Kitobni o'qish: «Нормальным тут не место!»

ПРОЛОГ

– Итак, студенты, проходим, не толпимся, – знакомый раздражающий голос звучал глухо. Еще бы. Я буквально оказалась под каменной крышкой, на счастье, неплотно задвинутой. – Перед вами склеп. Чувствуйте себя как дома.

Конечно, декану факультета некромагии здесь даже дышалось свободнее. И, главное, кругом любимые трупы. Ради этого и живых студентов потерпеть можно.

– Кто у нас самый смелый? Хм. Вот вы, юноша, который активно пытается слиться со стенкой, идите сюда. Да-да, именно вы. С зеленым лицом. И не надо возмущаться, студент Фырх, – О да. Этого первокурсника знали даже по недоразумению выжившие в студенческом общежитии тараканы. А декан боевиков рвал свою густую шевелюру из-за того, что орк отказался поступать на его факультет. Видите ли, ему приятнее воскрешать, а не убивать. Да и наличие у Фырха некромагии не давало вариантов. Зато клумбы у нас на территории цветут вопреки всем стараниям студентов их истоптать, ведь за ними пристально следит добровольный садовник с кулаками с мою голову. – Это никакая не расовая дискриминация. Ваш товарищ решил порадовать присутствующих содержанием своего желудка. Нет, заталкивать в него обратно ничего не надо. С дурнотой следует бороться наглядными методами. Давайте, ползите ко мне, о юный отрок. Фамилия? – В склепе раздались смешки. – Как-как? Бледун? А-а, ну это многое проясняет. Вы, Бледуны же обычно… как их там… бледные заморыши… – Ага, словно твои любимые трупы. – Пифии! Во! Дар некромагии проснулся? Так радуйтесь. Будем знакомиться с наглядным материалом. Отодвигайте крышку.

Послышались копошение, возня, сопение и надрывное «Ихххааа!», но результат так и не был достигнут. На помощь товарищу пришел орк. Как определила? Да от его поступи я с соседом по гробу подпрыгивать начала.

Долгожданный скрежет сопровождался световой вспышкой. Я слепо проморгалась и потерла глаза, чтобы встретиться взглядом с удивленными студентами.

– Декан Роден, – тонким голосом пискнул Бледун, тыча в моё убежище пальцем, – там… там…

– Это труп, – радостно познакомил студентов со мной некромаг.

В носу засвербело. В гробу оказалось очень пыльно. Хотя сосед явно не жаловался.

– Она чешется, – с сомнением заметил Фырх. – Так и должно быть?

– Да? – озадачился Рэм Роден и соизволил заглянуть в мои далеко не комфортабельные апартаменты. – Ты? – в его взгляде черных глаз была бездна разочарования, которая после задумчивой паузы сменилось радостным всплеском: – Умерла!

– Не дождешься, – фыркнула я и села. – Здравствуйте, студенты.

Ответом мне был нестройный хор голосов и обморочное тело на полу. Орк с разочарованием цыкнул и взвалил Бледуна на плечо.

– Может, все-таки умерла? – с надеждой переспросил декан. Я многозначительно показала ему комбинацию из трех пальцев. – Жаль. Ну что ж, студенты, знакомьтесь. Мой ассистент Нэка Нэнэка. – Смеяться над именем только что вылезшей из гроба пыльной девушки никто не рискнул. Один лишь орк сдавленно хохотнул. – Поздравляю. Вы имеете честь лицезреть человека, который будет отвечать за вашу успеваемость и дисциплину. Так что по всем организационным вопросам милости прошу мимо меня.

В склепе стало тихо. Студенты, впечатленные умением ассистента декана появляться внезапно и из неожиданных мест, озадаченно переглядывались. И это еще они не знают о конфузе при нашем знакомстве с Рэмом Роденом.

– Кстати, ты что там делала? – декан чуть заметно нахмурился.

– Проверяла, удобно ли лежать досточтимому покойнику, – елейным тоном ответила я. – Не жмет ли гроб.

– И как? – заинтересованно вытянул шею декан, пытаясь заглянуть через мое плечо внутрь последнего пристанища несчастного. – Жалобы есть?

– Все вполне комфортно, – отчеканила я. – Еще третьего можно впихнуть.

– Ну, не такие уж мы и изверги, – Роден скрестил руки на груди, окидывая склеп взглядом хозяина. – Бедняге и так не повезло. Его студенты регулярно поднимать пытаются.

– Только пытаются? – кто-то бесстрашно пискнул из-за спин товарищей.

– Это склеп для занятий первого курса, – голос декана эхом отскакивал от стен. – Конечно, здесь можно поднять разве что пыль. И то я не уверен, что ваших силенок на это хватит.

А вот не надо бросать вывоз студентам. Они от подобного предприимчивыми становятся. И делают только хуже. По себе знаю.

– Ладно. Подходим по одному. Смотрим в гроб. Стараемся не грохнуться в обморок. У Фырха свободное лишь одно плечо. Все упавшие останутся здесь на ночь. И, может быть, я утром вспомню о них. Но не факт. – И отступив к стене, потянул меня за локоть следом. – И все же, что ты делала внутри?

– Лежала оглушенная, – нехотя созналась я. – Кто-то напал на меня со спины и засунул в гроб, когда я пришла проверить защитные артефакты.

– То есть сейчас они не работают? – многозначительным тоном поинтересовался некромаг.

В этот момент раздался сухой щелчок.

ГЛАВА 1

– Итак, я вас слушаю, – дроу сдвинул очки на кончик носа и взглянул на меня поверх оправы.

Кабинет ректора Общей Академии, прозванной в народе «Аномалькой», был выполнен в светлых тонах, добавляя диссонанса. Передо мной сидел тот, чья раса любит и почитает Смерть, неохотно взаимодействует с внешним миром, а все ее представители – беловолосые воины, убивающие на завтрак, обед и ужин. Но вот Тинор К’Хор от дроу взял только цвет кожи, сине-серый, и то какой-то подозрительно загорелый. Он был рыж, как начищенная медная монета. То, что его стихия – огонь прозрачно намекало пламя внутри зрачка зеленых глаз. А еще он улыбался. А я-то думала, что у дроу просто атрофированы мышцы, отвечающие за мимику.

– Возьмите меня! – я решила начать с самого главного.

Ректор удивленно моргнул. Улыбка растаяла, являя крайне недовольное выражение лица:

– Извините, но нет. Моя супруга против, чтобы я кого-либо брал, помимо нее. – А потом вздохнул и с тоской добавил: – Я бы все эти ваши книженции запретил. Что за пошлость: «Страстный ректор», «Ректор моей мечты» и «Ректор наказывает студентку»? А ведь есть еще столько профессий…

– Вы меня не поняли, – я тряхнула рыжими локонами. – Возьмите меня к себе. В Академию.

– А-а, – несколько разочарованно протянул дроу. Затем внимательно меня осмотрел, уделив особое внимание моему новенькому платьицу в горошек. Причем внимание это было не заинтересованное, а недоуменное. – Вас не понимают в обществе? – Я неопределенно пожала плечами. – Нет? От кого-то скрываетесь? От навязанного жениха сбежали? Не переживайте. Стерпится-слюбится. А если не повезет, то приходите, когда его убьете. Хотя нет, убийц я не принимаю. В общем, просто приходите. Но позже, когда появится реальная причина.

Я шаркнула ножкой. Новые туфли были на размер больше и постоянно норовили сбежать.

– Меня власти ищут, – тихим голосом созналась я, ведь врать дроу, даже неправильному, было опасно. – За осквернение. Мне светит или сто тысяч эйров штрафом, или пять лет тюрьмы.

Рыжие брови удивленно приподнялись:

– Впервые слышу, чтобы за вандализм так сурово карали. Я даже стесняюсь спросить, что вы, милая моя, сотворили? Кажется, когда у статуи Ракара Третьего на площади перед ратушей в Оддоне, отломали меч, и то всего пять тысяч эйр выписали штраф. А это столица.

Мне оставалось лишь тоскливо вздохнуть. Лучше бы я ту самую статую разрушила, чем устроила перед ней фонтан. Точнее, к организации нового украшения столицы я имела весьма косвенное отношение, но законников это не волнует. Им поставили задачу наказать всех причастных.

Я артефактор. Год, как в свободном плаванье в обнимку с дипломом. Держала крохотную лавочку на Сквозной улице. За небольшое помещение, которое смело могло соперничать с собачьей конурой, драли по десять эйров в месяц. На мелких заказах и столько не набиралось. Но выручала противозаконная деятельность. Мой отец, которого я и в глаза никогда не видела, был известной в определенных кругах личностью. Смазливый Донни, медвежатник со стажем в сорок лет, погиб, по-идиотски напоровшись на ветку, свалившись из окна с добычей за неделю до моего рождения. Матушка о работе супруга не догадывалась, и для нее незаконная сторона стала потрясением. В надежде воспитать послушную дочь меня в десять лет отправили в закрытый пансионат, а сама мама ушла в монастырь.

Но гены проснулись во мне неожиданно. Я организовывала тотализаторы, вскрывала замки кладовых, устраивала пакости воспитателям. И попадалась. Но только поначалу. И если бы не мое умение чинить все, пансионат сдал бы мою персону в колонию для трудных подростков. А так приходилось терпеть.

В академию меня провожали со смешанными чувствами. Вроде и облегчение, что от такой занозы избавились, но с другой стороны, теперь придется тратить дотации, а не класть эйры себе в карман.

Вольная жизнь, конечно, хороша, но безденежна. В продажу пошли мои самодельные артефакты-следилки, шпаргалки, подглядывалки. Преподаватели ценили меня как артефактора и ненавидели как студентку. На торжественном вручении дипломов ректор даже скривился, произнося мою фамилию.

Но Смазливый Донни подарил мне не только жилку незаконного предпринимательства, но и внешность. Я вылитая копия отца. Именно поэтому и обратился ко мне на улице тип с хитрыми глазами, заприметив схожесть. Он оказался старым другом медвежатника. Дверь в теневую столицу распахнулась для меня с ноги. Нет, крупных заказов я не брала, но сделать универсальную отмычку, к примеру, не отказывалась.

И вот ко мне зашел один из ребят Старого Роба. Шайка всегда работала по-крупному, а теперь замахнулась на сам Оддонский Банк. Я бы могла сказать, что кушать мне было нечего или вредная хозяйка повысила оплату за комнату и теперь придется жить в моей лавке, но нет. Меня захлестнуло тщеславие. Создать универсальный поглотитель плетений? А почему бы и нет? Я же не могла предположить, будто один идиот случайно споткнется и уронит его в коллектор, а на площади перед ратушей забьет весьма вонючий фонтан, на вершине которого и будет кувыркаться мой артефакт. Плетения вещь индивидуальная, по ним меня и вычислили.

Все это я, конечно, не стала рассказывать ректору, а ограничилась лишь сухими фактами.

Далее мне выпал уникальный шанс видеть бьющегося в истерике дроу.

Я терпеливо подождала, пока он отсмеется. Эх, жалко, под рукой нет фиксатора, такие кадры пропадают. Когда еще в истории случится подобный конфуз, как утирающий слезы представитель расы, в которой эмоции – табу?

– Хорошо, будем считать, что вы меня уговорили, – он вытащил чистый лист бумаги. Самописное перо вильнуло кончиком и приготовилось конспектировать. – Артефактор. А стихия?

Тут я на секундочку растерялась, ведь сначала принято спрашивать имя.

– Воздух. Но маг я слабенький, – пришлось сознаться как на духу.

Ректор кивнул своим мыслям, и перо послушно заскрипело по бумаге.

– Отклонения?

То есть адекватных вопросов не будет вообще? Все-таки не зря в народе это место называют «Аномалькой».

– Что, простите? – я попыталась придать голосу легкую небрежность, дабы скрыть панику, потому что как человек я существо среднестатистическое и ни в чем (ну кроме фонтана возле ратуши) замечена не была.

– Ясно, – враз похолодевшим голосом обрубил мои надежды Тинор К’Хор. Самописное перо с громким стуком упало на столешницу. – В любое другое время я бы с радостью пошел вам навстречу, милая моя. Но к нам едет комиссия. Знаете, сколько раз министерство пыталось закрыть эту Академию? Они будут носами рыть в поисках, к чему прицепиться. В общем, сейчас я не готов рисковать. Извините. Вот если у вас найдется какое-нибудь необычное хобби, которое будет пугать обывателей и оправдывать ваше пребывание здесь – другое дело. Нормальным тут не место! – и щелкнул пальцами.

Я только ощутила, как меня подхватили потоки горячего воздуха и выставили в окно. Туфли предпочли свалиться и остаться в кабинете ректора. А дроу оказался с сюрпризом. Не то чтобы до этого не удивлял, но двуединый маг – это сильно.

Все это я слабо отметила уже в полете. За мной следом устремились и мои скромные пожитки. Один чемодан распахнулся и из него выпали две куклы. Я их бережно хранила, как воспоминания о счастливых моментах детства.

Падать с высоты четвертого этажа в мои планы не входило. Да, я слабый маг, но воздух все же моя стихия. Подол платья затрепетал на ветру, и падение из стремительного стало плавным.

Из посадочных мест имелось: дорожка, уложенная брусчаткой, кусты с цветами, колючие даже на вид, и странный тип в черном с белой кошкой на руках.

– Поберегись! – крикнула я на всякий случай.

Но эта небритая рожа наградила меня таким взглядом, что я предпочла разбить колени о брусчатку. Как пить дать, некромаг. Эти зыркнут – и сразу переходишь в разряд их клиентов.

Кошка раскрыла свою розовую пасть и противно мяукнула.

– Полностью согласен с тобой Кларисса, – каким-то ледяным тоном сказал неизвестный, – студентки совсем обнаглели. Уже на голову преподавателям сыпятся. Причем в непотребном виде. – Это он намекнул на подол моего новенького платья в горошек, который накрыл мою голову, охотно являя зрителю то, что женщины предпочитают никому не показывать: весьма тепленькие и закрытые трусишки.

Пришлось в спешном порядке приводить себя в вид, близкий к приличному. Рядом со мной с грохотом приземлились чемоданы.

Брусчатка оказалась ощутимо холодной. А я босиком. Пожала одну ногу. Затем сменила ее на другую. Так, переминающейся цаплей, и решила восстановить справедливость:

– Я не студентка. Меня не приняли.

– Ну и радуйся, – беспечно пожал тип в черном костюме и такой же мантии. Даже глаза у него были в цвет, как и волосы. Сразу видно, насколько человек любит свою профессию. – Оно тебе надо?

– Да, – я обиженно шмыгнула носом. – Не хочу в тюрьму.

– Никто не хочет, – принялся философствовать мужчина. – Поэтому туда под конвоем и ведут. Кстати, милые куколки, – он указал подбородком на Полли и Молли.

Я прикусила губу, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в кучу. В этот момент Полли завалилась набок и громко сказала:

– Мама!

Кошка на руках некромага недовольно дернулась и зашипела. А ведь голосовой модуль – это первый мой самостоятельный артефакт. Ага!

– Вещи посторожите! – бросила я опешившему мужчине и понеслась обратно.

Мимо недовольной секретарши я пролетела стрелой, та даже среагировать не успела. Дверь в ректорский кабинет я распахнула магическим пасом.

– У меня есть странное увлечение! – радостно закричала я.

– Да? – дроу снова сдвинул очки на кончик носа, чтобы взглянуть поверх оправы на меня. И добавил ехидно: – А я думал, что вы уже ушли.

– Только частично, – я поскакала к туфлям, скромно валяющимся у окна. – В общем, я хочу изобрести модуль управления куклами, которые позволит создать из них армию. И тогда мы захватим мир! – Подумала и добавила страшным голосом: – Му-ха-ха!

В кабинете повисла нездоровая тишина, словно кто-то раздумывал, выкинуть ли меня в окно или сразу за забор. Но потом раздалась пара хлопков.

– Браво, – насмешливо протянул ректор, и я с шумом выдохнула. Сама не заметила, как задержала дыхание. – Вы то, что нам нужно. С нестандартным мышлением и умением выкручиваться из любой ситуации. И, кстати, про владение воздухом можно было не жеманничать. Вполне сносный уровень. Со студентами всегда надо быть начеку.

Хм, что-то упало? Никак моя челюсть поздоровалась с полом, не имея возможности облечь во внятные звуки всю степень недовольства от наглости дроу.

– Кхм, – я трудом подобрала слова, – вы меня тестировали?!

В приемной раздался какой-то сдавленный писк, и дверь в кабинет ректора самоуверенно распахнулась. Даже мой торжественный забег выглядел не так нагло.

– О, Рэм, – обрадовался некромагу дроу. Вообще, это странно, им никто никогда не радуется. – Ты вовремя. Знакомься – твой новый ассистент.

– А вещи я выбросил, – раздраженно сказал знакомый небритый мужик в черном, сверля меня взглядом. И его кошка так же неприязненно изучала мою персону. Чувствую, сработаемся. – И не нужен мне никакой ассистент. Тем более, такой, – моему замечательному платьицу в горох досталась доля презрения.

Ну, раз мы такие вежливые, значит, будет по-простому.

– То есть, ты специально проделал весь этот путь до кабинета, чтобы гордо заявить о своем очень взрослом поступке? Браво! – я демонстративно хлопнула в ладоши. – Еще и бегом, небось, бежал?

Небритая моська мужчины так забавно вытянулась. Даже кошка уставилась на меня круглыми глазами.

– Это кто? – отмер ущемленный в лучших побуждениях пакости мужчина. – Тинор, ты где эту бесстрашную пигалицу откопал? Закопай обратно!

– Нет уж, – с довольным видом откинулся на спинку стула ректор. – Ты предыдущего ассистента за день до нервного тика довел. И это гнома, которые славятся своей выдержкой. А помнишь милую эльфийку? Она сбежала от тебя в слезах и одних трусах.

Тут я напряглась. Некромаг и так фигура не самая приятная, а он еще и руки распускает? Хотя, с другой стороны, я давно хотела трусы с защитой от насильников сделать. Чтобы раз – и нет шаловливых пальчиков.

– Кто ж знал, что она так посыльного испугается? – с беспечным видом пожал плечами декан.

– Естественно, – дроу сердито полыхнул на подчиненного огненным взглядом. – Какой пустяк. Подумаешь, зомби вломился к ней прямо в ванну.

Так. План меняется. Нужно будет укрепить все двери, замки и косяки. И окна заколотить. На всякий случай.

– Я ж некромаг, – мужчина с независимым видом опустился в единственное кресло для посетителей. Еще и на меня взгляд бросил. Мол, начну я скандал или нет.

Три раза ха! Туфли удобные, а за забором Общей Академии законники злобные.

– Ты еще и декан. И к должности прилагается по инструкции ассистент, – устало вздохнул ректор. – А у нас комиссия на носу. Так что придется потерпеть.

Меня снова просканировали недовольным взглядом и некромаг, и его кошка.

– Но она же живая, – тоскливо протянул мужчина. – А я не люблю живых.

– Так студенты тоже живые, – ехидно фыркнула я.

– И их я тоже не люблю, – с совершенно серьезной небритой моськой заявил декан. – Но терплю. Точно! Как же это я раньше не догадался! – с неуместной радостью воскликнул некромаг, и мне заранее поплохело. – Ассистент должен же помогать, да? Вот я и назначу тебя ответственной за первый курс. Будешь следить, чтобы они внепланово не убились и зачеты не проваливали.

– Вот и славно, – присоединился к радости ректор. – Сейчас мы милую девушку оформим, и забирай ее… – многозначительная концовка была проглочена. Почему-то мне кажется, что там не пожелание долгой и счастливой жизни. – Имя? – самописное перо замерло на изготовке.

– Нэкария Висмус, – представилась я. Очень своевременно. А то уже и из окна полетала, и трусами посверкала, а вот до официоза дело только сейчас дошло.

– А настоящее? – дроу пытливо взглянул на меня.

– Нэкария Висмус, – твердым голосом и громче повторила я. Ну мало ли, вдруг он уже старенький и слышит плохо. У их расы увядание обычно незаметно.

В кабинете повисла удивленная тишина, разбавленная довольным урчанием кошки. Некромаг, кажется, ее гладить ни на минуту не прекращает. Успокаивается бедняга, видимо. Тяжко ему среди живых.

– То есть, имея штраф в размере сто тысяч эйров, вы даже не удосужились приобрести поддельные документы? – странным деревянным голосом уточнил дроу.

Пришлось виновато отводить взгляд:

– Я очень торопилась, – щеки стыдливо пламенели, словно я заявилась на прием в ратушу в одной ночной сорочке.

– Сколько? – подавился воздухом некромаг. – Это за что у нас такие штрафы выдают?

– Поверь, друг, – ректор цокнул языком, – тебе лучше не знать. Страшная она женщина...

Тут я даже стыдиться перестала и гневно засопела. Не моя вина, если у кого-то руки дырявые.

– Ладно, – смилостивился Тинор К’Хор, – повезло, что та раздетая эльфийка не успела новенькие документы забрать. Так, где тут они у меня? – и нырнул в ящики своего стола. Я не стала комментировать подозрительно звенящие в них бутылки, шуршавшие фантики и стойкий запах чего-то спиртного, который охотно вырвался на свободу. – Вот они. Хм, поздравляю, теперь вы Нэка Нэнэка.

– Кто? – я удивленно посмотрела сначала на одного мужчину, затем на другого, и остановилась на кошке, чтобы искренне возмутиться: – Это что за имя вообще такое?

– Ну, видимо, у меня тогда настроение было не очень, – философски ответил ректор. – Со мной такое случается. Найдете новые документы за десять минут – оформлю на них. Под настоящим именем такую матерую диверсантку уж точно в штат не возьму.

– Хорошо, – сдалась я. Нэнэка так Нэнэка. Все лучше тюрьмы.

– Артефактор. Воздушник. Человек с отменной фантазией и неукротимой жажды свободы, – отрекомендовал меня дроу. – А это ваш непосредственный начальник, – он подбородком указал на хмурую скульптуру воплощения скорби и печали в кресле, – Рэм Роден. Декан факультета некромагии. Человек отвратительного характера и больного воображения. Желательно, чтобы вы не поубивали друг дружку до конца проверки. Иначе одну сдам властям, второго – мамочке, которая очень хочет внуков.

И, что занятно, передернуло нас обоих одновременно. Впечатленные угрозой, мы даже присмирели.

– А это Кларисса фон Эдир вис Грауден тер Асперхоун, – ворчливо представил мне некромаг свою кошку. – Прощу величать ее именно так. Потом, если сойдетесь с ней характерами, можно будет и по-простому – Кларисса.

Отлично. Я смерила зажмурившееся животное от кончика хвоста до ушей взглядом. Будет Кларой. Еще с кошками я не притиралась. А станет вредничать – переименую в Мусякулу. А что? Не одной мне с именем страдать.

– Давай, Рэм, – разрешающе махнул рукой в сторону двери ректор, – бери свою ассистентку и отведи ее в домик. Надеюсь, он все еще стоит? – А тон-то, тон. Я бы на месте Родена новый уже отстроила, не выходя из кабинета.

– А что ему будет? – удивленно фыркнул некромаг. – Стоит, и почти целый.

Вот умеет человек настроить на позитивный лад. И тюрьма по сравнению с ним кажется не таким уж и плохим местом.

– Это хорошо, – кивнул ректор своим мыслям, явно не услышав вторую часть. – Вот и отведи в него Нэку. А еще было бы неплохо побыть вежливым и воспитанным, и помочь девушке с вещами.

– Давайте обойдемся без оскорблений, – некромаг плавно поднялся из кресла. Кошка недовольно приоткрыла один глаз, который тут же уставился на меня, найдя виновную. – Пошли уж, ассистентка.

Мимо секретаря мы пронеслись резвым шагом. Так же быстро проскакали по ступеням вниз. Через холл практически бежали бегом.

– Погоди, – я попыталась затормозить скорость передвижения. Хоть туфли у меня и удобные, но каблуки не предназначены для сдачи нормативов по физическому развитию.

– Гажу, – с противной ухмылкой резко остановился некромаг, в результате я впечаталась в его спину и начала падать назад. А проверять мягкость каменных плит мне совсем не хотелось. Поэтому я вцепилась в черную мантию. – Ш-ш-ш-то ты делаешь? – захрипел мужчина. Клара с недовольным мявком шлепнулась на пол, а Рэм вцепился в застежки мантии, благодаря которым я и занимаюсь убийством ценного, но вредного сотрудника. – Отпусти!

– Нет уж, – я отчаянно пыталась остановить скольжение каблуков по поверхности, – падать – так вместе. До конца.

Некромаг чудом извернулся и ухватил меня за ткань платья. Прямо на груди. Ценой спасения наших жизней стала тоненькая лямочка, оторванная в порыве. Теперь, чтобы не светить правой частью того, что обычно прикрывают тонкими кружевами, приходилось придерживать ткань.

– Звучит, как свадебная клятва, – он с недовольным видом потер шею. – И ощущается так же. А ты действительно опасна, Нэка. Пойдем за твоими вещами, я их в кусты затолкал.

Территория Общей Академии чем-то походила на небольшой городок. Справа – общежитие студентов, в центре – само учебное здание, слева – сектор с домиками для педагогического состава. Помимо этого, имелось несколько полигонов, столовая, куцый лесок, зона с теплицами и прочие общеобразовательные постройки. И даже кладбище со склепами. Вот рядом с ним и располагалось жилье кафедры некромагии, прямо с видом на вечное.

– Твой – этот, – объявил, неспешно поглаживая кошку, Роден, кивая на домик поменьше.

Я внимательно осмотрела строение. Вроде все стены визуально на месте.

– Хорошо, – кивнула носильщику, – заноси.

Нет, декан не решил быть галантным, он просто призвал зомби-помощника. Если он рассчитывал на хорошую истерику от меня (а судя по недовольному прищуру, он рассчитывал), то план я ему испортила, собрав всю свою силу воли в кулак. Из принципа. Только кукол я странно ухающему синюшному типчику не доверила, несла их сама, прижав к груди.

– Кстати, – обрадовал меня декан, когда дверь со скрипом распахнулась, выпуская наружу спертый воздух запустения, – это Рудольф. Он мой помощник. Если не можешь найти меня – найди его.

– Угу, – глухо отозвалась я, внимательно смотря под ноги. Доски пола мне доверия не внушали, хотя и выглядели вполне новенькими.

– В столовую ходить не советую, только если любишь пресную кашу, – продолжал аттракцион невиданной говорливости некромаг. – Готовить умеешь?

– Угу, – снова ответила я, выискивая взглядом в прихожей комнате ловушки. Через аккуратный арочный проем было видно маленькую гостиную, совмещенную с кухней. Так, о чем же говорил Роден, когда намекал на «почти целый» дом?

– И на меня тогда тоже готовь, – ассистента повысили в статусе до личного повара. Причем исключительно коварно и без объявления войны. – Ты же моя помощница. – Ан нет, не повысили.

– Мне срочно нужна должностная инструкция, – выдохнула я сквозь зубы.

– Зачем? – непонимающе скосил глаза на меня некромаг. – Я и так тебе все расскажу.

Я сильнее сжала кукол. Молли не выдержала и пискнула: «Мама!».

– Чтобы точно знать, входит ли в мои обязанности регулярно убивать начальника, – с милым оскалом я прошла в гостиную. – А то сейчас дойдем до того, что я окажусь вынужденной стирать тебе носки. Я артефактор, а не домохозяйка.

– С меня продукты, – тут же объявил декан с недовольным видом, словно я его объедаю. – В столовой, и правда, еда так себе. Универсальный рацион для всех рас.

Как выглядит этот ужас, я хорошо знаю. У нас в академии было точно так же. Я быстро попыталась забыть столовскую еду, стоило вырваться на свободу, размахивая дипломом. А потом вообще забыла, когда забыла.

Все же человек я разумный. Иногда. Периодически. Как сказал ректор: «Со мной это случается».

– Хорошо, – подписалась я на бонусные услуги для некромага. – Только изысков не жди. Что приготовлю, то и будешь есть.

Небритая моська обиженно надулась:

– На блюда эрроканской кухни мне можно не рассчитывать?

Тут уже удивилась я:

– Ты в состоянии переварить их сырую рыбу? Так не вопрос. Приготовлю. Много ума не надо, чтобы почистить ее.

– Э-э, – декан сразу решил умерить свои гурманские замашки, – это для Клариссы. Я и простой тарелке супа буду рад.

– Вот и договорились, – я с довольной усмешкой потерла ладони.

– В общем, располагайся, – мои чемоданы с грохотом упали на пол. Зомби в очередной раз ухнул и поковылял на улицу. – Занятия начнутся через пять дней. Студенты прибывают накануне. Так что у тебя масса времени, чтобы освоиться. Продукты пришлю сегодня же. Что еще? Ах да. Я ни под каким предлогом не должен видеть тебя в своем доме. Это понятно?

Я, конечно, кивнула, но не стоило ему драконить женское любопытство. Оно уже вылезло, и назад его даже хороший пинок не загонит. Словом, сам виноват. Я немножко, только одним глазком, взгляну на страшные секреты некромага. Само собой, не сразу полезу, а выжду момент. А вдруг он там в розовом халате и пушистых тапочках предпочитает разгуливать? Интересно же.

Под лестницей, ведущей на второй этаж, обнаружилась ванная комната. Вот здесь дверь укрепить непременно надо, чтобы без моего разрешения посторонний не смог и нос сунуть.

Мансардный этаж являлся спальней. Особо радовали окна в пол с пейзажем в виде черного соседского дома. Мне показалось, или за углом мелькнул чей-то силуэт? Я бы и внимания на него не обратила, если бы неизвестный не нырнул в кусты, а из дома в этот момент вышел Рэм Роден. За деканом кто-то следил?

Распаковка вещей застопорилась на сундучке с рабочим материалом. Я, прихватив самое нужное, перебралась за единственный стол в кухонной зоне. И, как всегда, ушла в работу с головой, потерявшись во времени.

– Ух, – раздалось надо мной в самый ответственный момент, соединения потоков.

– Да что б тебя! – пальцы обожгло от ошибки, и булавка, которая должна будет сделать дверной косяк прочнее, упала на столешницу, оставляя на деревянном покрытии черный след. Я подняла глаза: – Да что б тебя, некромаг!

Зомби недовольно издал звук, похожий на шипение.

– Эм, – поспешила исправиться я, – к вам у меня никаких претензий нет. Вы такой… синий. И мертвый. А вот ваш замечательный создатель…

В ответ на стол демонстративно грохнулись свертки.

– Ну, отлично, – буркнула я в спину удаляющегося зомби. – Мне тоже очень неприятно было познакомиться.

Я с тоской посмотрела на разложенные материалы, затем на продукты, а уж после – в окно. В обрамлении белых занавесок в красную крупную клетку небритая моська некромага заставила меня отшатнуться.

Я попятилась, налетела на угол стола и больно ушибла мягкое, но очень любимое место. Все-таки артефакту от насильников быть! Маньяк, как есть маньяк.

И пока я шипела ругательства на разные лады, Роден спокойно зашел в дом (вот бесстрашный человек), помыл руки (умрет с чистыми ладонями) и сел за стол.

– Договор, – напомнил он невинным тоном, пока я пилила некромага взглядом. Тот располовиниваться не желал, вынуждая меня прибегнуть к реальным инструментам. – Я продукты доставил. С тебя ужин.

– Да…Да…Да их только принесли! – возмутилась я, окончательно запутавшись в словах. А ведь хотела высказать этой небритой морде все, что наболело. Теперь я отлично понимаю нелюбовь к людям его специализации.

– Ничего страшного, – миролюбиво сказал Роден. – Я подожду.

И его громко поддержал желудок. Смутился ли мужчина? Только глазки понесчастнее состроил. Прямо сирота бедная, всеми угнетенная.

В общем, манипулятор он знатный. Сразу так и поняла. Стоило мне взяться за нарезку овощей, повеселел, и грусть всего мира ушла из черных глаз.

– А что это такое было? – вкрадчиво спросила я, с силой втыкая нож в разделочную доску. – Мне озаботиться защитой на окнах?

– Защита лишней не бывает, – флегматично отозвался некромаг, гипнотизируя взглядом кастрюльку с закипающей водой. – Тем более, от студентов. А я просто хотел посмотреть на твою реакцию. При мне ты зомби не испугалась.