Kitobni o'qish: «Сокровища Северной Фиваиды. Монастыри – Кирилло-Белозерский, Ферапонтов, Горицкий»

Исстари Вологодская земля, богатая лесами, множеством рек и озер, притягивает к себе богомольцев, становится местом подвига монахов. Именно благодаря стараниям этих подвижников, ее огромные просторы с древних времен пронизаны особенным духовным светом, поэтому как никакая другая земля, она украшена удивительными по своей красоте памятниками благочестия – белокаменными церквями и монастырями, слава о которых распространилась по всей Руси великой и далеко за ее пределами.

Кирилло-Белозерский монастырь

Не случайно, что с конца XIV в. здесь возрастает крупнейший не только на Русском Севере, но и во всем российском государстве Кирилло-Белозерский монастырь, ставший любимым местом уединенной молитвы и для невесть как добравшихся в этот дремучий северный край странников, и для великих собеседников Божиих, которые были под стать игумену земли русской преподобному Сергию Радонежскому, и для могущественных правителей – царей Ивана Грозного и Петра Первого, тоже с большой охотой приезжавших сюда за духовной помощью и отдохновением. Назван монастырь в честь его основателя преподобного Кирилла, московского боярина из рода Вельяминовых, который достаточно поздно – в возрасте шестидесяти лет – покинул златоглавую-столицу и навсегда поселился на пустынном берегу Сиверского озера, прожив здесь оставшиеся тридцать лет своей жизни. В русской истории и в истории русского монашества святой известен как Кирилл Белозерский. А все потому, что большую часть года северные озера покрыты белоснежным ковром, отсюда их часто называют еще и просто белыми. Или как Сиверское озеро – Белоозеро.

В Москве преподобный Кирилл долгие годы подвизался в Симоновом монастыре, куда часто заглядывал Троицкий игумен Сергий Радонежский. Там служил его племянник – сын брата Стефана архимандрит Феодор. Остались свидетельства, что преподобные познакомились именно здесь, они были примерно одного возраста, и, как часто бывало, наедине помногу часов беседовали о пользе душевной.

С приходом в Симонов монастырь нового руководителя – архимандрита Сергия Азокова (или Озакова), с которым у многих из братии не сложились отношения, по всей вероятности, и у преподобного Кирилла тоже, а иначе как объяснить, что в столь солидном возрасте он уходит за сотни километров от столицы – в дикие необжитые леса. Можно предположить и другое, что преподобный решил уйти подальше от суетной Москвы в поисках безмолвия и покоя. В северный край он удалился не один, а в компании с другим монахом Симонова монастыря Ферапонтом.

На берегу Сиверского озера, под холмом, молитвенники выкопали небольшую пещерку и начали обустраиваться, расчищая лес вокруг своего жилья. Со временем о них стали узнавать желающие нестяжательной жизни люди. Первыми пришельцами, которые решили находиться рядом с преподобным, были два близких ему по духу монаха, тоже из московского Симонова монастыря – Зеведей и Дионисий. Следом за ними приходили другие, когда число братии стало умножаться, появилась необходимость в создании монастыря, где были бы кельи для монахов и церковь.