Kitobni o'qish: «Пенные брызги шампанского»

Звон бутылок в ящиках стал уже привычным за последнюю неделю. Начиная с середины декабря, Виктор развозил шампанское по ресторанам, кафе, учреждениям. Шесть, двенадцать бутылок в ящике – смотря, кто и как заказывал. Мужчина чуть старше сорока лет взял стаканчик с кофе, сделал глоток капучино и поставил в специальное для стаканчика место в машине.

Стрелки часов опустились вниз и соединились. Пол шестого, улыбка скользнула на его губах – сколько же смешных анекдотов про эти стрелки и на этом месте сложено. Усы дрогнули от смешка, по радио утром он услышал анекдот: молодой человек и девушка.

МЧ – девушка, вы замужем.

Д – да. А сколько время?

МЧ – полшестого…

Еще пара ходок и на сегодня все. Вернется домой к девяти часам… в пустую холостяцкую квартиру. Вот так получилось, что к своим сорока пяти остался один. Постоянные рейсы… отсутствие дома… жена ушла к другому… все как в анекдоте. Можно посмеяться, да почему-то было не смешно.

Целый год в стадии боевых действий – развод, продажа квартиры, деление имущества. Жена хотела все, но он твердо стоял на том, что квартира останется только сыну. Сумка с вещами и машина – его верный друг и товарищ, это все, что осталось у него. Санек уже большой. Сам встречается с девушками, он не вставал ни на чью сторону. Звонил отцу, но жил с матерью.

Виктор остановился около банка, позвонил по указанному телефону. Ему открыли ворота, и он въехал на территорию банка. Охранники выгрузили шесть ящиков шампанского. Виктор отошел в сторону и закурил. Сегодня ему не пришлось разгружать самому. Делал он это исключительно только в том случае, когда коллектив попадался женский. Женщины кокетливо бросали на него взгляды, а ему было все равно.

Коренастый, невысокий, курчавые темно-русые волосы, усы и темные глаза – все притягивало к нему женский взгляд, но обжегшись на молоке, не хотел дуть на воду. Жил для семьи, на сторону не ходил, сказать кому из мужиков – засмеют, при его то профессии, где столько соблазнов в каждом городе, он же всегда старался выполнить заказ быстрее и спешил домой… к жене… а потом стало просто не к кому.

Второй новый год он собирался праздновать один. Да как праздновать – посидеть у телевизора, поклацать по каналам, где поют одни и те же артисты… одни и те же песни. Уже полгода как он продал свою фуру и купил вот этот небольшой грузовичок. Снял квартиру на окраине города. Может он стареет – подумал он, потому как ему совсем не хотелось веселья, суеты, шума.

– Виктор, – окрикнула его Раиса Сергеевна, – подождите, – она несла ему подписанные документы. – Вот. С наступающим. Спасибо вам, – она протянула ему бутылку шампанского и документы.

– Спасибо, не надо, зачем, – он пожал плечами, ему стало неудобно. Почему эта незнакомая женщина поздравляет его.

– Ну как же, такой праздник через несколько дней, – она улыбнулась ему, – с праздником! Да, – она шагнула к нему ближе, – у меня к вам один вопрос, – она не знала, как начать. – Дело в том, что у меня есть сестра, она работает в детском саду, а их поставщик не привез им подарки. Вы не могли бы, – она посмотрела на него, – привезти подарки?

Мужчина нахмурился и пожал плечами:

– У меня все занято и забито, – покачал он головой.

– Неужели вы откажете маленьким детишкам? – у них завтра утренник, а они останутся без подарков.

– А что? Кроме меня некому? Обычно родителей просят, – Виктор ужасно не хотел брать еще один заказ на сегодня.

– Уже поздно кого-то просить, – она умоляюще на него смотрела, – завтра утренник у детишек, неужели вы откажете?

– У меня все занято до девяти часов, – Виктор взялся за ручку двери.

– Хорошо. Она будет вас ждать, вот адрес и телефон, – Раиса сунула ему маленький бумажный квадратик. – С ней обо всем и договоритесь, – она улыбнулась, – с праздником вас еще раз, – сунула ему шампанское и поспешила назад в помещение, ежась от холода.

Виктор сел в машину, положил шампанское на сиденье и выругался – вот оно ему надо – на ночь глядя, ехать куда-то, встречаться с кем-то, забирать какие-то подарки – да еще и самому все грузить придется, вот как пить дать. С его-то спиной… умудрился где-то простыть, или просквозило в машине.

Мужчина, выбросил окурок и закурил новую сигарету. Время неумолимо спешило вперед. Дороги под вечер были загружены. Стояние в пробках стало постоянным состоянием для водителей. По указанному адресу Виктор приехал к десяти часам – интересно, где забирать подарки и куда их потом везти? Ему было просто жутко любопытно.

– Я подъехал, – сказал он в телефон.

Приятный женский голос пискнул что-то в телефон и на улицу, закутанная в шаль выскочила женщина. Виктор чертыхнулся. Вот куда она в такой холод практически раздетая выскочила. Мужчина вышел на улицу.

– Виктор, – представился он.

– Нина, – женщину трясло от порывов ветра.

Виктор схватил ее за руку и затащил в помещение.

– С ума сошли? – накинулся он нее. – Чем только думаете? Потом там болит, тут болит, – начал он ее отчитывать.

Женщина смотрела на него, часто моргая, никак не могла понять – почему он на нее кричит.

– Ладно, – он махнул рукой – ему-то какое дело было до нее. Раз уж так получилось, быстро отвезет эти подарки и домой.

– Нам надо за город, за елкой, потом подарки забрать на складе, они там круглосуточно работают, – она говорила тихо, боясь вновь вызвать в нем приступ гнева.

– За город? – Виктор сдвинул вязаную шапку и почесал голову. – Там пурга настоящая. Куда ехать? Зачем?

– Нам елку не привезли, – чуть не плача, сообщила женщина. – Подарки, – перечисляла она, боясь посмотреть на него. – Мы заплатим.

– Вот этого не надо, – отрезал Виктор – не верил он в женские слезы.

Виктор окинул ее взглядом. Обычная, серая, неприметная. Просто одетая. А кто он – ценитель женщин? Ему стало неудобно за свои мысли, за то, что накричал на нее. Ему просто хотелось поскорее оказаться дома. Принять теплый душ, чем-нибудь натереть спину и принять горизонтальное положение.

Нина шмыгнула носом, она все еще тряслась от холода. К ним спешила старушка лет семидесяти.

– Приехал, – обрадовалась она. – Ты сынка, поможешь же нам. Как же деток без елки оставим? Говорила я тебе, Нина, будет у деток праздник. Вон какой молодчик.

– Нашли молодчика, – хмыкнул Виктор, проведя пальцами по усам. – Ладно уже, – смягчился он, – говорите – куда ехать.

Глаза Нины засветились радостью и надеждой. Она быстренько накинула на себя пальтишко.

– Поехали, – Виктор открыл перед ней дверь. – Ждите нас. Чаем-то напоите? – обратился он к вахтерше.

– А как же сынок, еще и салом своим домашним накормлю с хлебушком, сама пекла, сама солила, – пообещала старушка.

– Вот это другой разговор, – Виктор закрыл дверь. Помог Нине сесть, придерживая дверь, чтобы ее не вывернуло.

Женщина пыталась согреть руки, она искоса поглядывала на Виктора, который поморщился, пытаясь усесться.

– Болит? – тихо спросила она.

– Что? – Виктор повернулся к ней. – Сейчас печку включу, согреешься, – он перешел на ты, даже не замечая.

Две женщины. Он все-таки мужчина – значит должен помочь. Да и детки не виноваты в том, что у взрослых что-то не получилось. Успеет отдохнуть.

– Спина болит? – спросила она громче, отодвигая бутылку шампанского, которая скатилась к ней.

Виктор мельком взглянул на нее и на бутылку, лежащую между ними. Включил печку, музыку и спросил:

– А дотянули то до последнего почему? Утренник когда? – он закурил сигарету и приоткрыл окно. – Прости, привычка, – объяснил он, делая очередную затяжку.

– Подвели заказчики. Садик бюджетный, пока деньги выбили, пока договорились, вот так и получилось, – Нина прижала ладони к щекам. После холода они стали красными и горели. – Я неделю, как в должности, много не знаю, а тут сразу праздник, столько хлопот, нюансов, – она устало вздохнула.

Виктор хмыкнул, его усы при этом смешно дернулись. Нина улыбнулась. Интересный мужчина, с одной стороны хмурый, боишься спросить, а с другой – улыбнется – вроде уже и не так страшно.

Улицы города сверкали новогодними гирляндами. Около ресторанов виднелись кучки людей, которые уже отмечали Новый год рабочими коллективами.

– Новый год – семейный праздник, – тихо произнесла Нина.

– Что? – Виктор вздрогнул, когда услышал ее бормотание. – Чего вы себе под нос бормочите? – он бросил на нее взгляд.

Нина нахмурилась и посмотрела на Виктора:

– Вы что глухой? – спросила она его.

– Я хорошо слышу, когда внятно говорят. Чего вы все время мямлите, если вы также со всеми договаривались, то мне понятно, почему вы до сих пор без елки и подарков, – упрекнул он ее.

– Зато вы уже с шампанским, – накинулась она на него. – Выпить не терпится?

Брови Виктора метнулись вверх, он не успел ей ответить, так как машина выехала на трассу и ее стало раскачивать от порывов ветра.

– Слушай, куда мы едем? – спросил он. – Почему елку нельзя в городе купить?

– В городе дороже и нет такой высокой, как надо нам.

– А не лучше ли искусственную купить и проблем больше не будет?, – предложил Виктор.

– На следующий год я об этом подумаю и позабочусь заранее, надо собрать родителей, спросить – не против ли они. Все не так просто. Сейчас все умные пошли – это не то, это не так. Это не такие игрушки, – Нина вздохнула.

– Значит, ехать за город – это недорого, а купить елку в черте города – дорого, – Виктор почесал затылок и снял шапку. Его волнистые волосы торчали в разные стороны.

Нине хотелось протянуть руку и поправить их, но он уже сам быстрыми движениями разлохматил их еще больше. Она рассмеялась.

– Что на лешего стал похож? – кивнул Виктор, – знаю, сладу с ними нет, а стричься коротко не люблю.

– И я не люблю, когда волосы короткие, ой – Нина испугалась, что произнесла это.

Виктор напрягся, услышав такие слова, которые сразу повеяли домом, теплом, уютом – мгновенно представил, как она своей маленькой ладошкой проводит по его рукам, это маленькое виденье всколыхнуло все в нем. Он чертыхнулся.

– Простите, – прошептала Нина, вновь перейдя на шепот.

– Да прекрати постоянно извиняться, – Виктор свернул с трассы и, проехав метров двести, остановился около небольшой будки, в которой горел свет. – Сиди тут, – приказал он.

Виктор вышел из машины, отворачиваясь от ветра. Расплатившись за трехметровую елку, вдвоем с продавцом они засунули ее в машину и закрыли двери. Виктор пожал руку мужчине и запрыгнул на водительское сиденье. Нина поежилась, когда он подул на свои руки.

– Вот ведь завернуло, – произнесла она.

– Зима, – буркнул Виктор, стараясь не смотреть на нее. Почему эта маленькая хрупкая женщина вызвала в нем такое сочувствие, желание помочь, он не понимал.

Стремясь побыстрее отделаться от нее, он сильнее давил на газ, не забывая о том, что на дороге гололед. В городе ветер был чуть меньше. На складах Нина подписала документы, отдав доверенность. Сорок коробок с подарками и в каждой по 8 подарков. Виктор загрузил последний и со скрипом разогнулся. Как же не вовремя его схватила спина.

Нина протянула руку, желая помочь ему спуститься с машины. Виктор сначала хотел проигнорировать, но оперся и спрыгнул, стон сорвался с его губ.

– Кто же так прыгает, в таком состоянии? – пожурила она его как ребенка.

– Если я буду все делать плавно и медленно, мы к утру не управимся. Поехали, – он закрыл двери…

…

– Елка есть. Подарки тоже. Украшать кто будет и когда? – спросил Виктор, когда они уже подъезжали к садику, он взглянул на часы – стрелки перевалили за двенадцать. Спина отдавала сотнями игл в поясницу.

– Нарядим, – Нина постаралась улыбнуться. – утром дочка придет со своими друзьями, помогут.

Вдвоем с Ниной они вытащили елку и занесли в зал. Валентина Ивановна открывала им двери, придерживала. Виктор спросил, куда подарки заносить и мысленно чертыхнулся. Он уже стал тянуть ногу, а тут еще ему столько коробок разгрузить надо. Нина хотела помочь, но он шикнул на нее, чтобы зашла внутрь.

Десять коробок через полчаса были аккуратно составлены в ее кабинете. Спина неимоверно ныла. Диван был настолько притягателен, что Виктор махнул рукой и вытянулся, медленно распрямляясь. Бутылка шампанского, вытащенная из кармана, красовалась на столе.

Когда он забирал последний ящик, то сунул ее в карман, когда брал сигареты в кабине. Ну с кем ему ее пить, а тут пусть Нина отметит со своими коллегами.

– Что, сынок, совсем плохо? – Валентина Ивановна заглянула в кабинет к Нине с тарелкой, прикрытой салфеткой. – Я вот тебе сальцо с хлебушком принесла. Чаек сейчас сделаю, только посмотрю, как там Нина, она же умудрилась на лестницу залезть. Звезду вешает.

Виктор закатил глаза и заставил себя подняться с дивана. Нет – ну что за женщина. И откуда в такой маленькой, хрупкой столько энергии? Он заглянул в зал и увидел ее на стремянке. Нет – она точно сведет его с ума.

Мужчина успел вовремя, Нина чуть не упала, когда в очередной раз потянулась, чтобы повесить гирлянду. Он схватил лестницу и удержал ее. Подняв голову, его взгляд остановился на ее стройных ногах.

– Что? Что вы делаете? – Нина покраснела и прижала юбку к ногам.

– Черт с тобой, – Виктор все-таки чертыхнулся и силой стащил ее вниз. – Будь тут и подавай.

Каждый шаг давался с трудом, а уж движения влево и вправо, игрушки, которые подавали то Нина, то Валентина Ивановна, сколько их было. Виктор, сжав зубы, развешивал их, потом мишуру.

– Ну вот, – объявила Валентина Ивановна и выключила свет.

Виктор спустился вниз и присел у стены. Он не мог больше двигаться. Просто смотрел на сотни огней, бегающих по елке волной.

– Красота, – прошептала Нина, прижав руки к груди.

Его взгляд остановился на округлостях, обтянутых свитером, перед глазами возникли ее ноги под юбкой. Виктор замотал головой. Три часа ночи. Он просто дико устал, а тут еще и спина… и у него просто давно не было женщины. Да и просто женщина ему была не нужна… а заводить какие-либо отношения… нет… надо срочно уезжать – эти мысли, эта обстановка до добра не доведет.

Двинуться с места не было сил. Нина стояла недалеко от него, освещенная огнями гирлянды, он сидел у стены, а посредине зала сверкала настоящая новогодняя красавица… или красавица стояла чуть левее от нее… Виктор замотал головой и приподнялся.

– Все, – резко произнес он, сбрасывая с себя оцепенение.

Нина вздрогнула и обернулась.

– Спасибо вам, – прошептала она. – Что бы я без вас делала?

– Чайник закипел, – в зал заглянула вахтерша.

Виктор моргнул, Нина обернулась.

– Без чая мы вас не отпустим, – Валентина Ивановна протянула тюбик мази Нине. – Вот натри ему спину.

Виктор покачал головой – нет, ее ладошки на его спине… О нет… Валентина Ивановна подмигнула и вышла из зала. Нина растерянно вертела тюбик в руках.

– Я это… Пойдемте, – она решила, что должна ему помочь после всего, что он для них сделал.

Виктор хотел отказаться, но боль, пронзившая его, все решила за него. В кабинете пахло шоколадом. Он приподнял кофту и чуть приспустил штаны, улегся на диван. Холодные ручки скользнули по его телу, растирая, легко массируя. Неуверенно, неловко.

Виктор повернул голову и закрыл глаза. Боль немного отпустила. Нина натянула свитер на спину и укрыла его своей шалью.

– Полежи так, – прошептала она, закрывая тюбик.

Она хотела отойти, но он удержал ее, взяв за руку:

– Есть хочу, – он смотрел прямо в ее глаза.

Нина опустила голову – вот они все такие – еда, удовольствие и им ничего больше не надо, но Виктор не такой, он так помог ей. Она улыбнулась и взяла тарелку со стола.

– Подожди, – Виктор поднялся и застегнул штаны, – пойдем, – он взял бутылку и потянул ее за собой.

Они уселись на полу в зале, где горели огни на елке.

– Здесь так уютно, – хрипло прошептал он.

Спина помаленьку отпускала, шаль приятно грела, а перед глазами стояли ее ладошки, прижатые к груди. Нина убрала салфетку – на тарелочке лежали два бутерброда с салом.

– Валентина Ивановна, великая женщина, – прошептала она.

– Мировой человек, – согласился Виктор. – А не выпить ли нам шампанское? – спросил он, начав открывать бутылку…

Резкий хлопок – оба вздрогнули и застыли, шампанское пеной полилось на них, обивая их своими шипучими пузырьками. Ни мужчина, ни женщина, не попыталась отстраниться.

– Наболталось в тепле, – хрипло прошептал он, смотря на Нину.

– Я бокалы не взяла, – прошептала Нина, смотря ему прямо в глаза.

Они сидели на полу, опершись спинами о стену, облитые шампанским, освещенные огоньками гирлянды. Виктор сделал глоток и протянул ей бутылку. Нина отхлебнула и чуть не подавилась.

– Никогда шампанское не закусывал салом, – хмыкнул Виктор, делая второй глоток.

– И я, – улыбнулась Нина.

– С наступающим! – Виктор взглянул на нее.

Женщина не удержалась и провела по его волосам, Виктор зажмурился – как же это приятно. Он стиснул зубы и потянулся к ней.

– Прости, – прошептал он, – больше не могу.

Нина не успела нахмуриться, как он нежно прикоснулся к ее губам, сминая их. Нет, он сошел с ума, если вновь решился довериться женщине, но она ответила, обхватив руками его шею, прижимаясь к нему.

Она не поняла, как он поднял ее с пола… Как они оказались в ее кабинете, как выключал он свет, как опускал ее на диван… Все смешалось, сердца стучали в унисон…

…– Твоя спина? – спросила она его, лежа на нем, слушая стук его сердца.

– Лучше, – прошептал он, и его грудь сотряслась от смеха, он взял ее ладошку и поцеловал пальцы. – Почему-то десять минут назад ты о ней не подумала.

Нина покраснела и попыталась приподняться, но он удержал ее.

– Глупенькая, куда же ты так спешишь? – Виктор заглянул в ее глаза.

– Я…я, – она не знала, что ответить, как объяснить свое поведение, она выпуталась из его объятий и стала одеваться. – Что ты обо мне подумаешь, – она покачала головой, ругая себя. – Я ведь… я никогда…, а тут… словно…

Он подошел к ней сзади и обнял, опуская голову на ее макушку.

– Я тоже…, – прошептал он.

– Витя, – прошептала она, закрывая глаза, – а что ты скажешь на счет того, чтобы встретить этот Новый год со мной?

– Скажу, что если бы ты не предложила, я бы сам пришел. Знаю кто твоя сестра, разыскал бы тебя. И потом Валентина Ивановна бы с радостью дала бы мне твой адрес.

– Значит, – она повернулась в его руках, – ты придешь?

– Значит, будет кому открывать шампанское, – утвердительно кивнул он. – Поехали.

– Куда? – удивилась она.

– По домам, или ты хочешь, чтобы тебя все увидели в таком виде?

Нина прижала ладошки к щекам – вся взъерошенная, облитая шампанским – что о ней подумают?..

Валентина Ивановна с улыбкой провожала их, делая вид, что ни о чем не догадывается. Ветер утих, снег мягко кружил. Виктор завел двигатель, а Нина поежилась от холода.

На этот раз он не стал отворачиваться, а наоборот потянулся к ней, обнимая, целуя, согревая…

Валентина Ивановна зашла в зал, подняла бутылку, забрала пустую тарелку и остановилась у елки.

– Ну что же, вот теперь будет настоящий праздник, – она коснулась ветки, тронула шарик.

Комнату осветили фары, уезжающей машины, а на губах старушки блуждала улыбка – вот ведь, как все порой складывается… не ждешь… не гадаешь… получаешь…

…Бой курантов, радость в глазах и снова брызги шампанского… Нина и Виктор лишь рассмеялись. Она подставила фужеры, которые он наполнил их. Они выпили их до дна, поздравляя друг друга, желая одного, чтобы между ними всегда было так, как сейчас:

– Так это что? – Нина отстранилась от него. – Ты теперь всегда будешь обливать меня им?

– Главное шампанским запастись, – рассмеялся Виктор, притягивая ее к себе. – С новым годом!!!

– С Новым счастьем!!! – прошептала она, а у него мурашки побежали по коже…как же он любил, когда она вот так…тихо…ласково…нежно…

… конец…