Kitobni o'qish: «Популярная история КПСС. 1898 – 1991 годы. От расцвета до запрета»

© Вострышев М. И., 2021

© ООО «Издательство Родина», 2021

Защитники пролетариата

В Женеве в 1883 году возникла первая российская марксистская организация – группа «Освобождение труда» во главе с Г.В. Плехановым. Все члены группы (П.Б. Аксельрод, Л.Г. Дейч, В.И. Засулич и В.Н. Игнатов) принадлежали к поколению, которое обратилось к политической борьбе благодаря роману Н.Г. Чернышевского «Что делать?». Имя Чернышевского для них стало знаменем революционной борьбы.

Группа «Освобождения труда».

Слева направо: Р. М. Плеханов, В. Н. Игнатов, Л. Г. Дейч, Г. В. Плеханов, И. Н. Игнатов, В. И. Засулич, П. Б. Аксельрод

Группа развила большую литературную деятельность, переведя на русский язык многие произведения Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Работы самого Плеханова, начиная с первой брошюры «Социализм и политическая борьба», вышедшая осенью 1883 года, нанесли сильный удар по народничеству, считавшему учение Маркса пригодным только для Западной Европы, и способствовали развитию марксизма в России. Плеханов установил тесные связи со многими представителями западноевропейского рабочего движения, активно участвовал в работе II Интернационала со времени его основания в 1889 году.

А в Петербурге в конце 1895 года при участии В.И. Ульянова была создана новая политическая марксистская организация социал-демократического направления – «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» (чаще называлась сокращенно – «Союз борьбы»). Г.В. Плеханов, с которым с которым был установлен тесный контакт, от имени петербургского «Союза борьбы» в 1896 году представлял российских социал-демократов на 4-м конгрессе II Интернационала. Владимир Ульянов в это время уже был заключен в одиночную камеру петербургской тюрьмы и вскоре отправился в ссылку, где и узнал об объединении в 1898 году российских социал-демократов в единую партию.

Первый партийный съезд, на котором было объявлено о создании Российской Социал-демократической рабочей партии, проходил в Минске с 1 (13) по 3 (15) марта 1898 года. В нем участвовало всего девять делегатов от шести социал-демократических организаций. Инициаторами проведения съезда были социал-демократы, входившие в состав Бунда («Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России») и киевской «Рабочей газеты».

Съезд проходил нелегально под видом празднования дня рождения Ольги Румянцевой – жены Павла Румянцева, бывшего народника, революционера-подпольщика (сам он в заседаниях не участвовал). В одной из комнат, которую он снимал, 1 марта в 10 часов утра собрались революционеры. Председательствовал на заседаниях врач по профессии Б. Эйдельман. В доме был накрыт праздничный стол, стоял самовар, лежали игральные карты (праздник все-таки), были открыты окна, и топилась печь. Окна – чтобы сбежать при появлении жандармов, а печь – чтобы сжечь документы.

Участники І съезда РСДРП:

Московский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» – Ванновский Александр Алексеевич.

Киевская «Рабочая газета» – Вигдорчик Николай (Натан) Абрамович.

Киевская «Рабочая газета» – Эйдельман Борис Львович.

«Бунд» – Кац Шмуэл, Кремер Арон (Аркадий) Иосифович, Мутник Абрам Яковлевич.

Екатеринославский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» – Петрусевич Казимир Адамович.

Петербургский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» – Радченко Степан Иванович.

Киевский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» – Тучапский Павел Лукич.

Важнейшим результатом съезда стало провозглашение создания РСДРП – Российской социал-демократической рабочей партии. Название партии предполагалось сделать без слова «рабочая», так как только один из делегатов мог считаться (да и то весьма относительно) рабочим – часовщик Шмуэл Кац. Но уже после съезда члены ЦК успели решение съезда «подправить».

Делегаты договорились провести через полгода следующий съезд. Было принято решение (единственное сохранившееся) о принципах работы РСДРП.

Учреждение РСДРП отметили праздничным настоящим ужином – с тостами и песнями. Манифест съезда вскоре написал П.Б. Струве – один из первых российских марксистов (позже один из основателей конституционно-демократической партии – кадетов).

После съезда 8 марта в Киеве был арестован Эйдельман, а вскоре и другие делегаты – Петрусевич, Мутник, Кремер, Тучапский, Ванновский. Третий номер «Рабочей газеты» – официального органа партии – был запрещен полицией и уничтожен. Всего арестовали в разных городах России около 500 приверженцев РСДРП. Так что партия была провозглашена, но фактически не создана.

И, тем не менее, призыв к объединению российских социал-демократов прозвучал. В апреле 1898 года отдельной листовкой в Бобруйске был издан Манифест Российской Социал-демократической рабочей партии:

«Пятьдесят лет тому назад над Европой пронеслась живительная буря революции 1848 года. Впервые на сцену выступил – как крупная историческая сила – современный рабочий класс. Его силами буржуазии удалось смести много устарелых феодально-монархических порядков. Но буржуазия быстро рассмотрела в новом союзнике своего злейшего врага и предала и себя, и его, и дело свободы в руки реакции. Однако было уже поздно: рабочий класс, на время усмиренный, через 10–15 лет снова появился на исторической сцене – с удвоенными силами, с возросшим самосознанием, как вполне зрелый боец за свое конечное освобождение.

Россия все это время оставалась, по-видимому, в стороне от столбовой дороги исторического движения. Борьбы классов в ней не было видно, но она была, и главное, все зрела и росла. Русское правительство с похвальным усердием само насаждало семена классовой борьбы, обездоливая крестьян, покровительствуя помещикам, выкармливая и откармливая на счет трудящегося населения крупных капиталистов. Но буржуазно-капиталистический строй не мыслим без пролетариата или рабочего класса. Последний родится вместе с капитализмом, растет вместе, крепнет и по мере своего роста все больше и больше наталкивается на борьбу с буржуазией.

Русский фабричный рабочий, крепостной и свободный, всегда вел скрытую и явную борьбу со своими эксплуататорами. По мере развития капитализма размеры этой борьбы росли, они захватывали все большие и большие слои рабочего населения. Пробуждение классового самосознания русского пролетариата и рост стихийного рабочего движения совпали с окончательным развитием международной социал-демократии, как носительницы классовой борьбы и классового идеала сознательных рабочих всего мира. Все новейшие русские рабочие организации всегда в своей деятельности, сознательно или бессознательно, действовали в духе социал-демократических идей. Силу и значение рабочего движения и опирающейся на него социал-демократии всего ярче обнаружил целый ряд стачек за последнее время в России и Польше, в особенности, знаменитая стачка петербургских ткачей и прядильщиков в 1896 и 1897 годах. Стачки эти вынудили правительство издать закон 2 июня 1897 года о продолжительности рабочего времени. Этот закон – как бы ни были велики его недостатки – останется навсегда достопамятным доказательством того могущественного давления, которое оказывают на законодательную и иную деятельность правительства соединенные усилия рабочих. Напрасно только правительство мнит, что уступками оно может успокоить рабочих. Везде рабочий класс становится тем требовательнее, чем больше ему дают. Тоже будет и с русским пролетариатом. Ему давали до сих пор лишь тогда, когда он требовал, и впредь будут давать лишь то, чего он потребует.

А чего только не нужно русскому рабочему классу! Он совершенно лишен того, чем свободно и спокойно пользуются его заграничные товарищи: участия в управлении государством, свободы устного и печатного слова, свободы союзов и собраний. Словом, всех тех орудий и средств, которыми западноевропейский и американский пролетариат улучшает свое положение и вместе с тем борется за свое конечное освобождение, против частной собственности и капитализма – за социализм. Политическая свобода нужна русскому пролетариату, как чистый воздух нужен для здорового дыхания. Она – основное условие его свободного развития и успешной борьбы за частичные улучшения и конечное освобождение. Но нужную ему политическую свободу русский пролетариат может завоевать себе только сам.

Чем дальше на восток Европы, тем в политическом отношении и слабее, трусливее и подлее становится буржуазия, тем большие культурные, политические задачи выпадают на долю пролетариата. На своих крепких плечах русский рабочий класс должен вынести и вынесет дело завоевания политической свободы. Это необходимый, но лишь первый шаг к осуществлению великой исторической миссии пролетариата: создание такого общественного строя, в котором не будет места эксплуатации человека человеком. Русский пролетариат сбросит с себя ярмо самодержавия, чтобы с тем большей энергией продолжать борьбу с капитализмом и буржуазией до полной победы социализма.

Первые шаги русского рабочего движения и русской социал-демократии не могли не быть разрозненными, в известном смысле случайными, лишенными единства и плана. Теперь настала пора объединить местные силы, кружки и организации русской социал-демократии в единую Российскую социал-демократическую рабочую партию… Да здравствует русская, да здравствует международная социал-демократия!»

После съезда социал-демократические организации приняли новое название своих комитетов – РСДРП. Несмотря на явные экономические успехи Российской империи, они продолжали упорную борьбу против русского самодержавия.

В российских газетах 1 января 1899 года опубликована «Государственная роспись доходов и расходов на 1899 год». Государственный бюджет России за последние шестьдесят лет увеличился в девять раз, тогда как во Франции и Англии – менее чем в три раза. Финансовое хозяйство России росло вдвое быстрее, чем во Франции, и втрое, чем в Англии. В то же время с каждым годом увеличивались недоимки, что говорило о нищете крестьян и невозможности для них заплатить налоги. Землепашцы беднели из-за земельной тесноты, недостатка работы, особенно в зимнее время, и обмана заезжих купцов, скупавших земли и получивших прозвище «кулаков». Первое место по доходности занимал питейный налог. Его стремительный рост начался с 1 июля 1896 года, когда в части губерний ввели казенную винную монополию. Второе место принадлежало таможенным пошлинам. Доход от них продолжал возрастать за счет увеличения ввоза иностранных морских судов, сельскохозяйственных машин и железнодорожных рельс. Наступил пик экономического роста России, и отечественные заводы уже не справлялись с количеством предлагаемых заказов. Третье место среди налогов занимал сахарный акциз, четвертое – табачный… На исходе XIX века доходы росли стремительно. И все же в заключение «всеподданнейшего доклада росписи доходов и расходов на 1899 год» министр финансов граф С.Ю. Витте подчеркнул, что «доколе в стране народ не пользуется благосостоянием, благосостояние финансовое не имеет для себя твердой основы, и для упрочения последнего необходимы широкие меры к подъему народного благосостояния».

Но революционно настроенные нелегальные российские организации в большинстве своем продолжатели кровавое дело народовольцев и не задумывались о повышении народного благосостояния, они были уверены, что это произойдет само собой, если террор будет зримо витать над всей Русской землей.

Российские социал-демократы рассуждали несколько по-иному, считая кровавое насилие отнюдь не главной своей политической задачей…

В декабре 1900 года была создана газета «Искра». Эпиграфом для нее были взяты слова из ответа декабристов Пушкину – «Из искры возгорится пламя!» В ее редакцию вошли П.Б. Аксельрод, В.И. Засулич, В.И. Ленин, Ю.О. Мартов, Г.В. Плеханов, А.Н. Потресов. В газете, рассчитанной главным образом на рабочих, публиковались статьи о тяжелом положении пролетариата в России и другие пропагандистские материалы, информация о борьбе рабочих за свои права. «Искра» сыграла большую роль в организационном становлении партии.

Противостояние: большевики и меньшевики

Рабочие Сормовского завода. Нижний Новгород, конец XIX в.

Второй съезд РСДРП (фактически – учредительный съезд партии) проходил с 17 (30) июля по 10 (23) августа 1903 года. Он начал свою работу в Брюсселе, затем делегаты перебрались в Лондон. На съезд прибыло 43 делегата с решающим голосом и 14 – с совещательным.

В бывшем мучном складе, окна которого были задрапированы красной материей, председатель съезда 46-летний патриарх российского марксизма Г.В. Плеханов 17 (30) июля в 2 часа 55 минут дня торжественно открыл первое заседание.

– Двадцать лет тому назад мы были ничто, – заявил основатель русской социал-демократии, – теперь мы уже большая общественная сила.

Но это было лукавством – в России лишь считанные единицы слышали о существовании Российской социал-демократической рабочей партии.

После открытия съезда началась «рутинная» работа. Съезд выбрал бюро – председателем был избран Плеханов, вице-председателями – Ленин и Павлович, секретарем бюро – Фомин. Затем съезд утвердил список девяти секретарей для ведения протоколов съезда и заслушал доклад члена Организационного комитета о работе по созыву съезда.

Докладчик рассказал о подготовке съезда, отметил, что в съезде принимают участие всего 27 организаций и предложил считать съезд законным. По предложению председателя претензии по поводу состава съезда было решено передать в комиссию по проверке мандатов. Состав делегатов съезда был в течение всех дней его работы непостоянен.

В протоколах съезда отмечено, что в первый день работы присутствовало 48 человек, а в секретарской записи: «Присутствует 41 делегат (с 51 голосом) и 8 лиц с совещательным голосом». Ко второму заседанию прибыл Егоров (Е.Я. Левин) – делегат от группы «Южный рабочий», член Организационного комитета, а к десятому заседанию Гольдблат (В. Д. Медем) – делегат от Заграничного комитета Бунда.

Бурно обсуждались вопрос о месте Бунда в партии, затем программа партии, устав партии и особенно остро проходили выборы руководящих органов – редакции ЦО (центрального органа партии, которым была утверждена газета «Искра») и ЦК – центрального комитета партии. При этом накал страстей (или характер разногласий) дошел до того, что несколько делегатов покинули съезд, а в голосовании по выборам ЦК партии почти половина делегатов вообще не участвовала.

Стоит заметить, что потратив время и силы на обсуждение важных вопросов (а иногда и не слишком важных) многие резолюции принимались уже в последний день работы съезда без особого обсуждения. Депутаты и устали, и поняли, что есть некие внутренние договоренности, которые позволят блокировать возражения, так что высказывать их нет особого смысла. Да и времени не осталось – нельзя же заседать и дискутировать всю жизнь.

Ленин 20 июля (2 августа) произносит на съезде большую речь по обсуждаемому вопросу о месте Бунда в РСДРП, указывая на вред федерального принципа построения партии.

Работа съезда была прервана 24 июля (6 августа) в связи с преследованием бельгийской полицией некоторых делегатов и возобновлена 29 июля (11 августа) в Лондоне.

На съезде произошел раскол по вопросу о характере партийной организации между большевиками во главе с Лениным и меньшевиками во главе с Л. Мартовым. Создалось впечатление, что Владимир Ильич не сделал ничего, чтобы предотвратить разрыв между большевиками и меньшевиками; наоборот, он приветствовал его. Ленин возглавил партию большевиков. Именно с этого момента его популярность стала стремительно расти.

Единогласно (при одном воздержавшимся) 1 (14) августа была утверждена Программа РСДРП.

В написанном в первой половине сентября «Рассказе о II съезде РСДРП» Ленин сообщил о раскольнической, дезорганизационной деятельности на съезде меньшевиков. Об этом вспоминал и делегат съезда А.В. Шотман: «Только благодаря Ленину некоторые вопросы, казавшиеся делегатам, на первый взгляд, несущественными, поднимались на принципиальную высоту, и в спорах по этим вопросам выявлялись иногда глубочайшие разногласия между будущими большевиками и меньшевиками. Многие ли, например, из делегатов придавали большое значение спору Ленина и Плеханова с Потресовым и Мартовым об отношении нашей партии к либералам? Многие из нас удивлялись горячности Ленина из-за “пустячной”, как некоторым казалось, разницы в формулировках предложенных резолюций. К сожалению, этому важному вопросу не удалось уделить на съезде должного внимания, и прений по этому вопросу почти не было, так как в порядке дня этот вопрос стоял в конце, а съезд и так очень затянулся. Помню, что голосовали предложенные резолюции в конце заседания, стоя, собираясь выходить. И, в конце концов, приняли обе резолюции одинаковым числом голосов».

Этот первый для Ленина партийный съезд дался ему с большим напряжением сил. Крупская вспоминала: «С самого съезда нервы его были напряжены до крайности. Бельгийская работница, у которой мы поселились в Брюсселе, очень огорчалась, что Владимир Ильич не ест той чудесной редиски и голландского сыру, которые она подавала ему по утрам, а ему было тогда уже не до еды. В Лондоне же он дошел до точки, совершенно перестал спать, волновался ужасно».

Съезд организационно закрепил политическую роль Ленина как лидера радикального крыла РСДРП, названного им «большевиками». Своей основной задачей они поставили борьбу за диктатуру пролетариата.

В январе 1904 года на Дальнем Востоке началась Русско-японская война, обострившая политическую обстановку в России.

В августе 1904 года в Швейцарии под руководством Ленина состоялось совещание 22 большевиков, призвавших партийные организации к работе по созыву III съезда РСДРП. Вышел 22 декабря 1904 года первый номер большевистской газеты «Вперед», в редакцию которой вошли В.В. Боровский, В.И. Ленин, А.В. Луначарский, М.С. Ольминский.

Первая русская революция

Наиболее значимое событие в истории российского пролетариата начала ХХ века – «Кровавое воскресенье» 9 января 1905 года, которое началось с мирного шествия петербургских рабочих (около 140 тысяч человек) во главе со священником Г.А. Гапоном к Зимнему дворцу с целью вручить Николаю II коллективную петицию с рядом политических и экономических требований. Шествие было разогнано солдатами и казаками, при этом среди рабочих были убитые и раненые.

А. Богданович записывает: «Господи! В эту минуту в Петербурге творится ужасное: войска – с одной стороны, рабочие – с другой, точно два неприятельских лагеря».

В течение последующих двух с половиной лет (до июня 1907 года) волнения, забастовки и вооруженные восстания проходили во многих городах и селах Российской империи, и они были названы первой русской революцией.

Третий съезд РСДРП проходил с 12 (25) апреля по 27 апреля (10 мая) 1905 года в Лондоне. Его председателем избрали Ленина. На съезд были приглашены все организации РСДРП, но меньшевики отказались участвовать в нем, они организовали в Женеве свою конференцию, представлявшую девять комитетов РСДРП в России, «Заграничную лигу русских социал-демократов» и редакцию газеты «Искра». Конференция меньшевиков рассмотрела те же вопросы, что и III съезд РСДРП, но решения приняла по большинству вопросов прямо противоположные.

Главной задачей съезда была выработка единой тактической линии партии в начавшейся революции. На съезде присутствовали 24 делегата с решающим голосом и 14 делегатов с совещательным голосом, от партийных организаций почти всех крупнейших промышленных центров России. Ленин руководил его работой и в своих выступлениях, и проектах резолюций определил позиции партии по всем основным вопросам.

Восстание в Курске. 1905 г.

Съезд подтвердил свою законность, осудил членов бывшего Совета партии – Г. В. Плеханова, Ю.О. Мартова, П.Б. Аксельрода за противодействие созыву съезда и возложил на них ответственность за раскол партии.

Начавшаяся в России революция была охарактеризована как буржуазно-демократическая, в которой главной движущей силой и гегемоном является пролетариат, а его союзником – крестьянство. Пролетариат на первом этапе революции в союзе со всем крестьянством, нейтрализуя колебания буржуазии, должен вести борьбу за демократическую республику, учитывая возможность перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую. В резолюции «О вооруженном восстании» съезд указал единственный путь к свержению самодержавия – переход от массовых политических стачек к вооруженному восстанию. Подчеркивалось, что роль гегемона в революции пролетариат сможет выполнить лишь при условии сплочения его в единую и самостоятельную политическую силу во главе с революционной марксистской партией, то есть с партией Ленина. Партийным организациям предлагалось разъяснять рабочим не только политическое значение, но и важность организационной стороны восстания, заниматься вооружением рабочих, разработкой плана восстания, готовиться к руководству им.

Съезд подчеркнул, что временное революционное правительство – орган революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства – будет создано лишь в результате победы восстания. Сейчас нужно добиваться осуществления экономических и политических требований, изложенных в программе РСДРП; что «допустимо участие во временном революционном правительстве уполномоченных нашей партии, в целях беспощадной борьбы со всеми контрреволюционными попытками и отстаивания самостоятельных интересов рабочего класса».

Независимо от участия в правительстве съезд рекомендовал партийным организациям пропагандировать в массах пролетариата необходимость давления на правительство со стороны вооруженного и руководимого социал-демократической партией пролетариата в целях упрочения и расширения завоеваний революции. До революционного переворота все партийные организации должны разоблачать вынужденный характер уступок и обещаний царизма, сплачивать рабочих для немедленного осуществления революционным путем 8-часового рабочего дня и других требований, организовывать вооруженный отпор нападкам реакции.

В ленинской резолюции «Об отношении к крестьянскому движению» съезд призвал поддерживать аграрные требования крестьянских масс вплоть до конфискации помещичьих, казенных, церковных, монастырских и удельных земель¹; оказывать помощь в организации крестьянских комитетов для проведения революционно-демократических преобразований.

Съезд осудил отход меньшевиков от принципов революционной социал-демократии, предложил всем членам РСДРП вести борьбу против них, но допускал участие меньшевиков в организациях партии при признании ими решений съездов, Устава и партийной дисциплины. В резолюции «Об отношении к национальным социал-демократическим организациям» съезд указал на необходимость их объединения в единой РСДРП.

Съезд осудил тактику эсеров, но признал возможным входить во временные соглашения с ними под контролем ЦК РСДРП в целях завоевания крестьянских масс на сторону пролетариата и объединения их сил в борьбе с самодержавием. По вопросу об отношении к либеральной буржуазии съезд высказался за поддержку той ее части, которая участвует в борьбе с царизмом, но настаивал на противодействии ее попыткам встать во главе революции.

Осудив антипартийную деятельность редакции меньшевистской газеты «Искра», съезд поручил ЦК создать новый центральный орган партии – газету «Пролетарий».

На съезде был принят новый Устав партии на основе ленинских инструкций, избран ЦК РСДРП во главе с Лениным, который был также утвержден редактором газеты «Пролетарий».

Владимир Ильич 27 апреля (10 мая) в час дня объявил о закрытии работы III съезда РСДРП. В этот же день он провел первое заседание ЦК РСДРП, на котором его назначили представителем ЦК партии за границей.

Н.К. Крупская вспоминала: «На III съезде не было рабочих – по крайней мере, не было ни одного сколько-нибудь заметного рабочего. Кличка Бабушкин относилась вовсе не к рабочему Бабушкину, который в это время был в Сибири, а, насколько помню, к т. Шкловскому. Зато комитетчиков на съезде было много. Тот, кто упустил из виду эту физиономию III съезда, многого в протоколах съезда не поймет».

В России РСДРП продолжала оставаться малозначительной антиправительственной организацией, внимание к этой партии, отстаивающей интересы пролетариата, проявляли разве что жандармско-полицейские учреждения. Всю Россию потрясло другое событие: манифест Николая II 17 октября 1905 года «Об усовершенствовании государственного порядка». Император предоставлял населению России «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов».

Монархист А.А. Киреев записывает: «Вот до чего Бог велел дожить! Манифест этот положит конец нашему самодержавию. 17-го октября 1905 г. оно капитулировало перед улицей, перед профессорами, курсистками, хулиганами, рабочими».

Но дарованные самодержавным государем политические послабления не угасили, а скорее даже усилили пламя революционной борьбы. Пришлось войскам вновь стрелять в народ.

Историк В.О. Ключевский 19 декабря 1905 года записывает о событиях в Москве: «Канонада слышна до 1 часа ночи. Вероятно, это выпускают неизрасходованные заряды, чтобы не сдавать их обратно в цейхгауз, не марать журнала. Что случилось? Надобно найти смысл и в бессмыслице: в этом неприятная обязанность историка, в умном деле найти смысл сумеет всякий философ. Вооруженное восстание – это прием касторового масла для нашего государственного и общественного организма: он даст мало питательного, но прочистит желудок для здорового питания».

В Стокгольме, в Народном доме, предоставленном для заседаний шведскими социал-демократами, с 10 (23) апреля по 25 апреля (8 мая) 1906 года проходил IV съезд РСДРП. Большевики имели 46 делегатов с решающим голосом, меньшевики – 62. В работе съезда (с приглашенными и гостями) участвовало 157 человек. Обстановка начавшейся революции требовала преодоления раскола партии, мешавшего единству действий. На местах все чаще делались попытки к объединению обеих частей РСДРП (Петербург, Харьков, Баку и в других городах). Еще в конце 1905 года руководящие центры двух фракций образовали объединенный ЦК РСДРП для созыва съезда.

Делегат съезда от большевиков Урала Семен Канатчиков вспоминал: «Когда выяснилось, что меньшевики будут в большинстве, перед нами стал вопрос о подчинении постановлениям съезда. Мы устроили ряд фракционных совещаний, на которых часть наших более непримиримо настроенных делегатов поднимала вопрос об уходе со съезда и о неподчинении его решениям. Тов. Ленин тогда со свойственной ему убедительностью стал доказывать нам необходимость подчинения постановлениям этого съезда, говоря, что, подчинившись им, мы тем самым покажем пример дисциплинированности, и наше теперешнее поражение побудит нас повести более энергичную работу в рабочих массах, и на будущий съезд мы, несомненно, явимся в большинстве, ибо меньшевистские резолюции являются нежизненными и не могут удовлетворить рабочих.

Наиболее ярким и сильным местом съезда был поединок между Плехановым и Лениным по аграрному вопросу. Как известно, тов. Ленин на этом съезде выдвигал вопрос о национализации земли. Выступление Плеханова было блестящим и остроумным. Он пересыпал свою речь насмешками, анекдотами, остроумными сравнениями, но все это скользило только по поверхности вопроса. Иной характер носило выступление тов. Ленина. Сделав вначале несколько едких замечаний по поводу “колбасных” анекдотов Плеханова, он обрушился с резкой критикой на меньшевистскую программу муниципализации земли, приспособленную не к победоносной грядущей революции, а рассчитанную на “конституционный выкидыш”. С удивительной глубиной и ясностью он вскрыл истинную природу самодержавно-помещичьего государства и ненасытный земельный голод русского крестьянства, которое явится надежным союзником пролетариата в борьбе за помещичьи земли. Его речь произвела настолько сильное впечатление на членов съезда, что даже сами меньшевики это почувствовали. Этого обстоятельства не мог не отметить Плеханов, и в своей речи сказал, обращаясь к Ленину: “Из вас, Владимир Ильич, вышел бы хороший адвокат, но вы адвокат проигранного дела”. История показала неправду Плеханова».

Формально раскол между меньшевиками и большевиками на съезде был ликвидирован. На самом же деле, борьба между ними разгоралась с новой силой.

По окончании работы съезда Ленин участвует в заключительном совещании большевистской фракции, где подводит итоги работы съезда. В своем выступлении он подчеркивал необходимость продолжать идейную и политическую борьбу с меньшевиками, готовить рабочих к вооруженному восстанию.

В Георгиевском зале Зимнего дворца в Санкт-Петербурге 27 апреля 1906 года состоялось торжественное открытие 1-й Государственной Думы. Николай II, стоя перед депутатами, зачитал свою речь: «Всевышним промыслом врученная мне власть побудила призвать выборных людей к содействию законодательной деятельности. Побуждаемый пламенной верой в светлое будущее России, приветствую в вашем лице тех лучших людей, которых я повелел избрать своим возлюбленным подданным. Вам предстоит трудная и сложная работа, но я верю, что любовь и воодушевление помогут вам разрешить трудные задачи. Я же обещаю сохранить непоколебимыми установления, дарованные мною народу. Я верю, что вы посвятите все силы выяснению нужд любезного нашему сердцу крестьянства, просвещению и благосостоянию Родины, памятуя, что для духовного возрождения нужна не одна свобода, но и порядок на основании права. Я буду счастлив передать своему наследнику государство крепкое и просвещенное. Да поможет мне Господь Бог осуществить мои желания в единении с Государственным Советом и Государственной Думой. Да будет нынешний день знаменовать день обновления нравственного облика и возрождения лучших сил России».

Но депутаты Государственной Думы остались равнодушными к красивым словам российского самодержца.

В Лондоне с 30 апреля (13 мая) по 19 мая (1 июня) 1907 года проходил V съезд РСДРП.

Подготовка к съезду проходила в борьбе между большевиками и меньшевиками, формально объединенными в одну партию, но выступавшими с различными тактическими платформами. На съезде присутствовали 303 делегата с решающим голосом и 39 делегатов с совещательным голосом. Бундовцы в большинстве случаев блокировались с меньшевиками. Польские и в значительной степени латышские делегаты, несмотря на отдельные колебания, по ряду основных вопросов поддерживали большевиков.

Меньшевикам удалось снять с обсуждения пункт об оценке текущего момента, однако большевики настояли на сохранении ключевого вопроса об отношении к буржуазным партиям.

Отчетный доклад ЦК РСДРП, большинство в котором составляли меньшевики, сделал Л. Мартов, с содокладом от большевиков выступил А.А. Богданов, от Бунда – Р.А. Абрамович. Ленин был избран в президиум съезда и выступал с речами по многим вопросам. В свободное время он вместе с А.М. Горьким посещает Британский музей, лондонские театры.

Отчет ЦК и прения показали принципиальные разногласия между большевиками и меньшевиками. Главным вопросом на съезде был вопрос об отношении к буржуазным партиям. Докладчиками по нему выступили от большевиков – Ленин, от меньшевиков – А. С. Мартынов, от социал-демократов Польши и Литвы – Р. Люксембург, от Бунда – Абрамович. Актуальность этого вопроса объяснялась тем, что различное отношение большевиков и меньшевиков к непролетарским партиям, по определению Ленина, являлось «действительным источником почти всех и, безусловно, всех существенных разногласий, всех расхождений по вопросам практической политики пролетариата в русской революции». В резолюции, написанной Лениным, съезд дал негативную оценку всем непролетарским партиям – черносотенцам, октябристам, кадетам и эсерам; наметил тактику социал-демократов по отношению к ним. Во-первых, классовое обособление пролетариата по отношению ко всем буржуазным партиям, проведение им самостоятельной политики; во-вторых, обязанность партии пролетариата вести за собой мелкобуржуазные, прежде всего крестьянские, демократические партии не только против самодержавия, но и против контрреволюционной либеральной буржуазии.

Резолюция «О Государственной Думе», в основу которой был положен проект Ленина, определяла задачи социал-демократов в Думе. Вопреки позиции меньшевиков, придававших думской фракции самостоятельное значение, в резолюции указывалось, что деятельность социал-демократов в Думе должна быть подчинена партийной работе, и Думу следует использовать, прежде всего, как трибуну для разоблачения самодержавия и буржуазии, для пропаганды революционных требований партии.

Съезд осудил линию меньшевиков в революции 1905–1907 годов как соглашательскую с правительством, принял новый Устав партии, избрал ЦК в составе 5 большевиков, 4 меньшевиков, 2 польских и 1 латышского социал-демократов. Учитывая неоднородный состав нового ЦК, большевики на своем совещании создали Большевистский центр во главе с Лениным, который также был избран в ЦК РСДРП.

Члены ЦК, избранного на V (лондонском) съезде РСДРП

А.М. Горький пишет М. Хилкову: «Ездил в Лондон на партийный съезд, прожил там три недели и возвратился оттуда полный великолепных впечатлений. Съезд был блестящий и большой – 300 решающих голосов, из этой кучи людей 2/3 – рабочие. Они-то и привели меня в восторг своим настроением, своей интеллигентностью, психическим здоровьем и несокрушимой верой в дело революции».

После V съезда РСДРП, когда Ленин создал партию «нового типа», начались ожесточенные бесконечные партийные споры и свары, партия стала уже расколота не на две фракции, а на множество группировок, злобствовавших друг на друга.

Первая русская революция потерпела поражение, но большевики приобрели первый опыт участия, а иногда и организацию вооруженных восстаний рабочих, революционного терроризма.

Ленин с 21 июля (3 августа) по 23 июля (5 августа) 1907 года принимал участие в III конференции РСДРП, проходившей в городе Котке (Финляндия). Обсуждались вопросы: об участии в выборах в III Государственную Думу, об избирательной платформе, об избирательных соглашениях с другими партиями, о Всероссийском съезде профессиональных союзов, а также об отношении к террору, хотя в изданном ЦК РСДРП извещении об итогах конференции этот вопрос не упоминается. Ленин категорически выступил против продолжения практики террора, как не достигшим цели, пригрозив в случае его одобрения членами конференции выйти из партии. Он настаивал на усилении агитационной работы.

В Штутгарте с 5 (18) по 11 (24) августа Ленин принимает участие в работе VII Международного социалистического конгресса II Интернационала. Здесь Владимир Ильич познакомился с Кларой Цеткин. По завершении конгресса едет обратно в Финляндию.

К осени проживание в Куоккале стало небезопасно из-за появления российских сыскных агентов, и Ленин решает покинуть Финляндию, которая входила в состав Российской империи. Помог ему в этом живший неподалеку, в поселке Териоки, историк Михаил Покровский. Он вспоминал: «Я захватил не особо тяжелый ленинский чемоданчик, отправился к ним на станцию, купил билет и занял место в вагоне поезда, шедшего в Гельсингфорс. Шпики, в изобилии населявшие платформу станции Куоккала, не уделили мне ни малейшего внимания, так как я каждый день ездил из Териок, где я жил, в Куоккалу, где помещался наш штаб, и обратно. За несколько секунд до отхода поезда на платформе появился человек в нахлобученной меховой шапке и с поднятым воротником, тоже не обративший на себя ничьего особенного внимания, вошел в мое купе, я передал ему билет, а сам вышел обратно на платформу. На это шпики, может быть, и обратили внимание, но было уже слишком поздно, так как поезд тронулся».

Из Гельсингфорса Ленин выехал в Швецию. Обобщая опыт революционного террора, он писал в статье «Уроки Московского восстания»: «И эта партизанская война, тот массовый террор, который идет в России повсюду почти непрерывно после декабря, несомненно, помогут научить массы правильной тактике в момент восстания. Социал-демократия должна признать и принять в свою тактику этот массовый террор».

Ленин восхваляет любую войну, как инструмент ослабления Российской империи, способствующую более легкому свержению существующего государственного строя. Он начисто отметает возможность цивилизованного захвата власти в России, приветствует обман и насилие в целях победы своей партии. Хорошо знавший лидера большевиков В.С. Войтинский, писал: «Ленин был снисходителен не только к таким “слабостям”, как пьянство, разврат, но и к уголовщине. Не только в “идейных” экспроприаторах, но и в обыкновенных преступниках он видел революционный элемент».

Во время народных волнений 1905–1907 годов Ленин занимался в России, в первую очередь, призывал рабочих вооружаться, чтобы в благоприятный момент быть готовыми уничтожать своих соотечественников за то, что они принадлежат к другим классам общества. Осенью 1905 года он даже разработал наивную инструкцию «Задачи отрядов революционной армии», в которой советовал: «Отряды должны вооружаться сами, кто чем может (ружье, револьвер, бомба, нож, кастет, палка, тряпка с керосином для поджога, веревка или веревочная лестница, лопата для стройки баррикад, пироксилиновая шашка, колючая проволока)…»

Поражение русской революции 1905–1907 годов вызвало большой приток русских эмигрантов в столицу Франции. Жили они, в основном, на окраине Латинского квартала, где были самые дешевые квартиры. Эмигранты встречались друг с другом и затевали бесконечные бессмысленные русские споры в дешевой русской столовой на улице Глясер, в русской библиотеке-читальне на авеню де Гобелен, в Русском клубе политэмигрантов на улице Белой королевы.

Эмигрантское затишье

В Париже 30 октября (12 ноября) 1910 года вышел первый номер нелегального популярного органа большевиков – «Рабочая газета», изданием которой руководил Ленин. Газета издавалась до 30 августа (12 сентября) 1912 года.

По направлению бакинской партийной организации Г.К. Орджоникидзе приехал в Париж 18 (31) января 1911 года для учебы в партийной школе и прямо с вокзала отправился на квартиру Ленин, где они познакомились и побеседовали, главным образом, о социал-демократической работе на Кавказе. Орджоникидзе в письме в Баку сообщал: «Он с внешней стороны похож на типичного русского рабочего… ничуть не дает почувствовать, что дело имеешь с человеком, стоящим в миллион раз выше тебя, напротив, с первой же встречи как будто обнимает тебя всей душой. Я оставался у него часа 3–4. Беседовали обо всем, о Персии, о Баку, о Кавказе…»

Ленин 27 января (9 февраля) присутствовал на открытии Курсов социальных наук в Париже; прочитал первую лекцию из цикла «Начало политической экономии». В течение ближайших четырех месяцев он время от времени продолжал выступать с лекциями на курсах.

Весной 1911 года Ленин организует и в первое время после открытия руководит работой открывшейся в Лонжюмо партийной школой. Маленькое селение Лонжюмо (в переводе с французского – длинная ослица) находилось в 18 километрах от Парижа по Тулузскому шоссе и по дороге в красивейшую местность Франции – Аркашан. Разместить школу в таком тихом местечке пришлось по конспиративным соображениям, чтобы поменьше глаз могло видеть приехавших из России, из подполья, революционных учеников.

В Лонжимо Ленин, его жена и ее мать жили в тесных каморках двухэтажного домика. «Квартира без малейшего садика и даже двора… – пишет Крупская. – В квартире жарко и шумно. Питание хотя хорошее – мы кормимся в коммуне, так что стол русский, домашний и сытный, – но ходить за версту по городу, это очень утомительно, теперь стали брать на дом, но возня с мытьем посуды».

По прочтении этих строк возникает несколько вопросов, на которые нет ответов. Пройтись один километр по провинциальному городку до столовой – это утомительно?.. Что за слуга приносил обеды Ульяновым домой?.. Помыть посуду после обеда трех человек – это утомительно?..

В течение летних месяцев Ленин читает в Лонжюмо курс лекций по политической экономии, аграрному вопросу, теории и практике социализма в России.

Ленин сам подбирал лекторов для школы. Григорий Зиновьев и Лев Каменев преподавали историю Российской социал-демократической партии, Давид Рязанов читал лекции по истории рабочего движения в Западной Европе, Шарль Раппопорт – по истории пролетарской борьбы во Франции, Инесса Арманд – по истории рабочего движения в Бельгии. Анатолий Луначарский выступил с несколькими лекциями по литературе и искусству, Юрий Стеклов – по вопросам государственного права, Станислав Вольский – о газетной технике.

Учебные дисциплины сочетались в школе с полным равенством между преподавателями и слушателями: они были товарищами по революционной борьбе.

Рабочий-нефтяник из Баку А.И. Догадов вспоминал о школе в Лонжюмо: «Занимались мы в сарае, расположенном в саду, причем одна дверь выходила в сад. Владимир Ильич читал лекции спиной к двери; душный летний день и девушки – дочери владельца сарая – соблазняют нас, показывая за спиной Владимира Ильича яблоки, сорванные тут же в саду. Лица и взоры школьников переносятся с Владимира Ильича за его спину. Владимир Ильич, замечая что-то неладное, сначала недоумевающе рассматривает нас, затем оборачивается назад, горячо объясняется с девицами на непонятном для нас французском языке, и после перепалки снова начинает читать. Но вот кончились часы занятий, и вечером мы во главе с Владимиром Ильичем направляемся в кафе. Школьник Андрей (оказавшийся провокатором) – сильный баритон, ученик консерватории – организует хор, и сорок здоровых глоток поют “Стеньку Разина”, “Дубинушку” и т. п. У кафе собирается толпа слушающих с любопытством русские песни. Владимир Ильич очень любил пение, сам часто дирижировал, подпевал фальцетом и искренне огорчался, когда мы драли “козла”, и драли, по его выражению, “не по разуму, а за совесть”. Обыкновенно Владимир Ильич был и переводчиком, делавшим нам и французам замечания насчет нашего пения… В часы отдыха Владимир Ильич становился просто товарищем и принимал участие в наших прогулках, купаниях… Исключением для Владимира Ильича было то, что он никогда не пил крепких вин. Только один раз Владимир Ильич выпил рюмку какого-то слабого вина, и то лишь по нашим усиленным просьбам».

Злата Лилина, которая тоже вместе с мужем Григорием Зиновьевым оказалась в Лонжимо, вспоминала, что в партийной школе Ленин «работал 6 дней в неделю, не давая себе ни минуты отдыха. Зато один день в неделю, но никогда не в воскресенье, когда, по его словам, проходу не было от гуляющих, он отдыхал полностью. Мы тогда садились все четверо – Владимир Ильич, Надежда Константиновна, Зиновьев и я – на велосипеды и уезжали с 6 часов утра до 10–11 вечера за город. Условие, которое В[ладимир] И[льич] при этом ставил – ни слова о политике. В первый раз, когда мы поехали, мне казалось странным: о чем же мы будем говорить, если нельзя говорить о политике. Но оказалось, что с В. И. можно говорить обо многом, не касаясь политики».

В середине августа Ленин с Крупской возвращаются из Лонжюмо в Париж. Они так быстро покинули партийную школу, наверное, разочаровавшись в этом примитивном учебном политическом учреждении. Вскоре никчемные занятия в школе и вовсе прекратились. Лонжюмовские ученики вспоминали, что их обучение состояло, главным образом, из зазубривания партийных текстов.

Ленин с 5 (18) по 17 (30) января 1912 года руководил VI (Пражской) Всероссийской конференцией РСДРП. Прагу выбрали как тихий мирный город Чехии, входивший тогда в состав Австро-Венгрии. Здесь не было русских шпиков, как в огромном Париже. Конференция открылась в Народном доме. На его первом этаже пражские рабочие распивали пиво, а на втором русские социал-демократы готовили русскую революцию.

Ленин председательствовал на заседаниях в Праге, выступал по несколько раз каждый день, писал проекты резолюций по всем важнейшим вопросам порядка дня. Он вновь возглавил партию и провел в ЦК РСДРП нужных ему людей, о чем писал А.М. Горькому: «Наконец удалось – вопреки ликвидаторской сволочи – возродить партию и ее Центральный Комитет». «Сволочью», он, судя по всему, именовал сторонников основателя российского марксизма – Г.В. Плеханова.

Николай Семашко вспоминал: «Пражская конференции… сыграла большую роль в развитии нашей партии, с этого времени большевистские организации окончательно порвали связь с меньшевиками и объединились в единую большевистскую партию».

В Петербурге 22 апреля (5 мая) 1912 года вышел первый номер основанной Лениным легальной большевистской газеты «Правда». Теперь ему надо было быть поближе к России. Он останавливает свой выбор на Кракове – польском городе, входящим в состав Австро-Венгрии. Краков находился поблизости от русской границы, сюда было легче попасть из России, а отсюда быстрее доставлять статьи для газеты в Петербург.

С 23 сентября (6 октября) по 1 (14) октября 1913 года Ленин на «вилле Терезы Скупень» руководил Поронинским совещанием ЦК РСДРП с партийными работниками, председательствовал на заседаниях (Крупская – секретарь), выступал с докладами и речами, писал проекты резолюций. Участники совещания отметили, что со времени последнего партийного съезда прошло уже шесть лет, за это время в России стремительно росло рабочие движение, пора назначить время следующему съезду. На совещании поднимали вопросы о стачечном движении, подготовке всеобщей политической забастовки, увеличения издания революционной литературы, был выдвинут лозунг о конфискации помещичьих земель. С подачи Ленина в резолюции отмечалось, что «национальная культура» – лозунг буржуазии, а для большевиков существует лишь «культура всемирного рабочего движения», что впрочем, на деле никогда не было осуществлено.

Ленин 19 июля (1 августа) 1914 года в Белом Дунайце узнает об объявлении Германией в этот день войны России. Он обсуждает с большевиками, собравшимися у него на квартире, создавшееся положение, высказывает убеждение, что война ускорит революцию в России.

Посол Франции в России Морис Палеолог на десятый день после объявления войны записывает: «Вражда к немцам продолжает высказываться по всей России с силой и настойчивостью. Первенство, которое Германия завоевала во всех экономических областях русской жизни, и которое чаще всего равнялось монополии, слишком оправдывает эту грубую реакцию национального чувства».

Социал-демократы всех стран, вступивших в мировую войну, стали защитниками своего отечества, а не «мирового пролетариата», как было в довоенное время. Лишь Ленин и часть его сообщников заняли «пораженческую позицию».

Ленин выдвинул лозунг «Восстать против позорного шовинизма из всех сил!», он желал поражения российского правительства и превращения империалистической войны в войну гражданскую. Он писал: «Для нас, русских, с точки зрения трудящихся масс и рабочего класса России не может подлежать ни малейшему, абсолютно никакому сомнению, что наименьшим злом было бы теперь и тотчас – поражение царизма в данной войне. Ибо царизм во сто раз хуже кайзеризма».

Эта позиция привела его к изоляции даже в социал-демократической среде. Вождь большевиков, по-видимому, не считал злом возможную оккупацию России Германией.

«Не угодно ли присесть на престол?»

Карикатура 1917 г.

Объявление Россией 20 октября 1914 года войны Турции. Русские войска перешли государственную границу и заняли город Баязет.

Посол Франции в России Морис Палеолог 11 (24) августа 1915 года записывает: «Военные неудачи, естественно, вызывают возбуждение на заводах Петрограда, где случаи забастовок и неповиновения повторяются ежедневно. Глава партии “трудовиков” в Государственной Думе, адвокат Керенский, уже будто бы приготовил, как меня уверяют, обширную программу революционных действий, основанную на сотрудничестве рабочих и солдат».

Брусиловский прорыв 22 мая 1916 года: начало успешного наступления армии генерала А. Брусилова в Галиции и на Буковине, которое продолжалось до 31 июля.

Гимназист Даниил Фибих 25 ноября 1916 года записывает: «Меня очень занимает вопрос: будет или не будет революция? И если будет, то какую форму она примет, во что выльется? Каковы будут ее стремления и задачи? Я предчувствую, что если революционеры и достигнут своей главной, первоначальной цели – свержения самодержавия, то потом в их среде произойдут раздоры».

Н.В. Устрялов 15 декабря 1916 года записывает: «Положение очень трудное. Напряжение страны дошло, кажется, уже до последней степени. Что-то должно произойти, иначе она погибнет… И лейтмотивом настроений является прямая ненависть к верховной власти – к царице, к самому царю».

В очередную годовщину «кровавого воскресенья» 9 января 1917 года забастовали рабочие Петрограда и Москвы. Демонстрации прошли во многих городах России.

В Петрограде всеобщая забастовка 27 февраля (12 марта) 1917 года переросла в вооруженное восстание. Император Николай II отрекся 2 (15) марта от престола «за себя и за сына», и было сформировано Временное правительство, заменившее власть монарха.

Февральская революция застигла врасплох все политические партии России, не исключая и большевиков. Ленин отнюдь не чувствовал ее приближения. Читая в Цюрихе в январе 1917 года перед молодыми швейцарскими социалистами «Доклад о революции 1905 года», он закончил его пессимистическим прогнозом: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции».

Триумфальное возвращение в Россию

В Петрограде в конце марта 1917 года прошел 7-й съезд Партии Народной Свободы (кадетов). Его открыл почетный председатель ЦК партии князь П.Д. Долгоруков. Съезд изменил пункт программы партии, требовавший установления конституционной монархии, указав, что Россия должна быть демократической парламентской республикой с президентом и ответственным министерством; подтвердил верность союзникам и принципу продолжения войны до полной победы.

Прошли в Петрограде и Москве съезда и других многочисленных российских партий. Пора было и руководству РСДРП спешить в Россию из чужеземных стран…

После 37-летней эмиграции в ночь на 1 (14) апреля 1917 года в Россию вернулся Г.В. Плеханов. Но встреча «первого русского марксиста» на Финляндском вокзале Петрограда прошло это как-то буднично, незаметно. Хотя послушать его выступления приходило немало сторонников совершенно различных политических партий. Но его постоянное окружение составляло лишь малое число правого крыла меньшевиков. Да и сам Плеханов во время разгара революционной борьбы все более отдаляется от нее, и в конце концов он для поправления здоровья поселяется в Царском Селе.

Группа русских политических эмигрантов во главе Лениным под пение «Интернационала» 27 марта (9 апреля) 1917 года выехала из Цюриха поездом через территорию Швейцарии и Германии. В немецком порту Засниц на побережье Балтийского моря они пересели на пароход и добрались до Швеции. Потом поездом до ее столицы.

Карл Радек вспоминал: «Утром мы прибыли в Стокгольм. Ожидали нас шведские товарищи, журналисты, фотографы… Вероятно, добропорядочный вид солидных шведских товарищей вызвал в нас страстное желание, чтобы Ильич был похож на человека. Мы уговаривали его купить хотя бы новые сапоги. Он ехал в горских сапогах с гвоздями огромной величины. Мы ему указывали, что если полагалось портить этими сапогами тротуары пошлых городов буржуазной Швейцарии, то совесть должна ему запретить с такими инструментами разрушения ехать в Петроград, где, быть может, теперь вообще нет тротуаров. Я отправился с Ильичем в стокгольмский универсальный магазин, сопровождаемый знатоком местных нравов и условий еврейским рабочим Хавиным. Мы купили Ильичу сапоги и начали его прельщать другими частями гардероба. Он защищался, как мог, спрашивал нас, не думаем ли мы, что он собирается по приезде в Петроград открыть лавку готового платья, но все-таки мы его уломали и снабдили парой штанов, которые я, приехав в октябре в Питер, на нем и открыл, несмотря на бесформенный вид, который они приняли под влиянием русской революции».

Из Стокгольма русские эмигранты выехали по железной дороге через Финляндию в Петроград. Участник этой поездки Шейнессон вспоминал: «Во время поездки между Стокгольмом и Торнео в вагоне был устроен митинг, на котором Ленин выступил и указал, как мы должны держать себя на суде, если русские власти захотят из нашего приезда создать политический процесс».

Но большую часть времени Ленин провел на верхней полке, куда забрался с кипой газет, купленных для него в Стокгольме.

– Ах, канальи!.. Ах, подлецы!.. – неслось с верхней полки по адресу Чхеидзе и Церетели.

В Петроград на Финляндский вокзал поезд с политическими эмигрантами прибыл вечером 3 (16) апреля.

Возвращение Ленина в Петрограде решили превратить в триумф. Накануне большевики разбрасывали листовки с призывом: «Встречайте Ленина!» К тому же день приезда совпал со вторым днем празднования Пасхи – заводы и фабрики не работали.

Над бесчисленными красными знаменами возвышался стяг, расшитый золотыми буквами: «Центральный Комитет РСДРП (большевиков)».

Ленин на Финляндском вокзале Петрограда в 1917 г.

А.Г. Шляпников вспоминал: «На перроне вокзала были построены шпалерами матросы, рабочая милиция и группы Красной гвардии. Оркестры играли модную тогда “Марсельезу”, а матросы, рабочая милиция и красногвардейцы взяли “на караул”, приветствуя знаменами прибывших эмигрантов. Владимиру Ильичу пришлось обойти по рядам выстроившихся и сказать несколько слов приветствия».

Потом Ленина повели в Царские комнаты вокзала, где его встретила делегация по главе с председателем Временного исполкома Петроградского совета рабочих депутатов меньшевиком Николаем Чхеидзе. Пожав руки встречающим и приняв букет цветов от большевички Александры Коллонтай, Ленин сел в автомобиль. Хотел незаметно объехать собравшуюся на площади многотысячную толпу рабочих и солдат, но не тут-то было, автомобиль не пропустили. Пришлось выйти из машины, с помощью рабочих взобраться на один из стоящих рядом броневиков и произнести речь.

«Стоя на броневом автомобиле, – сообщала на следующий день газета “Правда”, – тов. Ленин приветствовал революционный русский пролетариат и революционную русскую армию, сумевших не только Россию освободить от царского деспотизма, но и положивших начало социальной революции в международном масштабе, указав, что пролетариат всего мира с надеждой смотрит на смелые шаги русского пролетариата».

После выступления, наконец, направились в бывший дворец балерины Кшесинской – резиденцию большевиков. В столовой уже был накрыт стол для гостей и руководства Петербургского комитета РСДРП. Но Ленину толком так и не дали покушать, по требованию собравшегося под окнами народа он несколько раз выступал с балкона перед ревущей в приветствиях толпой. Такой организации торжественной встречи мало кому известного в России руководителя партии большевиков мог позавидовать даже отрекшийся от престола император Николай II.

На следующий день Ленин выступил в Таврическом дворце на Всероссийском совещании Советов рабочих и солдатских депутатов с докладом, вошедшим в историю под названием «Апрельские тезисы». Он призвал к выходу из войны, лишению поддержки Временного правительства, говорил о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую, о создании Республики Советов, передачи земли крестьянским Советам и национализации банков… В его лозунгах не было ни слова лишь об одном – экономической программе развития идущего под откос государства.

В Таврическом дворце в этот день Ленин случайно столкнулся со старым знакомым – Федором Самойловым, рабочим-большевиком, членом IV Государственной думы, которого по партийной линии устроил в 1914 году поехать подлечиться в Швейцарию. Узнав, что с тех пор тот не только подлечился в Швейцарии, но и вновь подорвал здоровье, перенеся тюрьму и ссылку, Ленин довольно цинично посоветовал не обращаться со своими болезнями к врачам, состоявшим в партии большевиков.

– Они могут быть хорошими товарищами и политиками, – пояснил Ленин, – но врачи они в подавляющем большинстве плохие. Вы лучше идите к какому-нибудь буржуазному профессору…

Ленин в Петрограде с головой окунулся в работу – редактирует материалы для газеты «Правда», чуть ли не ежедневно пишет по одной – две статьи, участвует в заседаниях и митингах, председательствует на конференциях РСДРП(б).

Левый меньшевик Н.Н. Суханов вспоминал о весне 1917 года: «У большевиков в это время, кроме Каменева, появился в Исполнительном Комитете Сталин. Этот деятель – одна из центральных фигур большевистской партии и, стало быть, одна из нескольких единиц, державших (держащих до сей минуты) в своих руках судьбы революции и государства. Почему это так, сказать не берусь: влияния среди высоких, далеких от народа, чуждых гласности, безответственных сфер так прихотливы! Но, во всяком случае, по поводу роли Сталина приходится недоумевать. Большевистская партия при низком уровне ее “офицерского корпуса”, в массе невежественного и случайного, обладает целым рядом крупнейших фигур и достойных вождей среди “генералитета”. Сталин же за время своей скромной деятельности в Исполнительном Комитете производил – не на меня одного – впечатление серого пятна, иногда маячившего тускло и бесследно. Больше о нем, собственно, нечего сказать».

В подполье

Постановление Временного правительства об аресте и предании суду руководителей большевиков, объявленных германскими шпионами и организаторами восстания против Временного правительства, было опубликовано 8 (21) июля. Переодетые и загримированные Владимир Ленин и Григорий Зиновьев сутки спустя прибыли на станцию Разлив Приморской линии Петроградско-Сестрорецкой железной дороги. Предупрежденный об их приезде рабочий Н.А. Емельянов устроил поначалу гостей на чердаке-сеновале своего сарая. Но кругом бродили дачники, которые могли донести о новых людях. Тогда он отвез их на лодке на другую сторону озера Сестрорецкий залив, где они поселились в шалаше под видом косцов. На две версты вокруг не было ни одного человека. Связь революционеров-отшельников с остальным миром поддерживалась с помощью лодки.

Уход Ленина в подполье осудил известный меньшевик Н.Н. Суханов: «Бегство пастыря в данной обстановке не могло не явиться тяжелым ударом по овцам. Ведь массы, мобилизованные Лениным, несли на себе бремя ответственности за июльские дня… “Действительный виновник” бросает свою армию, своих товарищей и ищет личного спасения в бегстве! Бегство Ленина и Зиновьева, не имея практического смысла, было предосудительно с политической и моральной стороны».

Ленин первые два дня в Разливе наслаждался отдыхом после тяжелой и нервной петроградской работы, ходил купаться на речку, загорал на солнышке. Потом достал свою незаконченную рукопись «Государство и революция», и, сидя на корточках, принялся за привычную работу. Он сочиняет панегирик трудам Маркса и Энгельса и излагает свое понимание марксизма, не забывая пинать тех, чьи взгляды отличаются от его изложения марксизма. Закончит этот труд он уже в Гельсингфорсе.

Сюда к косцам-отшельникам приезжали товарищи по партии с сообщениями о положении дел в Петрограде и за советами. Среди них А.В. Шотман, Э.А. Рахия, В.И. Зоф, И.В. Сталин, Г.К. Орджоникидзе. Орджоникидзе вспоминал: «Прибыл я на станцию ночью. Побродив немного, я нашел дом, в котором жил тов. Емельянов. Самого тов. Емельянова не оказалось дома, и жена его послала своего 9–10-летнего сына проводить меня. Мы пошли к озеру, сели в лодку и, переправившись на другой берег, пошли по кустарнику. Я решил, что тов. Ленин живет на какой-нибудь даче. Вдруг мы остановились около сенокоса, где стоял небольшой стог сена. Мальчик окликнул по имени кого-то. Вышел какой-то человек. Он оказался отцом этого мальчика. Поздоровался с ним. Объяснил ему, в чем дело. Думаю, дальше поведет к Ленину. В этот момент подходит ко мне человек, бритый, без бороды и усов. Подошел и поздоровался. Я ответил просто, сухо. Тогда он хлопает меня по плечу и говорит: “Что, товарищ Серго, не узнаете?” Оказывается, что это тов. Ленин. Я восторженно пожал ему руку; тут же оказался тов. Зиновьев, отпустивший бороду и усы (что довольно сильно изменило его физиономию). Пошли разговоры. Через несколько минут Ильич предложил мне поужинать с ним черным хлебом с селедкой. Больше у них ничего не было».

Мужчины-революционеры приезжали исключительно для бесед, тогда как женщина-революционерка А.И. Токарева приезжала постоянно с грузом чистого белья, еды и газет. Ленин, почитав газеты, пишет одна за другой статьи «К лозунгам», «Ответ», «Начало бонапартизма», «Уроки революции», «За деревьями не видят леса». В них он с издевкой отвечает оппонентам и уже без издевки указывает товарищам по партии, что им нужно делать в ближайшее время в Петрограде.

В рабочем клубе Нарвского района с 26 июля (8 августа) по 3 (16) августа 1917 года проходил VI съезд РСДРП(б). С отчетом ЦК партии и политическим докладом выступил И.В. Сталин. «Не исключена возможность, – говорил он, – что именно Россия явится страной, пролагающей путь к социализму… Надо откинуть отжившее представление о том, что только Европа может указать нам путь». Утвержден курс на вооруженный захват власти. Избран Центральный комитет партии во главе с Лениным, который руководил съездом из конспиративного шалаша. Он прислал съезду свои тезисы о политическом положении, поддерживал постоянную связь с президиумом.

Среди других обсуждались вопросы о явке Ленина на суд в связи с распоряжением Временного правительства об его аресте, о кампании против большевистской партии и ее руководителя. Съезд единогласно принял решение о неявке Ленина на суд и выразил протест против травли партии и ее вождя. В политическом отчете отмечалось, что ЦК РСДРП проводит курс за рабочий контроль над производством и распределением, за конфискацию помещичьей земли и передачу ее крестьянам, за прекращение империалистической войны.

Съезд взял курс на вооруженное восстание. В докладе об экономическом положении указывалось, что страна находится на грани катастрофы, подчеркивалось, что социалистическая революция – единственный выход из хозяйственной разрухи, из империалистической войны, залог сохранения национальной независимости и самостоятельности России.

Съезд подтвердил все решения Апрельской конференции РСДРП(б), в том числе о пересмотре Программы партии; принял новый Устав партии.

Тем временем следствие при Временном правительстве против Ленина и его соратников, обвиненных в пособничестве Германии, не утихало. В качестве свидетеля 10 (23) сентября был допрошен Г.В. Плеханов. Он показал:

– В Ленине поражает его неразборчивость в средствах, особенно обнаружившаяся в 1905–1907 годах… В один из моментов обострения борьбы между большевиками и меньшевиками последние обвиняли Ленина в похищении адресованных им писем. Ленин не отрицал этого факта, заявив, что интересы дела требовали этого… Эта неразборчивость Ленина позволяет мне допускать, что он для интересов своей партии мог воспользоваться средствами, заведомо для него идущими из Германии. При этом я исключаю всякую мысль о каких-либо личных корыстных намерениях Ленина. Я убежден, что даже самые предосудительные и преступные с точки зрения закона действия совершены им ради торжества его тактики. На вопросы о том, почему Германия могла служить Ленину своими средствами, отвечаю, что тактика ленинская была до последней степени выгодна, крайне ослабляя боеспособность русской армии. Недаром германская печать нередко с нежностью говорила о Ленине, как о истинном воплощении русского духа…

При первых же осенних дождях шалаш в Разливе стал подтекать, и в нем стало холодно. К тому же в окрестностях появились охотники, которые могли донести в полицию на странных бездельников-«косцов». Революционеры-отшельники покидают шалаш. Зиновьев отправился в Петроград, Ленин в парике и в одежде рабочего с документами на имя Константина Иванова едет в Финляндию. В Гельсингфорсе (ныне Хельсинки) он прожил два месяца, почти ежедневно отсылая свои только что написанные статьи в Петроград. Нередко его навещает член ЦК РСДРП(б) И.Т. Смилга, посланный партией в партийные организации местных военных гарнизонов и на Балтийском флоте. Навестили также Н.К. Крупская, М.И. Ульянова, А.В. Шотман, супруги Г. и Л. Яловы.

Для установления более тесной связи с ЦК РСДРП(б) Ленин 23 сентября (6 октября) переезжает из Гельсингфорса поближе к Петрограду – в Выборг, который в то время тоже находился на территории Финляндии.

Ленин 29 сентября (12 октября) пишет статью «Кризис назрел», в которой отмечает основные признаки кризиса в России: рост крестьянского восстания, подъем национально-освободительного движения, большевизация армии, острый конфликт железнодорожников с Временным правительством. Ленин настаивает на немедленной подготовке и проведении восстания, не дожидаясь съезда Советов. «Кризис назрел, – указывает он. – Все будущее русской революции поставлено на карту. Вся честь партии большевиков стоит под вопросом».

Ленин 1 (14) октября обратился «к рабочим, крестьянам и солдатам» с призывом немедленно свергнуть Временное правительство и передать власть Советам.

Сталин 10 (23) октября принял участие в конспиративном заседании ЦК партии и проголосовал за план восстания, предложенный Лениным. На заседании было избрано временное Политбюро из семи человек для политического руководства восстанием: Ленин, Троцкий, Сталин, Зиновьев, Каменев, Сокольников и Бубнов.

Расширенное заседание ЦК РСДРП(б) 16 (29) октября одобрило резолюцию Ленина о восстании, техническая подготовка которого была возложена на Военно-партийный центр и Военно-революционный комитет Петроградского Совета. Л.Б. Каменев и Г.Е. Зиновьев выступили против резолюции, считая восстание несвоевременным. На следующий день Ленин пишет «Письмо к товарищам», в котором подверг резкой критики позицию Каменева и Зиновьева.

Сталин вспоминал о Ленине: «В дни революционных переворотов он буквально расцветал, становился ясновидцем, предугадывал движение классов и вероятные зигзаги революции, видя их, как на ладони».

Начальник Петроградской городской милиции Временного правительства 19 октября (1 ноября) разослал секретные телеграммы районным отделениям милиции с приказом срочно проверить всех прибывших за последнее время в Петроград с целью розыска В.И. Ульянова (Ленина) и препровождение его в случае задержания к судебному следователю по особо важным делам П.А. Александрову.

Октябрьская революция

Победу Октябрьской революции в столице Российской империи предопределило событие 21 октября (3 ноября) 1917 года. В этот день Петроградский военный гарнизон, который должен был служить опорой Временного правительства, признал своим непосредственным начальством Военно-революционный комитет, которым руководили большевики.

Днем 24 октября (6 ноября) к Смольному стали стягиваться вооруженные отряды рабочих и солдат. Вечером Ленин с квартиры Фофановой уходит в Смольный. В целях конспирации он меняет свой внешний вид: надевает старое пальто и кепку, подвязывает щеку платком. Его, как и во многих других переездах и передвижениях, сопровождает верный финн Эйно Рахья. Кстати, Ленин пока еще остается без усов и бороды, так что картины многочисленных советских художников, показывающие его в первые дни Октябрьской революции с обычной бородкой, не соответствуют действительности.

Поместившись в нижнем этаже Смольного, в комнате № 38, Владимир Ильич набрасывал первые декреты и составлял список народных комиссаров. А двумя этажами выше Военно-революционный комитет, возглавляемый Свердловым, Урицким, Иоффе, Дзержинским и другими верными большевиками, руководил захватом наиболее значимых зданий, рассылая по городу воинские части и комиссаров.

К полночи, накануне 25 октября (7 ноября), в комнату № 38 уже набилось множество народу: Троцкий, Сталин, Каменев, Зиновьев, В.П. Милютин. В углу на полу лежал Ян Берзин – ему нездоровилось. В эту ночь в Петрограде был совершен государственный переворот, которым непосредственно руководил Ленин. Перед рассветом «красной гвардией» был захвачен Зимний дворец и арестовано Временное правительство.

В 10 часов утра 25 октября (7 ноября) написанное Лениным обращение Военно-революционного комитета при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов отправляется в печать, и вскоре оно распространяется по восставшей столице в виде отдельной листовки.

Текст обращения гласил: «Временное правительство низложено. Государственная власть перешла в руки органа Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов – Военно-революционного комитета, стоящего во главе петроградского пролетариата и гарнизона. Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности на землю, рабочий контроль над производством, создание Советского правительства, это дело обеспечено. Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!»

Около 3 часов дня в Смольный зашел меньшевик-интернационалист Николай Суханов. Он вспоминал: «По темному заплеванному коридору я прямо прошел в Большой зал. Он был полон, и не было ни малейшего намека на порядок и благообразие. Происходило заседание. Троцкий председательствовал. Но за колоннами плохо слушали, и сновали взад и вперед вооруженные люди. Когда я вошел, на трибуне стоял и горячо говорил незнакомый лысый и бритый человек. Но говорил он странно знакомым хрипловато-зычным голосом, с горловым оттенком и очень характерными акцентами на концах фраз… Ба! Это – Ленин. Он появился в этот день после четырехмесячного пребывания в “подземельях”. Ну, стало быть, тут окончательно торжествуют победу».

II Всероссийский съезд Советов, созванный ночью с 25 октября (7 ноября) на 26 октября (8 ноября), избрал ВЦИК во главе с Каменевым, утвердил состав правительства – Совета Народных Комиссаров во главе с Лениным. Но спустя две недели по предложению Ленина вместо Каменева председателем Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов рабочих и солдатских депутатов (ВЦИК) был избран Я.М. Свердлов.

А.В. Луначарский писал: «Если революция выдвинула большое количество неутомимых работников, казалось, превзошедших границы человеческой трудоспособности, то одно из самых первых мест в этом отношении должно быть отдано Свердлову. Когда он успевал есть и спать, я не знаю. И днем и ночью он был на посту. Если Ленин и другие идейно руководили революцией, то между ними и всеми этими массами, парией, советским аппаратом и, наконец, всей Россией, винтом, на котором все поворачивалось, проводом, через который все проходило, был именно Свердлов».

Ленин в 1917 г. Рисунок М.Л. Шафрана

Ленин с соратниками по партии большевиков возглавил новое государство, которым править, по замыслу, должны были рабочие.

– Ну, и долго мы продержимся? – спрашивали друг дружку вооруженные рабочие.

– Ленин говорит: навсегда утвердились.

– Чего ты Лениным тычешь? Сам-то что думаешь?

– А зачем мне умничать.

– А я думаю, ничего у нас не выйдет.

– Это отчего же?

– Ну, рассуди: какой из меня или из тебя правитель? Нас и слушать-то никто не станет. Царь почему всех держал в узде? Ему, вишь ты, министры подсказывали. Недаром же они за учеными книгами штаны протерли. А мы, вишь ты, всех министров поганой метлой…

– А мне товарищ Ленин подскажет.

– Нет, товарища Ленина на всех не хватит…

Об Учредительном собрании, как форме правления, созданной на основе всеобщего избирательного плана, стали говорить еще в начале ХХ века. Выборы его считали необходимым и руководители РСДРП. Временным правительством весной 1917 года сроки выборов несколько раз переносились. И тут Ленин, который раньше поругивал идею Учредительного собрания, вдруг встал на его защиту. В большевистских речах и газетах теперь требовали его немедленного открытия. В своей газете «Рабочий путь» (3 октября 1917 г.) большевики уверяли: «Если власть перейдет к Советам, судьба Учредительного собрания будет в надежных руках; если буржуазия сорвет переход власти к Советам, она сорвет и Учредительное собрание».

Лев Троцкий вспоминал, что «в первые же дни, если не часы после переворота, Ленин поставил вопрос об Учредительном собрании.

– Надо отсрочить, – предложил он. – Надо отсрочить выборы. Надо расширить избирательные права, дав их восемнадцатилетним. Надо дать возможность обновить избирательные списки: наши собственные списки никуда не годятся…

Ему возражали: неудобно сейчас отсрочивать, это будет понято как ликвидация Учредительного собрания, тем более, что мы сами обвиняли Временное правительство в оттягивании Учредительного собрания».

Ленину на этот раз не удалось выиграть с первого наскока. Пришлось вести затяжную игру. Он опубликовал свои «Тезисы об Учредительном собрании» (26 декабря 1917 года). В них предупреждает народных избранников, что «Учредительное собрание, если бы оно разошлось с Советской властью, было бы неминуемо осуждено на политическую смерть».

Троцкий рассказывал, как накануне открытия Учредительного собрания к ним зашел Марк Натансон, старейший член партии левых эсеров, и с первых слов сказал:

– А ведь придется, пожалуй, разогнать Учредительное собрание силой.

– Браво! – воскликнул Ленин. – Что верно, то верно! А пойдут ли на это ваши?

– У нас некоторые колеблются, но я думаю, что, в конце концов, согласятся…

Учредительное собрание открылось 5 (18) января 1918 года в Таврическом дворце. К этому времени к Петрограду были подтянуты верные большевикам латышские воинские части. В вестибюлях и коридорах Таврического дворца повсюду стояла вооруженная стража.

Председателем был избран эсер В.М. Чернов. Он выступил с речью, которая не понравилась фракции большевиков, что они и старались показать своим поведением: постоянно прерывали председателя репликами, хоровыми выкриками, а Ленин, скромно сидевший на ступеньках, покрытых ковром, дирижировал своими однопартийцами и отчаянно хохотал, когда считал, что Чернов сморозил очередную глупость.

Наконец был объявлен перерыв, и депутаты разошлись по помещениям, отведенным для заседаний фракций.

Большевик Александр Мясников вспоминал: «Наша фракция довольно-таки нескладно обсуждала вопрос о судьбе Учредительного собрания в перерыве после декларативной речи председателя Чернова. Вдруг появляется во фракции Ленин. Коротко и энергично он доказывает необходимость покончить с контрреволюционным Учредительным собранием. Технический способ разгона он предлагает такой: после сегодняшнего заседания всех членов Учредительного собрания выпустить из Таврического дворца, на следующий день в него впустить только коммунистов и левых эсеров. Предложение было принято».

После перерыва депутаты отказалось обсуждать и одобрять предложенную Я.М. Свердловым от имени ВЦИК «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Большевистская фракция в знак протеста покинула заседание. Оставшиеся депутаты заседали до самого утра, когда им все же пришлось покинуть зал по требованию начальника караула А.Г. Железнякова. Ленин отдал матросу Железняку приказ:

– В Таврический дворец никого не пропускать!

Дворец заперли. На площади перед ним с утра выставили охрану с пулеметами и даже пушками. Пришедшие днем депутаты не смогли попасть к месту своего заседания. На этом и кончилась недолгая жизнь Учредительного собрания, которого ждали полтора десятилетия. Перед его разгоном, по словам большевика С.Д. Мстиславского, был разговор с Лениным группы членов ЦК левых эсеров. Мария Спиридонова говорила очень возбужденно что-то про «хулиганство» и упомянула о морали. Ленин сейчас же поднял брови:

– Морали в политике нет, а есть только целесообразность.

В ночь с 6/ (19) на 7 (20) января ВЦИК утвердил написанный Лениным проект декрета о роспуске Учредительного собрания, что «старый буржуазный парламентизм пережил себя, что он совершенно несовместим с задачами осуществления социализма, что не общенациональные, а только классовые учреждения (каковы Советы) в состоянии победить сопротивление имущих классов и заложить основы социалистического общества».

Брест-Литовский мир

В начале 1918 года Ленин одобрил создание Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем, широко и бесконтрольно применявшей методы насилия и репрессий. Среди других его дел этого времени: общее руководство войсками, ведущими мировую и гражданскую войны, национализация природных и рукотворных богатств России, доставка в Петроград продовольствия, топлива и других грузов. Владимир Ильич подписывает несметное множество бумажек о расходах – выделении денег из государственной казны и ни одной бумажки о доходах.

Пристальное внимание большевиков вызывали переговоры России с Германией в Брест-Литовске об условиях заключения мира, без которого было невозможно строить новое социалистическое государства. Но тут подгадил Лев Троцкий, главный переговорщик, приславший верховному главнокомандующему Н.В. Крыленко 29 января (10 февраля) предписание издать приказ о прекращении состояния войны с Германией и о демобилизации русской армии на всех фронтах, что главковерх и стал выполнять. Узнав об этом, Ленин пришел в ужас – ведь переговоры еще не завершены, и мирный договор не подписан! Ленин телеграфирует в Ставку передать всем комиссарам армий и начальнику штаба М.Д. Бонч-Бруевичу о задержании всех телеграмм за подписями Л.Д. Троцкого и Н.В. Крыленко о демобилизации армии.

В Советской России 1 (14) февраля 1918 года был введен западноевропейский (григорианский) календарный стиль вместо старого (юлианского) стиля. Две недели исчезли бесследно: 1 февраля стало 14 февраля².

Ленин 19 февраля подписал утвержденную Совнаркомом радиограмму германскому правительству о согласии подписать мир на его условиях. В этот же день он беседует с Александром Цюрупой о решении ЦК партии назначить его наркомом продовольствия. Это решение утверждает Совнарком.

Ленин 23 февраля пишет статью «Несчастный мир», в которой говорит: «Невероятно, неслыханно тяжело подписывать несчастный, безмерно тяжелый, бесконечно унизительный мир, когда сильный становится на грудь слабому. Но не позволительно впадать в отчаяние… Нас осадил, нас придавил и унизил хищник, – мы сумеем вынести все эти тяготы… Будущее, несмотря ни на какие испытания, – за нами».

Ленин 1 марта принял дипломатического представителя Великобритании Р. Локкарта; беседует с ним о ходе мирных переговоров в Брест-Литовске, говорит, что большевики будут сопротивляться попыткам немцев возродить в России буржуазное правительство, в случае необходимости отступят с боем до Волги, да Урала, но сражаться будут там, где это им выгодно, а не в качестве орудия «союзников».

В Брест-Литовске 3 марта 1918 года наконец-то был подписан мирный договор РСФСР с Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией. Закончилось участие России в 1-й мировой войне.

Ленин председательствовал на всех заседаниях Совнаркома, которые с ноября 1917 года по февраль 1918 года проходили в Смольном дворце, в одной из комнат верхнего этажа. С.Д. Мстиславский вспоминал: «Он был беспощадно скуп на время. Даже по большим докладам: “Десять минут, товарищ Луначарский”. Но скупость эта – до известной минуты. С известной минуты Ильич переставал слушать оратора и начинал писать, быстро вставляя слова и перечеркивая. Оратор давно уже исчерпал предоставленное ему время: торопится использовать ильичевский недосмотр – развивает свою мысль вовсю… Ленин пишет. Кончит. Иногда покажет соседу – Каменеву, Сталину. Иногда прямо остановит оратора на полуслове и читает написанное: резолюцию, декрет, поправку к заслушанному только что законопроекту, иногда в корне меняющую всю его постановку. У меня обычно бывало такое впечатление, что все эти в резолюциях и декретах закрепленные решения складывались у него тут же, без предварительной подготовки».

В Таврическом дворце Петрограда 6–8 марта 1918 года проходил VII (экстренный) съезд РСДРП(б), в котором участвовало 47 делегатов с решающим и 59 с совещательным голосом от 170 тысяч членов партии (выборы делегатов не проводились на оккупированной Германией части РСФСР).

Ленин выступил с политическим докладом. Он говорил: «Слово “большевик” приобрело право гражданства не только в политической жизни России, но и во всей заграничной прессе». Одобрили Брестский мир 30 голосами, против – 12 при 4-х воздержавшихся. Из резолюции: «Съезд признает необходимым утвердить подписанный Советской властью тягчайший, унизительнейший мирный договор с Германией». Ленин призвал собравшихся делегатов во время этой дарованной Германией России мирной передышке навести повсюду «революционный порядок» и начать социалистическое строительство, попенял «левым коммунистам» и Троцкому, подрывающих единство партии.

На съезде принято новое название партии – Российская Коммунистическая партия (большевиков) – РКП(б). Постановили также комиссии во главе с Лениным написать новую программу партии.

Новая столица

К перрону Николаевского вокзала Москвы (ныне Ленинградский вокзал) 11 марта 1918 года около 8 часов вечера подкатил поезд особого назначения № 4001, привезший из Петрограда в первопрестольный город членов Советского правительства и ЦК РКП(б). Ленин с женой и сестрой М.И. Ульяновой поселились в двухкомнатном номере фешенебельной гостиницы «Националь» на Моховой улице.

Управляющий делами Совнаркома Владимир Бонч-Бруевич описывает посещение Кремля: «На другой день после нашего приезда Москва сияла солнцем… Владимир Ильич пожелал поехать в Кремль, чтобы осмотреть помещения, где должен был разместиться Совнарком. Часов в двенадцать дня мы подъехали с ним вдвоем³ к Троицким воротам Кремля. Часовые, как полагается, остановили нас. К нам подошел командир, дежуривший здесь, и спросил:

– Кто едет.

– Председатель Совета Народных Комисаров Владимир Ильич Ленин, – отчеканил я, несколько удивленный, что Владимир Ильич не был узнан.

Командир, сделав два шага назад, вытянулся в струнку, смотря изумленными от неожиданности глазами на Владимира Ильича. Часовые подтянулись вслед за своим командиром. Владимир Ильич улыбнулся, отдал честь, приложив “под козырек” руку к круглой барашковой шапке.

– Трогай, – сказал я шоферу, и мы въехали в старинные ворота.

– Вот он, и Кремль! Как давно я не видел его! – тихо сказал Владимир Ильич».

Вечером Ленин выступил в Большой аудитории Политехнического музея на заседании Моссовета, где обсуждали вопрос снабжения Москвы продовольствием. Правда, он отвлекся от основной темы заседания, начал пугать собравшихся тем, что «на голову русской революции наступил сапог прусских помещиков и империалистов» и стал говорить о Брестском мире, как передышке перед новой войной.

В здании Дворянского (Благородного) собрания (вскоре получило название Дома Союзов) на Большой Дмитровке с 14 по 16 марта проходил IV Всероссийский (чрезвычайный) съезд Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов. Съезд, в частности, принял постановление о перенесении столицы «временно» из Петрограда в Москву. Ленин выступил с докладом о ратификации мирного договора с Германией и ее союзниками. Договор был ратифицирован большинством в 724 голоса при 276 против и 118 воздержавшихся.

Москвич Владимир Михайловский 14 марта записывает: «Сегодня открытие заседания народных комиссаров, как величает себя большевистское правительство, в Благородном собрании. По пути следования на него премьер-комиссара Ленина – усиленная охрана. Запрещено смотреть в окна, и даже велено на это время занавесить их. Мера, до которой не додумалась еще в былые времена царская охрана».

Ленин 19 марта из гостиницы «Националь» переселились в Кремль. Первоначально его с женой поместили в двухкомнатной квартире в Кавалерском корпусе. По соседству с ними жила его сестра Мария Ульянова. Все трое 28 марта переехали в отремонтированные квартиры на втором этаже в здании Судебных установлений. Квартира Ленина состояла из трех больших комнат, плюс комната прислуги, кухня и ванная. В том же здании, на третьем этаже, был рабочий кабинет Ленина, а рядом с ним большая комната, где проходили заседания Совета Народных Комиссаров, Совета Рабочей и Крестьянской Обороны и Совета Труда и Обороны. Эта комната являлась также приемной, где ожидали посетители, приходившие к Ленину, и здесь работали секретари СНК и СТО.

Кабинет Ленина в Кремле

В кабинете Ленина по его требованию поддерживали постоянную температуру. Он не любил звук телефонных звонков и добился, чтобы их заменили лампочками, которые загорались, когда поступал вызов. У него были отдельные папки, лежавшие на столе и помеченные как «спешные», «неспешные», «важные», «менее важные», «просмотренные», «не просмотренные». Все ящики стола были заперты, кроме верхнего левого, в который он складывал бумаги со своими распоряжениями. Сидел Владимир Ильич обычно на простом деревянном стуле с плетеными сиденьем и спинкой. В кабинете также находился стул для посетителей (позже его заменили двумя креслами), книжные полки и два вращающихся книжных шкафа. На стенах висели портрет Карла Маркса и барельеф Степана Халтурина – казненного русского террориста.

В марте 1918 года вышла в свет первым изданием тиражом 30700 экземпляров книга Ленина «Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции», написанная в августе – сентябре 1917 года. Посвятив большую часть труда, как обычно», критике «оппортунистов», Ленин описывает коммунизм как общество без насилия и принуждения, где люди соблюдают «правила общежития» по выработанной привычке. Если же возникают «эксцессы отдельных лиц», то бороться с ними будет уже не «особый аппарат подавления», а «сам вооруженный народ». Первой фазой коммунистического общества Ленин называет социализм (в условиях отмены частной собственности при нем сохраняется государство), где существует принцип: «Кто не работает, тот не должен есть». При коммунизме государственные структуры отомрут и будет иной принцип: «Каждый по способностям, каждому – по потребности».

Ленин 4 апреля беседует с приехавшим из Петрограда на несколько дней наркомом просвещения А.В. Луначарским о монументальной пропаганде, говорит о необходимости на площадях и в скверах устанавливать памятники в ознаменование Октябрьской революции и помещать на них революционные лозунги. Результатом этой беседы стал принятый СНК 12 апреля 1918 года декрет об упразднении Академии художеств и декрет «О памятниках Республики».

Ленин 7 апреля на Пленуме ЦК РКП(б) говорил о новом периоде революции, о необходимости использования в различных отраслях хозяйства буржуазных специалистов.

Ровно в полночь, когда наступал Первомай, над Кремлем взвилась ракета, и раздались звуки партийного гимна – «Интернационала».

В Кремле Ленин 16 мая встретился с германским послом графом Мирбахом. После признаний Владимира Ильича, что его положение в партии и правительстве крайне шаткое, Мирбах сделал вывод, что большевистское правительство скоро падет, и в тот же день запросил свой МИД, советуют ли ему в этой ситуации продолжать финансовую помощь большевикам. Через два дня ему ответили, что германское правительство в большевиках все еще заинтересовано.

По дороге на митинг в Петрограде 20 июня1918 года был убит эсером член Президиума ВЦИК Моисей Маркович Володарский. Ленин ожидал решительных ответных действий со стороны петроградских большевиков, однако, когда понял, что они действуют вяло и нерешительно, направил письмо председателю Петроградского Совета: «Тов. Зиновьев! Только сегодня мы услыхали в ЦК, что в Питере рабочие хотели ответить на убийство Володарского массовым террором, и что вы (не вы лично, а питерские цекисты и пекисты⁴), удержали. Протестую решительно! Мы компрометируем себя: грозим даже в резолюциях Совдепа массовым террором, а когда до дела, тормозим революционную инициативу масс, вполне правильную».

Крупская пыталась оправдать жестокость своего супруга, проводя исторические параллели: «Изучая самым внимательным образом опыт Парижской коммуны, этого первого пролетарского государства в мире, Ильич отмечал, как пагубно отразилась на судьбе Парижской коммуны та мягкость, с которой рабочие массы и рабочее правительство относились к заведомым врагам. И потому, говоря о борьбе с врагами, Ильич всегда, что называется, “закручивал”, боясь излишней мягкости масс и своей собственной».

В Большом театре с 4 по 10 июля (с перерывом на 7–8 июля) 1918 года проходил V Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Ленин руководил его работой, выступил с докладом о деятельности СНК. На съезде была принята первая советская Конституция, в которой говорилось об образовании Российской Социалистической Федеративной Советской Республики (РСФСР). Написанная Лениным «Декларация прав трудящихся и эксплуатируемого народа» вошла в Конституцию в качестве первого раздела.

Лихолетье Гражданской войны

Мировая война утихла – Гражданская война разгоралась. Ленин постоянно связывается по телефону и телеграфу с Высшим военным советом, командующими фронтами, особоуполномоченными Реввоенсовета по поводу снабжения армии военными грузами и продовольствием, в исключительных случаях руководит переброской войск. Красная Армия набирала в свои ряды все новых и новых бойцов.

«Все контрреволюционные силы собрались против нас. Бушует восстание кулаков, – пишет он швейцарскому социал-демократу Ф. Платтену. – Но я надеюсь и уверен, что мы их разобьем».

В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге были расстреляны император Николай II, его семья и слуги. Британский дипломат Р.Г. Брюс Локкарт вспоминал: «Вечером 17 июля я получил от Карахана⁵ официальное сообщение об убийстве царя и его семьи в Екатеринбурге… Я должен сознаться, что население Москвы приняло эту новость с поразительным равнодушием. Апатия ко всему, кроме собственной участи, была полная».

В конце лета 1918 года особо остро встала другая проблема – «борьба за хлеб», сбор нового урожая и его доставка в промышленные центры. В связи с этим 10 августа Ленин подписывает «Декрет об уборочных и уборочно-реквизиционных отрядах» и «Декрет о привлечении к заготовке хлеба рабочих организаций».

Он не ограничивается лишь декретами, неуклонно требует расправы с зажиточными крестьянами; 11 августа дает указания пензенским коммунистам: «Товарищи! Восстание пяти волостей кулачья должно привести к беспощадному подавлению. Этого требует интерес всей революции, ибо теперь взят “последний решит[ельный] бой” с кулачьем. Образец надо дать.

1) Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше 100 заведомых кулаков, богатеев, кровопийц.

2) Опубликовать их имена.

3) Отнять у них весь хлеб.

4) Назначить заложников – согласно вчерашней телеграмме.

Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков.

Телеграфируйте получение и исполнение.

Ваш Ленин.

P. S. Найдите людей потверже».

С возмущением пишет в ЦК РКП(б) лидер левых эсеров Мария Спиридонова: «Я знаю о Пензенской губернии. В Пензенской губернии пороли крестьян, расстреливали, и все, что полагается, они приняли в положенной форме и в установленном порядке. Сначала их реквизировали, порой и расстреливали, потом они встали стеной (кулацкое восстание – говорили вы), потом их усмиряли, опять пороли и расстреливали. Наши левые социалисты-революционеры разговаривали с десятками этих, поровших крестьян, “интернационалистов”. С каким презрением говорили они о глупости русского мужика и о том, что ему нужна палка; и какой дикий шовинизм вызвали эти отряды “интернационалистов” в деревнях – передать трудно. История с “комбедами” еще долго не изживется… Этой крови вам не смыть, не очиститься от нее даже во имя самых “высоких” лозунгов».

Ленин 30 августа 1918 года выступал на митинге рабочих завода Михельсона. По окончанию митинга, когда он в заводском дворе подходил уже к своему автомобилю, полуслепая эсерка Фанни Каплан выстрелили в него несколько раз, нанеся две тяжелые раны. Ленина усадили в автомобиль и отвезли в Кремль на его квартиру. Врач А.Н. Винокуров оказал первую помощь.

В бюллетене № 1 о состоянии здоровья Ленина на 23 часа этого дня сообщалось: «Констатировано 2 слепых огнестрельных поранения; одна пуля, войдя под левой лопаткой, проникла в грудную полость, повредила верхнюю долю легкого, вызвав кровоизлияние в плевру, и застряла в правой стороне шеи, выше правой ключицы; другая пуля проникла в левое плечо, раздробила кость и застряла под кожей левой плечевой области, имеются налицо явления внутреннего кровотечения. Пульс 104. Больной в полном сознании. К лечению привлечены лучшие специалисты хирурги».

Кабинет председателя СНК в Кремле с 31 августа временно занял Я.М. Свердлов.

Свердлов 5 сентября сообщает в Петроград о здоровье Ленина: «Ну, теперь совсем хорошо. Самые трудные дни позади. Вопрос решен. Жизнь Ильича спасена. Силы возвращаются очень быстро. Владимир Ильич все больше настаивает на том, чтобы ему докладывали дела». В этот же день Совнарком одобрил и официально утвердил предложение Свердлова об ответной мере на покушение Ленина – начале Красного террора. Расстрелы противников советской власти участились.

Хоть и раньше популярность Ленина в народе была высока, покушение на него с тяжелым ранением привело к поклонению ему словно божественному идолу. Пришлось Владимиру Ильичу в середине сентября попенять соратникам за участие в причисление его к лику святых революционеров, поручил довести до сведения редакций газет и журналов о своем желании прекратить публикацию материалов, в которых восхваляется его личность.

Немного оправившийся после ранения Ленин 16 сентября 1918 года наконец-то сменил Свердлова в своем рабочем кабинете и участвовал в заседании ЦК РКП(б). Но по настоянию врачей ему пришлось уйти в двухнедельный отпуск. С 25 сентября он живет в подмосковных Горках. Целая комиссия выбирала подмосковную резиденцию для главы правительства. Усадьба хорошо сохранилась, несмотря на революционное лихолетье, была сравнительно недалеко от Москвы и имела телефонную связь со столицей.

На отдыхе глава СНК поддерживает регулярную связь с Кремлем, получает оперативные военные сводки, телеграммы и другие материалы, пишет книгу «Пролетарская революция и ренегат Каутский».

В Горках Ленин 8 октября встретился с только что вернувшимся из Царицына Сталиным, который рассказал ему о положении на Южном фронте. Из Горок в Москву Ленин уезжает 14 октября.

В Колонном зале Дома союзов в том же октябре состоялось объединенное заседание ВЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профсоюзов. На нем Ленин выступил с докладом о международном положении Советской России, в котором констатировал, что никогда еще Советская республика не находилась в более опасном положении. Он подчеркнул, что на первое место выдвигается вопрос об укреплении армии:

– Пусть каждая организация Советской России не перестает ставить на первое место вопрос об армии… Всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться…

В Большом театре 6 ноября открылся VI Всероссийский чрезвычайный съезд Советов. Ленин был избран его почетным председателем. Он выступил с речью о годовщине Октябрьской революции. Его вечная ненависть к русской деревне подтолкнула его расколоть ее, как когда-то он расколол свою партию на большевиков и меньшевиков:

– Мы пришли к тому, что в деревне выделились пролетарские и полупролетарские элементы, выделились те, которые особенно трудятся, те, которых эксплуатируют, поднялись на строительство новой жизни, наиболее угнетенная часть деревни вступила в борьбу до конца с буржуазией, в том числе со своей деревенской кулацкой буржуазией…

В деревенский пролетариат попали те, у кого не было ни кола ни двора, в кулаки – те, кто обзавелся крепкой избой и домашней скотиной. Началась планомерная политика натравливания бедняков на зажиточных крестьян, в которой государство приняло активное участие уже после смерти Ленина.

В конце концов, из-за полной разрухи в хозяйстве государства большевики ввели в стране военный коммунизм – 21 ноября 1918 года появился декрет Совнаркома «Об организации снабжения населения всеми продуктами и предметами личного потребления и домашнего хозяйства». Торговля запрещалась, товарно-денежные отношения были заменены натуральным обменом, вводилась продразверстка.

Города стали вымирать. Тем не менее, следующим шагом большевиков стала национализация промышленности. В результате этого грандиозного эксперимента промышленное производство в России фактически прекратилось.

Во главе с Лениным 30 ноября был образован Совет Рабоче-Крестьянской Обороны, получивший неограниченные права в решении экономических и стратегических вопросах Гражданской войны. При губернских и уездных партийных комитетах создавались части особого назначения (ЧОН) для охраны государственного имущества и борьбы с бунтующим народом.

Миновал тяжелый 1918-й год. Несмотря на ранение и другие неприятности Ленин провел его в радостном возбуждении – у него что-то получается, эксперимент над страной, к которому он готовился четверть века, может стать успешным. Его, Ленина, положение, во всяком случае, стало куда более устойчивым, чем в 1917 году было у Николая II или у Керенского. Он почти без борьбы получил диктаторские полномочия, о которых не мог мечтать ни один из российских монархов.

В начале января 1919 года Яков Свердлов сформировал и возглавил Организационное бюро ЦК РКП(б), занимавшееся оперативными вопросами, и постепенно стало выдавать распоряжения от имени всей партии. Он подписал директиву Оргбюро ЦК РКП(б) от 24 января о карательных экспедициях против казаков на Дону.

Я.М. Свердлов

Яков Михайлович ходил с ног до головы одетый в кожу черного цвета – сапоги, штаны, куртка, фуражка. Поговаривали, что и спать он нередко ложился в этой «производственной одежде комиссаров», которую от него позаимствовали чекисты. Невысокий, сухопарый, с резкими чертами худого лица, он обладал зычным голосом и непреклонной волей.

На 34-м году жизни 16 марта 1919 года в 16 часов 55 минут Свердлов скончался. Его похоронили на Красной площади. Ключей от личного несгораемого сейфа Свердлова не нашли, и сейф отправили на склад коменданта Кремля. Его вскрыли только 26 июля 1935 года. В сейфе оказались: золотые монеты дореволюционной России на сумму 108525 золотых рублей; золотые изделия, многие из которых с драгоценными камнями, – 705 предметов, кредитные билеты дореволюционной России на сумму 750 тысяч рублей, семь чистых бланков паспортов образца дореволюционной России. Может быть, Яков Михайлович в случае неудачного исхода большевистского переворота готовился к бегству?..

В здании ВЦИК (здание судебных установлений в Кремле) в Круглом зале 2 марта 1919 года открылся 1-й Международный съезд коммунистов – Учредительный конгресс III Коммунистического интернационала (Коминтерна), в котором приняли участие 52 делегата от 35 коммунистических и левых социалистов партий, групп и организаций 21 страны Европы, Америки и Азии. Ленин был избран постоянным членом президиума конгресса, председательствовал на всех заседаниях, разработал программные документы Коминтерна, выступил с докладом о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата. Он определил советскую власть, как высшую форму демократии, которая предоставляет трудящимся «такую фактическую возможность пользоваться демократическими правами и свободами, которых никогда не было, даже приблизительно, в самых лучших и демократических буржуазных республиках».

В здании ВЦИК, в Круглом зале, отныне названном Свердловским залом, с 18 по 23 марта 1919 года проходил VIII съезд РКП(б). Присутствовали 301 делегат с решающим и 102 делегата с совещательным голосом. Работой съезда руководил Ленин. Он выступил с отчетным докладом ЦК РКП(б), докладами о программе партии, о работе в деревне, с речью по военному вопросу, со вступительной и заключительными речами. Приняли новую, вторую Программу партии, наметившую курс на мировую революцию и отмену товарно-денежных отношений. Было создано Политбюро (Политическое бюро) ЦК РКП(б) – постоянный действующий орган высшей власти, управляющий страной. Членами Политбюро были избраны В.И. Ленин, Л.Б. Каменев, Н.Н. Крестинский, И.В. Сталин и Л.Д. Троцкий; кандидатами в члены Политбюро – Н.И. Бухарин, Г.Е. Зиновьев, М.И. Калинин. Было создано также Оргбюро ЦК РКП(б). Эти новые учреждения фактически сосредоточили в своих руках всю верховную власть в стране. Среди партийных избранников разве что Калинина можно было с натяжкой отнести к «передовому слою пролетариата», остальные никогда даже не пытались овладеть какой-либо из рабочих профессий.

Группа делегатов съезда создала «военную оппозицию», выступившей против линии ЦК партии в военном строительстве. Она выступала за выборность командного состава, против установления строгой дисциплины, использования царских военных специалистов. Ее активными представителями были В.М. Смирнов, Г.И. Сафаров, Ю.Л. Пятаков.

На съезде Ленин призвал к совершенствованию Красной Армии и ее вооружения. Он говорил 18 марта: «Без вооруженной защиты социалистической республики мы существовать не могли. Господствующий класс никогда не отдаст своей власти классу угнетенному. Но последний должен доказать на деле, что он не только способен свергнуть эксплуататоров, но и организоваться для самозащиты, поставить на карту все… Это значит, что господствующий класс, пролетариат, если только он хочет и будет господствовать, должен доказать это и своей военной организацией». Ленин заявил, что «теперь на первом плане должна быть регулярная армия, надо перейти к регулярной армии с военными специалистами». Он осудил действия Сталина в Царицыне, в частности казни офицеров, и выразил особое возмущение ставленником Сталина Ворошиловым, который развел на фронте «старую партизанщину».

В резолюции съезда было отмечено, что «в партию широкой волной приливают элементы, недостаточно коммунистические и даже прямо примазывавшиеся. РКП стоит у власти, и это неизбежно притягивает к ней, наряду с лучшими элементами, и элементы карьеристские… Необходима серьезная чистка и в советских, и в партийных организациях». В новой программе партии в дружелюбных словах было сказано о зарубежных специалистах, работающих «рука об руку с массой рядовых рабочих, руководимых сознательными коммунистами».

Первое заседание Политбюро состоялось 16 апреля 1919 года. На нем присутствовали всего лишь четверо – Ленин, Каменев, Крестинский и Калинин. Рассматривали, главным образом, вопрос об улучшении экономического положения московских рабочих. Поговорили также о возможности преподавания Закона Божия в школах во внеурочное время, о пополнении коллегии Наркомата земледелия, о поездке Калинина на агитпоезде «Октябрьская революция»…

На Московско-Казанской железной дороге 10 мая 1919 года состоялся первый массовый коммунистический субботник, в котором участвовало около 250 человек. Эта затея руководителям партии понравилась, и в последующие годы проведение субботников распространили на всю страну.

В здании Московского комитета РКП(б) в Леонтьевском переулке (двухэтажный особняк графини Уваровой) 25 сентября 1919 года взорвалась бомба, брошенная анархистом, в результате чего погиб секретарь МК РКП(б) Владимир Михайлович Загорский и еще 11 партийных работников, 55 человек получили ранения. Их похоронил на Красной площади.

В Москве 8–19 октября 1919 года проходила «Партийная неделя» (или «Ленинская неделя») – ежедневные митинги с призывом записываться в РКП(б). В партию вступило 150 тысяч москвичей и расквартированных в городе солдат. Об одном из митингов, прошедшем в громадном зале 1-го Дома Советов (бывшая гостиница “Националь”) вспоминал Г.А. Соломон: «В назначенный день и час зал был переполнен всяким людом. Было много пролетариев и сравнительно мало интеллигенции, или “буржуев”. В числе ораторов была “ведетта” А.М. Коллонтай и старик Феликс Кон… Я открыл заседание. Я сказал несколько слов о значении “Ленинской недели” и о том, что ораторы выяснят подробно, зачем и почему организована эта неделя, и почему следует пользоваться ею. Затем стали говорить ораторы. Когда речь дошла до старика Кона, я в нескольких словах познакомил аудиторию с ним. Он не был блестящим оратором. Нет, он говорил совсем просто, без ораторских выпадов, но все, что он говорил, было пропитано глубокой искренностью, любовью к человеку, “каков он ни есть”, и такой же искренней верой, что коммунизм откроет двери всеобщего счастья… Давая в свое время слово Коллонтай, я предпослал и ей несколько слов. Она стала говорить. Ей нездоровилось, и она зябко куталась в роскошный меховой (черная лисица) палантин. И начав свою речь как-то вяло, она почти сразу же искусственно воодушевилась и привычным ораторским, низкого тембра голосом продолжала свою речь в очень популярной форме о задачах, лежащих на партии, и ну звать в нее “для борьбы с врагами народа, буржуями и капиталистами, сосущими кровь пролетариата”. Искренности не было в ее речи, красиво и умело построенной согласно установленному “коммунистическому подходу”… Ораторы следовали один за другим… Речи кончились. Я сделал краткое резюме и пригласил всех, желающих войти в партию, записаться у секретаря собрания, у столика которого образовался хвост».

В Свердловском зале здания ВЦИК в Кремле со 2 по 4 декабря 1919 года проходила 8-я Всероссийская конференция РКП(б), на которой был принят новый Устав РКП(б). Ленин выступил с политическим докладом ЦК РКП(б) и с речью о советской власти на Украине. Приняты решения об усилении партийной дисциплины и ужесточении отбора при приеме в партию, резолюция о признании самостоятельности Украинской ССР.

Для главы государства 1919 год прошел почти также, как 1918-й. Он ведет, главным образом, однообразный канцелярский образ жизни, руководя партией и государственными чиновниками. Ежедневно по утрам в своем рабочем кремлевском кабинете выслушивает сообщения секретарей о срочных текущих делах и о выполнении отданных им накануне распоряжений; руководит заседаниями Политбюро, Совнаркома и Совета Труда и Обороны; принимает множество посетителей; просматривает российские и иностранные газеты; читает поступившие на его имя письма, телеграммы, докладные записки, отчеты и оставляет на них свое резюме, часто переадресовывая их в тот или иной наркомат; подписывает финансовые документы, мандаты, пропуска. Постоянно приходится решать одни и те же проблемы: нехватка продовольствия и топлива для новой столицы, плохая работа железнодорожного транспорта, переброска войск с одного фронта на другой, распределение денег между наркоматами и другими учреждениями… Выступления на городских митингах Владимир Ильич стал считать чуть ли не отдыхом, прорывом в монотонно текущем дне.

В Большом театре 29 марта 1920 года открыли IX съезд РКП(б). Затем до 5 апреля включительно он проходил в Свердловском зале Кремля. Ленин руководил его работой, выступил с отчетным докладом ЦК РКП(б), с речами о хозяйственном строительстве, о кооперации. В своих выступлениях он подверг резкой критике группировку «демократического централизма», анархические тезисы А.Г. Шляпникова, предложение Л.Д. Троцкого применять военные методы в хозяйственном строительстве. Были приняты решения о едином хозяйственном плане страны и о развитии кооперации. Принято также решение о милитаризации промышленности и транспорта, что тяжелым бременем легло на остатки рабочего класса, закрепостив его на предприятиях.

Делегат съезда А.А. Андреев вспоминал: «После избрания президиума и утверждения порядка дня Ленин, встреченный бурными аплодисментами делегатов, выступил с отчетным докладом ЦК. Надо сказать, что этот великий человек всегда испытывал искреннее смущение, когда его приветствовали. Он просто не знал в это время, что ему на трибуне делать. Он то показывал делегатам на свои часы: мол, время уходит. Но аплодисменты только усиливались. То вытаскивал носовой платок, хотя в этом не было никакой надобности, искал что-то в карманах жилета и т. п. Это смущение было так характерно для Ленина, в котором сочетались черты гения и человека необыкновенной простоты и скромности… Как известно, перед съездом и на самом съезде выступила антипартийная группировка, отвергавшая под видом борьбы за коллегиальность принцип демократического централизма в управлении промышленностью. Предложения этой группировки, ведущие, по сути дела, к безответственности, обезличке, поддерживали Томский, Рыков и другие. Ленин в своем докладе и в заключительном слове подверг резкой критике эту позицию, как вредную, теоретически путанную, проникнутую невежеством».

Павел Дыбенко и Александра Коллонтай

Среди руководителей «рабочей оппозиции» оказалась и Александра Коллонтай, выпустившая брошюру с изложением своих взглядов. Балабанова вспоминала: «Я никогда не видела Ленина таким сердитым, как в тот момент, когда один из экземпляров этой брошюры попал в его руки… несмотря на тот факт, что в то время “оппозиция” внутри партии еще была делом законным. Поднявшись на трибуну, он заклеймил Коллонтай как злейшего врага партии, угрозу ее единству. В своих нападках он зашел так далеко, что намекал на некоторые эпизоды из ее личной жизни, не имевшие ничего общего с рассматриваемым вопросом. Такая манера полемизировать не делала чести Ленину, и именно тогда я поняла, как далеко он может зайти, преследуя свои стратегические цели, вступив в борьбу с оппонентом внутри партии».

Когда повестка дня IX съезда РКП(б) была исчерпана, 5 апреля делегаты решили организовать чествование Ленина в связи с приближающимся его 50-летием. Ленин категорически был против и после выступления двух ораторов покинул зал. Делегаты проголосовали за издание полного собрания сочинений Ленина, как необходимого руководства для партии. В этот ще день состоялся Пленум ЦК РКП(б). Членами Политбюро избраны Л.Б. Каменев, Н.Н. Крестинский, В.И. Ленин, И.В. Сталин, Л.Д. Троцкий; кандидатами в члены Политбюро – Н.И. Бухарин, Г.Е. Зиновьев, М.И. Калинин.

День своего пятидесятилетия, 22 апреля, Ленин провел в своем кабинете, выполняя повседневную рутинную работу. Все знали, что он не желает, чтобы его поздравляли с юбилеем. Но на следующий день вечером случилось неожиданное…

В помещении МК РКП(б) На Большой Дмитровке проходил Коммунистический вечер в честь 50-летия Ленина. С речами выступили А.М. Горький, А.В. Луначарский, М.С. Ольминский и другие. Неожиданно в середине вечера в зале появился юбиляр, встреченный аплодисментами. Он выступил с речью, поблагодарив всех за поздравления в его адрес, а еще больше за то, что его «избавили от выслушивания юбилейных речей». О концерте, которым завершился этот вечер, вспоминала П.С. Виноградская: «Концерт начался. Ленин сел влево от музыкантов. Рядом с ним сидел известный пианист Добровейн. Откинувшись на спинку стула, сложив руки на груди, слушал Ленин, как знаменитое трио исполняло Чайковского… Отзвучали скрипки Страдивариуса. Добровейн поднялся со своего стула и направился к роялю. Под белыми, вдруг взмывшими, как птицы в полете, руками пианиста зазвучал Бетховен. А из узкого длинного зала товарищи смотрели, как слушает захватившую его Патетическую сонату Ленин».

За юбилейный апрель Ленину удалось написать брошюру «Детская болезнь “левизны” в коммунизме», и в начале июня она вышла в свет. В ней он говорит о международном значении истории большевиков, Октябрьской революции, предостерегает коммунистов от сектантства, догматических и ревизионистских ошибок, показывает опасность «левого» оппортунизма для молодых коммунистических партий. Книга начинается с утверждения, что «русский образец показывает всем страна кое-что, и весьма существенное, из их неизбежного и недалекого будущего». Автор наставляет на путь истинный иностранных коммунистов, как им нужно действовать, чтобы со временем захватить власть в стране в свои руки. Он цинично учит их тому, на что был мастер сам, и что нормальные люди предпочитают скрывать: «Надо… в случае надобности пойти на всяческие уловки, хитрости, нелегальные приемы, умолчания, сокрытие правды, лишь проникнуть в профсоюзы, остаться в них, вести в них во что бы то ни стало коммунистическую работу». Ленин, для пользы дела предлагает переступить через нравственный закон, чему его самого научил опыт построения партии.

Главной заповедью классовой борьбы Ленин называет разрушение капитализма изнутри. Он призывает заниматься приспособленчеством, хотя сам в эмигрантские годы придерживался совершенно иного правила: никакого сближения с другими партиями. Он всегда отказывался сотрудничать даже с фракциями своей большевистской партии, если те позволяли себе хоть малейшее неповиновение ему.

Эта брошюра – самообольщение Ленина, что и в других странах вот-вот будет тоже, что произошло с Россией. Те немногочисленные люди в Европе, прочитавшие размышления «пролетария без пролетарского происхождения», наверное, посмеялись над ними.

Первомай 1920 года проходил под лозунгами всероссийского коммунистического субботника. Газеты умилительно писали об участии в физических работах самого Ленина, тащившего на плече в компании с семью товарищами бревно. Он трудился на уборке Драгунского плаца в Кремле от камней и бревен в паре с комиссаром И.И. Борисовым. Но сил трудовой субботник у него не убавил, во второй половине дня он выступал на закладке памятника Карлу Марксу на площади Свердлова, еще недавно носившей название улица Охотный ряд, скульптурной композиции «Освобожденный труд» на Пречистенской набережной, потом участвовал в нескольких митингах в разных частях города.

Ленин на трибуне – символ революции, трибуна становится театральной сценой, на которой разворачивается спектакль одного актера. Это всего лишь представление, о чем поведал, не желая, конечно, создавать такое впечатление, обладавший литературными дарованиями Лев Троцкий: «Когда я мысленно пытаюсь свежим взглядом и свежим ухом как бы в первый раз увидеть и услышать Ленина на трибуне, я вижу крепкую и внутренне эластичную фигуру небольшого роста и слышу ровный, плавный, очень быстрый, чуть картавый, непрерывный, почти без пауз и на первых порах без особой интонации голос.

Первые фразы обычно общи, тон нащупывающий, вся фигура как бы не нашла еще своего равновесия, жест не оформлен, взгляд ушел в себя, в лице скорее угрюмость и как бы даже досада – мысль ищет подхода к аудитории. Этот вступительный период длится то больше, то меньше – смотря по аудитории, по теме, по настроению оратора. Но вот он попал на зарубку. Тема начинает вырисовываться. Оратор наклоняет верхнюю часть туловища вперед, заложив большие пальцы рук за вырезы жилета. И от этого двойного движения сразу выступают вперед голова и руки. Голова сама по себе не кажется большой на этом невысоком, но крепком, ладно сколоченном, ритмическом теле. Но огромными кажутся на голове лоб и голые выпуклины черепа. Руки очень подвижны, однако, без суетливости или нервозности. Кисть широкая, короткопалая, “плебейская”, крепкая. В ней, в этой кисти, те же черты надежности и мужественного добродушия, что и во всей фигуре. Чтоб дать разглядеть это, нужно, однако, оратору осветиться изнутри, разгадав хитрость противника, или самому с успехом заманить его в ловушку. Тогда из-под могучего лобно-черепного навеса выступают ленинские глаза, которые чуть-чуть переданы на одной счастливой фотографии 1919 г. Даже безразличный слушатель, поймав впервые этот взор, настораживался и ждал, что будет дальше. Угловатые скулы освещались и смягчались в такие моменты крепко умной снисходительностью, за которой чувствовалось большое знание людей, отношений, обстановки – до самой что ни на есть глубокой подоплеки. Нижняя часть лица с рыжевато-сероватой растительностью как бы оставалась в тени. Голос смягчался, получал большую гибкость и – моментами – лукавую вкрадчивость.

Но вот оратор приводит предполагаемое возражение от лица противника или злобную цитату из статьи врага. Прежде чем он успел разобрать вражескую мысль, он дает вам понять, что возражение неосновательно, поверхностно или фальшиво. Он высвобождает пальцы из жилетных вырезов, откидывает корпус слегка назад, отступает мелкими шагами, как бы для того, чтобы освободить себе место для разгона, и – то иронически, то с видом отчаяния – пожимает крутыми плечами и разводит руками, выразительно отставив большие пальцы. Осуждение противника, осмеяние или опозорение его – смотря по противнику и по случаю – всегда предшествуют у него опровержению. Слушатель как бы предуведомляется заранее, какого рода доказательств ему надо ждать и на какой тон настроить свою мысль. После этого открывается логическое наступление. Левая рука попадает либо снова за жилетный вырез, либо, чаще, в карман брюк. Правая следует логике мысли и отмечает ее ритм. В нужные моменты левая приходит на помощь. Оратор устремляется к аудитории, доходит до края эстрады, склоняется вперед и округлыми движениями рук работает над собственным словесным материалом. Это значит, что дело дошло до центральной мысли, до главнейшего пункта всей речи…»

В Свердловском зале Кремля с 22 по 25 сентября 1920 года проходила IX Всероссийская конференция РКП(б). Ленин выступил с политическим отчетом ЦК РКП(б), а Троцкий – о положениях на фронтах. Оба говорили, главным образом, о поражении Красной Армии под Варшавой и критиковали Сталина, что он «в розовом цвете изображал состояния наших фронтов». К действиям на фронтах его больше не привлекали.

ЦК РКП(б) 8 декабря 1920 года поручило Д.Б. Рязанову организацию первого в мире музея истории марксизма. На заседании Оргбюро ЦК РКП(б) 11 января 1921 года по предложению Рязанова музей был назван Институтом К. Маркса и Ф. Энгельса (ИМЭ).

Советская Россия в 1920 году несколько окрепла по сравнению с двумя предыдущими годами. И хотя многие, как и прежде, предвещали ей скорую гибель, государство «нового типа» продолжало существовать.

Войска Красной Армии заняли Царицын, Ростов-на-Дону, Новороссийск, овладели Красноярском и Иркутском, вступили в Мурманск. В Одессу вошла кавалерийская бригада Г.И. Котовского. Кавказский фронт под командованием М.Н. Тухачевского громил Добровольческую армию на Кавказе. В Средней Азии и в Закавказье с помощью Красной Армии стали возникать советские республики.

Антанта (блок государств-победительниц в 1-й мировой войне) объявила о прекращении экономической блокады Советской России, установленной 10 октября 1919 года. В Юрьеве (Тарту) был подписан договор о мире между РСФСР и Эстонией, по которому Россия признала независимость Эстонии; несколько месяцев спустя Россия признала независимость Литвы и Латвии. Был подписан Рижский мирный договор между РСФСР и Украинской ССР с одной стороны, и Польшей – с другой, о прекращении войны и нормализации отношений, что не помешало, впрочем, вскоре возобновить советско-польскую войну. Наконец 12 октября подписали в Риге еще один предварительный мирный договор с Польшей.

ВЦИК и президиум Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) 21 февраля 1920 года приняли решение о создании Государственная комиссия по электрификации России (ГОЭЛРО) во главе с Г.М. Кржижановским.

Частично возобновилось в столице уличное освещение, о котором москвичи успели подзабыть за три года советской власти. Газовые фонари загорелись на Большой Дмитровке, Малой Дмитровке и на части Садового кольца.

Ужесточилась борьба с религией: вскрывали мощи святых угодников Божьих, монастыри превращали в тюрьмы, Троице-Сергиеву лавру приспособили под музей историко-художественных ценностей.

Малый Совнарком (правительственная комиссия, занимавшаяся относительно мелкими вопросами) утвердил «совнаркомовский паек». Ответственным партийным работникам полагалось в месяц: сахара – 4 фунта⁶, муки ржаной – 20 фунтов, мяса – 12 фунтов, сыра или ветчины – 4 фунта, мыла – 2 куска, папирос – 500 штук, спичек – 10 коробков. Члены Политбюро и наркомы, кроме этого, получали другие дополнительные товары, например красную и черную икру.

Новая экономическая политика

Ленин 8 февраля 1921 года впервые, наверное, решил пойти навстречу крестьянину, поняв, наконец, что только землепашец в состоянии прокормить страну, а значит, и остановить повсеместный хаос. На заседании Политбюро он предложил, во-первых, заменить насильственное изъятие хлеба по разверстке натуральным налогом; во-вторых, уменьшить размер налога по сравнению с разверсткой; в-третьих, ввести стимулирование работы крестьянина понижением процента налога; в-четвертых, «расширить свободу использования земледельцем его излишков сверх налога в местном хозяйственном обороте, при условии быстрого и полного внесения налога».

Плакат «Продовольственный налог – это маховое колесо государственного механизма». Художник Иванов С. И. 1921 г.

Эти экономические преобразования должны были наладить взаимопонимания советской власти с крестьянством, остановить голод и всегда сопутствующую ему экономическую разруху. Ленинские предложения были приняты Х съездом РКП(б) в марте 1921 года.

К Ленину, у которого в начале года было два случая головокружения, и во втором он потерял сознание и упал, 4 марта 1921 года был вызван невропатолог профессор Ливерий Осипович Даркшевич. Он вспоминал: «Владимир Ильич подробно описал мне, что им чувствуется необычного. Оказалось, что за последние месяцы он переживает очень тяжелое состояние от полной утраты способности работать интеллектуально в том направлении, в каком он работал всегда до последнего времени. Сам с собой он решил положительно, что его потеря способности к труду – вещь непоправимая, вещь, повторяющаяся с каждым революционным деятелем, когда он доживает до известного возраста.

– Каждый революционер, – говорил Владимир Ильич, – достигши 50 лет, должен быть готовым выйти за фланг: продолжать работать по-прежнему он больше уже не может; ему не только трудно вести какое-нибудь дело за двоих, но и работать на себя одного, отвечать за свое дело ему становится не под силу…

Самое главное, что тяготит его, признавался Владимир Ильич, это невозможность в последнее время читать так, как он читал раньше: он ведь прямо проглатывал книги… Невозможно для него и другое дело – принимать участие на заседаниях различных съездов. Он привык тщательно готовится к ним, составлять заранее конспект своих речей, всесторонне обдумывать свою позицию и проч. В прежнее время это было для него делом легким, не вызывало в нем никакого душевного волнения и никогда не требовало у него такого количества времени, которого не хватало бы на все остальные дела. Теперь не то. Участвовать во всех заседаниях с привычной для него подготовкой стало для него очень затруднительно. Немало мешают ему и сильные головные боли, которые возникают у него тотчас же, как только он проработает сколько-нибудь длительное время. Тяготит его также и бессонница… Он близок к мысли о том, что дальше ему уже не работать так, как он работал прежде. Ему уже никогда не будет под силу решать различные проблемы государственного строя, как решались они раньше: без труда, без особых над собой насилий… Его песня уже спета, роль его сыграна, свое дело он должен будет кому-то передать другому».

В Свердловском зале Кремля с 8 по 16 марта 1921 года проходил Х съезд РКП(б). Его делегаты представляли более 700 тысяч членов партии. Принято решение о переходе от «военного коммунизма» к новой экономической политике (нэп) и о чистке рядов партии. В резолюции «О единстве партии» съезд запретил образование фракций внутри РКП(б). Работой съезда руководил Ленин. Он выступил с отчетом ЦК РКП(б), с докладом о замене разверстки натуральным налогом, о единстве партии и анархо-синдикалистском уклоне, с речами по текущим вопросам. На съезде он заявил:

– Мы после двух с половиной лет Советской власти перед всем миром выступили и сказали в Коммунистическом Интернационале, что диктатура пролетариата невозможна иначе, как через Коммунистическую партию…

То есть он признал монополию РКП(б) на власть, сращивание партийных и государственных структур, в результате чего «диктатура пролетариата» была подменена партийной диктатурой. Советы же стали, по его словам, лишь рычагом партии для управления государством.

Сталин на съезде выступил как признанный авторитет по национальным вопросам. Его тезисы были напечатаны в газете «Правда». Но они в ходе дискуссии были подвергнуты критике, выступавшие отмечали отсутствие в них практических указаний и абстрактность формулировок. Сталин затаил кое на кого обиду. А память у него была хорошая.

Л.Д. Троцкий вспоминал: «Сталин как раз на Десятом съезде был намечен – по инициативе Зиновьева и против воли Ленина – в генеральные секретари. Съезд был уверен, что дело идет о кандидатуре, выдвинутой Центральным Комитетом в целом. Никто, впрочем, не придавал этому избранию особого значения. Должность генерального секретаря, впервые на Х съезде установленная, могла при Ленине иметь технический, а не политический характер».

А.И. Микоян вспоминал: «После одного из заседаний, когда приближалось обсуждение вопроса о выборах ЦК, меня, как представителя Нижегородской организации, стоящего на ленинской платформе, вдруг пригласили на совещание в Кремль. Это было часов в 7–8 вечера. В небольшой комнате собрались Ленин, Сталин, Каменев, Петровский, Каганович, наверное, и Молотов был, Шмидт, Рудзутак, Рыков. Ленин сидел за столом, Сталин позади Ленина ходил и курил трубку. Когда Ленин предложил собрать сторонников платформы втайне от других, чтобы наметить кандидатуры для выборов в ЦК, Сталин, который все время молчал, подал реплику: “Товарищ Ленин, это же будет заседание фракции. Как это можно допускать?” Ленин ответил: “Смотрите, старый и рьяный фракционер – и боится организации. Вот странно! В это время, пока мы здесь сидим, троцкисты второй раз собираются. У них уже готов список кандидатов в ЦК. Они ведут свою работу. Нельзя с этим не считаться. Надо подготовиться, чтобы не дать им возможности победить, а то они могут провести много своих людей в ЦК”. Действительно, тогда на съезде авторитетных деятелей было мало, и те в большинстве были на стороне Троцкого. На стороне же Ленина были организаторы из рабочих. Вот такой характерный обмен репликами произошел между Лениным и Сталиным».

Принята жесткая резолюция, предложенная Лениным: «Съезд предписывает немедленно распустить все, без изъятия, образовавшиеся на той или иной платформе группы, и поручает всем организациям строжайше следить за недопущением каких-либо фракционных выступлений. Неисполнение этого постановления съезда должно вести за собой безусловное и немедленно исключение из партии».

Пленум ЦК РКП(б) состоялся 16 марта 1921 года. Членами Политбюро избраны Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, В.И. Ленин, И.В. Сталин, Л.Д. Троцкий; кандидатами в члены Политбюро – Н.И. Бухарин, М.И. Калинин, В.М. Молотов.

В Колонном зале Дома союзов 9 апреля 1921 года состоялось собрание секретарей и представителей ячеек РКП(б) Москвы и Московской губернии. Ленин выступил с докладом о продовольственном налоге. Б.Г. Скундин вспоминал: «Люди сидели даже в проходах. Мне с трудом удалось пробиться на сцену и сесть, по примеру других, прямо на пол. Осталось свободной только узкая полоска перед президиумом. Владимир Ильич во время доклада медленно ходил по этой полоске. Ленин изложил смысл и причины изменений в экономической политике».

В апреле 1921 года Ленин завершил свою работу «О продовольственном налоге», ставшей теоретической основой новой экономической политики.

Политбюро 20 апреля 1921 года приняло решение создать концентрационный лагерь на 10–20 тысяч человек в районе Ухты.

Экономическое положение в стране стремительно ухудшалось. Ленин 10 августа подписал «Наказ СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики». Нэп в области экономики дал положительные результаты, начался процесс быстрого восстановления народного хозяйства.

Ленин целенаправленно и систематически приобщал Сталина к решению конкретных экономических вопросов. Так, 18 августа писал В. А. Стомонякову: «Прошу Вас оказать содействие тов. Сталину в ознакомлении со всеми экономическими материалами Совета и Госплана, в особенности золотопромышленности, бакинской нефтяной промышленности и т. д.». Ленин согласовывал с ним вопросы организации работы финансового комитета, привлекал его к решению вопросов пополнения и расходования золотого запаса Советской России. Сталин участвует в обсуждении вопросов монополии внешней торговли и концессионной политики, аренды, восстановления промышленности Донбасса, организации сельского хозяйства и заготовок продовольствия. Причем ряд документов, посвященных обсуждению хозяйственных и социальных вопросов, говорят о том, что деловые отношения, сложившиеся в это время между Владимиром Ильичем и Иосифом Виссарионовичем, имели не формальный, а доверительный товарищеский характер.

С 26 сентября 1921 года создается Секретариат Сталина. С этого времени появляются документы (в том числе и направленные Ленину), на которых Сталин подписывается как «Секретарь ЦК РКП(б)». Он все больше втягивается в решение различных вопросов внешней и внутренней политики, государственного строительства.

Выступая на VII московской губернской партконференции 29 октября 1921 года, Ленин признавался о неэффективности новой экономической политики:

– Товарообмен сорвался: сорвался в том смысле, что он вылился в куплю-продажу… Частный рынок оказался сильнее нас, и вместо товарооборота получилась обыкновенная купля-продажа, торговля…

Владимир Ильич предложил еще раз отступить, на этот раз от государственного капитализма к государственному регулированию купли-продажи и денежного обращений. Этот путь Ленин считал «более долгим, но более прочным, а теперь и единственно для нас возможным» и, несмотря ни на что, вполне приемлемым, поскольку он мог обеспечить возможность восстановления крупной промышленности.

С 6 декабря Ленин постоянно живет в Горках, изредка приезжая в Москву на заседания. Перед отъездом в подмосковную усадьбу он написал в Политбюро записку: «Уезжаю сегодня. Несмотря на уменьшение мной порции работы и увеличение порций отдыха бессонница чертовски усилилась. Боюсь, не смогу докладывать ни на партконференции, ни на съезде Советов».

Очередной Пленум ЦК РКП(б) состоялся 18 декабря. Ленин на нем не присутствовал, хотя за два дня до его начала уверял, что приедет.

В Свердловском зале Кремля под председательством Г.Е. Зиновьева с 19 по 22 декабря 1921 года проходила XI Всероссийская конференция РКП(б). Ленин был избран в состав президиума конференции, хотя в ее заседаниях участия не принимал. Но он дал указания по ее проведению в «Письме П.А. Залуцкому, А.А. Сольцу и всем членам Политбюро о чистке партии и условиях приема в партию», в «Замечаниях на проект резолюции XI конференции РКП(б) о чистке партии» и в других написанных им документах. На конференции были заслушаны доклады: об очередных задачах партии в связи с восстановлением промышленности (Л.Б. Каменев), о состоянии промышленности (П.А. Богданов). Н.И. Бухарин указал, что курс нэпа «взят всерьез и надолго, но не навсегда». Каменев в заключении подчеркнул необходимость удерживать в своих руках «четыре командные высоты: национализацию земли, транспорта, крупной промышленности и внешней торговли». Эти положения и легли в основу резолюции. В резолюции особо была отмечена важность строгого проведения внутрипартийной демократии, повышения теоретического уровня коммунистов, улучшения работы партийного аппарата, повышения активности массы членов партии. Были поставлены задачи укрепления советской законности, сужения компетенции и круга деятельности ВЧК.

Чем же еще был отмечен 1921 год?..

Подписание 16 января союзного договора между РСФСР и Белоруссией.

После месяца боевых действий 25 февраля Красная Армия вступила в Тифлис, чтобы «помочь Грузии отразить нападение Армении». Была образована Грузинская Советская Социалистическая Республика, а 21 мая РСФСР заключила с ней союзный договор.

Заключение договора о дружбе между РСФСР и Персией (26 февраля), РСФСР и Афганистаном (28 февраля), РСФСР и Турцией (15 марта).

Подписан 16 марта временный торговый договор между РСФСР и Великобританией, что явилось признание де-факто правительства Советской России.

Подписан 18 марта Рижский мирный договор между РСФСР и Украинской ССР с одной стороны и с Польшей – с другой. Польше отошла почти вся территория Западной Украины с населением более 10 миллионов человек и примерно половина территории Белоруссии с населением около 4 миллионов человек. Западная граница РСФСР была установлена по линии, проходившей в 30 километрах от Минска. В отличие от недолговечного Брестского мира, Рижский договор на целых 18 лет, до сентября 1939 года, определял западную границу СССР.

Заключено 6 мая временное торгово-политическое соглашение между РСФСР и Германией. Хотя немцы формально не восстановили дипломатические отношения с Россией, однако признали «представительство РСФСР в Германии единственным представительством Российского государства».

Красная Армия 12 июля вступила в столицу Монголии Ургу, и 5 ноября был подписан договор о дружбе и сотрудничестве между РСФСР и Монголии.

Заключено 2 сентября временное торговое соглашение между РСФСР и Норвегией.

Эти события можно отнести к более-менее мирному укреплению советской власти. Но укреплялась она и более жестокими способами.

Начался 28 февраля Кронштадтский мятеж 14 тысяч моряков Балтийского флота и рабочих Кронштадта под лозунгом «Советы без коммунистов!». С 7 по 18 марта войсками командующего 7-й армией Михаила Тухачевского проходило кровавое подавление восстания моряков и рабочих.

В марте прошли массовые аресты членов партии левых эсеров.

В письме от 3 декабря к М.И. Лацису Феликс Дзержинский инструктирует его, что с духовенством нельзя заигрывать никому из советских чиновников, лишь репрессивные органы должны поддерживать отношения с Церковью, добиваясь ее полного развала.

Постановление от 28 декабря IX Всероссийского съезда Советов о реорганизации ВЧК в Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД РСФСР.

Е.Я. Драбкина вспоминала: «Выступая на одном из партийных собраний с докладом о преобразовании ВЧК в ГПУ, Ф.Э. Дзержинский сказал:

– Раньше мы ловили контрреволюцию неводом, а теперь будем ловить…

– Удочкой! – крикнул голос с места!

– Нет, – сказал Дзержинский. – Острогóй».

Принял 3 октября первых слушателей Институт красной профессуры. Здесь ковались новые партийные кадры.

Скудость жизни скрашивала своим разнообразием и карикатурным возвращением к старой жизни главная интрига 1921 года – новая экономическая политика.

Отменен 17 мая декрет от 28 ноября 1920 года о национализации мелких предприятий.

Подписан 24 мая декрет о разрешении частной торговли.

Плакат «Трудящиеся, не страшны дороговизна и НЭП – покупайте дешевый хлеб! Во всех магазинах и киосках МОССЕЛЬПРОМА в двух шагах от любого дома!».

Родченко А., Маяковский В… 1923 год

Совет труда и обороны 12 августа разрешил государственным предприятиям строить свою деятельность на коммерческих началах, наиболее крупные предприятия решено объединить в тресты.

С сентября стала широко развертываться кооперативная и государственная торговля. Московское потребительское общество открыло Замоскворецкий, Рогожско-Симоновский, Бауманский универсальные магазины. На Красной площади начал работу Государственный универсальный магазин (ГУМ). Открылись магазины в Охотном ряду, Зарядье, на Лубянке.

Вышло 10 декабря постановление о возвращении частным владельцам предприятий, на которых занято не более десяти рабочих.

Когда один из видных представителей партии меньшевиков Ф.И. Дан в январе 1922 года был выпущен из тюрьмы, он не поверил своим глазам: то, что происходило на улицах столицы, напоминало ему годы, предшествовавшие началу 1-й мировой войны. Он увидел упитанных нуворишей, выставлявших напоказ свое благосостояние, несмотря на нищету, в которую была погружена вся Россия. На витринах магазинов красовались сладости, фрукты и разнообразные предметы роскоши. Московские театры и концертные залы вернули себе прежний блеск, публика была одета в меха и украшена бриллиантами. Торговцы, которых еще два года назад преследовали как спекулянтов, открыто демонстрировали свое богатство. Дан вспоминал, что на улицах снова можно было услышать обращение «барин». Он и представить себе не мог такое начало построения социализма.