Отстаньте от родителей! Как перестать прорабатывать детские травмы и начать жить

У меня только один вопрос к автору: Надежда, как дела с супервизией?

Книга наполнена передергиванием фактов и методов, отсутствием любого уважения ко мнению, хоть сколько-нибудь отличному от мнения автора, крайне спорными терапевтическими приемами и желанием выставить себя на голову лучше остальных коллег.

Взять хотя бы первую историю про то, как якобы 14-летнюю девочку учат «прорабатывать фигуру матери». Ни один психолог не возьмется работать с темой сепарации у подростка. Подростка! И на фоне этой выдуманной истории автор хвалится, как исцелила девушку и принесла мир в ее семью всего одной меткой пятиминутной консультацией. И жили они долго и счастливо, жалко, что все это неправда.

Родителей действительно не стоит винить во всех бедах, но от этой книги потенциального вреда куда больше, чем возможной пользы

Мне хватило бесплатного отрывка, чтобы понять, сколько вреда могут принести такие вот телеповы. Чужую беду руками за минуту разведу, ага. Постоянные зомбирующие повторы: "психологи подсаживают надолго, надолго подсаживают". Я не спорю с тем, что надо жить свою жизнь, а не только психотерапевтироваться - но эта книга просто ужасна. А главное, вредна

О чем здесь вообще говорить? Автор явно не в курсе того, как работают с кПТСР и ранними дезадаптивными схемами (да и в курсе ли - что это вообще?). Издание подобных книг способно только навредить людям с такими проблемами, и они вместо того, чтобы искать квалифицированную помощь, будут тратить время на опасную макулатуру, пытаясь жить по ней.

Ознакомительный фрагмент отвратил желание покупать книгу. Автор грубо выворачивает факты в удобное для себя русло. Рассказ про девушку, ненавидящую мать по вине психологов, с завидной маниакальностью продолжает посещать семинары психолога, сомнителен.

Судя по всему, автору показалось, что эмпатия и моральная ответственность - это избыточные сложности. Гораздо проще - убедить жертву, что она сама всё придумала. В книге, претендующей на глубину и терапевтическую ценность, обнаруживается нечто противоположное - токсичный дискурс, обесценивающий чужую боль и маскирующий насилие под лозунгами прощения и "внутренней зрелости". С первых страниц книга последовательно внушает читателю: испытывать претензии к тем, кто причинил страдание - неправильно. Претензии к родителям, обидчикам, насильникам - признак инфантильности, якобы навязанный "модной" психологией. Простить - вот задача. И не потому, что прощение приходит естественно, когда человек действительно исцеляется, признавая, что жил с деспотами и обрывая с ними связь, а потому, что это "твоя работа". Работа жертвы. Такая вот подмена смыслов.

В современном обществе насилие над детьми, и вообще над всеми людьми, эмоциональное и физическое, считается недопустимым не только с моральной стороны, но и со стороны закона. Но книга предлагает иную систему ценностей: обида - это твой позор, а прощение - твой единственный выход. А деспоты - это просто бедные, цитирую: "мамы и папы, которых выбросили на обочину их взрослые дети, наслушавшись модной сегодня чуши". бедолаги((.

Тех, кто не простил, обвиняют в незрелости, застревании в прошлом, "зомбированием психологами". Эта риторика напрямую продолжает логику агрессора - где ответственность всегда на пострадавшем. Нет, ребятки, если вам было больно - это значит, что у вас естественный уровень здравомыслия, что, конечно, по версии книги - серьёзный дефект.

Особенно возмущение вызывает псевдотерапевтическая история девушки в начале, которая с очевидной натяжкой и художественной гиперболизацией выдается за реальный случай. Такая недобросовестность не просто снижает доверие к автору - она унижает реальных жертв. Это дешевый приём, а не уважение к сложным, многогранным человеческим судьбам.

Книга продвигает образ так называемой "светлой жертвы" - той, что никого не обвиняет, всё поняла, всех простила. Это фигура, удобная для культуры, где система не готова меняться. Такой жертве легко аплодировать, ею можно восхищаться - и при этом ничего не делать. Ни на уровне семьи, ни на уровне общества. Проблема в том, что настоящая травма - не метафора. Настоящее восстановление требует не приговора "стань выше", а признания права на боль, на гнев, на отказ прощать. На отказ любить деспотов, которые годами калечили маленького ребенка физически и морально. Ведь настоящая работа должна быть не у детей, которые десятилетиями тащат на себе последствия плохого отношения с самого рождения, а у тех, кто однажды причинил вред.

Прощение - это не обязанность и не духовная планка, которую должны перепрыгнуть все пострадавшие. И если бы прощение действительно лечило, его бы не нужно было навязывать. Но, видимо, лечиться здесь предлагается не жертвам, а агрессорам, за чужой счёт. Под видом помощи книга навязывает насилие в мягкой, обволакивающей форме. Такую литературу нельзя считать терапевтической. Скорее - это манифест удобства для агрессора и его защитников. Именно поэтому эта книга заслуживает критики. Не за тему, которую она поднимает, а за способ, которым она предлагает с этой темой справляться. Слепо, безответственно и жестоко - под маской просветления.

Так что, если вам довелось пострадать - не спешите чувствовать. Это уже, по версии книги, ошибка. Но если вы почувствовали - значит, в вас ещё жив человек. И это гораздо важнее, чем быть "просветлённым".