Kitobni o'qish: «Розовые макароны»

© Мария Батлук, 2017

ISBN 978-5-4490-0416-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Новый домик

— Да вы в своем уме?! — крикнула Малина.

Ее розовые волосы от возмущения запрыгали по плечам.

— Выбрасывать эту чудесную коробку!?

В дом к Малине и ее дочке Томе привезли новый холодильник. И рабочие, которые затащили его в квартиру на пятый этаж, теперь недовольно поглядывали на маму.

— Нет! Ни в коем случае не резать! — замахала она руками, когда один из рабочих достал из кармана резак.

— Мам, а зачем тебе эта коробка? — робко поинтересовалась Тома.

— Как зачем? — Малина выпучила глаза. — Это же до-мик! Здесь мы нарисуем дверь, вырежем ее вот так, чтобы открывалась… — Малина принялась, как шаман, скакать вокруг холодильника, который все еще стоял в коробке. — Вот здесь мы нарисуем звонок. А лучше приделаем настоящий колокольчик на веревочке!!!

Тома с сочувствием глянула на рабочих. Те таращились на маму, как будто видели привидение.

— Вырежем окна и нарисуем по бокам ставни, — Малина обняла холодильник. — Наш милый, чудесный домик! — при этом она поглаживала его, словно плюшевого медведя. — А вы резать собрались! — тут же гаркнула она так, что рабочие отпрянули.

— Дверь меняет дело, — подал голос один из рабочих, — покажите, где она будет?

Работа закипела. Только Малина могла сделать так, чтобы рабочие не только занесли холодильник, особым способом извлекли его из коробки и принялись мастерить из нее домик для Томы.

Вообще-то за это Тома просто обожала Малину. Хотя, признаться, иногда о выходках Малины можно было сказать одно: «Это уж слишком!». Достаточно вспомнить случай, когда она кричала в магазине, что гардины (та штука, к которой крепятся шторы) не могут стоить так дорого! А потом они пошли с Томой в заросший палисадник возле школы, и Малина отыскала там крючковатую длинную палку. Точнее, это был ствол какой-то несчастной покосившейся осинки. И что бы вы думали? Малина потащила это полено домой! Дочка помогала маме тащить кончик этой огромной палки через ведь двор. Прохожие и бабуси у подъездов глазели на них, как на сумасшедших!

«Это уж слишком!» — думала Тома.

Хотя дома Томе понравилось отмывать корягу, сушить ее феном и красить голубой краской. Когда это художество высохло, Малина залезла на стул и прибила эту гигантскую ветку над окном, а на небольшие сучки и выступы повесила шторы на петельках. Выглядело это потрясающе!

Впрочем, также чудесно выглядел новый домик из коробки из-под холодильника.

«В конце концов, ни у кого в классе нет такого домика» — подумала Тома, лежа на подушках в своем новом жилище с фонариком и комиксами в руках.

Глава 2. Псих + Ненормальная =?

Как вы уже поняли, Малина — это мама восьмилетней девочки Томы. Они живут вдвоем в большой квартире из пяти комнат, которую им подарил когда-то прадедушка Томы. Этого старичка Тома не знала и никогда не видела, потому что, увы, он умер еще до того, как Тома появилась на свет. Но он был самым читающим старичком в мире, это уж точно! Книги в доме были повсюду: на полках, стеллажах, тумбочках, подоконнике, в туалете и даже под кроватью.

В одной из комнат было особенно много книг. Здесь же была гардеробная, а также выручай-от-беспорядка-быстро-комната. Объясняем: когда нужно срочно прибраться, все можно сгрести и свалить в эту комнату. Очень удобно. Еще одна комната была фотостудией Малины. Да-да, на шее мамы почти всегда, куда бы она не направлялась, висел фотоаппарат. В комнате-студии фотоаппаратов было очень много, простых мыльниц, больших с объективом, и даже специальным на высоких ножках. Там была ширма, пара ламп и ворох фотографий в папках и коробках. Стены тоже были увешаны фотографиями, в основном на них была Тома разных возрастов: от малютки младенца с соской во рту до первоклассницы с бантами. Малина тоже была на фотографиях. И на каждой с разным цветом волос: фиолетовым, синим, рыжим и даже зеленым. Но в последнее время ее локоны были розового цвета.

Малина работала фотографом в газете. Часто она снимала и не для газеты: людей, деревья, котов, небо, дома, цветы. Иногда свадьбы. Семейные фотопортреты, а еще фотографировала детей и влюбленные пары.

Чуть не забыла вам сказать, Малина обожала зефир. «И как она может есть его? Да еще в таких количествах? — поражалась Тома. — Уж лучше лопать соленые чипсы или, на крайний случай, кислых мармеладных червяков».

Папа Томы, Альберт, не жил вместе с ними. Он работал полицейским, ловил преступников, и у него было мало времени. Поэтому Тома виделась с ним редко.

— Он достойный человек! Но мы немного не сошлись характерами, — отмахивалась Малина, когда Тома спрашивала: «Почему мы не живем все вместе?».

«Опять эта взрослая ерунда — не-сошлись-характерами», — думала Тома. — Могли бы придумать что-нибудь интереснее».

— Ну… В какой-то момент нам стало трудно жить вместе под одной крышей, — как-то выдала в ответ очередную «взрослую ерунду» Малина.

— Говори, как есть, я уже не маленькая! — приказала Тома.

— В самом деле? — Малина была немного раздражена, так как опаздывала на работу и, стоя в коридоре сваливала в сумку без разбора шнуры, зарядные устройства, съемные вспышки и прочие свои фотографические штучки.

— Да! — с вызовом ответила Тома.

— Отлично. Да потому что он псих!

— Ты сама ненормальная! — крикнула Тома.

— Возможно и так, — согласилась Малина. — Псих и Ненормальная — не самая лучшая пара, не правда ли? — добавила она и с силой задернула молнию на сумке.

Тома сердито завязывала шнурки на кедах.

— Зато ты — плод большой и сильной любви! — Малина обхватила дочку руками и прижала к себе. — Люди расстаются, но когда мы были вместе, у нас появилась чудесная девочка, самый сладкий ангел, который когда-либо спускался с небес на землю! Чмокотерапия? — предложила она и, не дождавшись согласия, зацеловала она дочку.

Чмокотерапия — одно из верных средств поднятия настроения, выражения любви, а также семейных штучек Томы и Малины. Чмокотерапией можно вылечить что угодно: плохое настроение, хмурую погоду, непокупку… Ах, да, еще одно непонятное слово в семейном словарике? Непокупка — это вещь, обычно игрушка, которую хочется, но не купили. Возможно, непокупка станет покупкой, а может, интерес к непокупке пройдет, и она так и останется непокупкой.

Поцелуй бабочки, кстати, тоже входит в серию штучек этой семьи из двух человек. Малина моргает ресницами прямо по щечке Томы. Это очень щекотно и приятно. Поцелуй эскимосов сюда же относится, хотя и используется реже поцелуя бабочки. Надо потереться носами, так и целуются эскимосы.

Ну, и еще одна вещь называется «Лодочка, плыви!». Когда Тома была маленькой, ей нравилось это больше всего! Надо сесть друг напротив друга на полу, соединить ступни, протянуть вперед руки и крепко взяться. Потом развести руки и ноги в стороны (не разъединив их) и начинать раскачиваться, напевая «Лоооодочкаааа, плывиииии!».

Но сейчас, когда Малина опаздывала, «лодочку плыви» было некогда делать, поэтому мама с дочкой ограничились чмокотерапией.

Глава 3. Та самая рыбка продается???!!!

Тома ходит в первый класс. Да, она первоклассница, а не какая-то малышка из садика. «Но вообще-то, — размышляла Тома, — хотя на выпускном в детском садике мы пели песни про „Прощай, детство!“ и „Стали взрослыми теперь“, ничего такого особенного взрослого в школе я не ощутила». Уроки напоминали занятия в садике, дети в классе были такими же детьми (только все новыми и незнакомыми, которые быстро стали знакомыми). И даже оценки здесь не ставили, только кружочки красные, желтые и зеленые, а также наклейки с надписями: «Так держать!», «Молодец!», «Уже лучше!» и самая ужасная — «Старайся!».

Учительница Марта Сергеевна напоминала воспитательницу, а еще больше — уютную добрую бабушку. Она носила на голове пушистую шишку и куталась в бордовую шаль. Еще у нее были совершенно чудесные перламутрово-розовые ногти и самое главное — на пальце она носила перстень с кроваво-красным камнем. «Всем известно, что это не просто камень, а магическое око — такой глаз, который следит за всеми!» — сообщил Савелий, сосед по парте и школьный друг Томы. Иначе как бы Марта Сергеевна, стоя спиной к классу, могла видеть, что Тома не пишет в тетради, а смотрит в окно или передает записочки?

Савелий в первый же день в школе взял Тому за руку, когда Марта Сергеевна сказала, чтобы все разделились на пары, и отправились в школьную столовую.

Но не все были так дружелюбны, как он. В классе была Ирма. Она была типа королевой класса, и почти все девочки — ее свитой. Они поддакивали ей, дразнили тех, кого решала дразнить Ирма. А еще любимым ее занятием было придумывать всем обидные прозвища. Пухленькую рыжую Лиду она звала Плюшкой или Ватрушкой. Ваню в очках — Очкариком. Тому — Миссис Кетчуп. А все потому, что как-то, подписывая свой рисунок на уроке рисования, Тому нечаянно кто-то толкнул, и ее рука с кисточкой дернулась как раз тогда, когда она заканчивала выводить имя «ТОМА». Из-за почеркушки получилось «ТОМАТ». Все смеялись, Тома краснела (ну точно, как помидор!), а Савелий сказал ей тихим голосом, что он очень любит кетчуп, и без кетчупа вообще отказывается есть. От этого Тома покраснела еще больше. «Отлично, парень сделал мне комплимент. Меня сравнили с помидором, а ему это понравилось» — с ужасом подумала Тома.

Ах, да. Папа Ирмы был директором нескольких магазинов в городе, а также владельцем картонной фабрики. Или бумажной, точно Тома не знала. Собственно, о том, что Ирма — особенная, поняли все дети, стоило им классом сходить в выходные в музей-аквариум. Тома была там раз сто с Альбертом, и раз двести с Малиной. Так вот, на кассе, где продавались билеты, можно было купить брелки-рыбки, карточки-наклейки с рыбками и магнитики-рыбки на холодильник. А еще на верхней полке лежала большая бело-оранжевая рыбка — мягкая игрушка. Томе никогда и в голову не приходило, что она тоже продается! И каково было ее изумление, когда Ирма взяла и запросто купила эту рыбку! На глазах у всего класса. А расплатилась за нее она не деньгами, а пластиковой карточкой. Ни у кого из детей в классе не было своей пластиковой карточки.

— У папы много таких, — хмыкнула Ирма, проходя мимо Томы, которая держала в руках только купленную карточку. — Кто это на ней?

— Еж-рыба, — тусклым голосом ответила Тома.

— Рыба-колючка? Кое-на-кого похожа, правда, Тома-колючка?

Подружки Ирмы захихикали.

— А ты… Ты Ирма-вонючка! — крикнула Тома вслед.

Но никто из свиты никак не отреагировал. И, кажется, никто не слышал, что сказала Тома. А может, она сказала это слишком тихо? Или, может, она вообще сказала это про себя?

— Хочешь карамель с шипучкой внутри? — подошел Савелий.

— Давай, — машинально протянула руку Тома и сунула конфету в рот.

— Ух, ты! Еж-рыба, а у меня — электрический скат!

Глава 4. Мистер Лосось вернулся

Как-то выдался вполне спокойный вечер. Тома делала уроки, Беляш (белый кот Томы) вылизывал свои лапки, лежа на кровати, Шебуршиха (хомяк-девочка) неизменно грызла свою клеточку, а Малина что-то готовила на кухне. «Стоп. Малина ГОТОВИЛА? — насторожилась Тома. — Лучшее, что она могла приготовить — это бутерброды с паштетом и кетчупом. Ну, или сварить макароны».

И тут в дверь позвонили. И Томе стало все ясно. Мистер Лосось вернулся. Для него Малина и разготавливала. Вообще-то, его звали Роман. «Но мистер Лосось ему подходит больше» — так считала Тома.

Лосось был другом Малины. И не было зрелища более противного, чем видеть, как они целуются, или как Малина сидит на коленях Лосося, словно маленькая девочка.

Мистер Лосось был частым гостем в их доме. Однажды они даже втроем летали на море, правда на третий день отдыха Малина и Лосось разругались, и ему пришлось переехать в другой отель. Но вообще-то он был в принципе ничего. Как-то Тома даже составляла список «хорошести» Лосося, когда пыталась смириться с тем, что он может стать ее вторым папой, на случай, если они поженятся.

Список назывался «Мистер Лосось. За и против»

«За Лосося»:

* Он веселый (не смотря на несколько унылую лососеву морду).

* Приносит мультфильмы на дисках.

* Гуляет с нами, покупает мороженое и чипсы.

* Любит пикники на природе у реки (иногда там я чувствую себя молодым поросенком, резвящимся на полянке, так классно он умеет дурачиться).

* Смешно играет лошадками из моей коллекции, очень классно подражает их голосам.

* Поднимает меня высоко над головой в квартире, и я могу ходить ногами прямо по потолку, пока он меня держит

* Однажды я забыла в парке на скамейке пони, а поняла это уже поздно вечером, когда все ложились спать. И он пошел за ней и принес ее».

Список «Против Лосося»:

* У него волосатые руки.

* Он воняет».

Пункты были примерно такими. Тома понимала, что они не так и значительны, а главное — легко поправимы. «К примеру, чтобы не быть потным и вонючим, Лосося можно помыть, надеть на него чистую футболку и побрызгать дезодорантом» — размышляла Тома. Но был один большой и жирный минус, который мог бы перечеркнуть весь список «хорошести». Лосось и Малина постоянно ругались. Потом снова мирились. И снова ссорились. После ссор Малина была очень грустная и даже иногда плакала. А кому понравится, когда ваша мама плачет? В последний раз они поссорились так, что Тома не видела Лосося почти полгода! И вот тебе пожалуйста, Лосось вернулся!

— Привет, томатик! — сказал он и протянул Томе коробку торта, перевязанную толстой ниткой.

— Но вы же поссорились! — вместо ответного «Привет» крикнула Тома и даже топнула ногой.

— Все меняется, — выглянула из кухни радостная Малина.

— Немного ссор — это не страшно, правда? — растянулся своей лососевой улыбкой Мистер Лосось.

«Ах, вам весело?» — злобно подумала Тома. Почему-то ей сейчас было совсем не весело. Мистер Лосось вернулся! Что может быть хуже?!