Kitobni o'qish: «Истоки русского бестиария»

Name: Истоки русского бестиария
ISBN: 978-5-907028-29-6

Н. Н. Непомнящий, Алексей Комогорцев

Shrift:

Николай Непомнящий, Алексей Комогорцев
Истоки русского бестиария

* * *

Несколько слов в начале книги

Одна из самых волнующих загадок нашего просвещенного времени – существование неведомых животных в дебрях лесов, горах, пустынях и океанах нашей планеты.

В разных уголках земли путешественники и местные жители встречают снежного человека, на далеких островах наталкиваются на вроде бы вымерших 250 лет назад стеллеровых коров, под Санкт-Петербургом, в уральских предгорьях и уссурийской тайге видят необычных змей… А в последние годы к этим и без того экзотическим новостям прибавились еще и тревожные сообщения о проделках совсем уж «не нашего жителя» – заморской чупакабры, объявившейся и на Урале, и в Украине, и в… подмосковных Луховицах!

К сообщениям о подобных чудесах можно было бы отнестись как к безобидной (и не очень) выдумке, не возникни на их основе криптозоология – дисциплина, рассматривающая легендарных и вымерших животных как реальность наших дней. Многие и впрямь считают криптозоологию наукой, другие же просто не принимают ее всерьез – и не без оснований. Но давайте взглянем с сугубо научных позиций: действительно ли криптозоология – сплошное шарлатанство?

В начале XIX в. великий французский зоолог Жорж Кювье заявил, что фауна позвоночных изучена полностью, и предложил дальнейшие сообщения о новых видах считать заведомой фальшивкой. С тех пор открыты: лесной слон, окапи, десятки видов антилоп, горная горилла и еще более полдюжины видов, в том числе знаменитая кистеперая рыба, в незапамятные времена положившая начало наземным позвоночным. О ней свидетельствовали лишь палеонтологические данные, и вот оказалось, что один из видов кистеперых рыб – латимерия – живет и здравствует до сих пор! Совсем недавно гигантские кальмары-архитевтисы считались легендой. Теперь этих исполинских головоногих моллюсков ловят, препарируют и изучают.

Латимерия

Несси на снимке 1934 года

Реконструкция облика снежного человека из Кемеровской области

Мы могли бы перечислить сотни видов живых существ, присутствие которых на нашей планете оспаривается специалистами. Напомним лишь о «большой четверке»: это, во-первых, знаменитая Несси, чудовище, якобы обитающее в прохладных водах шотландского озера Лох-Несс (и десяток ее родственников на территории нашей родины); затем йети, или снежный человек, скрывающийся в Гималаях; его собрат бигфут, или сасквач, – крупное, волосатое двуногое существо, оставляющее отпечатки громадных ступней в канадской провинции Британская Колумбия и на северо-западе тихоокеанского побережья США (а также несколько российских гоминоидов); и, наконец, озерный ящер мокеле-мбембе, который, как полагают, скрывается в глухих болотистых джунглях Центральной Африки (имеет родственников и в России). На поиски этих существ потрачено много сил и средств, но увы… Имеются лишь не слишком внятные кадры видеосъемки, отпечатки следов и шерсть. Да, образцы шерсти имеются, но почему-то не принимаются экспертами к изучению.

Но все же попытаемся защитить искателей неведомых животных. Напомним, что разношерстную компанию существ, интересующих криптозоологов, составляют, во-первых, мифологические животные, во-вторых, давно или недавно вымершие. Реальность сказочных чудовищ теоретически не исключена, поскольку человеческая фантазия не выходит за рамки совокупного человеческого опыта и, наверное, драконы, сирены и прочие гидры возникли не на пустом месте: у них непременно должны быть прототипы в живой природе. Дракон представлялся существом целиком вымышленным, пока палеонтологи не открыли доисторических летающих ящеров; сирен кое-как идентифицировали со стеллеровыми коровами и дюгонями. Прототип имелся и у птицы Рух, и у симурга, и у гамаюна – эпиорнис и иже с ним. Словом, хотя и с натяжками, но удается подобрать оригинал, с которого срисован тот или иной сказочный зверь.

Реконструкция облика мокеле-мбембе

Птица гамаюн

Вопрос о вымерших животных потруднее. По крайней мере, точно известно, что они существовали, и считается доказанным, что к нашему времени исчезли. Но убедительны ли доказательства? Пример: 7 сентября 1936 г. в зоопарке Хобарта (Тасмания) скончался престарелый Бенджамин, последний представитель сумчатых волков. Следует ли отсюда, что на планете не осталось ни одной пары особей данного вида, способной произвести потомство? Где гарантия, что в поисках сумчатых волков прочесаны все возможные места их обитания? Не стоит забывать – это непроходимые заросли!

Сумчатый тигр

Кстати, особого внимания заслуживает разговор о зарослях. Почему-то объекты криптозоологии «подозрительно» концентрируются в тропических лесах. Что, если на самом деле распределение таинственных существ по природным зонам планеты более равномерно? Тогда их можно было бы поискать в любых необитаемых или почти не обитаемых местах. Например, в Сибири и на Северном Урале. Но… большинство таких мест еще менее пригодно для наблюдений, нежели джунгли.

С чего начинать поиск во льдах Арктики и Антарктики, в неприступных горах, в толще океана? Видимо, с картирования троп, нор, гнезд, лежбищ и т. п. Как его проводить? Очевидно, лично прочесать всю местность. Вот и все – планы поисков разбиваются о невыполнимость даже подготовительной их части! Сотни экспедиций не состоялись из-за отсутствия средств. Но допустим, экспедиция, разыскивающая снежного человека на Кавказе или в лесах Кольского полуострова, добралась туда, где еще не ступала (или ступала, но редко) нога человека разумного. Что получится? Пока последний, проклиная все на свете, будет забивать в скалу очередной клин или пробираться по болоту, первый заметит его и, будучи местным жителем, прекрасно приспособленным к передвижению в знакомых с рождения горах и лесах, скроется, ничем себя не выдав. Исследователи даже не догадаются, что кто-то неведомый был рядом с ними!

Еще менее завидна доля искателей, отправившихся в песчаные пустыни, а уж про морские глубины и говорить излишне. Вот и остается тропический лес (к России не относится – пока). Идеальное место, где живут люди, пусть нецивилизованные, но способные дать первичную информацию – где и кого искать. Откуда они это знают? Да потому что и те, и другие в тропическом лесу – дома! Они знают его как свои пять (или сколько там у них) пальцев!

А теперь главное: тропический лес – очень древнее сообщество, мало изменившееся за последние сотни тысяч лет. Поэтому естественно, что якобы вымерших видов там больше, нежели в других природных зонах.

Итак, если подойти к делу научно, ничего невероятного нет ни в самом факте обитания где-либо существ, казалось бы, давно исчезнувших с лица Земли; ни в том, что это «где-либо» почти всегда означает «в джунглях»; ни в том, наконец, что цивилизованному человеку – ученому, например, – встретить неведомых животных гораздо труднее, чем туземцу.

То есть ответы на некоторые вопросы получены. Понятно также, почему аппаратура биосферного мониторинга (слежения) не регистрирует следов жизнедеятельности этих животных. Такое исследование предполагает точное знание, кого именно мы ищем и каких признаков его присутствия ждем. А если не знаешь заранее, как интерпретировать то, что выдают приборы?!

«Русалка плыла по реке голубой…». Иллюстрации Михаила Врубеля к произведениям М. Ю. Лермонтова

Прячутся же наши объекты виртуозно. И прячутся не столько от людей, сколько от тех, кто выгнал их с «праздника жизни», – от своих соседей по биоценозу, – руководствуясь отнюдь не разумностью, которой у них нет и не было, а древнейшим инстинктом самосохранения.

В этой книге мы расскажем отнюдь не обо всех загадочных и неведомых существах, следы которых обнаруживаются на нашей планете, а только о некоторых из тех, встречи с которыми происходят на территории нашей страны и образы которых послужили для рождения некоторых популярных народных персонажей. Ну, хотя бы лешего, русалки и черта.

Мы посвящаем ее памяти людей, отдавших большую часть жизни поиску легендарных животных. Их архивы, переданные нам этими сподвижниками, мы использовали при подборе материалов.

С Валерием Орловым один из авторов много лет работал в редакции журнала «Вокруг света». Всю жизнь он колесил по России, снимал природу и писал очерки о русском Севере, а ушел из жизни в жарком Тунисе. Майя Генриховна Быкова, упоминаемая здесь, начала печататься в том же «Вокруг света», а также в «Техника – молодежи», когда ее с эксклюзивными очерками о поисках снежного человека не пускали на пороги других изданий. Первые книги ее были изданы в Обществе по изучению тайн и загадок Земли в начале 1990-х, и с этого времени пошла ее слава бесстрашного исследователя нашего «обволошенного» подопечного (были годы препон и насмешек). Она не успела объехать все места, которые хотела посетить, но успела увидеть его, и не раз, и все себе доказала, а другим и не пыталась доказывать. Просто рассказывала и писала…

Дина Вячеславовна Виноградова первой блестяще соединила литературу и фольклор с зоологией, вспомнила в своих записках всех своих великих учителей, и главное – Б. Ф. Поршнева и П. П. Смолина, свои собственные экспедиции в неизвестность и первой во всеуслышание назвала черта, домового, лешего и русалку снежным человеком.

Этим людям мы обязаны своей неизбывной тягой к познанию Неведомого.

Борис Поршнев (слева) и Петр Смолин (в первом ряду, в центре)

Живо ли чудо Командорских островов?

Лет 35 назад стали приходить в журнал «Вокруг света» удивительные сообщения с Дальнего Востока. Будто бы видели люди в разных местах побережья – на Камчатке, у Командорских островов, да и в других районах – стеллеровых коров. Да-да, тех самых несчастных морских исполинов, что пали жертвой неуемных аппетитов промысловиков во второй половине XVIII в.

Вообще-то эта тема в официальной зоологической науке считается «закрытой» и вызывает раздражение у ученых. Негативное отношение к подобным наблюдениям высказывали именитые зоологи В. Е. Соколов, В. Г. Гептнер, С. К. Клумов и другие. Автора одного из сообщений, относящегося к 1966 г. и опубликованного в газете «Камчатский комсомолец», они просто подняли на смех. Речь шла о таинственных животных, замеченных на мелководье с корабля у мыса Наварин, северо-восточнее Камчатки.

И вот опять пришло письмо… Метеоролог В. Ю. Коев сообщал о том, что у него накопилось много всяких интересных и, надо сказать, точных сведений о природе Камчатки, о различных непознанных явлениях. Но нас сейчас интересуют вот эти строки: «Могу утверждать, что в августе 1976 г. в районе мыса Лопатка видел стеллерову корову. Что мне позволяет сделать подобное заявление? Китов, касаток, тюленей, морских львов, котиков, каланов и моржей видел неоднократно. Это же животное не похоже ни на одно из вышеназванных. Длина около 5 м. Плыло на мелководье очень медленно. Как бы перекатывалось наподобие волны. Сначала появлялась голова с характерным наростом, затем массивное тело, и затем хвост. Да-да, что и привлекло мое внимание (кстати, есть свидетель). Потому что, когда так плывут тюлень или морж, задние лапы у них прижаты друг к другу и видно, что это ласты, а у этой был хвост наподобие китового. Такое впечатление, что выныривала она каждый раз животом вверх, медленно перекатывая свое тело. И хвост ставила наподобие китовой “бабочки”, когда кит уходит в глубину…»

А потом была достопамятная публикация в газете «Известия» собкора по Дальнему Востоку В. Пушкаря (от 14 марта 1984 г.), которую хочется привести почти полностью: «Редкостное животное искали путешественники прошлого и начала нашего веков. Да и сейчас многим не хочется расстаться с мыслью, что, может быть, где-нибудь в пустынном уголке дальневосточного побережья оно еще уцелело. Вот какие сведения в связи с этим сообщил мне сотрудник Камчатского краеведческого музея В. Малюкович.

Один из первых рисунков стеллеровой коровы

Старшеклассник Илья Воскобойников из поселка Ильпырский с восточного побережья Камчатки, подплывая со своим дедом на лодке к стоявшему на рейде катеру, увидел поблизости какого-то странного черного зверя, который, плюхаясь в зарослях морской капусты, время от времени высовывал огромную морду.

Бывший председатель исполкома Анапкинского сельсовета И. Чечулин с женой пришел на берег посмотреть, не разбило ли штормом ставной невод. И вдруг увидел в прибойной полосе погибшее животное с хвостом, расположенным не горизонтально, как у китов и дельфинов, а вертикально.

– Никогда не встречали мы ничего подобного, – рассказывал позже в музее Иван Никифорович. – Уж не морская ли это корова?

Дело было вечером, а когда наутро пришли с рыбаками к ставнику, чтобы оттащить подальше на берег диковинного зверя, там ничего не было, лишь бился накат.

В свое время публикация о предполагаемой встрече с “капустником” была в журнале «Природа». Корреспондент разыскивал одного из авторов – А. Берзина.

– Это произошло у восточного берега Камчатки. Когда-то давно я работал начальником лаборатории на плавбазе “Советская Россия”, – рассказывает Альфред Антонович. – Однажды получаю с судна от биолога Тройнина радиограмму: “У мыса Наварина наблюдаем неизвестное животное. Срочно сообщите описание стеллеровой коровы”. Я передал его по радио – и через 3 дня получил новое сообщение: “Предполагаем, что это – капустник”. А Тройнин отлично знал морских зверей.

Ведущий зоолог страны В. Гептнер тогда же, по горячим следам, назвал эту публикацию плодом наивной погони за сенсацией. Однако люди, верящие в существование стеллеровой коровы, не сдаются: если жила она на Командорах, где вели промысел зверобои, то почему ее не может быть у берегов, где, возможно, еще не ступала нога человека?

Последний поиск предпринял сотрудник Сахалинского конструкторского бюро Дальневосточного научного центра Анатолий Шкуньков. С пятиметровой надувной лодкой и гидроакустической аппаратурой он отправился с товарищами на мыс Наварина, чтобы перепроверить сообщение Тройнина с берега. В сумеречную ночь высадились на песчаный берег…

Исследовав берег на десятки километров в ту и другую сторону, он спускался в гидрокостюме на дно, записывая голоса китов и других обитателей океана. Шкуньков установил, что здесь, увы, нет укромных бухточек, мало водорослей, и “корова” вряд ли могла бы выжить в таких условиях.

Когда я беседовал с ним, Анатолий, путешественник и романтик по натуре, говорил, что если и есть вероятность найти животное, то равна она сотым долям процента.

– Но и эти сотые надо проверить, – упрямо заявил он.

Со всеми этими сведениями иду к доктору биологических наук, заведующему лабораторией Тихоокеанского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии В. Шунтову. Специалист по живым ресурсам Тихого океана, научный редактор ежегодника “Океан и человек”, издающегося во Владивостоке, уж он-то должен знать истину:

– Так что же стоит за сообщениями о похожих на стеллерову корову странных животных камчатского побережья?

– Есть несколько видов китов, дельфинов и акул темного цвета, которых не все знают. К тому же в воде очертания животного часто искажаются. Я сам однажды видел у Новой Зеландии скопление каких-то поразивших меня необычных животных. Лишь после того, как в трал попала гигантская акула, все стало ясно. Учтите и воображение: люди порой принимают желаемое за действительное, ведь так хочется чего-нибудь чудесного. Особенно в длительных рейсах…

– Но не могло же такое крупное млекопитающее существовать лишь у одного островка на всем земном шаре, ведь это – не бабочка?

– Возможно, в прошлые эпохи ареал коровы Стеллера был шире. Но к тому времени, когда люди впервые ее увидели, он сузился до маленького очажка.

Видимо, тогда, в середине XVIII в., численность этих немигрирующих малоподвижных животных, приносивших по одному детенышу в год, уже не превышала 2 тысяч. Это был примитивный угасающий вид, приспособившийся к жизни в прибрежной полосе.

Он и сохранился-то у Командор лишь благодаря уединенности этих островов, удаленности от человеческих путей.

– И нет ни малейшего шанса, что корова могла где-нибудь уцелеть?

– Вероятность этого равна нулю. Не говоря уже о наших мореплавателях и ученых прошлых веков, которые ничего о ней не сообщают, экспедиции АН СССР, нашего института, специалисты Госрыбвода, начиная с 1930-х гг., прошли по всем побережьям и островам, буквально по пальцам пересчитали всех котиков, каланов и иных зверей. Так что уж “капустник” никак не мог остаться незамеченным».

Предвидим одобрительные возгласы ученых: «Правильно отбрил журналистов и горе-исследователей наш ученый» – и гневные сетования: «Сколько же можно реанимировать давно и прочно исчезнувшее с лица Земли животное», «Мало что пригрезится человеку или двум!».

Но давайте все же подождем с категоричными выводами, а вместо этого вернемся в тот самый достопамятный 1741-й, с которого и началась эта удивительная и трагическая история.

Из досье историков географических открытий: начало драмы
Во вторник, 4 июня 1741 г., пакетбот «Святой Петр» поднял паруса в Петропавловской гавани на полуострове Камчатка. Судном, которое плавало под русским флагом, командовал Витус Беринг, а целью плавания было исследование самой северной кромки Тихого океана.
Прежде всего было необходимо выяснить, существует ли сухопутная связь между Сибирью и Америкой. Сам командор и почти половина его экипажа больше никогда не вернулись на русскую землю.
На борту «Святого Петра» среди его экипажа, состоявшего из 78 человек, находился и немецкий врач и естествоиспытатель Георг Вильгельм Стеллер. Беринг попросил его присоединиться к экспедиции в последний момент, когда внезапно заболел судовой хирург Каспар Фейге.
Первая часть путешествия прошла успешно. Беринг удачно высадился на западное побережье Аляски. Стеллер стал первым естествоиспытателем, ступившим на эту неизвестную землю.
Но потом произошла трагедия. Когда судно уже повернуло домой, среди экипажа разразилась цинга, самый страшный враг первых полярных исследователей. 4 ноября вдалеке в тумане замаячил какой-то высокий, негостеприимный берег, и моряки вначале обрадовались, полагая, что это материк.
Но после наблюдений за положением солнца осознали, что они все еще находились на расстоянии сотен миль от Камчатки, и радость экипажа сразу же сменилась отчаянием. Была созвана вся команда, и так как оставалось всего 6 фляг плохой воды, то было принято единодушное решение сойти на берег острова, который сейчас носит имя Витуса Беринга. Но к этому времени уже не было в экипаже достаточно сильных людей, которые могли бы остаться на борту. Приняли решение всем покинуть судно. Больные были помещены в наспех построенных хижинах и землянках, вырытых в песке, а неделю спустя «Святой Петр» сорвался с якоря, был выброшен северо-восточным штормом на берег и практически развалился.

Рисунок животного из научной книги

При таких драматических обстоятельствах Стеллер и открыл животное, которое станет главным действующим лицом в этой истории. В воде, при высоком приливе, он заметил несколько громадных горбатых туш, которые были похожи на перевернутые вверх дном лодки. Несколько дней спустя, когда ему удалось получше разглядеть этих существ, он понял, что они принадлежат к прежде не описанному виду; то были животные, теперь известные науке под названием «морская корова Стеллера».

«Если меня спросили бы, сколько я видел их на острове Беринга, то я бы не замедлил ответить – их невозможно сосчитать, они бесчисленны…» – писал Стеллер.

Из досье зоологов: «морщинистая Стеллера»
Северная морская корова являлась родственником ламантина и дюгоня, но по сравнению с ними была настоящим гигантом и весила около 3 с половиной тонн. Однако в сравнении с массивным туловищем голова у нее была удивительно маленькой, с очень подвижными губами, причем верхняя губа была покрыта заметным слоем белой щетины, которую по густоте можно сравнить с оперением цыплят. Корова передвигалась по отмелям с помощью двух культей, напоминающих лапы, расположенных в передней части туловища; но в океане это животное проталкивало себя вперед вертикальными ударами по воде большого раздвоенного хвоста. Ее шкура не отличалась гладкостью, как у ламантина или дюгоня, – на ней проступали многочисленные бороздки и морщины; отсюда и ее название «Rythina stellerii», которое дословно обозначает «морщинистая Стеллера».

«Стеллер был единственным натуралистом, видавшим это существо живым, имевшим возможность наблюдать его в природе и обследовать его строение», – пишет его биограф Леонгард Штайнегер. Места обитания животного ограничивались островами, которые ныне известны нам как группа Командорских островов, в частности остров Медный и больший по размерам остров Беринга, расположенный к западу от Медного. Особое удивление вызывает тот факт, что животные были обнаружены в этих холодных водах, хотя, как известно, их единственные родственники обитают только в теплых тропических морях. Но прочная, словно кора, шкура коровы, несомненно, помогла ей сохранять тепло, от холода ее защищал и толстый слой жира. Вероятно, коровы никогда не уходили далеко от берега, так как не могли глубоко нырять в поисках корма, к тому же в открытом море они становились легкой добычей касаток. Они были абсолютными вегетарианцами, питались водорослями, которые растут в северной части Тихого океана в большом изобилии.

Несмотря на свою беспомощность, безобидные животные поначалу совсем не подвергались нападению со стороны моряков со «Святого Петра». Это вряд ли можно объяснить сентиментальностью. Скорее всего, тот факт, что в течение столь длительного времени добытчики щадили этих животных, можно объяснить их физической слабостью, вызванной цингой; кроме того, более удобный и более доступный источник питания представляли собой морские выдры и каланы, которых можно было добыть в любом количестве, для чего надо было лишь спуститься к берегу и ударить их дубинкой по голове.

Но по мере того, как здоровье людей улучшалось, а морские выдры начинали проявлять большую осторожность в общении с ними, были предприняты вполне успешные попытки несколько разнообразить меню сочными бифштексами из морской коровы и морского теленка.

Из досье архивистов: истребление
«Мы ловили их, – вспоминал Стеллер, – пользуясь большим железным крюком, наконечник которого напоминал лапу якоря; другой его конец мы прикрерляли с помощью железного кольца к очень длинному крепкому канату, который тащили с берега 30 человек. Более крепкий моряк брал этот крюк вместе с 4 или 5 помощниками, грузил его в лодку, один из них садился за руль, а остальные на весла и, соблюдая тишину, отправлялись к стаду. Гарпунер стоял на корме лодки, подняв крюк над головой, и тут же наносил удар, как только лодка подходила поближе к стаду. После этого люди, оставшиеся на берегу, принимались натягивать канат и настойчиво тащить к берегу отчаянно сопротивлявшееся животное.
Люди в лодке тем временем подгоняли животное с помощью другого каната и изнуряли его постоянными ударами, до тех пор, пока оно, выбившись из сил и совершенно неподвижное, не вытаскивалось на берег, где ему уже наносили удары штыками, ножами и другими орудиями. Громадные куски отрезались от живой коровы, и она, сопротивляясь, с такой силой била по земле хвостом и плавниками, что от тела даже отваливались куски кожи.
Кроме того, она тяжело дышала, словно вздыхала. Из ран, нанесенных в задней части туловища, кровь струилась ручьем. Когда раненое животное находилось под водой, кровь не фонтанировала, но стоило ему высунуть голову, чтобы схватить глоток воздуха, как поток крови возобновлялся с прежней силой…»

Несмотря на чувство жалости, которое вызывает этот рассказ, нельзя упрекать несчастных людей в том, что они таким способом приготовляли себе сочные бифштексы, которые служили наградой за их нечеловеческие усилия. Они использовали морских коров в пищу только несколько недель – до того, как отправились на вновь отстроенном «Святом Петре» на родину. Сомнительно, что они сыграли большую роль в их уничтожении. Но затем начались события, которые вряд ли можно чем-то оправдать…

Когда потерпевшие неудачу моряки вернулись на Камчатку, то привезли с собой около 800 шкурок морских выдр. Это был очень дорогой товар, и вскоре начали распространяться слухи, что на Командорских островах в изобилии водятся пушные звери. Острова Медный и Беринга стали штаб-квартирами торговцев пушниной, и для любителей статистики можно сообщить, что за несколько лет массового забоя в этом районе, проводившегося, кстати, только тремя охотниками, погибло 11 тысяч лис и тысяча каланов. Шкура морской коровы не очень ценилась. Но охотникам и морякам, которые появлялись в этих местах, требовалось свежее мясо. И добывать его было несложно. Неудивительно, что последовавший за этим массовый забой привел к полному исчезновению медлительных, туго соображающих, но совершенно безобидных животных.

Последняя морская корова, как принято считать, была убита на острове Беринга в 1786 г., всего 27 лет спустя после открытия этого вида животных. Однако в 1879 г. шведский профессор А. Норденшельд собрал свидетельства, показывающие, что животное, вероятно, уцелело до значительно более позднего периода, чем обычно считали. По некоторым данным, еще долго люди продолжали уничтожать морских коров, когда они, не помышляя об опасности, мирно паслись на лугах морских водорослей. Их шкуры использовались для сооружения легких лодок – типа «скифов».

А два русско-алеутских креола утверждали, что на побережье острова Беринга еще в 1834 г. видели тощее животное с конусообразным туловищем, маленькими передними конечностями, которое дышало ртом и не имело задних плавников. Все эти наблюдатели были знакомы с каланами, тюленями и моржами, а также с другими местными животными, с которыми они не могли никого спутать. Вполне вероятно, что «корова» существовала в этом районе и сто лет спустя. А может, то была самка нарвала? Кто знает…

Есть ли надежда? По мнению зоологов, повторяем, ни малейшей. Но криптозоологи считают – есть. Открытия неведомых животных на планете продолжаются, да и старые, «похороненные» уже виды, случается, открывают заново. Например, кэхоу – бермудский буревестник, или нелетающая птица такахе из Новой Зеландии… Однако стеллерова корова все же не птичка.

Но что, если представить себе такое: нескольким парам капустников удалось укрыться от ненасытных охотников в далеких тихих бухтах и пережить кровавую бойню?.. Преследование пошло на убыль. О коровах забыли. Стадо росло, расселялось по побережью, выбирая самые глухие, заброшенные уголки… Стоп! А как же все-таки с другими местами на карте Дальнего Востока, где могла жить и выжить стеллерова корова?

Этому вопросу много внимания – как никто другой из исследователей – уделяет Григорий Панченко в книге «Каталог монстров» (М., 2002). Вот какие аргументы он приводит.

Реконструкция облика капустника

Из досье криптозоологов: шансов маловато
Как мы уже знаем, последняя корова на Командорах была убита, по-видимому, в 1768 г. Во всяком случае, эту дату приводит современник – англичанин Мартин Соур, в эти десятилетия немало попутешествовавший по Берингову проливу, в том числе и вместе с российскими исследователями. Но он же утверждает, что Командоры не были единственным местом обитания стеллеровой коровы: водилась она якобы и возле Камчатки, и возле Алеутских островов!
Это – не частный вопрос. Общеизвестно, что массовая истребительная охота велась лишь близ островов Медного и Беринга, группы Командорских. И если корова обитала в иных местах, к тому же, возможно, малыми стадами, то, может быть, она не привлекла внимания добытчиков? Ведь ее мясо обеспечивало лишь полноценный рацион добытчикам пушнины.
Впрочем, по поводу местообитания морской коровы авторитетнейшие ученые прошлого века выступают единым «негативным» фронтом.
Профессор В. Г. Гептнер, крупнейший специалист по морским млекопитающим, в частности, пишет: «Казалось бы, морская корова должна была жить на Алеутских островах, где условия для ее существования, в сущности, таковы же, как на Командорских. В частности, запасы морских растений столь же велики, и здесь растут те же виды, что на Командорах, и вообще это одна географическая и зоогеографическая область. Особенно это относится к острову Атту – самому западному из Алеутских (группа Ближних) и наиболее близкому к Командорским (около 350 км от Медного)».
Вместе с тем Стеллер во всех своих работах, в том числе и дневниках, опубликованных посмертно Палласом (1793), не упоминает об этом виде касательно мест восточнее острова Беринга. Нет об этом упоминаний и в описаниях других плаваний XVIII в.
В результате специального сбора сведений и очень полного рассмотрения всего вопроса о географическом распространении вида Бэр (1838) отрицает существование когда бы то ни было морской коровы в Русской Америке и в том числе на Алеутских островах – в частности, на Лисьих и Андреяновских.
Позже и Штейнегер (1883), оценивая все сведения, относится к доводам, действительно крайне смутным, об обитании стеллеровой коровы на западных Алеутских островах, в частности на Атту, отрицательно. Отрицает существование морской коровы на Атту и Норденшельд (1882), проявлявший иногда даже излишнюю доверчивость к показаниям местных жителей. Нет и археологических и палеонтологических остатков вида с американских территорий (сообщение палеонтолога геологической службы США Ч. А. Репеннинга).

Действительно, если оставить в стороне возможные исторические причины, очень трудно представить себе расселение травоядного животного, столь тесно привязанного к кромке берега и столь малоподвижного, через 350 км открытого океана от Медного до Атту.

Похоже, никогда не было морской коровы и на Камчатке, и вообще на азиатском берегу. Стеллер, конечно, не обошел бы этого вопроса, а тем более Крашенинников. То обстоятельство, что некоторые жители Камчатки знали нашего зверя и называли его «капустник», объясняется приносом трупов и тем обстоятельством, что, как правильно замечает Штейнегер (1883), в их желудках находили массу «морской капусты».

До ближайшей точки Камчатки (мыс Камчатский) от острова Беринга всего 150 км – расстояние, на которое могли быть занесены трупы, но для живого животного, конечно, непреодолимое.

Наконец, известно, что еще в середине XVIII в. промысловые экспедиции, отправлявшиеся на Алеутские острова и Аляску для отлова бобров и другого пушного зверя, специально заходили на Командорские острова для заготовки мяса морских коров, ради чего даже зимовали на островах. Это делалось именно потому, что на Камчатке такого зверя не было.

Или же потому, что не было там больших, беззаботных, не опасавшихся человека стад? – задается справедливым вопросом Г. Панченко. Или же такие стада существовали, но не были известны. Или же, возможно, они обитали в местах, труднодоступных для промысла (что при тамошнем обилии мелей и скал – не редкость: по этой причине иногда даже разведанные лежбища морских котиков десятилетия оставались нетронутыми!).

И что за странное представление, будто хоть 350 км до Атту, хоть всего-то 150 км до Камчатки легче преодолеет несомый волнами разлагающийся труп (Стеллер вообще-то писал, что киты, погибшие в районе Командор, на Камчатку ветром и течениями не выносятся; неужто для туш коров это правило не действительно?), чем целеустремленно плывущий, могучий, рожденный и выросший в северных морях зверь?!

Стеллерова корова, справедливо замечает автор, честно взвесив аргументы «против» иных ареалов капустника, хоть и была медлительна (относительно!), все же лучший пловец, чем ее современные мелкие родичи: ламантины и дюгони.

Эти представители отряда сиреновых так же травоядны, так же привязаны к «кромке берега» (берег вообще-то не нужен – достаточно мелководья, где растут водоросли; причем значительные пространства между такими мелями могут преодолеваться «на голодном пайке – за счет подкожного жира). Но дюгони, они же манаты, расселились по всей акватории южных морей, ламантины – совсем уж никудышные пловцы! – свободно преодолевают расстояние от Флориды до Кубы, да и по ту сторону Атлантики живет очень близкий вид: африканский ламантин, как-то сумевший перебраться через океан!

Отчего бы стеллеровой корове не преодолеть 150 км? Ведь не возник же этот вид непосредственно возле двух крошечных островов, не прошел там миллионы лет своей эволюции! Видимо, во время ледникового периода ареал охватывал более обширную акваторию, потом он сократился – но только ли до окрестностей Командор?

Из досье криптозоологов: шансы все же есть!
Более строго подошел к вопросу еще в 1840 г. К. М. Бэр. Однако он не пытался расширить доступные ему сведения о морской корове за счет неопубликованных сообщений путешественников XVIII в. Вместо этого, желая проверить те или другие известия, он прибегает к опросу своих современников, посещавших места возможного распространения морской коровы.
Между тем неопубликованные материалы могли внести существенные поправки в его взгляды.
Считаем целесообразным привести некоторые из них; они отчасти подтверждают суждения Стеллера. О существовании морской коровы на Ближних островах имеются сообщения в «Известиях, собранных из разговоров вологодского купца Федора Афанасьевича Кулькова о так называемых Олеутских островах в Санкт-Петербурге в 1764 г.», Из содержания «Известий…» видно (хотя прямо этого не сказано), что речь идет о плавании в 1759–1762 гг. судна «Захарий и Елизавета», одним из владельцев которого был Ф. Кульков, на Ближние острова. В этом документе говорится: «Киты являются там редко, а морские коровы и того реже, которых промышленники называют командорскими коровами потому, что по большей части водятся около Берингова или Командорского острова». Таким образом, около 1760 г. морских коров на Ближних островах было уже очень немного, что и неудивительно, если вспомнить судьбу морских коров на Командорских островах. Во времена г. Стеллера их могло быть больше на Ближних островах.
Значительный интерес представляет, по-видимому, сообщение купца И. Л. Шалаурова, совершившего в 1762 г. плавание на судне «Вера, Надежда, Любовь» из устья Колымы к Шелагскому мысу. В его донесении от 23 сентября того же года, переданном в рапорте начальника Анадырского острога Ф. Плениснера сибирскому губернатору Ф. И. Соймонову от 31 октября 1763 г., говорится: «Ретко носячие мятые льды сплотились незапно и судно было притеснено до 23 чисел (августа. – Авт.), в котором поплыли до Шалагинского носу, где видены были морские коровы, а на берегах морская капуста…»; «…а в обратном мореплавании от Шелагинского носу до усть Ковымы (Колымы. – Авт.) льдов весма ретко почти ничего не имеется, токмо всегда видимо море и наполнено китами и нерпами и времянем белуги, моржи и ретко морские коровы».
Едва ли Шалауров мог спутать морскую корову с каким-либо другим морским зверем. В 1748–1749 гг. он зимовал на острове Беринга, так как корабль «Перкун и Занат», на котором он плыл с купцами И. Баховым и С. Новиковым от реки Анадырь к Камчатке, потерпел аварию у этого острова. Во время зимовки Шалауров не мог не встречать морских коров, которых на острове в то время было много и мясом которых он, конечно, питался.
Умышленную ложь с его стороны мы предполагать не имеем оснований. Трудно ожидать каких-либо ошибок и со стороны «пищика», сопровождавшего экспедицию, Ф. Вертлюгова, которому Шалауров мог поручить писать рапорт. Мы знаем, что Вертлюгов был грамотным, подготовленным геодезистом, хорошо умевшим производить расчеты по определению положения мест и составлять географические карты. Образцом его работ может служить прилагаемая неопубликованная рукописная карта плавания экспедиции.
Наконец, остается предположение о путанице при передаче Плениснером сообщения Шалаурова. Но нет названия морского зверя, которое можно спутать с названием «морская корова».
Хочется надеяться, замечает Г. Панченко, что дальнейшее знакомство с архивными документами, относящимися к плаваниям у берегов Северо-Восточной Азии в XVIII в., внесет еще большую ясность в вопрос о географическом распространении морской коровы.

Алеутские коровы, безусловно, давно исчезли – по тем же причинам, что и командорские. А вот сведения о коровах в водах Чукотки внушают куда больше оптимизма. Во всяком случае, там не было наплыва промышленников, нуждающихся в свежем мясе, да и нечего им делать в краях, где «капустник» – зверь редкий, не стайный, возможно, и осторожный. А область эта что в XVIII в., что в XXI остается труднодоступной, пограничной (отчего появление там посторонних людей не приветствуется), море же с берега испещрено «мертвыми зонами», которые невозможно обследовать даже на легком судне с малой осадкой.

Вдвойне интересно, что Шалауров явно различает морскую корову и моржа, то есть и речи не может быть о «путанице», жертвой которой якобы мог стать Стеллер!

В связи с этим на ум приходят конкретные советы. Например, стоило бы проверить микроструктуру и состав ДНК хранящихся в музеях кожаных изделий – лодок, кухонной утвари, даже боевых доспехов чукчей и камчадалов – которые, по общему мнению, сделаны из шкуры моржа. Как знать, не поджидает ли нас в этом случае некий сюрприз?

Но все-таки это – сведения из прошлого. Есть ли прямые указания на недавние встречи со стеллеровыми коровами? Одно из них – та встреча у мыса Наварин, о которой мы уже говорили.

Из досье зоологов: свежие факты
А. А. Берзин, Э. А. Тихомиров, В. И. Тройнин, Тихоокеанский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии (Владивосток): «…В июле 1962 г., во время экспедиционных работ по изучению китообразных, поисковый китобоец “Буран” находился в районе мыса Наварин. Ранним утром в непосредственной близости от берега несколько наблюдателей на расстоянии 80–100 м от судна заметили группу очень крупных животных необычного вида (примерно 6 особей). На следующий день, когда судно вновь вернулось в этот район, было обнаружено еще одно такое же животное.
Район встречи представляет собой мелководье с небольшой лагуной, куда впадает речка. В лагуне большие заросли морской капусты и других водорослей. В зимний период, за исключением небольшого припая, район не покрывается льдом.
По единогласному мнению наблюдателей, многие из которых долгие годы работают на китобойном и зверобойном промыслах Дальнего Востока, встреченные животные не напоминали ни одного из известных китообразных и ластоногих.
Приводим беглые описания внешнего вида и поведения животных: кожа темная, голова относительно небольшая, с резким переходом к туловищу, верхняя губа как бы раздвоена и нависает над нижней (возможно, однако, что такое впечатление создавали густые вибриссы); хвост животного вызвал удивление у наблюдателей размочаленной бахромой, окаймлявшей его.
Животные плыли медленно, периодически ненадолго ныряя и снова довольно высоко высовываясь из воды. Группа представляла плотный косяк, вероятно, разновозрастных животных (размером от 6 до 8 м), плывущих в одном направлении от берега.
Среди современных морских млекопитающих северной части Тихого океана животные с указанными признаками до сих пор не зарегистрированы. Размеры их говорят о том, что это не тюлени и не моржи, длина которых не превышает 4 м. Кроме того, хвост животного имеет совершенно особую форму. Резкий переход от головы к туловищу, раздвоенная губа, а также медлительность полностью отвергают возможность спутать их с крупными дельфинами и китами. Трудно предположить также, что это были дюгони (Dugong australe), типичные обитатели тропических и субтропических вод, никогда не встречающиеся в столь высоких широтах.
В то же время поражает сходство этого животного по большинству признаков с морской, или стеллеровой, коровой (Rhytina stelleri), какой ее описывали г. Стеллер (1774), С. П. Крашенинников (1755), которую считают исчезнувшей с лица Земли.
Наше сообщение, ввиду его необычности, может вызвать сомнение в его правдоподобности. И действительно, могло ли сохраниться где-то стадо животных, последний представитель которых был добыт почти 200 лет тому назад?
Интересны и другие сообщения о встречах с морскими коровами в период более поздний, чем 1768 г. В частности, существует сообщение натуралиста г. Талезиуса, участвовавшего в кругосветном плавании И. Ф. Крузенштерна в 1803–1806 гг., о том, что путешественники, возвращающиеся из Калифорнии, рассказывают о виденных ими морских коровах…
Сведения о встречах животных, по описанию похожих на стеллерову корову, периодически поступали в последнее время в Тихоокеанский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии (ТИНРО) от рыбаков, местных жителей северных Курильских островов, восточного побережья Камчатки и с Чукотки, но им не придавалось должного значения. Однако в свете наблюдений китобойца “Буран” все эти сообщения заслуживают большего внимания.
Интересен также факт, что район встречи “Бураном” неизвестных животных чрезвычайно подходит к характерным стациям обитания морской коровы. Так, еще С. П. Крашенинников указывал на то, что эти животные водятся “по тихим морским заливам, особливо около устьев рек”. Кроме того, район встречи, как мы уже указывали, зимой не замерзает».
Напомним, как отреагировала официальная наука на вышеизложенную публикацию – ее вердикт оказался стандартным: с «Бурана», без всяких сомнений, видели самку нарвала…

А более свежие наблюдения? Да, есть и такие. Они кратковременны и лишены подробностей, но весьма красноречивы. Например, чукотские рыбаки видели крупное темноокрашенное животное, которое повернуло голову и посмотрело в сторону их лодки: мелкая деталь, но кит, лишенный подвижной шеи, голову не поворачивает!

О самом подробном из таких описаний – от метеоролога В. Ю. Коева – мы говорили в начале главы.

Теперь о довольно неожиданном аспекте проблемы. А не могла ли тяга стеллеровых коров к пресным водам заставить некоторых из них переместиться в дальневосточные реки?

Ведь тот же ламантин с легкостью преодолевает рубеж между солеными и пресными водами, а многие его популяции окончательно перешли к озерно-речной жизни.

Эта возможность пришла в голову Г. Панченко при чтении отчетов известного путешественника по Уссурийскому краю В. К. Арсеньева. Во время путешествия 1907 г. вдоль дальневосточной реки Кусун он услышал рассказы удэгейцев о случае, имевшем место в некоем «пруде» (насколько можно понять из отчета, это было естественное озерцо, в сухой период отделенное от реки и от совсем близкого моря, но в период дождей его изолированность, видимо, исчезала): «Однажды ночью один из братьев, выйдя из фанзы, услышал всплески воды и чье-то сопение. Подойдя поближе, он увидел какое-то большое животное, похожее на сивуча… В страхе удэгеец убежал домой».

А вот и наблюдение самого Арсеньева, сделанное в том же 1907 г. на реке Билиме: «После теплого дождя от земли стали подниматься тяжелые испарения. Они сгущались все более и более, и вскоре вся река утонула в тумане. Порой легкое дуновение ветерка приводило туман в движение, и тогда сквозь него неясно вырисовывались очертания противоположного берега, покрытого хвойным лесом.

Скелет стеллеровой коровы

В это время я увидел в тумане что-то громоздкое и большое. Оно двигалось по реке мне навстречу медленно и совершенно бесшумно. Я замер на месте, сердце усиленно забилось. Но я еще больше изумился, когда увидел, что темный предмет остановился, потом начал подаваться назад и через несколько минут так же таинственно исчез, как и появился. Был ли это зверь какой-нибудь, или это плыл бурелом по реке, не знаю. Сумерки, угрюмый лес, густой туман и главным образом эта мертвящая тишина создавали картину невыразимо жуткую и тоскливую. Мне стало страшно. Я встал и поспешно пошел назад. Минут через 10 я подходил к биваку.

Люди двигались около огня и казались длинными привидениями. Они тянулись куда-то кверху, потом вдруг сокращались и припадали к земле. Я спросил Захарова, не проплыло ли мимо что-нибудь по реке. Он ответил отрицательно».

Арсеньев постарался дать увиденному рациональное объяснение. Но плывущий по реке бурелом не может, заметив человека, повернуть назад и скрыться, двигаясь против течения. А версия насчет «какого-нибудь зверя», безусловно, справедлива, однако в любом случае речь может идти только о неизвестном науке животном; огромном, бесшумно плывущем по реке.

Заметим напоследок, что таежные реки Уссурийского края из-за их пограничного положения сейчас исследованы не больше, чем во времена Арсеньева.

Так что, несмотря на категоричность отечественных зоологов, оставим стеллеровой корове шанс на выживание.

Мансийская анаконда

На территории Свердловской, Челябинской областей, Ханты-Мансийского автономного округа сохранились предания о реликтовом животном. Манси называли его ялпын-уй, русские именовали полозом, а марийцы – «шем кишке». Это животное было осторожно, порой агрессивно по отношению к людям, обладало чертами, которые могут показаться нам, представителям современного общества, порождением больного воображения. Между тем животное существовало. А может, существует и по сей день?

В начале двухтысячных при сборе информации о культуре марийцев Свердловской области Станислав Скурыдин (который любезно предоставил нам свои материалы) услышал историю об интересном животном – «шем кишке», «черной змее». Ее рассказал Геннадий Петров из деревни Артемейково Ачитского района.

Эта змея, как явствует из названия, черного цвета. Длина «шем кишке» примерно 2 м, толщина намного больше, чем у обычной змеи. Живет она в лесу, около водоемов – рек и озер. Ночует на дереве, после чего на нем находят следы от отростков, имеющихся на теле змеи, которые помогают ей фиксировать свое положение в столь необычном месте. Такое местонахождение объясняется стремлением «шем кишке» обезопасить себя от собственного потомства, которое столь прожорливо, что может съесть свою родительницу. Кстати, у змей поедать себе подобных – не редкость. Например, у анаконд.

Анаконда

Встреча с «шем кишке» в лесу – к беде. Тем более что змея имеет обыкновение нападать и убивать. Зато найти сброшенную «шем кишке» кожу в виде чулка – к добру. В сказках марийцев есть истории об «огромной, толстой, как бревно», змее, которая лежит в глубокой норе. Она владеет тайными знаниями, является царицей змей и иногда помогает человеку. Все это интересно, но только с точки зрения фольклора, народной фантазии.

Однако у исследователя манси Валерия Чернецова есть описание подобной змеи, которое он сделал в 30-е годы ХХ в. со слов охотников манси. Называют ее охотники «ялпын уй», «священный зверь», и напоминает она, по их мнению, ящерицу. Длина ее до 7–8 саженей (до 16 м), толщиной она в руку, красно-бурого цвета с зигзагообразным рисунком. Живет в воде и близ нее, спит не на земле, а только на дереве. После ее ночевок на нем остаются следы от чешуи. Услышать эту змею можно весной. Звуки, издаваемые животным, похожи на крик утки или на капание воды. Живет на Оби, в верховьях Сосьвы, в районе Рус-суя и Нильтанг-пауля.

Подобных рептилий было в то время так много, что погибшие змеи хранились у охотников в Нильтанг-пауле в бочках. Тем не менее манси считали, что ялпин уй не умирает, а превращается в камень аммонит.

По сообщениям других исследователей 80-х гг. прошлого века в озере Тур-ват живет существо, длина которого примерно 15 м. В ясные, солнечные дни оно всплывает на поверхность озера и тогда «блестит как серебро». Тур-ват – священное озеро местных манси, а рядом с озером есть молебная гора Ялпын-нер. В июне вогулы обычно проводили там свои языческие богослужения и просили священное животное оберегать их землю.

Змей – нередкий гость на древних барельефах

Исследователи религии манси И. Н. Гемуев и А. М. Сагалаев пишут, что в глубоководном озере Ялпын-тур (Ханты-Мансийский автономный округ) в середине 40-х гг. манси (вогулы) видели ялпын уя. Правда, ему приписывают образ то крокодила, то огромной щуки. И опять прослеживается тесная связь священного животного со священными местами.

В 200 км от Ивделя по реке Лусум (Лозьва) живут манси, которые хранят предания о том, что когда-то в реке жил похожий на змею с рогами речной людоед. И по сей день в тех местах манси поклоняются Хул хуринг ойке – старику, подобному рыбе, хозяину местных людей, рыбы, зверя.

Из досье этнографов: это полоз?
В 1886 г. мещанин Иван Шешин из села Никито Ивдельского (ныне город Ивдель) в своих заметках «О кочевом племени вогул на севере Верхотурского уезда» писал: «По рекам есть у них (манси. – Авт.) такие священные места, через которые они никогда не ездят в лодках, не заденут даже шестом дна, а обходят эти места берегом, перетаскивая лодки на себе». Не потому ли манси не задевали шестом дно, что опасались грозного ялпын уя, а плавание в местах его обитания было чревато для человека гибелью?
В конце своих заметок Шешин упоминает о зубе мамонта и «окаменелости змеи», которые хранятся у него. Что это за змея, автор не уточняет. Если названные останки принадлежат ялпын ую, можно предположить, что подобная змея жила на мансийском Урале с давних времен.
В существовании в наши дни ялпын уя некоторые опытные охотники манси не сомневаются. К примеру, у еще одного народа лесной цивилизации – нанайцев – есть предания о дябдяне, существе, похожем на удава. Хотя не исключено, что это полоз Шренка (Elaphe schrenckii), названный так по имени исследователя Амурского края Леопольда Шренка. Другое название этой змеи, крупного представителя фауны России, – амурский полоз. Продолжатель дела Шренка Владимир Арсеньев дважды упоминает в своих работах о встрече с таким полозом. В том числе указывает длину (1,9 м) и толщину (6 см) убитой змеи. Правда, современные зоологи утверждают, что амурский полоз не превышает в длину 1,7 м. Но тем не менее факт остается фактом.
Русскому населению Зауралья тоже известна огромная змея, которую они называли полозом. И об этом сохранились архивные материалы.

В архиве Свердловской области автору попали в руки интересные краеведческие документы. Один из них – доклад К. Ошуркова Уральскому обществу любителей естествознания (УОЛЕ) от 19 февраля 1927 г., из которого стоит привести некоторые выдержки: «Еще в бытность мою в екатеринбургской гимназии мы, маленькие гимназисты, всегда с вниманием слушали рассказы о прошлом и настоящем Урала нашего уважаемого учителя Онисима Егоровича Клера (Председатель УОЛЕ. – Авт.), рассказавшего также о существовании в уральских лесах больших змей, которых местное население зовет «полозами» и в наличии которых он, Клер, не сомневается, т. к. совместно с известным зоологом Сабанеевым (Сабанеев Л. П., исследователь животного мира Среднего Урала. – Авт.) получил о том подтверждающие данные.

В 60-х или 70-х гг. XIX в. горный инженер Л. А. Лебединский, проезжая на тройке, где-то на Северном Урале увидел пересекающую дорогу огромную змею. Тройка остановилась и стала пятиться. Лебединский вернулся в соседнюю вогульскую деревню и просил вогулов совместно с ним начать преследование змеи. Вогулы отказались: по-видимому, у них змея считалась священной. После долгих расспросов Лебединскому, однако, удалось выяснить местонахождение змеи, и он ее убил, выстрелив дробью в голову. Экземпляр оказался до 8 сажень (16 м. – Авт.) длины и толщиной с доброе 4-вершковое (17,8 см) бревно. Шкура этого полоза будто бы Лебединским была отправлена в Англию».

Приблизительно в 1990-х гг. Клеру было донесено, что в юго-восточном районе Екатеринбургского уезда появился огромный полоз. Клер выехал по адресу, и оказалось, что змею видели две женщины. Причем одна из них, будучи беременной, во время бегства напоролась в лесу на сук и вскоре умерла от выкидыша. В район местонахождения змеи выехали из города охотники. Змею не нашли и отправились обратно, расположились станом около деревни Бобровка в 28 км от города. И вот во время мирных охотничьих разговоров и завтрака раздалось свистящее шипение, и охотники увидели приподнятую над сосенками с краю елани (уральский диалект: поляна в лесу. – Авт.) белую голову полоза, который, по-видимому, сам решил познакомиться с охотниками.

Злые языки говорили, что от неожиданного появления уральского удава один из охотников залез от страха под телегу, другой, помня, что змеи не любят лошадиного пота, надел на себя хомут; третий остался на месте, но его настроение было сильно испорчено случившейся с ним медвежьей болезнью. Полоз от стана ушел, оставив характерный для большой змеи след от брюшных чешуек на смятой траве и хвое.

Я неоднократно слышал от местных крестьян о следе, оставленном проходившим полозом. Такой след видел по росе на пашне рано утром крестьянин Белоярской волости деревни Боярки Матвей Боярских. След зигзагообразно спускался с пашен в реку Пышму.

В любой уральской деревушке можно получить кое-какие сведения о «полозе» и «полозках». Существует мнение, что встреча с полозом опасна для людей. Полоз, как и «шем кишке», стремительно бросается на человека и бьет, как говорят, «хоботом»: очевидно, хвостом.

Молодой телеграфист почтовой станции Бычков рассказал слышанную им историю о гибели рабочего от полоза: «Дело было так: двое заводских рабочих приехали в страдное время на свои покосы, находящиеся в глухом месте в горах Урала. Один остался распрягать лошадь, другой отправился зачем-то в гору, в лес. Вдруг послышался отчаянный крик, и оставшийся крестьянин увидел бегущего с горы товарища, за которым быстро катился свернутый колесом ком, скоро догнавший бегущего – тот упал. Ком, развернувшись, оказался большой змеей, которая быстро уползла в чащу леса. Упавший рабочий умер – то ли от удара хвоста полоза, то ли просто от разрыва сердца».

Между прочим, от полоза, по словам местных жителей, возможно спастись, меняя при беге направление.

Крестьяне деревни Мартяновой бывшего Кунгурского уезда в двух верстах от деревни, недалеко от дороги, в течение нескольких лет видели небольшого «полозка» толщиною в оглоблю. Он никого не трогал и жил около ямы. После крестьяне завалили яму хворостом и зажгли. Больше «полозка» никто не видел.

Среди уральцев существует поверье, что следует остерегаться убивать полоза, так как другой полоз найдет и умертвит убийцу!

Интересный случай наблюдения за полозом сообщил уже упомянутый телеграфист Бычков. Его дядя однажды случайно увидел, как полоз проглотил рябчика. По его словам, рябчик сам подлетел к лежащему с поднятой головой полозу. Это случай гипноза птицы, что характерно для змей.

Быть может, недалек тот день, когда в распоряжение специалистов будет предоставлен для изучения пока еще оспариваемый coluber trabalis (в переводе с лат. «огромная бревноподобная змея». – Авт.), как назвал уральского удава посетивший эти места знаменитый ученый Паллас. В одной уральской степной деревне Палласом была найдена висящая в избе у крестьянина шкура, или выползок, огромной змеи. Владелец шкуры, несмотря на просьбу Палласа, ее не продал. Ошурков также пишет о том, что в 1925 г. рабочие Нижнеисетского завода пытались поймать сетями большую змею золотистого цвета с большим пятном на лбу. Змея перепрыгнула через сеть и ушла.

Не менее интересно письмо тому же обществу помощника лесничего Каслинского лесничества Н. Ф. Кузнецова от 12 апреля 1927 г.: «Рабочий Каслинского завода Свиридов Павел Иванович, 60 лет, занимаясь в Каслинской даче поисками полезных ископаемых, в конце августа месяца 1926 г. в урочище Булдымское болото в ясный солнечный день заметил змею необыкновенных размеров, которая располагалась на каменистом холме.

Увидев за свою жизнь первый раз змею таких размеров, как рассказывает Свиридов, он от этой встречи пришел в ужас и поспешил поскорее покинуть это место. Величина этой змеи, как он говорит, по длине аршин 6 (4 м. – Авт.) и по толщине около головы вершка 3 (13,3 см. – Авт.). По цвету же точно определить, серая она или черная, Свиридову не удалось.

Весной 1924 г., будучи с группой рабочих в числе 54 человек на тушении лесного пожара в районе озера Сунгуль в Каслинской даче, мы по ликвидации указанного пожара пришли на берег Сунгуля с целью после работы вымыться и увидели следующую картину: по самой средине озера плыло какое-то животное, и над поверхностью воды была видна лишь его голова. При движении от него отходили бурные волны. Все рабочие пришли к заключению, что плывущее животное – не что иное, как полоз».

Далее автор письма сообщает, что находящиеся на озере рыбаки, завидев движущееся по озеру животное, поспешили причалить к берегам.

Из досье краеведов: встречи с гигантом
В статье «Великий полоз» Борис Казаков пишет о том, что в 1889 г. купец Ушаков рассказал в очерке о светло-серой змее с желтыми пятнами на брюхе и боках, которую не раз видели, в том числе переплывающей реку Исеть в 3 верстах от села Бобровского с зайцем во рту, что свидетельствовало о силе этого животного. Длина ее была до 6,5 м.
Есть упоминание о том, что в 1869 г. в Тверской губернии помещик Кишенский убил змею, длина которой составляла 177 см. Спина ее была серой, брюхо желтовато-белое. Ширина тела змеи – в 3 пальца. Это не единственное упоминание о существовании в европейской части России крупных пресмыкающихся.
По данным К. Г. Колясниковой, в начале ХХ в. в лесах близ села Селивановщина Даровского района Кировской области водились необычные змеи, детеныши которых укрывались на деревьях. Ее бабушка вспоминала о том, что в лесу во время дождя грибники рисковали получить себе на голову упавших с ветвей змеенышей. Можно предположить, что ими могли быть водяные ужи, которые, как известно, умеют залезать на деревья. Но, по мнению очевидцев, эти создания отличались большими размерами, по сравнению с обычными змеями. Хотелось бы отметить, что до прихода в IX веке славян вятичей на территорию современной Кировщины эти земли заселяли марийцы, фольклор которых, как было указано выше, сохранил память о «шем кишке».
По информации, приведенной Б. Казаковым, в конце 50-х гг. XX в. на озере Аргази (Челябинская область) обитал черный полоз длиной около 50 м, а в одном из торфяных болот Ильменского заповедника, расположенного в той же области, в 1940 г. видели огромную змею. Летом 1961 г. недалеко от озера Большое Миассово жительница деревни Уразбаево видела змею, у которой «голова большая, как у сома рыбы. Тулово с толстое полено, серое, метра 3 будет».

Одни посчитают все это забавным, другие – стародавним и давно минувшим преданием. Быть может, это и так. Хотя есть данные, что летом 2001 г. в окрестностях Тавды видели крупную черную змею с необычными пятнами на теле. Что это – испуг перед обычной гадюкой? Фантазии местных жителей? Новые загадки?

«Похоже на анаконду», – говорили люди, когда слышали рассказы о змее. А ведь точно – анаконда. Так же прекрасно плавает, забирается на деревья и нападает с них. Только уральская анаконда – морозостойкая. Но и это не новость.

По словам очевидцев, которые приводит тот же автор, другая крупная змея – удав обыкновенный – способна при нападении или защите наносить могучие удары хвостом. Как здесь не вспомнить подобное утверждение из доклада Ошуркова?

Почему же ялпын уй больше похож именно на анаконду, а не на питона, к примеру, который прекрасно плавает, в отличие от того же удава? Дело в том, что анаконда непосредственно связана с водой, живет там и охотится. Как и ялпын уй, анаконда достигает 16–20 м в длину, а при подобных гигантских размерах трудно жить вне воды. Обе эти змеи для охоты и отдыха забираются на деревья.

Из досье этнографов: сказы и очевидцы
Историк XVIII в. Герард Миллер в своем сочинении «Описание Сибирского царства» пишет об аринцах – народе, жившем в период путешествия Миллера по Енисею. Аринцы одного поселения погибли из-за массового нашествия больших змей, среди которых «одна была необычайной величины, с большой головой и с телом, блестящим, как золото» (Миллер Г. Описание Сибирского царства. М., 1998. С. 25–26).
Примечательно, что один из жителей спасся, протянув вокруг своей юрты аркан из лошадиного волоса (как здесь не вспомнить рассказ Ошуркова об охотнике, надевшем на себя лошадиный хомут, чтобы спастись от ялпын уя) и насыпав около юрты пепел.
В свою очередь, Павел Бажов в 3 своих сказах: «Про Великого Полоза», «Змеиный след» и «У старого рудника» – много рассказывает об ялпын уе. В первом из названных сказов дается описание гигантской змеи: «И вот из-под земли стало выкатываться тулово преогромного змея. Голова поднялась выше леса. Потом тулово выгнулось прямо на костер, вытянулось по земле, и поползло это чудо к Рябиновке (реке. – Авт.), а из земли все кольца выходят да выходят. Ровно им и конца нет».
В сказе «У старого рудника» Бажов упоминает об ареале огромного полоза: «Не знаю, как по Северному Уралу, но по Среднему и Южному этого фантастического змея чаще зовут Полозом, Великим Полозом, вероятно, потому, что здесь издавна идет разговор, частично поддерживаемый натуралистами прошлого (Сабанеев, например), о существовании особо крупного вида змеи – полоза».
Русский писатель делает акцент на то, что рассказы о полозе, его образ были привычны с детства. Из чего можно вывести, что в 80–90-х гг. XIX в. встречи с ялпын уем были не редкость. Тем более, как утверждает писатель-уралец, образ гигантской змеи среди русского населения Урала «пришел не от древней символики и не от морализаторских разговоров, а от внешних окружающих впечатлений».
Как записал Бажов, русские, живущие на Урале, огромного полоза считали хозяином всех змей (вспомним аналогичные воззрения марийцев!) и золота, который «одним облегчал доступ к золоту, указывал места и даже «подводил золото», других отгонял, пугал или даже убивал».
На родине Бажова, у города Полевский, встречи с необычными крупными змеями происходили и в наши дни. Вот как описал встречу с необычным животным близ речки Полевой житель Полевского Владимир Николаевич Суренков: «Событие, о котором рассказываю, произошло в 1960-х гг., мне было 14 лет. Вот тогда-то и увидел то, чего так до 55 лет более не видел. На большущем камне-плитняке, невесть откуда взявшемся у подножия горы, лежала и грелась змея. Змея лежала шаньгой, свернувшись спиралью, а на теле лежала голова и смотрела на меня, уставилась не мигая. Первое, меня поразили ее глаза. Глаза были большие, выразительные, человеческие. Цвет тела плохо помню, неяркий, серый, с большими пятнами, чуть более темными. Она стала, это я запомнил, как фотоаппарат, не отрываясь взглядом от меня, раскручивать спираль, и поползла от меня, почти переливаясь, как вода, за каменную грань, в траву. Змея была примерно 1,7 м в длину. Змей видел всевозможных расцветок и размеров, но такой ни ранее, ни до сих пор больше не видел».
Конечно, можно выдвинуть версию, что этой змеей был желтобрюхий (каспийский) полоз (Coluber caspius) – крупнейшая змея Европы, достигающая 2,5 м. К тому же каспийские полозы бывают серого цвета. Но зоологи утверждают, что максимальный ареал этой змеи – Волго-Уральское междуречье.

Существовал ли гигантский полоз – вопрос спорный. Тем более что прямых материальных свидетельств его существования нет. А наука любит факты, которые невозможно опровергнуть.

Конечно, вопрос можно решить так: нет доказательств – нет проблемы. В этом случае как никогда актуальными становятся слова из доклада К. М. Ошуркова: «Академия наук не поверила Клеру и Сабанееву о наличии в Уральских лесах больших змей, и таким образом, до сих пор никто не решался, не рискуя потерять репутацию, поднять вопрос о существовании на Урале полоза». Ну, а если набраться смелости и сопоставить все приведенные выше факты? И при этом принять во внимание, что информаторы не связаны друг с другом?

Кто же такой ялпын уй? Плод вымысла испуганных охотников? Воплощенные страхи подвыпивших крестьян? Или животное, которое выжило, несмотря на природные катаклизмы?

Из анализа упомянутых здесь встреч людей с ялпын уем можно сделать некоторые обобщения:

1. Размеры змеи варьируются: толщина по диаметру от 6 до 18 см; длина от 1,7 до 16 м (по отдельным данным до нескольких десятков метров). Размеры ялпын уя, скорее всего, зависят от возраста, мест обитания и пищи. Не исключено, что полозов было несколько видов. Исходя из размеров и следа, похожего на отпечаток бревна на траве или песке, ялпын уй обладал солидным весом.

Гиганты среди рептилий встречаются на всех континентах

2. Полоз имеет светло-серый (на солнце золотистый, стальной) или черный цвет. Голова крупная, «как у сома», с пятном на лбу. На теле зигзагообразный рисунок либо желтые и даже красные пятна. Не исключено, что на черепе у одного из видов ялпын уя были наросты «в виде рожек». Глаза навыкате, до 3 см в диаметре.

3. Можно предположить, что ареал этой змеи до XVII в. (время упоминания о существовании крокодилов в Псковской летописи за 1582 год и в записках путешественников Герберштейна и Горсея) простирался от европейской части России вплоть до Дальнего Востока. Тем более что экзотические животные могут существовать в суровом климате нашей страны, что доказал в начале XX в. зоолог А. Круликовский, приведя в пример привезенную из Астрахани черепаху, прожившую более 5 лет в пруду у села Лазаревка Вятской губернии.

С XIX в. ялпын уя встречали на территории современных Пермской (близ города Кунгур), Свердловской, Челябинской областей, в Ханты-Мансийском округе. В XIX в. к северу от Челябинска регистрировалось большое количество встреч с гигантским полозом. Это объясняется тем, что на севере Челябинской области много озер и болот, особенно в бассейне реки Теча, где, как правило, и происходили встречи. Но с увеличением населения, ростом промышленности, с ухудшением экологической обстановки этого района полоз, возможно, полностью исчез из тех мест.

4. Обитал ялпын уй в болотах, пресноводных озерах, реках, окруженных лесами. В глубоких норах (ямах) вне водоема змея отдыхала и, быть может, зимовала, т. к. об обнаружении ялпын уя в зимний период данных нет. Великий полоз ночевал на деревьях в случае большой концентрации на определенной территории подобных ему змей или из-за другой опасности. Исходя из этого, можно предположить, что ялпын уй при случае питался себе подобными.

5. Охотился ялпын уй на дичь, млекопитающих, в том числе на домашних животных. Нападал на человека, убивал его, как правило, охраняя тем самым свою территорию и, возможно, свое потомство. Можно предположить, что питался и рыбой, как современный водяной уж.

6. Подобно современным рептилиям, ялпын уй любил греться на камнях в лучах солнца. Лежал, свернувшись для удобства в кольца. В результате его крупное тело походило на горку. Возможно, ялпын уй не являлся теплокровным животным.

7. Змея хорошо плавала по поверхности воды. Скорее всего, зигзагообразно, по-змеиному. Отсюда большие волны при ее перемещении по воде. Неплохо поднималась по деревьям. Для этой цели на ее теле были отростки, мешающие соскальзыванию.

8. Полоз обладал способностью гипнотизировать свои жертвы. Он также убивал противников ударом хвоста. Зафиксированы случаи его нападения с дерева. Не исключено, что он душил жертву подобно анаконде, а с горы преследовал ее, свернувшись шаром. Спастись от него можно было, лишь убегая не по прямой.

Конечно, читатель помнит повесть Михаила Булгакова «Роковые яйца», написанную, кстати, в середине 1920-х гг. под впечатлением от встреч очевидцев с загадочным гадом в Крыму. Думается, право каждого – решать, сказка или действительность рассказанное выше. При этом не нужно забывать, что самое невероятное и необъяснимое порой становится простым и обыденным… Тем более когда происходит не в одном районе и даже не в одной области или регионе, а в самых разных местностях, но оказывается необычайно, до деталей схожим.

Слово криптозоологу Андрею Перепелицыну:

– Предания об огромных «гадюках» известны во многих приднестровских селах: по словам местных жителей, сталкиваются они, дескать, с чудовищно большими змеями, размерами, не уступающими, например, анакондам. Байки? В конце лета 1999 г. вместе с двумя товарищами, также увлекающимися еще не разгаданными тайнами природы, – Сергеем Каминским и Татьяной Янчук, – мы путешествовали по странам – юго-западным соседям России.

Африканские удавы – крупнейшие змеи в мире

Черноморский гад любит выбираться на берег

– Змей у нас много! – рассказывает бабулька, у которой мы не без некоторой неловкости (не примет ли за блаженных?) поинтересовались «змеиным вопросом». – Гадюки, ужи, еще эти, как их – медянки. А большие? Люди говорят, есть, но мало их. Я сама ни разу не видела, родители рассказывали: появилась однажды за селом в овраге особенно большая гадюка – по пшенице проползет, так дорожку оставит. На людей не бросалась, но овец таскала. Несколько лет жила, а потом большое половодье случилось – и пропала она. Может, ушла, может, потопла. У нас место, где такие змеи держатся, так и называют – «Змеиный овраг». Там недалеко лесник есть, Толя Кулик. Поговорите с ним, может, чего узнаете.

Анатолий оказался солидным мужиком предпенсионного возраста с окладистой бородой.

– Говорят много чего, а сам я большую змею только раз видел. – Лесник задумался. – Лет 17–18 назад. Месяц был, думаю, апрель, горох уже на несколько сантиметров поднялся.

Краем горохового поля я и шел – оно было недалеко от Змеиного оврага, но дальше от берега. Вдруг вижу – громадная змея лежит на дороге. Хвост на поле, а головы не видно. Я думаю: «Где ж голова-то?» А она голову и поднимает. Мать честная, она на другой стороне тропы! Где-то на полметра подняла, смотрит на меня и фырчит. Я на обходе был, с ружьем. Выставил его и думаю: если бросится на меня, выстрелю, а первым не стану. Здорова больно! Ударит в агонии хвостом – с ног собьет. Но она ко мне не полезла, а голову на землю положила и в чагарь (это кусты по-русски) уползла. Толщиной она с водопроводную трубу, сантиметров за 10, а длиной метра 4 точно будет…

Лесник встал, вышел на край полянки и инсценировал памятную встречу. Получилось, что смотрел он на гигантское пресмыкающееся не более чем с 5 метров и, имея четкие ориентиры, даже с испуга сильно ошибиться в определении его размеров не мог.

Поблагодарив собеседника, мы двинулись было назад в село, но разговорившийся лесник нас задержал:

– Еще вспомнил: лет 25 назад на «точке» такую змею ведь поймали!

– На какой еще «точке»?

– А у нас тут вроде воинских частей объекты были – ракетные шахты, что ли. Сейчас-то их повзрывали, а тогда, говорили, сначала охранник змею заметил – ну, кто-то из военных ее потом и поймал – сеткой, что ли. Взвесили – оказалось, как говорили, 107 или 106 килограммов. Ее вроде потом в Ленинград увезли, в институт какой-то, я не знаю…

Повествование лесника, на мой взгляд, на байку никак не тянет – придумать можно было бы и поинтересней. Да и во время нашей с ним беседы не создалось впечатления обмана, розыгрыша – шутники ведь обычно, вешая лапшу людям на уши, приводят массу подробностей и поминутно клянутся в истинности своих слов.

Но, разумеется, говорить о реальном существовании на Днестре крупных змей было еще рано – требовалось найти и других очевидцев. Сделать это оказалось совсем несложно – прошлись по улицам села, общаясь при этом с прохожими, и буквально через полчаса в нашем блокнотике оказалось несколько фамилий людей, по словам их односельчан, лично видевших «больших гадюк». Похоже, каждая встреча с ними вызывает сенсацию местного значения, и пересуды забываются не скоро.

Например, Федор Баранов, рабочий местного кирпичного завода, видел «чудо-юдо» совсем недавно.

– На завод я шел, – говорит он, – гадюку увидел в лесу, около водонапорной башни. Длина ее была метров 5, а толщина – с двухлитровую бутылку из-под газировки. Цвета такого серебристого, но как следует я ее не рассмотрел – темновато еще было. Между прочим, я большую змею 2 года назад уже видел: ехал на «запорожце», а она через дорогу ползет. Вот тогда я сильно испугался – больно здоровая гадюка была, 10 см толщиной. Даже ноги с педалей убрал и поджал, как будто она дно машины прокусить могла. Назад не оглядывался, так что не знаю: переехал ее или она успела проскочить. А ту, что этим летом около завода встретил, на следующий день почти в том же месте мой сменщик видел, Саша. Он говорит только, что посреди туловища у нее вздутие появилось – видимо, что-то проглотила. Вы с ним сами поговорите – он недалеко живет…

После проведенного в селе опроса у нас почти не осталось сомнения, что гигантские пресмыкающиеся на берегах Днестра – не выдумки: слишком хорошо согласуются описания их, сделанные разными очевидцами, – а мы задавали им каверзные вопросы о форме головы и хвоста, расположении глаз, пятен на теле, словом, интересовались деталями, сговориться в отношении которых наши информаторы не могли. Да и не ставили мы никого в известность о своем приезде…

Из досье криптозоологов: реальны ли гадюки-гиганты?

Давайте попробуем посмотреть на змей-гигантов с позиций зоологии. Прежде всего не являются ли наши герои представителями хорошо известных видов змей вроде гадюк или ужей, просто немного более длинных, чем обычно? Даже если так, то существование столь крупных экземпляров все равно должно представлять для науки интерес: в Европе неизвестны пресмыкающиеся длиннее 2,5 м – а в данном же случае речь идет о превышении известных рекордов не на сантиметры, а на метры!

Однако те самые мелкие детали, о которых мы «пытали» селян, как будто не позволяют отнести приднестровских гигантов к известным видам. Между прочим, и наши собеседники хоть и называли интересующих нас змей «гадюками», но от обычных гадюк при этом четко отличали.

Итак, неизвестный вид крупного животного, обитающий в обжитых местах и ускользнувший от глаз зоологов? В это трудно поверить только на первый взгляд – а если разобраться?

Крутые, со множеством оврагов и небольших пещер, густо заросшие лесом и колючими кустами берега Днестра почти не освоены человеком. Мы имели возможность убедиться в этом: если в пойме огороды и рыбацкие стоянки еще встречаются, то на склонах, в полосе нескольких сот метров – девственная природа со множеством мелкой живности – отличной кормовой базой для крупного пресмыкающегося. Что касается «ненаблюдения» их профессиональными учеными, то гиганты, как и любые крупные хищники, явно стоят на вершине пищевой пирамиды, а следовательно, численность их не может быть большой.

Вероятность случайной встречи ничтожна – требуется целенаправленный поиск. Но предпринимал ли его кто-либо из ученых? Вряд ли. Во-первых, рассказы крестьян считают вымыслом, а во-вторых, вырвавшийся в поле зоолог обычно настолько перегружен плановыми темами, что на хобби-темы времени у него не остается.

В то же время, подойдя к проблеме серьезно, добыть экземпляр гигантского пресмыкающегося, видимо, можно. Воспоминания А. Кулика о захвате суперзмеи ракетчиками вполне правдоподобны; пятиметровая змея, вроде удава и анаконды, как раз и должна весить около 100 кг, однако вряд ли эту цифру знали селяне или военные. Вот только сомневаюсь, что ее отловили живой и действительно отправили ученым. Учитывая менталитет наших армейцев, логичнее предположить, что ее, надивившись, просто выбросили либо, что менее вероятно, сделали из нее чучело.

Напоследок перенесемся на Дальний Восток, еще одно весьма перспективное место для встреч с этими любопытными созданиями.

В 1940-х гг. шел охотник на озеро Хунтами, что в нескольких километрах от поселка Терней. На перевале среди зарослей дубняка на ветвях дерева он увидел огромную темную змею, длина которой составляла около 10 м. Змея не проявляла агрессивности; видимо, отдыхала. Охотник снял с плеча берданку и выстрелил в нее. Патроны были заряжены дробью на уток и вряд ли могли причинить большой вред такой огромной змее. В момент выстрела змея дернулась, и огромное тело заметалось от боли, ломая ветви деревьев. Змея устремилась в чащу, оставляя после себя следы крови, сломанные ветви и примятую траву.

В 1978 г. с огромной змеей повстречался сварщик Геннадий Степанович Рыбалко, отдыхавший в поселке Амгу. «В середине августа около 3 часов дня я шел по дороге от водолечебницы и спустился с нее к Филимонову ключу, – вспоминал Рыбалко. – Было жарко, я присел напиться воды у старого полуповаленного ясеня. Попив воды, поднял глаза на ясень и на некоторое время онемел: на дереве лежала змея длиной около 5 м! Голова ее свешивалась вниз, глаза были закрыты.

Придя в себя, я бросился бежать в поселок Амгу. Позже местные жители рассказали, что огромные змеи часто бывают в этих районах и подобное пресмыкающееся кто-то из них видел в 1973 г.

Гадюки могут достигать весьма крупных размеров

Гигантскую змею повстречал и Александр Водянин с товарищами в то время, когда они вместе косили сено. Из-за большого дерева выползло, извиваясь, существо, по окраске похожее на полоза, но его длина достигала 10 м! Это было в июне 1983 г. Змею чудовищных размеров видели и в 1984 г. рабочие рудника Николаевский, ехавшие на работу. Змея переползала дорогу. Вначале рабочие приняли ее за огромное черное бревно.

Местные жители Ханкайской долины утверждают, что огромные пресмыкающиеся приползают в Приморье из северных районов Маньчжурии. Может быть, это подвиды так называемого полоза Шренка, достигающие очень крупных размеров. Но не исключено, что они являются представителями реликтовой фауны.

По сообщению исследователя В. Двужильного на северо-востоке Приморья у удэгейцев была записана легенда о загадочном животном, живущем на озере Тони. Но единого мнения об этом животном нет. Одна из версий отождествляет его с огромным змеем. Удэгеец Анатолий Кимаилигу рассказывает: «Однажды трое охотников, в числе которых был и мой дед, расположились на берегу замерзшего озера. Набрав веток, они разожгли костер. Все трое уселись спиной к небольшому занесенному снегом холму. Когда костер разгорелся и стало тепло, они внезапно почувствовали, как холмик за их спиной зашевелился. Обернувшись, охотники увидели крупное животное серо-черного цвета с толстым длинным хвостом и маленькими короткими ножками. Внешне оно напоминало крокодила. Испуганные удэгейцы бросились бежать».

Упоминание о животном, внешне похожем на крокодила, встречается в дневниках известного путешественника и писателя В. К. Арсеньева: «Перейдя речку Адимм, мы направились к дереву, которое незадолго до нашего прихода напугало удэгейцев. Толстый ствол его на высоте груди разделялся на 4 части… На одной ветви было прикреплено деревянное изображение птицы, на другой – грубое подобие человека, на третьей – какой-то зверь, вроде толстого крокодила. Именно его, очевидно, испугались удэгейцы…»

Другая история рассказывает об исполинском животном, обитавшем в районе рек Единка и Самарги. Оно настолько огромное и массивное, что при его передвижении оставался след на мягкой почве. Видели его еще в XVII–XVIII вв.

В дальнейшем, по свидетельству знатока криптофауны Дальнего Востока А. Ремпеля, эти животные ушли на север за пределы края и больше не появлялись.

Впервые общественность узнала о таинственных животных в якутских озерах из дневника геолога Виктора Твердохлебова, опубликованного в журнале «Вокруг света» в 1961 г. Очерк долго не решались ставить в очередной номер, не без оснований опасаясь неоднозначной реакции как читающей публики, так и научной общественности. Надо сказать, материалы подобного рода появлялись в советской печати нечасто. Одно дело – областная и районная пресса, о «проделках» которой никто в центре не узнает (до Интернета оставалось полвека), а тут центральный журнал ЦК ВЛКСМ!

Реконструкция облика гигантской анаконды «титанобоа». Была представлена на Центральном вокзале Нью-Йорка в 2012 г.

«Черт» из озера Лабынкыр

Итак, в один из вечеров на озере Ворота В. Твердохлебов наблюдал неведомое существо. «…Это было что-то живое, какое-то животное. Оно двигалось по дуге: сначала вдоль озера, потом прямо к нам. По мере того как животное приближалось к нам, странное оцепенение, от которого холодеет внутри, охватывало меня. Над водой чуть-чуть возвышалась темно-серая овальная туша. На ее фоне отчетливо выделялись 2 симметричных белых пятна, похожих на глаза животного, а из тела его торчало что-то вроде палки… Может быть, плавник?

Озеро Лабынкыр

Мы видели лишь небольшую часть животного, но под водой просматривалось огромное массивное тело. Об этом можно было догадаться, видя, как чудовище двигается: тяжелым броском, несколько приподнимаясь из воды, оно бросалось вперед, а затем полностью погружалось в воду. При этом от его головы шли волны, рождавшиеся где-то под водой. “Хлопает пастью, ловит рыбу”, – мелькнула догадка… Перед нами был хищник, без сомнения, один из сильнейших хищников мира: такая неукротимая, беспощадная, какая-то осмысленная свирепость чувствовалась в каждом его движении, во всем облике.

Виктор Твердохлебов

В 100 м от берега животное остановилось. Оно вдруг сильно забилось на воде, поднялись волны, и никак нельзя было понять, что происходит. Прошла минута – и животное исчезло, нырнуло. Только тогда я вспомнил о фотоаппарате… Прав был якут-рыбак, у животного расстояние между глаз действительно было не меньше плота из 10 бревен…»

Из досье этнографов: совет шамана
Озеро Лабынкыр для эвенов всегда было священно. И как-то раз одна семья решила построить дом из камней, окружавших его. Уж не знаем, сколько сил у них ушло на доставку материала в поселок Том-Тор, но идею свою они смогли воплотить в жизнь.
После этого в тихом поселке начали происходить различные беды. То сгорит чей-то дом, то люди заболеют… Жители долго не могли понять, что происходит, и, поскольку в тех местах очень распространен шаманизм, они решили пойти с вопросом к шаману. Шаман сказал, что они взяли что-то с озера, и надо вернуть это обратно. Так и поступили, все до единого камни были возвращены на место. С тех пор в Томторе все вновь наладилось. Больше никто никогда не увозил камни озера Лабынкыр…

После сенсационной публикации дневников в 1962 г. якутские озера посетила еще одна экспедиция – на сей раз ихтиологов под руководством доктора биологических наук Ф. Н. Кириллова. Исследователи дважды обошли озеро Лабынкыр на плоту, спускались под воду, но ничего не обнаружили. Поскольку эта экспедиция снаряжалась Якутским филиалом Сибирского отделения АН СССР, то и выводы были сделаны в духе академических традиций: там ничего нет (ни одно животное не может обходиться сутками без воздуха и обязательно себя обнаружит), Твердохлебов мог и ошибиться, но… возможно, в озере кто-то и живет. Скорее всего, щука. Не случайно село, возле которого горные реки, сливаясь, образуют Индигирку, называется Щучье (по-якутски – Сордоннох). Ходят легенды, что на берегу озера Ворота находили такие челюсти щуки, что если их поставить на землю, то под ними мог проехать всадник на олене, как в ворота, – не отсюда ли название озера?!

Кстати, гигантские щуки, видимо, водились во всех реках бассейна Индигирки. Г. Майдель, 100 лет назад путешествовавший в этих краях, писал о крупном озере Ожогине, которое соединяется с Индигиркой узкой протокой: «От жителей можно услышать страшное сказание о том, что в нем нельзя плавать из-за существования громадной величины щук, которые, выскакивая из воды, хватают отважного пловца из ветки (лодки) и увлекают его в глубину».

В книге «Оймяконский меридиан» Анатолия Панкова описаны и другие подобные истории. Работник совхоза «Силинняхский», центр которого расположен на притоке Индигирки, молодой эрудированный специалист, утверждает, что в Силинняхе водятся «такие щуки, что или байдарку пропорют, или самого вытащат из лодки. Сколько было случаев, когда щуки за ноги хватали. Такой они величины – страшно подумать…»

А в низовье Индигирки один бульдозерист рассказывал А. Панкову, как он застрелил щуку. Увидел в озере какую-то страшную морду, пальнул, рыба кверху брюхом. Длина щуки оказалась около 4 м. Вся замшелая, зелено-бурая, дряблая, как вата. Шутка ли: может, она лет сто, а то и двести прожила…

Очень большая щука

Из досье зоологов: челюсть щуки?
В якутском фольклоре с давних пор фигурируют гигантские щуки, способные проглотить оленя и даже человека. Интересен рассказ, записанный академиком А. Л. Окладниковым, о том, «как огромная щука опрокинула лодку и проглотила находившегося в ней парня». Его отец зарубил щуку топором и, разрезав ее, нашел кости сына: «Старик челюсть той рыбы взял и оставил вроде ворот на дороге, которая ведет с этого горного озера… Через ворота эти все тунгусы, ехавшие с гор, проезжали, не слезая с оленя, – столь высока и широка была челюсть. Рассказывают также старики, что на озере такую огромную щуку видели: глаза ее по обе стороны берестяной лодки видны были».
Надо отметить, что подобная челюсть упоминается во множестве мест, а главное, и в легенде, касающейся непосредственно озера Лабынкыр. Однако там говорится, что это челюсть Лабынкырского черта, и ничего не упоминается про щуку. Тем не менее щуки, в том числе и весьма большие, на Лабынкыре водятся.

Но вернемся в прошлое. После публикации В. Твердохлебова в журнале «Природа» появилась статья Толстова, который утверждал, что Твердохлебов видел огромного сома длиной метров в 5 и что он показался испуганным людям чудовищем.

Другой специалист, кандидат биологических наук С. К. Клумов, написал, что сомов в этих местах никогда не водилось…

В 1963 г. на озеро Ворота отправляется еще одна специально снаряженная экспедиция (но – любительская!) из Дубны. Три раза ее члены видели в светлую лунную ночь всплывающий из озера крупный предмет, но не более того.

15 июля 1964 г. газета «Волжский комсомолец» сообщила, что на плато Сордоннох отправляется новая группа исследователей: всего 18 человек, в число которых вошли геоморфолог, врач, геофизик, радист, журналист газеты и оператор куйбышевского телевидения. Возглавил экспедицию студент-энтузиаст П. Молотов. «Мы несколько раз наблюдали длинный прямой или извилистый след, который мог оставить за собой плавник огромной рыбы или зверя, – рассказывал после возвращения Молотов. – Судя по размерам, этот след принадлежал очень крупному животному. Мы подсчитали скорость, с которым оно двигалось: вышло не менее 50 км в час. Некоторые свидетели подтверждали, что видели животное в обоих озерах: в Воротах и Лабынкыре». Молотов сделал вывод, что животные существуют в озерах автономно, что не соответствовало версии Твердохлебова о том, что одно-единственное кочует из одного озера в другое.

Теперь о событиях на озере Хайыр. Николай Гладких, член биологического отряда Якутского филиала Академии наук СССР, отправился рано утром к озеру за водой. Видение возникло внезапно: на берег выползло странное чудовище. «Маленькая голова на длинной лоснящейся шее, огромное тело с иссиня-черной кожей, вертикально торчащий спинной плавник», – так рассказывал ошеломленный неожиданной встречей очевидец товарищам, которые прибежали на его крики.

А чудовище тем временем скрылось в глубинах озера, и лишь волна, пробежавшая по поверхности воды, да примятая трава свидетельствовали о том, что здесь произошло.

Вскоре хайырское чудовище вновь напомнило о себе, всплыв в нескольких сотнях метров от группы наблюдателей. «Неожиданно на середине озера появилась голова, затем плавник на спине, – вспоминал заместитель начальника Северо-Восточной экспедиции МГУ Григорий Рукосуев. – Длинным хвостом существо било по воде, отчего по озеру расходились волны».

Из досье краеведов: о местном троцкисте
Долгое время единственным постоянным жителем берегов Лабынкыра был полусумасшедший ссыльный троцкист, отбывший свой срок и не пожелавший возвращаться «на материк». Звали его Алямс. Он ловил рыбу, менял ее у редких вертолетчиков на продукты и водку, после чего во хмелю рассказывал истории, от которых даже у видавших виды слушателей, что называется, отвисала челюсть. Оказывается, «черт» едва ли не каждое полнолуние пожирал дань, которую Алямс ему подносил. Единственный раз Алямса, уже очень старого, оторвали от озера в 1993 г., когда тот тяжело заболел, и заезжие рыбаки отвезли его в больницу. Придя в себя, бывший троцкист кричал, что его нельзя было увозить от Лабынкыра и теперь-то он точно помрет. Он и помер, едва его после настоятельных просьб вернули на вожделенный берег.

У жителей небольшого якутского села, расположенного неподалеку от озера, Рукосуеву удалось выяснить, что странные всплески и глухие звуки – не редкость на Хайыре. Якуты давно приметили таинственного обитателя водоема и окрестили его «чертом». Много десятилетий назад на берегу озера Хайыр была найдена огромная челюсть щуки, в которую, не сгибаясь, мог войти пятилетний малыш. Не гигантская ли щука шалит в озере?

Весьма кстати оказались воспоминания известного полярного штурмана Валентина Аккуратова. В 1939–1940 гг. ему приходилось летать над этими местами. Однажды с высоты 700–800 м он и Герой Советского Союза летчик Иван Черевичный заметили в озере 2 длинных темных пятна, которые им показались живыми существами. Снизившись до 50 м, пилоты отчетливо разглядели крупные тела неизвестных животных, которые, испугавшись шума самолета, скрылись в глубине. Эту историю Валентин Иванович неоднократно рассказывал сотрудникам журнала «Вокруг света», бессменным членом редколлегии которого он являлся.

Из досье криптозоологов: на манер углозуба
Каким же образом в маленьком замкнутом водоеме, длина которого всего 600 м, ширина – 500, а глубина не превышает 10 м, могли оказаться древние животные (плезиозавры или ихтиозавры), вымершие более 60 млн лет назад? Энтузиасты, что верят в существование считающихся вымершими животных, выдвигают следующую версию.
Когда-то на месте тундры плескалось море. Когда оно отступило и началось оледенение, ископаемые животные, обитавшие в его прибрежных водах, впали в спячку, продолжавшуюся целую вечность. Через миллионы лет растаявшие льды освободили их из плена, и они ожили в прогревшихся водах озера Хайыр, как те же заполярные амфибии – углозубы, которых немало находят в Якутии и Магаданской области на глубине 20 м, в толще тысячелетних льдов.
Противники этой гипотезы говорят о недостаточной кормовой базе: каждое животное весом не менее тонны должно поглощать десятки килограммов рыбы ежедневно. Сможет ли небольшое озеро воспроизвести столько корма? Возражая им, можно заметить, что водное животное в состоянии покоя расходует мало энергии и поэтому нуждается в относительно небольшом количестве пищи. К тому же вполне реально предположить, что при температуре воды в 2–3 градуса (такой она остается в Хайыре большую часть года) жизненные процессы у животных замедляются, и они впадают в спячку. А сколько она может продолжаться – никому не известно.

Осенью 1999 г. на Родине «северной Несси» побывала экспедиция «Космопоиск». Гигантских животных она искала сразу в нескольких озерах: Мертвое, Лабынкыр,

Сибирский углозуб

Красное (Магаданская область и Якутия-Саха), а также в озерах европейской части России. Холодное время года вблизи полюса холода было выбрано не случайно. «По нашему мнению, – рассказывал координатор “Космопоиска” Вадим Чернобров, – места периодических появлений гигантского животного легче заметить именно по большим промоинам во льду, ведь оно, животное, обязано заботиться о промоинах, чтобы не умереть подо льдом от удушья. Поскольку летом засечь животное на пленку мы так и не смогли, так как водоем огромный, то у нас был бы шанс сделать это, устроив засаду у одной-единственной здешней лунки. Причем о приближении чудовища к лунке мы бы узнали заранее с помощью эхолота.

Посоветовавшись в Москве с бывалыми людьми, долгое время жившими в Якутии, определили время экспедиции: октябрь-ноябрь. К сожалению, реальность оказалась сложнее. Все озера действительно замерзли, но не Лабынкыр и Ворота. Планы пришлось менять на ходу. Вместо лоцирования через лунку подобрали брошенную старую лодку и вели исследования с нее. В итоге на глубине 39 м были обнаружены один наклонный подводно-подземный ход и 2 вертикальных хода, причем как минимум один соединял озеро с каким-то соседним водоемом, возможно, с озером Ворота.

Рыбы в озере эхолот засек много, но рядом с ходами не было обнаружено ни одной: вся толща воды в радиусе сотен метров оказалась безжизненной.

Неподалеку от подводных гротов на берегу были обнаружены непонятные следы. Странные. Вмятин на гальке практически нет, но я обратил внимание на ледяные наросты – следы от воды, стекавшей с выползшего на берег тела. Судя по ширине полосы наледей, можно сделать заключение, что ширина тела животного была где-то около 1–1,5 м.

Итак, что-то выползло на берег и уползло обратно. Судя по величине натеков, оно было на суше не более минуты. Могу утверждать это после того, как попробовал на таком морозе получить на камнях подобные наледи».

«Именно рядом с этими следами в ночь с 26 на 27 октября бесследно пропала наша лайка, – продолжает свой рассказ В. Чернобров. – Она добровольно легла стеречь на берегу лодку и наутро исчезла. Собачьих следов, идущих от лодки, и любых иных следов рядом с местом происшествия не было.

Отойти, не оставляя следов, лайка могла только в одну сторону – к воде, но в том-то и дело, что накануне к воде она панически боялась подходить. Как мы ее, голодную, днем ни заманивали салом, но к спокойной, без волн, поверхности воды она не подходила ближе полутора метров, притом, что уже в 2–3 м от воды набрасывалась на сало… Кроме этого происшествия, члены экспедиции засекли в глубинах водоема 2 движущихся объекта. Один из них имел в длину 18, другой – 35 м. Скорость движения была соответственно 45 и 67 км в час».

Bepul matn qismi tugad.