Kitobni o'qish: «Пять ложек меда родительской любви. Просто о сложных вопросах воспитания»

Глава 1. Любовь. Как воспитать ребенка, способного любить

Для начала важно обозначить, что такое любовь. Давайте примем следующее ее определение: любовь – это инвестиция психической энергии в другого человека. Как мы инвестируем? Заботясь о нем, проявляя к нему внимание и интерес.

Необходимо отметить, что любовь детская и любовь взрослая очень отличаются. На протяжении всего периода детства ребенок обучается любить. Способность любить – это во многом то, что делает нас людьми. Именно родители или другие близкие люди обучают малыша любви. То, как они видят и понимают любовь, то, как они любят друг друга, и то, как они любят ребенка, будет определять его способность любить родителей, а в дальнейшем – партнеров и людей вообще и, в свою очередь, принимать любовь от окружающих.

В чем же разница между детской (незрелой) и взрослой (зрелой) любовью? Ответ на этот вопрос поможет вам понять, чем вообще детская психика принципиально отличается от взрослой, а также то, насколько вы сами смогли преодолеть свои детские паттерны поведения и умеете строить взрослые отношения с партнером.

Отличия детской и взрослой любви

1. Ребенок способен больше брать, чем давать. Он маленький потребитель, и это для него естественно и нормально. Он твердо уверен, что ему обязаны давать любовь, чтобы удовлетворить его потребности. Все его отношения с окружающими основаны на простой формуле: «Если мне это нравится, я принимаю (еду, слова, правила и так далее), если не нравится – отвергаю. И буду недоволен, если вы даете мне то, что не нравится, потому что вы должны делать так, как нужно мне».

Заметьте: если взрослый так же потребительски воспринимает любовь, то это говорит о его незрелости. Например, такой незрелый человек уверен, что ему должны давать все, в чем он нуждается, лишь потому, что он такой, какой есть. Кто-то просто обязан сделать его жизнь легче, приятнее и интереснее. В противном случае тот, от кого он этого ждет, недостоин любви, и необходимо ему об этом сообщить или, может быть, даже заставить его дать то, что требуется. Дети пытаются этого добиться при помощи истерик, плохого поведения, плача и крика. Взрослые – при помощи манипуляций: «Ты не мужчина, если не можешь купить мне новый телефон», «Мужчина должен…» / «Женщина должна…»

2. Любовь ребенка очень требовательна. Он уверен, что его должны любить. Любить только его, чтобы он был самым главным. Ребенок ревнует, если мать говорит с кем-то другим, если берет других детей на колени или играет с ними. Он может ревновать к другому родителю. «Папа, уходи», – говорит малыш, стоит только отцу прервать его игру с матерью.

Весь период взросления связан с тем, что ребенок будет пытаться установить именно такое правило: я самый главный, любите все только меня и больше никого. А родитель станет балансировать между двумя важными задачами: 1) дать ребенку возможность почувствовать себя достаточно любимым, для того чтобы стать уверенным в себе и обрести базовое доверие к миру, и 2) установить границы любви, чтобы ребенок мог обрести адекватную самооценку, контакт с реальностью и способность выстраивать удовлетворяющие отношения с окружающими людьми.

Если родителям не удается справиться с этой задачей, то требовательная любовь сохраняется и во взрослом возрасте. Такие выросшие дети уверены, что родители были обязаны их любить, и любить именно так, как им это было нужно. Они продолжают доказывать родителям, что те дали им не ту любовь, и требовать признать это и извиниться.

Разберемся на примере

Пусть у нас с вами будет гипотетическая Марина. У Марины были хорошие отношения с родителями в детстве, и она считала свое детство очень счастливым… ровно до тех пор, пока сама не родила дочку.

И здесь у нее вдруг открылся огромный резервуар обид, возмущения, боли и чувства несправедливости: «Да как они могли оставить меня, двухлетнюю, с бабушкой на полгода!», «Как они могли запирать одну в ванной, пока я не дочитаю домашнее задание?», «Их любовь вообще была условной: если я делала, как они хотели, то была хорошей девочкой, поэтому меня любили, если нет – мама могла днями со мной не разговаривать, при этом я должна была догадаться сама, что именно сказала или сделала не так!»

И как только Марина все это сформулировала для себя, она выплеснула обиду на родителей. Всякий раз, когда они виделись, предъявляла им претензии, возмущалась, язвила, упрекала, плакала и обвиняла.

Отец молча уходил, не желая участвовать в подобных разговорах, а мать в ответ оборонялась: «Мы дали, что могли, тогда всей вашей психологии никто не знал», «У тебя хотя бы отец не пил, а вот у соседей…», «Прекрати выдумывать, никто тебя не обижал».

Конечно, эти слова вызывали у Марины новый шквал обвинений и воспоминаний о том, как ее не принимали, обесценивали, уверяли, что ее чувства ненастоящие. Эти разговоры были мучительны для обеих сторон и ни к чему не приводили.

В итоге общение происходило все реже и реже. Марине было крайне сложно остановиться в своих претензиях, внутри клокотали обида и несправедливость: «Ведь они родители! Они должны были любить просто так, а не за что-то!»

В этом и есть отличие взрослого от ребенка: взрослый человек принимает тот факт, что его могут вообще не любить (даже близкие люди) или любить не так, как он того ожидает или, по его мнению, заслуживает. Взрослый человек сможет пережить спокойно и отсутствие взаимности в любви. Он примет этот факт, хотя ему и будет обидно. Для него это не будет означать, что он плохой, недостойный, неценный. Он понимает, что отсутствие взаимности – вариант нормы, так бывает.

Человек с непроработанной детской позицией будет находиться под влиянием детских представлений о любви, в соответствии с которыми ему должны дать то, что он ждет. А если он не встречает взаимности, это его буквально уничтожает, разрушает его самооценку и представления о себе как о ценном и важном человеке.

3. Если ребенок замечает, что любят не только его (например, еще его брата или сестру, отца), то это вызывает яркие чувства ревности и зависти, перерастающие в гнев. В этом смысле дети очень эгоцентричны и эгоистичны. Они не воспринимают другого человека, даже своего родителя, как полноценного участника отношений, как того, у кого есть собственные желания. Для ребенка есть только «я» и «я хочу».

Одна из важнейших особенностей детской любви – ее связь с ощущением нежности в противовес взрослой любви, для которой характерно проявление страсти к партнеру. Об этих различиях мы будем подробно говорить в главе 2, посвященной сексуальности и способности испытывать удовольствие.

Часть этих «детских» особенностей остается с человеком и когда он взрослеет. Но все-таки в основном нам предстоит избавиться от подобных представлений о любви и обрести ее новое, более глубокое и менее эгоцентричное восприятие. То, что нормально и даже необходимо для малыша, для его гармоничного развития как личности, взрослому человеку может очень мешать строить хорошие, крепкие отношения. И именно родители помогают ребенку переформатировать его нарциссическую инфантильную любовь во взрослое, настоящее двустороннее чувство к другому человеку. И для этого необходимы определенные условия. Какие – разберем дальше.

Как ребенок учится любить

Способность любить не заложена в человеке с рождения. Чтобы эта способность развилась, чтобы от первичного нарциссизма перейти в состояние адекватной самооценки и способности понимать и ценить не только себя, но и окружающих людей, создавая с ними близкие связи и стабильные продолжительные отношения, необходимо пройти долгий и нелегкий путь. И на этом пути ребенку крайне важно иметь рядом взрослого, способного к любви.

Все дети изначально очень эгоистичны и нарциссичны. Младенцы не отличают себя от других. Их мир – мир слияния с удовлетворяющей все их потребности матерью или человеком, который ее замещает. В процессе взросления малыш отделяется от матери, становясь все более самостоятельным физически и психологически. Сначала ребенок учится понимать, что они с матерью не единое целое, затем что она принадлежит не только ему, – и разочаровывается. Потом осознаёт, что он ценен сам по себе, и лишь тогда видит ценным и важным другого человека, учится любить. Кстати, способность по-настоящему любить кого-то не из семьи ребенок обретает только в подростковом периоде.

Итак, малыш не развивается сам по себе по встроенной программе. Да, в нем заложен колоссальный потенциал для развития, но для запуска этого процесса нужен заботящийся взрослый. Мы растем духовно только благодаря человеку, который за нами ухаживает. Ориентируясь на свой первичный объект, ребенок познает себя и этот мир. Он, по сути, подстраивается под свою мать (или того, кто ее замещает), чтобы выжить. Что это значит? У младенца наблюдаются реакции тела и психики на стимулы, исходящие из окружающего мира. Эти реакции – разная степень возбуждения. Если оно слишком сильное, то система стремится восстановить более спокойное состояние, если возбуждение слабое, то, напротив, усилить стимулы.

Ребенок настраивается на психологические особенности матери, ее уровень энергии, особенности ее возбуждения и самоуспокоения, словно какой-то сверхчувствительный инструмент. Например, если мать в депрессии, то ее малыш привыкает к низким стимулам и небольшому объему позитивных эмоций и чувств. Если мать постоянно находится в тревоге, ребенок также будет очень чувствителен к изменениям. У активных матерей и дети часто бывают довольно активны.

Постепенно с развитием мозга и социального опыта у ребенка расширяется диапазон чувств. Для него очень важно, чтобы кто-то помогал снимать слишком сильное возбуждение, поскольку сам он еще этого не умеет. Мать как раз тот человек, который успокаивает малыша, помогает ему справиться с возбуждением, контейнирует¹. Если она делает это успешно и регулярно, то со временем ребенок научится этому самостоятельно – сам для себя, а затем и для других, то есть приобретет навыки заботиться о себе и о других.

Мозг ребенка наиболее интенсивно развивается в первые полтора года. Если у него не было благоприятных условий для этого, если его недостаточно хорошо успокаивали, помогая справиться с излишним возбуждением, или недостаточно стимулировали, чтобы он развивался, то его могут ожидать серьезные сложности с прогрессом.

Итак, чтобы избавиться от дискомфорта и снизить уровень стресса, «переварить» стимулы, исходящие от окружающего мира, малышу нужна помощь взрослого. Как взрослый помогает? Он отражает чувства ребенка, тем самым делая их понятными и выносимыми. Сначала больше физически мать прижимает малыша, если ему трудно уснуть или успокоиться, покачивает его, поглаживает, если он перевозбужден, потом (по мере взросления ребенка) эти способы становятся все более вербально наполненными: «Малышу больно?» / «Ты расстроился?» / «Тебе страшно?» / «Это очень обидно – да?» и так далее. Мать, словно птица, которая кормит птенцов уже частично переваренной пищей, берет эмоцию ребенка, объясняет ее, приглушает, «переваривает» и отдает в удобоваримом для его незрелого восприятия виде. И она будет делать так много-много раз, пока ребенок не созреет для полноценного «переваривания» эмоций. А в процессе такого ухода и заботы он получит опыт, что эмоции – это не страшно, что с ними можно иметь дело, что он сам тоже способен их «переварить», что он умеет это делать и знает, что его не бросят и поддержат, если что-то не получается, знает, что мама рядом.

О важности контейнирования

1. Процесс контейнирования (или холдинг) для детей до полутора лет. Мама оберегает своего малыша от внешнего мира. Если видит, что ребенку неприятно чье-то общество, уносит его. Если ему слишком шумно, приглушает звук или относит малыша в другое помещение. Если он замерз, укрывает.

Она может помочь справиться и с теми импульсами, которые идут изнутри. Если ребенок встревожен – обнимает, прижимает его к себе, напевает что-то успокаивающее. Если он проголодался – кормит его.

Мама «переваривает» эмоции ребенка и возвращает их вербально. Например, когда ребенок ударился, он плачет больше от неожиданности, чем от боли. Мама может это заметить и сказать: «Ты мой хороший, ты упал со стульчика и испугался». Малыш не осознает пока этих нюансов, ему просто плохо, а мама поняла, объяснила, сделала его внутренний мир более понятным и менее пугающим.

Кажется, это очень простые вещи. Но благодаря этому каждодневному вкладу матери на ранних этапах развития малыша проводится колоссальная работа по построению психики.

Это база для дальнейшего безопасного взросления, когда ребенок становится все больше и больше самостоятельным и физически, и психологически. Поэтому так важно, чтобы на раннем этапе развития у малыша был такой контейнирующий родитель.

Хорошо, если такой родитель есть у ребенка и в последующие периоды детства. Но критически важен все же период до полутора лет, пока активно развивается мозг и закладывается ощущение себя.

2. Контейнирование после полутора лет. Мама и трехлетний малыш не могут договориться закончить прогулку, чтобы идти обедать. Ребенок упирается и кричит на всю улицу. Мама говорит: «Ты хочешь еще погулять, ведь здесь интересно. Ты по-настоящему разозлился на меня, я понимаю, но нам пора. Мы поедим, отдохнем и вернемся после сна». И если малыш не прекращает орать, то она просто берет его под мышку и уносит домой. Это тоже контейнирование. Мама объяснила ребенку чувства, которые его захлестывали и поток которых он не мог остановить, и помогла уйти, потому что он уже был не в состоянии сам с ними справиться.

Первоклассник пришел из школы. Огрызается на все предложения поесть, бросил портфель в угол, надулся. Мама садится рядышком: «Похоже, ты сильно расстроен. Наверное, что-то тебя вывело из равновесия?» Он либо рассказывает, что произошло, либо продолжает дуться. И если ребенок не рассказывает, то мама все равно гладит его по голове, целует в макушку, обнимает. А потом они вместе находят решение проблемы.

Мама, таким образом, выдерживает (контейнирует) три самые важные эмоции ребенка:

• гнев;

• деструктивность;

• ненависть.

Чтобы их выдерживать, надо быть в контакте с собственной агрессией и другими чувствами.

Почему дети плохо себя ведут? Почему они устраивают истерики, хотя понимают порой, что больший результат дает послушание и спокойствие? «Попроси спокойно, ну что ты кричишь? Попроси вежливо, почему ты опять требуешь?» Почему дети продолжают поступать так нелогично?

С точки зрения взросления ребенку важно не получить желаемое, а увидеть доказательство того, что мать выдержала его сильные негативные чувства.

Если мать не выдерживает, то она:

• либо дает ребенку желаемое («Ладно, на, только замолчи уже»);

• либо наказывает, срывается («Ты ужасно себя ведешь, будешь так себя вести, не включу мультики больше никогда»);

• либо отрицает чувства, бежит от них («Ну посмотри, как все хорошо, все же отлично у нас, чего ты плачешь?»).

В таком случае ребенок получает следующий опыт: с его чувствами справиться нельзя, они разрушительны. При этом опыта контейнирования он не приобретает и живет с убеждением, что в нем есть нечто такое, чего нельзя вынести, что-то тяжелое, плохое и деструктивное.

Потакание не доказательство любви. Настоящее подтверждение любви – способность матери вынести ненависть ребенка, направленную на нее.

Чтобы это сделать, родителю важно обладать ресурсами собственной психики, терпением и пониманием того, как развивается детская психика.

Представьте, что у ребенка в этот момент родитель не такой, как описано выше, а такой, которому сложно справляться со своими негативными чувствами, который постоянно раздражен и сам не может успокоиться. Что этот родитель будет делать? Ему трудно справиться с собой, с собственным возбуждением, а здесь еще и возбуждение ребенка, с которым надо что-то делать. Тогда это просто невыносимо, такой родитель ощущает себя переполненным, пытается срочно унять чувства малыша, избавиться от них. Не взять их, «переварить» и вернуть в другом виде (для этого нет места и ресурса), а просто заткнуть его. И он кричит: «Замолчи, хватит!» Он пугает: «Если не прекратишь, я…» Он манипулирует: «Из-за тебя голова разболелась!» Этот родитель делает так не потому, что желает ребенку зла, а потому, что у него нет ресурса справиться с этим другим способом.

Забота о собственном ресурсе – первая задача родителя.

Об этом мы еще поговорим дальше.

Что происходит, если малыш не получает опыта «переваривания» своих эмоций (особенно тяжелых, когда он раздражен, напуган, ему стыдно или тревожно, когда он злится)? Ребенок начинает считать себя плохим, неправильным, а свои эмоции невыносимыми. И он не может научиться воспринимать их как нормальные реакции на окружающие стимулы, он прячет их, боится, отрицает. Эти эмоции для ребенка опасны, они мешают ему в будущем научиться понимать и принимать себя, а также других людей. Он находится в постоянном напряжении и дисгармонии с собой. Если его возбуждение не сменяется успокоением (он же не научился этого делать), то это приведет не только к эмоциональным нарушениям, но и к соматическим (телесным) проблемам: трудностям с дыханием, сбоями в гормональной и иммунной системах и так далее.

Прежде чем мы продолжим говорить про контейнирование, давайте обратимся к вашим чувствам. Возможно, к этому моменту прочтения книги у вас стали закрадываться, а может быть, и основательно поселились в голове и давно там жужжат, словно назойливые мухи, мысли, что вы сделали что-то не так со своим ребенком, что вы могли упустить какой-то важный момент и теперь ощущаете вину за его вероятные страдания. Хочу вас предостеречь от подобных переживаний. Во-первых, вина уместна там, где есть злой умысел. Уверена, вы не желали зла своим детям и делали все возможное, чтобы, напротив, дать им лучшее. Во-вторых, мы не биороботы и не можем поступать всегда правильно. В-третьих, существует понятие ответственности: это когда мы понимаем, что именно сделали не так, не виним себя за случившееся, а радуемся тому, что нам удалось осознать, что именно не так, и, следовательно, есть шанс многое исправить.

Необходимо донести еще одну важную мысль. Даже у серьезной психологической травмы часто есть оборотная сторона, плюсы, выгоды, некая компенсация. То, что делает нас особенными, уникальными личностями, и то, из чего можно извлечь выгоду. Например, ребенок, эмоции которого совсем не контейнировали и которого даже в какой-то момент попросту бросили, вырастает гиперответственным, самостоятельным. Он многого может достигнуть в жизни благодаря тому, что с ним произошло. Это закалило его. Если он осознает свой прошлый опыт, отгорюет его, примет и не будет вытеснять и отрицать («Мои родители сделали из меня человека, все было правильно»), то у него есть шанс не только выйти на новый уровень контакта с другими людьми, стать человечнее, но и сохранить все то, что досталось ему благодаря травме, однако уже сознавая и свои боли, и свои сильные стороны.

В этой книге мы поговорим о том, что делать, если все возможные ошибки допущены, как говорить об этом с детьми и что и как можно исправить.

Вернемся к контейнированию. Насколько эффективным оно будет, зависит от того, по какому типу мать будет выстраивать связь с ребенком, то есть какой контейнер она собой представляет.

Три вида контейнирования и их последствия

1. Гибкая связь. Мама – надежный контейнер (как описано выше). Ребенок не боится своих чувств, умеет их переживать, у него не возникает ощущения непереносимости. Он знает, что все эмоции нормальны, и потихоньку учится выражать их экологичнее, лучше справляться с последствиями.

2. Ригидная (твердая, неподатливая) связь. Мама поощряет ребенка сдерживать эмоции. Она выглядит холодной, рассудительной и контролирующей. Не одобряются отрицательные эмоции, положительные тоже. Не приветствуется, например, слишком бурная радость: «Не смейся много, потом плакать будешь». Чувства скорее заглушаются, приуменьшаются, обесцениваются: «Невелика беда», «Ну да, у всех так», «Подумаешь, дружить с тобой не хочет, ну и ладно» и так далее.

Ребенок ощущает себя непонятым, со своими «неправильными» чувствами. Чем старше он становится, тем меньше пытается довериться матери. Он знает, что в этот контейнер как вольется, так и выльется. Ребенок перегружен своими чувствами и ответственностью за самоконтроль. В силу возраста он этого еще не может, но к нему предъявляются требования: «Ты должен это уметь». И он очень старается. Он становится не по годам рассудительным, у него могут появиться ритуалы и навязчивые явления.

Взрослея, такой ребенок вполне может обзавестись обсессивно-компульсивным расстройством, навязчивыми явлениями. Он может страдать от трудоголизма, переедания, игромании, гонки за достижениями. Ему трудно справляться с сильными чувствами. Ребенок либо выглядит, словно его ничего не трогает, либо слишком бурно реагирует ни с того ни с сего на незначительные события. Он плохо чувствует себя, не понимает, например, когда пора остановиться, не ощущает усталости или перегруженности, у него плохой контакт с собственным телом.

3. Хрупкая связь. Здесь можно выделить два образа матери.

• Очень чувствительная, хрупкая, женщина-ребенок. У нее болит голова, желудок, спина, и вообще с ней надо быть осторожнее. Она тихая и выглядит теплой, даже эмпатичной.

• Женщина со слабой нервной системой. Если разойдется, не остановить. Она может порой бить посуду / рвать на себе волосы / пытаться выйти в окно.

Оба типа совсем не выносят своих эмоций и эмоций ребенка, пытаются их заглушить, приуменьшить, отвлечь малыша от переживаний. Эти мамы в совершенстве владеют техникой успокоения (только она не контейнирует эмоции, а приуменьшает их, вытесняет и отвлекает ребенка): «Ну что ты, все хорошо, всё в порядке, и совсем уже не болит, а вот смотри у меня здесь какая штука интересная…»

Ребенок чувствует, что у него внутри находится нечто огромное, страшное, опасное. Это нельзя никому показывать, иначе случится беда. При этом ему становится тревожно, словно внутри у него бомба замедленного действия: одно неверное решение – и как рванет! Все события в жизни, отклонение от плана, неожиданности воспринимаются как трагедия. При этом ребенку ни в коем случае нельзя демонстрировать свои проблемы близким, иначе он их травмирует. Конечно, в итоге у него повышенное чувство вины, он не уверен в себе, у него низкая самооценка. Чтобы избавиться от вины (через самонаказание), он становится склонен к бессознательному саморазрушительному поведению.

Вырастая, такой ребенок берет на себя заботу о матери. Если что-то случилось, он предпочитает ей не сообщать, чтобы не расстраивать («У мамы сердце / слабое здоровье / давление»). Он чувствует себя довольно одиноко. У него ощущение, что никто его не вынесет, не поймет, что он обречен носить в себе свою опасную уникальность, что другие люди словно с иной планеты, у него нет с ними контакта. Саморазрушительное поведение становится привычкой. Человек наказывает себя всю жизнь разными способами. Вокруг него люди, которые его используют, его жизнь тяжела и наполнена испытаниями, с ним все время случаются неприятности. Его жизненными девизами становятся: «Я как-нибудь потерплю», «Да мне самому ничего и не надо».

Чтобы избежать таких негативных сценариев, очень важна способность матери к контейнированию. Особенно если учесть, что в некоторых случаях нехватка контейнирования бывает настолько глобальной, что формируется нарциссическая личность – человек, глубоко раненный, неспособный любить других людей.

Как не воспитать нарцисса

Научите ребенка иметь дело со своим стыдом

Одна из важнейших эмоций, с которой ребенку необходимо научиться иметь дело, – это стыд. Именно от того, насколько успешно он сможет справляться со своим стыдом, с которым сталкивается в раннем детстве, зависит степень его нарциссичности в будущем.

Почему? Давайте разбираться. Стыд – одно из самых невыносимых чувств для человека.

Вина – это чувство, которое возникает вследствие какой-то ошибки, чего-то плохого, что было сделано в отношении другого, а стыд – это более глубокое личностное переживание, стыд за свою личность целиком.

Впервые ребенок испытывает стыд перед матерью, которой открывает всю свою эмоциональность. Он начинает сопротивляться родительским запретам, ограничениям, неудовлетворению своих желаний и кричит маме: «Нет!», «Не хочу!», «Не буду!», «Дай!» А она хмурится и говорит в ответ свое «нет» или «так нельзя» (такое происходит более-менее осознанно в возрасте около года).

В этот момент у ребенка рушится ощущение своего всемогущества. Он понимает, что ему не позволят делать все, что он хочет, и наступает разочарование и стыд: его словно лишают рая.

Маленькие дети очень эгоцентричны – у них ощущение, что все вокруг как-то связано с ними. И в этой ситуации самый простой и логичный вывод для ребенка: «Оказывается, я не центр вселенной, мне не дадут все, что я захочу, мне могут отказать. Или меня не любят? Я не нужен? Мне не дают, потому что я плохой?» И вот тогда приходит стыд. Это тяжелое, глубокое, трудно выносимое чувство. Оно связано с переживанием собственной неправильности, несовершенства (тогда как ранее была вера в обратное).

Пережить такой опыт необходимо каждому, чтобы стать личностью, научиться слышать потребности не только свои, но и других людей, выстраивать отношения с окружающими. Однако пережить опыт стыда и научиться это чувство «переваривать» можно только при определенных условиях.

• Когда рядом эмоционально открытый родитель (он физически доступен для ребенка, часто его гладит, обнимает, у него с малышом физический контакт, он смотрит ему в глаза, его взгляд теплый, мягкий, он сопереживает ребенку, открыт к его чувствам, готов их принять и услышать, говорит ему добрые слова, он сам не находится «на грани»).

• Когда между родителем и ребенком уже существует стабильная привязанность (у малыша не было травмирующего опыта долгого расставания с матерью в младенческом возрасте, он уверен, что мама никуда не денется, поэтому может выражать при ней всю силу своих эмоций и не боится быть отвергнутым/покинутым).

• Когда родитель не только запрещает и отказывает, но и часто бывает добр к ребенку, искренне его любит и восхищается им.

• Когда запрет не слишком строг.

• Когда родитель помогает пережить стыд, умеет и хочет утешить ребенка (после запрета он может пожалеть малыша, посочувствовать ему, показать, как можно, дать альтернативу).

Итак, вернемся к переживанию ребенком стыда. Чтобы научиться иметь дело с этой эмоцией и использовать ее себе во благо, родителям важно успокаивать малыша, утешать, не оставлять один на один с его стыдом.

Если вы что-то запретили ребенку, даже если не сдержались и прикрикнули на него, обязательно найдите в себе силы вернуться к нему, утешить, объяснить, как нельзя себя вести и почему, и показать, что же делать с эмоциями в ситуации, когда очень хочется, но нельзя (об этом мы еще поговорим позднее).

У нарциссической личности нет такого утешения, и тогда для нее стыд становится непереносимой эмоцией. И это выглядит как отсутствие стыда, словно его и нет: «Я особенный, мне не стыдно». Это может казаться толстокожестью, или самоуверенностью, или даже равнодушием. Если все же проникнуть сквозь броню нарцисса, он продемонстрирует ярость, потому что ему очень больно.

Как это может выглядеть во взрослом возрасте

Женщина развелась с мужем-нарциссом. После развода маленький сын живет с мамой. Через какое-то время женщина заводит отношения с мужчиной, и они собираются жить вместе. Узнав об этом, бывший супруг приходит в ярость. Он требует, чтобы ее новый мужчина держался как можно дальше от его сына, кричит, что она не имеет права с ним жить, и начинает угрожать, что отберет ребенка, потому что она не думает о его нуждах, а лишь хочет наладить свою личную жизнь, жертвуя сыном.

Конечно, это манипуляция. Все происходит не так, как хочется мужчине, его расстраивает эта ситуация, он чувствует себя ненужным, плохим, недостойным и неважным (жена ушла, рядом с сыном другой мужчина), и, когда нарциссический стыд слишком силен, чтобы с ним столкнуться, происходит его вытеснение и отрицание. Нарцисс, напротив, выглядит слишком уверенным в себе и правым в своих заключениях. Ограничения приводят нарциссов в ярость. Они не могут смириться с тем, что не все происходит так, как им хочется. Поэтому они не способны к грусти и принятию. Только к злости.

Грамотно запрещать, выставляя границы

Вот основные правила, как запрещать что-то совсем маленьким детям (до двух лет), чтобы запрет приносил пользу, помогал справиться со стыдом, который возникает при запрете, чтобы развивалась личность ребенка.

1. Не оставляйте малыша плакать одного. Он слишком мал, чтобы справиться с такими сильными эмоциями. Важно быть рядом. Как минимум в зоне его видимости.

2. Не нужно давать то, что вы не разрешили, даже если ребенок сильно плачет или в истерике. Чтобы утешить, его можно отвлечь. В большинстве случаев это хорошо работает.

3. Если что-то запрещаете, предложите альтернативу: «Кидать в телевизор нельзя, зато в корзинку можно. Посмотри, как здорово!»

4. Иногда истерики детей бывают очень сильными, вы даже можете столкнуться с ситуацией, когда ребенку трудно дышать или он начинает синеть, бледнеет его носогубный треугольник. Если видите, что малыш синеет, сбивается дыхание от крика, возьмите его на руки, крепко (но осторожно!) обнимите, говорите ему что угодно тихим спокойным монотонным голосом. Через какое-то время вы почувствуете, как он расслабляется. Так на нервную систему действует сжатие тела. В таком состоянии что-то объяснять малышу или даже отвлекать его бесполезно.

5. Выстраивая для ребенка границы, не создавайте заведомо нервных ситуаций, при которых истерика гарантирована. Например, если идете в кафе, будьте готовы, что он будет просить сладости, и лучше дать сразу, чем ждать, пока он повалится на пол. Повышается риск, что вы выйдете из себя (ведь все смотрят!). В магазинах не испытывайте терпение детей, они быстро устают. Давайте задания, чтобы отвлечь, разговаривайте.

6. Поощряйте «хорошее» поведение ребенка. Если один раз в ресторане он себя вел тихо, сразу скажите: «Как мне нравится, что ты спокойно играешь рядом и не бегаешь по ресторану. Ты уже такой большой».

В целом важно давать малышу возможность испытать небольшую дозу стыда за его поведение, после чего сразу утешить. Когда вы это делаете периодически, соблюдая перечисленные выше правила, итогом такого воспитания становится созревающая возможность ребенка превратить чувство собственной грандиозности в более реалистичное представление о себе и взрастить адекватную самооценку, а также научиться любить.

При таком подходе к полутора годам у малыша уже постепенно развивается понимание того, что:

• между ним и другими людьми существуют различия;

• его желания не равны желаниям окружающих;

• он не всемогущий;

• маме интересен не только он, она хочет отношений и с другими людьми.

Его это, конечно, разочаровывает, но это очень важный этап на пути взросления и отделения ребенка.

Вы непременно замечали, как годовалые дети бесстрашно, без оглядки на площадке убегают от матери, везде лазят, все вокруг исследуют? Это как раз следствие ощущения ими всемогущества, без которого такое открытое исследование было бы невозможно, мир представлялся бы слишком опасным.

Между полутора и тремя годами наступает следующий период, связанный с описанным выше процессом осознания того, что он, малыш, не всемогущ: восстановление отношений с матерью.

Что в норме происходит с ребенком от полутора до трех лет

Становится снова прилипчивым, не отпускает маму ни на шаг.

Хотя у него больше физических возможностей, чем у годовалого, он словно более робкий и стеснительный по сравнению с собой в прошлом.

Его поведение противоречиво: то он хочет постоянно быть с мамой, чтобы она разделяла все его игры, все видела и все знала, то требует независимости и отвергает ее, порой очень резко.

Характерны перепады настроения.

Отвержение матери может быть очень ярким, он на все говорит «нет», даже когда это нелогично.

Становится более капризным, может ухудшиться сон, аппетит, постоянно меняются его предпочтения, интересы и желания.

Иногда он похож на маленького тирана.

Повторим: описанное выше поведение – норма, поэтому не следует этого пугаться или злиться на малыша. Это необходимый этап для психики, и, если вы заметили подобное поведение у своего ребенка, это означает, что развитие идет своим чередом. К четырем годам этот процесс обычно завершается (часто говорят, что заканчивается кризис трех лет), и мы наблюдаем ребенка, который усвоил границы, имеет реалистичное представление о себе, понимает, что у других тоже есть свои желания и потребности и они тоже важны, так же как и его. Он чувствует себя более самостоятельным. Это влияет в том числе на то, что дети начинают быть способными выстраивать дружеские отношения.

Давайте разберем, как выглядит мягкое утешение ребенка с выстраиванием границ.

Разберемся на примере

Мама с двухлетней Анечкой находится дома. Аня лепит из пластилина за маленьким столиком, мама прибирается на кухне. У мамы звонит телефон, это ее подруга. Она садится на диван неподалеку от дочери и беседует с подругой. Анечка замечает, что мама занята не ею. Она сталкивается с тем, что маме интересен кто-то еще.

Сначала девочка посматривает на маму, продолжая играть в пластилин, но напряжение нарастает, и она оставляет игру, чтобы подойти к маме ближе и залезть к ней на руки. Мама позволяет ей сделать это.

Аня какое-то время сидит на руках у мамы, но затем начинает хлопать ее по щеке и говорит: «Хватит!» – призывая прекратить разговор. «Хватит болтать», – добавляет Аня. Это звучит грубо. Аня также может начать есть пластилин или кидать его на пол, чего, как она давно знает, делать категорически нельзя. Но Аня кидает пластилин на ковер и смотрит с вызовом маме в глаза.

Негативный сценарий (ведет к развитию нарциссизма и неприятию своего стыда)

Не замечать Аню, как бы она себя ни вела.

Закончить разговор с подругой: «Извини, я с ребенком, не могу говорить» (так ребенок усваивает, что он самый главный и его интересы всегда на первом месте).

Отрицать и обесценивать чувства ребенка: «Ой, ну чего ты раскапризничалась! Мама-то рядом».

Попытаться унять переживания Ани: «Тихо!», «Прекрати!», «Хватит!»

Отругать Аню, использовать шантаж, запугивание, манипуляции: «Прекращай так себя вести, иначе мультики не включу», «Будешь маму бить, отдам тебя соседям», «Не перестанешь орать, отправлю одну в комнату сидеть».

Разозлиться: «Да что ж это за ребенок такой, ни минуты нельзя матери поговорить / чем-то своим заняться! Как я устала от этого!»

Пристыдить Аню: «Ты неприлично себя ведешь», «Фу, какая нехорошая девочка», «Вот сейчас моя подруга подумает, какая Аня вредная девочка…»

Позитивный сценарий (поможет развить уверенность у ребенка, научит справляться с чувством стыда и гнева, улучшит навыки социализации)

Мягко отвести ее руку от своего лица и сказать: «Нет, так не нужно делать».

Сказать спокойно, подойдя к Ане: «Нехорошо кидать пластилин на ковер». «Пластилин есть нельзя. А почему? Потому что животик заболит». После этого важно уделить ребенку внимание, вовлечь ее в разговор с подругой или рассмотреть, что же она слепила, прокомментировав это.

Обратить внимание на дочку, на то, что она слепила, похвалить ее: «Давай мы посмотрим, что ты там слепила. Ух ты, какие шарики получились ровные. Ты так старалась!»

Продолжать взаимодействовать с ребенком и физически (обнимая ее, поглаживая), и вербально (периодически обращаясь к ней).

Можно включить подругу по видео и иногда вовлекать Аню в беседу, предложить девочке показать подруге, что она лепит (обучение социализации).

Важно

• Сохранять спокойствие, особенно когда ребенок проявляет деструктивные чувства или действует, нарушая запреты. При этом границы мы не переходим, не позволяем малышу оставаться один на один со своими эмоциями и переживаниями.

• Не бороться за власть, а показывать приемлемые способы общения, если мама и малыш не одни, сохраняя уважительное отношение к ребенку и к его зарождающейся самостоятельности.

• Продолжать выражать заботу о малыше, одновременно успокаивая его, когда необходимо.

• Периодически снимать напряжение ребенка, грамотно лавируя и держа ситуацию под контролем.

Как воспитать ребенка, способного любить

Обобщим все сказанное выше. Какие условия необходимы для того, чтобы малыш научился любить по-взрослому и отказался в итоге от инфантильных паттернов проявления любви?

Удовлетворение ребенка и контейнирование его эмоций

Когда мама внимательна к своему малышу, настроена на него, она видит и понимает, чего он хочет, в чем его потребности, а значит, может успешно их удовлетворить. Мама осознает свои негативные эмоции, умеет с ними справляться, поэтому она может понять негативные эмоции ребенка, «переварить» их и вернуть ему в том виде, в котором он готов с ними иметь дело. Она отражает его. Это помогает развиваться чувствам малыша, учит его понимать свои эмоции и, следовательно, осознавать, кто он такой, какой он.

Если чувства и потребности ребенка удовлетворяются, это позволяет ему ощутить себя ценным, важным и хорошим. Это очень значимо для самоидентификации и способности любить. Потому что наполненный человек (тот, кто ощущает свою ценность и «хорошесть») способен не только думать о себе и брать что-то от мира и окружающих, но и спокойно отдавать, делиться, а значит, любить по-взрослому.

Поддержка ребенка в преодолении чувства стыда

Это помогает малышу пережить разочарование от того, что он может порой не вызывать у матери позитивных эмоций, что он несовершенен. И позволяет ему принять тот факт, что несовершенны и другие.

Терпение родителя

Благодаря этому качеству мать принимает сильные чувства ребенка, и он не боится их выражать, а значит, учится понимать себя, иметь дело именно с такими чувствами, не бояться их и не разрушаться от них. Его эмоциональный интеллект растет, а вместе с ним развиваются способности к социализации. Самое сложное и самое важное, что необходимо выдержать матери:

• гнев;

• деструктивность;

• ненависть ребенка.

Удовольствие от контакта с ребенком

Без ощущения того, что он интересен, важен, нужен матери, у малыша не получится справиться с чувством стыда. Поэтому так важно, чтобы матери было хорошо с ребенком, чтобы она не тяготилась им (речь, конечно же, не о том, что мать не может устать от малыша, разозлиться на него, не захотеть иногда играть с ним, а о том, что в целом она заинтересована в ребенке, ей приятно проводить с ним какое-то время).

Особенно это важно в первый год жизни, когда мать транслирует через прикосновение, через проведенное с малышом время, через объятия, теплый взгляд, сообщение: «Ты нужный, ты хороший, я тебя очень люблю». Когда после кормления или купания ей хочется еще поговорить с ним, пообниматься, подержать его на ручках. Если же она просто выполняет утилитарные функции по уходу, у ребенка в будущем формируется прагматизм в человеческих отношениях: ты – мне, я – тебе.

Границы и умеренная фрустрация

Чтобы ребенок смог усвоить, что есть потребности других людей, а значит, мог выстраивать двусторонние отношения, научился сам заботиться и давать другому, необходимы ограничения. Когда малыш не получает все, что пожелает, он осознаёт, что другие люди тоже значимы; и у него запускается процесс принятия этого факта, он учится грустить, разочаровавшись в собственном всемогуществе. И вот тогда он оказывается способен стать на место другого. Это тоже важное качество для взрослой любви.

Наличие своей жизни у матери и ее способность любить кого-то еще, кроме ребенка

Опять же, если мать не слилась с ребенком и не подчинила ему всю свою жизнь, не отдала себя целиком, у малыша появляется возможность пережить разочарование, что мама не принадлежит ему полностью; и он обретает контакт с реальностью, где, помимо его желаний, есть желания других. Это снова про адекватные отношения с собой и окружающими и способность любить без инфантильных ожиданий: он (она) должен (должна) быть только моим (моей)!

Резюме

1. Возраст до трех лет – это период, когда ребенок очень нарциссичен (в норме). Он не осознаёт, что у других людей тоже есть потребности, желания и свои чувства, которые значимы так же, как и его.

2. Для малышей в этом возрасте характерно ощущение всемогущества, они остро чувствуют стыд, если их в этом всемогуществе осаживают, они не соблюдают границы других людей.

3. Если рядом оказывается терпеливый, понимающий и ресурсный родитель, ребенок успешно проходит эту стадию развития, приобретая в итоге здоровую самооценку, ощущение ценности своей личности и уважение к другим.

4. А если нет, то он застревает на стадии нарциссизма и вырастает в нарциссическую личность, которой очень сложно принимать свой стыд и любить других людей.