Kitobni o'qish: «Дар змеиного царя»

Дар змеиного царя

История из жизни

моей прабабушки

Елены Семеновны Лещенко

С приходом весны пробуждается не только растительность, но и мелкие пресмыкающиеся. Кто в детстве не держал в руках зеленых ящерок или отливающих темной шкуркой на солнце ужиков. И сегодня, эти безобидные жители лугов и степей частенько обитают на наших подворьях и огородах, принося неоценимую пользу, но бывает и по-другому.

Эта история произошла в начале прошлого века, в далекой деревне на Полесье. Алена росла простой деревенской девчонкой, немного дерзкой и своенравной по характеру, была самой младшей в семье старосты села. Жили они зажиточно, и отец часто баловал ее, как и семеро старших братьев. Любили и невестки, ведь она к каждой находила свой подход. Алене было лет пятнадцать, когда произошел случай, наложивший отпечаток на всю ее жизнь и о котором долго вспоминали жители окрестных сел.

В начале лета, когда травы в лугах набирали силу, солнечные дни сменялись ненастными, и дождь радовал теплыми каплями. За околицей деревни на пустыре, в народе эти места прозвали Кащина, часто пасли коров, телят, свиней. Здесь же недалеко собирались и деревенские ребята, проводя день в играх, присматривая за домашней живностью. В один из таких дней подростки играли гурьбой в догонялки. Рыжеволосый, веснушчатый Савка, сын местного лавочника, которому очень нравилась Алена, как всегда, старался всячески заигрывать с ней. Но девушка была очень гордая и не обращала внимания на деревенского задиру. Вот и на этот раз он решил выкинуть что-нибудь необычное.

Рядом с пастбищем, поодаль друг от друга находились небольшие самодельные водоёмы, местные жители называли их копань. В жару сюда ходили купаться, а зимой иногда деревенские бабы полоскали белье. В теплое время года здесь на песчаном бережку среди зарослей частенько грелись змеи. Недолго думая, Савка соорудил длинную рогатку из березового прута и поймал небольшого ужа. Спрятав руку с добычей за спину, побежал на поляну, где, бурно переговариваясь, собрались в кружок девчата. Подкравшись, Савка внезапно закричал: “Смотрите, змея!” Испугавшись, девчонки с визгом кинулись врассыпную. А парень побежал за Аленой и кинул ей вдогонку ужа. Попала змея девушке в спину. От испуга она еле живая пришла к дому и упала во дворе без памяти.

С тех пор прошло полгода. Алена все это время лежала в коме, тая на глазах. Родные не знали, что делать, и уже готовились к худшему. Отец постарел от горя, стал угрюмым, постоянно сердился на всех. Привозил врача из города, разных знахарей и ворожей, но никто не мог помочь. Мать Алены, Татьяна, не просыхала от слез, днями и ночами молилась на все иконы о спасении любимой дочери, ездила по монастырям и святым местам. И вот отчаявшись, она уже возвращалась домой, когда по-пути добрые люди подсказали, что в одной из окрестных деревень есть женщина, которая может вылечить сильный испуг. Она пришла в ту деревню, нашла знахарку. Та выслушала убитую горем мать и взялась помочь спасти невинную душу.

И вот студеным зимним днем Семен запряг Буяна, вынес на руках дочь и уложил в сани. Плача, Татьяна укутала почти бездыханное тело дочери, думая о последней надежде спасения юной жизни. По заснеженной равнине кружила метель, до деревни знахарки путь лежал через лес. Всю дорогу Семен ехал молча, иногда понукая коня. Лишь изредка слезая с саней, чтоб убрать поваленные ветром коряги с дороги, а где-то помочь гнедому пройти переметы.

Наконец добравшись, он нашел дом и позвал хозяйку. На крыльцо вышла пожилая женщина, уже ожидавшая гостей. Ни о чем не спрашивая, проводила Семена с дочкой на руках в дом, указала на кровать в углу под иконостасом. Три дня читала знахарка молитвы, проводила обряды старинные, вымаливая девичью душу у змеиного царя. Наконец пришла в себя девушка, открыла глаза. Придя в очередной раз и ожидая на лавке в углу сеней, Семен пригрелся и незаметно задремал. Очнувшись, он увидел, что знахарка тихонько теребит его за плечо со словами: “Вставай, батька, пора дочку домой везти, пришла краса наша в себя”. И добавила: “Ступайте с богом, уж больно дорога тяжелая”.

Выздоровела Алена, только с тех пор умела она, словом, лечить и повелевать. Не раз замечали, если скажет, что, особенно в запале и точно сбывается. Не боялась она ничего. Даже порой предсказывала. Дивились односельчане, а старики говаривали, что это дар змеиный. В народе исстари бытовало поверье про ужа – золотые рожки.

В старину считалось, что в доме непременно должны жить уж или ящерица, – для большего прибытка. Убивать этих пресмыкающихся считалось грехом, а если разорить гнездовище ужа, он отомстит. Из-за того, что уж, как и все змеи, ежегодно обновляет кожу, его считали бессмертным. Иногда называли змеиным царем, описывая кожу чудесной красоты и алмазный венчик. Если станешь ужа преследовать, он свистит, – и тогда на защиту его мчатся сонмы ужей и змей, тут горе обидчику! Считалось, что он носит не венец, а золотые рожки. При встрече с ним в лесу следовало положить на дороге красный платок или пояс: увидев красный цвет, уж сбрасывает свои золотые рожки, и кто сумеет захватить их, тому будут доступны все клады. Говорят также, что эти рожки надо закопать под двумя еще не распустившимися дубами: один дуб засохнет, а другой – покроется зеленью; один рог – несчастливый, мертвящий, а другой – счастливый, оживляющий. Убить ужа – считалось грехом, потому что он благословлен Богом за то, что некогда заткнул своей головой дырку, погрызенную в Ноевом ковчеге мышкой. За это Бог даровал ужу золотой венец; в память о нем остались желтые пятнышки на его голове.

2012 год

Слово не воробей…

История из жизни моей

прабабушки

Елены Семеновны Лещенко

Богатый месяц август – всего вдосталь. Недаром говорят: “Август – густарь, густоед, разносол”. Только успевай заготовки делать и наполнять кладовые. Но постепенно спадает летнее тепло: позже занимается рассвет, раньше смеркается, ночи становятся холодными, стынет в реках и озерах вода. Все чаще поднимается в небо птичья молодежь, делает пробные облеты перед дальней дорогой. Потому и называют август месяцем птичьих стай. А наши предки в старину называли его зарев, серпень, жнивень, госпожник, зорничник.

Мы часто не задумываемся над тем, что наши слова, как и мысли, имея эмоциональную окраску, могут сбываться. Ведь не зря говорят, слово не воробей – вылетит, не поймаешь. А ведь по – всякому в жизни бывает. И вот как-то августовским днем в одной деревне случилась история, о которой потом долго помнили односельчане, а в одной семье рассказывали из поколения в поколение.

Это было в конце тридцатых годов прошлого столетия. Уже несколько дней стояла жаркая погода, на небе не было ни облачка. Как обычно, деревенские жители с раннего утра спешили управиться по дому, и с первыми лучами солнца шли в поле. В разгаре уборочная пора, поспели хлеба. Вот и Алена Лещенко, как все сельские девушки хоть и была из богатой семьи, тем не менее, умела вести домашнее хозяйство. Вставая по привычке до зари, топила печь, готовила кушать. Они с мужем жили в больших комнатах дома, а ее свекровь Мария Яковлевна, жила в маленькой хатке, которая соединялась с домом просторными сенями. Она частенько журила молодую невестку и даже недолюбливала за гордый и своенравный характер, сказывалось социальное неравенство. Ведь отец Анны был не только зажиточный, но и уважаемый человек, был волостной староста в соседней деревне.

Мария Яковлевна родом из простой семьи, ее рано выдали замуж, жили они с мужем в ладу, работали, не покладая рук, растили трех дочерей. На склоне лет дал им бог сына – Малашку. Дети были еще малые, когда мужа призвали на войну, шла Первая мировая. Дождалась лишь весточки, что пропал без вести, так и пришлось самой вести хозяйство, поднимать детей.

Со временем дочери повыходили замуж, сын стал помощником в хозяйстве. Не заметила, как вырос парень, на вечерках стал пропадать до рассвета. Как-то пришел и заявил матери за ужином: “Женится буду!”. Мария как вынимала чугун с картошкой из печи, так с испугу чуть не уронила, успев лишь присесть на лавку. Она давно слышала, по деревне слухи ходили, что Малахей встречается с дочкой богатого старосты, пыталась расспросить как-то сына, но тот все отнекивался, каждый раз уходя от разговора.

– На ком сынок? – бледнея, спросила Мария.

– Да на Алене, мама, что из соседней деревни – смутившись немного, ответил парень.

– О господи! – запричитала Мария – да ведь не ровня мы им, сынок! Да и денег-то на свадьбу надо, а у нас – то, поди один бык на базу. Повремени немного, скоро на службу пойдешь, а там видать будет. Может другую девушку найдешь, под стать нам?

– Нет, мати, мы с Аленой решили, и батька ее, дядька Семен, согласен. Кроме нее никто не нужен. Не сосватаешь мне Алену, убегу из дому, и в век не вернусь! А денег на свадьбу? Быка продай! Я летом в наймиты пойду к барину, заработаю, другого купим – с жаром ответил сын и выскочил на улицу хлопнув дверью.

Посидела немного Мария, всплакнула, вытерла глаза уголком передника. И вздохнув с горечью, решила готовиться к свадьбе. Что ж делать… Знала, не отступиться сын от задуманного, от отца передался ему горячий характер, упрямство и решительность в деле. Так появилась в ее доме невестка.

В тот день Мария Яковлевна встала раньше обычного, в последнее время она часто прихварывала. И помолившись на старинную икону, что висела в красном углу, пошла к молодым. И хотя на ее половине тоже была печь, летом ее не топили. Кушать готовили в доме. Поздоровавшись с невесткой, она присела возле печи. Алена ловко управлялась с чугунами, накрывая на стол к завтраку.

– Что с тобой мама, не захворала часом? – спросил сын, заходя в дом.

– Да что-то неважно себя чувствую, не пойду сегодня в поле, буду дома. А вы детки идите сами, надо жито убирать, да и сего поспело, пора в стога метать – ответила Мария, и в очередной раз стала учить невестку как хозяйство в доме вести. Женщины опять заспорили. Часто ругаясь со свекровью, Алена не стерпела и крикнула в сердцах, выходя на улицу: “Чтоб тебя гром разразил!”.

В полдень стояла нестерпимая жара, ничто не предвещало перемены погоды. Несмотря на это, люди продолжали работать в поле. Внезапно подул легкий ветерок, повеяло прохладой. И как часто бывает летней порой, на недавно безоблачном небе появились грозовые тучи, первые капли, ударяясь о землю, разлетелись мелкими брызгами. Где-то вдали загремел гром, сверкнула молния, хлынул ливень. Не прошло и часа как все утихло. Вновь засветило солнце, небо посветлело, как будто ничего не было. Все вышли из укрытий и не торопясь, стали собираться домой. Алена стояла на краю поля и ждала мужа. Малахей пошел в соседний подлесок, вырубить молодую березку. Вдруг издалека послышались крики. Навстречу Алене бежала соседка, отдышавшись, женщина с трудом выговорила: “Алена, твою свекровь громом убило…”.

– Что случилось? Как так? – воскликнули подошедшие односельчане.

– Да вздумалось Марии средь бела дня печь затопить. А тут гром ударил, я из окна увидела, как в трубу печную шар огненный залетел, испугалась и побежала к ней. Она, видать, дрова укладывала в печи, вот ее и прихватило – запричитала женщина, – захожу, а та на полу уж лежит, горемычная.

С тех пор в деревне и стали говорить, что невестка напророчила смерть невзлюбившей ее свекрови, побаивались Алену. Все знали, что прежде с ближних деревень к ней люди шли с хворями, лечила она многих молитвами, заговорами ей одной ведомыми. Говорили, что дар у Алены особенный проявился после одного случая, и теперь она слово тайное знает. Но это уже другая история.

2011 год

В честь спасенной царевны…

История из жизни моей бабушки

Анны Малаховны Брель, в девичестве Лещенко.

Студеным февральским днем в небольшой деревне, что на Полесье, родилась девочка и нарекли ее простым именем Анна. Шел 1930 год, начиналось голодное лихолетье. Не прошло и года, как по решению властей закрыли церковь, сняли колокола. Люди, веками живя с верой в Бога, почувствовали себя осиротевшими, обездоленными. Рушился старый уклад жизни в семье, в обществе. Однако многие по-прежнему придерживались старых традиций и при крещении младенцев выбирали имена из святцев.

Вот и родители девочки, очень набожные люди, при рождении дочери остановили выбор на имени святой. Когда она подросла, бывший попечитель церкви, муж тетки Яков Савенок, рассказал ей старинную притчу об имени Анна.

“Давно это было. Неспокойно жилось на родной земле. Прилетел издалека огромный змей и требовал дань от людей – живого человека. Тогда царь издал указ: “Каждая мати должна дать по дитяти: у той, что одно – не дите; у той, что два – одно дите; у той, что три – два дитя”. И пришла пора самого царя. Призадумался он: "Идти самому – не быть живому, пошлю жену – остаюсь вдовцом, пославши дитя – не на кого глядети”. Надумал царь думу горькую и обратился к старшей дочке Ганночке: “Собирайся, в смертельное (белое – прим.авт.) одевайся, золотые кольца надевай да лезь в церкви на самый высокий купол”. А сам подумал: “Прилетит цмог (змей – старин.) и заберет ее”. Так и сделала дочь послушная. Появился змей. Тут откуда ни возьмись, прилетел орел и расклевал ему голову. Осталась Ганночка живая, вернулась домой цела и невредима. С тех пор занесли имя Анна в святцы”.

Вот и девочку назвали в честь спасенной царевны. Стех пор, то ли имя стало оберегом, то ли святая покровительствовала, но в жизни Анюты были ситуации, когда смерть, казалось, неминуема, но вдруг, как будто свыше, приходило избавление.

…Холодной зимой 1942 года в окрестностях деревни загрохотали немецкие мотоциклы. Жители почти не выходили на улицу, с наступлением темноты по деревне бродили только пьяные полицаи. Зная, что отсюда недавно ушел партизанский отряд, они ходили по домам и угрожали расправой тем, кто прежде помогал и прятал красноармейцев.

Отца Анюты еще в начале войны забрали на фронт. В ее памяти он так и остался сидеть на краю уходящей подводы в потертом от времени пиджаке, старенькой фуражке и с заплечным домотканым мешком, сшитым в дорогу женой. До войны Малахей был старостой, односельчане его уважали. С приходом немецких оккупантов в деревне установилась новая власть, каратели выбрали дом бывшего деревенского главы первым для расправы. Ведь нашлись “доброжелатели”, которые донесли и о нем, о его семье, что ухаживала за ранеными бойцами.

Январским утром, чуть только забрезжил рассвет, в дом ворвались немецкие солдаты. Проснувшись от шума, Анюта и ее младший брат не сразу поняли, что произошло. Мать прижимала их к себе, а увидев наставленное дуло автомата, повернулась и заслонила собой. Их выгнали на улицу в исподних рубашках, босиком. Старший из полицаев грязно выругался и велел поставить детей к стенке, расстрелять на глазах матери, за отца. Но немцы для начала устроили потеху, как звери, загоняющие добычу. Один из них на ломаном русском языке приказал Анюте выйти на дорогу и бежать вперед. Испуганная до смерти, окоченевшая от холода, плача, девочка побежала по скользкой дороге в сторону бывшего колхоза. Вдогонку свистели пули, снег обжигал ноги. В голове судорожно билась мысль: “ Только бы успеть…”. Невдалеке за огромным навесом, где в мирное время зимой хранили колхозное сено, начинался дремучий лес. Даже деревенское кладбище скрывалось в чаще подрастающих дубов и сосен, труднопроходимых кустарников. Анюта бежала изо всех сил и уже не чувствовала ног, как вдруг упала на спину и скатилась вниз. Застыв от испуга, прислушалась. Автоматных очередей больше не слышалось, но со стороны деревни все чаще доносились чужие голоса. Осмотревшись, девчушка поняла, что упала в небольшую яму, и вспомнила, как осенью вместе с ребятами помогала взрослым заготавливать здесь силос для коров. Тогда им даже лошадь дали, на которой они катались по очереди, утаптывая зеленую сочную массу. Обессилев от страха и опасаясь погони, она прикрыла глаза в надежде немного передохнуть. Снег, каа белое покрывало, обнимал со всех сторон, обдавая ледяным дыханием. Сознание погружалось в бездну. Очнувшись, первое, что увидела Анюта, было заплаканное лицо матери. “Доню, моя доню, слава Богу, пришла в себя”, – шептала Алена, склонившись над дочерью и поправляя одеяло.

Позже мать рассказала девочке, что, когда та внезапно упала, все подумали, что погибла. Следом хотели расстрелять и ее, толкнув к стене дома рядом с сыном. К этому времени сюда собрались почти все жители, понимая, что лиха беда начало, враги придут в каждый дом. По случайности подошел и новоиспеченный староста, не по своей воле ставший слугой оккупантов. Увидев Алену под прицелом вражеских автоматов, он обратился к коменданту с просьбой освободить женщину с ребенком. Тетка Алена, по его словам, была ему крестной и дальней родственницей. Их отпустили. Когда все разошлись, сердце матери не выдержало, она кинулась на поиски дочери. К счастью, девочка не успела замерзнуть окончательно, ее принесли домой, уложили на самодельную кровать возле русской печи, где она и пролежала три дня без сознания.

Прошли годы. Немало трудностей выпало на долю Анюты, но, чтобы ни случалось, она старалась не сдаваться, и, дожив до глубокой старости, верила, что есть высшие силы, которые оберегают и помогают каждому из нас.

2011 год

“Чьи? Лисицыны?”

История из жизни моей семьи

Много лет назад Альбина гостила у бабушки в деревне, и зашла как-то в местный магазинчик, наиболее оживленное место встречи односельчан. И поймав на себе пристальные взгляды, услышала реплики:

– А чья это внучка?

– Да, Анны – Лисицы.

Она когда-то слышала, что так называют ее бабушку. Как-то в разговоре с ней, девушка вспомнила этот эпизод и спросила: “А почему Лисица?”. И та, рассказала историю, услышанную в далеком детстве. Можно сказать – семейное предание.

В старину, когда все жили большими семьями, сыновья бабушкиного прадеда с женами и детьми жили с родителями в одном доме. У них было огромное подворье, зажиточное хозяйство, где все трудились. Днем старшие члены семьи уходили на работу, кто в поле, кто на сенокос, по сезону. А маленьких детей оставляли дома, запирая на замок. Присматривал за ними старый дед, у которого из-за болезни давно отнялись ноги, он лежал на кровати. Ребятишки же поедят, что им оставят на обед и бегают по-дому, шалят. Тогда дед и придумал забаву, вытянет руку, поставит киягу (палка – прим.авт.) на пол, и поет деткам песню: “Велися, велися лисички (грибы – прим.авт.) возле дороги…”. Детишки бегают вокруг палки, пока не устанут. Потом поукладываются на лавку, что рядом с печью и спят. Через время просыпаются и снова бегут к деду с просьбой, спеть песню. Так и забавлялись весь день до возвращения родителей и остальных взрослых. Однажды мимо дома шел кто-то из односельчан, услышав шум, заглянул в окно. Так и узнали о дедовой забаве, а ребятишек с тех пор стали дразнить лисичками. Дети выросли, а прозвище осталось, переходя со временем из поколения в поколение.

И хотя пролетело немало времен, людская память сохранила такой момент из жизни. По воспоминаниям мамы, Альбина знала, что еще прабабушку звали – Лисица. Вот и сегодня, когда спрашивают о ком-то из их семьи, можно услышать реплику: “Чьи? Да – Лисицыны!”.

2010 год

Раз в волшебный вечерок…

История из жизни моей бабушки

Надежды Васильевны Калита,

в девичестве Евсеева.

Как известно, гадание – неотъемлемая часть святок. С их помощью старались заглянуть в будущее и определить свою судьбу. И в старину, как правило, старались гадать в основном юные незамужние девицы. И не удивительно, но хотя и относились ко всему с забавой, порой предсказания сбывались.

Это было в первые послевоенные годы.

Надя жила на квартире в небольшом рабочем поселке, возле железнодорожной станции. Работала медсестрой в детском доме и снимала комнату у одной женщины, недалеко от вокзала. Часто видела стоящие на путях поезда и, порой наблюдая и восхищаясь теми, кто управлял этими грозными машинами, никогда не думала, что ее жизнь будет связана с таким человеком.

Однажды тихим январским вечером, в Крещенский сочельник, Надя решила погадать. Еще в детстве слышала от бабушки рассказ о старинном способе гадания на зеркалах. Боязливо было сидеть одной, но все-таки решилась, любопытно ведь хоть одним глазком заглянуть в далекую неизвестность, а вдруг что и привидится. В тот вечер хозяйка с мужем ушли в гости к родственникам, и девушка решила воспользоваться случаем. Тем более что по поверью, все действо должно происходить в темноте, одиночестве и молчании.

Надя распустила свои роскошные черные волосы, а коса у нее была ниже пояса, в толщину запястья, сняла нательный крестик, и развязала поясок на платье. Поставила в своей комнате на столе два зеркала одно против другого, перед одним из них зажгла пару свечей и села. Находясь в полной тишине, затаив дыхание стала ждать, пристально вглядываясь в глубину темного длинного коридора, образованного из зеркал, освещенных огнями. Сколько прошло времени, Надя уж и не помнила, только почувствовала вдруг, что веки потяжелели, и показалось даже, что задремала на минуту. Но тут же встряхнувшись, решила не сдаваться, и, открыв глаза, увидела, что зеркала затуманились, огни чуть потускнели, а в конце коридора появился отчетливый силуэт мужчины. Он сидел, повернувшись к ней лицом, и выглядывал как будто из кабины машины. Хоть и мельком, но Надя заметила на нем рабочую фуфайку и фуражку на голове, наподобие тех, что часто видела у рабочих, ходивших вдоль путей. Испугавшись видения, девушка вскрикнула: “Чур, меня”, и образ пропал. С колотящимся от страха сердцем Надя быстро разделась и легла спать, решив, что утро мудренее вечера. А там видно будет. Проснувшись рано утром, она вспомнила свое вечернее приключение, обрадовалась, что все обошлось хорошо, и решила не вспоминать больше об этом случае.

Прошло время. Как-то хозяйка квартиры попросила Надю вместе приготовить ужин, пояснив, что вечером будет необычный гость. Она по-матерински часто намекала девушке, что пора уж и т замужестве подумать. За разговорами не заметили, как пролетело время. Раздался стук в дверь, на пороге появился муж хозяйки, вернувшийся с работы. За ним, переступая с ноги на ногу, стоял рослый парень высокого роста. Увидев молодого человека, Надя так и ахнула, он напомнил ей образ, увиденный в зеркале далеким крещенским вечером. Гость был одет также в черную фуфайку, на лоб надвинута железнодорожная фуражка, он сразу поразил девушку взглядом темно-карих, обжигающе черных глаз.

– Это мой помощник, будущий машинист тепловоза. Его зовут Алексей – улыбаясь, представил гостя хозяин дома Иван Федорович. – Мы вместе работаем. Он недавно пришел к нам в депо.

За ужином все непринужденно беседовали. Надя узнала, что Алексей приехал работать по направлению с другой области. Хотя родился и вырос, как и она, в Казахстане. Его родители приехали в эти края с Кавказа еще в годы гражданской войны, отец Алексея – Николай Севастьянович Калита, был потомственный терский казак.

Уходя, молодой человек пообещал наведываться в гости. Уж больно приглянулась ему смуглолицая квартирантка Ивана Федоровича. Так и познакомилась Надя со своим будущим мужем, прожив с ним полвека, вырастив детей, внуков, и дожив до правнуков. Вот и не верь после этого в святочные гадания.

2012 год

Детская непосредственность

Памяти моих родителей

Недавно Натке исполнилось три года. Она жила с родителями в рабочем поселке, затерявшемся среди болот и тайги на севере далекой Сибири. В 70-е годы прошлого века здесь началось промышленное освоение земель, открытие и разработка нефтяных месторождений. Советская молодежь, поддерживаемая духом романтики, со всех уголков страны стремилась на обживание новых территорий. Несмотря на суровые жизненные условия край давал перспективу получения жилья и работы с высоким заработком.

Вот и родители Натки недавно перебрались в эти места с теплого Кавказа. Поначалу было трудно, потом привыкли ко всему, особенно климату. Прежде, Ольга работала в управлении железной дороги г. Ставрополя, куда приехала по -направлению как молодой специалист-снабженец, после окончания железнодорожного техникума у себя на малой родине, в Белоруссии. Сергей водил поезда как помощник машиниста, после окончания школы машинистов в Ростове-на-Дону, и часто заходил в управление оформлять документы. Здесь-то он и приметил симпатичную темноволосую девушку с большими карими глазами. Немного повстречались, как водится, да и поженились. А через год появилась Натка. Жили на съемной квартире, где наряду с неустроенностью быта проходило становление молодой семьи, было стремление иметь “свой угол” и возможность дохода.

Однажды летом хозяйка квартиры упомянула в разговоре, что ее дочь с мужем уехали на Крайний Север за лучшей жизнью. Предложила постояльцам также попытать счастья и написала адрес поселка Молодежный в Тюменской области. Немного подумав, Сергей и Ольга решились на поездку. И взяв с собой полуторалетнюю дочку отправились в холодные края. По прибытии поезда вТюмень, Сергей нашел двоюродного брата Виктора, сына дяди со стороны отца и обратился к нему за помощью. Виктор не первый год жил с семьей в Нефтеюганском районе, работал начальником одной нефтебазы и с удовольствием помог молодой семье обустроиться на месте, так они оказались в поселке Мамонтово (ныне Пыть-Ях – прим. авт.).

Натка часто ходила с мамой в тайгу за грибами и ягодами. Лес начинался совсем рядом за дорогой, что пролегала через пару домов от их дома, возле поселка. Девочка знала уже, что здесь растут вековые ели, сосны, кедрачи, местами березы. И даже не представляла, что бывают другие деревья. Она любила лакомиться дарами леса – брусникой, черникой, клюквой, но больше ей нравились все-таки яблоки и апельсины, которые лежали в больших ящиках дома. Родители закупали фрукты от навигации до навигации. Кругом преобладала в основном болотистая местность, привоз товаров осуществлялся весной и осенью, когда лед на реке промерзал и открывался транспортный путь.

Как-то теплым июльским днем мать и дочь отправились в лес по ягоды, поспела черника. Несмотря на тяжелый быт Ольга старалась делать на зиму хоть какие-то заготовки “живых витаминов”. Ведь то, что закупали на привозе были сплошь промышленные консервы, даже картошка попадала на стол в упаковках, резанная на сухие ломтики. А так хотелось настоящих продуктов… И только лес, отчасти давал такую возможность.

Шагая по тропинке, Натка крепко держалась за мамину руку и сыпала вопросы о том, что видела кругом. Щебетанье маленькой путешественницы эхом отдавалось по лесу, в ответ девчушка смеялась и продолжала расспрашивать. Они дошли до березовой рощи, откуда начинались черничные заросли и чуть пройдя принялись рвать ягоды. Мама в пакет, а Натка, первым делом в рот. Утомившись, девочка присела на поваленное дерево и подставила личико солнечным лучам, пробивающимся сквозь листву берез. Через время, немного подумав Натка спросила у мамы:

– А где растут яблоки? В тайге они тоже есть?

Мама рассказала дочке, что далеко на юге, в теплых краях, бывают большие деревья с листочками похожими на березовые. Весной на них распускаются белоснежные цветы, летом созревают красные, зеленые, желтые плоды, которые и называют яблоками, а деревья, где они растут – яблонями. Натка задумалась на минуту, потом улыбнулась и сказала:

– Я поняла, яблоки растут на березе.

Вот она и детская непосредственность.

2016 год

Если не ходить на лекции…

История из жизни

С годами многие вспоминают студенческие годы, как самое “золотое” время жизни. Ничто не сравниться с беззаботностью и свободой тех лет, а если они проходят вдали от дома, то и вовсе, остаются незабываемые воспоминания, особенно о смешных случаях. Вот один из них.

Проучившись до середины одиннадцатого класса, Света так и не смогла толком определиться с будущей профессией. Родители отчаянно ломали голову, куда отправить дочь учиться. Время было непростое, середина девяностых, многие вузы перешли на коммерческую основу, даже менее престижные учебные заведения – техникумы, предлагали вносить определенную сумму за обучение.

И вот, как-то в феврале отец нашел в почтовом ящике бесплатную газетку, вложенную с журналом как рекламный листок. Он обратил внимание на объявление, об открытии в Ростове-на-Дону филиала крупного московского университета, через полгода станет Южно-Российский гуманитарный институт. Обучение оказалось платным, но поступление без экзаменов, по собеседованию, а первая сессия должна состояться уже в марте. На семейном совете решили, что Света будет поступать несмотря на то, что надо было до мая учиться в школе.

Старшеклассница подумала, может кто-то тоже захочет определиться заранее, и рассказала одноклассникам о замечательной возможности. Ведь будущих выпускников чаще всего пугали предстоящие вступительные экзамены. Многие отнеслись критически к такому предложению, никому не хотелось уезжать далеко от дома. И только Алла, учившаяся на “отлично”, решительно согласилась. Так девчонки стали студентками, еще не окончив школу.

Подходила к концу очередная сессия. Света училась на экономическом факультете, а Алла собиралась в будущем стать юристом. В последний день занятий подруги решили забежать в деканат, посмотреть зачетный журнал. Они иногда не ходили на лекции установочной сессии, предпочитая полистать журналы в библиотеке или прогуляться по городу.

Зайдя в учебную часть, девушки поздоровались с Татьяной Григорьевной, куратором юридического факультета. И очень удивились, увидев за соседним столом методиста Ольги Сергеевны, молодого мужчину средних лет, как им показалось больше похожего на преподавателя. Аккуратно подстриженная бородка красиво обрамляла чуть полноватое лицо. Голубые глаза и добродушная улыбка располагали к общению. Только бросался в глаза малиновый пиджак, “писк моды” по тем временам.

Немного смутившись, Света обратилась к Татьяне Григорьевне с вопросом: “А где же Ольга Сергеевна? И кто на ее месте?” Улыбнувшись, женщина загадочно ответила: “Где Оля, не знаю, а это ваш новый куратор. Прошу любить и жаловать”. Света подошла к столу и попросила журнал текущих оценок, мужчина учтиво предложил присесть.

Пробежав глазами оценки по предметам за весь учебный год, девушка осталась довольна результатами. Но, дойдя до листа только что прошедшей сессии, огорченно вздохнула. По такому легкому и понятному, как ей казалось, предмету – сейзл промоушн, или стимулирование сбыта, в проще говоря, реклама, у нее “завис” незачет. Она знала, что сданные и проверенные работы хранятся здесь, в деканате, и попросила посмотреть свой реферат. Из аккуратной стопки мужчина достал несколько скрепленных листов и протянул девушке, слегка улыбаясь в усы. Света пролистала их, не заметив пометок и замечаний, открыто завозмущалась, почему у нее такая оценка. Мужчина непринужденно стал объяснять, какие недостатки в данной работе. Весело, даже по-дружески, они проболтали, наверное, с полчаса. Света решительно заявила, что этот незачет она сдаст на следующей сессии. Но собеседник пояснил, что если она допишет один вопрос, то успеет исправить оценку. Растерявшись, девушка с недоумением посмотрела на него. Оказалось, что он как раз и есть преподаватель по этому злополучному предмету, просто принес очередные работы студентов. Татьяна Григорьевна, наблюдавшая эту сцену, подтвердила его слова. От стыда и смущения Света была готова провалиться сквозь землю, не ожидая такого поворота событий. И тут она вспомнила, что ни разу не посетила лекции по сейзл промоушн и даже не видела педагога.

До закрытия библиотеки оставался ровно час. Девушка прошла на кафедру научно-популярной литературы Донской публичной библиотеки, и попросила необходимую книгу о рекламе. Дописав недостающий лист, она быстренько побежала в деканат, но куратора уже не было.

На другой день девчонки решили перед отъездом забежать еще раз в учебную часть. Спешно листая журнал, Света нашла незачтенный предмет и с удивлением заметила, что на месте прежней записи большими буквами занесено “отлично”. Радости не было предела, на душе сразу стало легко и спокойно. Ведь теперь все предметы сданы, и можно спокойно ехать домой.

Подруги еще долго вспоминали этот случай: вот что значит не ходить на лекции!

2012 год

“Растительная” мораль

В начале мая стояли теплые, но пасмурные дни. Изредка моросил дождь. Вокруг бушевала зелень и многоцветье, а в воздухе смешивались удивительные ароматы весенних запахов. Чудеса творились на глазах, торжество природы отражалось во всем.

Как-то шла по улице Крайней, что в районе лесхоза, и заметила интересную картину. Через дорогу росло невысокое дерево, оплетенное хмелем. Невольно подумала, а сколько по селу этого сорняка, и в тоже время полезного растения – хмель обыкновенный. Но, что особенно привлекало внимание, необычная форма растительного соседства. Сквозь купол запутанных плетей тянулись к солнцу ветви грецкого ореха. Видимо не первый год с приходом весны растение пыталось отвоевать право на жизнь. Даже издали можно было заметить, что на кончиках веток уже распускаются светло-коричневые молоденькие листочки, как бы доказывая всем, что есть жизнь, и в этом году вновь будут побеги. Ведь если приглядеться вокруг, многие деревья просто погибают, постепенно высыхая под натиском ползучего сорняка.

Впечатление от увиденного навело на мысль, что вот так и люди живут под тяжестью обстоятельств, трудностей и многих проблем в жизни. Один человек не сдается, старается преодолеть препятствия и добивается поставленных целей, другой, на все опускает руки и медленно идет на “дно”, предается порокам и, не пытаясь изменить свою жизнь, в конце концов просто погибает.

Мне кажется, что такими примерами природа учит нас познанию жизни, благоразумию в действиях и осознанию себя в этом мире. Иногда стоит оглянуться вокруг, и просто подумать.

2010 год

Встреча с сойкой

История из жизни

моей дочери Анастасии Макушкиной

Как-то раз выдалась чудесная погодка. Ласковое солнышко радовало весенними лучами, в воздухе чувствовалось теплое дыхание земли. Возвращаясь обычным маршрутом из детского сада, Настя держала маму за руку и семенила рядом. Всю дорогу она щебетала, как маленький воробышек, рассказывая о том, что произошло за день. Свернув на улицу Пролетарскую, не спеша подошли к первой школе, где растет вековой дуб, и среди толстых ветвей заметили птицу величиной с галку. Вроде бы ничего особенного, только вот красновато-серый окрас с ярко-голубым пятном и черными пестринами на крыле, привлекал внимание. Это была сойка. Она прыгала по веточкам и издавала звуки, похожие на вопли котов.

Солнце слепило глаза. Настя задорно смеялась, пищала от восторга и бегала возле дерева, стараясь разглядеть необычную гостью. А потом и говорит:

– Ой, она такая красивая! Можно ее погладить?

– Нет, конечно же, – отвечала мама, – она же птица и, если близко подойдешь, просто испугается и улетит.

Мама рассказала дочери, что сойка живет в лесу. Питается жучками, ягодами, семенами. Делает на зиму запасы желудей. Повторяет голоса других птиц, хотя своя песенка очень проста и состоит из нескольких негромких звуков. Осенью и зимой она кочует, а потому может случайно попасть в населенный пункт. Вот и у этой сойки, наверняка, путь лежит в далекие края. Но на дворе весна, и ей трудно прокормиться. Вот и прилетела поклевать прошлогодних желудей, что остались на дереве.

Прошло где-то с полчаса. Настя по-прежнему с интересом, бурно выражая свои эмоции, следила за диковинной птицей. А та, как имитатор, воспроизводила разные звуки и наблюдала за людьми. В конце концов видео надоело, и она упорхнула.

– А где птичка? – воскликнула с недоумением девочка.

– Полетела дальше искать корм – ответила мама. Пошли милая домой, а то бабушка уже заждалась тебя.

Немного огорчившись, Настенька все-таки бодро зашагала рядом, спеша поделиться с родными. Маленький человек открывал для себя окружающий мир, стараясь познавать его во всей красе.

2005 год

Рисунок на обложке

История на основе воспоминаний

жителя села Великокняжеское

(ныне село Кочубеевское,

Ставропольского края),

ветерана ВОВ Ю. Станкевича.

В жизни случаются ситуации, впечатления от которых хранятся в уголках памяти, и лишь по прошествии времени проливают свет на мозаику далеких событий. Как-то услышала историю, произошедшую в тридцатые годы прошлого века, и рассказанную одним из старожилов нашего села, где он оказался невольным свидетелем. Поразило то, что человек дожив до преклонных лет, несмотря на пережитые трудности и испытания помнит эти моменты, как отголоски ушедшей эпохи.

Егорка собирался в школу, и уже выходя из дому, вспомнил про новую тетрадь, ведь прежняя была исписана до последнего листка. Он жил на улице Рабочей и успевал к уроку минут за двадцать, по-пути заходя к однокласснику Петьке Фризену, вместе они бежали в школу. Из рассказов взрослых, ребята многое знали о родном селе, живо интересовались происходящим вокруг и часто, как все мальчишки задерживались после занятий, изучая окрестности.

В один из таких дней за окном тихо падал снег, ясеневый сад в школьном дворе напоминал сказочный лес. Шел урок немецкого языка и письменности, на столах лежали открытые тетради. Ребята внимательно слушали, дисциплину в классе соблюдали, на очередном занятии проходили правило по словесности.

Внезапно распахнулась дверь, вошли трое мужчин в черных кожаных куртках, брюках-галифе, фуражках с красными звездами. Ганс Фридрихович, так звали учителя, не отвлекаясь, продолжал вести урок. В школу часто наведывались с проверками, и, обходя кабинеты, старались не прерывать занятий. На этот раз все было иначе. Один из вошедших коротко пояснил педагогу, что они сотрудники НКВД, им поступило распоряжение на обыск школы с изъятием некоторых принадлежностей. Преподаватель с недоумением посмотрел на непрошенных гостей и сказал: “Как? Каким образом предметы из храма науки могут принести вред? Обьясните, я должен знать?”. В селе хорошо знали расположенное при подъеме на гору здание, где рядом росли огромные сосны, территория власти и страха для жителей Великокняжеского.

В это время двое ходили по рядам и собирали простые ученические тетради, исписанные детским почерком. Один из пришедших ответил: “Руководству лучше знать, а вам советую не высовываться, пока до вас не добрались…”. И немного подумав, добавил: “Присмотритесь к рисунку “Вещий Олег” на обложке школьной тетради, на змее мелкими буквами изображена надпись: “Долой Советскую власть!”. Побледнев, учитель обвел испуганным взглядом учеников и промолчал.

Старый педагог многое повидал на своем веку, и хотя был уроженцем этих мест, понимал, что когда-нибудь его лишат родного угла, семьи и предстоят годы скитаний вдали от дома по холодной и неприветливой стране. Предчувствия не обманули, через два месяца его забрали без объяснения причин. С тех пор прошло несколько лет, он вернулся домой так и не узнав, в чем провинился. В 1941 году его вместе с односельчанами-единоверцами вновь лишили родного крова, выслав на освоение целинных земель Казахстана, откуда спустя годы почти никто не вернулся.

2010 год

Сметана с “козявкой”

История, случившаяся

в магазине на ул. Набережной,

в селе Кочубеевское

Однажды пришел в магазин дедушка, один из постоянных покупателей с соседней улицы, поздоровался и говорит продавщице:

– Дайте мне, пожалуйста, булку хлеба, пакет молока и ведерко сметаны, что с козявкой.

Продавец посчитала все, и с удивлением заметила:

– С какой козявкой? Нету нас такой сметаны.

– Как нет, я покупал у вас три дня назад. Моей бабушке сильно понравилась. Иди, говорит, опять купи ведерко, да смотри ж, бери с козявкой.

Женщину охватила волна возмущения:

– Как с козявкой? Да не было такого. Что ж вы зря наговариваете. Как бы мы продавали такую сметану, да еще с козявками.

Тут уже и дедуня, в свою очередь запротестовал не на шутку:

– Как нет? Недавно была, и уже нет?

Нина Павловна, так звали продавца, растерялась и испугалась. А вдруг, еще плохо станет настойчивому покупателю, как никак в возрасте уже. И стараясь успокоить разбушевавшегося пенсионера, ответила как можно мягче:

– Хорошо, хорошо. Не переживайте так. Я закажу, хозяйке вечером, вашу сметану с козявкой.

Через два дня, в магазин привезли очередную партию молочной продукции. Разбирая товар, Нина Павловна осматривала каждое ведерко, все еще находясь под впечатлением недавнего случая, и подумала: “Вроде ничего особенного, может уже в сметану, добавляют букашек каких-то?”. И только случайно глянув на крышку очередного ведерка, заметила новый рисунок. Оказывается, производитель просто поменял этикетку. Раньше была девушка-горянка, а теперь рядом с большими буквами названия “ДИВО”, на зеленом листике, маленькая божья коровка.

“Так вот, что это за козявка” – воскликнула продавщица, и решила для себя, что впредь будет внимательней относиться и к товару, и к покупателям.

2010 год

“А я за валерьяночкой…”

История, случившаяся

в г. Невинномысске

Как-то теплым летним вечером сидели мы с дедом Иваном, нашим соседом, на лавочке и беседовали. Несмотря на годы, был он молод душой, любил пошутить и часто рассказывал всякие истории. Вот и на этот раз у него в запасе нашлась очередная байка. Прищурив глаза и улыбаясь, в седые усы, он начал рассказ в своей манере:

– Ага, был значит, по военной линии полковник такой, Василь Василичем звали. Ох, и мудрен был, каналья, и хитер больно! Умел копейку заработать и сухим из воды выйти. Творил дела… Там что-то продаст, у кого-то из молодняка после очередной поездки карман вывернет. Оно же, как водиться, где живу, там и наживаю. Знал анафема, какой с него спрос, птица-то высокого полета, не то, что мы – куры на нашесте. И не думал он, что жизнь, как бумеранг, не все мимо нас идет, что-то, да и возвращается. Делай людям добро, и к тебе жизнь обернется ясным солнышком, а худое дело любому человеку рано или поздно злом возвернется. Вот и произошел с ним такой случай.

Нынче-то модно менять автомобили. Вот и Василь Василич покупал то один, то другой и все грезил о последней модели отечественного автопрома с таким чудным названием “Приора”.

Прошло время, смотрим как-то: подъезжает к воротам наш полковник на свеженькой машине, весь сияющий. Казалось, радости не было предела, как “приобрел совершенство, достиг, так сказать, высшей точки мечтаний”. Ну, тут все к нему, конечно же, с вопросом: сколько денег-то за красавицу не пожалел?

– В ту пору оказалось недешево, я вам скажу, наверное, мои полдома столько не стоили. Но речь не о том

Вот, значит, прошло опять некоторое время. Приходит как-то орел наш понурый, опечаленный донельзя, с главное – пешком. Все к нему ринулись с расспросами, мол, что случилось, а главное, где колеса? Тут он приложил правую руку к груди, в аккурат на сердце, и почти слезным голосом говорит:

– Украли, десять тысяч евро украли…

А позже, рассказал, как дело было.

“Да вот, – говорит, – приехал я вечером домой с работы. Поставил свою “ласточку” возле дома, чтоб из окна видно было. Живу-то в городской квартире многоэтажного дома, а там, сами знаете, дворы маленькие, на все гаражи места не хватает. Вот и приходилось оставлять машины поблизости столько-то лет, и все ничего. А утречком значит выхожу на балкон, глядь, а “ласточки-то” моей и нет. Думал, померещилось. Выбегаю с подъезда, точно нет. У меня от испуга, аж в голове помутилось, ведь я за нее такие деньги заплатил. А тут под самым носом… пропала. И пошел я за валерьянкой с одной мыслью в голове: “Как так, десять тысяч евро украли…?”

Со временем улеглись страсти вокруг потери полковника. Только с тех пор, как заходил разговор о машинах в его присутствии, так наш Василь Василич прикладывал руку к сердцу и уходил со словами “а я за валерьяночкой”. Вот так в жизни бывает.

2010 год

Что мы едим?

– Да брат, обманывают народ, все кому не лень! – возмущался дед Тихон, обращаясь к соседу закадычному другу Петру Ерофеичу. Они прожили на одной улице ни одно десятилетие, были соседи через дом. И частенько сидели вечерком друг у друга на лавочке, обсуждая по-стариковски насущные житейские проблемы. И на этот раз, греясь в лучах сентябрьского солнышка, они неторопливо беседовали.

– Вот посуди Ерофеич, – продолжал дед Тихон, – на днях пошел в магазин, прикупить что-нибудь к чаю. Вроде бы на прилавках всякого товару видано-невидано, а порой и не знаешь, что брать. В нашем-то возрасте свои особенности. Тут смотрю, что за пакетик разноцветный на полке стоит, девчушечка нарисована нарядная и надпись “Машутка”, а рядом крупными буквами “Сливки со сгущенкой”. Вот и подумал, обычно, сгущенка со сливками бывает, а тут наоборот. Попросил продавщицу прочитать состав продукта. И еще больше удивился, это ж, в какие времена сливки уже с растительного масла научились делать? Тем не менее, принес бабушке своей. Сели мы вечерком чай пить, попробовали. Вроде ничего, но совсем не то, что раньше было. Помнишь в прежние времена, какое все вкусное, а главное, натуральное было.

А тут газету вечерком принесли, люблю читать районку от корки до корки. Все новости узнаешь, и что на селе делается, и по району, и по краю. Вот и досмотрел в одной статье, значит, что масло -то “Чудо”, которое мы с бабушкой часто покупаем, и вправду “чудом” оказалось. Забраковали его наши краевые инстанции. Говорят это спред, что-то наподобие маргарина, только химии больше. А на пачке пишут “Масло”, чтоб люди пуще покупали. Тут и смекнул, наверняка и сливки, что купил недавно, только этикетка красивая да название, а по-сути “отрава”. Выходит, обманывают нас, на каждом шагу.

– Да, вот так жизнь пошла – посетовал в ответ Петр Ерофеич, и закурил сигарету.

2011 год

ЧЕРЕПИЦА

Из истории основания

села Кочубеевское

Ставропольского края

В этот теплый февральский день дед Мокей сидел на завалинке и нежился в лучах зимнего солнца, когда к нему подбежала стайка детворы.

– Деда, расскажи историю, – выступил вперед восьмилетний внук Алешка.

– Про что, внучек?

– Да хотя бы про черепицу на крыше. Я вчера нашел одну, видел упала с краю, а на ней буквы какие-то. Ну, расскажи, деда-а-а!

Алешка был самым младшим и любимым внуком старика, его гордостью и очень любил слушать рассказы деда о былом, вот и сегодня решил похвастаться перед соседскими мальчишками.

– Что-же, слушайте, сорванцы, – согласился на уговоры Мокей и неторопливо начал рассказывать.

– Давно это было. После окончания русско-турецкой войны 1854 года вернулся в родное село Таврической губернии молодой лихой казак Мокей Васильевич Куприянов. На его груди сверкали два ордена за отвагу и мужество, проявленные в боях. Сам он был из семьи не зажиточной, но достаток имел. И, немного погуляв, вскоре женился на соседской девушке Маланье Стратовой. Свадьбу справили как полагается и стали жить с родителями. Как-то на ярмарке прослышал Мокей от проезжих людей, что на Кавказе дают землю в свободное пользование. Вот и решили они с женой попытать счастья в далеких краях. Сельский сход одобрил их желание, ведь освоение новых земель всегда было в чести у казаков. Собрали они нехитрый скарб и отправились вместе с другими односельчанами искать лучшей доли. Много трудностей испытали эти отважные люди, но, наконец добрались.

В те времена по указу ее Величества двум десяткам вновь прибывших поселенцев выделили земли на высоком берегу реки, берущей свое начало у снежных вершин Кавказа. Раздольный это был, богатый край. Как глянешь с высокого берега на округу, так дух захватывало от красоты природы. Насколько видел глаз, раскинулись здесь ковыльные степи. А ветра… то подуют суровые астраханские, иссушающие все живое на своем пути, то горные, принесут с собой осенний холод. А вода в реке чистая, что слеза девичья, только уж больно холодная. Иной раз взбунтуется и выйдет из берегов. Недаром же предки прозвали ее “Гипанис”, что в переводе с древнегреческого означает “ лошадиная”, а позже карачаевцы нарекли “Кьобан” – “взбешенная”. Так и родилось в народе название – Кубань. Далеко за рекой, словно пояс оброненный, раскинулся хребет горы Недреманный. Точно в хороводе встали за ним горы Стрижамент, Бударка, Невинная. У подножья последней беледа казачьими хатками станица Невинномысская. Возле нее и обустроились новые жители левобережья Кубани и назвали свое поселение Ольгинским – в честь великой княгини Ольги Николаевны Романовой, по ходатайству которой и были выделены земли доблестным воинам Крымской войны из Большого Токмака. Поставили саманные хаты, накрыли камышом и стали жить.

Хозяйство у Мокея было добротное. Дом хороший, подворье большое, хозяйство. Целину вспахали, засеяли, урожай убрали, а осенью, на Покрова, собрались гуртом на ярмарку в Невинномысскую. Уж очень бойко шла там торговля. Кого здесь только не было?! Крестьяне, мастеровые, купцы. Ведь через эту станицу проходила железная дорога, открытая недавно, а по ней-то стало сподручней товар перевозить. Вот и пользовались люди такой возможностью продать или присмотреть себе что-нибудь.

Вот и Куприяновы, удачно все распродав, пошли смотреть товар по рядам городских купцов. Лавки у них богатые, товар заводской. В одной из них и увидели стопку ровно сложенных “чешуек”, точно таких же, как на крышах городских домов. Рассмотрели ближе и подивились. Вроде бы ничего особенного: тяжелый кусок из обожженной глины, как черепок от горшка. Как его к крыше приспособишь? Заметив покупателей, молодой паренек-торговец пояснил:

– Это черепица, крышу крыть. С ней не страшен ни дождь, ни град, ни мороз. Бери, дядька, не пожалеешь.

– А где ее делают, хлопче?

– Во Владикавказе, на заводе. Вот тут и оттиск есть: “Черепичный завод въ Владикавказъ Л.В.Штейнгеля и В.I.Грозманъ”. Теперь по железной дороге все что хочешь привезти можно.

Мокей немного грамоте был обучен, ведь в детстве учился в церковно-приходской школе. Поэтому, прочитав оттиск на черепице, поинтересовался:

– А, не сродственник ли этот Штейнгель знаменитому барону, построившему дорогу от Ростова до Владикавказа? У него еще за Армавиром поместье богатое имеется.

– Не знаю, – ответил смущенно парнишка. – Я ведь в наймах. Лучше бери товар. Дешево – 10 копеек штучка.

– А, ежели крышу менять, где-ж ее столько взять? Из Владикавказа вести? Даже поездом дорого.

– Зачем, за базаром торговые склады есть, куда и доставляют товар перед ярмаркой, чтобы крупный заказ не пропал.

– Хорошо, подумаю. Глядишь, весной увидимся.

Семья Мокея жила в достатке. Традиции предков не нарушали, но и от нового не сторонились. Поэтому перед Пасхой, все взвесив и просчитав, снова поехали на ярмарку. Распродали свой товар, а после нашли знакомый ряд, где их уже встречал улыбчивый паренек:

– Здорово, дядька! Что, дорогой, надумал, берешь? Я же говорил, товар у нас отменный!

– Здорово, хлопче! Отпускай, коли хватит.

Придирчиво осмотрев несколько штук черепицы с клеймом завода, они сделали заказ, и, договорившись о доставке, поехали домой.

И не обманулись. В назначенный день прибыли подводы, груженные темно-коричневыми лепестком посередине “чешуйками”, как стали называть черепицу в народе. Наутро прибыл из станицы черепичных дел мастер Фадей и принялся за дело. Работал он скоро, да и дети Мокея помогали ему, обучаясь постепенно новому ремеслу, соседи подтянулись. Так, гуртом, за день и управились. А красота какая получилась! Любо посмотреть. Такого здесь еще ни у кого не было. Со временем в ближайшем селе Великокняжеском богатый немец-заводчик купил особые станки и делал местную черепицу. Люди брали, и в скором времени черепичные крыши заменили камышовые. А наша, владикавказская, до сих пор глаз радует.

– Вот тебе, внучек, и история про черепицу – “чешуйки” на крыше, – закончил рассказ дед Мокей.

– Дедунь, а как же барон Штемпель? Ты про него узнал? – не унимался Алешка.

– Слыхал немножко, – улыбнулся дед, – да запамятовал. Давай в другой раз расскажу.

Насупившись, внучек посидел немножко, а потом, решив непременно напомнить дедушке о своем обещании, побежал играть с мальчишками.

2010 год

История о том, что чужое добро счастья не приносит

Случилась эта история в одном уездном городке, в далекой сибирской губернии. Однажды в канцелярии некоего департамента проходил обеденный перерыв. За столом собрался разночинный народ, как всегда, испить чаю, перекусить, чем бог послал и, между делом обсудить очередные новости и сплетни. Недавно поступивший на службу мелкий чиновник Елисей Афанасьевич Стратов скромно сидел в углу стола, и жевал бутерброд, стараясь вникнуть в суть оживленной беседы коллег. На этот раз речь шла о разном, но с наибольшим интересом обсуждалось недавнее происшествие в доме главы их небольшого городка. Мнения были разные, однако большинство сходилось в одном, что чужое добро счастья не приносит.

А дело было так.

Студеным зимним днем жена городского главы – Марфа Феоктистовна – прогуливалась по парку в карете с двумя дочерьми, девицами на выданье, и увидела молодую пару. По всему видно приезжие. Мужчина видимо служил где-то мелким чиновником, был одет скромно. Его спутница выглядела более богато, даже со вкусом. Особенно в глаза бросалась ярко-рыжая лисья шуба, пошитая в необычном фасоне: зауженный вверх мягко переходил в широкие складки к низу. Ворот обрамлял шикарный лисий хвост, белый кончик которого покачивался с левой стороны плеча. А справа, едва заметно, выглядывала из меха лисья морда, с отливающими черным блеском глазами из крупных бусин. У девушки был миндалевидный разрез темно-карих глаз, что в сочетании с внешним видом придавало ей некое таинственное очарование.

Марфа Феоктистовна будучи женщиной впечатлительной и немного капризной, имела своенравный и вздорный характер. Отличалась тщеславием и непомерной завистью, особенно в отношении женского гардероба. Старалась первой приобретать наиболее изысканные вещи и одеваться лучше всех. Если она выходила в свет или на прогулку в очередном наряде от “кутюр”, никто не осмеливался показаться в таком же. Ведь “первая леди” городка могла устроить скандал на пустом месте из ничего, а то и хуже, отомстить способом служебного влияния своего мужа. Городок был маленький, здесь друг о друге знали все. Приезжие – редкость, да и не задерживались надолго.

Вот и на этот раз, заметив изумительный наряд незнакомки, у “модницы” загорелись глаза. Она решила во что бы то ни стало заполучить “новинку”. Проехав мимо пары, женщина прикрикнула на кучера с такой яростью, что лошади от испуга рванули по-аллее чуть не сбив прохожих, идущих не спеша через дорогу.

Вечером Марфа устроила бурный скандал мужу. От ее крика даже стекла задрожали во флигеле сторожа, расположенного неподалеку от дома. Всему причиной – страстное желание заполучить необыкновенную лисью шубку. На другой день, городской глава – Петр Терентьевич узнал от пристава (в старину “полицейский” – прим. авт.) кто эти люди, с какой целью приехали и, наконец, где приобрели такую шубу.

Оказалось, что это обычная семейная пара, прибывшая с далеких южных мест. По-состоянию здоровья, доктора прописали молодой женщине лечение в здешнем климате. А шуба… подарок дочери от отца перед дальней дорогой. Супруги снимали небольшой, но уютный домик на окраине с видом на лес и речку. В теплую погоду они частенько прогуливались по-окрестностям. В тот ясный морозный день им непременно захотелось в городской сад, где и заметила их жена главы.

Через неделю шуба красовалась на плечах Марфы Феоктистовны. Радости и счастья не было предела, а городок уже гудел об очередном приобретении первой “модницы”. Однако со временем, в доме по ночам стали слышны шорохи, чьи-то шаги, царапанье и скуление под дверьми. Даже слуги боялись выйти из своих комнат с наступлением темноты. Постепенно домочадцы привыкли, и перестали обращать внимание на звуки. Прошло время.

В канун Рождества, в доме отмечали праздничное торжество. Вечер, как всегда, был великолепным, присутствующие остались довольны приемом. Провожая гостей, хозяйка дома решила блеснуть полюбившейся вещью. Накинув поверх вечернего платья лисью шубу, она вышла в гостиную, и тут, все оцепенели. Над головой Марфы возвышался распушенный хвост, возле шеи горели красным огнем глаза, оскаленная пасть издавала лязгающий скрежет. В недоумении, хозяйка случайно увидела свое отражение в зеркале большого трюмо и, вскрикнула. От испуга женщина стояла несколько минут не шелохнувшись, с искаженным от ужаса лицом. Гости тем временем спешно одевались, стараясь побыстрее убраться восвояси. А вот Марфа Феоктистовна после этого вечера перестала разговаривать. У нее даже голос пропал, иногда она издавала непонятные звуки и мычание, на этом все так и осталось.

Вот вам и лисья шуба.

Обеденный перерыв закончился и все разошлись по своим рабочим местам. Стратов тоже вернулся к столу, достал бумаги и принялся за работу. С головы не выходила история о лисьей шубе. Вскоре об этом событии перестали говорить, и случай ушел в историю, изредка всплывая лишь в узких кругах.

С того времени изменилась и жизнь высокопоставленных супругов. Петр Терентьевич сильно переживал происходящее. Приглашал для жены лучших врачей губернии, возил в Санкт-Петербург к ярчайшим светилам медицины. Все оказалось безуспешно. День ото дня Марфе Феоктистовне становилось хуже, характер и без того не ангельский вовсе испортился. Женщина даже перестала следить за собой, и за каких-то полгода превратилась в дряхлую старуху, тронувшуюся к тому же умом. Муж не смог больше на это смотреть и отвез жену в губернскую богадельню за две сотни верст от дома.

Жизнь шла своим чередом. Оставшись на прежней должности, Петр Терентьевич женился на со временем на тихой, скромной и добропорядочной женщине, с которой они прожили долго и счастливо.

2016 год

Полвека в день Сабантуя

Отгремели первые весенние грозы. Деревья, под теплыми лучами солнца распускались “на глазах”. Не прошло и пары недель, как луга запылали разноцветными красками, лесные поляны заблагоухали травами. Деревенские жители с утра торопились на пашни и огороды, вовремя отсеяться. Старики говаривали, что год должен быть урожайным. Еще на весеннем празднике “Карга-туй” (старин. праздник сибирских татар – прим. авт.) заметили, с приходом тепла после зимы прилетело много птиц. Тогда в марте только на проталинах сошел снег, на полях уже собирались грачиные стаи, выбирая зеленые стебельки, едва пробившиеся под снежным покровом. Появились у жилищ и серые гостьи – вороны, по народным поверьям, приносящие на крыльях весну.

Незаметно наступил конец мая. Проснувшись рано утром в школу, Дамир потянулся, услышав шум на улице, выглянул в окно. Бабушка уже подоила корову, и спешила выгнать кормилицу в стадо, невдалеке слышался свист кнута деревенского пастуха – дяди Амвросима.

“Пора вставать – подумал мальчик, – как хорошо, наконец-то скоро лето. Можно забыть про уроки и чаще бегать на речку купаться, ловит рыбу”. Прикрыв немного глаза, он еще немного помечтал о предстоящих каникулах, о том, как в этом году пройдет в конце июня – Сабантуй.

В татарской деревне национальный праздник отмечали по старым, давно заведенным традициям. Каждый год жители собирались на поляне, в небольшом лесу за селом, недалеко от берега речки Ингала. Женщины брали с собой еду. Начинались приготовления к торжеству: мужчины резали скот (коров или баранов), молодежь устанавливала посреди поляны столб, готовили лошадей для состязаний. Мясо животных варили в больших котлах – казанах. В полдень все садились группами на поляну, мулла и старые люди поздравляли людей с удачной посевной и совершали молитвы. После трапезы начинались состязания: борьба – кюреш; скачки на лошадях; прыжки в мешках; лазание на столб за призами. Праздник проходил шумно и многолюдно, ведь в этот день каждый дом был полон гостей, приезжали родственники, близкие, друзья.

Дамир вспомнил, недавно говоря о празднике, бабушка упомянула, что в доме будет много гостей, ведь с днем нынешнего сабантуя совпал их с дедушкой юбилей – полвека совместной жизни.

А как давно это было…

Они познакомились в апреле, на праздновании Сабантуя, который раньше отмечали весной перед началом посевной.

В тот год Эльмира приехала погостить в деревню, побывать на празднике, привезла по традиции и подарок – зеленый шелковый платок, расшитый золотистыми нитками.

Накануне торжества, в пятницу старшие суетились на кухне, готовя любимые всеми блюда: пишпармак, пироги с мясом, рыбой, брусникой и клюквой, пахлаву, сладкий щербет и многое другое. Эльмира прибрала в доме и хотела помочь бабушке, но услышала на улице шум, топот и заливистый свист возле двора. Выглянув в окно, увидела несколько молодых всадников, гарцующих на разгоряченных скакунах – это были сборщики подарков. У многих на уздечках уже развевались вышитые полотенца, разноцветные платки. Бабушка попросила Эльмиру вынести корзинку яиц и отрез материи. Девушка вышла с подарками на улицу, и, смутившись, заметила пристальный взгляд одного из наездников, парень не сводил с нее черных озорных глаз. Вдруг он подъехал ближе всех и протянул руку. Их взгляды встретились, Эльмира как завороженная подала привезенный платок и другие дары. Потом, опомнившись, забежала во двор и скрылась в доме, а верховые с криками и визгами поскакали дальше.

На другой день женщины в лучших нарядах, с полными корзинками и сумками шли по сельской дороге в сторону леса, где на Большой поляне мужчины с утра приготовили все к торжественным мероприятиям. Над костром кипел общий казан, варилась баранина. Все рассаживались отдельными группами, раскладывая домашние угощения.

Погода по-весеннему радовала. Яркие лучи солнца слегка припекали. Синева небес поражала чистотой. В полдень мулла прочитал молитву, чтоб успешно прошла посевная, был хороший урожай. Пожилые и уважаемые люди деревни поздравили односельчан, пожелали всем здоровья и достатка в доме.

Когда принялись за еду, Эльмира почувствовала за спиной чей-то взгляд. И обернувшись, увидела чуть поодаль среди сидящих вчерашнего сборщика. Девушка покраснела и повернулась к бабушке. Та, заметив смущение внучки, улыбнулась и сказала: “ Это Ильзур, сын Исхана, нашего соседа. Очень хороший и порядочный молодой человек, он недавно вернулся из армии”.

Постепенно все стали расходиться, начинались развлечения и состязания. Больше всего на празднике Эльмира любила скачки. Ее завораживала красота и грация тонконогих скакунов, ловкость и мастерство управлявших ими, джигитов, особенно, когда в беге конь с седоком гармонично сливались в одно целое. На этот раз она заметила среди участников Ильзура. Его вороной жеребец со “звездой” на лбу нетерпеливо перебирал на месте стройными ногами в белоснежных “чулочках”. И всаднику приходилось поддергивать удила, чтоб хоть немного сдерживать горячившегося коня. Наконец объявили старт, и четвероногие спортсмены понеслись вперед, оставляя позади клубы пыли и летящие из-под копыт комья земли. Девушка с замиранием сердца следила за тем, кто недавно так неожиданно привлек ее внимание.

Уже выходя на второй круг, Ильзур отпустил поводья, зная, что его питомцу нет равных в округе. Почуяв свободу, Аттила понесся во всю прыть, с легкостью обгоняя соперников.

Ильзур рос в семье потомственных коневодов, и с детства знал толк в лошадях. Он помнил по рассказам отца, как его дед и прадед гоняли табуны по здешним лугам и выводили лучшие породы скакунов, за которыми приезжали даже из дальних краев. Прошли годы, настали другие времена, но их семья по-прежнему держала небольшую ферму, где разводили коней.

Сердце Эльмиры колотилось в ожидании последних минут, завершающих скачки. Знакомый всадник шел первым, оставляя позади других. И вот финиш. Кругом шум, гам, возгласы и крики болельщиков. Вороной со “звездой” на лбу молниеносно пересек линию старта, побеждая в очередной раз. Следом подоспели и остальные участники соревнования.

Когда закончились последние состязания лучших бойцов в борьбе и объявили батыра Сабантуя, на майдане награждали победителей. Ильзур тоже получил кубок и один из праздничных подарков, которым оказался платок Эльмиры, переданный накануне. Он поискал глазами в толпе вчерашнюю дарительницу и, поймав, наконец ее взгляд, радостно заулыбался. Стоя среди зрителей, девушка почувствовала, как ее лицо пылает огнем, а в душе поднимается вихрь необъяснимых эмоций.

Вечером в клубе молодой человек подошел к к девушке и пригласил ее на танец. Они познакомились, а через год поженились и остались жить в деревне. Родители помогли построить дом, обзавестись хозяйством, появились дети. Эльмира устроилась на работу в колхоз, Ильзур трудился здесь же, водителем. Несмотря ни на что, они старались жить в согласии, уважении и взаимопонимании, следуя традициям и обычаям своего народа. Также и детей вырастили, дождались внуков, которые сегодня радовали своими успехами. Так и пролетели незаметно полвека их жизни. Вот так бывает.

2012 год

Легенды о цветах, живущих в доме

Однажды суровым зимним днем, солнечный луч пробился сквозь морозные узоры на стекле. И пробегая по стене задел красный глянцевый лепесток цветка, который рос в белом узорном горшке в виде перевернутой пирамиды.

– Ах…! – с глубоким вздохом произнес цветок, – наконец-то живительное тепло и свет. Когда же придет весна! Я так устал от зимы, так бледен стал и неказист. Ах…!

Эти был тропический гость – антуриум – давно прижившийся в домах холодных стран. Он был очень гордым и самовлюбленным, считал себя аристократом и всячески подчеркивал свою значимость и красоту.

– Полноте вам сокрушаться, дорогой сосед, – отозвался стоявший неподалеку в большой кадке, раскидистый рододендрон, знаменитый своими душистыми медоносными цветами. – Я только-только пробуждаюсь от спячки и еще не набрался сил, чтобы предстать во всей красе. Хоть родом я не с ваших мест, но тоже благороден.

И усмехаясь добавил:

– Взгляните на соседку нашу. Стоит себе на подоконнике и не кручиниться нисколько. Чуть солнышко заглянет в окна, она уже цветет, как в мае роза.

– Вы обо мне, любезный? – ответила с окна герань и, покачивая густыми стеблями с ажурной листвой повернулась к высокородным собеседникам. – Хоть я не знатного рода как вы, господа, но меня любят в разных уголках света. Ведь мои цветы символизируют любовь и верность, а дивный аромат помогает создать мир и уют среди живущих в доме.

В комнате находились и другие цветы в горшках, но они не считали себя особенными и старались не вмешиваться в беседу. А некоторым и вовсе было не интересно, о чем идет речь у так называемых “господ”.

– Позвольте милочка, – вспылил от таких слов антуриум, – насколько мне известно, мое происхождение и красота являют миру преданную страсть. Неужто вы не слышали старинную легенду обо мне? – закончил с возмущением гордый цветок и отвернулся, решительно показывая всем свое превосходство.

– Помилуйте сосед, не стоит дуться, поведайте историю свою, – с некоторой неловкостью сказал рододендрон, – уважьте общество, а мы послушаем, и может тоже о себе расскажем.

Прошло некоторое время, в комнате стояла тишина, все ждали. Антуриум принял это как высшее уважение и почитание его персоны, и с напыщенным видом принялся за рассказ:

– Эта легенда родилась на моей родине, в далекой Колумбии. Итак, “в давние времена, в одном колумбийском племени был жестокий, кровожадный вождь. Приглядел он себе в невесты красавицу из другого племени, но та отказала вождю. Рассвирепел вождь, велел разорить деревню, где жила девушка, а ее саму силой привести к нему. Только не смирилась гордая девушка – в день свадьбы, в красном праздничном платье она бросилась в костер. Увидев это, боги превратили девушку в цветок антуриума, нежный и изящный. На месте разоренной деревни вырос густой тропический лес, а капли влаги, стекающие по листьям его деревьев – это слезы безутешных родных девушки… И до сих пор, в Колумбии существует поверье, что антуриум приносит счастье и достаток молодоженам. Букеты из этих цветов ставят в комнату молодой семьи весь медовый месяц”.

– Ну вот, теперь вы знаете, что я из благородных, и его лепесток заалел ярче прежнего от ощущения своей важности.

Моя история не менее интересна и поучительна – сказал в свою очередь рододендрон. Вот послушайте: “однажды в лесу, где жили эльфы случился большой пожар. Спасаясь от огня, эльфы покинули родные места. Уставшие, почти обессиленные, они добрались до небольшого лесочка у подножия горы. И стали искать себе место для ночлега, но деревья уже были заняты местным лесным народцем. А прекрасные цветы, растущие здесь в изобилии, отказывались служить эльфам в качестве ложа, боясь повредить свои лепестки. И только один неприметный кустарник, примостившийся на краю леса, гостеприимно разрешил беженцам укрыться среди своей листвы. Проведя спокойную ночь под растением, охранявшим их сон, эльфы решили отблагодарить его за заботу и уют. И вот когда взошло солнце, на невзрачном кустарнике вдруг распустились сотни ярких цветов. В одно мгновение он затмил своим очарованием самые пышные цветы. Но это еще не все. Чтобы защитить рододендрон, эльфы наградили его одним необыкновенным свойством – одурманивать тех, кто намеревался сорвать его цветы или вкусить все, что с ним связано. К примеру, из дневников древнегреческого полководца и ученого Ксенофонта известно, что греческие солдаты, наевшись дикого меда, нектар для которого пчелы собрали с рододендрона, впали в наркотическое опьянение и сон”. Вот такой удивительный цветок: красивый и коварный.

– Но вы друзья не беспокойтесь, что я могу причинить вам вред, – сказал немного с грустью рододендрон, – нет, я давно комнатный цветок и не пользуюсь этим свойством. И ныне стараюсь дарить миру красоту и очарование, распускаясь каждую весну роскошными букетами из миниатюрных розочек, оправдывая свое название. Ведь рододендрон означает “дерево роз”.

Вокруг воцарилась тишина.

В это время герань, склонив набок голову с бледно-алыми полураскрытыми бутонами и слушая внимательно рассказы своих соседей, также решила поведать все истории о своем происхождении и пользе.

– Ну что ж, господа, – заговорила герань, нежно шевеля изумрудными листочками от волнения, – позвольте и мне явить себя миру. Я расскажу вам несколько историй, и вы поймете, почему горшки с моими собратьями есть в каждом, даже самом бедном доме.

– Да-да, голубушка, мы во внимании – восторженно сказал рододендрон. Антуриум, молча поддержав беседу, лишь насупился и с некоторым высокомерием обратил свой взор на скромную собеседницу.

– Итак, – начала герань, – история первая: “давным-давно, в Липецкой области существовала легенда о стаях журавлей, гнездящихся на Воргольских скалах. В одно время зачастили к этим скалам браконьеры, стали охотиться на птиц. Однажды браконьер подстрелил из ружья самку журавля. Осиротевший журавль три дня кружил над тем местом, где погибла его подруга, и и жалобно кричал. А потом бросился с размаху на острые скалы. Другие же журавли поднялись с места и улетели туда, где бы злые люди их не тревожили.

А на том месте, где разбился журавль, выросли душистые цветы и покрыли собой горные склоны. После того, как они отцвели, люди заметили, что их плоды напоминают клювы журавлей. С тех пор, в народе, герань зовут журавлиной травой”. Вот вам любовь и верность.

История вторая. Согласно восточной легенде, “герань была сорняком, и ничем не радовала людей. Однажды пророк Магомед спустился с горы и повесил свою пропотевшую накидку на куст герани. Растение подставило ткань навстречу солнечным лучам и быстро высушило одежду. Благодарный пророк покрыл герань красивыми цветками, которые источали нежный запах”. Вот вам и дивный аромат.

История третья: “однажды немецкий сапожник возвращался домой домой изрядно навеселе. Он шел, смотря под ноги и думал, как ему сейчас достанется от жены. Вдруг он увидел под ногами цветок, это была герань. Сапожник поднял растение и понес домой. Жена, едва вдохнув аромат цветка стала улыбаться, забыв, что хотела отругать мужа, за то, что он опять выпил много пива. Женщина поставила цветок в воду, где он пустил корни, и затем его пересадили в горшок с землей. С тех пор, герань стала жить в доме, и вскоре стала добрее”. Вот вам мир и уют среди живущих в доме.

– Такие вот, мои истории – окончила повествование герань. – Судить же вам, стоять ли мне с Вами рядом.

– Я восхищен, вы поразили нас – воскликнул с трепетом рододендрон. – Я преклоняюсь перед вами. Теперь вы для меня важнее всякой знатной дамы.

Антуриум же наш от злости, готов был в землю провалиться. Но так как рос в наикрасивейшем горшке, то посчитал достаточным лишь удалиться. И отвернувшись ото всех, закрылся мощною зеленою листвой, надеясь выйти в свет лишь с раннею весной.

Вот так и в обществе порой, один гордится лоском и налетной красотой, имея содержание пустое. Другой кичится временным очарованьем, даря всем мимолетно обаяние. А кто-то с внешней простотой, но внутренне глубоким содержанием доволен тем, что он в природе есть. А пользы от него и значимости больше.

2019 год

Сказка о вредном зелье

Однажды дочь-четырехлетка спросила: что такое наркотики?

Как объяснить, что это “белая смерть”, и какой вред они приносят человеку? Потом подумала, ведь с раннего детства ребенок учиться понимать окружающий мир и вести себя в нем именно через сказки. Так появилась эта история про наркотики, где главным героем стал персонаж из народного фольклора – Баба-Яга. И вот что из этого получилось.

***

Жила-была девочка, звали ее Ядвига. Как-то раз поехали родители в город на базар, а дочери наказали из дому не выходить, дверь никому не открывать. Не послушалась Ядвига, вышла на улицу и побежала играть с подружками. На дворе стояла поздняя осень, но погода в этот день была чудесная. Ярко светило солнышко, пели птички. Решили девочки пойти в лес, который за селом начинался, собрать грибов и ягод. Не заметила Ядвига, как отстала от подруг и заблудилась. Смеркалось. Испугалась она и пошла, куда глаза глядят. Долго ли, коротко ли шла, вдруг увидела огонек невдалеке, обрадовалась. Подошла ближе, смотрит, – избушка небольшая. Крыша мхом поросла, дверь дубовая и оконце слюдяное светится. Постучала, тишина. Еще раз, никто не отвечает. Толкнула дверь, та и отворилась. Зашла. Осмотрелась кругом, на стенах травы диковинные висят, на столе еда стоит, а в воздухе чуть-чуть дымка белесая витает с легким запахом каких-то растений. И захотелось ей очень кушать. Села девочка за стол, поела, и сморил ее крепкий сон.

Долго спала Ядвига, а когда проснулась, увидела рядом с собой старушонку необычную. Волосы зеленые, вроде как с тиною речной переплелись. Изо рта три зуба торчат, глаза впалые. А лицо и руки – все серое, почти землистого цвета. Сидит, вся дрожит, голос скрипучий такой. И говорит: “Я кикимора болотная, живу здесь с давних пор. А ты кто?” Рассказала девочка, что с ней случилось, и попросилась домой. “Пока ты спала, – отвечала старушка – зима пришла. Все кругом замело, завьюжило. Нанесло сугробов по лесу глубоких, сковало льдом реки. Надо весну ждать. Вот поживешь у меня, а там видно будет”. Делать нечего, осталась.

Кикимора уходила рано утром на болото, а вечером возвращалась и готовила еду особенную. Каждый раз добавляла травы таинственные, ей одной ведомые. А еще приучила Ядвигу курить, да не абы что, а наркотики, зелье травяное. Девочка оставалась одна в избушке, днем пряла кудель, занималась домашним хозяйством. Прошло время, она забыла дорогу домой, родителей, а жить в избушке даже понравилось.

Как-то зашла Ядвига далеко в лес и нашла небольшое озеро. Нагнулась к воде, посмотрела, как в зеркало, и испугалась своего отражения, сумев только выговорить “Баба – Яга…”. Так и осталось за ней это прозвище. Ведь думала, что выросла и превратилась в молодую красивую девушку, а увидела старуху “столетнюю”. Длинные седые волосы свисали до плеч, запавшие глаза вокруг были черные, синий нос неуклюже торчал как у ястреба. И кожа на лице стала бурая, с мелкими морщинками, как гусиная шкурка. Это сделали с ней наркотики, которые употребляла каждый день.

Вернулась она в избушку, смотрит, а кикимора-то лежит мертвая. Рядом кружка с недопитым зельем стоит и кругом порошок рассыпан. Оказалось, что кикимора от жадности на угощалась наркотиками, вот и смерть за ней пришла. А Баба-Яга так и осталась жить в лесной избушке на сосновой опушке, чтоб никто ее не видел. Только теперь она по свету летает и непослушных ребят собирает, чтоб не скучно было одной наркотиками питаться, от которых дети потихоньку умирают.

Вот такая сказка о вреде наркомании – “страшном зелье” – для детей и взрослых.

2005 год

Деревенский “жених”

Жили на улице две соседки, не старушки и не молодушки, а так в годах, веселые, говорливые. Одну звали Валентина Дмитриевна, другую Раиса Карповна. Все новости деревенские знали: кто как живет, у кого что происходит, кто, что купил, кто, что построил. Одним словом, местное “сарафанное радио”, какое встретишь возле подъезда в любом городе, в каждом селе на лавочке.

И вот как-то сидят они возле двора под тенью орехового дерева, и, как всегда, беседуют о том, о сем. День выдался ясный да теплый, середина октября, “бабье лето в разгаре. И вдруг видят идет по улице мужчина с палочкой, разодетый такой по-модному: в джинсах да в куртке кожаной, а сам то на вид “не первой молодости”. Тут наши подружки присмотрелись да как вскрикнут в один голос:

– Андрейка? Ты что ль? А нарядился – то, погляди!

Мужчина, шедший степенно по-дороге приостановился, с достоинством джентльмена кивнул сидящим дамам в ответ и продолжил свой путь. Ох и завелись же тут подружки на разговор, и давай вспоминать юность да молодость. Как гуляли на вечерках с парнями, как встречали рассвет на речке с молоденьким пастухом Андрейкой. Это нынче он Андрей Иванович, а тогда… Вот дошли в воспоминаниях до наших дней и понеслась “бабья брань”.

– Нет, ну ты Рая посмотри на этого “жениха” деревенского! Уж скоро носок смотрит в песок, а он все не угомониться. Всю жизнь бегал как кобелина, половину баб деревенских перещупал, а ни ребенка, ни котенка не успел завести, уж поди седьмой десяток разменял. Сколько знаем, все один в огромном дому кукует, как пень. А все оттого, что жадность в человеке от роду сидит. Даже занавесок в доме нет, все жалеет лишнюю копейку истратить. Вечером идешь мимо, так окна как большой телевизор, хорошо, что пластиковые, жалко -то улицу теплом отапливать, газ-тр ноне не дешевый. А тут смотрю на днях крышу на доме делают, железом кроют, внутри стены ровные… Дом отстраивать взялся, как будто жениться надумал под старость лет, кто ж его не знает. Глянь еще и вырядился… Посрамился бы в такие-то годы женихаться-то.

Тут Раиса Карповна и закатись смехом в ответ на речь подруги. Валентина Дмитриевна от возмущения аж подпрыгнула на лавочке:

– Ты чего смеешься? Что я сказала-то такого?

– Ой подруга, – продолжая смеяться ответила Раиса Карповна – Дак ведь намедни Нюрка – почтальонша мне что рассказала: “Еду, говорит, по улице на велосипеде, кому газету положу, кому письмецо кину в ящик, с кем так поболтаю. Прохожу мимо дядьки Андрея, его соседям письмо с Москвы пришло, а тот, как всегда, возле ворот топчется. Поздоровалась, и он в ответ, да так глянул, как рублем одарил. Я и скажи в шутку, даром, что язык без костей:

– Что дядька Андрей, крышу поменяли, ремонт обстоятельный делаете, теперь и жениться можно.

А он мне в ответ:

– Давай поженимся, я не против. Приходи ко мне жить, королевой будешь.

Сперва опешила от его слов, а потом на велосипед и бегом к себе на почту. Не дай бог кто услышал, наплетут, понесут по деревне так, что во век от позора не отмоешься”.

Вот тебе и Андрейка наш, так что гляди Дмитриевна, присватается к тебе наш “жених деревенский”, будешь первой “королевой в деревне”.

Тут уж и Валентина Дмитриевна в свою очередь рассмеялась от души:

– Ага, мне только замуж осталось идти, какая теперь с меня “королева”.

И утирая кончиком платка слезы в уголках глаз добавила с грустью в голосе:

– Я уж свое “откоролевила”, почти полвека прожили с Ваней душа в душу, хоть порой и у нас не все гладко было. Не зря говорят, жизнь прожить – не поле перейти. А уж как преставился горемычный мой, сама знаешь болел тихо. Так мне никто другой не надобен, ни с какими богатствами. Вот так подруженька.

Вдали пламенел закат. Сумерки опускались на землю. Вечерело. Воздух наливался последними ароматами осени. Женщины молча посидели немного, каждая думала о своем, а чуть погодя радушно попрощавшись разошлись по домам.

2019 год

Истории из жизни

Мобильный орехокол

Однажды вернулся муж с работы. Зашел в дом и слышит странный стук из-под стола в гостиной. Смотрит, а там дочка сидит и, что есть силы колотит небольшим черным предметом по грецким орехам. Кругом лежат осколки скорлупы, а малышка улыбается и говорит:

– 

Ой, папа, а я орешки кушаю!

Присмотрелся, что у нее в руках? Оказалось, что старый сотовый телефон “Моторола”, еще один из первых моделей. Сперва думал, все, конец мобильнику, испортился. Попробовал позвонить. Какой там! Работает, как прежде, отлично. Даже посторонние шумы исчезли.

2005 год

“Идешь, как в городе…”

Недавно на одной из старейших улиц села отремонтировали дорогу. Прежде, жители ходили по ухабам и пробирались окольными путями мимо ям, наполняющихся во время дождя. Поэтому разговоры о предстоящем дорожном ремонте казались очередным надувательством. Но вот загремели КамАЗы, поползли бульдозеры, прибыла еще разная техника. И процесс пошел, как говориться, в гору.

Через три, без малого, недели улица преобразилась утрамбованной гравием дорогой. А по бокам, как под линейку, водоотводные канавы, напротив каждого дома положены трубы. Выровнен и отсыпан подъезд к воротам. Красота! Домовладельцы обрадовались: “Наконец-то, и до нас дошла цивилизация!” Правда примыкающие к новоиспеченной дороге небольшие улочки, еще больше утопли в грязи. Теперь идя по одной из улочек, можно сказать:” Идешь в деревне”, а переходя на новую дорогу: “Идешь, как в городе”.

В день окончания работ по обновленной улице прогуливался радостный народ. Приятно же побыть в “цивилизации”, как говориться “из грязи, да в князи”. Вот молодая мама с коляской, заворачивая с улочки на гравийку, расплылась в довольной улыбке. Кто-то из прохожих, шедших навстречу, спеша поделиться впечатлениями спросил: “Как тебе дорога?”. Женщина еще больше заулыбалась и сказала: “Хорошо сделали. Даже ребенок плачет в коляске, не может успокоиться. Ведь больше не трясет по кочкам, как раньше”.

Вот вам и дорога – “как в городе”.

Попытался очаровать

Набережная небольшого курортного городка. Теплый июльский вечер. Воздух насыщен запахом моря, создавая романтическое настроение. Легкий ветерок пробегая по листьям камелий, растущих на аллее, добавляет волнующий аромат цветов. Кругом отдыхающие. Кто-то сидит на лавочке с газетой, кто-то присматривает за детьми, кто-то оживленно беседует.

Неспешно по брусчатке проходит яркая молодая пара, видимо здесь познакомились. Девушка заметно выше молодого человека, на миловидном лице глаза цвета ясного неба, стройность фигуры подчеркивает русая коса почти до пояса. Невысокий парень спортивного телосложения заметно южных кровей, обольстительно улыбается спутнице. Пытаясь очаровать собеседницу, парень рассказывает о своем материальном положении:

– У меня машина БМВ икс 5.

Девушка в ответ:

– А, у меня скоростной велосипед!

Парень продолжает разговор:

– У меня квартира в центре города.

Девушка парирует:

– А, у меня дом с печным отоплением!

Парень не выдерживает:

– Я живу в Москве.

Девушка восклицает:

– А, я живу в Сибири!

Парень отмахивается и заключает повышенным тоном:

– Да ну тебя! Другие ведутся на богатства, а тебя ничем не возьмешь!

Оставаясь на вулканических эмоциях, пара разворачивается и уходит в разные стороны. Вот и очаровал. Так и хочется сказать: не все продается и покупается за материальные блага. И в нынешнем поколении еще существуют высокие моральные ценности.

Цена здоровья

Небольшая очередь в аптеке. К окошку по выдаче лекарств подходит мужчина средних лет, обращается к фармацевту:

– Дайте что-нибудь от гриппа и простуды антивирусное.

И добавляет:

– Для жены.

Женщина-продавец, выбирая в шкафу подходящий медикамент предлагает:

– Вот хорошее антивирусное – 550 рублей.

Мужчина в ответ:

– Нет, мне что-нибудь подешевле.

И протягивает тысячную купюру.

Работник аптеки с улыбкой предлагает другой препарат:

– Вот за 333 рубля, тоже хорошо помогает. Или еще дешевле?

Мужчина смущенно улыбается в ответ:

– Да-да, можно еще дешевле.

Продавец не выдерживает и подает последнее лекарство:

– Вот за 38 рублей таблетки “Ремантадин”.

Мужчина восклицает:

– Вот-вот подойдет!

Продавец продолжает:

– Инструкция на таблетки лежит в пачке, читайте внимательно. По шесть штук в день…

Мужчина, прерывая фармацевта повернулся к выходу:

– Она у меня фельдшер. Сама разберется.

Стоящие в очереди дружно заулыбались; выражая общее мнение: “Вот и оценил здоровье”.

В нотариате

Очередь к государственному нотариусу – кто по списку, кто по предварительной записи, а кто-то, вообще, по блату. Большинство людей стоят уже несколько часов, но их не принимают, апеллируя определенной очередностью. Идет возмущенный ропот:

– Почему не могут вывесить правила приема граждан? И какие документы необходимы для оформления тех или иных дел?

В ответ послышалось:

– Разве не видите? Вывесили. Умершие по буквам, живые – в живую очередь.

Маршрутка

Пасмурная погода. Городская остановка. Народ с нетерпением ждет очередной транспорт. Подъехала фирменная маршрутка – микроавтобус. Открылись двери. Прибывшие пассажиры стоят как селедка в банке. Толпа ринулась в салон. Малогабаритная женщина, активно работая локтями и едва влезая в маршрутку обращается к водителю, возмущаясь:

– Какой ужасный автобус? Как можно тут ездить? Как вы работаете на таком транспорте?

Водитель обернулся и с завидным спокойствием проговорил: “Закажите такси”.

До следующей остановки все ехали молча.

Турмуз

Утро. Воинская часть. Построение в казарме. Молодой лейтенант подходит к солдату и делает замечание по внешнему виду: застегнуть пуговицы, подтянуть ремень. И тут обращает внимание, что у солдата под глазом огромный синяк:

– Это что?

Солдат в ответ:

– Я – турмуз.

– Не понял – говорит лейтенант. – Повтори.

– Я турмуз, товарищ лейтенант, – чеканит солдат.

Лейтенант не понял и опять переспрашивает:

– Что ты?

– Я турмуз, долго думаю. Вот товарищ сержант и учил меня быстро думать, – выпалил солдат.

Больше вопросов и замечаний у лейтенанта не возникло.

Ученик вспомнил…

По улице идет седой, подтянутый мужчина интеллигентного вида, заметно солидного возраста. Издалека следом сигналит машина, слышится крик водителя:

– Доброго здоровья, Михаил Васильевич!

Мужчина оборачивается, на лице благодарная улыбка, в голове проносится мысль: “Приятно же, что здороваются, а не кричат: “Эх, собака!”.

Оказывается, его бывший ученик вспомнил. И продолжая путь подумал: “Если ученик вспомнил с добром обо мне, значит чему-то да научил”.

2019 год