю, но отпускать не хочу, – тебе такое смотреть. Просто… думаю, сейчас как шарахнут.

– Пульт же у меня был.

– Найдут чем.

Вздыхает, бросает на меня ещё один взгляд, снова запускает. Хотелось бы ошибиться – но Лайла слетает с сидения с криком. Видимо, здесь ещё и представительница службы поимки, без пульта на чип воздействуют. Две полицайши скручивают, хотя рабыня даже не пытается сопротивляться. Кавалер с брезгливым видом уверяет, что не знал о её рабском положении. Тоже мне, мужик. Хоть подтвердил, что она здесь уже давно, и то ладно.

Выводят, усаживают в гравикар.

Тамалия

Да уж, нужно было без Антера смотреть. Придвигаюсь к нему поближе, обнимает, кладу голову на плечо.

– Похоже, просто развлекаться отправилась, – говорит. – Единственным способом, которым умеет.

– Или знала, что нужно уехать, – отвечаю. Не потому, что действительно подозреваю, просто нельзя исключать любую версию.

– Да ну, кто бы это рабыне свои планы рассказывал.

Тоже верно. Или заставили бы соучаствовать, или просто ничего не сказали. Рабыней больше, рабыней меньше.

– Может, Айре обещали её вернуть? – выдвигаю версию.

– Ты Клима подозреваешь?

– Или Клим мог своей покупкой кому-то планы перебить. Нужно будет всё же спросить о документах.

Рыдающей Лайле тем временем продолжают задавать вопросы – как она посмела сама сюда прийти, да где хозяйка, да что делала вечером.

– Они в пещеры полезли, – оправдывается, – но госпожа не говорила, чтобы я обязательно лезла, а там так страшно! Она разрешила в номер возвращаться, даже гравицикл… можно забрать гравицикл? Госпожа меня накажет!

– Некогда нам с твоим гравициклом возиться. Почему в номер не поехала?

– Ну… госпожа не приказывала… чтобы я никуда не заходила… И я подумала… ну, ведь она всё равно со всеми гуляет…

– Своевольничаешь, значит?

– Я больше никогда… – бормочет Лайла. – А что случилось?

– На твою госпожу напали, – полицайша смотрит на Лайлу очень пристально, тоже пытаюсь определить по реакции, могла ли она быть в курсе. Впрочем, Лайла не в пример лучшая актриса, чем мой Антер, давным-давно уже научилась скрывать всё, что нужно, и демонстрировать необходимое. Поэтому пока не могу разобраться, верить ли её искреннему изумлению.

– Если бы она знала, – подаёт голос Антер, – скорее бы в номер поехала: и алиби обеспечила бы, и от полиции по мозгам не получила. Во всяком случае, не застали бы за сомнительным занятием.

– Наверное, – соглашаюсь.

– Что ты с ней делать будешь? – произносит тревожно, сразу же понимаю: имеет в виду свой отъезд.

– Антер, я разберусь. Буду налаживать контакты.

Антер

Разберётся она. Не представляю, что предложить. Конечно, Тали её не продаст. Почти хочу, чтобы Клим документы не отдал.

Лайлу ещё расспрашивают – кто был в пещерах, кто когда вышел, не видела ли чего подозрительного. Про лео-пуму не говорят. Доезжают до гостиницы, выясняют, что хозяйка забежала и куда-то уехала.

– Между прочим, не заметила, чтобы они пытались моего дозволения испросить, – хмыкает Тали.

– У них тут вообще очень своеобразное отношение к собственным законам.

– Как и везде, – Тали пожимает плечами. – Человеческий фактор. Всё-таки соблюдают они гораздо больше, чем нарушают. Скандалить, не скандалить?

– Скажут, не смогли дозвониться.

– Тоже верно… – смотрит на экран. Спрашивает вдруг: – Ты с ней не разговаривал? Не знаешь, кем она раньше была, где жила, чем занималась?

С ней поговоришь, когда она только об одном и думает.

– Нет, – отвечаю. – Поразговаривать?

– Антер… – Тали бросает слегка удивлённый взгляд. Демон, не умею я хитрить и скрывать.

– Хочу помочь, – объясняю.

Нас перебивает заявившийся Клим. Как всегда с телохранителем, Лайла тоже с ними.

– Не обращай внимания на то, что буду ему говорить, – перед тем, как выйти, Тали наклоняется, целует, вдыхаю родной аромат. Не хочу я смотреть, как ты с ним флиртуешь. Зачем он тебе?

Клим не просто так приходит – приносит огромный торт, дорогой многослойный ликёр. Надеюсь, хоть тут принцип несмешения не задействован?

Тали моментально преображается, как у неё так получается?

Тамалия

К сожалению, Клима выставить сразу же не удаётся, впрочем, я так и думала, что он попытается удлинить визит. Приходится разместить в садике на диване, обеспечить чай и тарелки с бокалами.

– Если хочешь – накажи, я подожду, – великодушно предлагает дорогой гость, кивая на занявшую позу покорности Лайлу.

– Я лучше с тобой пообщаюсь, – улыбаюсь. – Успеется. Оставлю на денёк, потом завезу. Уже после отъезда подруги насовсем заберу, хорошо?

– Как хочешь, мне не сложно, – пожимает плечами.

Открывает бутылку, протягивает. Вспоминаю, что тут девушкам положено разливать – мол, им виднее, сколько мужчинам пить.

Велю Антеру отвести Лайлу в комнату, приказываю ей сидеть там, пока не позову. Не хочу, чтобы по дому лазила, да и недовольство нужно изображать. Клим спрашивает, можно ли его рабу побыть на кухне, и после моего разрешения отправляет телохранителя туда. Кажется, с некоторым смущением. Надо же, чуть ли не впервые! Ох, не нравится мне это…

Наливаю – жидкость смешивается причудливыми разноцветными спиралями, играет и поблёскивает на свету. На секунду загорается в луче заходящего солнца. Красиво-то как!

Подаю Климу бокал, говорю банальный тост, делаю маленький глоточек – мне ещё, может, убегать с планеты придётся, голова ясная нужна.

Язык обжигает крепким, терпким, довольно приятным вкусом, и почти сразу получаю укол микромедика в бедро. А ведь дома я могла бы и без него сидеть, он на мне только из-за райтерова предупреждения!

Оказывается, я глотнула мультиалкогольного напитка, присматриваюсь к этикетке, заодно через микросетевик пытаюсь найти информацию. Напиток разрешённый, но не самый безопасный. Похоже, от нескольких глотков я должна нереально опьянеть. А Клим-то, наверное, антидотом запасся – или просто устойчивый? И чего же ты от меня хочешь?

– Что это? – спрашиваю, стараюсь, чтобы язык заплетался.

– Нуар, – отвечает с таким видом, словно само собой разумеется. Ну, может, у них тут и само…

– Ты решил меня споить? – хихикаю. Чуть наклоняется, тёмно-зелёная рубашка из дорогой переливчатой ткани расстёгнута сверху, приоткрывает грудь. Ощущаю едва уловимый запах то ли туалетной воды, то ли какого-то лосьона.

– Просто… хочу, чтобы мы немного… расслабились.

Бокал выскальзывает из моих рук. Красивый, на длинной тонкой ножке – мне его почти жалко. Но пить больше не тянет.

– А дальше? – бормочу под звон бьющегося стекла. На поцелуи набивается, что ли? И правда, приближается, неуверенно проводит пальцами по плечу. Смотрит на мои губы. Боже, как я хочу к Антеру!

Словно в ответ на мои эмоции Антер выходит из дома, не нравятся мне его глаза! Слава богам, хоть держит себя в руках.

Клим морщится, слегка отстраняется.

– Подожди с Ильгором, – произносит с лёгким пренебрежением. Антер меряет его таким взглядом… Ладно, я ничего не заметила, я пьяна.

– Вы в порядке, госпожа? – любимый подходит, смотрит внимательно и чуть взволнованно.

– Конечно! – хихикаю, чёрт, что же делать?! И отправить его не могу, и дать понять, что всё под контролем, тоже… И нужно выяснить планы Клима – только ли соблазнить решил, или ещё и выведать что? – Принеси уборщика!

Антер смотрит на меня, на Клима, давай, родной, подыграй…

– Он мой постельный! – сообщаю гордо, откидываюсь на спинку. – Хорош, правда?

Клим снова чуть брезгливо морщится, но соглашается. Антер всё-таки возвращается в дом.

Антер

Отвожу Лайлу в свою комнату, прошу не выводить госпожу, заодно отношу привезённые Климом вещи. По дороге рассказываю, что тут где. Думаю, не предложить ли ей книжки почитать, но пусть Тали сама решает. Похоже, становлюсь параноиком: уже кажется, что любая мелочь может вызвать подозрение к ней. Хотя её поведение вполне нормально для обычного, не привыкшего с детства к Таринскому укладу, человека.

Забегаю в Талину спальню, поискать наскоро в сети по поводу ликёра – оказывается, гадость редкостная, но вполне разрешённая. Смесь нескольких пищевых спиртов и их производных. На Тарине из-за запрета курения ударились в другую крайность, или как?

Выглядываю в окно, это чмо уже тянет к ней свои лапы! Бросаюсь вниз быстрее, чем успеваю сообразить, понимаю, что нужно успокоиться и как-то ей помочь, и вообще, у неё может быть задание… получить от него что-нибудь… соблазнить?! Ну нет, поищем другой способ. Знать бы, что нужно.

Ильгор в кухне бросает на меня пристальный взгляд, вдруг поднимается, перегораживает проход.

– Оставь их в покое, – выдаёт.

– Отойди! – отвечаю с трудом сдерживаясь.

– Хозяин приказал не беспокоить.

– Здесь моя хозяйка распоряжается! – пытаюсь пройти. Ещё драться с ним не хватало! Нет, чуть поворачивается, всё-таки пропускает. Не оглядываюсь, но стараюсь вслушиваться, не решит ли напасть со спины. Не решает, выхожу. Тали роняет бокал, Клим её почти целует, у меня сейчас башню снесёт. Не смей прикасаться к ней, урод!

Стараюсь говорить спокойно, но если он ещё раз на меня так посмотрит…

Да что я сделаю. Сжимаю кулаки, разжимаю.

Тали просит принести уборщика. Как быть? Забрать в медкабину?

У неё, кажется, имеется какой-то мелкий незаметный медик, только носит ли дома? Принести нашего? А вдруг просто притворяется?

Случайно ли бокал разбила, специально?

Климов телохранитель провожает мрачным взглядом, иду под лестницу, Ильгор за мной.

– Что тебе надо? – спрашиваю.

– Тебя отправили в комнату с рабыней, меня на кухню. Тебе это ни о чём не говорит?

– Меня отправили за уборщиком и приказали собрать разбитое стекло.

– Какая разница, под каким предлогом? – ухмыляется. Беру робота, закрываю кладовку, разворачиваюсь. Окидываю раба взглядом – чуть надменно искривлённые губы, холодные глаза, в которых ни одной эмоции не прочитаешь.

– Тебе-то что?

– Я знаю, когда хозяина следует оставить.

– Молодец, – соглашаюсь. – Всё правильно делаешь. Ты – телохранитель, и ждёшь на кухне. А я – постельный, и я участвую. А теперь отвали.

Тали там одна с… соблазнитель хренов. А этот меня тут ещё задерживает!

Спешу в сад, замечаю слегка удивлённый взгляд, но в драку не лезет; пытаюсь понять, это у него задание от Клима, или по своей инициативе хочет хозяину помочь? Похоже, мои аргументы подействовали, сам от себя не ожидал.

Тамалия

Клим смотрит Антеру вслед, оборачивается:

– Ты его не слишком разбаловала?

– Нет! – заявляю уверенно. – Он меня от лео-пумы спас!

– Так что там случилось? – спрашивает. Расписываю всю историю в стиле «А он её – рраз! А я – баах!» На уроках актёрского мастерства нас обучали основным повадкам пьяных.

– До сих пор ничего не известно?

– Нет! – жалуюсь. Добавляю с обидой: – А тебя не было… Где ты был, когда на меня напали?

– Я же просил перенести, – оправдывается.

– А ты соревнования смотрел, да? А на арене правда переполох случился?

– Там Касилан участвовала в оформлении, не хотелось пропускать… Ну она бы обиделась, сама понимаешь… А переполоха никакого не было, небольшая заминка между выходами, минут в пять. Мы ничего и не заметили, пока полиция не сообщила о случившемся.

– А взломать можно только изнутри? – спрашиваю, размышляя, напоминать ли ему об обещании сводить меня в свой институт. Вообще-то, у пьяного на языке то, что его больше всего волнует, лучше не показывать. Ещё заподозрит что-нибудь. А жаль.

– Да кто угодно может взломать, – пожимает плечами. – Это же сеть.

– Я в этом не разбираюсь, – вздыхаю. – Но когда мы уехали, мой доступ к аристократическому слою пропал…

– Попросила бы меня, я бы тебе свой дал.

– Да мне не надо было, просто… странно.

– Кстати, Касилан расстроилась, что не пошла с тобой. Приглашает в гости.

– Съездим, – соглашаюсь. – Только уже после Чариного приезда. Дождаться не могу!

– Подруга? – улыбается. – Познакомишь? – Киваю. – Если хочешь, можете воспользоваться моей стоянкой. У меня там места много, всё под наблюдением, и не нужно ютиться на общественной. Да ты и свой челнок можешь оставить.

Ну свой я, допустим, не оставлю. Да и прежде, чем соглашаться Лерку туда посадить, нужно бы всё осмотреть. И определиться, как будем Антера вывозить. И вообще, откуда ты знаешь, какой у меня «челнок»?

– Слушай! – подскакиваю. – Ты же мне так корабль и не показал! Поехали!

– Прямо сейчас? – удивляется.

– А что?! – я полна энтузиазма. Тянет за руку, усаживает обратно:

– Ну давай завтра… А то сегодня… мы слегка нетрезвые.

Насчёт «мы» поспорила бы, Клим не выглядит нетрезвым. Но покладисто соглашаюсь, Антер как раз из дома выходит.

Интересно, что у Клима за антидот? На все алкогольные напитки действует, или только на этот? Уж я бы у него порасспросила… нужно будет как-нибудь организовать.

Антер

Тали смеётся, размышляю, не залезть ли под стол вместе с роботом. Проконтролировать уборку. По логике, Тали ведь сама могла его мысленно вызвать. Значит, или ей нужно, чтобы я тут мелькал, или просто не подумала. Вдруг всё-таки напиток подействовал? Сейчас проверим.

– Госпожа, я отнесу вас в медкабину, – начинаю, у аристократика глаза подозрительно мрачнеют – не ожидал от него такого.

– Уйди к Лайле, – говорит не допускающим возражений тоном. Похоже, «мягкий мальчик» вполне неплохо командует рабами. Впрочем, он же с детства привычный.

– Госпожа не будет довольна, – отвечаю.

– Я не расскажу, – понимает по-своему.

– Не будет довольна, что я её оставил. Сейчас сниму опьянение, – оборачиваюсь к Тали, – или медика принести?

– Лучше новый бокал принеси, – отвечает Клим.

– Я не пьяная! – сообщает Тали, протягивает руку. – Иди сюда!

Надеюсь, действительно не пьяная. Должно же было бы хоть что-то сработать. Может, их там учат… блокировать воздействие, контролировать или ещё чему-нибудь.

Сажусь, Тали тут же облокачивается на меня. Кажется, аристократик раздосадован.

– Ну зачем он тебе сейчас, – вздыхает грустно.

– Ты же знаешь… про реабилитацию, – еле выговаривает заплетающимся языком.

– Да я же только… хотел с тобой поговорить. Побыть… вдвоём. Я т… ты мне очень нравишься. Я что, совсем тебе неприятен?

– Приятен! – уверяет Тали.

– А что тогда? – Клим снова чуть наклоняется, Тали слегка сжимает мою руку. – Зачем тебе сейчас постельный?

– Просто я к нему уже привыкла… – Тали залезает на мои колени, начинает целовать – как-то не очень прилично, может, всё-таки подействовало и она себя плохо контролирует? Обнимаю всё равно с удовольствием, и тело моментально отзывается.

– А я всё надеялся, что ты и ко мне привыкнешь, – не то утверждает, не то спрашивает Клим.

– У тебя же нет пульта! – сообщает Тали. Тоже мне, достоинство нашла, стараюсь не хмыкнуть.

– Пульта нет, – разводит руками, – но ведь есть и другие способы… ну, смотря что тебе нужно.

– Антер столько всего умеет! – сообщает доверительно. – А хочешь, он тебя поучит?

Клим стремительно краснеет, бросает взгляд на бутылку, похоже, уже не рад собственной затее. Или выбранному средству соблазнения.

– Откуда ты знаешь, что я умею? – бурчит негромко.

– Покажешь? – хихикает Тали. – Сейчас Лайлу позову!

Клим вдруг подскакивает.

– Похоже, тебе правда пора протрезветь, – выдаёт. – Пойду я. – Бросает на меня взгляд: – Позаботься о госпоже.

– Не сомневайтесь, – отвечаю. Стараюсь не «нагло», только никогда не получалось.

– Куда же ты, Клим? – в глазах Тали искреннее недоумение.

– Завтра увидимся, – бормочет аристократик.

– А! – вспоминает Тали. – Документы на Лайлу ты мне когда отдашь?

– Ой, они в машине, сейчас. Забыл совсем.

– Антер, проводи гостя, а то я что-то слегка… – Тали сползает с меня на диван, откидывается на спинку, закрывает глаза. Иду провожать, не оставлять же без присмотра в доме. Там и так Ильгор столько просидел.

Телохранитель бросает на меня очень сердитый взгляд, но молчит. Не могу сдержать улыбку. Клим чуть кивает ему, направляется прямиком к двери. Ильгор приносит бумаги, возвращается к хозяину.

Закрываю дверь, смотрю, как отъезжают, не удерживаюсь – заглядываю в документы. Вроде все отметки на месте, кроме господской подписи. Иду обратно, на Тали и следа опьянения нет.

Антер

Смотрю на Лайлу. Сколько я всякого уже перевидал, но к этому невозможно привыкнуть.

На какой-то миг, когда читали медраспечатку, показалось, что сейчас снова провалюсь в мир постоянного ужаса и непрекращающейся боли. Долго эта дрянь будет меня преследовать? Только ощущение Тали на руках, прикосновение к ней, кажется, и удержали.

Лайла уходит наверх, взяв одну из книг. Тали, похоже, мысленно запирает дверь.

– Пошли поговорим в подвале, – шепчет. Спускаемся, тут тоже закрывает. Оглядываюсь, как хотелось бы провести с тобой тренировку! Увидеть, что умеешь.

– Ты раньше слышал про сканирование внутри стен? – спрашивает.

– Нет, – отвечаю. Но я-то здесь и не жил столько, сколько она. Тали задумчиво подносит руку к губам.

– Как бы узнать? – бормочет.

– Зачем? – пытаюсь понять. Тали бросает на меня взгляд, усмехается вдруг:

– Чтобы правильно спланировать твой отлёт, – обнимает.

– Поделись хотя бы исходными данными, что ли, – прошу. – Я тогда тоже подумаю.

– Понятия не имею, – вздыхает. – Приедет Чара – посмотрим, что у неё в активах. Идеально было бы как-то экранировать твой чип и сымитировать его излучение на отдельном носителе, но если при прохождении сквозь стены подсчитывается количество организмов…

Поглядываю на неё. Поняла, что я догадался? Или нужно спросить, как сымитировать? Лучше спрошу более важное:

– А удалить совсем невозможно?

– Нужна сложная нейрохирургическая операция, моя медкабина на такое не рассчитана. Ладно, – снова вздыхает, – будем по ходу дела решать. Лайла ещё… недоверчивая.

А какой ей быть? Молчу.

– Ты, пожалуйста, не вздумай отказываться от своего шанса. Хорошо?

– Я не отказываюсь, – говорю. Конечно, не отказываюсь. Слишком долго об этом мечтал. От одной мысли о свободе в артерии словно энергия вливается. Да и тебе тут больше мешаю, чем помогаю. Но сначала всё равно с подружкой поговорю! Потому что если она вывезет меня и передаст куда-нибудь на руки Клоду, чтобы приглядывал… Нет уж!

Не могу на неё просто смотреть, провожу рукой по волосам, прикасаюсь губами к взволнованным глазам, напряжённым губам, которые периодически покусывает. Отдохни, любимая. Ты сегодня уставшая и сама не своя.

Бросает взгляд на коммуникатор, да чего же ты ждёшь? Сигнала какого-то? Улыбается.

– Идём спать, – произносит так мягко, по-домашнему.

Поднимаемся наверх, из моей комнаты раздаются шорохи, шаги – похоже, Лайле не лежится. Тали приостанавливается у двери, почти решается, потом передумывает. И правильно, только пугать лишний раз.

Заходим к себе, размышляю – наверное, Тали не будет приятно, что Лайла за стеной. Да и уставшая она сегодня. Почему-то вспоминаю остров Далгнеров, там с ума сходил, а сейчас – надо же, с улыбкой.

Но Тали вдруг забрасывает руки мне на плечи, заглядывает в глаза, будто хочет что-то в них найти.

– Любимая, – шепчу. Очередной сумасшедший день позади. Твой аромат всё так же сводит с ума, твои губы невозможно желанны. Снова теряю голову, не могу сдержаться, когда ты так тянешься, прижимаешься ко мне.

Ну и пусть Лайла слышит, а может это наоборот – полезно для твоего здешнего образа. А у нас так мало времени осталось. Не представляю, что буду делать без тебя эти месяцы. Не представляю, какой вернёшься. Знаю, ты не хотела, но слова про «всю жизнь» прозвучали так страшно. Наверное, впервые осознал, какая же она хрупкая, эта жизнь.

Глава тридцать вторая

Тамалия

Просыпаюсь от ощущения взгляда. Антер лежит на боку, подпирает голову рукой, разглядывает меня с таким выражением… Яркое солнце пробивается в комнату, с трудом удерживаемое не до конца закрытыми жалюзи, разбрасывает блики по светлой мебели, мягкому ковру, отблескивает от стёкол.

Ничего себе я спала! Обед скоро. Машинально проверяю до сих пор надетый микросетевик, вроде бы всё спокойно. Нужно будет новости просмотреть.

Антер с Лайлой голодные, наверное. Всё-таки это ужасно, когда от тебя зависят до такой степени. Любое удовольствие, даже ото сна, словно бы перестаёт быть чистым, покрывается налётом чьего-то дискомфорта и разочарований.

Да уж, Амира с Олинкой меня не поняли бы. Хватит утренней философии, агент Там, вытряхивайся из кровати и займись делами.

Пытаюсь претворить решение в жизнь, но не тут-то было: едва успеваю почистить зубы, как в ванной появляется Антер, подходит сзади, обнимает так нежно, словно от неосторожного движения могу исчезнуть. Прикасается губами к плечу, обжигая, ловлю в зеркале его взгляд. Столько в нём намешано – и радость, и тревога, и какая-то отчаянная надежда. И ещё решимость. Не могу думать ни о чём другом, поворачиваюсь, ощущаю, как любимые руки смыкаются на спине, словно забирая меня у всего мира, вплетаюсь в объятия, сливаюсь с любимым мужчиной. Похоже, придётся Лайле ещё немного поголодать.

Прихожу в себя под льющими с потолка струями, вцепившейся в родные надёжные плечи, ощущаю Антера, кажется, каждой клеточкой. Как же я хочу пообещать тебе, что всё будет хорошо!

Так бережно закутывает меня в полотенце, рядом с этим жестом, этим взглядом меркнут любые слова. Тоже молчу, смотрю на него, вбираю образ.

Антер идёт вниз готовить еду, я ещё какое-то время привожу себя в порядок. Размышляю о предстоящем дне. Пока раздумываю, позвонить ли Климу, или изображать протрезвевшую обиду, он и сам обнаруживается на линии. Лицо виноватое, глаза несчастные, извиняется, оправдывается – мол, он в этих вопросах совсем не искушён, хотел как лучше, дурных советов наслушался. И так мне хочется воспользоваться предлогом и разругаться с ним! Но рано пока, к сожалению. Вдруг наши не разберутся с учебником? Тогда одна из порций сыворотки правды, вполне вероятно, пойдёт на Клима. Или вообще передать его Райтеру в оборот?

Приходится сообщить, что на первый раз он прощён, но в дальнейшем подобных выходок не потерплю, и условиться встретиться у космопорта.

Заглядываю к Лайле. Та уже одета, причём в новое – разноцветные шорты, футболку со шнуровкой. Ей очень даже идёт, и не скажешь, что я наскоро выбирала. Хм, свои, видимо, придётся переодеть, а то с рабыней в похожем стиле – не комильфо.

Подскакивает с кровати, спешит занять соответствующую позу.

– Лайла, – вздыхаю. Раздумываю, сказать ли, что не вижу никакого смысла в постоянных прыжках рабов на колени, или это можно будет трактовать в невыгодном для меня свете? – Поднимайся. Соскучилась по одежде?

Встаёт настороженно.

– Нельзя было?

– Можно, – успокаиваю, беру за руку. Надеюсь, «жучок» продержится до Клима. – И всё-таки, почему на острове ты не поехала в номер?

– Простите, госпожа, этого больше…

– Лайла, вопрос звучал «почему».

– Потому что там меня никто не знает.

– Давай впредь без самодеятельности. Лучше спроси.

Бросает такой какой-то взгляд… Ну да, не станет же она звонить, чтобы спрашивать. К господам нельзя даже просто обращаться, особенно неэлитным.

– И дождись разрешения, – добавляю. Отпускаю, почему-то обращаю внимание на её пальцы – длинные, неожиданно мягкие. Интересно, Айра по ней скучает? Всё-таки почти десять лет…

– Хорошо, госпожа, – соглашается.

– Лайла, – произношу тихо. – Я бы на твоём месте не выжила. Ты просто молодец.

Смотрит с таким изумлением!

– Я же знаю, что такое нежеланные мужчины, – добавляю. Хотя что я там, к чёрту, знаю! Подумать страшно. – Не переживай, я не стану заставлять тебя никого из них развлекать. Но и препятствовать, если вдруг кто-нибудь понравится, тоже не стану. Кроме Антера, конечно. Идём есть.

Да уж, по Лайле так просто не определишь, какое впечатление произвели слова. Будем надеяться, начало хоть тени доверия положено – спасибо Антеру за помощь. Мне с ней как-то ещё жить несколько месяцев.

Спускаемся в гостиную, на столе сложены доставленные принадлежности для рисования – коробочка из сверхплотного материала с памятью, преобразовывающаяся в мольберт, несколько разновидностей бумаги, красок, карандашей. Разве холста не хватает, но не всё же сразу.

Незаметно наблюдаю за Лайлой: на какое-то мгновение кажется, будто глаза вспыхивают, но то ли слишком быстро гаснут, то ли вообще – привиделось.

– Это тебе, – говорю. – Заберёшь с собой.

– Спасибо, госпожа, – благодарит, как-то слишком уж ровно для человека, соскучившегося по любимому занятию.

– Госпожа, я накрыл в саду, – сообщает Антер, возникая на проходе в кухню. На душе словно лео-пума когтями скребёт. Чёртова «госпожа», не могу этого слышать!

Во время еды стараюсь поддерживать непринуждённую болтовню, расспрашиваю Лайлу, куда тут можно сходить развлечься. Похоже, интересы Айры ограничивались приватными вечеринками и всякими элитными заведениями вроде Свеллиного – ресторанами, саунами и тому подобным, изредка театром или концертами. Прозвучало, правда, среди стандартного набора необычное словосочетание – «Чёрные тентакли», чем я и заинтересовалась, естественно. Начинаю расспрашивать, что это такое: название в совокупности с Таринскими извращениями навевает муторные ассоциации.

Однако оказывается, всё не так страшно – лишь какая-то местная игра.

– Там есть несколько уровней сложности, – припоминает Лайла. – Мы-то с хозяйкой и её подружками по самому простому ползали, даже не «чёрному» – везде светло было. Там как-то так организовано пространство, что никогда не знаешь, где выйдешь.

– Вроде лабиринта? – уточняю. Лайла задумывается, качает головой:

– Нет. Просто вмиг меняется всё, то ли какие-то виртуальные построения, то ли… не знаю, как описать. Вроде конструктора. Фрагменты одни и те же, но состыкованы по-разному, и при этом не чувствуется, чтобы они куда-нибудь перемещались. Шаг – и уже в другом месте.

– Почему тентакли?

– Не знаю, что там на более сложных уровнях, на нашем ничего такого не было. Может, из-за переменчивого извивающегося пространства назвали. Ну, я слышала, так говорили.

Антер бросает на меня взгляд, словно хочет что-то сказать.

– Ты там бывал? – спрашиваю.

– Нет, госпожа, – отвечает, ладно, потом поговорим. Может, ерунда, а может, как-то связано со странными Таринскими технологиями. Интересно, меня туда пустят? Вот этим и займусь после отправки Антера. Созвонюсь с Тамлин да «гульну». Жаль, с ним уже не успею. И обсудить будет не с кем…

Заставляю себя сосредоточиться на текущих заботах. С тоской думаю о дверях гравикара, не заказывать же дополнительный гравицикл на один раз, совсем странно будет.

Не забываю переодеться в разлетающееся короткое платьице на тонких бретельках, приходится босоножки на шпильках нацепить. Антер выносит Лайлины художественные принадлежности, складывает в багажник, я для верности ещё и сумочку забываю, и пока он за ней возвращается, успеваю разместиться в салоне. Держащая дверь Лайла меня тоже не вдохновляет, если честно. После длительных раздумий оба пульта всё-таки беру с собой, хотя искушение забыть и их очень велико. Только вот не уверена, что это сыграет на руку моему безалаберному образу, а не вызовет повышенное внимание. Всё-таки в космопорт едем.

Стены проезжаем без помех. Почти не переживаю: без пульта же в прошлый раз проехали, нормально. Запускаю все свои скрытые приборы на анализ технологий – вдруг что-нибудь засечём. Но ничего не обнаруживаю, только мощный охранный виртуальный контур микросетевиком. Видимо, сканеры хорошо скрыты, даже те, которые чип считывают. Полазить бы тут, попытаться подобрать диапазоны…

Клим уже дожидается у центрального въезда, здоровается, предлагает следовать за собой. Из машины не выхожу, мне вообще не хочется из неё выходить! Внутренний «циник» крутит пальцами у виска, стучит кулаком по голове и всячески призывает к ответственности агента Там. Но я не хочу, чтобы мой любимый мужчина снова становился на колени. Не хочу! И поэтому у нас, чёрт побери, заклинит двери. Всем молчать.

Антер

Едем в тишине, Тали о чём-то думает, Лайла смотрит в окно, оперев руку на локоть, а подбородок на плечо. Как ей удаётся быть такой расслабленной, спокойной, весёлой несмотря ни на что? Посмотрев медраспечатку, не могу не удивляться.

Клим с предупредительно-виноватым видом выходит из своего гравикара, приближается к нашему, Тали приспускает стекло, договариваются. Стараюсь приготовиться к предстоящему, с каждым разом всё сложнее и сложнее. Просто опуститься на колени и подержать дверь. Не обращая ни на кого внимания. Ради Тали. Она уже столько раз это видела, и не только это.

Отворачиваюсь, кажется, снова начинаю краснеть. Ненавижу такие воспоминания. Как ты на меня посмотришь, когда выберемся из здешнего кошмара? Разве станешь знакомить с родными, друзьями?

Да и что вообще смогу тебе предложить?

Останавливаемся, пытаюсь отворить дверь, оглядываюсь на Тали.

– Заклинило? – спрашивает.

– Может, пультом попробовать? – отвечаю. Клим с Ильгором наматывают круги вокруг нашей машины, пытаются выяснить, что за задержка. Тали достаёт из сумочки пульт, нажимает. Дверь не поддаётся.

– Не знаю, – Тали выглядит озадаченной, пытаюсь понять, действительно ли заело, или у неё какие-то свои планы? Какие тут могут быть планы.

Продолжает пробовать пульт, но единственное, чего добивается – открытия верхнего люка.

– Да уж, – осматривает своё платье, каблуки. Клим старается заглянуть сверху:

– Что у вас случилось?

– Двери заклинило!

– Техников вызвать?

– Да не надо, я потом в ремонт заеду. Как-то вылезти бы, – Тали кивает мне, поднимаюсь, выглядываю. Вылезти, конечно, ерунда, особенно с твоей подготовкой, правда, зрителей соберём…

– Ну что там? – спрашивает.

– Могу попытаться снаружи, – начинаю.

– Снаружи не откроешь. Лучше помоги выбраться, а там решим, что делать. Может, сразу и отправлю на проверку.

Очень странно, возможно, действительно сбой? Не верится, что Тали станет свою технику на проверку отсылать.

Подтягиваюсь на руках, выбираюсь, приходится сесть на крыше. Помогаю Тали – почти поднимаю, и не скажешь, что она сама могла бы оттуда выпорхнуть за минуту. Но как обычно, не забывает впечатление создавать.

Площадка Клима огорожена прозрачной стеной, достаточно большая – не только наши гравикары могут стоять, но и ещё пару кораблей. Однако, похоже, действительно используется редко, всё травой поросло, даже небольшое деревце проклюнулось. Странно, что его не убрали, должны же следить.

Вокруг не слишком людно, но случайные посетители с любопытством поглядывают на спектакль. Спрыгиваю, беру на руки Тали, снимаю, чуть отношу. Размышляю о том, что Лайлу будет не так-то просто вытащить, но в этот момент все двери вдруг распахиваются. Гравикар выдаёт отчёт о несущественном сбое.

У Тали в глазах смешинки, ну лиса, неужели ты это специально? Стараюсь не улыбнуться, опускаю на землю, даже юбку задравшуюся расправляю. Хозяюшка.

Корабль выглядит старым, хотя и в неплохом состоянии, ухоженный. Модель, похоже, таринская, незнакомая: чуть расширяющийся в одну сторону эллипсоид светлых тонов подвешен на ногах-подставке горизонтально, хотя взлетать, наверное, должен вертикально. В несколько раз больше Талиного бота.

– Ну… вот… – мнётся Клим, Тали оглядывается с любопытством, Лайла уже выбралась из машины и тихонько пристроилась позади нас. Клим поворачивается к кораблю, наверное, тоже пульт использует, или какую-нибудь мысленную настройку – в боковой стене появляется дверь, к ней формируется трап. – Зайдёшь?

Тали кивает, направляется к трапу, Клим чуть приостанавливается. Сейчас ещё руки подавать начнёт! Моментально вспоминаю, что на крутых лестницах рабу положено идти впереди хозяйки спиной вперёд, чтобы она могла держаться. А вот о том, как репетировал с Амирой, лучше не вспоминать, а то снова передёргиваться начну. Иногда эти картины всплывают слишком уж реалистично… Смотрю на Тали, на её улыбку, только она убеждает в том, что всё это уже позади.

На самом деле мало кто так ходит, не слишком удобно, но сейчас стараюсь успеть раньше Клима. Тали слегка улыбается.

– Ощущаю себя старухой, – хмыкает, берётся за мои руки. Зато у Клима, кажется, желание вести её лично отбивается напрочь.

Ильгор входит первым, наскоро проверяет помещения, пока мы осматриваемся. Клим включает систему уборки и кондиционирования.

Тамалия

Да уж, едва ли нам подойдёт эта площадка, разве только если вывозить Антера с другой, а здесь разыграть благополучный отъезд подружки. Столько камер, несколько слоёв защитного контура, включая общий космопортовый – вряд ли хоть что-то скрыть удастся.

Бросаю взгляд на Лайлу. Интересно, можно ли говорить, что она со «Сталкера»? Не секретная ли это информация, не опасно ли для Лерки? А то узнает, откуда моя рабыня, её потом выпускать не захотят… Впрочем, доказательств-то нет, мало ли что рабыня могла придумать. Будем надеяться, местные власти перестраховались бы, а поскольку пока молчат, тоже помолчу. Может, не знакомить их на всякий случай?

Антер почему-то становится впереди меня – положено так, что ли? Ох, по-моему, кто-то очень не хочет видеть рядом со мной Клима.

– А взлёт-посадка стандартно, по лучу? – спрашиваю. По стоянкам иначе и не развести, особенно мелкие лодчонки, но на всякий случай.

– Конечно, – кивает Клим. Вот же, вывезти Антера отсюда совсем маловероятно. Разве что экстренно взлетать в ручном режиме и надеяться на удачу.

Внутри всё выглядит, я бы сказала, нефункционально. То есть красиво, даже роскошно, апартаменты на несколько комнат почти сразу за рубкой и небольшой, ныне пустующий склад. На такой штуке неплохо летать на соседний астероид, передавая тортики родственникам, но не хотела бы я убегать на ней от погони.

Бросаю взгляд на Клима. Я тоже таким кораблём не пользовалась бы, разве что ради какого-нибудь аристократического престижа. Интересно, есть ли у тебя где-нибудь ещё один? Или ты совсем не выездной из-за своего образования? Может, потому мама и не хотела учить информатике?

– Интересно было бы познакомиться с твоим отцом, – произношу, усаживаясь на диван – просто необходимый в космосе предмет мебели. Клим бросает на меня странный взгляд, не могу в нём разобраться. То ли настороженный, то ли сердитый, но тут же улыбается:

– Конечно, обязательно познакомлю вас. Только он сейчас в отъезде.

– Ну как приедет, – пожимаю плечами.

Клим садится рядом и, похоже, не представляет, что предложить. Продуктов, наверное, здесь нет, да и напитков тоже. Точно нужно было захватить бутылку, да я же вроде ещё обижена за вчерашнюю…

Ильгор с Антером становятся за нами, на несколько мгновений скрестив взгляды. Лайла, чуть подумав, опускается на ковёр у ног. С моей стороны, кстати.

Обвожу глазами комнату, взгляд цепляется за достаточно привычный предмет, и только потом осознаю, что же я увидела! Привычный, но вовсе не для Тарина.

– Клим! – восклицаю удивлённо. – Это что, пепельница?

– Ну, да, – отвечает, вроде само собой разумеется.

– Куришь?

– Нет. А ты? Хочешь? – вдруг поднимается, достаёт из шкафчика пачку. Да за столько лет я не знаю, что в ней могло остаться!

– На Тарине же сигареты запрещены?

– Ну… – Клим снова чуть краснеет, пожимает плечами. – Ввозить запрещено, а давно стоящий корабль никто не обыскивает.

Что-то меня смущает… слишком уж новой выглядит пачка. А здесь же очень строгий запрет, я нигде ни разу не видела, даже электронных сигарет с никотинозаменителями.

– Кли-им, – произношу вкрадчиво. – Вчера… кхм… бутылка, сегодня сигареты… Ты что, продолжаешь следовать непревзойдённым заветам Халира? Или… даже не знаю – проверяешь меня?

– Тебя? – не понимает.

– Но ведь это незаконно, – указываю на пачку. – Почему, кстати?

Клим рассматривает её какое-то время, бросает на столик, садится на место. Беру в руки, верчу, даже заглядываю внутрь – там штук семь. Кладу обратно. Вроде обычная пачка, недавно выпущенная, производство Пояс Геры – целая сеть промышленных астероидов Альянса. Даже срок годности ещё не закончился. Надеюсь, микросетевик заснял всё, что я не успела рассмотреть, а анализатор проверил содержимое, насколько это возможно на расстоянии.

– Экология, – предполагает, наконец, Клим.

– Ну да, всё остальное экологию не портит. Производство мультиалкогольных коктейлей, например, – хмыкаю. Клим опять краснеет, отводит глаза:

– Производства защищены. А сигаретный дым разрушает атмосферу.

Смотрю на него, не могу понять, чего же он от меня ожидает. Определённо ведь чего-то ожидает.

– Кстати… мне показалось, что ты вчера не опьянел, – рискую спросить, внимательно слежу за реакцией. – Почему?

– Опьянел, только не так, как ты. По мне обычно не видно и голова до последнего ясная, но если превышу свою норму – могу просто упасть. А у тебя дома падать не хотелось, – улыбается.

Ну, допустим, ответ принят. Верится не очень, однако другого едва ли дождусь. Поэтому возвращаюсь к предыдущей теме: киваю на пачку, обвожу глазами каюту по верхам.

– Странно, неужели на корабле ничего не сработает?

– Если замкнуть цикл кондиционирования – не должно.

– А если всё-таки засекут? Штраф?

– Если бы засекли, проблемы грозили бы мне, а не тебе. Пришлось бы рассказывать, откуда это у меня… и прочее.

«И прочее», конечно, исчерпывающая формулировка. Но что-то мне упорно не нравится.

– Что прочее? – всё же спрашиваю.

– Ну… всех знакомых могут перетрясти.

– Ты же знаешь, для меня это гораздо хуже, чем для любого из вас! – напоминаю недовольно.

– Прости, я как-то не подумал… женщинам всё с рук сходит.

– А вдруг я тебя сдам? – хмыкаю, на всякий случай активируя дес-шокер. Не думаю, конечно, что Клим запоздало решит избавиться от всех свидетелей, но рефлексы срабатывают.

– А ты сдашь? – бросает неожиданно пристальный взгляд.

– Я в чужие дела не лезу, – веду плечами.

– Я тоже, – кивает, прямо не знаю, как это расценить.

Присматриваюсь к микросетевику – сеть корабля не функционирует, только общая космопортовая. А жаль, я попыталась бы пролезть. Наверное. Разглядываю Клима. Насколько он специалист в своей области? Заметил бы, нет? Возможно, и хорошо, что вопрос не стоит.

Клим молчит, и я просто теряюсь. Что же ему от меня может быть нужно? Женитьба, чтобы не зависеть от семьи, а то и уехать с планеты? Или сделать меня, так сказать, сообщницей, заступиться перед властями? Сдать им? Или наоборот, приобщить к «тайне» в знак доверия?

Прикрываю глаза, устало тру лоб – нужно пару минут, чтобы запросить данные с анализатора на микросетевик. Вроде бы пачка самая обычная, содержание соответствует. А то после вчерашнего ликёра не удивилась бы, если бы следующим шагом был какой-нибудь газовый аналог. Но всё-таки Клим ошибку учёл и повторяться не стал. Да и где бы он такое раздобыл?!

– Курить я не буду, – улыбаюсь, – плохо переношу запах, – между прочим, чистая правда. Навыки, конечно, имею и при необходимости могу даже заядлую курильщицу сыграть, но кратковременно.

– Почему? – выглядит заинтересованным. Ну вот тебе не всё равно? Или действительно какие-то планы с сигаретами связывал? Что-то у меня явно соображалка не срабатывает.

– Противный, – пожимаю плечами. – Клим… если ты хочешь что-то мне сказать – я слушаю. Если рабы мешают… пусть выйдут. А то… я тебя не понимаю.

– Я… – начинает. Потом качает головой: – Да нет, ничего, – поднимается вдруг, убирает пачку. – Так ты… воспользуешься стоянкой? Я не тороплю, просто нужно будет заявление подать.

– Скажу Чаре, – отвечаю. – Слушай, Клим… а тебе можно покидать Тарин?

– А что? – удивляется.

– Просто… думала пригласить куда-нибудь слетать. Нанять ещё нескольких телохранителей…

– Тебе тут плохо?

– Да нет, – изображаю растерянность. – Но в Галактике столько интересного!

– А когда? – вдруг спрашивает.

– Ой, ну не знаю. Может, через месяц-другой. После отъезда Чары получше разберусь со своим графиком.

Клим почему-то бросает взгляд за диван – то ли на Ильгора, то ли на Антера. Но я сижу к ним спиной, увы.

– Давай съездим, – соглашается внезапно. Хочу переспросить, можно ли ему, но с другой стороны, откуда мне знать, что его профессия тут под таким секретом?

Клим почему-то не садится обратно, и я тоже предпочитаю подняться. Что же я сделала не верно, такое впечатление, будто спугнула. Может, действительно попытаться куда-нибудь полететь после отъезда Антера? Выпустят ли меня так просто…

В общем, всё потом. Сейчас есть первостепенная задача – Лерку встретить и Антера отправить. Направляюсь к раздвижной переборке, улыбаюсь:

– Вот и договорились. Пойду, у меня ещё уйма дел, да на свой корабль заеду, раз уж тут. Лайла точно не мешает?

– Ну что ты.

Выхожу, пока Клим всё выключает и закрывает, мы с Антером успеваем спуститься – он снова чуть впереди, подаёт руку, вроде бы и заученные движения, но при этом так улыбается… Пока никто не видит – улыбаюсь в ответ. Чудо моё.

Лайла догоняет. Пока они достают из багажника рисовальные принадлежности, успеваю разместиться в машине и даже налить прохладительного.

Антер переносит Лайлины вещи, объясняет подошедшему Климу, что хозяйка приказала рабыне рисовать. Клим смотрит с некоторым недоумением, мило улыбаюсь. Лайла бросает на меня взгляд… На секунду кажется, будто сожалеющий. О чём, интересно. Может, переспросить, не обижают ли её там? Впрочем, здесь слежение везде. Кстати, о слежении.

– Лайла, камеру я куплю и пришлю, – говорю.

– Камеру? – удивляется Клим.

– Я разрешила ей гулять… если без глупостей. И с камерой.

– Да я куплю камеру, перестань, – смущается. Ага, я уже видела, как ты одежду купил.

Лайла держит дверь, больше на нас не оглядывается.

– Лита! А пульт? – вдруг вспоминает Клим, вот чёрт. Я так надеялась.

– Да зачем он тебе, – изображаю дурочку, – ты же Лайлу наказывать не будешь!

– Лита, – Клим подходит, явно не намеренный отступать. – Ты разве не понимаешь? Раб должен быть всегда под контролем, чем иначе сможешь его остановить? Даже то, что ты носишь пульты в сумке, уже безответственно!

Надо же, целую лекцию прочитал.

– Остановить? – недоумеваю. – Полиция остановит.

– Это если сбежать решит. А если напасть? Даже элитных без контроля не оставляют. И пульты, и наказания ведь не просто так придуманы. Это отработанная веками система.

– Тебе она нравится? – рискую спросить.

– Какая есть, – пожимает плечами, протягивает руку. – Дай, пожалуйста, пульт. Вдруг полиция?

– Веками? А давно эти пульты появились? – интересуюсь, приходится лезть в сумочку, доставать Лайлин. Протягиваю.

– Не знаю, – удивляется. – Наверное, как только рабство устоялось, так и разработали.

Решаю не показывать интереса к этой теме, тем более на ходу. Нужно срочно чем-то её перебить. А, вспомнила!

– Между прочим, – говорю с лёгким недовольством, – Лайлин кнут у тебя остался.

– Лайлин кнут? – удивляется, объясняю:

– Ну к рабу же кнут должен прилагаться. К Антеру вон шёл в комплекте. А Лайлин ты мне не отдал.

– Ты же кнуты не любишь, – оправдывается. – Айра тоже почти не пользовалась, с собой не возила. Но я куплю, если нужно…

– Не нужно, – приподнимаю руку в театральном жесте. – Мне Антерова хватает.

Прощаемся, разъезжаемся. Очень хочу обсудить всё с Антером, вдруг он что-нибудь заметил, понял? Заодно и на трансляцию с «жучка» поглядываю. Я его напрямую к микросетевику подсоединила, а то предыдущие данные из скрытого раздела так до сих пор и не забрали. Опасно, конечно: Келлина защита может просечь входящую информацию, но вдруг обнаружу что-нибудь важное, что поможет разобраться в происходящем.

Антер

Тали улыбается, но, по-моему, в глубине души встревожена. Молчит. Всё жду, что по недавно приобретённой привычке заберётся на руки, обнимет, только похоже, ей не до того. Наверное, пытается обдумать, разобраться. Если бы я ещё сам разобрался, что это было.

– Думаешь, он специально пепельницу выставил? – спрашиваю. Тали так тепло смотрит, люблю эту улыбку.

– Если бы не пачка, решила бы, что нет, – отвечает.

– Может, нужно было спросить, не курят ли его родители? – честно говоря, удивляюсь, почему не спросила.

– Считаешь, сказал бы правду?

Ну, тоже логично.

– Так и не поняла, чего он хотел, – вздыхает.

– По-моему, чтобы ты закурила.

– Но зачем?!

– Не представляю. Может, нужно поискать истоки запрета?

– Искала… ничего.

– Может, это имеет какое-то отношение к великому Таринскому секрету?

– Какое? Даже приблизительно не представляю. Из курящих у нас только Халир, и я не думаю, что он посвящён в великие тайны аристократок. Едва ли его выпустили бы с планеты.

– Контрабанда? – говорю чтобы хоть что-то сказать. Какой смысл показывать Тали контрабандные товары?

– Если проверить, не выдам ли… то как-то очень странно. А уж ты… Было бы логичнее говорить об этом без свидетелей. Нет, тут явно что-то другое.

Тали задумчиво покусывает губу. Соглашаюсь – действительно, очень странно. Пытаюсь вспомнить, не заметил ли ещё каких странностей.

– Причём там оставалось меньше, чем полпачки, – добавляет.

– Может, какой-нибудь особенно наркотический состав? – предполагаю. Интересно, есть ли у тебя при себе анализаторы?

– Вряд ли, – качает головой. Не могу понять, то ли точно знает, то ли действительно просто сомневается.

– Может, предполагалось, что ты должна узнать пачку? И как-то отреагировать?

– Откуда? – удивляется. Мне-то откуда знать. – Возможно, с сигаретами был связан скандал? – бормочет, бросает на меня взгляд, поясняет: – В высших кругах Альянса случился какой-то скандал, кажется, с участием Таринской представительницы.

– Ты-то при чём?

– Без понятия, – пожимает плечами.

– Может, дым как-то влияет на их структуру воды?

– Может, – соглашается с интересом. – Но я-то тут опять же не при чём.

Тали молчит какое-то время, после интересуется:

– Расскажи, на что ты обратил внимание? На любую ерунду…

Гравикар останавливается возле её кораблика, но Тали сидит, не выходит. Не планируешь же снова через верх? Кажется, улыбаюсь. Смотрит вопросительно, пытаюсь сосредоточиться и восстановить детали.

– Подумай, – просит мягко. – Я ненадолго. Не хочу, чтобы ты двери держал.

Надеюсь, дело только в дверях. Возможно, с подружкой собираешься поговорить без свидетелей? Ты там поосторожнее.

– Антер, – дотрагивается пальцами до моей щеки, снова всё замечает. – Я быстро.

Понимаю, я и так слишком много вижу. Наклоняется, ощущаю лёгкое касание губ. Не могу отпустить, обнимаю, целую нормально. Вот так лучше.

– Подумаю, – обещаю. – Жаль, сетевик не взяли.

– Для чего? – тут же настораживается.

– Что-нибудь поискал бы. Например, от чего умерла его мама. Ты не в курсе?

– Не в курсе, – вздыхает. – Превосходная мысль! Дома займёмся. Если она не хотела, чтобы Клим учился информатике, значит, он был уже достаточно взрослым.

– Чёртова информатика, – бормочу, вспоминая так и не начатое задание. Жалко время терять на сидение в машине.

Тали поворачивается, одна мысль не даёт покоя, я, конечно, понимаю, но… дурак ревнивый, не могу не спросить.

Bepul matn qismi tugad.

29 068,07 s`om