Kitobni o'qish: «Марианна и чудовище»

Глава 1. Сделка

– Марианна, ты сошла с ума! – говорила встревоженная молодая девушка своей подруге. – Он опаснейший человек в городе!

– Натали, тут нет других вариантов! – сердито отвечала Марианна, перебирая в шкафу платья.

Подруги спорили, пока Марианна поспешно одевалась. Какой наряд выбрать? Пожалуй, этот небесно-голубой цвет идёт к её глазам. Она вытащила платье и надела, а потом повернулась спиной к Натали, чтобы та помогла застегнуть. Поджав губы и продолжая ее отговаривать, подруга исполнила просьбу. Хотя сейчас в моду входила заниженная талия, Марианна повязала пояс, чтобы подчеркнуть достоинства фигуры.

– Ты не можешь просто так заявиться к нему и просить помощи! Хочешь стать одной из десятка его рабынь? Подумай только! У него нет ни чести, ни совести, зато есть безграничная власть! Полиция у него под каблуком, и он может сделать с тобой все, что угодно!

– Знаю! – небрежно бросила Марианна.

Она села за туалетный столик, чтобы поправить прическу.

– Он за руку здоровается с главными бандитами и работорговцами Лэмпшира! – не унималась Натали.

Марианна оторвала взгляд от идеально уложенных у лица завитков и очень серьезно посмотрела на неё:

– Вот поэтому только он может помочь найти Тину! – она вскинула подбородок. – Как ты не понимаешь, Натали! Моя сестра в беде! Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ее спасти! Да я пошла бы к самому дьяволу, если бы он мне помог!

– Он и есть дьявол! – хмыкнула подруга, но Марианна вновь пропустила ее замечание мимо ушей.

Она поправила на голове повязку с пером, добавила немного розовой помады на губы – и образ завершён. Бросив последний взгляд в зеркало, Марианна встала.

– С чего вообще ему тебе помогать! – Натали использовала последние аргументы. – Ты окажешься там же, где Тина!

Но Марианна уже не слушала. Зря она вообще обмолвилась Натали о своей затее! Могла догадаться, что такая трусиха никогда не одобрит риска.

– Пожелай мне удачи! – махнула она рукой и сбежала по лестнице так быстро, что подруга за ней не успела.

Быстро распахнув двери, Марианна выскочила на улицу.

Шофер уже ждал её. Она нырнула на заднее сидение автомобиля и выдохнула:

– К лорду Томасу Вудстоку.

***

А ведь все начиналось так безобидно!

Пока машина лавировала по узким улочкам, у Марианны было время вспомнить последние дни перед катастрофой. За ее восемнадцатилетней сестрой стал ухаживать приезжий джентльмен, по слухам сын высокопоставленного чиновника из Рондона. Они познакомились в театре. Марианна была там с Тиной и подругами, но стоило оставить сестру одну, как она уже весело щебетала с незнакомым молодым человеком. Он представился Брайаном Эртаном и пригласил Тину на прием в субботу, старательно проигнорировав Марианну. Уже тогда ей следовало насторожиться! Но он был так мил и обходителен, извинялся и объяснял, что его друзья ждут его лишь с одной спутницей.

После этого он всю неделю посылал Тине цветы и подарки, а пару раз они встречались на прогулке в парке.

Суббота была позавчера.

Марианна прикрыла глаза, вспоминая свою панику, когда Тина не явилась домой ни в полночь, ни в три часа ночи, а затем свое унижение, когда ее, Марианну, не пускали в дом, где был назначен прием. Хозяйка вышла к ней и с надменным видом сообщила, что праздник давно окончен и гости разъехались по домам. А последние ее слова заставили подняться волну тошнотворного ужаса в животе у Марианны: никакой Брайан Эртан не был на него приглашен.

Вчерашний день прошел для них с отцом за тщетными поисками Тины или хотя бы Брайана. Но никто ничего не знал о них, либо не признавался, а один из многочисленных поклонников Тины обронил, что этот Брайан вполне мог быть работорговцем в поисках доверчивых девушек, которых можно было увезти с собой.

Марианна сглотнула и нервно поправила локоны. Если все так, единственный, кто способен помочь ей – Томас Вудсток.

– Подъезжаем, мисс! – бросил через плечо шофер.

Дом сэра Томаса стоял на краю городка. Большой двухэтажный особняк в классическом стиле с элегантным фасадом из белого камня скрывался в глубине парка, больше похожего на лес. Сэр Томас явно не любил любопытных глаз. И в городе поговаривали, что прятался он неспроста. Но соседи и так знали, какие темные дела у него творятся.

Слухи ходили самые жуткие. Некоторые считали, что сэр Томас каждый год похищает из города красивую девушку, чтобы сделать своей рабыней. Другие утверждали, что он главный работорговец страны, и если пройти мимо его дома в неподходящее время, то можно повстречать бандитов, которые ему подчиняются. А третьи шёпотом обсуждали, что, попав к нему в немилость, можно бесследно исчезнуть.

Доподлинно же было известно только то, что сэр Томас баснословно богат, и у него большие связи в мэрии и в полиции. Это давало ему полную свободу действий и определенные привилегии, вроде посещения подпольных аукционов и незаконного рабовладения. А в обычной жизни он был вспыльчив и жесток, любил женщин и власть.

Марианна оробела, когда автомобиль, миновав кованые ворота, въехал в парк. Она только делала вид, что не слушает предостережений Натали. На самом деле она вовсе не была так уверена в своем решении. Как ей убедить этого человека ей помочь? Но отчаянная ситуация требовала отчаянных мер.

Марианна вышла из машины, подняла подбородок повыше и направилась прямо к главному входу.

***

Прежде Марианна видела сэра Томаса всего раз издалека на каком-то приеме. Вблизи он выглядел моложе, чем ей показалось тогда. Ему, должно быть, чуть больше тридцати. Высокий рост, широкие плечи… Красавцем он не был, а тонкие губы, нос с горбинкой и холодный, презрительный взгляд серых глаз вкупе с дурной славой делали его и вовсе отталкивающим.

Сэр Томас сидел за столом красного дерева и смотрел на милую двадцатилетнюю девушку с прищуром, по которому трудно было понять, что он думает. Может быть, он любовался её широко раскрытыми голубыми глазами, цвет которых усиливался оттенком платья? Или заметил, как золотистые, чуть вьющиеся волосы подчеркивают её нежную светлую кожу? Или не вдаваясь в детали, признавал, что она чудо как хороша?

Судя по всему, визит Марианны оторвал его от каких-то записей – ручка замерла в его руке. Позади его стола располагалось большое окно, а по стенам от пола до потолка – книжные полки. Множество книг своими разноцветными корешками взирали на разворачивающуюся перед ними сцену.

Внутренне дрожа от волнения, Марианна чувствовала себя героиней сказки про красавицу и чудовище. У сэра Томаса был взгляд хищного зверя.

Чудовище наконец заговорило:

– Так значит, ты, Марианна, хочешь, чтобы я помог тебе отыскать твою сестру, которую похитил некий ловкий господин?

Его фамильярное обращение по имени царапнуло ее самолюбие. Неужели нельзя соблюдать хотя бы подобие приличий и называть ее «мисс Элмор»? Но Марианна не решилась спорить.

– Да, сэр.

– Почему же ты обратилась ко мне? У меня репутация не самого… доброго человека.

Он улыбнулся кривой улыбкой. Марианне стало страшно по-настоящему. Она только сейчас осознала, во что влезла. Натали была права: она оказалась полностью во власти сэра Томаса, он глядел на нее, как на добычу, и она поняла, что не сможет покинуть этот кабинет, если он не позволит. Но отступать она не собиралась:

– В городе говорят, что у вас есть рабы. И я решила, что вы знаете о работорговцах больше других. И у вас есть связи. Если бы вы захотели, то вам не составило бы труда…

Она многозначительно умолкла.

– Пожалуй, здесь есть логика, – произнес сэр Томас, задумчиво соединив пальцы рук. – У меня действительно есть кое-какие связи. И, если она похожа на тебя, то твоя сестра подходит на роль жертвы работорговцев – красивая, юная, легкомысленная.

Марианна сжала руки в кулаки.

– Прошу вас, помогите! – в отчаянии воскликнула она

Он сверлил её взглядом.

– А что я за это получу?

Ладони у неё вспотели, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но Марианна смело смотрела в ответ:

– Что вы хотите?

Она втайне надеялась, что под её взглядом он не посмеет произнести этого вслух.

Сэр Томас молча ухмыльнулся.

Тогда Марианна сказала:

– У моей семьи есть деньги! Отец заплатит вам, сколько скажете.

Конечно, она преувеличивала: её семья была совсем не так богата. Но Марианна не хотела, чтобы этот человек знал о её слабости.

Его улыбка стала шире.

– Деньги!.. Не притворяйся дурочкой! Ты хорошо все рассчитала. Ты знала, к кому обратиться. Полагаю, ты догадалась, что я потребую взамен.

Она опустила глаза и произнесла:

– Не важно, догадалась я или нет. Сами назовите условия.

Сэр Томас сказал:

– Ты проведешь со мной ночь.

У Марианны перехватило дыхание. Да, она знала, что это его заинтересует. Всем известно, что он ценит только деньги и женщин. Не зря у него есть целый гарем! Но какое же это унижение! Как можно предлагать такое приличной девушке! Отвратительный, низкий человек!

Однако стоило ей представить, что Тину сделают рабыней… Её жизнь будет кончена! А ведь ей всего восемнадцать! От этой мысли Марианна содрогнулась. По спине побежали мурашки. Он прав, не для того она так нарядилась, чтобы предлагать ему то, чего у нее нет. Она пообещала себе идти до конца.

– Я согласна, – прошептала она едва слышно.

Улыбка сэра Томаса вдруг исчезла, уступив место цепкому внимательному взгляду. Он так резко встал из-за стола, что Марианна отступила на шаг. Хмыкнув, он отвернулся к окну.

– Сдается мне, что это будет безрадостная ночь, – непринужденно заметил он, глядя в сад.

Марианне кровь бросилась в лицо. Она не привыкла обсуждать подобные вопросы, да ещё с малознакомым мужчиной.

Он снова повернулся к ней и, скрестив руки на груди, произнес:

– Поступим вот как. Ты будешь жить в моем доме три месяца. И если за этот срок ты сама придёшь ко мне в спальню, то так тому и быть. Ну а нет, значит, нет. Принуждать тебя я не стану.

Марианна судорожно пыталась понять, в чем тут подвох.

– У меня ведь будет отдельная комната?

– Разумеется, – усмехнулся он.

– И что я буду у вас делать?

– Да всё, что хочешь, – равнодушно пожал он плечами. – Будешь жить в качестве моей гостьи. Единственное правило: не выходить за ворота.

Наверное, у Марианны стало очень недоверчивое лицо, потому что он с кривой ухмылкой добавил:

– Даю слово джентльмена, что не притронусь к тебе и пальцем, если сама не попросишь.

Из его уст «слово джентльмена» звучало, как насмешка. Но что же ей делать? У нее хотя бы есть шанс добиться своего и не стать при этом его любовницей.

– А можно мне будет навещать отца?

– Нет, – тут же отрезал сэр Томас. – Пусть он сам тебя навещает.

Марианна подумала о подругах, но тут же представила, какие сплетни пойдут о ней, если станет известно, что она поселилась у главного распутника Ноэля.

– А как же моя репутация, сэр? Никто не возьмет меня замуж после такого!

Сэр Томас равнодушно дернул плечами.

– Никому не обязательно об этом знать. Пусть твой отец скажет, что ты уехала куда-нибудь.

– Но ведь кто-то может увидеть меня здесь, – пробормотала Марианна.

– К счастью, мы с тобой вращаемся в разных кругах, – высокомерно заявил он. – Вряд ли кто-то из моих гостей знаком с твоей семьей.

Марианна молча снесла это завуалированное оскорбление. Выбора у нее все равно не осталось.

– Если что-то не устраивает, ты ещё можешь отказаться, – словно прочел ее мысли сэр Томас, и его улыбка снова приобрела звериные черты.

– Нет, я согласна на ваши условия, – несмело начала она. – Но где гарантия, что вы в самом деле отпустите меня домой через три месяца, даже если… Если…

Дальше она произнести не смогла.

– Боюсь, тебе придется просто поверить моему слову. Или мне пригласить нотариуса, чтобы заверил нашу сделку? – съязвил он.

Марианна ничего не ответила.

– И есть еще кое-что, – сэр Томас вдруг приблизился и заглянул ей прямо в глаза, отчего Марианна забыла, как дышать. – Я привык, чтобы мне подчинялись. Если я попрошу тебя о чем-то, исполни мою просьбу без лишних препирательств.

– О чем вы говорите? – прошептала она, отступая.

Ей показалось, что в глазах его мелькнул какой-то огонек.

– Я говорю о том, что в моем доме бывают разные посетители, и если я велю тебе не выходить из своей комнаты, то это для твоего же блага, – он вновь криво улыбнулся.

Под его взглядом Марианна испуганно кивнула.

– Вот и славно, – он развернулся и снова уселся за стол. – Мейбл приготовит для тебя комнату.

Он дернул за шнур на стене, вызывая служанку.

– Разве я не поеду домой за вещами? – растерялась Марианна. Она-то надеялась вернуться к ужину.

– Нет, пусть тебе всё пришлют с прислугой, – он принялся просматривать бумаги, намекая, что разговор окончен.

– Когда вы начнете искать Тину? – не удержалась она, глядя на стопку листов у него в руках.

– Считай, что уже начал, – рыкнул сэр Томас, не прерывая занятия.

Тут подоспела горничная, чтобы проводить ее.

***

Пока Мейбл готовила ей комнату, Марианна сидела на диване в гостиной. Здесь обстановка была изысканной и богатой: картины, лепнина на стенах, шикарная мебель и огромный белый камин. Но взгляд Марианны сразу приковал рояль у окна. Не удержавшись, она подошла к нему и провела рукой по черной крышке. На пальцах остался след пыли. Марианна брезгливо их отряхнула. Видимо, на инструменте давно не играли, а может быть, он и вовсе стоит здесь для красоты.

Марианна же любила музыку. Дома у них было старенькое пианино, оно напоминало о счастливых временах, когда мама еще была с ними. Именно на нем Марианна тренировала свои первые гаммы. А здесь такой роскошный инструмент, который этот глупый богач купил просто для обстановки.

Сэр Томас пугал её. Что он задумал? Как он собирается заставить её переспать с ним? Его хитрая улыбка наводит на мысли, что он хочет поиграть с ней, как кот с мышью, а потом проглотить. Пусть он и обещал не тронуть ее, но можно ли верить его слову?

И откуда взялся срок в три месяца? Как он его определил? По её лицу?

Марианна тряхнула головой и отошла от рояля. Сейчас гораздо важнее, сколько сэру Томасу потребуется времени, чтобы разыскать Тину. И не будет ли уже слишком поздно…

Вдруг она увидела возможную причину молчания рояля: на специальном столике в углу устроился блестящий медным рупором граммофон. Но рассмотреть его Марианна не успела – за ней явилась горничная, чтобы проводить в комнату.

Только тогда Марианна вспомнила, что ей нужно предупредить отца, и попросила показать ей, где телефон.

Телефонный аппарат стоял в холле. Мейбл деликатно отошла за угол – скорее всего она подслушает, но Марианну это не волновало. Она с замиранием сердца набрала домашний номер. Как она объяснит отцу происходящее?

– Алло! – тут же раздался его взволнованный голос.

– Папа, это я.

– Тина?

– Марианна!

– Прости, я, кажется, уже схожу с ума. Все жду звонка из полиции, – в голосе его слышалось отчаяние, но тут он встрепенулся. – А ты разве не у себя? Что случилось?

– Я не у себя, я… Я искала того, кто поможет нам найти Тину. И я обратилась к такому человеку.

– Кто он? Что происходит?

– Это Томас Вудсток, он обещал мне помощь, но за это… Я должна остаться у него в доме на три месяца.

– ЧТО-О-О?

Кажется, этот вопль услышал даже сэр Томас в своем кабинете.

– Папа, успокойся! – вцепилась пальцами в трубку Марианна. – Он ничего мне не сделает…

Но отец уже не слышал.

– Какого черта?! Как ты могла?! А он как посмел! Я покажу этому зазнавшемуся мерзавцу, как пятнать честь приличной леди!

– Папа, прошу тебя!

– Пойти к этому монстру! Как ты могла, Марианна! Ну ничего, я с ним разберусь!

Связь оборвалась.

Дрожа, Марианна положила трубку на аппарат. Если ее отец явится устраивать скандал сэру Томасу, то что самый опасный человек в городе с ним сделает? Она закрыла лицо руками. Неужели ее безрассудство будет стоить жизни ее отцу?

Забыв об ожидающей ее горничной, Марианна побежала в кабинет сэра Томаса.

Из-за двери доносился громкий голос хозяина дома, но ждать было выше Марианниных сил. Она вихрем ворвалась в комнату.

– Простите, сэр, но я должна…

Ее осадила ладонь лорда Вудстока, выставленная прямо перед ее лицом в останавливающем жесте. Сам он при этом разговаривал по телефону.

– Нет, я не намерен ждать до завтра! – прорычал он в трубку таким тоном, что Марианне захотелось как можно быстрее испариться. – И помни, за что я так ценю твои услуги. Иначе твоя ценность может сильно упасть.

С этими словами он закончил разговор. А у Марианны по спине пробежали мурашки.

– Простите, сэр, но я…

Но от взгляда его серых глаз она умолкла.

– Незачем врываться ко мне, будто тебя преследуют демоны ада. Твой отец никак не тянет ни на одного из них.

– Вы знаете про отца? – опешила она.

– Я собирался позвонить, снял трубку и услышал ваш разговор.

И снова ей пришлось краснеть перед ним.

– Вы подслушивали? Какая низость!

Пронзая ледяным взглядом, он сложил руки на груди.

– Я услышал случайно. И почему-то мне кажется, что это сейчас не самая большая из твоих проблем.

Марианна вспомнила, зачем пришла и сказала:

– Поймите, он мой отец, и он хочет защитить меня…

– И ты не сказала ему, что пойдешь очаровывать лорда Вудстока ради спасения сестры, – усмехнулся сэр Томас.

– Пожалуйста, не причиняйте ему зла! – выпалила она, пока он снова не перебил.

– Увидим, с чем он придет, – мрачно сказал он. – Иди к себе!

Последнее явно было приказом, и внутри сразу вспыхнул гнев. Кем он себя возомнил? Но перечить ему сейчас было бы слишком. Марианна резко развернулась и вышла.

Глава 2. Тина

Комната для неё оказалась уютной и удобной. Темно-зеленые обои на стенах украшали картины с пасторальными пейзажами. Марианна невольно хмыкнула – здесь будто только и ждали наивных юных девушек вроде нее.

Горничная Мейбл была немного полноватой молодой девицей с крупными чертами лица чуть старше самой Марианны. Она не сводила с гостьи глаз. Точнее, она рассказывала, где столовая и прочие комнаты, а сама исподтишка разглядывала Марианну. Но стоило той поймать ее взгляд, как горничная уже смотрела в другую сторону или в пол. Марианне это не понравилось, а разговор с сэром Томасом ее разозлил и взволновал, поэтому она нахмурилась и выпалила:

– Чего ты уставилась на меня?

– Простите, мисс, я не хотела, – опустила та глаза.

– Признайся, твой хозяин нечасто разговаривает с добропорядочными леди! Привык приказывать, будто все вокруг его рабы! – фыркнула Марианна, но ей вдруг пришла в голову мысль, что Мейбл как раз может быть одной из «всех», и гнев испарился. – Принеси мне чашку чая.

Девушка убежала исполнять поручение.

Но чай не помог Марианне успокоить нервы. Отцу хватит ума явиться сюда с полицией, и тогда сэр Томас разозлится, и все ее старания пойдут насмарку.

Вещей, которые надо было бы разбирать у неё не было, так что Марианна просто сидела у окна и печально смотрела на диковатый сад, ожидая катастрофы.

Вскоре по подъездной дорожке зашуршал кэб, из которого выскочил взлохмаченный мистер Элмор, на ходу поправляя шляпу и держа трость, как оружие.

Марианна вскочила и бросилась вниз. Пока она бежала, в холле уже зазвучали разозленные голоса.

Спустившись, она оказалась за спиной сэра Томаса, а отец стоял лицом к ней и разговаривал с пленившим ее чудовищем.

– Я не позволю вам ломать ей жизнь! – возмущался отец. – Она ещё неразумный ребёнок!

– Я уже сказал вам, это касается только меня и её, – голос сэра Томаса был холоден, как лёд.

– Я понимаю, чего вы добиваетесь, но она ещё слишком наивна!

– И вовсе она не наивна!

– Отпустите её домой! Я сделаю все, что захотите! Я заплачу вам за помощь, назовите сумму!

– Она останется здесь. Это и есть ваша плата.

Тут отец заметил Марианну, которая застыла у лестницы.

– Марианна! Как ты могла так поступить! – вскричал он.

– Папа, не надо! – сделала она шаг вперед. – Со мной все хорошо.

Но мистер Элмор в ярости посмотрел на сэра Томаса.

– Я обращусь в полицию!

Тот ответил тихо и вкрадчиво, от чего у Марианны по телу прошла дрожь:

– В таком случае вы никогда не увидите ни одну из ваших дочерей.

У мистера Элмора все краски схлынули с лица. Похоже, он так распалился, что забыл, с кем говорит. Он поднял с пола свою шляпу. Должно быть, он размахивал руками и выронил ее.

– Ну что ж! Тогда мне нечего здесь делать.

И не взглянув на Марианну, он вышел.

От обиды ей на глаза навернулись слезы. Разве такой реакции она заслужила за то, что хочет спасти сестру? А отец уехал, даже не спросив, как у неё дела!

Ужин прошел в неловком молчании. Марианна была совершенно выбита из колеи встречей с отцом и своим новым положением. А сэр Томас вел себя с холодной учтивостью, от которой она чувствовала себя ещё более неуютно. Она была рада поскорее уйти в свою комнату, и поспешила лечь спать. Может быть, она проснется утром, и все это окажется дурным сном?

Марианну разбудил тихий голос, называющий ее фамилию.

– Мисс Элмор! Мисс Элмор, проснитесь!

Она распахнула глаза и увидела, как над ней склоняется женское лицо в свете свечи. Не сразу Марианна узнала недавнюю горничную.

– Что такое? – испугалась она и села на постели.

– Извините, мисс. Сэр Томас велел вас разбудить. Сказал, что вы должны поехать с ним. Это по делу вашей сестры.

От этих слов Марианна тотчас вскочила.

– Поехать? Тогда помоги мне скорее одеться!

Через полчаса она вышла в холл. Сэр Томас хмуро оглядел ее и произнес недовольно:

– Пока ты собиралась, я успел бы съездить за твоей сестрой сам.

Марианна, которая очень торопилась и даже не успела как следует завить волосы, парировала:

– Отчего же не съездили?

– Боялся, что мне подсунут любую другую девушку подешевле.

Похолодев, Марианна спросила:

– Что это значит?

– Значит, что за невинных юных девиц просят большие деньги, а твоя сестра именно такая, – бросил он и открыл перед ней входную дверь.

На улице было свежо. В июне воздух и земля еще не напитались теплом, а над садом клочьями висел промозглый туман.

Несмотря на зевающего рядом шофера, сэр Томас вновь галантно открыл перед ней дверцу. Что ж, хотя бы в отсутствии хороших манер его нельзя было упрекнуть! Но когда он сел рядом с ней на заднее сидение, Марианна ощутила робость. Теперь они были слишком близко. Она слышала аромат его дорогого одеколона. А затем машина заскользила сквозь ночь, и Марианне казалось, что сэр Томас наблюдает за ней. Его дыхание было совсем рядом. От этого ощущения потели ладони и шея. Казалось, что он сейчас набросится на нее! Но нет, желтый свет фонаря лег на его лицо, стало видно, что он смотрел прямо перед собой и лишь изредка бросал короткие взгляды в окно.

«Придет же в голову такая глупость!» – корила себя Марианна. Если бы он хотел наброситься, то куда легче сделать это в ее комнате, когда она безмятежно спит. А здесь кроме них, был еще и водитель. Нелепые мысли! Но сердце продолжало взволнованно стучать о ребра.

Марианна уставилась в окно и вскоре поняла, что они подъезжают к какой-то гостинице. Ей бросилась в глаза вывеска, Марианна вздрогнула, потому что на ней значилось: «дьявол». Но приглядевшись внимательнее, она прочла полное название: «Водевиль» ¹.

Как и предполагала Марианна, они оказались в самом темном и грязном районе города. Сама она никогда тут не бывала, но даже вид этой гостиницы, так и говорил: приличные люди сюда не ходят. Впрочем, это не смутило сэра Томаса. Он вышел из автомобиля и подал ей руку. Страх подкинул Марианне новую идею, что он привез ее, чтобы продать в рабство какому-нибудь бандиту. Но она не поддалась: вышла из машины и следовала за ним в гостиницу. В конце концов, она уже в плену у бандита!

Сэр Томас вошёл внутрь и, будто бывал здесь тысячу раз, сразу направился к диванчику в углу, на котором сидел неприметный человек.

– Добрый вечер, – сказал тот, когда они присели рядом.

Несмотря на нелепое кепи, надвинутое на глаза, Марианна с ужасом узнала в нем ухажера сестры, Брайана Эртана. На этот раз он выглядел куда проще, чем в театре: серый костюм, гладко выбритое интеллигентное лицо, вечерняя газета. Он был похож на сотрудника банка или журналиста. Марианне никогда не пришло бы в голову, что этот человек – работорговец. Она взглянула на сэра Томаса.

Оказывается, он наблюдал за ней.

– Это он? – приподнял он бровь.

Марианна кивнула. Тут Брайан вскочил на ноги.

– Какого черта! Она меня видела! – ткнул он пальцем в Марианну. – Мы так не договаривались!

– Сядь! – резко приказал сэр Томас. – С ней я разберусь. Где девчонка?

– Где деньги? – неохотно занял свое место бандит. Видимо, ледяной тон сэра Томаса убедил его, что Марианны не стоит опасаться.

Ее спутник достал из внутреннего кармана пухлый сверток и подал ему.

– Остальное, когда покажешь девушку.

Брайан схватил сверток и заглянул. Удовлетворенно кивнув, он встал и поманил их за собой в грязный неуютный коридор, которого Марианна в полумраке холла сперва не заметила.

– Если ты ее хоть пальцем тронул, полной цены тебе не видать, – как бы невзначай обронил сэр Томас.

– Я не идиот! – огрызнулся Брайан.

Он остановился у третьей по коридору двери и достал из кармана ключи. Марианна затаила дыхание.

За дверью оказался скромно обставленный номер. На кровати сидела девушка, руки ее были связаны вместе и привязаны веревкой к железной спинке кровати. Платье ее испачкалось, а прическа сбилась на сторону.

– Тина! – ахнула Марианна и бросилась к сестре.

– Марианна! – вскричала та и залилась слезами.

Пока Марианна боролась с тугими узлами, сэр Томас и Брайан о чем-то тихо беседовали у двери. Веревки никак не желали поддаваться, но тут ее подвинули сильные руки.

– Давай я.

Сэр Томас с ножом в руке приблизился к Тине. Марианна зажмурилась, но он ловко перерезал веревки, освободив пленницу, а потом…

Он схватил ее за предплечье и полоснул ножом по рукаву. Марианна вскрикнула, Тина дернулась. Проведя рукой по гладкому плечу, сэр Томас проделал то же самое с другой рукой. Тогда только Марианна поняла: он ищет клеймо – особую метку, которую ставят на плечо рабам. У Тины ее не было.

– Идем! – заявил сэр Томас, спрятав нож – куда он дел его в своем идеальном дорогом костюме?

Он взял обеих девушек под руки и повел к выходу. Марианна оглянулась. Брайан смотрел им вслед с мерзкой усмешкой.

***

Сэр Томас усадил их в машину, на этот раз заняв место спереди. Тина без остановки рыдала, прижавшись к сестре. Но они никуда не ехали, автомобиль стоял, словно дожидаясь чего-то.

Марианна уже хотела спросить, но увидела, как переднее стекло опустилось и к окну склонилась темная мужская фигура. Сэр Томас протянул мужчине такой же сверток, какой давал Брайану, очевидно, с деньгами.

– Спасибо, Робин, – проговорил он.

Фигура отошла. Окно закрылось. Тогда автомобиль наконец тронулся.

Марианна понимала, что лучше молчать, но все же не удержалась от вопроса:

– За что вы заплатили Робину?

Сэр Томас ответил не сразу, лишь через несколько секунд, не оборачиваясь, произнес без всякого выражения:

– За то, чтобы грязный червяк, похитивший твою сестру, получил по заслугам.

Марианна была удивлена: сэр Томас, главный рабовладелец города, против работорговцев? Но его следующие слова развеяли эти мысли:

– Он залез на чужую территорию и поплатится за свою наглость.

– Значит, здесь похищать девушек можете только вы? – вырвалось у нее.

Сэр Томас медленно обернулся, его глаза блеснули в свете фонарей.

– Именно так. Если каждый заезжий проходимец станет промышлять в моем городе, то бизнес полетит к чертям. Так что, как законопослушный гражданин, я сдал его полиции. Там его ждет смертная казнь.

– Смертная казнь? – похолодела Марианна.

Даже Тина вдруг прислушалась и утерла слезы.

– Да, по закону за работорговлю полагается высшая мера, – ухмыльнулся сэр Томас, словно смеялся над нелепым законом или же над иронией, по которой на виселицу отправится дерзкий мошенник, а он сам будет прекрасно продолжать свою деятельность.

Марианне стало гадко, захотелось сказать что-нибудь, чтобы стереть с его лица эту надменную ухмылку, но она вспомнила о прижавшейся к ней Тине – ведь сестра была здесь, целая и невредимая, – и сдержалась.

– Куда мы едем? – лишь поинтересовалась она.

– Уже приехали.

Действительно, автомобиль замер. В окно Марианна увидела до боли знакомый дом. Сердце радостно подпрыгнуло, и она скорее открыла дверь.

– Куда ты собралась? – остудил ее радость ледяной голос сэра Томаса.

– Домой! Я провожу Тину.

Та всхлипнула, как ребенок.

– Нет, – сказал сэр Томас. – Тина пусть идет, а ты едешь со мной.

У Марианны защипало в глазах.

– Почему я не могу проводить ее? Ей страшно, она столько пережила! Я не убегу от вас, вернусь через минуту!

Он тяжело вздохнул.

– Что я говорил тебе, Марианна? Если я прошу о чем-то, ты делаешь.

– Вы не просите, а приказываете! – не выдержала она. – А я вам не рабыня!

Она выскочила за улицу, увлекая за собой Тину, и быстрым шагом направилась по дорожке к дому.

– Спасибо, Мари… Марианна, – всхлипнула Тина.

– Бессердечное животное, вот он кто! – злилась она. – Как ты себя чувствуешь?

– Я… Я нормально… Но я так испугалась! – и она снова заплакала, не в силах больше ничего произнести.

На пороге Марианна обернулась. Втайне она боялась, что сэр Томас бросится за ней и силой вернет в машину. Но погони не было. Тогда сестры наконец вошли в дом.

Марианна кликнула служанку и перебудила весь дом. Отец выбежал навстречу в халате, но по его красным глазам видно было, что, несмотря на поздний час, он еще не ложился.

Утирая подступившие слезы, Марианна обняла родных и сказала:

– Мне нужно идти.

Отец взглянул на нее очень серьезно, а потом снова обнял.

– Прости меня! Прости, Марианна! Ты сотворила чудо – вернула Тину! Но, Боже мой, какой ценой!

– Папа, он меня не обижает. Он, видно, решил, что, пожив в его доме, я влюблюсь без памяти и сама стану вешаться на него. Но этого не случится. Он дал мне слово, что потом отпустит.

– Слово! Слово этого бандита ничего не стоит! Останься дома.

Марианне не хотелось признавать, что она и сама подумала об этом. Она покачала головой.

– Я не могу. Он там ждет меня. Если я не выйду, он разозлится и, кто знает, чем нам это грозит. Он вытащил Тину, так что я должна вернуться.

– Мы можем обмануть его, скажем, что ты ушла через черный ход! – с тревогой взял ее за руку отец.

Но Марианна еще помнила темную тень возле машины. Ничто не мешает сэру Томасу послать такую и за ней.

– Мне придется вернуться, папа, – она освободила руку и, быстро поцеловав Тину, нехотя повернула дверную ручку.

В саду стояла та же ночная тишина. Только теперь дорожку освещал свет из окон. Марианна быстро дошла до автомобиля, желая скорее покончить с этим.

– Не думал снова тебя увидеть, – усмехнулся сэр Томас с переднего сидения, когда она уселась.

– Могу уйти, – бросила Марианна раздраженно.

Сам поставил ее в идиотское положение, а теперь насмехается!

– Не можешь, – так же небрежно заявил он.

Автомобиль тронулся. Марианна все еще была зла, потому сказала, хотя шофер тоже мог ее слышать:

– Ваш дурацкий план не сработает! Я не стану вашей любовницей! Ни через три, ни через тридцать три месяца! Все это нелепый фарс!

– Твои нападки – нелепый фарс, – холодно отозвался он. – А мой план я еще даже не начал приводить в исполнение.

– Просто отпустите меня домой! – взмолилась она.

– Я выполнил свою часть сделки, – теперь в его голосе тоже слышалось раздражение. – Будь добра, и ты исполни свою.

Дальше продолжать разговор у Марианны пропала охота. Сжавшись на заднем сидении, она утирала набегающие слезы и молчала до конца пути.

Глава 3. Спектакль

После бессонной ночи Марианна встала около полудня. Голова болела, и в нее лезли неприятные мысли. Да еще и за окном все заволокло плотным туманом.

Умывшись и одевшись, Марианна с опаской спустилась вниз. Вдруг сэру Томасу не понравится, что она пришла так поздно? Какие у него были на нее планы?

Но в гостиной никого не было, а в столовой расставляла стулья незнакомая горничная, худая и угловатая.

– Где сэр Томас? – спросила ее Марианна.

Девушка дернулась от ее голоса, обернулась и тут же потупилась, словно ее застали за чем-то постыдным.

– Уехал по делам, мисс, – склонила она голову, как будто боялась, что Марианна ее ударит.

Марианне стало неловко, девушка выглядела такой жалкой. Впрочем, чего ещё ожидать, когда хозяин тиран!

– Как тебя зовут? – как можно мягче спросила она.

– Марта, мисс.

– Когда вернется сэр Томас, ты знаешь?

– Нет, мисс. Он обычно возвращается вечером, но иногда после обеда, – опустив голову еще ниже, говорила Марта.

– Взгляни на меня, – не выдержала Марианна.

Девушка подняла на нее испуганное лицо.

– Я тебя не обижу, не нужно меня бояться. Принеси мне завтрак, – попросила она, а когда Марта уже хотела идти, добавила: – И если сэр Томас станет дурно с тобой обращаться, скажи мне!

Марта бросила на нее взгляд широко распахнутых глаз и поспешила выполнить поручение.

Усевшись за стол, Марианна покачала головой. Зачем она это сказала? Разве она сама может противостоять сэру Томасу? Но видеть страх этой девушки было невыносимо.

Вскоре ей принесли яичницу с беконом, фасоль в томатном соусе и чудесные хрустящие тосты с маслом. Марианна порадовалась мастерству повара и умяла все это с большим аппетитом.

А после завтрака она пошла в сад прогуляться.

Небо было хмурым, мелкий дождь то прекращался, то снова начинал накрапывать сверху. Марианна медленно бродила по дорожке вокруг дома, поеживаясь, и размышляла.

Выходит, что сэр Томас занят своими делами, и его не будет до вечера. Судя по ответу служанки, это для него не редкость. По крайней мере Марианне не придётся постоянно лицезреть его злобную физиономию. Но что, если пойти дальше? Поехать домой, навестить отца и Тину, забрать необходимые вещи? Ведь он ничего не узнает!

Конечно, слуги могут рассказать хозяину, что она уезжала. Из страха. Вон как Марта боится его! Но Марианна могла бы проскользнуть незамеченной и быстро вернуться…

Она продолжила променад, выбрав дорожку ближе к высокой кованой ограде поместья. Марианна была уверена, что здесь ее уже не видно из дома. Оглядевшись по сторонам, она быстро добежала до конца дорожки и вышла к воротам. Они были закрыты, но, похоже, не на замок. Марианна осторожно толкнула створку.

– Мисс…! Постойте! – раздался крик позади.

К ней спешил пожилой мужчина с седыми бакенбардами. Марианна вспомнила, что видела его в холле, это был дворецкий.

Она надменно поджала губы.

– В чем дело?

– Сэр Томас велел не выпускать вас на улицу, – выпалил запыхавшийся преследователь.

– Любопытно, как вы собираетесь меня остановить? – вздернула нос Марианна.

– Поймите, он накажет вас, – произнёс старик и негромко добавил: – И нас тоже.

Ей стало не по себе. Если из-за нее сэр Томас накинется на слуг…

– Скажите ему, что я сбежала незаметно!

– Это не важно. Все равно мы будем виноваты.

Нет, ее замучает совесть.

– Послушайте, я вернусь через час. Только навещу родных, – убеждала она. – Сэр Томас ни о чем не узнает!

– Узнает, мисс, – обреченно сказал старик. – Он всегда узнаёт.

Тяжело вздохнув, Марианна двинулась обратно к дому.

В холле она набрала номер Натали. Ей нужно было с кем-то поговорить. Вскоре их соединили, а горничная на том конце провода позвала хозяйку.

– Марианна! О боже мой! Как ты? Где ты? – налетела с вопросами подруга. – Я как раз хотела ехать к твоему отцу, узнать о тебе! А Тина? Что с ней?

– Да помолчи же ты, Нат! Дай сказать!

И Марианна рассказала ей все.

– И теперь я не знаю, что делать. Я хочу выбраться отсюда. Потому что жить три месяца с этим монстром не собираюсь!

Натали помолчала, а потом произнесла:

– Тебе нужно дать ему то, что он хочет.

– Что? Предлагаешь провести с ним ночь? – возмутилась Марианна.

А Натали снова заговорила быстро-быстро:

– Нет, надо сделать так, чтобы он подумал, что ты провела с ним ночь! Послушай, у моей мамы есть успокаивающие капли. Она пьет их на ночь и потом спит как убитая. Из пушки не разбудишь! Если бы он выпил эти капли, а ты бы обставила все так, будто ночевала с ним, то…

– Это просто безумие! – ужаснулась Марианна.

Куда только подевалась ее скромная и благоразумная подруга?

– Да, но ты такая отчаянная, что точно сможешь разыграть спектакль! А наутро рыдай, устрой истерику, пока он не отвезет тебя домой. Он будет знать, что получил своё, этого должно хватить.

– А если он не поддастся? Если захочет повторить? – прикидывала все изъяны плана Марианна. – Если поймет обман, он убьет меня!

– Тогда придется бежать. Но не домой, а куда-то гораздо дальше. Ты можешь уехать к родственникам?

Марианна вспомнила о своем дядюшке, у которого обычно проводила лето. Почему она не подумала об этом раньше?

– Я не знаю, Нат…

– Ты же не боялась вчера ехать к нему совсем одна, а тогда он мог легко силой затащить тебя в постель, а то и убить! И теперь не струсишь.

Марианна подумала, что тогда на кону была жизнь и свобода Тины, а теперь…

– Мне нельзя выходить из его дома. Ты можешь принести мне капли?

Натали зашептала, будто их могли подслушать.

– Завтра перед дневным чаем я поеду примерять платье к модистке, а на обратном пути могу попросить шофера остановить у дома сэра Томаса. Будь у ворот в половину пятого.

– Договорились!

На этом разговор завершился. Марианна глубоко вздохнула, чтобы унять дрожь. Вот это авантюра! Неужели у нее хватит смелости пойти на такой риск? С другой стороны, если все получится, то через пару дней она вернется домой и забудет сэра Томаса, как страшный сон.

Но все же сначала нужно как-то пережить эти пару дней. Поэтому Марианна позвонила домой, чтобы попросить привезти ей необходимые вещи.

– Алло! – раздался в трубке голос их экономки, Аннет.

– Аннет, это я, Марианна.

И она подробно выспросила у экономки, как дела у Тины и отца, объяснила, что нужно привезти для нее и разузнала новости знакомых. Вдруг хлопнула входная дверь. Краем глаза Марианна увидела, что вернулся сэр Томас.

– Мне пора, Аннет! – положила она трубку и тогда лишь заметила, что сэр Томас пришел не один.

Рядом с ним снимал черный котелок ухоженный молодой джентльмен.

– Добрый день! – сказала Марианна.

Но сэр Томас нахмурился и резко приказал:

– Иди к себе!

Марианна опешила от такой грубости, но возразить не решилась. Впрочем, чего ожидать от такого, как он! Но его спутника подобное обращение с дамой нимало не смутило. Он прошел в дом как ни в чем не бывало.

«Неотесанные мужланы!» – оскорбленно подумала Марианна и прошествовала вверх по лестнице, громко топая каблуками.

Вскоре к ней в комнату пришла Мейбл. Поставив на туалетный столик поднос с едой, она сказала:

– У сэра Томаса важный посетитель, он просил вас не спускаться к ланчу.

Марианна фыркнула.

– Кто же этот плохо воспитанный господин?

– Я не знаю, мисс, но вряд ли он задержится надолго.

– С чего ты взяла? – удивилась она.

– Сэр Томас просил накрыть в гостиной. Обычно для гостей мы накрываем в столовой, а потом уж они переходят в гостиную или на террасу. Видно, их беседа будет короткой.

Марианна равнодушно дернула плечами и принялась за еду.

***

Гость сэра Томаса действительно вскоре ушел, а Марианне доставили ее вещи. Она не спешила выходить из комнаты и встречаться с хозяином дома. Слуги сами принесли чемоданы к ней. Мейбл помогала развешивать платья в шкафу.

Горничная охотно делилась последними сплетнями, обещала купить ей пару модных журналов и отвечала на вопросы Марианны о распорядке дня сэра Томаса.

– Да, он почти каждый день уезжает в город по делам, – щебетала девушка. – Спать ложится ровно в десять, а встает рано. Хотя иногда возвращается ночью и навеселе, но это редко случается. Гостей мы видим еще реже.

– А вы знаете господина по имени Робин? – невинно спросила Марианна, вспомнив вчерашние события. – Это друг сэра Томаса?

– Робин? – нахмурилась та. – Нет, не припомню. Говорю же, мы здесь редко видим его друзей.

Марианну удивляло, что Мейбл говорит о хозяине довольно тепло, без неприязни или страха, которых она ожидала. Ведь вторая горничная явно была напугана. Тогда она сказала:

– Марта не так разговорчива, как ты. Она боится сэра Томаса.

– Да, так и есть, мисс, – Мейбл отвернулась, складывая чулки в ящик. – Она новенькая, еще не привыкла.

– А ты, выходит, привыкла? – не могла взять в толк Марианна.

– Я у сэра Томаса с малолетства служу. Дворецкий, Гордон, мой папаша.

Марианна вспомнила старика, что перехватил ее сегодня у ворот.

– И что же, к рабству можно привыкнуть? – не удержалась она, хоть и знала, что лезет не в свое дело.

Мейбл изумленно взглянула на нее.

– Рабству? У нас слуги все свободные. Рабов в доме нет.

Настала очередь Марианны удивляться:

– Как же нет? Весь город знает, что есть!

Заговорщически понизив голос, Мейбл сказала:

– Сэр Томас не такой дурак, чтобы их держать в собственном доме. Если и есть у него девушки, но уж не для домашней работы.

Марианна покраснела и расхотела продолжать этот разговор. В конце концов, хорошо, что она с ними не встретится.

Сэр Томас вернулся только к ужину. За столом он пару раз пытался завязать с Марианной светскую беседу, но она нарочно отвечала холодно и односложно. А про себя лишь удивлялась его лицемерию: строит обаятельного джентльмена, а сам… Отвратительный человек, с которым она не хотела иметь ничего общего. Вскоре он оставил свои попытки.

Перед сном Марианна заперла дверь на ключ. Просто на всякий случай. А потом долго лежала и обдумывала план Натали. Как заставить сэра Томаса выпить капли? Придется изобразить к нему интерес, а это будет непросто. Настолько ли она хорошая актриса? Но она представила, как здорово будет вернуться домой, и наконец уснула.

***

Следующий день прошел так же обыденно. Сэр Томас уехал еще до того, как Марианна проснулась. После завтрака она решила обследовать дом.

Переходя из одной комнаты в другую, Марианна удивлялась, что для такого богача, сэр Томас жил довольно скромно. В большинстве комнат мебель была закрыта чехлами, и видно было, что их редко снимали. Никаких золотых статуй, дорогих картин или поражающего воображение убранства она не нашла. Дом был похож на своего хозяина – сдержанный, практичный, оформленный дорого, но не вычурно. Сэр Томас не стремился выставить свое богатство напоказ. При этом он не чурался технических новинок, например, во всех комнатах было сделано электрическое освещение, телефон стоял не только в холле, как в доме Марианны, но и был проведен в кабинет, а в ее комнате и в некоторых других были оборудованы новомодные батареи.

Осмелев, Марианна заглянула даже в кабинет сэра Томаса. Он был с пола до потолка уставлен книгами, но Марианна нашла там для себя мало интересного. Основу библиотеки сэра Томаса составляли энциклопедии, книги по экономике, физике, медицине и научные журналы. Художественная литература была на разных языках: тусские авторы на отдельной полке – Достоевский, Пушкин, Карамзин; у французов, судя по обложкам, сэр Томас уважал приключения – множество томов Дюма, Жюля Верна, а также Гюго, Флобер и Стендаль; нашлось несколько современных английских романов и стихотворных сборников. Были книги, о языке которых Марианна могла лишь догадываться: то ли турецкий, то ли арабский. Она решила, что сэру Томасу скорее всего просто нравится коллекционировать книги, вряд ли он мог читать на всех этих языках.

На единственном свободном месте между полками висел чертеж дирижабля. Марианна покачала головой и вышла из кабинета. Похоже, сэр Томас изо всех сил старался показать, как он поддерживает прогресс, хотя на самом деле глубоко погряз в Средневековье.

Марианна прогулялась и пообедала, она с нетерпением ждала половины пятого и все боялась, что ей что-нибудь помешает. Она решила, что если помех будет слишком много, то это будет дурным знаком, и тогда она выбросит из головы свою безумную затею.

Но все прошло наилучшим образом. Чтобы дворецкий снова не гонялся за ней, она предупредила о встрече с подругой. Натали прибыла точно в условленное время и передала Марианне бутылочку с каплями и записку с инструкцией, сколько капель потребуется.

Остаток дня Марианна обдумывала свой план. Она хотела воплотить его немедленно, пока страх не победил безрассудство, и, кусая губы от волнения, ждала возвращения сэра Томаса.

Он приехал лишь к ужину. За столом Марианна постаралась быть чуть любезнее, чем вчера, чтобы он не заподозрил ее в слишком быстрой перемене настроения. Но сэр Томас сегодня был задумчив и поглощен собственными мыслями, отвечая сухо и невпопад. Марианне стало даже обидно, что ее старания оказались напрасными. Она поспешила закончить ужин и уйти.

Наконец пробило десять. Ещё днём Мейбл указала ей спальню сэра Томаса. Марианна надела ночную сорочку и изящный пеньюар, приготовила два бокала с вином на подносе (которые она выпросила у Мейбл), а затем подошла к двери, глубоко вдохнула и постучала.

Сэр Томас открыл и, похоже, немало удивился, увидев её на пороге.

– Марианна?

Он еще не успел раздеться, но рукава рубашки уже были расстегнуты, а воротничок ослаблен. Марианне вдруг пришло в голову, что с таким удивленным взглядом и небрежным нарядом он похож на нормального человека. Но она отогнала эти мысли и начала приводить в исполнение свой план.

– Я бы хотела с вами поговорить, – от волнения голос её звучал очень тихо.

– Идем в кабинет, – хотел он выйти.

– Нет! – Марианна потупилась. – Лучше позвольте мне зайти.

На лице сэра Томаса появилось насмешливое выражение, словно он точно знал, зачем она явилась. Он пропустил её внутрь.

Марианна оказалась в его спальне. Обстановка там была такой же подчеркнуто сдержанной, как и во всем доме. Осторожно поставив поднос на столик у кровати, она начала:

– Я хочу поблагодарить вас за спасение Тины. Здесь для меня все так непривычно, я так оробела, что могла показаться вам невежливой, но вы должны знать, что я очень ценю ваше вмешательство.

Она заставила себя взглянуть ему в глаза. В них можно было прочесть все ту же насмешку. «Так и знал, что ты придешь, глупая птичка, – говорил его взгляд. – Напрасно строила из себя невинность».

– Я хотела бы предложить вам выпить вина, – выдавила Марианна, – и затем продолжить… разговор.

– Разумеется, – бросил он и протянул руку.

Она подала ему вино, а сама крепко сжала пальцами свой бокал.

– Но прежде, может быть, объяснишь, почему ты воспылала ко мне непреодолимой страстью? – поинтересовался он, небрежно держа в руке напиток.

Кровь бросилась Марианне в лицо, она закусила губу. Настал момент показать свои актерские таланты, но сердце в груди колотилось, как бешеное, Марианне казалось, что оно выдаст ее с головой.

– Я много думала в эти дни, – начала она, – о себе, о вас, о нашем договоре. Вы были правы: вы исполнили свою часть соглашения, теперь пришла пора мне исполнить мою и вернуться домой.

– Что ж, выпьем за это! – с усмешкой бросил он.

Марианна пригубила вино, но увидела, что сэр Томас не пьет, а смотрит на нее. И взгляд его уже не был насмешливым.

– Что-то не так, сэр?

– Что ты добавила в мой бокал? – вкрадчиво спросил он.

От его тона у Марианны похолодели пальцы.

– Н-ничего, – голос предательски дрогнул.

– Тогда пей! – он протянул ей свое вино, не сводя с нее глаз.

Марианна взяла бокал, но она знала, что для нее доза снотворного была слишком большой. Может быть, если немного пригубить, то ничего не случится?

– До дна! – приказал сэр Томас.

Она в ужасе подняла на него взгляд.

– Или сама признаешься, или я силой волью это тебе в глотку, – вновь тихо и вкрадчиво произнес он, глаза его сверкали сталью. – Неужели ты вздумала меня отравить?

– Нет! Нет, что вы! – дрожа, воскликнула Марианна. – Это всего лишь снотворное!

– И зачем оно тебе понадобилось?

– Я хотела… я только хотела…

Руки затряслись. Сэр Томас подхватил у нее оба бокала и поставил на столик. Но стоило ему отвернуться, как Марианна вышла из оцепенения и бросилась прочь.

Выскочив в коридор, она захлопнула дверь и побежала в свою комнату. Дыхание прерывалось, голые ступни пружинили на ковре, а сзади слышались шаги. Марианна не успела одолеть и половины коридора, как ее дернуло назад, послышался треск разрываемой ткани пеньюара. Потеряв равновесие, Марианна упала и в ужасе свернулась в комок. Теперь он точно ее убьет!

Однако ее тут же подняли и поставили на ноги сильные руки, и перед лицом вновь оказались полные ярости глаза сэра Томаса.

– Нет уж, ты мне все расскажешь! – рявкнул он. – Что ты собиралась сделать?

– Я только хотела вернуться домой! – залилась слезами Марианна. – И я подумала, если вы решите, что мы провели вместе ночь, то отпустите меня. Я думала, вы заснете, а я притворюсь, что мы…

Она всхлипнула.

– Где ты взяла средство?

– Моя подруга мне передала, – глотала слезы Марианна, мечтая оказаться как можно дальше от его пронизывающего взгляда.

– Надеюсь, ты понимаешь, как это было опрометчиво с твоей стороны? – тихо произнес он и, схватив за руку, потащил ее дальше по коридору.

– Куда вы? Пожалуйста… Пожалуйста, не надо! – всхлипывала Марианна.

Разумеется, с таким же успехом, она могла бы уговаривать каменную стену. Пройдя весь второй этаж, сэр Томас вместе с Марианной спустился по лестнице, а затем завернул в какой-то закуток возле кухни на неприметную лесенку.

– Что вы делаете? – испугалась Марианна. Он вел ее в подвал.

Спустившись до конца, сэр Томас распахнул тяжелую дверь и толкнул туда Марианну.

В темноте она не могла понять ни размеров комнаты, ни обстановки. Но вот у входа забрезжил свет одинокой электрической лампочки. Марианна вздрогнула, увидев, что сэр Томас привел ее в узкую комнатушку с одинокой кроватью, будто в тюремной камере.

– За то, что пыталась причинить мне вред, ночевать будешь здесь, – холодно заявил он. – Неужели ты думаешь, что такого человека, как я, никогда не пытались убить или отравить? Твой план был глупым и очевидным, но я не хочу, чтобы это повторилось. Поэтому хорошенько запомни эту ночь, особенно ту жирную крысу, что живет под койкой. В моей власти заточить тебя здесь в ее компании до конца твоих дней.

Марианну передернуло.

Он отвернулся, чтобы уйти, но вдруг бросил через плечо:

– И должен тебя разочаровать: вспомни, я не обещал отпустить тебя, если ты проведешь со мной ночь. Ты должна жить у меня три месяца, остальное – лишь приятное дополнение.

С этими словами сэр Томас вышел и захлопнул дверь.

Глава 4. Рояль

Предупреждение сэра Томаса о крысе напугало Марианну. Она взобралась с ногами на узкую койку и сидела так довольно долго. Комнатка была маленькой, обитой деревом, в нос лез уксусный запах каких-то солений. Должно быть, раньше здесь была кладовая. Лампочка светила тускло, но Марианна не спала не из-за света или крысы. Она поняла несколько важных вещей и теперь прокручивала их в голове.

Во-первых, у сэра Томаса была в подвале эта комнатушка, а значит, она для чего-то ему необходима. Выходит, что он уже держал здесь кого-то. От этой мысли пробирала дрожь, и даже свет казался каким-то зловещим.

Во-вторых, он обращается с ней, будто она ребенок. Когда Марианне было лет пять, ее так же заперла в чулане с паутиной няня за какой-то проступок. Марианна не помнила, что натворила, но в памяти отпечатался ужас перед темнотой и пауками, а еще – как отец в тот же день выгнал няню без рекомендаций. К сожалению, сейчас отец не мог ее защитить, но и она не пятилетняя девочка.

Решение пришло само собой и было таким простым! Если она хочет вернуться домой, то нужно, чтобы сэр Томас сам выгнал ее! Ей нужно досадить ему, стать помехой. Конечно, стоит быть осторожной, ведь он может найти и другой способ избавиться от нее, но даже сейчас, после такой рискованной ошибки, он не убил ее и не причинил вреда. Может быть, он все еще надеется на ее благосклонность? Что ж, она покажет этому надменному типу, как ее запирать!

Вдохновленная этой мыслью, Марианна все-таки уснула.

***

Ее разбудил настойчивый стук в дверь.

– Войдите! – раздраженно бросила она, не открывая глаз, и лишь затем вспомнила, где ночует.

Сон тут же слетел. Марианна села, прикрываясь тонким одеялом и потирая глаза. Дверь приоткрылась, и робко вошла Марта.

– Мисс, сэр Томас просит вас переодеться и зайти к нему в кабинет, – тихо сказала она, глядя в пол.

– Во что же я переоденусь? Ты принесла мне платье?

– Нет, мисс. Сэр Томас сказал, что вы можете пойти к себе. Я вас провожу.

Марианна села на постели, тряхнув распущенными волосами.

– Он стоит там за дверью? – она не могла поверить, что это тихое и хрупкое создание с такой силой пару минут назад колотило в дверь.

– Нет, он уже ушел, мисс, – отвечала Марта.

– Ладно, – смягчилась Марианна и, завернувшись в одеяло, отправилась с ней.

Она позволила служанке переодеть себя и привести в порядок, делая вид, что ей и дела нет до предстоящего разговора с хозяином дома. Марианна надела нежно-розовое платье, решив выглядеть как можно более невинно, тщательно завила золотистые волосы и отправилась в кабинет.

Сэр Томас восседал за столом, как и при первом ее визите, даже не подумав встать перед дамой. Хлопая подведенными ресницами перед этим грубияном, Марианна спросила:

– Вы хотели видеть меня, сэр?

– Хотел узнать, как ты спала? – со своей отвратительной усмешкой начал он.

– Прекрасно! – заявила Марианна. – Общество вашей крысы уж точно лучше вашего.

Ухмылка исчезла с его лица.

– Интересное дело. Меня пытаются отравить в собственном доме, а потом еще и оскорбляют. Вообще-то я позвал тебя, чтобы дать шанс извиниться передо мной.

– Извиниться? – вскинула она брови. – О, конечно! Мне очень жаль, что заставила вас не выпускать меня из дома, а затем запереть на всю ночь в вонючем подвале. Простите.

Она потупилась.

Сэр Томас резко встал, и его кресло со страшным грохотом перевернулось. Марианна поняла, что надо бежать, но не успела. Он вырос перед ней так близко, что ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в его наливающееся злостью лицо. Но тут в его глазах что-то промелькнуло, и он сказал:

– Значит, ты собираешься испытывать судьбу, доводя меня до бешенства, чтобы я отправил тебя назад к отцу?

– Именно так! – не опускала она глаз, хотя его близость была невыносимой. От сэра Томаса снова шел аромат дорогого одеколона, а его руки едва не касались ее. Но Марианна нарочно не отталкивала его, стремясь показать, что не боится.

– А ты не думала, что наше совместное проживание могло бы быть приятным для нас обоих? – вкрадчиво сказал он.

– О, ну конечно! Особенно для вас! Кому не хочется, чтобы по его дому разгуливала красивая девушка и исполняла все его приказы!

– Но пока только я исполнял твои просьбы. Разве не ты просила меня помочь твоей сестре? – склонился к ней сэр Томас и продолжил, едва не касаясь губами ее уха: – Но я могу и передумать помогать тебе. Догадываешься, где она тогда окажется?

Марианна отшатнулась, но он поймал ее за плечи.

– Ты ошиблась, я вовсе не хочу твоей любви. Но я требую простого уважения. Злить меня не в твоих интересах.

С этими словами он отпустил ее и отступил, сложив руки на груди.

– Я все еще жду извинений, – прохладно заметил он совсем другим тоном.

У Марианны вырвался вздох, она поняла, что не дышала все это время. Его угроза действительно напугала ее.

– Простите, что подлила вам снотворное, сэр. Такое больше не повторится, – пролепетала она.

– Пузырек отдай Марте, – сказал он, направляясь к упавшему креслу.

Марианна кивнула и поспешила убраться из кабинета.

***

Весь день она старалась не попадаться сэру Томасу на глаза. Она поняла, что проиграла, рисковать свободой Тины она не могла. От досады слезы на глаза наворачивались.

После обеда к ней приехал отец. Чтобы не столкнуться с хозяином дома, Марианна позвала мистера Элмора на прогулку по саду.

– ОН ЧТО? – воскликнул отец, когда услышал историю о подвале. – Неслыханно! Просто гнусно!

– Папа, прошу тебя! Незачем так кричать, – оглянулась по сторонам Марианна. – Со мной все хорошо. Но я хочу попросить тебя: увези Тину. Езжайте к дядюшке, подальше из Ноэля!

Отец с тревогой сжал ее руку.

– Я же не могу тебя оставить здесь одну! И Тину без сопровождения я не могу отправить. Слишком опасно ей ехать в одиночку.

– Но здесь ей тоже опасно! Сэр Томас дал мне понять, что стоит мне совершить ошибку, ничто не помешает ему изменить решение и снова забрать Тину!

Отец в ужасе распахнул глаза.

– Бесчестный, подлый… Нет, с этим нужно что-то делать.

– Папа, просто увези ее, а я уж придумаю, как выбраться из его дома.

Он задумался, а потом сказал:

– Кажется, мадам Бланш писала мне, что будет с дочерьми проезжать Ноэль по дороге в Бранцию. Можно попросить ее сопроводить Тину. Это как раз по пути. Я напишу ей.

– Напиши и поскорее!

– Я напишу завтра же, – заверил отец. – Но что этому монстру от тебя нужно?

Она пожала плечами.

– По-моему он просто забавляется, хочет соблазнить меня. Для него это веселая игра. При этом он абсолютно уверен, что я в его власти и рано или поздно проиграю.

– Боюсь, тут он прав, – покачал головой отец.

– Но не совсем! Когда Тина будет в безопасности, я найду способ так испортить ему жизнь, что он сам станет умолять меня уехать!

Он погладил ее по голове.

– Ну в этом я не сомневаюсь! Но прошу тебя, будь осторожна! Этот человек опасен. Однажды игры могут закончиться.

– Я собираюсь выбраться отсюда раньше, чем это случится.

***

И все же Марианне пришлось провести ужин в компании сэра Томаса. Встреча прошла в холодном молчании с обеих сторон. Буркнув прощание, Марианна поднялась в свою комнату. Но не успела толком расстроиться, что из всех занятий у нее есть лишь чтение и созерцание вида за окном, как снизу донеслась музыка.

Марианна на миг застыла, узнав знакомый мотив «Пещеры горного короля». Но ее смутила не мелодия, а многоголосый хор инструментов, исполняющий ее. В гостиной она видела лишь рояль, так почему теперь она слышит скрипку, флейту, контрабас и множество других?

Она догадалась, в чем дело: сэр Томас включил граммофон. Как бы Марианна ни была зла на него и обстоятельства, любопытство пересилило. Сняв туфли, чтобы пройти бесшумно, она спустилась по лестнице, держа их в руке, и подкралась к гостиной. Композиция набирала обороты, затягивала Марианну в свои сети. Она осторожно заглянула в комнату.

Сэр Томас стоял у граммофона, спиной к ней, и не шевелился. Без сомнения, он тоже слушал музыку. Марианна пожалела, что не видит его лица – какие чувства на нем сейчас? Но зато она была для него невидима и могла наслаждаться мелодией.

Когда смолкла последняя нота, сэр Томас поднял иглу граммофона и снял пластинку.

– Что ты хочешь послушать? – спросил он, обернувшись.

Как он узнал, что она здесь? Бежать было глупо, да и чудо техники манило ее, как огонь притягивает мотылька. Марианна шагнула в гостиную, сконфуженно надевая туфли.

– У вас есть Бах?

– Есть, но тебе не кажется, что он слишком уж претенциозен?

– Претенциозен? – насмешливо переспросила она, подходя ближе. – Так Баха при мне еще не оскорбляли! Или вы можете загореться адским пламенем от чересчур возвышенной музыки?

Слова сами сорвались с языка, Марианна тут же его прикусила, вспомнив утреннюю беседу, но, к ее удивлению, сэр Томас улыбнулся кривой улыбкой.

– Могу, но отложу это до следующего раза. Выбери мелодию сама.

Он указал на стопку пластинок на полке под граммофоном.

В следующий час она включала их по очереди и не могла нарадоваться на удивительный прибор. Сэр Томас же уселся в кресло и слушал. Теперь Марианна могла видеть его лицо, оно было непроницаемо, словно он скрывал от нее свои истинные чувства, но невозможно было не заметить, как оно разглаживалось от звуков той или иной композиции. А порой он закрывал глаза, отдаваясь полностью звучанию мелодии. И Марианна искренне восхищалась силой музыки, которая смогла повлиять даже на такого человека.

Наконец, когда очередная пластинка закончилась, он подошел к Марианне и сказал:

– На сегодня хватит. Теперь я хотел бы послушать, как ты играешь.

– Я? С чего вы взяли, что я играю? – пыталась отвертеться она.

– Видел, как ты поглядывала на рояль, – снова скривился он в улыбке.

– Я просто думала… может быть, вы сыграете?

– Я не играю, – отрезал он.

Марианна снова вспомнила свои первые мысли по поводу рояля как предмета обстановки.

– Тогда зачем вам такой чудесный инструмент? – поинтересовалась она.

– Это был подарок, – он чуть нахмурился, словно вспоминать об этом было неприятно.

– Подарок? Вам подарили рояль? – изумилась Марианна.

Кому в здравом уме придет в голову дарить джентльмену, да еще с его интересами, музыкальный инструмент?

– Нет, я купил его, но не смог подарить.

– Почему?

Сэр Томас ухмыльнулся и прошествовал до рояля.

– Нет, Марианна, я все же уговорю тебя сыграть, и твои расспросы меня не отвлекут!

Но она вдруг поняла, что совсем не против опробовать инструмент. Он понравился ей с первого взгляда, а теперь ей дали полный карт-бланш. Жеманство здесь уже излишне.

– Хорошо.

Они позвали горничную, которая стерла пыль, и Марианна уселась, едва касаясь клавиш кончиками пальцев.

– Что вам сыграть?

– На твой вкус, – бросил он и отправился занимать свое место в кресле.

Марианна закусила губу. На ум как назло ничего не шло. Но потом она вспомнила произведение, которое ее учитель заставлял ее разучивать целый год. «Вокализ» Рахманинова даже не был написан для фортепиано! Марианна терпеть его не могла. Но, пожалуй, сейчас его пронзительная красота как нельзя лучше оттенит ее чувства.

И руки сами собой запорхали по клавишам, повторяя разученные до тошноты ноты. Но почему-то на этот раз звуки не были механическим повторением. Они щекотали кончики пальцев, отзывались в теле и вели за собой. Они дарили грусть, волнение, напряжение и освобождение… Марианна чувствовала мелодию всем существом, словно доставала ее не из глубин памяти, а из собственной души.

Завершив игру, Марианна взглянула на своего единственного слушателя. Но оказалось, что он был не один. В дверях гостиной толпились слуги: и бойкая Мейбл, и запуганная Марта, и дворецкий Гордон и, кажется, даже экономка. В глазах у них читались разные эмоции, но почти у всех блестели слезы.

Сэр Томас поднялся с места, и слуги тут же испарились, а он подошел к Марианне и сказал:

– Это было чудесно! Спасибо.

Не прибавив больше ничего, он вышел. А Марианна аккуратно закрыла крышку рояля, не в силах отделаться от мысли, что никогда еще так хорошо не играла, будто все случившееся обострило чувства до предела и вывело ее музыкальный талант на новый уровень. Или же дело в инструменте? В любом случае она обязательно сыграет еще.

Глава 5. Не забывай

Следующие дни прошли без происшествий, они сменились следующими и принялись складываться в недели. Сэр Томас редко появлялся в доме. О том, чем он может заниматься в городе, Марианне думать не хотелось. Она делала вид, что смирилась со своей участью, и проводила время в телефонных разговорах с Натали или Тиной, гуляла в саду или слушала музыку в гостиной. По вечерам сэр Томас просил ее сыграть, и рояль оживал под ее пальцами. Марианна исполняла не только классические композиции, она неплохо пела, и в ход шли современные романсы, печальные военные песни и даже веселые куплеты.

И все-таки никогда ещё лето не тянулось для Марианны так долго. Обычно она проводила июнь на дружеских пикниках или катаясь по реке на лодках. В июле её семья уезжала из города в деревню. Двоюродный брат отца, которого они звали дядюшкой, жил в Венте. Он держал лошадей. Марианна и Тина катались верхом по его обширным владениям. Кроме того, он часто устраивал танцы, приглашая всех соседей, чтобы юные племянницы не скучали. Местные кавалеры восхищались их красотой и утонченностью. Ах, Марианна обожала лето!

Но сейчас всё эти удовольствия были ей недоступны. Приезжать к ней мог лишь отец, Натали сэр Томас приказал не пускать из-за истории со снотворным, а Тина слишком боялась хозяина дома. Отец тоже его не жаловал. Он приезжал, когда сэра Томаса не было, или не входил в дом. Если же им случалось встретиться, то они обменивались лишь холодными кивками. Остальные знакомые Марианны думали, что она уехала к дяде.

Очень скоро Марианна знала наперечет всех слуг, у сэра Томаса их было удивительно мало. Мейбл охотно рассказала о кухарке, миссис Трент и ее дочери, которых Марианна даже не видела, но заранее была им благодарна за превосходную стряпню. Так же она узнала, что пожилой дворецкий Гордон заодно выполняет обязанности камердинера. За домом следила экономка, миссис Паркер, за глаза слуги называли ее миссис Поукер². Она была худой и прямой, как кочерга, а еще очень строгой. Даже Марианна побаивалась ее и старалась избегать. К счастью, миссис Паркер всегда бывала занята и встретить ее случайно было почти невозможно.

Горничных было всего две: Мейбл и Марта. Марианну удивляло, что эти девушки отличались, как небо и земля. Мейбл быстро и ловко управлялась с работой, лучилась жизнерадостностью и любила поболтать. Сэра Томаса она не боялась и, бывало, даже шутила с ним. Худосочная и тихая Марта, напротив, была очень нервной, всегда ходила в наглухо застегнутом платье, едва дышала рядом с хозяином, и у неё часто все валилось из рук.

Марианна наблюдала однажды за обедом, как сэр Томас попросил Марту подать ему соус, а она пролила его прямо ему на рубашку. Сэр Томас вскочил. Он глянул на Марианну и процедил Марте сквозь зубы:

– Неси чистую! Сейчас же!

Он ушёл переодеваться, а Марианна подумала, как Марте повезло, что она здесь. Кто знает, что хотел сделать сэр Томас на самом деле? Возможно, что он бьет служанку, оттого она такая перепуганная.

Беседы Марианны и сэра Томаса за столом отдавали официальностью за версту. Лишь изредка удавалось им обнаружить тему, интересную обоим, в другое время они ограничивались обсуждением погоды или поданных блюд.

Марианна считала сэра Томаса слишком приземленным для разговоров об искусстве, которые велись у неё дома. Она сомневалась, что сэр Томас бывает в театре или галерее, поэтому помалкивала.

Пару раз сэр Томас пытался обсудить с Марианной технические новинки. Когда разговор зашёл про путешествия, он стал рассказывать об устройстве паровоза. Марианна слушала его из вежливости, но не удержавшись, зевнула. И он тут же умолк.

Лишь одна тема еще могла объединить их: музыка. Но было приятнее о ней не говорить, а слушать ее. Сэр Томас приносил новые пластинки, и Марианна не могла устоять, чтобы не присоединиться к нему в гостиной. Если же она сама играла на рояле или пела, он всегда хвалил ее, восхищался ее голосом и умением. Марианна считала это грубой лестью, но ей все равно было приятно. А когда хозяина не было дома, Марианна часто включала граммофон и танцевала.

Сэр Томас поражал Марианну своим безразличием. Он не пытался ухаживать за ней, не сыпал комплиментами или подарками. Его манера общения была сдержанно-вежливой. Можно было решить, что Марианна действительно лишь его гостья, приехавшая на время в город, которой он любезно предоставил жилье. Она видела две причины для такого поведения: либо он самоуверен настолько, что считал, будто Марианне достаточно и того для влюбленности, либо он что-то замышлял и усыплял ее бдительность.

Но сама она пока опасалась что-то предпринимать и ужасно скучала.

***

В один из таких скучных дней в начале июля к сэру Томасу вновь приехал какой-то джентльмен, и Марианна отсиживалась у себя. Мейбл подала ей ужин в комнату, но после еды заняться было решительно нечем. Когда Марианна, глядя на свои книжные запасы, уже пыталась решить, чего же ей хочется больше: умереть от скуки над «Красным и черным» или повеситься после «Грозового перевала», снизу донеслась музыка. Марианна рассердилась. Почему она должна тут скучать, пока мужчины развлекаются вовсю!

Ей хотелось спуститься вниз немедленно. В конце концов, ее компания должна джентльменам только льстить! Но все же она еще опасалась навлечь на себя гнев сэра Томаса и дождалась, когда к дому подъехал черный кабриолет и забрал гостя. Лишь тогда она вышла из комнаты.

Музыка все еще играла. В столовой Марта убирала остатки закусок со стола. А в гостиной никого не было. Там царил полумрак. Горела только лампа на одном из столиков. Рядом стояли тарелки с недоеденными закусками и пустые винные бутылки. Двери на веранду были распахнуты настежь и легкие занавески колыхались от теплого летнего ветра.

Марианна подошла к дивану. Внезапно она поняла, что играет «Вокализ». Неужели сэр Томас нарочно раздобыл пластинку для нее? Но как вышло, что она спустилась ровно в то время, когда он ее включил?

И вновь, как и каждый раз, сложная, многогранная мелодия вызвала у Марианны смешанные чувства: грусть, томление, невнятный намек. Марианна и сама исполняла ее каждый раз по-разному. Сейчас в ней слышалась щемящая сердце печаль.

Пластинка закончилась.

Вообще-то уже пора было спать. Гость сэра Томаса уехал поздно, время шло к полуночи. Но Марианна не хотела ложиться. Она прошла по темной гостиной прямо к роялю и задумчиво провела по нему рукой. Сквозняк всколыхнул тонкие занавески. На секунду Марианна бросила взгляд в окно. И вздрогнула.

В проеме за занавесками безмолвным привидением стоял сэр Томас и смотрел на неё. Видимо, он сидел на веранде, и она его не заметила. В лунном свете он выглядел пугающе: его черты заострились, глаза казались темными провалами, а поза – чересчур неподвижной.

– Я помешала вам, сэр? – спросила Марианна, справившись с испугом.

Сэр Томас приподнял подбородок, прогоняя жуткий образ, и шагнул в комнату. Марианна увидела у него в руке бокал с вином.

– Нет… нет, я рад, что ты пришла, – он отвел взгляд и стал аккуратно обходить рояль и её. Походка его была странно замедлена. Похоже, он пьян!

Он остановился у кресла напротив Марианны. Наклонившись, достал бутылку с пола и долил вина себе в бокал.

– Могу я предложить тебе вина, моя милая дорогая Марианна? – насмешливо сказал он и улыбнулся своей хищной улыбкой.

Никогда он не называл её «милой» и «дорогой», и эта фамильярность заставила ее сердце забиться в волнении. К тому же его улыбка так и говорила: «Вот ты и попалась, моя милая дорогая Марианна!»

Она не боялась сэра Томаса при свете дня, он держал слово и не переходил границы приличий. Но в полутемной гостиной под влиянием выпивки кто знает, на что он был способен?

Марианна угодила в ловушку: теперь, чтобы выйти из комнаты, ей нужно было проскользнуть мимо него.

– Нет, благодарю вас, – ответила она.

Улыбка сэра Томаса угасла. Он спрятал бутылку обратно и сделал глоток из бокала. Затем посмотрел на Марианну, прищурившись. Она никогда не могла понять этого его взгляда. И вдруг он неторопливо, шаг за шагом стал приближаться к ней, не сводя с неё глаз.

– Уже поздно, я, пожалуй, пойду, – неуверенно произнесла она, но не сдвинулась с места. Ей казалось, что стоит пошевельнуться – он набросится на неё. Сердце колотилось как безумное.

Подойдя к ней почти вплотную, он, так же молчаливо, остановился. Хитрый прищур исчез. На короткий миг лицо сэра Томаса разгладилось, будто он перестал что-то из себя изображать. И в тусклом свете лампы вместо хищного выражения Марианна увидела в его глазах бесконечную тоску, скрывающую неизвестную ей боль.

– Моя милая дорогая Марианна… – тихо и задумчиво повторил сэр Томас, глядя ей в глаза.

Он протянул руку и коснулся её руки, нежно проведя по коже подушечками пальцев. От прикосновения Марианна очнулась. Он заворожил её, как удав кролика. Но она не позволит себя проглотить!

Убрав руку за спину, Марианна произнесла первое, что пришло на ум:

– Может быть, я вам сыграю?

Сэр Томас закрыл глаза и опустил голову, как будто она была солнцем, на которое ему стало больно смотреть. Затем открыл их и произнес:

– Да, сыграй.

Он медленно отошёл, и Марианна вновь смогла дышать.

– Ты знаешь «Не забывай»? – глядя в сторону, бросил он.

Пытаясь успокоить сердце и дыхание, Марианна села за инструмент.

«Не забывай» она, конечно, знала. Это был популярный романс о молодом парне, который ушел на войну и там погиб. Почему сэр Томас выбрал его? Она взглянула на него.

Марианна думала, что он снова сядет в кресло, как обычно. Но сэр Томас подошел к роялю и положил на него одну руку. Держа во второй бокал, он сделал ещё глоток вина.

Его близость выбивала Марианну из колеи. Весь этот вечер казался неправильным и непривычным. И оттого окончание его тоже было непредсказуемо.

Дрогнувшими пальцами открыв крышку, Марианна глубоко вздохнула, чтобы вернуть себе уверенность. Сэр Томас молча ждал.

Она коснулась клавиш и запела:

Уходит мой корабль вдаль,

Махни платочком на прощание.

Не забывай, не забывай

Наше последнее свиданье.

Не забывай, не забывай

Наше последнее свиданье.

Я не вернусь, я это знал.

Надет мундир и реют флаги,

Но помни, как тебе я дал

Свою любовную присягу.

Но помни, как тебе я дал

Свою любовную присягу.

Пусть бьются волны о корму,

И на причале слезы льются,

Меня забудешь – я пойму,

Но не смогу назад вернуться.

Меня забудешь – я пойму,

Но не смогу назад вернуться.

Там будут пули воздух жечь,

Там будет грязь мешаться с кровью,

И мне захочется прилечь

У пулемета в изголовье.

И мне захочется прилечь

У пулемета в изголовье.

И я увижу неба край,

И он рассыплется на части…

Не забывай, не забывай

Из-за тебя я верил в счастье.

Не забывай, не забывай

Из-за тебя я верил в счастье.

Окончив пение, Марианна посмотрела на сэра Томаса.

Сжимая в руке бокал, он застыл в оглушающей после звуков рояля тишине. Взгляд его был устремлен в пространство.

Марианна закрыла крышку и вдруг услышала его печальный голос:

– Если бы ты знала, Марианна, как я одинок…

Она мысленно фыркнула. Такой банальности она от него не ожидала! Будет сетовать на свою тяжелую судьбу, чтобы она ему посочувствовала? Как ее план со снотворным в бокале был виден ему насквозь, так и ей такой его ход показался очевидным. Марианна встала.

– Одиноки? А как же ваш гарем?

Сэр Томас перевёл на неё взгляд и вместо ответа вдруг засмеялся. Его смех превратился в хохот, стал диким и неестественным. К нему не хотелось присоединиться, от него у Марианны мурашки побежали по спине. Она мечтала оказаться как можно дальше отсюда. Зря она это сказала! Нельзя заводить эту тему!

Марианна сделала шаг, чтобы уйти. Прекратив веселиться, сэр Томас одним глотком осушил бокал и поставил его на рояль.

– Пойдём, Марианна. Уже поздно, я провожу тебя.

– Куда? – испугалась она.

– В твою комнату.

– Спасибо, сэр, – голос предательски дрогнул. – Но это лишнее. Я сама прекрасно дойду.

Он вновь впился в нее глазами. Она испугалась, что он станет настаивать.

Но сэр Томас вмиг погрустнел, слегка покачнулся и сказал хрипло:

– Да, разумеется. Спокойной ночи!

Чувствуя кожей его взгляд, от которого негде было укрыться, Марианна прошла мимо и выскочила из комнаты. Оказавшись на втором этаже, она обернулась. Ей все еще казалось, что сэр Томас следит за ней, провожает взглядом. Но никто ее не преследовал, коридоры были пустынны. Она выдохнула.

В своей комнате Марианна заперла дверь на ключ. Надо убираться отсюда и как можно скорее!

Глава 6. Альфред

Марианна очень скоро поняла, что на самом деле ей нравится особняк сэра Томаса. Он был куда больше дома ее отца и куда лучше обустроен. Ей нравились упругие ковры в коридорах, изящные картины на стенах и добротная мебель. Она восхищалась удобным расположением комнат, большой ванной, уютной верандой, где с наступлением жары она частенько завтракала. Марианна любила спускаться по широкой лестнице со второго этажа, проводя рукой по теплым дубовым перилам, точно принцесса в собственном замке. Единственное, что портило дом – это его хозяин.

Но, как ни странно, кабинет сэра Томаса тоже полюбился Марианне. Когда лорд Вудсток уезжал, она порой наведывалась туда. Марианна старалась ничего не трогать, но сам вид письменного стола и книжных полок внушал умиротворение. Здесь словно был какой-то свой мир, недоступный ей, но притягательный.

А вот сад, напротив, ее настораживал. Она гуляла среди деревьев перед домом, но никогда не заходила за дом, где раскинулся настоящий лес. Сперва она побаивалась того, что может там найти, а потом привыкла к одному маршруту.

Но однажды, спустя месяц, как она поселилась у сэра Томаса, Марианна прогуливалась перед ужином. Стояла прекрасная погода. Жаркое июльское солнце к вечеру стало нежнее. Марианна вдыхала ароматы цветов и трав, пока шла по прямой, как стрела, садовой дорожке и завидовала Тине, которая звонила недавно и рассказала, что завтра едет кататься на лодках с друзьями.

Вдруг Марианна увидела садовника. Он вышел из-за дома с секатором и направился к кустам у дорожки. И Марианне вдруг пришло в голову, что она еще ни разу не заходила в парк за особняком. Она вспомнила про свой план заставить сэра Томаса ее выгнать. Вдруг то, что там скрывается, поможет ей против него? Несмотря на жару, по спине Марианны пробежал холодок. Она сжала пальцами складки юбки, а затем, изображая продолжение прогулки, двинулась за угол особняка.

Мощеная дорожка огибала дом на небольшом расстоянии. Слева шли кусты роз с яркими розовыми цветами, дарящими свой сладкий аромат. Но Марианна высматривала возможность сойти с тропы и углубиться в буйно заросший парк. И такой случай вскоре представился. Дорожка привела к резной беседке, от нее расходилось несколько тропинок. Марианна выбрала самую неухоженную и отправилась по ней, затаив дыхание от страха.

Здесь росли высокие старые деревья, а вовсе не те аккуратные деревца, что были высажены с другой стороны дома. Траву давно не косили, но не настолько, чтобы она была слишком высокой – похоже, сюда тоже захаживал садовник. И все-таки Марианне казалось, что она словно заглянула за фасад жизни сэра Томаса, и ее не должно здесь быть. Она шла еще минут десять, но ей они показались часом. В каждом шелесте, треске или птичьем крике слышалась угроза. Нервы были напряжены до предела, ладони вспотели. Но ничего подозрительного на пути не попадалось. Ни рабских могил, ни тайного особняка с гаремом, ни логова бандитов. Марианна сама не знала, что хочет найти, но слишком уж подозрительно для злодея иметь заросший парк за домом и ничего в нем не прятать.

«А если и правда ничего нет?» – промелькнуло у Марианны. В конце концов она ничего не потеряла, лишь совершила небольшую прогулку.

Вдруг за деревьями мелькнула какая-то постройка. Так-так! А вот и логово монстра! Марианна подошла ближе. Дорожка вывела ее к небольшому зданию с покатой крышей, похожему на гараж. Но настоящий гараж остался позади. Он располагался слева от особняка, чтобы удобно было подавать хозяину машину. По этой узкой тропе автомобиль не проедет!

Марианна затаила дыхание и подошла к двери. Из «гаража» не доносилось ни звука. А вдруг сэр Томас кого-нибудь держит там? Марианну передернуло. Пересилив себя, она протянула руку и толкнула дверь.

И она открылась! Плавно и бесшумно, будто только того и ждала. Марианна выдохнула, затем набрала побольше воздуха и вошла.

В помещении горело электричество. С потока свисали две лампы на гибких шнурах. В центре на грубом бетонном полу стояли два широких стола, а вдоль стен тянулись полки. И все поверхности занимали самые разные приборы и приспособления: напольные часы разных видов, сломанная пишущая машинка, какие-то детали, шестеренки, непонятные стальные конструкции, канистры и банки с острыми запахами, мотки проволоки, инструменты, деревяшки и лампочки. Столы тоже были завалены хламом, с краю Марианна увидела какую-то штуку с торчащими проводами. Она сделала шаг ближе, но тут же отшатнулась, заметив, что в «гараже» кто-то был!

– Сэр Томас? – робко позвала она, голос не слушался, приборы напугали ее не меньше, чем если бы она нашла кладбище. Зачем они сэру Томасу? Что за жуткие орудия пыток он тут мастерит?

Из-за высокой подставки с какими-то колбами вышел мужчина, но вовсе не сэр Томас.

Марианна сделала еще шаг к двери. Незнакомец протирал грязной тряпкой какую-то железку.

– Здравствуйте, мисс! – преспокойно сказал он.

Теперь бегство показалось Марианне позорным. В конце концов, она просто гуляла.

– Кто вы и что здесь делаете? – она старалась, чтобы голос прозвучал уверенно, будто она имеет право задавать такие вопросы.

– Я Альфред, шофер сэра Томаса, – широко улыбнулся он. – Вы меня не запомнили?

Она сглотнула. Он был прав. Теперь она припомнила, что видела его, но не интересовалась ни им самим, ни его именем.

– И что это за место?

– Это мастерская сэра Томаса. Он просил меня здесь прибрать.

И хотя он не сказал ничего нового, ведь о том, что это мастерская, Марианна и сама догадалась, от его спокойного тона и дружелюбной улыбки ей стало спокойнее.

Она подошла к столу и взглянула на штуку с проводами.

– И зачем ему мастерская? Что он тут мастерит? – повела плечом Марианна.

– Он интересуется радио и передачей звуков на расстоянии, – охотно пояснил Альфред.

Он положил свою железку и приблизился. Марианна ощутила аромат бензина и машинного масла. Рукава рабочей рубашки шофера были закатаны, а кудрявые волосы – взлохмачены. Но после вечно идеально выглаженного сэра Томаса Марианну порадовал такой образ.

– Вот, поглядите, – Альфред соединил какие-то проводки, а затем что-то покрутил. Из прибора раздалось шипение и свист, а затем шуршащий голос запел.

Марианна даже рот открыла.

– Это вроде граммофона?

– Это радио, – гордо сказал парень, будто сам его изобрел.

Пение прекратилось.

– Как это работает? – поражалась Марианна.

– Специальный передатчик передает звук по воздуху, а этот прибор его ловит, – Альфред снова подергал какие-то провода, но на этот раз вместо музыки слышалось лишь шуршание.

– И ты тоже в этом разбираешься?

Марианна не смогла удержаться от желания прикоснуться к парню и ткнула пальцем будто бы в провод, а вышло – в его руку.

– Да, я хороший механик! – заявил он. – Если бы знал, что вы придете, показал бы вам свои чудо-часы.

– Чудо-часы?

Он принялся рассказывать о своем изобретении, а Марианна не сводила глаз с его пухлых губ. Как он хорош собой! Почему она не заметила его, когда он возил их с сэром Томасом? Ах да, она же была поглощена мыслями о главном бандите города и волновалась за судьбу сестры. Зато теперь они разговаривают здесь совсем одни.

Эта мысль смутила Марианну, ей стало неловко.

– Думаю, мне пора идти, – сказала она, перебив Альфреда.

– Да, простите… – тоже смутился он. – Мои объяснения вас утомили. Давайте я провожу вас к дому!

– Что вы, нисколько не утомили! – заверила она. – Но уже должны были подать ужин, я ведь вышла на пару минут, не рассчитывала на долгую прогулку.

Они вышли из мастерской, и Альфред повесил на дверь большой амбарный замок.

– Смазал петли, теперь идет хорошо! – сказал он.

Марианна понятия не имела, о чем речь. Но в голове настойчиво крутилась мысль, что она хочет увидеть его снова.

– Может быть, ты все же покажешь мне свои часы в другой раз? – спросила она, когда они уже шагали по тропе.

Альфред взглянул на нее, но Марианна смотрела вперед, чтобы не споткнуться о какой-нибудь корень.

– Я был бы рад, – наконец ответил он. – Приходите в мастерскую завтра вечером. Днем я буду возить сэра Томаса по делам, а после ужина – совершенно свободен.

После ужина! Стоит ли ей встречаться с ним так поздно? Уж не понял ли он превратно ее предложение? Конечно, он лишь шофер, но знает ли он, кто она?

– Леди неприлично гулять в такое время, – заметила она.

Альфред поразмыслил, отодвинув перед ней низко склонившуюся ветку сирени.

– Тогда приходите утром. Завтра сэр Томас будет писать письма до десяти, а я буду в мастерской.

Марианна свернула с тропы на мощеную дорожку и обернулась, взмахнув ресницами.

– Может, и приду. Спасибо, что проводил, Альфред.

И не дожидаясь ответа, быстро пошла прочь.

***

Очень скоро встречи с Альфредом стали регулярными. Он умел рассказывать обо всем на свете так, что это казалось приключением. Показывал ей разную технику, говорил об автомобилях. Она сказала ему, что она дальняя родственница и гостит у сэра Томаса. Он сказал, что приехал из большого города, где работал на заводе.

Они встречались в мастерской или в гараже в те дни, когда сэр Томас оставлял шофера дома. Про себя Марианна отмечала, когда это случалось. Почему он ездит в город один, не доверяя даже шоферу? Поначалу даже пыталась что-нибудь выведать у Альфреда.

– Фредди, скажи, куда ты возишь сэра Томаса почти каждый день? – невинно интересовалась она, пока он смазывал какие-то железки на столе.

– Так знамо дело – в джентльменский клуб, – ответил он.

Марианна едва не хлопнула себя по лбу. Как она сама не догадалась! Видно, сэр Томас представлялся ей настолько мифическим существом, что не мог жить, как обычные люди.

– И что за клуб?

– А зачем вам? – вдруг насторожился он, взглянув на нее.

– Просто хочу узнать о нем больше, – повела она плечами. – Он такой скрытный!

Альфред неспешно вытер руки ветошью, достал из кармана сигарету и тогда лишь ответил:

– Конечно, он богач, но, может, неспроста он до сих пор не женат.

Марианна несколько раз растерянно моргнула, прежде чем поняла, что он имел в виду.

– Я вовсе не хочу за него замуж!

– Ну конечно, – в голосе Альфреда сквозило недоверие.

– Не смей мне говорить эти глупости! – рассердилась Марианна и собралась уйти.

Но он остановил ее и долго извинялся. Тогда она стала задавать вопросы осторожнее.

***

Марианна убеждала себя, что во встречах с Альфредом не было ничего предосудительного. Конечно, он всегда старался ее приобнять или взять за руку, но больше этого она не позволяла. Она сводила все к шутке и выворачивалась из объятий, наслаждаясь восхищенным блеском в его глазах. Здесь она могла быть хозяйкой положения, ведь как-никак Альфред – всего лишь слуга.

Однажды душным июльским вечером Альфред заливал масло в автомобиль сэра Томаса. Марианна ходила рядом, делая вид, что разглядывает инструменты. На самом деле она любовалась перекатывающимися мускулами под рубашкой шофера.

Гараж был переоборудован из конюшни, ещё недавно сэр Томас держал здесь лошадей. Теперь же помещение представляло собой причудливую смесь: запасные шины, металлические канистры с бензином и маслом, инструменты и запчасти соседствовали со сбруями, щетками, старыми подковами и ошметками сена по углам. На вбитых в стену гвоздях висела пара гаечных ключей и хлыст для лошадей. И среди всего этого разномастья стоял шикарный черный автомобиль сэра Томаса последней модели.

Марианна прошлась перед Альфредом туда-сюда, обмахиваясь веером.

– А чем бы ты хотел заниматься в жизни, Фредди? – спросила она.

– Так я и занимаюсь. Я же шофер! – удивился он, подняв на нее глаза.

Довольная, что привлекла его внимание, Марианна продолжала:

– Нет, я имею ввиду: у тебя есть цель? Неужели ты хочешь всю жизнь разъезжать по делам сэра Томаса?

Альфред захлопнул капот и вытер лоб грязноватым платком. Затем вновь посмотрел на Марианну.

– Вообще хочу автомобили продавать. Мой друг держит автомастерскую. Покупаешь старый ржавый кабриолет – хорошее масло, немного краски, неразбавленный бензин и – вуаля! Цена повышается вдвое! Главное, чтобы ржавчина не вскрылась слишком быстро.

Марианна открыла рот.

– Но это же обман!

– Обман? Но ведь автомобиль и правда лучше становится! Всё по-честному! А если перебрать мотор и заменить свечи… – он бросил взгляд на ее скучающее лицо. – Впрочем, не стоит забивать вашу прелестную головку такой чепухой!

Она улыбнулась и подошла ближе. Альфред взял ее за руку.

– Вы такая красивая!

Он смотрел ей в глаза, и сердце её таяло. Почему жизнь так несправедлива? Почему он не один из ее поклонников, и они не на пикнике, скрытые от глаз друзей за розовым кустом… и все же, когда он наклонился, Марианна не вырвалась со смехом, а позволила себя поцеловать.

Его руки мягко заскользили по спине, и Марианне показалось, что она не может дышать, по телу побежали сладостные мурашки.

– Я не за это плачу тебе, Альфред! – раздался рядом ледяной голос, разом вырвав из приятного тумана.

Они отпрыгнули друг от друга. Сэр Томас застыл в дверях гаража. Ярость без труда читалась на его лице.

– Я… Кхм… Извините, сэр… Мне очень жаль… – бормотал шофер.

Марианна поначалу испытала настоящий ужас. Но показывать его было не в ее правилах. Подняв свой веер, чтобы прикрыть пытающие щеки, она надменно произнесла:

– Добрый вечер, сэр Томас!

– Развлекаешься, я вижу? – парировал он, глаза его сузились до злобных щелок. Он взглянул на Альфреда: – Ты уволен!

– Нет, сэр! Прошу вас! Это не то, что вы…

Серые глаза снова впились в Марианну.

– А с тобой я бы хотел поговорить наедине. Прогуляемся?

Даже в этом невинном предложении сквозил приказ.

Марианна подняла подбородок, чтобы сказать что-нибудь резкое. Но Альфред вдруг произнёс:

– Мисс Марианна, скажите, что между нами ничего не было! Это больше не повторится! Позвольте мне остаться!

Ее Фредди выглядел теперь таким жалким. Особенно перед появившимся на лице сэра Томаса надменным безразличием. Марианне стало еще больше стыдно за поцелуй. Как она могла опуститься до интрижки с шофером? Она ничего не ответила, а, продолжая использовать веер как щит, подошла к сэру Томасу.

– Пожалуйста, позвольте мне остаться! – не дождавшись поддержки от Марианны, повторил Альфред.

– Я не меняю своих решений! – бросил сэр Томас, даже не глядя на него.

Он предложил руку Марианне. Она сама не заметила, как уже шла с ним по садовой дорожке.

Неимоверным усилием воли Марианна постаралась отбросить мысли об Альфреде и своем позоре и сосредоточиться на подлости сэра Томаса.

– Опять в подвал меня потащите, сэр? – сказала она.

– С твоей стороны очень некрасиво крутить роман в моем доме, – прошипел он.

– Почему же? Об этом в нашем соглашении не было сказано ни слова!

– Ты ставишь меня в неловкое положение перед твоим отцом. Он решит, что я тебя обесчестил, а это был какой-то шофер.

Марианна вспыхнула и вырвала руку.

– Да как вы смеете! Как у вас язык повернулся…

– Повернулся, – в его голосе вновь проскользнула ярость. – Из-за тебя я лишился хорошего механика!

Бросив на него полный ненависти взгляд, она подхватила юбку и побежала в дом.

Глава 7. Пирог и радио

Марианна влетела в свою комнату, кипя от гнева, и закрыла дверь на замок. Она даже не знала, на кого рассердилась сильнее: на сэра Томаса, Альфреда или на себя. И это злило ещё больше!

Как она могла вести себя так глупо и наивно! Позволила какому-то шоферу затмить ей разум! Как можно было забыть об осторожности и так унизительно попасться!

А Альфред! Тоже хорош, нечего сказать! Вскружил ей голову, а когда их поймали, сразу – я больше не буду, сэр Томас! Выходит, она для него ничего не значила! Работа у Вудстока важнее!

Ну и сэр Томас. Ведь мог бы проявить такт, вежливость, хоть каплю деликатности! Но нет! Нужно было отчитать их, как малых детей!

Марианна упала на кровать и закрыла лицо руками. Накатили незваные слезы. Она не хотела плакать, но внутри все разрывалось от боли и унижения.

Ей казалось, что прошёл не один час, пока она рыдала, уткнувшись в подушку, и тихо всхлипывала. Когда стало немного легче, Марианна встала и пошла умыться. Холодная вода немного помогла, но смотреть на своё отражение не было сил. Марианна вернулась в комнату, но тут услышала тихий стук в дверь.

– Кто там? – зло бросила она.

– Мейбл, мисс! Я принесла вам горячего молока.

– Я не хочу! Поди прочь!

Дождавшись удаляющихся шагов за дверью, Марианна сердито разворошила постель, переоделась в ночную сорочку и легла. Сон пришёл быстро, но был неспокойным.

Марианне снилось, что она идет по парку за домом в душный и жаркий полдень, и даже тень деревьев не спасает от жары. Впереди маячит здание мастерской, но ей никак не удается до него добраться.

– Альфред! – кричит Марианна. – Фредди!

Но вместо этого слышит лишь злой голос сэра Томаса:

– Из-за тебя я лишился механика!

Марианна проснулась в холодном поту. Рассвет еще только занимался. Она встала и, подойдя к окну, отдернула штору. Небо медленно наливалось золотом. Пелена низких облаков подрумянивалась с одного бока и вдруг вспыхнула. Солнечный край показался из-за горизонта, съеденного крышами домов и деревьями.

Это волшебное зрелище успокоило Марианну. Она легла в постель и снова уснула.

***

Кто-то вновь стучал в дверь, негромко, но настойчиво. Марианна нехотя открыла глаза, а потом вспомнила вчерашние события, и утро стало вовсе невыносимым. Поднявшись, она подошла к двери.

– Кто там?

– М-марта, мисс, – последовал ответ. – Завтрак подан. Сэр Томас вас ждет.

Но одна мысль сидеть с ним за столом и видеть его насмешливый взгляд скручивала в животе узел и лишала аппетита.

– Я не выйду, пока сэр Томас не уедет! – заявила Марианна.

– Но мисс…

– Никаких «но»! Доложишь мне, когда он уйдет!

– Но он не уйдет…

– Что?

– Сэр Томас сказал, что без шофера никуда не поедет и останется сегодня дома, – робко продолжила Марта.

– Тогда я не выйду до завтра! – рассердилась Марианна и отправилась одеваться.

Ни за что она не станет больше все это терпеть! Пусть отправляет ее домой, или она умрет от голода!

Она уже с час читала книгу за столом, когда вновь раздался стук в дверь – на этот раз сильный и громкий.

– Марианна!

Поджав губы, Марианна смолчала.

– Открой дверь, или я вышибу ее!

Она вскочила и сжала кулаки.

– Только попробуйте! Не смейте входить ко мне!

– Значит, ты жива? – раздался насмешливый голос. – Тогда выйди, нам нужно поговорить.

– Нет!

Даже через дверь она услышала тяжелый вздох.

– Хотя бы объясни, что происходит.

– Происходит то, что я не желаю больше видеть вашу надменную рожу и не возьму в рот ни крошки в вашем доме! Или я умру голодной смертью, или вы отпустите меня домой!

– Такие страсти из-за шофера! Он того не стоит.

На этот раз она промолчала.

– Что ж, надеюсь, к ужину ты проголодаешься, – бросил он и ушел.

Марианна долго стояла, вслушиваясь в тишину за дверью под аккомпанемент пустого желудка. Но менять свое решение не собиралась.

***

– Марианна! – снова раздался требовательный голос за дверью перед ужином.

– Я выйду отсюда, только если сию минуту поеду домой! В вашем доме я есть не стану! – Марианна старалась, чтобы в голосе сохранялась решительность.

На самом деле при мысли о еде живот сводило и хотелось плакать.

– Смерть от голода довольна мучительна и портит цвет лица, – отозвался сэр Томас. – Выходи по-хорошему.

– Вы согласны отправить меня домой? – не сдавалась она.

– Нет.

– Тогда идите к черту!

В коридоре воцарилась зловещая тишина, а затем послышались шаги. И Марианна решила, что сэр Томас проследовал по названному адресу.

Вскоре снизу донеслись знакомые звуки музыки. Марианна только поджала губы. Нет, этот номер больше не пройдет! Пусть сам развлекается со своим граммофоном, а ее выманить не удастся. Она стоически стерпела все полтора часа, пока внизу сменялись пластинки, ожидая, что потом сэр Томас снова явится по ее душу.

Но он не пришёл. Марианна решила, что это к лучшему, потому что от голода готова была сдаться. Как быстро у нее закончились силы! Но сэр Томас не должен об этом узнать.

Марианна дождалась полуночи, когда уже могла быть уверена, что все спят, и выскользнула из комнаты. Она шла босиком, стараясь, чтобы не скрипнули половицы, затем спустилась по лестнице и повернула к кухне. В доме было темно, но бледный свет луны проникал сквозь шторы и позволял узнавать предметы. Марианна добралась до кухни и, глотая слюну, принялась разыскивать съестное. Большая кастрюля на плите оказалась пуста, в углу нашлась сырая картошка в ящике – не то, что требовалось. Наконец Марианна обнаружила на столе завернутый в полотенце пирог с печенью. Недолго думая, она отломила кусок и стала жевать. Пирог был сочным и свежим, испеченным совсем недавно, к ужину. Кажется, она в жизни не ела ничего вкуснее!

Марианна с наслаждением умяла кусок и отломила ещё.

И тут послышался какой-то шорох.

– Однако в моем доме крупные мыши! – раздался голос совсем рядом, и вспыхнул свет.

От неожиданности Марианна подпрыгнула, пирог вылетел у нее из рук, она с ужасом смотрела, как заветный кусок шлепается прямо на светло-серый жилет сэра Томаса, стоявшего позади неё.

Он тоже проследил взглядом этот эпический полёт и недоуменно уставился на кулинарный шедевр миссис Трент, теперь расползавшийся по его груди.

Марианна открыла рот, не находя слов. Сэр Томас тоже молчал. Пирог сполз ниже и, отвалившись, плюхнулся на пол.

От этого звука Марианна издала нервный смешок.

Сэр Томас поднял на нее глаза, но удержаться было невозможно – Марианна захохотала. А через секунду, к своему удивлению, услышала смех сэра Томаса. Он смеялся, согнувшись и держась за столешницу, словно боялся упасть.

На шум прибежали встрепанная миссис Трент и ее дочка. Марианна утирала слезы, а сэр Томас снова принял серьезный вид, велел прибрать и подать чаю в гостиную.

– С пирогом, – добавил он, покосившись на Марианну.

Она не знала, куда деваться от стыда, застигнутая в домашнем платье и без обуви на месте преступления. Но сэр Томас поманил ее за собой в гостиную, и она не посмела перечить. Там, рассевшись в креслах, они пили чай с пирогом.

Объяснять что-то не было никакого смысла. Сэр Томас тоже молчал, поглядывая на неё время от времени, пока потягивал из своей чашки чай.

– Спасибо, сэр, – наконец выдавила Марианна, собираясь уйти.

– Надеюсь, ты составишь мне компанию за завтраком? – как ни в чем не бывало поинтересовался он.

Марианна поняла, что снова проиграла, но почему-то сейчас ее это не расстроило.

– Да, конечно, – ответила она и отправилась к себе.

***

Сэр Томас действительно выгнал Альфреда. И на Марианну снова напала тоска. Следующие несколько дней она маялась от безделья и грусти. Наконец во время очередной прогулки ноги сами привели ее к мастерской.

Дверь была гостеприимно распахнута, что озадачило Марианну, ведь обычно там хозяйничал Альфред, а теперь его не было. Поддавшись мелькнувшей безумной надежде, она вошла внутрь и тут же об этом пожалела.

В свете лампочки над ближайшим столом склонялся сэр Томас. Он держал в руке какой-то инструмент и ковырялся им в том самом радио, которое показывал ей Альфред. Рукава белоснежной рубашки сэра Томаса были закатаны, лицо – сосредоточенно.

Марианна отступила назад, решив убраться, пока он ее не заметил, но как раз в этот момент сэр Томас поднял голову и взглянул прямо на нее.

Молчание затягивалось, но и уйти теперь, ничего не сказав, она не могла.

– Добрый день, – произнесла Марианна. – Простите, что помешала. Я забрела сюда случайно. Уже ухожу.

Она отвела глаза, но сэр Томас сказал:

– Вы с Альфредом встречались здесь?

Неопределенно мотнув головой, Марианна отошла еще на шаг.

– Постой!

Нехотя она замерла. Сэр Томас подошел к ней и сказал:

– Хорошо, что ты пришла. Мне нужно проверить работу радио. Ты можешь мне помочь?

Благодаря Альфреду Марианна уже знала кое-что о радио и, хотя помогать сэру Томасу не слишком хотела, растерянно кивнула. Он тоже кивнул и придвинул откуда-то стул к своему столу.

– Присядь.

Она заняла место.

– Придется подождать немного. Я скоро вернусь! – возбужденно заявил он и вышел из мастерской.

Марианна вздохнула. Надо было улизнуть под благовидным предлогом. Тем более, что ждать пришлось долго – четверть часа. Ей уже стало невыносимо скучно, когда сэр Томас наконец вернулся. Глаза его сверкали, а движения были порывистыми. Марианна никогда не видела его таким.

Он взялся за какую-то ручку на приборе, который был разложен на столе, и медленно повернул. Как и при прошлом знакомстве Марианны с радио сперва слышалось лишь шипение и шуршание, но сэр Томас продолжал крутить ручку, и вскоре в мастерскую полилась музыка.

Марианну таким было уже не удивить. Она взглянула на сэра Томаса. Он смотрел на нее, словно чего-то ожидая. Должно быть, восхищенных аханий. Но вдруг Марианна уловила, что из радио играет «Вокализ», и удивленно округлила глаза.

– Я поставил передатчик в гостиной, – сказал сэр Томас.

На его лице сияла улыбка. Не то насмешливое искривление рта, а самая настоящая счастливая улыбка. И Марианна тоже улыбнулась. Ей стало приятно, что он выбрал музыку специально для нее.

Он так и стоял рядом, пока пластинка возле передатчика не кончилась и все не смолкло. Затем повернул ручку обратно.

– Я… мне понравилось, – не сразу нашлась Марианна, поднимаясь со стула.

– Я думаю, что скоро радио будет в каждом доме, – заметил сэр Томас. – Спасибо за помощь!

– Я же ничего не сделала! – удивилась Марианна.

– Сделала! Ты разделила со мной важный момент. Я наконец доделал прибор и смог его продемонстрировать.

Она задумчиво поглядела на ручку, которую он крутил.

– Почему я вас ни разу здесь не встретила? Вы поручили свой прибор Альфреду?

Сэр Томас сразу посерьезнел и окинул помещение задумчивым взглядом.

– Нет, Альфред только поддерживал тут порядок. Радио собрал я сам. Но в последнее время у меня совершенно не хватало времени на мастерскую. И боюсь, еще долго не хватит.

Брови его нахмурились. Марианна не могла понять, в чем тут дело. Судя по всему, сэр Томас очень увлечен техникой, почему бы такому богачу не заниматься тем, что нравится, ведь ему не нужно беспокоиться о пропитании.

– Почему же? – спросила она.

Но он сделал вид, что ее не услышал, и принялся что-то переставлять на столе. Марианна бросила прощание и вышла из мастерской. На пороге она обернулась. Сэр Томас задумчиво стоял, уперевшись руками в край стола. Он выглядел грустным.

Марианна шла к дому медленно и не могла избавиться от мыслей, что с хозяином дома что-то не так. Неужели можно быть несчастным, если у тебя есть все – власть, богатство и даже чуточку больше? Чего не хватало сэру Томасу?

Глава 8. Враг

На следующий день Марианна была под впечатлением от вчерашней встречи в мастерской. Сэр Томас предстал перед ней в новом свете – увлеченного изобретателя, и ее заинтересовала эта его сторона.

Он с самого утра снова уехал по делам, а Марианна отправилась в его кабинет.

На этот раз она взглянула на книги иначе: справочники по физике и технике уже не казались частью коллекции, Марианна не сомневалась, что сэр Томас их читал. Она даже достала один толстый том и перелистала. Схемы, формулы, чертежи. Нет, сэр Томас не глупый богач, он явно образованный человек, если сумел во всем этом разобраться.

Марианна пробежала взглядом многочисленные корешки, и ее внимание привлекла толстая черная книга без названия.

Книга стояла на верхней полке, и Марианне пришлось встать на цыпочки, чтобы до нее дотянуться. Но когда ей удалось подцепить томик и наклонить к себе, что-то внутри полки щелкнуло и книжный шкаф неторопливо отъехал в сторону. Взгляду Марианны открылась ниша, из которой шло вбок ответвление узкого и низкого коридора. Марианна заморгала. Стоило бы вернуть все на место и убраться отсюда поскорее. Но любопытство пересилило. Она вошла в нишу и заглянула в коридор: там уходила вниз крутая и такая же узкая лестница.

Марианна обернулась и заметила в нише на стене небольшой рычаг. Конечно же она потянула за него! В следующий миг книжный шкаф пришел в движение и вернулся на место с тихим щелчком. Марианна оказалась в темноте тайного хода. Переведя дыхание, она снова подняла рычаг. Шкаф отодвинулся. Дышать стало легче.

Тогда Марианна приподняла юбки и осторожно принялась спускаться по лесенке. С каждым шагом ее поглощала темнота, но исследовательница утешала себя тем, что легко может вернуться назад в любой момент.

Лестница окончилась тупиком. Марианна едва не уперлась лбом в глухую стену. Но если есть вход – должен быть и выход. Она стала шарить руками по стене, в поисках нового рычага или чего-то подобного. И наконец нащупала переключатель, вроде тех, что включают электрические лампы в доме. Щелк – и стена отъехала в сторону, открывая узкий проход. Марианна выдохнула и вышла из хода. Здесь тоже не было окон и царила тьма. Но глаза уже привыкли, и Марианна разглядела койку и деревянные панели – она в подвале! Здесь запирал ее сэр Томас! И сюда ведет тайный ход! Вот это новость!

Марианна подошла к двери и толкнула ее. Дверь легко открылась, впустив в помещение свет. Послышались торопливые шаги вдали, миссис Трент на кухне что-то напевала, потянуло ароматом жаркого.

Марианна улыбнулась своей находке. Но теперь нужно было вернуть все на место.

Она закрыла дверь, снова вошла в потайной ход и щелкнула выключателем, возвращая стену на место. Затем поднялась по ступеням и оказалась в кабинете сэра Томаса. В тот же миг Марианна услышала шорох шин на подъездной дорожке. Сэр Томас вернулся раньше!

Она дернула толстую книгу, но книжный шкаф не шелохнулся. Марианна снова опустила ее и подняла, что-то скрипнуло, но проход оставался открыт.

Запаниковав, Марианна подошла к окну и бросила взгляд вниз. От автомобиля к дому шел сэр Томас. Отставая от него на шаг, рядом спешил худой и высокий человек в черном. Его лица Марианна видеть не могла из-за широкополой шляпы. Какова вероятность, что они идут в кабинет?

Марианна вернулась к шкафу, она снова и снова повторила манипуляции с книгой, затем толкнула шкаф плечом, но ничего не получалось. Тут взгляд ее упал на рычаг в нише. Ну конечно! Она скорее подошла и дернула его. Шкаф скрипнул и подвинулся. Марианна собралась спуститься и выйти из прохода внизу. Но с той стороны книжного шкафа послышались голоса. Сэр Томас привел своего спутника в кабинет.

Марианна затаила дыхание и придвинулась к шкафу. Только теперь она заметила узкую щелку, в которую можно было наблюдать происходящее по ту сторону. Марианна не знала, что хочет услышать, но быть может, она узнает что-то полезное, что поможет вернуться домой.

– Какие новости из Суинчестера? – проговорил сэр Томас, садясь за стол, спиной к Марианне.

Его посетитель взял себе стул и устроился напротив. Судя по его уверенным движениям, он не раз бывал здесь.

– Неутешительные, – покачал он головой, на которой по-прежнему красовалась шляпа. – Я не смог узнать ничего нового о Гвидо. Он хорошо скрывает свою личность.

– Сам знаю, что он хорошо скрывается! – недовольно прошипел сэр Томас. – Но у нас мало времени, Робин! Я должен добраться до него, пока он не добрался до меня!

Робин! Марианна поняла, что этому человеку платил сэр Томас за то, чтобы сдать похитителя Тины властям!

– И что прикажете делать? – чуть склонился вперед Робин.

– Все то же самое. Следи, вынюхивай, втирайся в доверие. Если не личность, то хотя бы рычаг давления мне нужен!

– А как быть с завтрашней поставкой? – так тихо спросил Робин, что Марианна едва разобрала.

Сэр Томас не отвечал, нетерпеливо стуча пальцами по столу.

– Все должно пройти, как намечено, – наконец произнёс он.

– А вы не думаете, что лучше отказаться на время от… вашей деятельности? Залечь на дно? – Робин говорил небрежно, но Марианна видела, что он склонился ещё сильнее, ему явно был важен ответ.

Ее передёрнуло от мысли о «деятельности» сэра Томаса. Что же он скажет?

– Нет, Робин, я не могу, – произнес он с каким-то сожалением. – Не теперь…

– Вот именно теперь! – вдруг горячо возразил тот. – Доктора Пайнса в Суинчестере убили! Броуди сбежал! Кому теперь вы можете доверять?

– Тебе, – хмыкнул сэр Томас. – Или ты тоже решил сбежать?

Робин откинулся на стуле.

– Было бы куда, – буркнул он. – Но я бы сейчас не отказался от вашего превосходного виски! Раз уж я ваша последняя надежда!

– Хочешь выпить? Прекрасно! Иди в паб! – строго сказал сэр Томас. – Иди, пей и вынюхивай! И не забывай, за что я плачу. А на последнюю надежду ты никак не тянешь, но я был бы последним дураком, если бы рассказал тебе о других!

Человек в черном поднялся с места.

– Как прикажете, сэр! – обиженно буркнул он и направился к выходу.

– Удачи, Робин! – произнёс сэр Томас на прощанье, и тот скрылся за дверью.

От услышанного у Марианны голова шла кругом. Она подслушала секретный разговор! Переведя дыхание, она вновь выглянула в щель. Сэр Томас сидел на своем месте и не шевелился. Похоже, он размышлял.

Марианне не давал покоя его тон, когда Робин предложил ему залечь на дно – будто сэра Томаса кто-то заставляет заниматься… Ну тем, чем он занимается, а он вовсе и не хочет. Это было очень странно! Почему он не может прекратить? На мгновение она даже посочувствовала ему.

Сэр Томас встал и подошел к книжным полкам. Марианна отодвинулась от шкафа и закрыла себе рот рукой, боясь, что сэр Томас услышит ее дыхание. Проведя пальцами по корешкам, он взял одну из книг и отошёл. Марианна подсмотрела, что он снова сел за стол и принялся читать.

Очень медленно и осторожно она двинулась к лестнице и стала спускаться вниз. Внизу она выбралась из хода и щелкнув выключателем закрыла его. А затем как ни в чем не бывало вышла в кухонный коридор и отправилась к себе.

***

Но на самом деле этот разговор встревожил её. В своей комнате Марианна ходила из угла в угол и размышляла. Сэр Томас замешан в каких-то преступных разборках с неким Гвидо. Но ей это ничем не поможет. Несмотря на ненависть к сэру Томасу, Марианне вовсе не хотелось, чтобы Гвидо до него «добрался». Ведь тогда под удар может попасть и она. Еще они с Робином говорили об убийстве какого-то доктора… Марианна коснулась пальцами висков. Все слишком серьезно! А она всего лишь хочет вернуться домой!

Из смятения ее вывела Мейбл, она пришла сообщить, что звонит отец. Марианна побежала вниз.

– Здравствуй, папа! – сказала она, взяв трубку в холле.

– Дорогая, у меня хорошие новости! – сказал он. – Я наконец получил ответ от мадам Бланш. Она написала, что с удовольствием заберет Тину, когда будет проезжать Ноэль, и сопроводит в Венте.

Марианна должна была радоваться этой новости, поэтому сказала:

– Это же прекрасно!

На самом деле она ужасно завидовала сестре и хотела бы поехать вместе с ней. Но знала, что придется смириться.

– Знаю, ты расстроена, – словно прочитал ее мысли отец, – но как только ты выберешься, мы сможем с тобой поехать за ней.

– Да, конечно, – безжизненно ответила Марианна. – Когда она едет?

– В четверг.

Сегодня был понедельник, а значит, до четверга оставалось меньше недели.

– Хорошо, папа. Я очень рада.

– Ты же приедешь ее проводить?

– Ты же знаешь, я не могу… – закусила губу Марианна.

– Ах, верно! Прости, забываю.

Но внутри у Марианны росло негодование, поэтому она сказала:

– Я приеду, папа! Придумаю что-нибудь!

Она решительно положила трубку. В конце концов, сколько можно! Она и так не видится ни с кем, а теперь и сестра уедет, и Марианна даже не обнимет ее на прощание! Она же не в тюрьме и может один раз выйти из дома! И шел бы этот сэр Томас к черту со своими правилами!

***

Сказано – сделано. К четвергу Марианна уже все продумала. Она заранее узнала, что сэр Томас уедет в клуб, и едва его автомобиль скрылся за воротами, позвонила отцу. Мистер Элмор должен был прислать за ней кэб к углу улицы.

Марианна надела свое самое скромное, «церковное» платье, чтобы сойти за какую-нибудь горничную и не привлекать внимания, и осторожно вышла через черный ход. Кэб уже ждал ее. Устроившись на заднем сидении, Марианна смотрела на мелькающий за окном городок, точно в первый раз. Она остро ощутила, как засиделась взаперти, когда увидела спешащих по своим делам людей, прогуливающиеся в парке парочки, здание театра с новой яркой афишей. А когда она оказалась у вокзала, у нее мелькнула шальная мысль запрыгнуть в вагон вместе с Тиной, и пусть сэр Томас попробует ее догнать! Кажется, у него и так хватает проблем, чтобы еще гоняться за сбежавшей девушкой… Но потом она увидела отца. Сэр Томас может взяться за него. Марианна тряхнула головой и скорее подбежала обнять Тину.

– Как я рада тебя видеть!

– Я тоже рада! – сияла улыбкой сестра. – Но мы тебя уже заждались!

– Я приехала, как только смогла! – обиженно проговорила Марианна.

Пустоголовая сестрица даже не понимает, на какой риск она пошла, чтобы ее проводить!

– Надеюсь, что тот симпатичный офицер, что ухаживал за мной в прошлом году, снова приедет, – мечтательно проговорила Тина.

Марианна сжала губы и взяла ее за плечи.

– Тина! Пообещай мне кое-что! Пообещай мне быть осторожной.

Голубые глаза сестры наивно распахнулись.

– О чем ты, Марианна? Я еду с мадам Бланш, мы ее с детства знаем. А там буду у дядюшки под присмотром.

– Ты уже забыла о похищении? При чем прямо у меня из-под носа!

Но Тина лишь беспечно отмахнулась.

– Ну что за глупости! Второй раз я на такое не попадусь. Да и все в итоге кончилось хорошо.

Марианна почувствовала, как внутри все закипает.

– Кончилось хорошо?! – вскричала она. – Да ведь это из-за тебя я не могу поехать к дядюшке! Из-за тебя торчу все лето в проклятом особняке! Если бы у тебя была голова на плечах, мы обе отлично проводили бы время на пикниках!

Тина вдруг покраснела.

– Я не заставляла тебя идти к этому богатею, – прошипела она. – И на твоем месте я давно бы сбежала! Просто признай, что на самом деле он тебе нравится, и ты хочешь замуж за него!

Марианна, наверное, бросилась бы на нее с кулаками, но между ними встал отец.

– Угомонитесь, обе! Тине пора ехать.

Громко засвистел подходящий паровоз.

Марианна сердито сверкнула глазами и нарочно отвернулась от сестры.

И почувствовала, как сердце ухнуло вниз, прямо в бездонную пропасть. Шагах в полусотне стоял у фонаря сэр Томас и смотрел прямо на неё. Даже с такого расстояния она ощущала его колючий взгляд, полный гнева. Марианна поспешно отвела глаза.

– Прости, – сказала она зло глядящей сестре. – Ты не виновата, конечно. Я просто очень хочу домой.

Тогда Тина неожиданно обняла ее и прошептала:

– И ты прости меня. Я тоже не хочу ехать без тебя! И с занудными дочками мадам Бланш! Но папа заставляет.

Марианна прижала ее к себе в ответ.

– Это я просила. Сэр Томас мне угрожал, что заберет тебя. Ты должна уехать, ради меня.

Двери открылись, и из вагона показался проводник.

Марианна махала рукой Тине, боясь взглянуть в ту сторону, где стоял сэр Томас, но чувствуя его взгляд.

Отец вошел в вагон проводить ее.

– Что ты здесь делаешь? – прошипел сэр Томас ей почти в ухо, появившись рядом.

– Следите за мной, сэр? – не поднимая глаз, едко поинтересовалась она.

– Я думал, ты должна быть в отъезде, разве нет? – холодно парировал он. – Мы же бережем твою репутацию.

Марианна не ответила.

– Я жду тебя в машине на углу. Если не придёшь через пять минут, вернусь и сам отведу тебя. Как быстро разлетится по городу весть, что ты гуляешь по вокзалу под руку с небезызвестным лордом Вудстоком?

И сэр Томас быстрым шагом двинулся прочь. У Марианны защипало в глазах.

Из вагона выглянул отец.

– Идем, поздоровайся с мадам Бланш!

– Извини, папа, мне пора!

Марианна побежала к автомобилю сэра Томаса.

Она нашла его без труда – хозяин сам сидел за рулем. Увидев ее, он вышел и распахнул перед ней переднюю дверь. Марианна хотела проигнорировать этот жест и сесть сзади, но он не дал.

– Сядь рядом, нам надо поговорить.

Она раздраженно уселась и бросила:

– О чем тут говорить? Я нарушила правила, мне очень жаль! Но я не могла не проститься с сестрой! А у вас просто нет сердца!

Будто не слыша ее, сэр Томас завел автомобиль и выехал на дорогу. И лишь тогда ответил:

– У меня есть сердце, иначе я подошёл бы сразу. А я дал тебе время попрощаться.

Марианне нечего было ответить на это. Она смотрела в окно, будто тоже его не слушала.

– Ты думаешь, что я не выпускаю тебя из дома по своей прихоти, но это ради твоей безопасности, – добавил он.

Марианна все же обернулась к нему.

– И от кого вы меня прячете?

– У меня есть враг. Он будет рад любым сведениям обо мне, особенно, если какая-нибудь милая девушка ему все расскажет.

Марианна отвернулась.

– Я ничего не знаю про вас.

– Но он может решить иначе. Может подумать, что ты просто не хочешь говорить, и пригрозит, а когда это не сработает, то… перейдет к действиям. Поверь, если он пригласит тебя на чай, домой ты уже не вернешься.

Ее передернуло. Она испуганно посмотрела на сэра Томаса.

– Зачем вы меня в это втянули? Я не хочу никаких разговоров и угроз! Я хочу спокойно ходить по городу, без страха перед вашими врагами!

Он вздохнул.

– Я просил тебя об одном – не выходить за ворота. В этом случае никакой опасности для тебя бы не было.

Марианна робко спросила:

– Я видела, как к вам приезжал человек. Я узнала его, вы звали его Робин. Кто он такой?

Сэр Томас покосился на нее, не спеша отвечать.

– Это мой помощник.

– Может быть, он мог бы… Охранять меня?

– Чтобы ты красовалась перед ним, как перед Альфредом, и мне пришлось бы его тоже уволить?

Марианна вспыхнула.

– Ну знаете! Какое вам вообще до этого дело? Я не ваша собственность и могу целоваться с кем угодно! Вы мной не интересуетесь, почему другие не могут? Если бы вы не совали нос в чужие дела, то даже не знали ли бы об этом!

Автомобиль резко затормозил, заставив Марианну замолчать. Она выставила ладонь вперед, чтобы не удариться о переднюю панель. А потом взглянула на водителя.

Сэр Томас держал руки на руле, но смотрел на неё.

– С чего ты взяла, что я тобой не интересуюсь? – проговорил он негромко, и от его тона у Марианны побежали мурашки по спине.

Она оглянулась вокруг. Автомобиль стоял на той же улице, что и особняк сэра Томаса, прохожих здесь было немного.

Молчание затягивалось, сэр Томас сверлил ее жутким взглядом, и Марианне пришлось ответить:

– Я… Я не имела в виду… Просто обычно за мной ухаживают, дарят подарки и… Простите.

Вдруг рука сэра Томаса приблизилась к ее. Марианна затаила дыхание. Но он продолжил движение и убрал прядь волос с ее лица.

– Ты очень красивая, Марианна.

Ей хотелось выпрыгнуть из машины, но она не могла пошевелиться. Сэр Томас чуть склонился к ней. Сердце Марианны рвалось из груди. Не в силах больше выдерживать этот взгляд, она опустила глаза.

Сэр Томас отодвинулся и вновь тронул автомобиль.

– Но ты права насчет подарков, – в его голосе послышалась насмешка. – Я как-то забыл, что должен соблазнять тебя. Досадная оплошность с моей стороны.

Марианна решилась на него посмотреть. Он вел машину как ни в чем не бывало. Она поняла, что он снова забавлялся.

– Забудьте, что я сказала. К вам это не имеет никакого отношения. От вас мне знаки внимания не нужны.

– Почему же? Я чем-то хуже прочих? – усмехнулся он.

«Да! Вы чудовище!» – промелькнуло в мозгу, но Марианна сказала иначе:

– Вы сами говорили: мы из разных кругов. Это было бы неуместно.

– С Альфредом тебя это не остановило.

Марианна закусила губу, но все же у нее вырвалось:

– Прекратите! Не собираюсь выслушивать подобные упреки от человека, у которого есть десяток невольниц!

Испугавшись собственного порыва, она взглянула на сэра Томаса. Он внимательно смотрел на дорогу.

– Пятнадцать, – бросил он. – А то и двадцать. Ты слишком скромного мнения обо мне.

По его непроницаемому лицу совершенно невозможно было понять, говорит ли он всерьез или смеется над ней.

Остаток пути они провели в молчании. Когда автомобиль замер у особняка, сэр Томас вышел, открыл ей дверь и подал руку. Марианна несмело ее приняла.

– Надеюсь, я доходчиво объяснил, почему ты не должна покидать дом? – прохладно поинтересовался он и, не дожидаясь ответа, направился к дверям.

Марианна выдохнула и бросилась к себе.

В комнате ее ждала перепуганная Мейбл.

– Ах, мисс, вы здесь, слава богу! – воскликнула она.

– Да, здесь, и даже не в подвале, – буркнула Марианна. Настроение было хуже некуда.

– Сэр Томас так разволновался, что вы уехали, – добавила Мейбл.

Марианна подняла на нее взгляд.

– Он же не наказал вас?

Горничная замотала головой.

– Хорошо.

Остаток дня Марианна провела в раздумьях. Тина уехала, теперь можно добиваться свободы всеми средствами. Но как назло, ничего стоящего не приходило на ум. Вместо этого мысли то и дело возвращались к произошедшему в автомобиле. Она нравится сэру Томасу? Он хотел взять ее за руку? А если бы взял, что бы она почувствовала? Стала бы кричать и отбиваться? Ее сердце колотилось так сильно… но от чего: от страха, что он к ней прикоснется, или от страха, что ей может это понравиться? И как вообще может понравиться такой, как он? Она вспомнила его последние слова о невольницах… Может быть, это все был его план? Так он и соблазняет девушек: создает неприступный, пугающий, будоражащий кровь образ, а потом они сами приходят к нему…

За ужином Марианна почти не смотрела на сэра Томаса. Он тоже не стремился к общению. Но ей это снова казалось игрой или притворством, будто он нарочно делает вид, что не обращает на нее внимания. Запутавшись в собственных ощущениях, Марианна даже отказалась сыграть на рояле, когда он попросил. Она сослалась на головную боль и ушла к себе.

Глава 9. Театр

Два дня прошло без каких-либо происшествий. Марианна старалась поменьше пересекаться с хозяином дома, но не могла найти более интересного занятия, чем навязчивые мысли о нем. Только музыка еще могла отвлечь ее от подобного пустого времяпрепровождения, поэтому Марианна попросила купить ей ноты и начала разучивать один из романсов Глинки.

Но на третий день что-то изменилось.

Для начала Марианну разбудили перекрикивания слуг на улице. Она нехотя встала и выглянула в окно. Перед домом из телеги выгружали какие-то доски и ткани. Рабочие уносили их за дом, громко переговариваясь. Марианне было не видно, что они строят, и это только подстегнуло любопытство.

Она позвала Мейбл, чтобы горничная помогла ей привести себя в порядок, а заодно рассказала последние новости. Но Мейбл поведала лишь, что сэр Томас надумал перестроить беседку. Однако ее напускной безразличный вид не обманул Марианну – служанка явно знала больше. Но вытянуть из нее правду не удалось.

Тогда Марианна решила просто спросить сэра Томаса, но, спустившись вниз, нашла лишь завтрак и оставленную им газету.

Работники весь день суетились возле беседки. Марианна прогулялась рядом, но они действительно разбирали и перестраивали деревянный каркас. Ничего интересного!

Разочаровавшись, Марианна вернулась к своим занятиям. Работники еще несколько раз куда-то ездили и суетились, но она уже не обращала на них внимания.

Сэр Томас вернулся к ужину. Марианна как раз спускалась по лестнице, когда он вошел, снимая шляпу. Она успела заметить кривую ухмылку на его лице.

– Добрый вечер, сэр! – равнодушно сказала она.

– Здравствуй, Марианна! – поднял он глаза. – Ты прекрасно выглядишь! Очень подходящий наряд для того, что я сегодня приготовил.

По ее мнению, она выглядела обычно, но от сэра Томаса комплимент слышала впервые. Румянец против воли стал заливать щеки. Чтобы избавиться от смущения, Марианна сказала:

– А я-то думала, что в вашем доме стряпает миссис Трент.

Он усмехнулся и подал ей руку.

– Пойдем, прогуляемся.

Она взялась за его локоть. Внутри засвербело волнение. На самом деле ей было очень интересно, что он задумал.

Они вышли в сад и, как и предполагала Марианна, направились за дом, прямиком к беседке. В летних сумерках виднелись зажженные возле нее фонари.

– Я подумал над твоими словами, – произнес сэр Томас. – Ты сказала, что хочешь подарков, но в то же время не хочешь, чтобы я что-то тебе дарил.

– Прошу вас, давайте просто забудем об этом! – Ей до сих пор было неловко за слетевшие с языка слова.

Но он пропустил ее замечание мимо ушей.

– Я, кажется, нашел то, что удовлетворяет столь противоречивым требованиям. Поэтому у меня есть для тебя подарок, но не тот, который ты могла бы забрать домой, чтобы хвастать перед подругами.

Пока сэр Томас говорил, они уже подошли к беседке. Марианна увидела накрытый столик на двоих, но он стоял не под крышей, как можно было ожидать, а возле, на специально сооруженном помосте. И только увидев алый бархатный занавес, Марианна догадалась, что беседка сегодня превратилась в театральную сцену.

– Неужели..? – выдохнула Марианна.

– Садись! – отодвинул перед ней стул сэр Томас.

Пока сдержанная Марта и весело подмигнувшая Мейбл приносили блюда и наливали напитки, из-за занавеса вышел статный мужчина лет пятидесяти и объявил:

– Дорогие гости! Предлагаем вашему вниманию комедию «Женитьба Фигаро»!

Марианна забыла об ужине, она широко улыбнулась и захлопала в ладоши. Занавес поднялся, и началось действо.

Конечно, она уже видела эту постановку прежде, но здесь, в вечернем летнем саду среди стрекотания кузнечиков, сидя так близко к сцене, что видны были оттиски на пуговицах актеров, осознавая, что они играют только для нее, Марианна осталась в полном восторге! Она хохотала от души, забывала есть и едва не вскакивала с места, хлопая актерам.

Наконец спектакль окончился. Марианна встала, аплодируя изо всех сил. Лишь когда актеры раскланялись и занавес опустился, она вспомнила о присутствии сэра Томаса и взглянула на него.

Он тоже стоял и хлопал в ладоши, но смотрел на нее. Выражение лица у него было странное: он улыбался, напоминая довольного кота, явно ощущая восторг Марианны своей заслугой, но при этом сквозь улыбку проглядывало что-то печальное, будто он знал о какой-то беде, которой не знала она.

Но Марианна отмахнулась от этого ощущения и искренне сказала:

– Спасибо! Это было великолепно! Никогда не получала столько удовольствия от театра!

– А я, признаюсь, ожидал большего, – сменил он улыбку на обычную усмешку. – Стоило ли ждать актеров из Суинчестера, когда они играют столь неровно.

Сама Марианна не заметила огрехов в исполнении ролей, а если и заметила, то тут же их простила. Но то, что он привез труппу из столицы округа, ее впечатлило.

– Вы в самом деле привезли их из Суинчестера?

– Пригласил, – поправил сэр Томас. – За приличную плату они любезно согласились.

Марианна чувствовала, что снова краснеет. Ради нее он искал хороших актеров!

– Я впечатлена, сэр.

– А я не слишком, как и сказал, – он посмотрел на сцену.

То ли он не понял ее восхищения им, то ли нарочно сделал вид, Марианна предпочла не развивать тему. Сэр Томас вновь предложил ей локоть, и повел назад к дому.

– А помните, как было забавно, когда граф начал ревновать жену к пажу? – принялась делиться впечатлениями Марианна. Ей всегда нравилось обсудить постановку после просмотра.

– Еще бы! – подхватил сэр Томас. – Эта сцена действительно удалась.

– И не только она! Сюзанна играла потрясающе! Такие чувства на лице!

Ее спутник охотно отвечал на рассуждения, и Марианна удивлялась тому, что с чего-то решила, будто сэр Томас не любит театр. Она не могла вспомнить, как такая мысль пришла ей в голову, но опровержение было налицо.

Они вошли в дом и даже поднялись по лестнице. Лишь у самой двери в ее комнату Марианна спохватилась, что мило беседует с сэром Томасом. Удивительно!

– Еще раз спасибо за представление, сэр! – сказала она. – И за то, что любезно проводили.

Он взял ее руку и коснулся губами кончиков пальцев. Отчего-то сердце Марианны замерло. На миг ей показалось, что в глазах сэра Томаса что-то промелькнуло, но тут же его лицо приняло бесстрастное выражение.

– Спокойной ночи, Марианна!

И он направился дальше по коридору.

Она юркнула за дверь и, закрыв ее, облизнула пересохшие губы. Оказывается, с сэром Томасом можно проводить время весьма приятно! Его рассуждения о театре и точные замечания о постановке понравились ей. Он был не таким, каким постоянно старалась видеть его Марианна, помня о подлой сущности этого человека. Но что, если он не такой уж плохой? Работорговля – это ужасно, но может ли быть так, что во всем остальном сэр Томас проявлял только лучшие качества? Разум подсказывал, что это могла быть лишь уловка, но вспоминая его взгляд, когда она аплодировала актерам, Марианна улыбнулась.

***

Однако, Марианна никак не ожидала, что получит ответ на свои сомнения уже на следующий день.

Было облачно, жара немного спала. В воздухе витало приближение дождя, но пока лишь синеватые облака собирались над головой, не спеша дарить земле живительную влагу.

Сэр Томас, по своему обыкновению, с утра уехал, а Марианна прогуливалась после завтрака. Она забрела за дом, посмотрела на беседку, уже вернувшую почти прежний вид: занавес сняли, столик перед «сценой» убрали, остался лишь помост. Марианна с удовольствием вспомнила самые удачные моменты спектакля, а затем захотела пить и направилась обратно к дому.

Миновав розовые кусты, она увидела и услышала, как подъезжает автомобиль. Тут же Марианна узнала машину сэра Томаса. Странно, что он приехал так рано.

Сам хозяин вышел из автомобиля и быстро двинулся в дом, не заметив Марианну. Тогда она тоже прибавила шагу, но подойдя ближе к автомобилю, вдруг заметила внутри какое-то движение. Она присмотрелась к машине и остолбенела.

На заднем сидении плакала девушка. Она была без шляпки, в каком-то старом платье, но даже сквозь слезы и стекло было видно, что она красива.

Марианна перестала дышать. Ей показалось, что она попала в кошмарный сон. Она медленно сделала шаг вперед и ещё один, не сводя с незнакомки глаз. Девушка ее не замечала, поглощенная своим горем. А Марианна уже протянула руку, чтобы открыть дверь машины. Она не знала, что собирается делать, но что-то точно нужно было…

– Марианна! – резкий оклик сэра Томаса заставил отдернуть руку.

Марианна обернулась на голос. Его обладатель подбежал и встал между ней и автомобилем. На ее пути возник его дорогой серый пиджак и идеально белая рубашка под ним. Марианна не сразу решилась взглянуть в лицо сэру Томасу, но все же подняла взгляд.

Лорд Вудсток смотрел на неё, сдвинув брови и ни слова не говоря. Марианна тоже несколько секунд не могла выдавить ни звука, но наконец совладала с собой и спросила:

– Кто эта девушка?

– Тебя это не касается, – отрезал он. – Иди в дом!

– Но…

Она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Просто какая-то нелепица! Должно быть, она ошиблась, на самом деле все не так!

– Она ваша… ваша…

– Ты слышала, что я сказал, Марианна? – холод его голоса мог бы заморозить весь этот летний день. – Иди!

Марианна отступила, она медленно отвернулась и пошла к дому. Она слышала, как хлопнула дверь автомобиля, как завелся мотор, и даже как зашуршали колеса по подъездной дорожке, но не обернулась.

У себя в комнате она долго сидела и смотрела в окно. А если бы она не ушла? Если бы ей хватило смелости что-то сделать… Но что она могла сделать? И как сэр Томас может быть таким…

Мейбл доложила об обеде, но Марианна так ушла в себя, что даже не услышала.

– У вас все в порядке, мисс? – спросила горничная.

– Нет, у меня не все в порядке, – ответила Марианна и добавила горько. – Кажется, во всем мире не все в порядке.

Она встала и отправилась на обед.

До конца дня она ощущала себя потерянной, то и дело возвращаясь мыслями к незнакомке в автомобиле. Она сама не могла понять, что так поразило ее.

Сэр Томас вернулся к ужину. Марианна села за стол, глядя на него, будто в первый раз. Все же одно дело – грязные слухи, а другое – увидеть все своими глазами…

Он показался ей уставшим и… довольным? Или это только игра ее воображения? Она уже не знала, чему верить. По его непроницаемому лицу всегда было трудно что-то понять.

Он заметил ее взгляд, но Марианна тут же уткнулась в тарелку. А через несколько секунд снова не удержалась и подняла глаза. Тогда сэр Томас холодно спросил:

– В чем дело, Марианна?

Ей бы следовало ответить «ни в чем», но когда она говорила то, что следовало?

– Где та девушка? – тихо спросила она.

– Тебя это не касается, – точно так же, как в первый раз, резко ответил он, продолжая поедать стейк.

Марианна смотрела на него, но сэр Томас не поднимал глаз.

– Просто скажите, что это не то, о чем я думаю!

Он равнодушно отправил в рот кусочек мяса, не глядя на нее. Горло сжалось. Марианна отодвинула от себя тарелку и встала.

– Вы чудовище! – воскликнула она и побежала к себе.

Там она прислонилась спиной к двери и заплакала. Она и сама не знала, почему плачет. От жалости к той девушке? От ужаса перед двуличием сэра Томаса? От несправедливости всего мира, где происходят такие ужасные вещи?

Марианне как никогда захотелось вернуться домой к папе, к своим нарядам и подругам, к театру и прогулкам на лодках. Она готова была терпеть даже брюзжание мадам Бланш, лишь бы не знать никакого сэра Томаса и ничего о его делах.

Рыдая, Марианна бросилась на кровать, а когда слезы закончились, просто уснула.

Глава 10. Вечеринка

Зато теперь Марианна утвердилась в решении убраться из дома сэра Томаса как можно скорее. Она смогла придумать достойный план только через неделю, и еще неделя понадобилась, чтобы воплотить его в жизнь.

С каждым днем сэр Томас возвращался домой все позже, и это было на руку Марианне. В один из таких душных вечеров он застал в своем особняке что-то несусветное. Ворота были открыты. Сад заливал свет фонарей и сочащаяся из дома музыка. А еще повсюду были люди.

Для своего плана Марианна попросила о помощи Натали. Подруга раззвонила всему городу, что сэр Томас дает прием в честь приезда своей дальней родственницы. Всем было так интересно побывать в логове местного чудовища, что народу собралось даже больше, чем они предполагали.

Самой родственницей, разумеется, притворилась Марианна. Но чтобы ее не узнали, надела темный парик и накрасилась ярче обычного. Угощение и дополнительных лакеев привезли из дома Натали. Мистер Элмор заплатил за все, когда Марианна убедила его, что это поможет ей выбраться из ненавистного плена.

Сложнее всего было убедить слуг помочь ей или хотя бы не мешать. Дворецкий Гордон отказался участвовать в заговоре и ушел к себе. Экономка даже пыталась помешать ей, но Марианна пригрозила, что тогда свалит всю вину за неповиновение на нее. Марта согласилась менять пластинки в граммофоне, а Мейбл, кажется, была от души рада празднику.

Марианна в своем самом откровенном платье и в черном парике беседовала с неким молодым человеком, имени которого даже не потрудилась запомнить. Она назвалась мадам Вайолет. И как раз хохотала над шуткой своего кавалера, когда в гостиную тяжелым шагом вошел сэр Томас. Глаза его яростно сверкали, без сомнения в поисках виновницы торжества. Но Марианна не собиралась помогать ему.

– Идемте в сад, Кевин! – игриво потянула она своего спутника за плечо.

– Я Винсент.

– Ох, прости! Это все вино! – в подтверждение своих слов Марианна осушила бокал шампанского.

Но скрыться в саду они не успели.

– Вот ты где, – преградил им путь сэр Томас. – Потрудись объяснить.

– О, не беспокойтесь, дорогой дядюшка! – пропела Марианна. – Мы только погуляем в саду.

– Погуляешь в моем кабинете, – прошипел он.

– Вы же не станете устраивать сцен перед гостями, – захлопала ресницами Марианна. – Утром поговорим.

– Утром?

– Да, ведь вы пригласили гостей на всю ночь и даже обещали фейерверки, – улыбалась она.

– Мы с нетерпением ждем! – вставил не-Кевин.

Но сэр Томас схватил ее за предплечье и довольно грубо оттащил в сторону, бросив ее спутнику:

– Прошу нас извинить.

Он вывел ее в коридор, где было меньше народу.

– Что ты тут устроила? – сквозь зубы процедил он.

Марианна вскинула подбородок, глядя на него снизу вверх.

– Всего лишь вечеринка, сэр. Вам стоит иногда развлекаться.

– Ну да, до утра!

– А что такого? У меня нет других дел в вашем доме.

– Это неприемлемо, Марианна! Заканчивай этот цирк немедленно!

– И не подумаю! Мне вообще кажется, что стоит попросить гостей остаться и на завтра.

Она криво улыбнулась.

– Если конечно, вы не разрешите мне уйти вместе с ними.

– Что?

– Отпустите меня домой. Потому что я могу развлекаться так каждый день!

Сэр Томас, казалось, потерял дар речи.

– Ну если вам нечего сказать, то я вернусь к своему кавалеру, – с вызовом заявила она и направилась обратно в гостиную.

Оттуда как раз доносились весёлая музыка, визги и топот танцующих.

Марианна взяла себе ещё шампанского, чтобы успокоить колотящееся сердце. Она выиграла этот раунд, но теперь сэр Томас должен снова ее найти и сказать свое слово. Выгонит ли он ее, или все было напрасно?

К ней подлетела разгоряченная танцем Натали.

– Это просто потрясающе! Идем, потанцуем с нами! – веселилась она.

– Я присоединюсь чуть позже, – натянуто улыбнулась Марианна, пытаясь скрыть волнение. – А вы постарайтесь шуметь ещё больше.

– Запросто! – обрадовалась Натали, но вдруг притихла и шепнула: – Он идет.

Она тут же испарилась, и Марианна увидела сэра Томаса. Он решительно надвигался на нее, расталкивая гостей. Сердце снова пустилось в пляс.

– Я обдумал твое предложение, – холодно произнёс он, взял со столика бокал вина и выпил залпом.

Марианна затаила дыхание.

– И оно мне не нравится, – огорчил ее сэр Томас. – И если ты сию минуту не выставишь этих людей из моего дома, то пожалеешь!

Она сглотнула и ответила:

– Я не могу их выставить, даже если бы хотела, они же гости и им обещано…

– Да, им обещан фейерверк! – перебил сэр Томас.

И не успела она ничего сказать, как он шагнул на середину комнаты, вынул из кармана пиджака револьвер и поднял вверх. Музыку и веселье заглушили три выстрела.

Стало тихо. Даже граммофон кто-то выключил. Гости испуганно застыли.

– Все вон из моего дома. Сейчас же! – приказал сэр Томас.

Дважды просить не пришлось: гости поспешно покидали вечеринку. Марианна в отчаянии бросилась к Натали.

– Пожалуйста, не уходи! Попроси наших друзей остаться.

Но подруга покачала головой.

– Не могу. По-моему, не стоит злить его ещё больше. Он убьет тебя!

Гости разошлись за несколько минут. В гостиной остались только сэр Томас и Марианна. Она хотела уйти к себе и разрыдаться, но должна была показать, что не боится его.

Они посмотрели друг на друга.

– Думаете, я сдалась? – воскликнула Марианна. – Вот и нет! Я не успокоюсь, пока не вернусь домой!

Сэр Томас подошел ближе.

– Так ты весь оставшийся месяц собираешься меня изводить? – процедил он.

Она тоже шагнула вперед, оказавшись к нему вплотную.

– Вот именно, сэр! – в последнее слово она вложила все презрение.

Его глаза сузились до щелок.

– И ты думаешь, я не найду способа тебя приструнить? – вкрадчиво проговорил он.

Марианна вдруг поняла, что не знает, что собиралась сказать. Его близость лишила мыслей. В ушах стучала кровь. Сэр Томас сверлил ее взглядом. Ей казалось, что он сейчас схватит ее, может быть, она даже этого ждала.

Но он отступил на пару шагов и вновь подошел к столику с вином.

– Иди к себе, – велел он.

Марианна вышла из оцепенения и, подняв голову повыше, прошествовала в свою комнату. Там она захлопнула дверь, стянула с головы парик и шумно выдохнула. Нет, происходит что-то странное. Почему она хочет, чтобы он к ней прикоснулся? Почему его ухмылка уже не кажется отвратительной? А мысль о том, чтобы уехать – такой привлекательной?

***

Утром все было как обычно. За исключением того, что было воскресение, и сэр Томас никуда не поехал.

Во время завтрака Марианна все поглядывала на него, словно пытаясь понять что-то для себя. Но загадка не решалась. А сэр Томас, поев, принялся читать газету.

Тогда Марианна отправилась прогуляться.

Ярко светило солнце, наполняя воздух теплом и душным маревом. Но в тени деревьев Марианна наслаждалась приятной прохладой. Она шла по дорожке у самой ограды, где деревья были выше, и ей вдруг пришла в голову мысль, что стоит пригласить как-нибудь на прогулку сэра Томаса. Мысль была настолько неожиданной и странной в своей простоте, что Марианна не сразу поняла, что за бесформенная темная куча перегородила тропинку в нескольких шагах впереди. Она подошла ближе и вдруг увидела руку, торчащую из черного рукава и валяющуюся рядом черную широкополую шляпу.

А потом кровь.

Понимание пронзило электрическим током. Марианна завизжала от ужаса, но не могла отвести взгляд. Она кричала, пока не прибежали люди. От нее заслонили тело, но крик все еще рвался наружу. Вдруг чья-то рука зажала ей рот.

– Тише, тише, Марианна.

Мужчина прижал к себе. Ее окутал аромат одеколона. Сэр Томас. Всхлипнув, она обернулась, и он убрал руку.

– Все в порядке. Я здесь.

Вопреки всякой логике эти слова успокоили Марианну. Она снова всхлипнула.

– Дыши, Марианна! Вдох-выдох!

Она послушно вздохнула, но горло сжалось, и весь недавний завтрак вырвался наружу.

Она смутно запомнила, как сэр Томас лично проводил ее в комнату, а потом Мейбл принесла чай. Марианна не хотела чаю, но горничная сказала, что в нем успокоительное, и оно ей поможет. Так и вышло: после чая Марианна прилегла и задремала.

Но окончательно она пришла в себя только к вечеру. Сэр Томас за ужином сидел мрачнее тучи. Марианна потерянно смотрела в тарелку. Наконец он поднял глаза.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально.

Ей стало стыдно за утреннее, и она добавила:

– Я просто никогда прежде не видела мертвецов. Это было так неожиданно…

– Не нужно оправдываться. Я понимаю. Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть.

Марианна посмотрела на него.

– Это ведь был Робин?

– Да, – без всякого выражения подтвердил он.

– Что с ним случилось?

Сэр Томас не спешил отвечать, но Марианна не отводила глаз.

– Его убили.

Она судорожно вздохнула.

– Кто?

Он покачал головой.

– Не надо, Марианна. Тебе не нужно лезть в это.

– Значит, ваш враг, о котором вы говорили, – это был не вопрос.

– Тебе нет повода волноваться. В моем доме ты в безопасности.

Марианна сглотнула.

– А что будет потом? Потом, когда я вернусь домой? Или вы не отпустите меня, и это все вранье? – Марианна не сдержала истерики в голосе.

– Успокойся. Я уеду за границу и мои проблемы уедут вместе со мной.

– За границу? – опешила она. – Вы собираетесь уехать?

– Да, через месяц я оставлю это место.

Марианна вдруг ощутила странную пустоту. Она даже тряхнула головой, чтобы прогнать это чувство. И сразу же кусочек мозаики встал на место.

– Вот почему вы приказали мне жить у вас три месяца! – ахнула она.

– Предложил, – поправил он. – Но ты права.

– Но… но я не понимаю…

– Тебе не нужно здесь ничего понимать. Через месяц все закончится.

Но от этих слов Марианна вдруг ощутила горячую волну гнева.

– Ах вот как! – она вскочила на ноги. – Я для вас лишь глупая девчонка, которой нет смысла ничего объяснять?! Куда уж мне понять ваши планы! Я гожусь лишь на то, чтобы играть на рояле да краснеть от ваших непристойных предложений! Я для вас игрушка? Красивая кукла? А вы не думали, что у меня есть чувства? И если бы я что-то знала о происходящем вокруг, то могла бы…

Она осеклась, поняв, что хотела сказать: «Помочь вам». Она предлагает работорговцу свою помощь? Ей стало не по себе.

– Могла бы – что? – спросил сэр Томас.

Марианна взглянула на его серьезное лицо. Он не смеялся над ней и ее нелепой вспышкой.

– Могла бы не переживать так сильно, – произнесла она уже спокойно.

– Я лишь забочусь о твоей безопасности, – сказал сэр Томас.

Он заботится о ней…

– Простите, мне что-то… нехорошо, – краснея, выдавила Марианна. – Если не возражаете…

Она направилась к выходу. Но сэр Томас догнал ее и взял под руку.

– Что с тобой? Вызвать врача?

Марианна не могла поверить в происходящее: она влюбилась! И в кого! Боже, как такое могло случиться!

– Нет-нет, не нужно врача, – она боялась поднять глаза.

Но сэр Томас сам чуть коснулся ее подбородка и вгляделся в лицо.

– Тебе не стоит так переживать, Марианна, – тихим голосом сказал он.

Она молча смотрела на него, чувствуя его руку на своей, боясь пошевелиться. Ноги приросли к полу. Пальцы сэра Томаса вдруг скользнули по ее щеке, убрали прядь волос за ухо, совсем как тогда, в автомобиле, и едва заметно коснулись шеи. Марианна выдохнула. А в следующий миг сэр Томас запустил руку в ее волосы на затылке и впился в рот поцелуем.

Первой мыслью Марианны было: «Как у такого холодного человека могут быть такие мягкие губы?», но потом поняла, что холодности не было и в помине. Всегда сдержанный сэр Томас прижимал ее к себе так сильно, что она ощущала жар его кожи под рубашкой. Он ласкал ее губы, проникая языком все глубже и глубже. На Марианну нахлынула лавина ощущений. Поцелуй пробудил внутри какое-то неизведанное чувство. Оно растекалось горячей волной по телу и требовало выхода. Каждое прикосновение сэра Томаса походило на электрический разряд. Марианна уже не понимала, что делает, лишь знала, что хочет большего. И напор сэра Томаса не пугал ее, а доставлял удовольствие.

Поцелуй оборвался внезапно. Сэр Томас практически оттолкнул ее. Лишь тогда Марианна осознала, что обнимала его за шею.

– Я… не должен был… Мне… очень жаль, – он тяжело дышал.

«А мне нет», – подумала она. Впервые она видела его таким растерянным, лишенным равновесия. И мысль, что это она лишила его покоя, показалась удивительно прекрасной.

Но под его взглядом она смутилась и поспешила покинуть столовую.

Бегом добежав до своей комнаты, Марианна прислонила ладони к горящим щекам. Безумие! Самое настоящее безумие! Как ей теперь говорить с ним? Как смотреть на него? Она его не оттолкнула! Наверняка он понял, что произошло! А если он теперь решит, что она совсем не против оказаться в его постели?

Марианна корила себя на все лады, но ощущение рук сэра Томаса на ее талии, а его губ на ее губах отзывалось в теле приятной дрожью. Как он заставил ее влюбиться? И как теперь жить в его доме еще целый месяц!

Глава 11. Пандора

Утром Марианна не решалась спуститься на завтрак и в конце концов решила, что может и не спускаться. Можно сказаться больной, и пусть Мейбл принесет ей завтрак в комнату. Но когда она позвонила, вместо горничной к ней явился сэр Томас.

Он застыл на пороге, не входя в комнату. Марианна плотнее запахнула свое домашнее платье.

– Я прошу прощения за вторжение, – проговорил он. – Ты не пришла на завтрак и…

– Мне нездоровится, – солгала Марианна, перебив его.

– Понимаю, – склонил он голову, и ей стало ясно, что он знает, какого рода хворь ее поразила. Но она смолчала.

– Я пришел попросить у тебя прощения, – продолжал он, заложив руки за спину. – Я не хотел бы, чтобы вчерашнее происшествие поставило тебя в неловкое положение. Я виноват. Я повел себя не как джентльмен и нарушил свое обещание. Поэтому хочу сказать, что подобное не повторится и…

Он сглотнул.

– И полагаю, ты можешь отправиться домой чуть раньше. Через неделю.

Марианна даже рот приоткрыла. Она так старалась выбраться отсюда, а нужно было всего лишь его поцеловать! И почему он выгоняет ее, разве ее влюбленность не была его целью?

Сэр Томас смотрел на нее, видимо, ожидая какого-то ответа.

– Благодарю вас, сэр, – сдержанно сказала она.

Новость должна была обрадовать, но Марианна не ощущала ни радости, ни торжества, скорее грусть. Ей будет нелегко уйти из его дома, но не могла же она всерьез связать себя с опасным работорговцем! Она должна уйти и забыть его.

– Что ж, – сказал сэр Томас. – Надеюсь, ты простишь мне мою несдержанность.

– Разумеется, сэр, – кажется, Марианна впервые не могла придумать, что сказать.

– Тогда я… Я должен предупредить тебя еще об одном, – словно только что вспомнил он. – Сегодня на ужин приедут мои друзья. И я прошу тебя не выходить из своей комнаты, пока они здесь.

Почему-то это не понравилось Марианне.

– Вы не только от врагов меня прячете, но и от друзей? Не проще ли выставить меня из дома прямо сейчас?

– Сейчас – нет, – спокойно ответил он. – И я всего лишь забочусь о твоей безопасности.

– У вас такие опасные друзья? – усмехнулась она.

– А как ты думаешь? – Сэр Томас хищно улыбнулся, как делал еще в первую их встречу. И Марианне действительно стало не по себе.

Сочтя ее молчание утвердительным ответом, он попрощался и вышел.

Вскоре сэр Томас уехал, а Марианна пошла прогуляться. Целый день она не могла выбросить из головы вчерашний поцелуй. Несмотря на нелепые извинения сэра Томаса, Марианна считала, что поцелуй был искренним. Но размышлять дальше него было опасно. Уж не собирается ли она в самом деле прыгнуть к нему в постель?!

В восемь часов вечера сэр Томас всё ещё не вернулся. Марианна переоделась и спустилась вниз. Она хотела немного послушать музыку и потанцевать. Но там кипела работа. Марта и Мейбл под руководством миссис Паркер бегали между кухней и столовой как заведенные, делая остановки только чтобы поправить штору или подвинуть прибор. Стол был накрыт по высшему разряду. Марианна ещё не видела такой красоты за ужином. Накрахмаленная белоснежная скатерть, посуда тончайшего фарфора с золотым ободком, изящные хрустальные бокалы – все наводило на мысль, что к ним приедет сама королева.

Марианна покачала головой и направилась в гостиную. Но тут дворецкий крикнул из холла:

– Едут!

Он поправил черный галстук-бабочку.

И Марианна поняла, что сегодня ей потанцевать не удастся. Она вернулась в свою комнату и стала поглядывать на крыльцо из-за шторы.

Подъехало два автомобиля: черный строгий «форд» сэра Томаса последней модели смотрелся скромно на фоне второго – бежевого кадиллака. Марианна видела, как из автомобиля сэра Томаса вышел высокий темноволосый джентльмен, обошёл машину и открыл дверь для дамы. Она была в блестящем вечернем наряде и черной шляпке с вуалью. Пока Марианна её рассматривала, сэр Томас помог выйти ещё одной даме. По красоте и великолепию она не уступала первой. Платье на ней было темно-синее, сшитое по последней моде. Все ещё держа сэра Томаса за руку тонкой рукой в блестящей перчатке, дама сказала что-то ему на ухо. Тот рассмеялся. У Марианны вспыхнули щеки. Вот, значит, что! Пока она наблюдала за сэром Томасом, из кадиллака вышла ещё одна пара: мощного телосложения молодой человек и его постоянно хихикающая подруга, и все двинулись в дом.

Марианна от досады дернула штору, едва не порвав. Так вот, почему он просил её не спускаться! Чтобы прекрасно провести время с другой женщиной! Двуличный негодяй!

– «Это для твоей безопасности, Марианна!» – язвительно передразнила она.

Вот к чему были эти фальшивые извинения! Сэр Томас сделал вид, что ничего не было, и теперь он свободен и волен приводить на ужин напомаженных девиц!

Марианна в гневе меряла шагами спальню, пока к ней не постучалась Марта.

Она принесла ужин.

– Кто там приехал к сэру Томасу? – подчеркнуто небрежно спросила Марианна.

– У сэра Томаса гости, – бестолково ответила горничная.

Марианне захотелось запустить тарелкой с рыбой и овощами ей в лицо.

– Это я и так знаю! Я спрашиваю тебя, кто приехал! – сердито пояснила она.

– Приехал сэр Филис Арчер с супругой, – слегка заикаясь сказала служанка, – Роджер Элкинтон с дамой и мадам Пандора Льюис.

Марианна села за столик, чтобы поесть. Сэр Филис – известный в городе богач, у него половина акций железнодорожной компании, притом, что ему лишь около тридцати. Это он был высоким и темноволосым. Роджер – сын мэра, он меняет спутниц как перчатки, а еще увлекается боксом и даже участвует в боях. А вот про Пандору она ничего не слышала.

Марта уже хотела уйти.

– А кто эта мадам Пандора? – не удержалась Марианна.

– Это свояченица сэра Филиса, она живёт в Рондоне.

Вскоре снизу донеслись музыка и громкий смех. Марианна готова была лопнуть от злости. Но, поразмыслив, решила вместо этого спутать сэру Томасу все карты. Пожалуй, даже забавно будет поставить его в неловкое положение. Она поправила прическу, надела лучшее вечернее платье – алое с рукавами до локтя и открытой спиной – не слишком по погоде, зато эффектно, и сошла вниз.

Играл граммофон, все танцевали. Марианна с королевской осанкой и хитрым прищуром на минуту застыла в дверях, глядя, как умело сэр Томас кружит мадам Пандору. Видимо, она ещё многого о нём не знает! Затем она медленно вошла в комнату.

Ее тут же заметили. Первым ее увидел сэр Филис, он даже остановился и перестал танцевать. Его жена тоже перевела на неё взгляд.

– Добрый вечер! – ослепительно улыбнулась Марианна, проходя мимо.

– Добрый вечер, мисс, – растерянно сказал сэр Филис.

Сэр Томас тоже её увидел. И хотя он не изменился в лице, сжимая руками талию своей дамы, Марианна отчетливо ощутила гнев в его серых глазах.

Последним её заметил Роджер, и вдвоем со своей спутницей уставился на нее во все глаза.

– Мне очень жаль, я немного задержалась, – промолвила Марианна, подходя к сэру Томасу.

Она очень надеялась, что ее взгляд достаточно красноречиво говорил о том, какой он подлец и как она его ненавидит.

– Вы не представите меня гостям, дорогой? – последнее слово она нарочно выделила, покосившись на Пандору. Идеально подведенные черным глаза у той расширились в удивлении.

– И верно! – опомнился сэр Филис и весело рассмеялся, будто принял слова Марианны за шутку. – Представь нас, Томас!

– Познакомьтесь, это… Марианна, – пробормотал сэр Томас, не выпуская спутницу из рук.

Он с фальшивой улыбкой представил Марианне всех присутствующих. После взаимных любезностей (Роджер даже поцеловал ей руку) в комнате воцарилась неловкость. Музыка кончилась, а никто не догадался поставить новую. Дамы с плохо скрываемым любопытством разглядывали её. Сэр Филис и Роджер обменивались ничего не значащими фразами. Сэр Томас шептался о чем-то с Пандорой. Марианне было неуютно, ей показалось, что он нарочно не назвал ее фамилию, и у нее закралось нехорошее предчувствие. Поэтому она не решилась его поправить, но теперь растерялась, сомневаясь, как общаться с людьми, которые не имеют понятия о ее статусе. Чтобы сгладить впечатление, Марианна сказала:

– Может быть, я сыграю вам?

Сестры переглянулись.

– О, это было бы чудесно! – воскликнул сэр Филис.

Марианна села за рояль и сразу расслабилась. Она исполнила весёлую песенку, а потом ещё одну. Дамы потянули кавалеров в танец. Когда напряжение спало, Марианна закончила игру. Ей все вежливо аплодировали. Снова завели граммофон. И гости разбрелись по гостиной.

Марианна взяла закуску и села в кресло. К ней подошёл сэр Филис и подал бокал шампанского.

– Благодарю вас, – улыбнулась Марианна.

– Давно ты живёшь у Томаса? – спросил он, закуривая.

Марианна как раз глотнула из бокала и закашлялась от такого вопроса и обращения.

– Что вы хотите этим сказать? – оскорбленно ответила она.

– Не нужно смущаться, милая, я в курсе его дел, – сказал сэр Филис.

Вместо ответа Марианна вновь пригубила шампанское.

Неужели сэр Томас в самом деле рассказал другу об их соглашении? Почему же тогда он просил её не показываться? А может быть, слухи верны, и сэр Томас каждые три месяца похищает из города какую-нибудь девушку? И она тут не первая и не последняя?

Марианна покраснела от такого унижения. Ей захотелось уйти. Вдобавок она заметила на себе внимательный взгляд сэра Роджера, взгляд, который заставил её вспомнить слова сэра Томаса об «опасных друзьях». Ей показалось, что она угодила в какую-то ловушку.

Но тут подоспел хозяин дома.

– Не желаешь ли партию в покер, Филис?

Её собеседник засмеялся.

– Если я снова продую тебе семьдесят тысяч, Линда меня убьёт!

Сэр Томас натянуто улыбнулся:

– Это было давно! Неужели она до сих пор помнит? Может быть, в этот раз мне продует Роджер!

Филис вновь рассмеялся, а сэр Томас смотрел на смущенную Марианну. Она не знала, что ей теперь делать.

– Ладно, уговорил! – сдался сэр Филис.

– Я сейчас подойду, только скажу Марианне пару слов.

И когда его друг отошел, процедил ей над ухом:

– Твоя глупость перешла все границы!

– Как и ваше нахальство! – злобно прошипела она в ответ. – Пытаетесь заставить меня ревновать?

– Что? – опешил он, но Марианна резко встала с кресла и отошла.

Кровь стучала в ушах. Ей показалось, что сэр Томас идет за ней, поэтому она подошла к дамам, которые втроем что-то тихо обсуждали.

– У сэра Томаса такой красивый дом, не правда ли? – произнесла Марианна.

Краем глаза она заметила, что джентльмены ушли играть на веранду. Зато дамы уставились на нее так, будто с ними заговорили их перчатки.

– Да у него очень… уютно, – прохладно заметила Линда, жена сэра Филиса.

– А ты чудесно играешь! – защебетала подруга Роджера.

– И голос чудный! – поддержала её Линда.

Мадам Пандора лишь сдержанно улыбалась. Марианна с тайным удовлетворением поняла, что мадам видит в ней соперницу, и сделав глоток из бокала, придумывала какую-нибудь колкость. Но из-за шторы выглянул сэр Томас:

– Дора, дорогая, ты мне нужна! Твое присутствие приносит мне удачу.

Линда притворно улыбнулась Марианне, пока её сестра уже спешила на веранду:

– Идём посмотрим. Сэр Томас так хорошо блефует!

Но Марианна не могла больше здесь оставаться:

– Извините, мне нехорошо. Я выйду на воздух.

И, не дожидаясь ответа, направилась к дверям.

Она вышла из гостиной, миновала холл и оказалась на улице. Еще едва стемнело, а фонари уже освещали садовые дорожки. Марианна двинулась по любимой тропинке. Щеки её горели, и она злилась на сэра Томаса. Ведь это он виноват! За кого ее принял сэр Филис? Что за развязные нравы у них тут царят?

А как он заигрывает с этой Пандорой! С ней, Марианной, он ведёт себя совсем иначе! Конечно, зачем ему любезничать с ней, она и так в его власти! Гнусный, подлый…

Марианна сама не заметила, как сделала круг по дорожке и вновь оказалась у входа. Она решила отправиться спать, а сэр Томас пусть сам объясняет гостям её отсутствие.

Она была уже в холле и направлялась к лестнице, когда из гостиной вышла мадам Пандора с бокалом шампанского в руке. Она заметила Марианну.

– Куда же ты пропала? Иди к нам!

– Боюсь, мне нехорошо. Я пойду наверх.

Марианна поставила ногу на нижнюю ступеньку лестницы, когда ощутила, как кто-то сжал ее локоть. Пандора стояла рядом и пристально смотрела на нее.

– Ты что, не поняла, глупая девчонка? Я велела тебе вернуться в гостиную.

Опешив, Марианна попыталась выдернуть руку. Но хватка длинный тонких пальцев с острыми ногтями оказалась слишком сильной.

– Что вам от меня нужно! Отпустите сейчас же!

Но Пандора сделала в точности наоборот: наклонилась еще ближе к самому уху Марианны.

– Твой глупый спектакль мне не понравился, но зато ты можешь рассказать мне, что любит Томас в постели. Уверена, ты знаешь больше моего. С такими, как ты, не церемонятся.

От гнева у Марианны потемнело в глазах. Поскольку вырваться не получалось, она выхватила у Пандоры из руки бокал и плеснула шампанским ей прямо в лицо.

Пандора вскрикнула от неожиданности. Но еще до того, как она выпустила Марианну, в дверном проеме показался сэр Филис.

– Что здесь…

Его веселость испарилась, когда он понял, что произошло. Марианна хотела уйти. Но вдруг увидела белое, как полотно, лицо сэра Томаса, застывшего в дверях.

– Что случилось? – процедил он.

– Эта мерзавка облила меня шампанским! – голосила Пандора, точно Марианна стреляла в нее из револьвера.

– Она оскорбила меня, – попыталась оправдаться Марианна, – она сказала…

Но сэр Томас будто не слышал. В один миг он оказался рядом и, как Пандора недавно, схватил ее за плечо.

– Томас… – хотел сказать что-то сэр Филис.

– Я разберусь, – бросил он ледяным тоном и потащил Марианну к выходу на улицу.

– Что вы делаете? Мне больно! – вскричала она.

Но взглянув на его застывшее лицо, онемела от страха. Сэр Томас привел ее к гаражу и открыл дверь. На мгновение она обернулась: на крыльце столпились гости, они глядели им вслед с большим интересом.

– Что вы…?

– Молчать! – грубый оклик заставил ее содрогнуться, а еще более грубый толчок – упасть на пол.

Марианна обернулась на сэра Томаса, и увидела, как он снимает со стены хлыст для лошадей.

– Что вы…

Он направился к ней и замахнулся. Марианна закрыла руками голову и закричала. Но удар пришелся рядом с ней, взметнув в воздух пыль и грязь. Боясь открыть глаза, Марианна слышала, как он нанес еще несколько ударов по полу.

– Не смей выходить отсюда! – приказал он чужим голосом.

Его шаги удалились, и громко хлопнула дверь гаража.

Ни жива ни мертва от ужаса, Марианна сидела на полу. Слезы сами собой текли по щекам. Что произошло? С чего сэр Томас так обезумел? И почему так и не ударил ее? Пожалел или устыдился своего порыва перед гостями? Но это не важно, совершенно точно она уедет отсюда сегодня же!

Наконец она нашла в себе силы подняться. Красивое платье измялось и запачкалось, и его было жаль. Марианна взглянула на свою руку: в том месте, где схватил ее сэр Томас наливался синяк. Она закрыла лицо руками. Как она попала в этот кошмар?

Дверь гаража тихо скрипнула. Дернувшись, Марианна взглянула на вошедшего. Это оказалась Мейбл.

– Сэр Томас велел вас в комнату отвести, – негромко сказала она.

Марианне захотелось ответить что-то резкое про сэра Томаса, но она поняла, что у нее не осталось сил. Закусив губу, она пошла за горничной. Из окон гостиной все так же доносилась музыка, а иногда и звонкий смех Пандоры. Марианну бросило в жар. Выходит, все произошедшее было у них в порядке вещей?

Внезапно ее накрыло понимание… Вот почему эта девица так говорила с ней, и сэр Филис тоже! Они решили, что она рабыня сэра Томаса! А он вместо того, чтобы разубедить их, поступил с ней как с рабыней!

– Идемте, мисс! – легонько подтолкнула ее Мейбл – Марианна и не заметила, как застыла на месте.

Горничная провела ее через черный ход и кухню, а потом на второй этаж. Войдя, Марианна увидела на столе стакан теплого молока.

– Завтра вам ванну сделаю, – словно извиняясь, сказала Мейбл.

Марианна обернулась к ней.

– Ты знаешь, что произошло?

– Я все видела, мисс, – потупилась служанка.

– И что же это – обычное дело? Сэр Томас всегда бьет женщин? – она и не замечала, как все больше распаляется. – Или только я удостоилась этой чести? Как он может спокойно играть в карты, будто ничего не случилось?

Ее душили слезы обиды. Чтобы не потерять авторитет в глазах друзей, сэр Томас наплевал на нее. Марианна закрыла лицо руками. Мейбл подошла к ней и обняла за плечи.

– Сэр Томас сказал, что завтра все вам объяснит. Выпейте молока, успокойтесь. Он вас не обидит.

Она осторожно помогла Марианне переодеться. Потом подала молоко и проследила, чтобы оно было выпито. Когда Марианна легла, Мейбл укрыла ее одеялом, будто заботливая мать, и ушла.

Марианна закрыла глаза, после всех потрясений она устала так, что просто уснула.

Утром ее разбудил шум за окном. Она встала и снова заняла наблюдательный пункт за шторой.

Компания уезжала. Видимо, сэр Томас и его гости собрались на скачки, потому что все разоделись в пух и прах. Давно уже соревнования лошадей превратились больше в соревнования нарядов, в особенности дамских.

Сэр Томас держал под руку мадам Пандору. Он что-то шептал ей на ухо, а она жеманно хихикала. Развязные движения и покровительственное обращение не оставляли сомнений в том, что они с мадам Пандорой не были просто друзьями. Марианне была отвратительна эта сцена. Руки сжались в кулаки. Вот каков он на самом деле! А она попалась на его крючок, как последняя дурочка!

Она отпрянула от окна и села на кровать, пытаясь успокоиться. Шелест гравия под колесами возвестил, что гости уехали.

Только теперь Марианна заметила на столике завтрак: овсянку, вареные яйца и сосиски. Но ей кусок в горло не лез. Она встала и отправилась в ванную. Тщательно одевшись и причесавшись, Марианна достала из-под кровати чемодан, сложила в него платья, обувь и прочие вещи, а затем поставила у двери. Она хотела выйти вниз и попросить Гордона найти ей кэб. Но не тут-то было! Дверь ее комнаты оказалась заперта.

Марианне захотелось придушить сэра Томаса собственными руками. Она принялась колотить в дверь и звать прислугу. Вскоре раздался голос Мейбл:

– Успокойтесь, мисс! Это на время. Скоро сэр Томас вернется и вас отопрет!

– Ах сэр Томас! – прошипела она. – Передайте ему, что я скорее выпрыгну из окна, чем стану с ним говорить!

С этими словами она в самом деле ринулась к окну и распахнула его. Однако, при взгляде вниз ее решимость поубавилась. Еще не хватало переломать себе ноги из-за какого-то негодяя!

– Мисс! – кричала за дверью Мейбл. – Пожалуйста! Если вы полезете в окно, нам придется отвести вас в подвал.

– Нам? – взревела Марианна. – А я думала, что ты на моей стороне!

– Мы не хотим, чтобы вы убились!

Но Марианна издевательски рассмеялась.

Смахнув с постели одеяло, она добралась до простыни. Известный способ из старых романов! Марианна принялась рвать простынь на полосы и связывать между собой. Но это оказалось не так просто, как пишут в книгах, и заняло много времени. Когда веревка уже почти была готова, руки у Марианны нещадно болели, а сомнение в этой конструкции усиливалось. Зато и гнев немного поутих. Может быть, стоит поговорить со слугами спокойнее? Пообещать награду, например?

Внезапно дверь комнаты открылась.

Марианна ринулась к ней с победным воплем, но на пороге стоял сэр Томас, и она отшатнулась.

Он же, наоборот, приблизился и протянул руку.

– Если прикоснетесь – закричу! – вполне осознавая глупость угрозы, сказала Марианна.

– Как ты себя чувствуешь? – с беспокойством спросил он.

– О, великолепно! – издевательски ответила она.

– Ты куда-то едешь? – он ткнул пальцем в чемодан.

– Я еду домой! И вы меня не остановите! Я имею полное право уехать, потому что вы… вы…перешли все границы!

– Да, ты права, но позволь сперва объяснить.

Как же сегодняшний сэр Томас отличался от того, что она видела вчера! Под глазами залегли тени, брови нахмурены и, наверное, впервые было заметно его волнение. Марианна заявила:

– Я и так все поняла. Ваши друзья решили, что я… что я ваша… одна из ваших девушек. А вы их не разубедили. Почему?

– На самом деле, мне нужно было, чтобы они решили, что ты одна из моих девушек, – вздохнул он. – Поэтому я сделал вид, что наказал тебя. Мне очень жаль, Марианна. Прости, что я втянул тебя в это.

Он выглядел действительно расстроенным. Она еще никогда не видела его таким. Ей пришло в голову, что его вчерашнее бледное лицо означало не гнев, а… страх за нее?

– Ради того, чтобы не ударить в грязь лицом перед друзьями, вы вываляли меня в этой грязи, а теперь просите прощения? Ну уж нет!

– Если бы ты не выходила из комнаты, как я просил, – сузил глаза сэр Томас, – мне не пришлось бы…

Он умолк, словно одернул сам себя.

Марианна подняла подбородок и приказала:

– Вызовите мне кэб сейчас же!

Сэр Томас сжал губы. Но в глазах мелькнула печаль. Марианне снова захотелось заплакать, но она не осталась бы в его доме ни за какие коврижки.

– Да, разумеется, – равнодушно сказал он. – Мейбл!

Горничная тут же показалась в дверном проеме.

– Да, сэр.

– Скажи Гордону, чтобы позвонил мистеру Элмору. Пусть он пришлет кэб, – бросил он. – Мисс Элмор уезжает домой.

Служанка умчалась исполнять поручение.

Марианна и сэр Томас так и стояли, застыв друг напротив друга. Марианна не знала, что еще сказать, и не могла заставить себя сдвинуться с места, но и сэр Томас не уходил, разглядывая нетронутый завтрак на ее столе. Наконец он вновь перевел на нее взгляд.

– Прости меня, Марианна. Я действительно виноват. Меня оправдывает лишь то, что я не знал, чем все это обернется, когда просил тебя пожить у меня три месяца. Хочу, чтобы ты знала: я не так плох, как ты думаешь.

Сердце у Марианны сжалось.

– Я тоже хочу, чтобы вы знали…

Но тут ее отвлек ввалившийся в комнату запыхавшийся Гордон.

– Сэр! Там полиция! – в панике воскликнул дворецкий. – Они ворвались в дом.

Глава 12. Домой

– Ворвались? Что это еще значит? – прошипел, сощурившись, сэр Томас.

Он вышел в коридор, Марианна следовала за ним, как привязанная. Внутри у нее росла тревога.

С лестницы выскочили двое в форме, а ещё несколько полицейских бежали по коридору с другой стороны, видимо, они вошли с черного хода.

– Что здесь происходит? Это мой дом! – прорычал сэр Томас.

Но вместо ответа полицейские схватили и его, и Марианну. Лорд Вудсток попытался отбиваться и даже заехал одному в глаз, но силы явно были не равны. Стражи закона облепили его со всех сторон.

Тут подоспел тучноватый сержант, видимо, их начальник.

– Лорд Томас Вудсток, вы арестованы! – заявил он со скользящим в голосе превосходством, но торжественность момента подпортило то, что он сильно запыхался.

– За что? – процедил сэр Томас.

– По обвинению в работорговле, рабовладении и жестоком обращении с рабами.

– Что-то я не видел вас прежде, – заметил сэр Томас спокойно, но Марианна уловила нотку угрозы в его голосе. – Где же сержант Баррет?

– Меня перевели недавно, – ответил толстяк. – А сержант Баррет ушел в отставку.

– Как вовремя, – прошипел сэр Томас, но полицейский уже повернулся к Марианне:

– А это видимо одна из ваших…

– Нет!!! – впервые Марианна услышала страх в голосе сэра Томаса. Он дернулся в руках полицейских.

– Разберемся, незачем кричать.

Сержант подошел к Марианне и окинул ее оценивающим взглядом. И хотя она не сделала ничего плохого, страх заставлял ее сердце биться все быстрее.

– Недурно… Покажи плечико, милая.

– Да как вы смеете! – Марианна вздернула подбородок и выставила вперед плечо, на котором должно быть рабское клеймо. Её открытое летнее платье пришлось весьма кстати.

– О, ладно…Что же вы делаете здесь, юная леди? – сменил он тон.

– Отпустите её, это моя знакомая, – вмешался сэр Томас. – Она проезжала мимо и зашла поздороваться. Её, должно быть, уже ждёт машина.

– В самом деле, леди? – недоверчиво хмыкнул сержант.

– Да, сэр. Отец меня наверно обыскался, – захлопала ресницами Марианна, вспомнив, что Гордон должен был позвонить отцу.

– Придется ему ещё поволноваться, пока я вас допрошу, – заметил сержант, доставая из-за пазухи пачку неопрятных листов и карандаш.

– Пятьдесят тысяч, – негромко сказал сэр Томас.

– Что такое? – полицейский повертел пальцем в ухе, как будто не расслышал и покосился на державших сэра Томаса подчиненных.

– Семьдесят. Она ничего не знает, и вы её не видели, – сэр Томас сверлил его взглядом.

Тот посмотрел на Марианну. Она затаила дыхание.

– Сто. Сейчас.

Сэр Томас кивнул.

– Что ж, – сержант написал что-то на листе, а остальные спрятал обратно. – Тогда прошу вас, мисс, покинуть дом немедленно, мы будем производить обыск.

Марианну отпустили, сержант вручил ей листок.

– И забери свою камеристку! – добавил вдруг сэр Томас. – Где эта глупая девчонка?

Марианна выпучила глаза. О ком он говорит?

– Эй, Мейбл! – крикнул сэр Томас, и из одной из комнат робко вышла горничная. – Приведи сюда камеристку мисс Элмор! Да живей!

– Э, нет! – перебил толстяк. – Про камеристку уговора не было!

– Но как же, сэр? – вошла в роль Марианна. – Я же не могу ехать одна, без сопровождения! Это неприлично, в конце концов!

Полицейский растянул рот в приторной улыбке.

– Если вы не уберетесь сию минуту, мисс, вашим сопровождением станут мои ребята.

Марианна взглянула на сэра Томаса. Губы его были плотно сжаты, но он махнул ей головой, чтобы уходила. Внутри все переворачивалось, но упорствовать не имело смысла.

С трудом оторвав от него взгляд, Марианна побежала по коридору, спустилась в холл, где на удивление никого не было, и вышла из дома.

На крыльце стояли полицейские. Увидев её, один сразу преградил ей путь. Марианна показала ему листок бумаги от сержанта. Он тут же потерял к ней интерес. А она побежала бегом по подъездной дорожке. С колотящимся от волнения сердцем Марианна предъявила записку и полицейскому у ворот. Он кивнул и выпустил её наружу.

Стоя за воротами в ожидании машины, Марианна думала о сэре Томасе.

Его арестовали за рабовладение…

Разве она не должна радоваться этому? Справедливость восторжествует, злодей будет наказан. Но перед внутренним взором стояли его пронзительные серые глаза в те моменты, когда сэр Томас слушал музыку, насмехался над ней и когда поцеловал… Марианна закрыла лицо руками. Нет, даже после вчерашнего она не могла желать ему зла, каким бы чудовищем он ни был.

А как изящно он освободил ее от унизительного допроса сержанта… И даже хотел, чтобы она забрала Марту. Да, Марте совсем не на пользу беседа с полицейскими, она и так слишком нервная. Разве это не благородство?

Жестокое обращение с рабами… Вообще-то сэр Томас довольно вспыльчивый человек. Она сама неоднократно выводила его из себя. Но он никогда не проявлял жестокости. Он не кричал на Марту, когда она все путала. Он не набросился с кулаками на Альфреда, хотя так и стоило поступить. И даже вчера он так и не ударил по-настоящему… Конечно, он дал слово, что не тронет её. Но разве для такого негодяя слово что-то бы значило?

Разве может один и тот же человек вести себя так благородно в одном и быть безжалостным монстром в другом? Невольно вспомнилась девушка в его машине. Наверное, все-таки может. Но Марианна не хотела знать другого сэра Томаса, лишь того человека, который спас ее сестру и вел себя как джентльмен.

Подъехал автомобиль. В окно выглянул отец.

– Марианна!

Она поспешно села в машину. По дороге домой она рассказала об аресте, умолчав о вчерашних событиях. Отец помолчал немного.

– Я рад, что он не успел причинить тебе зла. Думаю, он заслужил свою смерть.

– Смерть? – ахнула Марианна.

– По закону за работорговлю полагается смертная казнь, – сказал отец.

И Марианна вспомнила! Ведь сэр Томас сам говорил ей об этом законе, когда похитили Тину! Даже смеялся над ним.

– И ты думаешь, его и правда казнят? – дрожащим голосом спросила она.

– Таких, как он, не арестовывают и не казнят, – задумчиво проговорил отец. – В его руках была власть, полиция была куплена. Но если уж его арестовали, значит, он потерял свое влияние. Кому-то более сильному оказалась нужна его смерть. Теперь от петли его ничто не спасёт.

Марианна уставилась в окно, чтобы он не увидел ее слез.

***

На пороге дома Марианну встретила Аннет, а к ужину отец позвал Натали. Все вокруг радовались ее возвращению и строили планы. Но Марианна не могла перестать думать о сэре Томасе. Где он сейчас? Что с ним? Что сталось с его слугами? Как там Мейбл и Марта? Собственный дом казался ей чужим. А предложение подруги поехать завтра на пикник – нелепым.

Ее мрачное настроение списали на пережитые трудности, и Марианна пораньше ушла спать. Но она долго лежала без сна, чувствуя, как внутри разрастается холод при мысли, что она никогда больше не увидит сэра Томаса.

***

За завтраком отец читал газету, а Марианна равнодушно помешивала в тарелке. Без Тины дома было пусто и непривычно. Они собирались уехать к ней через пару дней.

Вдруг отец сказал:

– Здесь про лорда Вудстока! Смотри!

Она положил газету на стол, и Марианна смогла прочесть пространную статью о сэре Томасе, его дурной репутации и вчерашнем аресте. В конце статьи говорилось, что суд состоится сегодня около полудня.

– Так быстро? – воскликнула ошеломленно Марианна.

– Видно, чтобы не дать ему опомниться, найти хорошего адвоката и продумать защиту. Его явно хотят убрать поскорее, – пояснил отец.

– Я пойду туда! – сказала она

– Куда?

– В суд! Я должна пойти! Я хочу понять… что происходит.

Как отец ни отговаривал ее, Марианна взяла автомобиль и уехала.

Глава 13. Превращение

В зале суда собрался, казалось, весь город. Все пришли посмотреть на падение одного из самых влиятельных людей.

Марианна опоздала. С трудом протиснулась она поближе к трибунам, чтобы увидеть сэра Томаса. И ахнула, прижав руки в перчатках к губам.

Сэр Томас сидел на скамье сгорбившись, все лицо у него заплыло, нос был сломан, разбитые губы крепко сжаты. Видно было, что ему тяжело держать спину ровно. На вопросы он отвечал безжизненным голосом. Такой контраст с его обычным самоуверенным и ухоженным видом ужаснул Марианну. У нее на глаза навернулись слезы.

Но потом она заметила нечто еще худшее: на месте свидетеля сидела Марта и дрожащим голосом рассказывала, как сэр Томас над ней издевался. Волосы на голове зашевелились от её слов. «Это не правда! Это не может быть правдой!» – стучало в ушах у Марианны.

– Чем вы можете подтвердить свои слова? – наконец спросил у Марты адвокат.

Она поднялась с места. Даже издалека Марианна видела, что она вся дрожит. Марта расстегнула манжеты и закатала рукава. На ее руках стали видны страшные шрамы. Затем, словно нехотя, она расстегнула несколько пуговиц на вороте и немного сдвинула воротничок. Зрители ахнули. От ключицы тоже уходил вниз уродливый шрам.

– Я думаю, мы не станем заставлять мисс Лайон снимать одежду, – сказал прокурор. – Наш врач уже осмотрел ее вчера и может подтвердить, что на ее теле имеются следы пыток.

У Марианны все поплыло перед глазами, к горлу подкатила тошнота. Но она вцепилась в спинку ближайшей скамьи и пыталась справиться с собой. Теперь она просто обязана дослушать до конца и узнать правду, какой бы она ни была. И услышать приговор.

Она несмело взглянула на сэра Томаса. Но его лицо не выражало никаких чувств по поводу рассказа Марты, на нем была лишь обреченность. Он не удивлен? Не возмущён несправедливым обвинением? Или же так все и было, и ему ни капли не совестно? А потом она вспомнила, как он пытался вчера заставить ее увезти Марту… Он точно знал о шрамах!

– Вы подтверждаете рассказ мисс Лайон? – спросил прокурор у сэра Томаса.

Марианна затаила дыхание.

– Нет, – глухо произнес тот.

– Тогда как все было, по вашему мнению?

– Когда я купил ее, шрамы уже были.

– Так-так, значит, вы подтверждаете, что покупали и продавали людей, мистер Вудсток? – обрадовался прокурор.

– Только покупал.

Тот полез в папку на своем столе и достал какие-то бумаги.

– Совершенно верно! И за последние пять лет вы купили не меньше пятидесяти рабов. У меня имеется их список из вашего собственного архива.

Он потряс бумагами.

– Вы подтверждаете, что в разное время купили этих рабов.

– Подтверждаю, – глухо произнес сэр Томас, равнодушно скользнув взглядом по толпе.

– Однако, куда же они все делись? Ведь в вашем доме мы их не обнаружили! – продолжал прокурор. – Вы продали их! Здесь есть пометки, так же сделанные вашей рукой. Вы подтверждаете это?

Марианна ждала ответа, в ушах стучала кровь. И вдруг глаза сэра Томаса встретились с ее. Да, без всякого сомнения он заметил ее. Но спустя миг, он вновь смотрел на прокурора.

– Нет, это ложь, – сказал сэр Томас. – И вы это прекрасно знаете, потому что сами вчера сделали эти отметки. И так же вы прекрасно знаете, что я не продал, а освободил этих людей. Но документы от этом вы сожгли в камине.

– Я протестую! – завопил тот.

Но Марианна все поняла. Спасение Тины, шрамы Марты, ужасная сцена в гараже, плачущая девушка в автомобиле и его слова Робину о том, что он не может прекратить – все наконец сложилось в одну картинку. Он спасал людей из рабства! Он притворялся работорговцем, чтобы освобождать их. Марианна поверила в это безоговорочно. Ей показалось, что у нее открылись глаза. Как она не догадалась раньше? И в тот же миг весь этот судебный процесс превратился в дешевый спектакль. И Марта! Бедная Марта!

Марианна взглянула на бывшую горничную. Та сидела бледная и дрожащая, опустив глаза. Ну конечно сэр Томас просил забрать ее! Ее запугали, заставив давать против него показания.

А прокурор тем временем пытался доказать, что денег сэра Томаса не хватило бы на такую грандиозную операцию. Он утверждал, что лорд Вудсток не смог бы жить на широкую ногу, если бы тратил баснословные суммы на освобождение рабов. Он явно зарабатывал работорговлей.

Остаток заседания Марианна не могла понять: неужели никто, кроме неё, не видит, что сэр Томас невиновен? Процесс был явно сфабрикован. Даже адвокат вызывал свидетелей, которые никак не могли оправдать сэра Томаса, не было ни его слуг, ни друзей.

Продолжение слушания перенесли на завтра. Марианна пыталась подобраться ближе к сэру Томасу, чтобы хотя бы сказать, что верит ему. Но в зале поднялась толчея, и ее вынесло на улицу вместе с другими слушателями.

Она отошла в сторону, чтобы отдышаться. После всего увиденного и услышанного сердце колотилось, как безумное.

– Мисс! – раздался рядом оклик.

Марианна подняла голову. Обходя людей, к ней спешила Мейбл.

– Мисс! Как вы? Вам дурно, вы такая бледная!

– Побледнеешь тут! – проворчала Марианна. – Ты видела этот ужас?

Лицо у Мейбл стало жалостливое.

– Сэр Томас не виноват, мисс.

– Я и сама это поняла! Но ведь его приговорят и… – горло сжалось, не дав договорить.

Горничная только переминалась с ноги на ногу.

– Почему там была Марта? – спросила Марианна.

– Ее вчера увезли вместе с сэром Томасом, – ответила та. – Видать, застращали ее, чтобы она соврала.

– Откуда у нее шрамы? Ты говорила мне, что в вашем доме рабов нет!

– Сэр Томас выкупил ее и освободил. Обычно он всех заставляет уехать, но Марте очень тяжело было, она боялась выходить из дому. И он оставил ее у нас, дал работу.

– Обычно, значит? – с досадой повторила Марианна. – Почему ты не сказала мне правду?

– Сэр Томас строго-настрого приказал ничего вам не говорить, – виновато ответила она.

– Ну почему?! – взвыла Марианна.

– Он думал, что вы скоро вернетесь домой, и не хотел, чтобы вы распустили не те слухи.

– Но зачем тогда я вообще была ему нужна?

Но Мейбл пожала плечами.

– Я должна встретиться с ним! – заявила Марианна. – Я должна увидеть его и поговорить! Где его держат?

– В городской тюрьме, знамо дело.

– Пойдешь со мной?

Мейбл переступила с ноги на ногу:

– Я только хотела найти Марту. Волнуюсь за нее.

Марианна кивнула.

– Хорошо. Где же она?

Горничная принялась озираться по сторонам.

– Кабы знать, мисс! Меня вынесло с толпой на улицу, я не успела разглядеть, куда свидетели уходили.

Марианна и сама прежде не бывала на судах.

– Она не преступница, ее должны были отпустить домой, – предположила она. – Давай вернемся в зал.

Но их встретили закрытые двери. Охранник сказал, что выставил всех из зала, и велел уходить. Про Марту он ничего не знал.

– Так может быть, она и пошла домой? – сказала Марианна, вновь оказавшись на улице. – Почему ты так переживаешь за нее?

– Вы разве не видели ее, мисс? – вздохнула Мейбл. – Она и прежде дерганная была, а тут и вовсе… Как бы не вышло беды!

– Беды?

– Она может и руки на себя наложить, – прошептала служанка.

Марианна нахмурилась.

– Давай обойдем здание.

Их старания были вознаграждены: Марта действительно нашлась. Она сидела, скрючившись, между двумя колоннами слева от входа и рыдала. Марианна сперва приняла ее за попрошайку. Зато Мейбл сразу ее узнала и бросилась успокаивать.

– Все из-за меня! Из-за меня, – повторяла Марта, отпихивая дрожащими руками Мейбл.

– Хватит раскисать, пошли домой! – скомандовала та.

– Нет… Я не могу вернуться… Сэр Томас помог мне, а я… Меня все возненавидят… Оставь меня!

Марианна растерянно смотрела на эту некрасивую сцену. Прохожие оборачивались, глядя, как Мейбл пытается поднять бьющуюся в истерике девушку на ноги.

Наконец Марианна взяла дело в свои руки: она нашла кэб и попросила кэбмена помочь усадить Марту внутрь. Он, конечно, был не рад такому заданию, но Марианна хорошо ему приплатила. Вскоре служанки уехали в особняк, а Марианна отправилась в городскую тюрьму, что располагалась в соседнем здании.

Но встретиться с сэром Томасом оказалось не так просто. В тюрьму ее не пустили, а вызвали начальника. Но и тот сказал, что к сэру Томасу посетители не допускаются. Как ни уговаривала его Марианна, ничего не вышло.

Она поехала домой грустная и разбитая.

Дома она все рассказала отцу. И про освобождение рабов, и про несправедливый суд. Но он только покачал головой.

– Все это печально.

– Нет, это ужасно! – распалилась Марианна от такой сдержанной реакции. – Предвзятость суда очевидна. Ему не дают защищать себя. Я должна что-то сделать!

– Успокойся, Марианна! Что ты можешь? – попивая из кружки чай, заметил мистер Элмор.

– Я могу выступить в его защиту! – воскликнула она, прохаживаясь перед ним взад-вперед.

Но отец возразил:

– Нет, Марианна! Вас обвинят в любовной связи и не примут твои слова всерьёз. Ты опозоришься перед всем городом, а ему не поможешь.

К сожалению, он был прав. Она не находила себе места весь вечер, но ничего больше не могла придумать.

– Завтра я снова туда пойду!

– Не стоит, дорогая, – говорил отец. – Ты не можешь ему помочь. Не терзай себя.

***

На второй день заседание длилось не так долго. Выглядел сэр Томас ещё хуже, а прокурор был ещё наглее.

Выступал сэр Филис, с которым они вместе держали акции железнодорожной компании. Он утверждал, что никакие дивиденды не могут покрыть миллионы, которые сэр Томас тратил на рабов, и совершенно очевидно, что он занимался ещё и работорговлей. Марианну до глубины души возмутило это предательство.

Выступало несколько высокопоставленных лиц, которые обвиняли сэра Томаса в том, что он предлагал им взятки. Даже его адвокат не сдержался и в ответ сказал:

– И вы, разумеется, ни одной не взяли!

Несколько жителей города рассказывали о странных звуках, доносящихся из его дома, тёмных личностях, с которыми он якшается, и чуть ли не связи с дьяволом.

Подсудимый слушал все это с полным равнодушием. Кто бы что ни говорил, итог уже был известен.

Наконец сэра Томаса попросили встать для оглашения приговора.

Он встал и в первый раз за два часа посмотрел в зал. Марианна надеялась поймать его взгляд. Но похоже, он мало что видел, и все его силы уходили на то, чтобы стоять прямо.

– …Приговаривается к смертной казни через повешение…

Больше Марианна ничего не слышала.  Она выбежала из зала, чтобы отдышаться. Слезы душили её, как и несправедливость приговора.

Она должна увидеться с ним в последний раз!

Глава 14. Последняя встреча

На этот раз она подготовилась.

– Никаких посетителей! – рявкнул охранник на входе.

Марианна с милой улыбкой протянула ему конверт.

– Ну хорошо, – замялся он, принимая взятку. – Пять минут!

Марианна старалась не смотреть по сторонам, пока он вел ее по полутемному коридору. У нужной камеры охранник остановился и отпер дверь.

– Пять минут! – снова повторил он.

Крепко сживая руками сумочку, Марианна вошла в камеру.

Прислонившись спиной к стене, сэр Томас сидел на койке, погруженный в свои мысли. Вблизи он выглядел еще хуже – лицо заплыло, побои исказили знакомые черты. У Марианны сжалось сердце от того, как он изменился. Услышав скрип двери и шаги, он взглянул на посетительницу.

– Марианна?

От удивления он попытался вскочить, но тут же упал обратно с гримасой боли.

– Не надо, сидите! – она поспешно подошла и положила руку ему на плечо.

Но сэр Томас перехватил ее и сжал в своей. Марианна сглотнула. Слезы снова затуманили взгляд, но нельзя тратить на них драгоценное время.

– Ты не должна была приходить, – тихо сказал он, отпуская ее руку.

– Можно, я тоже присяду? – Не дожидаясь ответа, Марианна опустилась рядом на жесткую койку. – Почему вы ничего не рассказывали мне? Почему позволили считать вас чудовищем?

Он попытался хмыкнуть, совсем как раньше, но на лице снова отразилась боль.

– Потому что все не должно было зайти так далеко. Ты была случайной девчонкой, попавшей в мой дом. Я не мог раскрыть тебе свой секрет. Ты должна была вернуться домой в сентябре и своими рассказами поддерживать легенду о жестоком работорговце сэре Томасе.

– Вы для этого меня пригласили? – прохладно поинтересовалась Марианна.

Все же слова о «случайной девчонке» ее задели.

– Нет, – опустил голову сэр Томас. – Ты была моей страховкой от Гвидо.

– Гвидо?

– Он крупный работорговец. И я уверен, что именно он спонсировал этот процесс. Я слишком часто мешал его помощникам продавать людей, и он заподозрил неладное. Я хотел уехать, но мне нужно было время, чтобы закончить дела.

– Но почему вы… не разделались с ним? Не сдали полиции? У вас был Робин, были деньги и связи!

– Потому что никто не знает, кто он такой на самом деле. Очевидно, что у него тоже есть деньги и связи, у него налаженная сеть, но сам он всегда в тени. Робин пытался выяснить, кто он… как видишь, итог оказался печален. Бедняга Генри…

– Кто такой Генри? – не поняла Марианна.

– Его настоящее имя было Генри Уоткинс, – вздохнул сэр Томас. – Робин Гуд – всего лишь кличка. Он тоже жил двойной жизнью.

– Робин Гуд? – Марианна не смогла скрыть улыбки.

Подручный сэра Томаса – герой детской книжки! Это звучало как-то наивно и даже мило. Если бы не было так грустно.

– И ты права, Марианна, поначалу я думал, что ты красивая кукла, – произнес сэр Томас. – Ты казалась мне поверхностной, не слишком умной, легкомысленной.

– А вы умеете делать комплименты! – заметила она, чувствуя, как краснеет.

– Со временем я изменил свое мнение о тебе, – тихо сказал сэр Томас. – Я увидел, как тонко и глубоко ты умеешь чувствовать, какая ты смелая и добрая. Знаешь, ведь Марта сказала мне о твоих словах, чтобы она обращалась к тебе, если я стану обижать. Это было действительно смело. И ты так переживала за девушку в автомобиле…

– Я же подумала, что она…

– Я понимаю. Но там, где бываю я, никого подобное не трогает.

Марианна взглянула ему в лицо. Почему она раньше считала его некрасивым? Даже со сломанным носом сейчас он казался ей идеальным мужчиной. Его серые глаза смотрели так, что у нее снова запылали щеки, но совсем по другой причине. Он чуть склонился к ней, и Марианна поняла, что он сейчас ее поцелует. Но сэр Томас будто очнулся, отодвинулся и продолжил:

– Так вот: Гвидо. Его шпионы следили за мной. Они должны был видеть, что у меня действительно есть рабыня в доме, хотя бы одна. И ты исполняла ее роль, сама того не зная.

– Но почему вы не сказали мне? Я помогла бы вам!

Губы сэра Томаса дрогнули в улыбке.

– Правда? Ты взяла бы на себя эту унизительную роль ради человека, которого считала монстром? Ты же делала все, чтобы я выгнал тебя!

Конечно, он был прав. Марианна опустила глаза. Но сэр Томас взял ее за руку.

– Прости, что напугал тебя из-за Пандоры. Нужно было все объяснить. Но в тот момент ни она, ни Филис, ни остальные не должны были ни о чем догадаться. Я не мог доверять никому. Возможно, кто-то из них тоже шпионил для Гвидо.

Вдруг Марианну кольнуло неприятное воспоминание.

– А как же Пандора? Она знала правду о вас? Ведь вы были так близки.

– Близки? Нет, Марианна, она глупая и испорченная! Я обращался с ней как с продажной девкой, а ее это забавляло. Её отец – сенатор в Рондоне, я хотел, чтобы он помог мне. Но ничего не вышло.

Он окинул взглядом тесную камеру.

В дверь стукнули. От внезапного звука Марианна подпрыгнула.

– Пять минут истекли! – проговорили из-за двери.

– Тебе пора идти, – догадался сэр Томас и, на этот раз медленно, поднялся.

Марианна встала вместе с ним.

– Что они с вами сделали? – она коснулась пальцами его щеки.

– Ерунда. Скоро все закончится, – выдохнул он.

– Это несправедливо! Ужасно!

– Я догадывался, что так и будет рано или поздно.

Теперь в его глазах застыла обреченность. Марианне невыносимо больно было ее видеть.

– Но неужели ничего нельзя сделать?

– Нет, моя песенка спета.

– Эй, леди! – послышалось из-за двери.

– Минуту! – крикнула Марианна с досадой.

Даже попрощаться толком не дают!

– Но может быть… Кто-то может вам помочь? – спросила Марианна, голос её дрогнул, глаза наполнились слезами. Её сердце сжималось от осознания того, что делал этот человек ради других, но ему не помог никто. – Или хотя бы я… Я могу что-то сделать для вас?

– Можешь, – печально улыбнулся сэр Томас. – Не забывай меня.

Он поцеловал ее. На губах остался железный привкус. Марианна глотала слезы, не в силах поверить в такую ужасную несправедливость.

– Нет! – она вцепилась в его рубашку. – Я должна сделать что-то настоящее! Чтобы помочь вам! Я не допущу, чтобы вас…

Дверь открылась и показался охранник.

– Ты должна идти.

Но Марианна не могла уйти! Не могла оставить сэра Томаса! Она только крепче прижалась к нему.

Тогда он склонился к ее уху и быстро прошептал:

– Хорошо. Сделай вот что. У меня дома под телефонным аппаратом в холле есть листок с номером. Позвони туда. Однажды я встретил странного человека, он дал мне свой номер и сказал обращаться в случае неприятностей. Тогда я не отнесся к этому серьёзно. Но теперь выбора нет.

Марианна кивнула, глядя ему в глаза.

– А теперь – иди.

Она послушно отпустила его и под ворчание охранника направилась к двери.

– Прощай, Марианна, – сказал ей вслед сэр Томас.

Она хотела ответить, но дверь уже захлопнулась.

***

Напоследок она узнала у охранника, что казнь назначена на завтрашний полдень. У нее оставалось мало времени, чтобы выполнить просьбу сэра Томаса. Поэтому она велела шоферу ехать к особняку лорда Вудстока, а сама плакала всю дорогу на заднем сидении, наконец дав волю чувствам.

Когда автомобиль замер у запертых ворот, Марианна вышла и принялась стучать. Мейбл должна быть в доме, или Гордон, хоть кто-то. Отсюда было не разглядеть, горит ли в особняке свет.

Наконец дворецкий действительно появился и пропустил ее. Он был какой-то потерянный и даже не спросил, зачем она приехала. В холле он сказал:

– Я позову Мейбл.

Марианна кивнула, а как только он скрылся, бросилась к телефону. Под аппаратом действительно лежал пожелтевший сложенный листок, вырванный из телефонного справочника. На нем размашистым почерком был написан номер.

Едва дыша от волнения, Марианна крутила диск.

– Алло! – отозвался приятный мужской голос.

– Здравствуйте, – оробела она, забыв, что собиралась сказать.

– Кто это?

– Извините, что беспокою вас в столь поздний час, – принялась объяснять Марианна, – но дело очень срочное. Вам знаком сэр Томас Вудсток? Он несправедливо арестован, и его казнят завтра в полдень. Он сказал мне, что вы можете помочь.

– Да, Вудстока я знаю. А кто вы? – спросил незнакомец.

Марианну обескуражил этот вопрос. Какая, в конце концов, разница?

– Меня зовут Марианна Элмор, – сказала она. – Но это совершенно не важно сейчас! Просто скажите, вы сможете помочь сэру Томасу?

– В каком он городе?

От этого вопроса у Марианны внутри все похолодело. Если человек на том конце провода в другом городе, то что он может успеть сделать?

– В Ноэле.

– Я позвоню вам завтра, Марианна Элмор, – сказал собеседник и повесил трубку.

А Марианна так и стояла с ней в руках, кусая губы, пока не пришла Мейбл.

Глава 15. Сэр Фердинанд

Марианна осталась на ночь в доме сэра Томаса, несмотря ни на какие возражения отца. Она не хотела пропустить звонок таинственного джентльмена. Тогда мистер Элмор сам приехал к ней.

– Я не оставлю тебя здесь одну! – заявил он.

Мейбл причитала, что еще не успела все прибрать после обыска, но приготовила ему комнату для гостей. Марианна спрашивала о Марте, Мейбл сказала, что та еще не пришла в себя и сидит в своей комнате.

Вечером мистер Элмор в гостиной потягивал виски из бокала. Марианна тоже выпила немного вина, но оно не смогло унять боль и успокоить сердце.

– Сыграй что-нибудь, Марианна, – попросил отец.

Она отставила бокал в сторону и взглянула на рояль, а потом на отца, который сидел в кресле сэра Томаса.

– Нет, папа. Я не могу играть сегодня… без него. Вот он вернется и…

– Дорогая, – мягко сказал мистер Элмор, – ты же понимаешь, что тот человек тебе ничего не обещал. Не стоит слишком на него рассчитывать. Что он может сделать, в конце концов?

– Я не знаю, – опустила голову Марианна.

Отец потянулся к ней и взял за руку.

– Сэр Томас всего лишь хотел успокоить тебя. Он дал тебе поручение, чтобы ты не чувствовала вину, что не помогла ему. Ты сделала все, что в твоих силах. Но ты не виновата, если этого недостаточно. Спасти его могло бы теперь только чудо.

Марианна закусила губу.

– Все равно у меня нет настроения играть, – выдавила она. – Давай включим граммофон.

Она резко встала и подошла к аппарату. И пока перебирала пластинки в поисках нужной, прокручивала в голове слова отца. Она не хотела признавать, но чувствовала, что он, скорее всего, был прав. Телефонный звонок не дал надежды, а тихий шепот сэра Томаса перед расставанием должен был успокоить ее, предотвратить истерику. Марианна нашла нужную пластинку и приладила ее на место. Затем осторожно поставила иглу. Из рупора полилась мелодия Рахманинова, разрывающая сердце, и Марианна была рада, что стоит к отцу спиной.

***

Марианна думала, что не заснет, но усталость взяла свое. Всю ночь ее мучали кошмары, один хуже другого, и она просыпалась, чтобы затем вновь провалиться в удушливый ужас очередного из них.

С первыми лучами солнца она поднялась с постели. Публичные казни давно ушли в прошлое, но от осознания того, что где-то в темном подвале городской тюрьмы в полдень умрет сэр Томас, Марианну мутило.

Она пыталась почитать, полистать модный журнал с фасонами платьев, но сосредоточиться не удавалось. Тогда Марианна тихонько вышла из комнаты и добралась до кабинета.

Открыв дверь, она замерла на пороге. В кабинете царил погром. Книжные полки, ящики стола были выворочены. Книги валялись на полу или стояли стопками по углам. Некоторые были разорваны и брошены где попало. На письменном столе высилась груда бумаг, опрокинутая чернильница залила часть из них чернилами, будто черной кровью, обрывки и обгорелые листы усеивали пол. Открытый тайный ход перегораживал стул. Даже люстра была разбита. Марианна сделала шаг и осколок впился в босую ступню. Ей хотелось закричать, но не от боли в ноге.

Морщась, Марианна вытащила стекло и все же дошла до стола.

Мейбл пришла около восьми. Она заглянула в кабинет и ахнула:

– Что вы делаете, мисс?

Марианна, которая, взобравшись на стул, ставила книги на верхнюю полку, обернулась.

– Навожу порядок.

– Да вы что, здесь же стекло везде!

Она принялась за уборку, прогоняя Марианну. Но та не ушла.

К завтраку кабинет выглядел почти прибранным. Если не считать люстры и несмываемого пятна от чернил на столе.

Но когда Марианна зашла в столовую, то по лицу отца сразу поняла: стряслась беда.

– Что случилось, папа?

Мистер Элмор протянул ей газету.

– Думаю, нет смысла с этим тянуть.

На первой полосе был заголовок о том, что сэр Томас покончил с собой сегодня на рассвете. В газете сообщалось, что он принял пронесенный с собой яд. Также он оставил записку, где говорилось, что он «не желает умирать позорной смертью» и «пусть его враги катятся к черту». Марианна побледнела. Потому что о врагах мог написать, пожалуй, только он сам.

Газета выпала из рук, и Марианна села на стул. Кажется, у нее не осталось больше слез или просто сил, чтобы плакать.

«Прощай, Марианна», – он знал.

«Не забывай меня».

– Дорогая, выпей чаю, – прорвался в сознание голос отца.

Но она поднялась.

– Позже, папа.

Марианна направилась в гостиную. Отец с тревогой следовал за ней. Но она не хотела видеть его чересчур понимающий взгляд.

– Можно я побуду одна?

– Конечно. Но ты так побледнела. Тебе не станет дурно?

Марианна оставила вопрос без ответа. Она вошла в гостиную и подошла к роялю. Погладив черный бок, точно приветствуя старого друга, она села на банкетку и открыла крышку. Песня вырвалась наружу сама собой:

– Уходит мой корабль вдаль,

Махни платочком на прощанье,

Не забывай, не забывай

Наше последнее свиданье…

Отец оказался прав: музыка действительно помогала. Марианна вкладывала свою боль в слова и в звуки, и ей становилось легче. Ей казалось, что сэр Томас может услышать ее, где бы он сейчас ни был. Она играла для него.

– …Из-за тебя я верил в счастье, – закончила Марианна и закрыла лицо руками.

И тут в тишине гостиной раздались редкие аплодисменты. Марианна вскочила.

Но нет, не сэр Томас аплодировал ей. В дверях стоял незнакомый молодой джентльмен лет тридцати с правильными чертами лица. Темные волосы были зачесаны на модный пробор, но костюм был простоват для денди.

– Я прошу прощения, мисс. Услышал музыку и не смог удержаться, чтобы не послушать. Вы превосходно играете!

– Кто вы такой? – проигнорировала Марианна все правила приличной беседы.

– Меня зовут Александр Смит, я ищу Марианну Элмор. Это вы?

– Да, я. Кто пустил вас в дом?

Про себя она прикидывала, насколько плохо выглядит заплаканная и в домашнем платье.

– Ваш дворецкий. Он просил подождать в холле, но я не удержался и пошел на звук. Прошу прощения за вторжение.

– Это вам я звонила вчера? – догадалась Марианна по его бархатному голосу.

– Совершенно верно, мисс Элмор.

Она отвела глаза.

– Зачем вы пришли? Я уже знаю, что случилось. Жаль, что вы не смогли помочь, но приезжать было не обязательно.

– Я пришел, чтобы пригласить вас на небольшую прогулку на автомобиле, – заявил Александр. – И рассказать вам нечто важное.

Она нахмурилась. Что важного может сообщить ей этот незнакомец?

– Так расскажите сейчас.

– Боюсь, я не могу допустить, чтобы нас подслушали, – сказал этот нахал.

– Вы предлагаете мне ехать с вами вдвоем? Вам не кажется, что вы переходите границы приличий?

– Вы правы, – задумчиво сощурился мистер Смит, – тогда предлагаю вам взять с собой свою горничную Марту.

Марианна опешила.

– Откуда вы знаете Марту?

– Она была на суде, – проговорил он, взглянув чуть исподлобья. – Ей тоже стоит поехать с нами.

– Я ничего не понимаю!

Мистер Смит вдруг прикрыл глаза и вздохнул.

– Это касается сэра Томаса и нашего вчерашнего разговора. И это очень важно!

Сердце Марианны подпрыгнуло.

– Так вы едете со мной или нет? – переспросил он.

Имя сэра Томаса произвело волшебное действие на Марианну. Что мистер Смит знает о нем? А если он лжет? Но потом она решила, что все уже не важно.

– Я еду с вами! – сказала Марианна. – Но мне нужно переодеться. Присядьте пока, вам подадут чаю.

– Благодарю! – улыбнулся он и устроился на диване.

В коридоре поджидали все: Мейбл, Гордон и даже отец.

– Марианна, что здесь происходит? – сразу набросился он.

– Это друг сэра Томаса, – соврала она. – Он обещал показать мне… могилу. Я должна поехать с ним.

– Что?

Но Марианна не слушала возражений. Она велела Мейбл привести Марту и побежала к себе. Со всей возможной быстротой Марианна переоделась в черное платье и закрепила в волосах вуалетку. Но когда спустилась вниз, то не нашла мистера Смита в гостиной. Мейбл и бледная, как смерть, Марта топтались в холле.

– Где тот господин, что меня ждал? Ушел? – спросила у них Марианна.

Мейбл растерянно пожала плечами:

– Я помогала Марте собраться.

Бодрый голос прервал разговор:

– Вы уже готовы, как я вижу?

Марианна обернулась. Мистер Смит выходил из кухонного коридора.

– Где вы были? – спросила она.

– Отходил в уборную, если вам так интересно, – улыбнулся он.

Однако Марианна была уверена, что он лжет. Тем более, что у него в руках появилась небольшая папка. Или он пришел уже с ней?

– Так вы готовы? – переспросил он, подавая ей руку и поманив пальцем Марту.

– Да-да, – растерянно ответила Марианна, и они под руку вышли из дома. Горничная плелась позади с несчастным видом.

Марианна не знала, что и думать. Этот тип вел себя слишком подозрительно.

– Ворота были закрыты, и автомобиль пришлось оставить у дороги, – говорил он, шагая по подъездной дорожке.

У ворот их ждал Гордон. Он пропустил их и снова запер замок.

Автомобиль действительно стоял у дороги. Это оказался старенький «форд». Пожалуй, Александр мог бы быть мелким клерком…

И вдруг Марианну пронзила внезапная мысль: ведь мистер Смит может быть одним из подручных Гвидо, о котором рассказывал ей сэр Томас. От ужаса у нее закружилась голова.

– Прошу вас! – распахнул перед ней переднюю дверь мистер Смит, а затем открыл заднюю – для Марты.

– Послушайте, мы здесь одни, может быть, вы расскажете мне все прямо сейчас? – не торопилась садиться Марианна.

Горничная тоже со страхом поглядывала на автомобиль.

– Я понимаю ваше недоверие, – вежливо сказал мистер Смит, но судя по его движениям, он явно терял терпение. – Но если уж у вас хватило храбрости подлить снотворное в бокал лорда Вудстока, то хватит и на небольшую поездку по городу.

– Откуда вы…

– Садитесь в машину!

Как зачарованная Марианна уселась на переднее сидение, а Марта без вопросов забралась назад. В салоне пахло сигаретным дымом и приятными духами. Мистер Смит занял место водителя и завел мотор. Как только автомобиль тронулся, он сказал:

– Историю про снотворное рассказал мне сэр Томас. И кстати он жив.

– Что?! – едва не подпрыгнула Марианна. – Это правда?

Мистер Смит улыбнулся и продолжал как ни в чем не бывало:

– Он должен был позвонить нам раньше. Нелепая гордость или, может быть, недоверие чуть не погубили его. Но ты молодец, что позвонила. Я успел вовремя.

Марианна не смела поверить. Она даже не заметила, что странный тип перешел на «ты».

– Но как же заметка в утренней газете?

– О, у меня есть связи, – объяснил он, переключая передачу.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что напечатать можно что угодно. Особенно если правильно все обставить.

– Так он действительно жив? – Марианна затаила дыхание.

С заднего сидения донесся неопределенный звук, но она не обернулась.

– Да, – кивнул мистер Смит. – Я приехал незадолго до рассвета. И помог ему провернуть фокус с ядом. Охрана в вашей тюрьме никуда не годится.

Он усмехнулся.

– И это было нам на руку.

«Он жив!» – стучало в голове у Марианны. Она едва слышала, что ещё говорил мистер Смит.

– Куда вы нас везете?

– К нему, конечно. Разве ты не хочешь его увидеть?

– Но почему он не приехал сам?

– Врач запретил ему вставать с постели, – улыбнулся он. – У него сломана пара ребер.

Марианна не поняла причину его веселья, но новость, что она скоро увидит сэра Томаса наполняла ее ликованием. К тому же радостно было слышать, что его осмотрел врач. Автомобиль тем временем повернул на узкую и грязную улочку. У Марианны вновь закралось сомнение.

– А кто вы такой? Почему помогли сэру Томасу?

– Ты можешь звать меня Александр или просто Алекс, без церемоний. Я из организации по борьбе с рабством. Мы освобождаем рабов, продвигаем законы против рабства, поддерживаем людей, переживших рабство. В свое время именно мы заставили принять закон о смертной казни за работорговлю, – он нахмурился и печально покачал головой. – Но его слишком часто используют совсем в других целях. Как в случае с сэром Томасом – чтобы убрать мешающего человека. Несколько лет назад сэр Томас спас жизнь моей жене, так что я не мог не помочь ему.

Марианна обернулась назад. Марта глядела на нее распахнутыми глазами, по ее щекам текли слезы.

– Все будет хорошо, – шепнула ей Марианна и спросила у Александра, понизив голос: – Зачем вы просили взять ее с собой?

– Во-первых, ей тоже нужно было узнать правду, чтобы не винить себя, а во-вторых, ей стоит познакомиться с моей женой.

– Зачем?

Александр притормозил.

– Мы уже приехали. Ты сама все увидишь.

Машина остановилась перед невзрачным домиком на окраине города. Наверно лицо у Марианны стало недоверчивым, потому что Алекс сказал:

– Это все, что я смог найти в такой срок.

Они втроем вышли из автомобиля и поднялись на крыльцо. Стучать Алекс не стал, а просто толкнул дверь. В холле было темно и мрачно, но тут открылась одна из дверей.

– А вы не торопились! – навстречу вышла невысокая черноволосая девушка в сером платье с белым воротничком.

В таком наряде ее можно было бы принять за прислугу, но что-то было в ее походке и движениях, что не давало этого сделать.

– Мы мчались на полной скорости! – заявил Александр. – Познакомься, Роззи, это Марианна и Марта.

– Мисс Элмор, – поправила Марианна, не желая больше влипать в неприятности из-за неверного статуса.

– Рада с тобой познакомиться! – улыбнулась Роззи и пожала ей руку. – Прости Алекса, мы тут привыкли к простому обращению. Меня зовут Розалин.

Марианна немного опешила от рукопожатия, она думала, что это мужское приветствие. Но Розалин уже переключилась на Марту.

– Здравствуй, Марта, сэр Томас рассказал мне о тебе, – горничной она тоже пожала руку. – Идем выпьем чаю. Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

С этими словами Розалин повлекла Марту в комнату, из которой вышла.

Происходящее выглядело все более странно. Почему сэр Томас рассказал о Марте, а не о ней? И почему горничной предложили чаю, а ей нет? Но спрашивать об этом было неловко.

Александр уверенно повел Марианну на второй этаж.

– Это была ваша жена? – только спросила она.

– Да. Она врач. Она поможет Марте прийти в себя.

Марианна могла бы расспросить его подробнее, но сейчас ее мысли занимало только одно: сэр Томас.

Александр привел ее в одну из спален. Там на простынях в цветочек полулежал в полосатой пижаме сэр Томас собственной персоной. Его раны перевязали, и даже на носу красовалось что-то вроде повязки. У Марианны перехватило дыхание. Она поняла, что до сих пор сомневалась, боялась, что все это какой-то жестокий обман, и только увидев его живым, ощутила сильнейшее облегчение. Она бросилась к его постели и обняла, забыв о сломанных ребрах.

– Вы живы, слава Богу!

– Я тоже рад, – заметил он.

Серые глаза его радостно сияли.

Но тут Марианна поняла, как неприлично себя ведет, и, покраснев, отстранилась, встав рядом. Она обернулась на Александра, но его и след простыл.

Сэр Томас сделал вид, что не заметил ее неловкости. Он взял ее руку в свою.

– Ты спасла мне жизнь, Марианна! Я бесконечно тебе благодарен.

– Вообще-то не я, а Александр, – смутилась она. – Как вы себя чувствуете?

– Хорошо. Но миссис Смит настаивает, чтобы я лежал. Грозилась сломать мне ногу, если я вздумаю ехать к тебе, и пришлось послать Алекса. Совершенно невыносимая женщина!

Марианна рассмеялась, решив, что это шутка. Ни на секунду она не поверила, что милая девушка, которую они встретили внизу, могла кому-то угрожать.

– Как вам удалось спастись?

Сэр Томас посерьезнел.

– Незадолго до рассвета явился Алекс, и у него был план. Он передал мне какое-то лекарство. Я написал записку и выпил его. Оно сделало меня похожим на мертвеца: замедлило пульс и дыхание. Я толком не знаю, как оно работает. Словом, я потерял сознание, а очнулся уже в его автомобиле. Он привез меня сюда.

– Но что теперь с вами будет?

– Поступлю, как все покойники, – хмыкнул он, – исчезну отсюда навсегда и появлюсь в другом месте. Александр обещал помочь. А я за это передал ему все, что смог накопать про Гвидо. Они с ним разберутся.

Внезапно Марианна вспомнила папку, которую Алекс забрал в особняке сэра Томаса. Должно быть, там были сведения о Гвидо!

– Придется сменить имя, – продолжал он. – Буду, скажем, сэр Фердинанд.

Марианна снова рассмеялась. Какое нелепое имя!

Сэр Томас заглянул ей в глаза и легонько сжал ее ладонь в своей.

– Теперь, когда ты знаешь правду… Ты хочешь поехать со мной, Марианна? – спросил он.

Она улыбнулась.

– Да, сэр Фердинанд!

Конец