Kitobni o'qish: «Любовь длиною в океан»

Любовь длиною в океан или Круиз на теплоходе «Costa Majgika»

Тамара поднялась на десятую палубу теплохода и обомлела. Недалеко от лестницы стоял ее Юрка. Юрка, Юрочка, Юрасик… Сколько проведено бессонных ночей, сколько слез выплакано и транквилизаторов выпито. Тысячи раз она представляла как они встретятся, но никогда в своих мечтах она не думала о такой встрече и в таком месте.

Юрий стоял, облокотившись на перила и строго сосредоточено смотрел вдаль. Белоснежный комбинезон с синей как море надписью «Costa» не очень сочетался с грубыми чёрными ботинками, так ходили все работники корабля, отвечающие за техническую часть, видимо было очень удобно. Лицо чуть тронутое загаром, жёсткие складки у губ и на переносице, шрам на левой щеке, который ничуть не обезображивал лицо, а лишь придавал мужественности…

Тамара на мгновение замерла, сердце ее взбесилось, застучало, пытаясь выскочить и быстрее, чем его хозяйка добраться до того единственного человека, который был смыслом жизни.

Тамара медленно подошла к мужчине, ноги отказывались ей повиноваться, хотя внешне она выглядела спокойной, тронула за рукав, как ей показалось прокричала, а на самом деле тихо пробормотала: Юра, я так долго тебя искала!

Мужчина вздрогнул, метнул в неё Юркин неповторимый взгляд проговорил по-итальянски: «Извините сеньора, Вы видимо ошиблись, я Вас не знаю." Чтобы не упасть, Тамара ухватилась за поручень и прокричала, внезапно прорезавшимся голосом: "Юра! Да я тебя узнаю из миллиарда, что ты мне голову морочишь!". Мужчина вспыхнул, остановил, проходившего мимо работника сервисной службы, и уже на английском языке, попросил того проводить сеньору в медпункт, или в каюту, так как она плохо себя чувствует.

Тамара действительно была на грани нервного срыва, поэтому без возражений, поплелась в свою каюту в сопровождении молоденького филиппинца. Там наглоталась успокоительных таблеток и плюхнулась на кровать. Прикрыла глаза и воспоминания уже в который раз захлестнули ее.

С Юрием она познакомилась на вечере посвящения в студенты в сельскохозяйственном институте, куда поступила сразу после школы. Юра играл на гитаре в институтском ансамбле, ей же как старосте первокурсников экономического, поручили произнести речь от имени начинающих студентов. Мучилась писала, но речь получилась совсем стандартной, как передовица в их местной газете "Путь к Коммунизму". Тогда Тамара решила своё выступление зарифмовать и переложить на популярную мелодию "Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались". Получилось неплохо, она попросила всезнающую и якобы со всеми знакомую одногруппницу Наташу Сапелкину, чтобы та договорилась с музыкальным сопровождением. Та зуб дала, что договориться, но в последний момент сообщила, что музыканты отказались. Тамара бросилась к ребятам, те сказали, что какая то деваха им сообщила об этом минут за двадцать, а им надо репетировать, так они не будут позориться. Тома еле сдерживала слезы, и тут гитарист сжалился, сказал, что он ей подыграет в лучшем виде, и они бросились на сцену.

При первых аккордах, волнение пропало, и она своим сильным низким голосом пропела ответное слово первокурсников, что они будут хорошо учиться, любить свою профессию и как здорово, что они поступили в этот ВУЗ.

Зал встретил ее выступление бурно, кричали браво, а заместитель декана даже поцеловал ей руку. Вскоре начались танцы, Тамару приглашали наперебой парни, особенно часто Олег Муськин, как он представился Алекс. Имя Алекс подходило Олегу больше наречённого, он напоминал Томе пленных немцев из военных фильмов. Высокий, худой, белобрысый, прыщеватый, в круглых очёчках. Об Олеге Тома была наслышана, отец его работал в краевых силовых структурах, имел Волгу персональную и личную, последнюю иногда использовал сынок, чтобы пустить пыль в глаза девушкам. У Олега водились деньги, поэтому он не был обделён вниманием определённой категории слабого пола, несмотря на его заурядную внешность и слащавую услужливость.

Кружа в очередной раз Тамару в вальсе, Олег стал предлагать встречаться, на зимние каникулы съездить к его тете в Ленинград, Тамара отвечала уклончиво, после танца схватила в раздевалке плащик и убежала в общежитие, хотя ей хотелось дождаться окончания, чтобы домой пойти с Юрой. Тот не мог раньше уйти, веселил народ.

С Юрием она встретилась на следующее утро, когда решила съездить в Белоярск к бабе Зое, которая была ей за родителей. Мать умерла при родах, а отец вскоре женился и переехал в Новосибирск. У него появились два мальчика, Тому он видел редко, но помогал материально пока не умер два года назад. Вниманием и заботой Тамара не была обделена. Бабушка работала учительницей, но все оставшееся время проводила с внучкой.

Юрий предложил сходить в кино, но узнав, что Тамара едет домой, предложил проводить и тут же забрал сумку с продуктами. По дороге Юрий рассказал, что тоже жил с бабушкой, но только в селе Калманка, мать умерла восемь лет назад, а отец который развёлся с ней сразу после его рождения, уехал в Донецк, откуда был родом. У меня оба родителя украинцы, только мать из Одессы, бежали оттуда с бабушкой во время войны. В Сибири у бабы Клавы какие-то дальние родственники жили, вот она к ним и рванула, а дед погиб. Я наверно потому всегда о море мечтал, что корни в Одессе, там до сих пор бабушкин младший брат живет, начальник даже. А дед тоже был военный моряк. Я и с железками люблю возиться, так и на мехфаке оказался, но море – это святое, это мечта.

Когда подошли к дому, то увидели, что баба Зоя носит ведрами уголь в сарай, Юрий поздоровался, поставил сумку и подхватив ведра с углём стал помогать, потом и вовсе предложил женщинам заняться другими делами. Потом пили чай с каралечками из творога, в общежитие вернулись затемно, но Тамаре хотелось, чтобы скорей наступило завтра, чтобы увидеть Юрия.

Осень и зима пролетели незаметно. На зимних каникулах Юрий познакомил Тамару с бабушкой, но той Тома не понравилась, она прямо заявила, что желала бы видеть женой Юрия другую. Весной у бабы Клавы обнаружили рак, и Юрий на выходные стал уезжать в село Калманка. Тамара занималась вокалом и была звездой институтской самодеятельности. Олег опять стал преследовать девушку, видимо было обидно, что она предпочла другого. Летом Юрий ухаживал за больной, его даже освободили от практики, виделись они крайне редко, но тем горячее были свидания, они ещё каждый день писали друг другу письма, где Юрий очень красиво объяснялся в любви, сравнивая Тамару со вселенной, а свою любовь к ней огромной как океан, такой же бурный прозрачный щедрый и вечный как и его любовь к ней.

В начале сентября ухаживать за больной приехал брат Степан, Юрий наконец мог посвятить время учебе и Тамаре.

Одногруппники Юрия, учитывая, что курс был выпускной, стали жениться. Юрий был на расхват на свадьбах, кроме гитары он играл на баяне, аккордеоне, поэтому его наперебой приглашали на свадьбы. Денег у студентов было мало, поэтому сбрасывались по три рубля, сами готовили программу, арендовали студенческую столовую и веселились до упаду. Подарков было немного, но много веселья и пожеланий счастливой семейной жизни. Юра и сам не прочь был жениться, но останавливало здоровье бабы Клавы, да и баба Зоя просила их не торопиться, пусть Юра институт закончит, говорила она. Но их уже все считали женихом и невестой, Юрий даже подарил Томе обручальное кольцо прабабушки, которое досталось ему в наследство.

В середине ноября они с Юрием возвращались со студенческой свадьбы. Женился лучший друг Юрия Валера Осипов из Бийского района. Парень он был по тем временам не бедный, отец директор птицефабрики, но Валера решил отгулять как все студенческую свадьбу, закуска была лучше обычной, да спиртное лилось рекой. Юрий, хоть и играл много, но выпить пришлось, иначе молодые бы обиделись.

Недалёко от общежития их остановили трое парней, нагло стали приставать к Тамаре, один даже стал хватать за грудь, пытался поцеловать. Юрий предупредил парней, чтобы шли своей дорогой, но вместо этого один схватил Юрия сзади за плечи, а двое других стали бить его в лицо. Затем свалили на землю и стали пинать. Юрий пытался отбиться, но силы были неравны. Тамара, крича бегала вокруг, но помощь ее была ничтожной. Юрий вспомнил, что в кармане у него остались ножницы, которыми он разрезал ленту перед женихом и невестой, выхватил их и с силой ударил в ногу одного из нападавших, тот взвыл, отпустил хватку. Юрий вскочил, успел схватить Тамару за руку и они побежали в общежитие. Там все рассказали дежурной тёте Вале и ушли спать.

Утром в общежитие приехали милиционеры, и Юрия увезли в РОВД. Следом уехала Тамара. Обвинили Юрия в особо злостном хулиганстве, с применением предметов, используемых в качестве орудия.

Следствие длилось недолго. Все доводы Юрия и Тамары не принимали во внимание, а тетя Валя на очной ставке заявила, что Юрка пьяный ночью хвастался, что хотел завалить одного из парней за то, что тот сделал комплимент его девушке.

Уже после суда тётя Валя поведала Томе, что у неё сын сидит, его обещали выпустить досрочно, прощение просила. Тамара обивала пороги комсомольской и профсоюзной организаций, чтобы те написали ходатайство в пользу Юрия, но те даже в характеристике указали, что Юрий пропускал занятия (это когда он ухаживал за больной бабушкой), а также конфликтовал со студентами и преподавателями. Характеристику представленную в суд студентами не приняли, так как она была не заверена.

Тамара, наступив на горло собственной гордости, умоляла Олега помочь через отца Юрию, тот обещал, но ничего не сделал. Юру осудили, назначив три года колонии. Тамара заперлась в своей комнате у бабушки в Белоярске, отказывалась есть, не могла спать.

Через неделю к ним в дом пришёл какой-то шустрый парнишка, с наколкой на руке в виде восходящего солнца, передал письмо от Юрия из ИВС, где тот писал, что очень любит Тамару, что они обязательно будут вместе, что проживут вместе счастливую, длинную как дорога в океане, жизнь. Ты только дождись меня, ждут же из армии по три года. Тамара немного пришла в себя, жизнь продолжилась.

Она писала Юрию каждый день пространные послания, как провела день, что планирует делать, и все новости с воли. Юрий отвечал сдержанно и не так часто.

Вскоре после суда умерла баба Клава, Тамара побоялась сообщить об этом Юрию, не хотела расстраивать. Юрий узнал обо всем от дядьки Степана, тому потребовалась доверенность на продажу дома, хозяином числился Юрий. Все распродав, Степан и укатил назад в Одессу.

Вскоре Юрий прекратил отвечать на ее письма, а затем с освободившимся сокамерником, передал записку, что между ними все кончено, чтобы она не тратилась больше на бумагу.

Тома только сдала летнюю сессию и перешла на третий курс, бросилась в Рубцовск, где Юрий отбывал наказание, хотела услышать все от любимого сама, но тот от свидания отказался, Тома вернулась домой ни с чем.

Олег же все время крутился возле неё, делал мелкие услуги, засыпал подарками бабу Зою, Тамара то подарки не принимала, приглашал на разные мероприятия, хотя Тамара идти куда-либо с Олегом неизменно отказывалась. Бабушка ей все уши прожужжала, мол какой Олежек хороший мальчик, из приличной семьи, образованный, культурный…

Вскоре Юрий прислал письмо, что на этапе познакомился с чудесной девушкой, что сейчас они переписываются, как только он освободится, то поженятся, просил не докучать своими письмами.

С Тамарой случился нервный срыв, она попала в больницу, ее пару недель выводили из депрессии. Бабушка гудела, что ей Юрий никогда не нравился, что этого следовало ожидать. А ещё через год она узнала, что Юрий освобождён условно-досрочно, что сразу после освобождения уехал в Одессу к родственникам.

Олега после сдачи государственных экзаменов оставили на кафедре и он с периодичностью один раз в месяц делал ей предложение. После отъезда Юрия, она его приняла и все были счастливы, кроме Томы, но ей было все равно, кроме Юрия ей никто не был нужен.

По корабельной связи объявили, что начинается учебная тревога, чтобы все, надев спасательные жилеты шли в театр URBINO. Тамара быстро достала из шкафа спасательный жилет и напялив его на себя быстро направилась к предлагаемому месту. Театр был огромный и располагался сразу на трёх палубах. Вместимостью более тысячи человек, своим убранством он мог соперничать с любым областным театром, сверкал позолотой, хрусталём, металлом. Тома села в удобное мягкое кресло и стала слушать инструктаж, как вести себя во время происшествия. Постепенно ее мысли опять вернули ее в прошлое.

После свадьбы Олега как подменили, казалось, что он женился, чтобы только завладеть тем чего добивался, а как только планка была взята, тут же забыл о предмете своего вожделения. Приходил домой поздно, иногда с друзьями и подружками. Они могли до двух часов ночи пить, петь, спорить. Олег любил громко читать стихи, причём не наизусть, из какого-нибудь сборника. Компании было плевать слышат ли их соседи, что Томе утром на занятия, от неё требовалось лишь со вкусом сервировать стол и приготовить достойную еду. Однажды она не очень тонко нарезала сало, так Олег смахнул со стола не только тарелку, но и хрустальные рюмки, подаренные на свадьбу. Тамару оскорбил всячески при собутыльниках. Терпеть Томе было очень сложно, но не хотелось огорчать бабу Зою, та стала сильно болеть.

Жильё Олегу досталось от деда, тот все завещал единственному внуку. Квартира была огромной, в центре города, хорошо обставлена. Накануне госэкзаменов Тамара поняла, что беременна. Беременность протекала очень тяжело, а тут ещё хотелось получить красный диплом. После последнего экзамена неожиданно скончалась баба Зоя, единственный человек, которому она была нужна.

На следующий день после похорон, Тамару увезли в больницу, но ребёнка спасти не удалось. Через несколько дней, Олег предложил продать дом бабушки, так как ему срочно потребовались деньги. Тамаре было все равно, потеря бабушки и ребёнка сильно подорвали ее физическое и моральное здоровье.

Прошло несколько лет и начались лихие времена девяностых. Олег при поддержке маститого отца, открыл бизнес, постоянно пропадал на работе, Тому устроили на хорошее место в банк. Казалось можно было жить, но семейная жизнь не клеилась. Олег мог не прийти ночевать, иногда отсутствовал по несколько дней, прикрываясь несуществующими командировками. Тома уже хотела подать на развод, но поняла, что опять беременна. Олег изредка не забывал выполнять свои супружеские обязанности, именно просто исполнять. Решила оставить все как есть, очень ей хотелось иметь ребёнка.

Олег к известию о появлении нового человечка отнёсся равнодушно, но к Тамаре стал относиться более снисходительно.

Роды были очень тяжёлыми, врачи допустили ошибку, повредили ребёнку позвоночник, после рождения дочери стало ясно, что она будет инвалидом. Олег, врачи, родители Олега предлагали оставить ребёнка в больнице, но Тамара и слушать не хотела, чтобы бросить свою кровиночку. Я ее девять месяцев под сердцем носила, ждала, да как после с этим жить.

Через месяц их выписали из роддома, и начались для Тамары чёрные дни. Она то думала, что чёрная полоса была раньше, нет она началась только сейчас. Олег откровенно ее игнорировал, говорил, что это она виновата в инвалидности ребёнка, взял на работу секретаршей сисястую молодую девку и жил с ней в открытую, то ли купив, то ли сняв той квартиру неподалёку, чтобы не тратить зря время. Опять стал приводить в дом пьяные компании, требуя чтобы Тамара в присутствии гостей не выходила из комнаты, которую занимала, а также не давала плакать ребёнку.

Как она все это вытерпела, одному Богу известно, но ей некуда было деться с больным ребёнком. Ни работы, ни жилья, ни родственников, ни друзей. С работы пришлось уволиться, надо было ухаживать за Леночкой, так Тамара назвала дочку. Олег грозил, что бизнес переведёт на родственников и алименты платить не будет.

Олегу нравилось, что Тамара его боится, что полностью от него зависит, он наслаждался своей властью, как наркоман наслаждается очередной дозой после ломки, презирал и ее и себя за это состояние, но не хотел ее никуда отпускать, уж очень долго он добивался Тамары.

Жизнь в девяностые особо то ни у кого не была сладкой, а в Тамарином положении и вовсе ужасна. Она и ребёнок полностью зависели от Олега, а больному ребёнку средств требовалось очень много: лекарства, массажист, памперсы, специальные продукты…… Деньги Олег ей, конечно, не давал, но была крыша над головой, продукты завозились перед очередной пирушкой в большом количестве, так что и Тамаре с Леной кое-что перепадало. Когда совсем приходилось туго с деньгами, она вопреки своему воспитанию, ныряла в бумажник спящего после очередной попойки Олега и вытаскивала несколько крупных купюр, тот даже не замечал, он купался в деньгах. Так продолжалось около шести лет.

Друзья и подруги куда то исчезли, да их и было то не так много. Тамару стала одолевать бессонница, головные боли, позвонила одной знакомой врачихе, та хохотнула, что мол дурью маешься, катаешься как сыр в масле, бесишься с жиру, вас таких сейчас много появилось, что живут за спинами богатеньких мужей. Тамара, положив трубку, долго рыдала, так себя жаль стало, что захотелось покончить с таким существованием, но что будет с Леночкой, единственным родным ей человечком на этой планете. Больше Тома этой «подруге» не звонила, да и других старалась часто не беспокоить.

Дни ползли, похожие один на другой, без радости, без приключений, была одна отдушина дочурка. Ей казалось, что она уже спокойно-непробиваема, ничего не может ее выбить из колеи в поведении Олега, но оказалось, что боль осталась.

Накануне Международного женского дня Олег был на корпоративной вечеринке, шофёр его привёз чуть живого, поэтому он и не заехал к очередной любовнице. Продукты в доме практически закончились, Леночкину пенсию не принесли вовремя, денег не было, заикаться Олегу о каких-то проблемах было бесполезно. Тамаре было очень обидно, что накануне праздника, Олег не вспомнил о его же ребёнке, хоть бы какую куклу купил или конфетку. Но Олег сразу плюхнулся на диван и захрапел.

Тома утащила в свою комнату портфель, надеялась заполучить деньги, открыла его. Внутри кроме кошелька с деньгами лежал огромный флакон дорогущих французских духов. Тамаре стало так бесконечно тошно, что сжалось сердце и слезы градом полились из ее огромных зелёных глаз, Леночка тихонько гладила ручонкой по ее плечу, пытаясь утешить, но множество эмоций распирали Тому изнутри. Почему-то эти духи взволновали ее сильнее, чем все унижения через какие ей пришлось пройти в последнее время. Что у неё было светлого, один Юрий, да и тот почему то исчез, бросив ее одну в этом непростом мире.

Несколько лет назад она случайно встретила друга Юрия Валеру, на свадьбе которого она веселилась в последний раз. Тот поведал Томе, что никакой девушки у Юрия не было, почему он исчез для Валерия остаётся загадкой по сей день. У Тамары защемило сердце, но она была беременна Леной, она постаралась забыть об этом, а потом было уже не до чего, надо было жить для ребёнка.

Тамара старалась не думать о Юрии, но мысли ее постоянно возвращались к тем счастливым временам ее жизни. Остальные дни ее существования были наполнены либо переживаниями о судьбе Юрия, либо унижениями от Олега. Тома решила хоть в малой степени отомстить мужу, опозорив его перед другой женщиной. Она осторожно вскрыла флакон с духами, вылила их в унитаз, потом заполнила своей мочей. Аккуратно все запечатав, положила портфель на месте. В эту ночь она спала крепко, с чувством собственного достоинства и выполненного долга.

Утром Олег уехал рано, пробурчав, что не будет пару дней. Тамара, усадив дочку в инвалидное кресло, накинув тёплую курточку выскочила в магазин за продуктами.

Март выдался достаточно суровый, на тротуарах был лёд, который дворники не торопились сбивать, поэтому дочь вывозить не рискнула, надо было сделать массу покупок, раз уж разжилась деньгами у Олега.

Вернувшись минут через двадцать, она уже в подъезде услышала громкий визг дочери и рычание мужа. Пулей влетев в квартиру, она увидела, как разъярённый Олег трясёт за плечи перепуганную девочку, требуя сказать, где мать. Лена и так-то говорила не очень внятно, а в таки состоянии, не могла произнести ни слова, только кричала.

Бросив сумки у порога, Тамара оттолкнула Олега от дочери, пыталась успокоить. Олег схватив жену за шиворот, свалил на пол и стал методично с удовольствием ее избивать. У Тамары перехватило горло, пропала сила, она даже не могла позвать на помощь, или оказать сопротивление, была как будто парализована. Кричала лишь Лена. Олег и раньше избивал Тамару, но не так сильно. Она лишь прикрывала лицо, чтобы не было синяков, а ещё боялась за дочку, если Олег ее убьёт, или покалечит, кто будет ухаживать за девочкой. Она знала народную мудрость, что, если муж хоть раз ударит жену то она либо запрещает бить, либо уходит. Однако Тома не могла ни запретить, ни уйти. После очередного удара, женщина потеряла сознание, чем бы закончилась это побоище неизвестно, но услышав крики дочки, пришёл сосед Игорёк. Молодой парнишка студент. Сразу оценив обстановку, он применил приём вырубив Олега, помог Томе подняться хотел звонить в скорую, но Тома попросив не делать этого, лишь сообщить о случившемся знакомой медсестре. Тот так и сделал, затем предложил Олегу убираться, пообещал сообщить в милицию, так как дело очень серьёзное.

Олег перепугался стал предлагать Тамаре деньги, та была в шоке и ничего не соображала, Олег ушёл, а Игорь дождался медсестру, Катерину Геннадьевну, маленькую, но очень объемную женщину, о которых говорят, что их легче перепрыгнуть, чем обойти.

Медик она была опытный, после осмотра заявила, что у Томы сломана рука и несколько рёбер, что надо срочно в больницу, однако Тамара слезно просила помочь ей дома, на кого оставит дочку, мужнина семейка сразу же сдадут ее в дом инвалидов. Катерина была женщина сердобольная, недовольно бурча, стала умело накладывать повязку, потом гипс, Игорь все необходимое принёс из аптеки.

После ухода медсестры, которая наказала Томе звонить, если хоть чуть чуть будет хуже. Тома покормила дочь и выпив успокоительное, и обезболивающее, уснула.

Вечером явились родители Олега, просили не заявлять прокурору, так как неприятности будут не только у Олега, а в первую очередь у них. Обещали оставить ей квартиру и обеспечить Тому с ребёнком.

Через несколько месяцев Тамара и Олег развелись, Олег переоформил квартиру на Тамару, свёкор передал ей один из магазинчиков, которым владел и дал небольшую сумму на развитие бизнеса. Тамаре все это было невыносимо противно, но она заставляла себя делать это во имя Леночки, упущенного все равно не вернёшь, так хоть материально будет жить лучше.

Несколько недель Тома не знала с чего начать бизнес, обзвонила всех бывших знакомых, перечитала все что могла найти о ведении дел, пригодилось и экономическое образование. Магазин практически был убыточным, а то чего бы свёкор так расщедрился. Однако Тома быстро сообразила, что ей нужно делать и приступила к работе, взяв для дочки сиделку. Дела пошли в гору. Женщина работала не покладая рук, преобразилась, похорошела, даже помолодела хотя не знала ни минуты покоя. Бизнес процветал, расширялся, но тут свалилось непоправимое, совершенно неожиданно умерла Лена, причём не от основного заболевания, с каким попала в больницу, а от воспаления лёгких, которое не сразу диагностировали медики, а потом было поздно, слабенький организм не справился с тяжелой болезнью.

В реальность Тамару вернул участливый голос работника сервисной службы, который заботливо спросил, нужно ли что-то сеньоре, а то уже все ушли. Она огляделась, в полутемном огромном зале уже никого не было. Тамара поблагодарив, симпатичного филиппинца, отказалась от его услуг, и поспешила в каюту, надо было готовиться к ужину.

Сняв спасательный жилет, Тома приняла душ и легла на кровать, почувствовала сильный голод и начала собираться в ресторан «Bellagio», где в это время как раз был час чая, к которому предлагались всякие вкусности, различные пирожные, клубника в шоколаде, множество крошечных пирожков с разнообразными начинками а также пицца. Тамара набрала целую тарелку еды, уселась за небольшой столик на двоих рядом с окном и стала наслаждаться вкусной едой и морскими пейзажами за окном.

Мужской голос чуть с хрипотцой спросил, можно ли присесть, Тома кивнула. Мужчина представился Полем, сказал что он из Марселя, уточнил немка или итальянка Тамара. Узнав, что русская, удивился, поведал, что его бабушка эмигрировала очень давно из России, а мать и он родились во Франции. Он бывший лётчик, рано ушёл на пенсию, сейчас путешествует и немного говорит по-русски, впрочем и по английски, и по немецки, и даже по-польски. Поль был приятным собеседником и Тамара немного успокоилась и чувствовала себя лучше, чем сразу после встречи с Юрием или его двойником.

Вернувшись после чая в каюту, Тамара нанесла лёгкий макияж, надела великолепный костюм, который приобрела в Милане, употребила немного духов и, покрутившись перед зеркалом, пошла на встречу с капитаном, которая проходила в театре.

Пришла она в числе последних гостей, места около сцены были заняты. Она нашла себе кресло в последнем ряду, взяв у официанта, предложенный безалкогольный коктейль и крошечную булочку с икрой, Тома приготовилась, хоть же не в первый раз, (она много раз ходила теплоходами этой итальянской компании) смотреть церемонию приветствиям капитаном пассажиров судна.

Играла живая музыка, элегантные аниматоры приглашали танцевать не очень молодых тучных дам, те с упоением отдавались танцу. Особо выделялась одна пара. Старичок далеко за восемьдесят, скрюченный на полусогнутых ногах и шикарная афроамериканка, явно из анимации выделывали замысловатые па. Партнёр по всей вероятности в прошлом танцор, работал на публику, вниманием которой он был видимо обделён в последнее время. Пара мило смотрелась не взирая на свою комичность.

Наконец заиграла бравурная музыка, появился капитан с высшими чинами командного состава, поприветствовал собравшихся на нескольких языках, жаль, что ничего не сказал по-русски. Потом стал представлять свою команду. Тома сидела далеко, но ей показалось, что один из стоящих на сцене есть тот мужчина, которого она видела утром на палубе. Она вслушивалась как назовут того мужчину, поняла, что тот является главным механиком теплохода, имя было произнесено на итальянский манер, да ещё во время объявления, сидящий справа сосед попросил ее передать бокал с вином. Все выпили вместе с капитаном шампанского, команда ушла, танцы продолжились.

Сразу после танцев, Тома пошла в ресторан на ужин. Ресторан "Costa Snnerlola", где Тамаре предстояло ужинать, расположен на двух палубах, сверкал огнями, хрусталём, улыбками официантов. Тома оказалась за столом вместе с двумя немолодыми парами из Италии, а также со своим новым знакомым Полем. Официант бразилец Леандро, напоминающий ей одного директора совхоза, где Тома проходила практику, был учтив и предупредителен.

Есть Тамара не очень хотела, но все ровно заказала и малосольную сёмгу, и шарики из мяса крокодила, а на десерт манговое мороженое с вафлями. Она стала наслаждаться едой и обществом довольных жизнью людей. Ей нравилось, как весьма солидных размеров неаполитанка, с восторгом встречала каждое блюдо, после смотрела, что подали её тщедушному супругу, если ей его пища нравилась больше, то бесцеремонно отбирала, а тот безропотно отдавал, моргая лишь маленькими чёрными глазками бусинками. Сразу было понятно кто в их семье хозяин.

День клонился к закату, они спустившись вниз нашли укромное место, сели на скамейку и Юрий, почему то покраснев, сказал, что завтра ты улетаешь, я вынужден пока остаться на судне, мой контракт заканчивается лишь через два месяца, а ты даже не знаешь, что я сейчас из себя представляю. Где живу, что имею, что нас ждёт в будущем, Тамаре понравилось слово нас, она перебила Юрия, заявив, что пусть он нищий больной, с темным прошлым, только бы быть вместе, готовить ему пищу, хоть она и не любит этого делать, даже стирать его носки… Юрий перебил Тому, да все в порядке, я же моряк, одежду сам привожу в порядок, даже готовить обожаю, я гражданин России, хотя подумывал получить итальянское гражданство, но сейчас это не к чему. Ты проговорилась, что имеешь маленькую квартирку в Сочи, а я ведь тоже четыре года назад приобрёл там очень удачно элитную недвижимость прям рядом с пляжем. Как мы там не встретились, видно ещё время не наступило. Сбережения тоже имеются, только не в рублях.

Тамара не могла поверить своим ушам, так только в сказках бывает. Ночь они провели вместе, утром Юрий увёз ее в аэропорт. Она не помнит как они прощались и весь полет до Лиссабона была в ступоре, иногда щипала себя за руку, боясь, что Юрий ей просто приснился. Пришла в себя в аэропорту, когда включила телефон и увидела бесчисленные любовные послания от Юрия. В самолёте до Москвы она спала как младенец.

Юрий просил Тамару сразу переехать жить в его квартиру, чтобы к его приезду она из холостяцкой берлоги превратила её в уютное семейное гнёздышко. Дал несколько тысяч евро, хоть Тома и отказывалась.

По приезду в Сочи, Тамара занялась обустройством квартиры: поменяла шторы на окнах, постелила в гостиной светлый пушистый ковёр, закупила достойную посуду, постельное бельё, а также скатерти, салфеточки, шампуни, бальзамы, крема, на стены повесила несколько картин местных, но довольно известных художников……

С Юрием она часто, насколько тот мог общалась по ватсапу, скайпу, телефону, но теперь ей этого казалось мало. Она считала дни, часы, минуты до приезда её единственного в мире мужчины. Она научилась варить любимый борщ Юрия, рецепт которого выпытала у того по телефону и очень часто его готовила, так как он и ей тоже очень понравился. Был уже апрель, все цвело, в воскресенье она сходила в церковь, потом прогулялась по городу, на душе у неё было как то неспокойно и волнительно. Она вернулась домой, посидела немного на балконе, но волнение не утихало, она быстро оделась, спустилась вниз и через стекло двери увидела, как в ограду входит с двумя огромными чемоданами Юрий, Тамара не поверила своим глазам, ведь до его возвращения было не меньше десяти дней, но сердце её выпрыгивало из груди, она бросилась к входящему на грудь.

P.S. Если вы вечером прогуливаетесь по парку имени Фрунзе, то можете часто увидеть мило беседующих миловидную немолодую женщину и мужчину со шрамом на щеке, это Тамара и Юрий.

1 августа, 2018 год

город Сочи

Путешествие в Кейптаун или Клин клином…

Варя ждала посадку на теплоход ««Нотика»» в порту Дубая. Очередь продвигалась медленно, проверяли паспорта, визы, страховки… Впереди стояла пара французов, которые долго живут в ОАЭ. Мужчина был относительно спокоен, а дама, та издёргалась вся. Портовые служащие, действительно работали медленно, но Варя и её, и себя успокаивала, значит повезёт в другом. Она как раз заказала каюту «фортуна», такие были самые дешёвые, могло повезти, что будет с балконом, может где ни будь рядом с машинным отсеком. Будет шум, качка. Она надеялась на лучшее, пусть не с балконом, но хоть повыше, да в середине теплохода.

Дубай Варвару немного притомил, но настроение у неё было хорошее, самое главное или из-за усталости, или из-за новых впечатлений, она прекратила себя жалеть. Да и почему жалеть, пусть не молодая, пенсионерка уже, так это только плюс, повезло дожить до пенсии, не всем так везёт, а она ещё и в круиз едет, да и в очереди стоит на своих ногах, а что одна, так тоже плюс, не надо ни о ком заботиться, ни за кого отвечать, как говорили у неё на Алтае, где Варя родилась " не клят, не мят", хотя кто знает, опять что-то екнуло, но Варя отогнала невесёлые мысли. Козел, конечно, её бывший муженёк, ну да Бог ему судья, около сорока лет прожили вместе, она уже думала, что время малиновых пиджаков прошло, это в девяностые старые пеньки молоденьких девок покупали за заграничные шмотки, да модные курорты. Тогда её эта чаша миновала. Они с бывшим, бизнес только замутили, работали до упаду и её преподобному Володеньке на неё и то сил не хватало.

А когда раскрутились, появились деньги, появились и квартиры, большие машины, а также и «телки» как ее бывший их называл. Варя не придавала большого значения этим связям, не думала, что муж её бросит, все думали, что это сделает она, уж совсем неказист был её муженёк, но не зря говорится не бывает некрасивых мужчин, бывает мало денег.

Варвара очнулась от раздумий, так как распорядитель сообщил, что она может подойти к стойке. С документами у неё все было в порядке, и через несколько минут Варя уже была в с своей каюте, которая расположена на восьмой палубе, почти в середине судна, лифт недалеко, так что фортуна ей подмигнула, не все так плохо.

При входе молодой индонезиец сообщил, что можно сразу идти обедать, поэтому Варя, оставив сумку, помыла руки и поднялась в кафе на девятую палубу. Выбор блюд был не такой большой, как рассчитывала Варя на теплоходе класса люкс, но выглядели они очень аппетитно и на вкус были выше всяких похвал. Она выбрала столик на открытом воздухе, а потом с удовольствием съела чашку морской еды, которая так и называлась си фуд, самые разные морские гады в обалденном соусе, съела несколько кусочков арбуза, кусок чизкейка, запила все это ароматным капучино и впервые за последние месяцы подумала, что жизнь прекрасна.

Она вернулась в каюту и долго мылась в душе, ей казалось, что она смывает все неприятности последнего времени. Надев белоснежный махровый халат, она буквально растворилась в удобной кровати и почувствовала себя «белым» человеком, пожалуй впервые за всю свою жизнь.

А что у неё было в жизни такого уж хорошего. Разве, что в детстве. Вспомнились отдельные эпизоды детства. Родилась в Новоалтайске в семье педагогов, была поздним долгожданным ребёнком. Все было чудесно, но когда училась во втором классе, случилось непоправимое. Машиной сбило, стоящих на остановке её дорогих мамочку и папочку. Сразу она даже не до конца не поняла всю трагедию произошедшего, она просто не верила, что родителей больше нет. Окружающие при виде её на похоронах начинали плакать, называли бедной сироткой, гладили по голове. Месяц она прожила у друзей родителей, к которым была очень привязана и не чувствовала себя такой одинокой, а потом приехала материна двоюродная тётка и продав все, что осталось от родителей, увезла её в Уфу, хотя друзья родителей уговаривали оставить девочку с ними.

Тётка её не обижала, хотя все время зудела, как тяжело содержать Варю на небольшую пенсию, которую назначили за родителей, а по истечение восьми месяцев сдала Варвару в детский дом. Больше родни у девочки не было. У отца был брат, но они с женой сильно пили, даже были лишены родительских прав на своих детей.

В детдоме воспитатели Варю не ущемляли, но дети, в основном это были трудные подростки из неблагополучных семей, относились к ней плохо, они чувствовали, что Варвара другая. Девочка замкнулась, все внимание направила на учебу, сразу после школы поступила в пединститут, хотелось, как родители быть педагогом. На факультете иностранных языков учились дети состоятельных родителей, хорошо одевались, были более раскрепощены в отличие от худенькой скромной Вареньки, которой одежду покупали детдомовские тёти, она старалась избегать шумных сборищ, чувствовала себя неуютно в студенческих компаниях. Поэтому она очень удивилась, когда старшекурсник Владимир стал уделять ей повышенные знаки внимания, но это было приятно необычайно.

Спустя месяц Владимир познакомил Варю с родителями. Семья его жила в большом красивом доме на окраине города, на значительных размеров приусадебном участке был сад и огород. А ещё были гаражи и огромный сарай, где жили куры, утки, кролики и другая живность.

Все это Варе очень понравилось, хоть она никогда не жила в деревне, однако помнила поездки с родителями к их знакомым и те приятные ощущения, которые она испытывала.

Владимир был неказист собой, но Варе не с кем было сравнить, да и себя она красавицей не считала.

Мать у Владимира была башкирка, строгих правил, хоть нигде не работала, но в семье была главной. Отец был русский, руководил каким-то ДСУ. Варю, мать Владимира, встретила сдержанно, сразу попросила помочь прополоть грядки, а когда та уезжала, строго предложила приезжать чаще. Варвара по выходным стала ездить к родителям своего ухажёра иногда с ним, а иногда и одна. Летом возилась в огороде, а когда настали холода, то убирала в доме, готовила, выполняла все поручения матери Владимира.

С Владимиром они общались уже больше года, изредка ходили в кино, на студенческие вечера, но чаще дома у Владимира. Варваре нравилось там бывать, у неё ведь не было дома, хотя там было всегда много работы, но она с удовольствием выполняла все, что ей поручалось, отрывая время от занятий.

Она зубрила по ночам, стараясь учиться на пятёрки. Соседка по комнате в общежитии Танечка Сурчилова как-то съехидничала, что Володька получил бесплатно работницу, да ещё и замуж не берет, наплюй ты на него, вон сколько парней вокруг, а ты девка симпатичная, толковая, зачем тебе этот сморчок нужен? Варя только отмахнулась, кому я нужна, давай спать.

Предложение Владимир сделал, когда Варя получила красный диплом. Так как он работал у отца, то ей не пришлось ехать по распределению в тьму тара-кань. Осталась в Уфе преподавать английский в одной из школ. Сын Сергей родился через четыре года. Как-то она подслушала разговор между родителями. Свекровка выражала своё недовольство снохой, мол даже ребёнка не может родить, однако свёкор её оборвал, что ты цепляешься к девке, Вовке нашему повезло, такую жену отхватил, сроду не думал, что за него такая красавица, да умница пойдёт. Может правда народ болтает, что на богатство позарилась.

Варвара тихонько удалилась, но слова запали в душу, а правда, почему она вышла замуж за Владимира? Может она его любит, да нет, не противен да и только, из-за богатства – это точно не про неё. Просто позвали в дом, пригрели, страшно оставаться одной. А так Владимир её не обижает, не пьёт, сейчас марки да монеты коллекционирует.

Когда родился сын, счастью Варвары не было предела. Все жизнь удалась подумала Варя, но тут заболела свекровь, пришлось ухаживать и за ней, и за ребёнком.

А вскоре начались страшные девяностые. На свекра начались наезды, у того случился инсульт и его уволили с работы. Деньги, которые свёкор скопил "непосильным трудом обесценились, у него произошёл ещё один инсульт, после чего он уже не оправился. Вскоре умерла свекровка. Тут то и пришлась кстати коллекции Владимира. За хорошие деньги тот продал коллекцию марок, и они купили помещение для магазина, закупили товар. Пригодились старые связи свекра. За товаром моталась в основном Варя, так как у мужа напрочь отсутствовал не только вкус, но и нюх на то, что можно продать. Варя без устали летала в Китай, Польшу, Дубай. Чтобы она не закупила, все пользовалось успехом. Пригодилось и знание английского, особенно, когда вылетала за товаром в Дели. Шло время, расширяли бизнес, покупали недвижимость, даже купили три квартиры в Сочи, для Владимира и для неё в одном доме, а Сергею неподалёку.

Сын окончил институт, но не стремился помогать родителям. И вот чуть больше года назад семейная жизнь закончилась. А кто увёл из семьи её благоверного? Известная в Уфе особа, на которой, хоть той всего немного за тридцать, клейма негде было поставить.

Варя поймала себя на мысли, что подумала об этом с грустью, а не с клокотанием оскорбленного самолюбия.

От невесёлых мыслей её освободил сигнал, приглашающий на обязательные учения. Варя схватив спасательный жилет и направилась на пятую палубу к своей шлюпке. Выслушав нудную информацию как надо вести себя, в чрезвычайных обстоятельствах, она вернулась в каюту и стала собираться на ужин.

Надевая белые брючки и яркую кофточку, она с благодарностью вспоминала соседку Галину, которая посоветовала поехать в круиз. Проверенный рецепт, убеждала соседка, которая не только излечилась в путешествии от депрессии, но и встретила там своего несравненного Николая, и они уже почти десять лет вместе.

В первый день Варвара решила не ходить в главный ресторан, а поднялась на девятую палубу в «Dinner Buffet Terrace Cafe», где обслуживание было почти как на шведском столе, только пищу накладывали повора.

Варя заказала лобстера, две огромные креветки и кусочек рыбы. Ей тут же все это зажарили и принесли на стол, за которым она устроилась. Кроме этого принесли салат и три ломтика лимона.

На десерт Варя взяла несколько пластиков ананаса, какое-то замысловатое пирожное и большую чашку капучино без кофеина. Она сидела за небольшим столиком на открытой террасе в самой корме судна, наслаждалась чудесной едой и видами вечернего Дубая и была почти счастлива.

После ужина, послушав струнный квартет, состоящий из граждан Украины, которые очень профессионально исполняли Дворжака, она ушла спать. Уснула Варя достаточно быстро и без таблеток, спала крепко, даже не слышала когда корабль отчалил от порта. Утром проснулась выспавшейся и хорошо отдохнувшей. Теплоход уже стоял в порту Абу Даби.

В этом городе Варя была много раз по работе, хорошо его знала. Решила не тратиться на такси, а добраться на бесплатном шаттле до какого-нибудь Мола, а оттуда пойти на пляж.

В порту оказался бесплатный Wi-Fi, и она первым делом связалась с Галиной, с удовольствием поведала той, что процесс реабилитации проходит лучше, чем ожидала, потом узнав от сына, что у него все в порядке, уехала из порта.

Такое впечатление, как раньше, на неё набережная не произвела, может потому, что теперь она живет в Сочи, а там природа поражает своей красотой и удивительными красками в любое время года, а может настроение было не такое как раньше?

На пляже оказалось множество соотечественниц из Москвы, Воронежа и даже Уфы. Варя с удовольствием поплавала в их компании, вода была выше 25 градусов, а потом с удовольствием растянулась на полотенце, под ласковыми лучами зимнего солнца. Она чудесно провела время, правда чуть не опоздала на судно, пришлось брать такси за десять дирхам.

Вечером, после ужина Варя опять слушала скрипачей, особенно ей понравилась Марианна, её скрипка словно разговаривала с публикой, передавая им все, что хотел сказать автор. Она то веселилась, то жаловалась, то смеялась, то грустила на этом бесценном, чудесном, международном языке – языке музыки.

Следующий порт был Фуйджера, в котором Варя была лет десять назад, помнила захудалый городишко, хотела даже не сходить на берег, но потом все-таки, рассудив, что сможет хотя бы искупаться, решила выехать в город.

В шаттле, который вывозил из порта, встретилась с одним из наших богатых людей, сбежавших из России с большими деньгами, те вместе со своей клушей женой представились, что они люди мира. Этим обрюзгшим стареющим пенсионерам были неприятны хоть какие-то успехи России. Особенно усердствовала бабенка – уроженка Саратовской области, бесцветная личность с огромным апломбом. Сам богатей был умнее, но тоже иногда не мог удержаться, чтобы не уколоть. Даже про чемпионат мира по футболу и то заявил, что кто там мог приехать из иностранцев, всего несколько игр было.

Сначала все сели в одно такси, Варе надоело слушать их нападки на её родину, она попросила остановить и вышла. Пешком сходила в главную мечеть, а потом, расспросивши дорогу, направилась на пляж. Надо сказать, город преобразился, поэтому Варя с удовольствием прогулялась по чистым красивым улицам. Не Дубай конечно, но вполне современный арабский город, хоть и какой-то не завершённый.

Пляж был пустым и оставлял желать лучшего. У одиноко сидящего мужчины европейской внешности, она выяснила, что купаться здесь не возбраняется и даже в обычном купальнике. Песок на берегу был серым, вход усеян острыми камешками, но вода была тёплой и чистой. Варя выкупалась, немного позагорала, а потом на такси уехала к порту, благо такси стоило здесь дешевле, чем в Дубае.

Доехали быстро, расплатившись вышла из машины, огляделась и поняла, что привёз её таксист не туда куда ей было нужно. Зашла в какой-то офис рядом, там служащий на плохом английском, сообщил Варе, что они занимаются грузовыми перевозками, и он не знает как добраться до теплохода, что пусть возьмёт такси. Расстроенная Варвара пошла к выходу, и на пороге столкнулась с невысоким с брюшком и лысиной разъярённым мужчиной, который бросился к окошку офиса крича, что его не туда направили, что он будет жаловаться. Служащий невозмутимо ответил, что он ничего не знает, а если мужчина будет кричать, то вызовет охрану.

Варя обратилась к незнакомцу, не с ««Нотики»» ли он, тот ответил утвердительно, пояснил, что бестолковый таксист привёз его сюда, где ничего не знают о теплоходе, а может не хотят объяснить. Давайте искать вместе – предложила Варя, и они вышли из здания, стали расспрашивать немногочисленных прохожих о круизном порте, однако никто не ответил ничего вразумительного.

Джордж, так звали её друга по несчастью, совсем расстроился, Варвара его успокаивала, что в крайнем случае они обратятся в полицию, те помогут им догнать теплоход. Им повезло раньше, один из прохожих подробно рассказал, что нужный им вход находится буквально в ста метрах. Вскоре они нашли и вход, и шаттл, который доставил их к кораблю, хоть и за несколько минут до того, как убрали трап.

Джордж сообщил, что он из Австралии, из Сиднея. Пока Джордж пропускал рюкзак через монитор, Варя юркнула в лифт. В каюте она с удовольствием приняла душ с неплохими промывочными средствами фирмы Булгари, ими обеспечивали на судне.

Варя после ужина пошла на концерт, втайне надеялась встретить Джорджа, однако увидела его лишь издалека и он её не заметил, а может не захотел заметить. Она вернулась в каюту, и почему-то весь вечер думала о Джордже, а не о своём бывшем муже, истинно говорят, что клин клином вышибают. Да какой там клин, пообщалась полчаса, так как была общая проблема и уже возомнила что-то романтическое, вот старая дура, да ещё в поиске, что может быть смешнее. У него может жена на теплоходе просто с ним не пошла не берег, да и ей он зачем сдался толстоватый, лысоватый, староватый. А на себя то ты в зеркало смотрела, мысленно укоряла себя Варя, ты то ему зачем немолодая, несчастная, не очень красивая? Он состоятельный мужик, если даже у него и нет никого, то всегда сможет найти если потребуется женщина. Как в последнее время продолжают известную фразу, что не бывает некрасивых мужчин, бывает мало денег. А у Джорджа судя по всему, деньги имеются.

Варя запретила себе думать об этом австралийце. Поди потомок каких-нибудь бандитов. Там же мировая тюрьма была, да беглые преступники скрывались в этой Австралии.

Утром, быстро позавтракав яичницей, выпив кофе с круассаном и мёдом, закусила все свежей малиной, она одной из первых вышла в Маскате. Экскурсию брать не стала, слишком дорого, да и не очень она любила стадный образ жизни. До Султанского дворца решила дойти пешком, попутно осмотрев другие интересные места.

Зашла на огромный рынок рядом с портом, где продавались всякие разности, от кашемировых шарфов до ароматических масел. Цены были не очень демократичными, а товары не впечатлили, поэтому Варя купила лишь несколько магнитиков на сувениры и двинулась к дворцу.

Встретила соотечественников с немецкого судна Аида Дива. Путёвки там стоили недорого. Помогла им сторговаться с таксистом, чтобы те осмотрели город, заплатив весьма скромную цену, а сама отправилась дальше по прекрасной чистой набережной, любуясь отличными видами и снимая все что понравилась. Жаль, что не может запечатлеть себя на фоне этих замечательных мест. Делать селфи не позволял возраст, хорошо видно морщины с такого близкого расстояния.

Однако судьба сжалилась над Варварой в лице немолодой пары из Брюсселя, Люка и Хильды. У них был второй брак. Люк три года как потерял жену, а Хильда развелась с мужем уже пять лет назад. Недавно они поженились, круиз на Нотике бык как бы свадебным путешествием пенсионеров.

Вместе они дошли до Султанского дворца, сделав кучу фотографий и разговаривая обо всем как будто знали друг друга сто лет. Возвращается её новые знакомые решили на такси, чтобы успеть на обед, Варя же есть не хотела, поэтому она и обратно хотела идти пешком.

На небольшом симпатичном пляжике увидела купающихся молодых людей, спустилась с набережной, но купаться не стала, однако с удовольствием побродила по берегу. Вода была тёплой и чистой. Посидев на берегу и отдохнув, опять медленно побрела к теплоходу, где её никто не ждал. Варе опять стало грустно, она снова стала думать о прошлом, но буквально через несколько секунд, была испугана визгом тормозов, остановившегося рядом автобуса.

В открывшуюся дверь вывалился Джордж, с рюкзаком за плечами, который бросился к Варе со словами, ой как хорошо, что я тебя нашёл. Варя растерялась, не могла сразу осознать происходящее, но ей было очень приятно, что её кто-то искал.

Джордж все говорил, говорил, она же ему не сообщила номер каюты, он обратился на ресепшн, но там не разглашают информацию о проживании, только при нем несколько раз позвонили в Варину каюту, однако никто не ответил. Такой маленький корабль, а невозможна найти человека. Варе вспомнились слова песен из конофильма "Девушка без адреса", но там Москва, а на теплоходе всего 600 человек.

Джордж продолжил свои стенания, что сегодня поехал с экскурсией по городу, когда заехали в мечеть султана Кабуса, она третья по величине в мире, там даже отдельный зал, где произносят молитвы женщины, имеется, так он тоже везде молился, чтобы мы сегодня встретилась, как видишь не зря.

Увидев, что ты одиноко бредёшь по берегу, крикнул шофёру, чтобы остановился, сам бросился к двери, водитель подумал видимо, что мне плохо, резко затормозил и открыл дверь. Мне и правда было плохо, я боялся, что не найду тебя, срочно сообщи номер каюты, пока опять не исчезла.

Варвара, растерявшись под натиском австралийца, послушно назвала ему цифры. Джордж немного успокоился и стал рассказывать сначала об экскурсии, после о себе. Жена его бросила несколько лет назад, так как из-за работы, он не уделял ей должного внимания, а денег все равно не мог заработать сколько требовала. У них была дочь, но в пять лет она умерла от пневмонии, больше жена рожать не захотела. Она очень хорошая, но они совсем разные люди, поэтому решили расстаться. Сейчас он живет и работает в Сиднее, часто правда его отправляют и в другие города и страны, у них филиалы в различных местах.

Однако скоро он карьеру заканчивает, это его последний отпуск, а потом он сможет отдыхать каждый день. У него никого нет, лишь двоюродный брат, которые уже пенсионер, с ним сейчас он и путешествует. Билет тоже он оплатил, брату это не по карману, а разница в цене за одноместную каюту не существенная, брату же такой подарок очень приятен.

Варя тоже рассказала про свою жизнь, сказала только, что муж её бросил несколько лет назад, а не несколько месяцев, не говорить же малознакомому человеку, что она в круизе зализывает раны.

Они уселись в беседке и говорили, говорили, Варе стало казаться, что развод, предательство, боль обид, все это было не с ней, а настоящее – это море, солнце, пальмы и этот странный австралиец, которого она видела второй раз, но казалось знала всю жизнь.

Первой опомнилась Варвара, взглянув на время, поняла, что до отхода теплохода чуть больше получаса. Джордж быстро поймал такси, на трап они взошли последними.

Они условились вместе пойти на концерт. Джордж предлагал вместе поужинать, но Варя решила не форсировать события, ей надо было переварить то, что уже произошло, слишком много событий. Она приняла душ, привела себя в порядок, надела брючный костюм белого цвета с чёрными вставками, в котором она выглядела сногсшибательно. Осмотрев себя в зеркало, осталась довольна, при таком освещении, ей нельзя было дать больше пятидесяти лет.

На ужин у неё оставалось совсем немного времени, она быстро перекусила, не чувствуя от волнения вкуса еды и бросилась на пятую палубу, где должен был проходить концерт, иронизируя, что бежит на встречу, как старшеклассница. Впереди был месяц путешествия, пусть это будет её месяц. Она не хотела думать, что будет потом, зачем думать о том, что будет в будущем, надо жить настоящим, не так много у неё той жизни остаётся.

Джордж ждал Варвару у двери Nautika Lounge. Одет был в костюм светло-кофейного цвета, но без галстука. В пиджаке австралиец смотрелся весьма элегантно. Они прошли в зал, Джордж подозвал официанта, спросил, какой коктейль она предпочитает, Варя крайне редко приходилось посещать рестораны, названия коктейлей она толком не знала, поэтому предложила Джорджу заказать на его вкус.

Концерт был так себе, да Варвара все равно толком не вникала, она наслаждалось обществом Джорджа и думала, что какое это счастье находиться рядом с мужчиной, которому ты не безразлична.

После представления, Джордж предложил посидеть в баре, но Варя, сославшись на трудный прошедший день, скомкано попрощалась и быстро ушла в каюту. Ей нужно было переварить произошедшее.

В каюте она опять стала заниматься самоедством, зачем было сразу уходить, выпила бы бокал вина, можно было потанцевать, поговорить, дурацкое воспитание.

Утром Джордж не позвонил, наверное обиделся, подумала Варвара, но сама звонить не стала, боялась показаться навязчивой.

«Нотика» пришвартовалась в Мумбае. Об этом городе она много знала и из интернета, и из рассказов знакомых, а также из многочисленных индийских фильмов, которые часто смотрела, понимая, что нет в них глубокого смысла, но все было красиво, понятно и главное добро побеждало зло. Надоели ужастики на экране и в жизни.

Она вкусно и обильно позавтракала, надеясь, что австралиец появиться в «Terrace Cafe», но так и не дождавшись, прихватила с собой на обед пару яблок, что не возбранялось правилами, вышла с судна.

От порта до главной достопримечательности – Ворот Индии – Варя решила идти пешком. В Мумбае ей понравилось. Хотя и не очень чисто, но пышная растительность, красивые старые здания и доброжелательный народ. Ей уже приходилось бывать в Индии, она ездила в Дели и на Гоа. И хоть богатство соседствовало с нищетой, не было агрессии, люди улыбались, старались помочь, объяснить, было много солнца и красивых женщин, одетых в ярко и необычно.

У Ворот Индии толпилось много туристов, местные уговаривали поехать на остров слонов, но Варя побоялось, что может не успеть вернуться до отправления судна, да и хотелось как можно больше увидеть достопримечательных мест в самом Мумбаи. Она сделала несколько снимков, прошлась по набережной, набравшись смелости, зашла в самый известный отель Мумбаи Татдж Махал. Роскошь, которая была уже в холле, редко можно где встретить.

Весь холл был украшен к Новому году и Рождеству. Ёлки, олени, Санта Клаус светились разноцветными огнями. Мягкие кресла, резные столики, люстры – все дышало богатством. Около бассейна был накрыт огромный шведский стол с разнообразными блюдами для гостей отеля. Воздух был свежим, наполненный чудными ароматами, однако Варя вспомнив, что она здесь не живет, что надо выбираться в жаркий, душный город, пробежалась по магазинам на первом этаже, где цены были только для очень богатых людей, напоследок заскочила в туалет, который, конечно же, был достоин восхищения, как это не приземлённо звучит. Красивый интерьер, фирменные мыло и различные крема, масла и так далее.