Kitobdan sitatalar «Нарисую себе счастье»

(тот самый долоховский фарфор, привезенный еще из города) и понесла матушке. Она уже и не кашляла – хрипела, держась за грудь. Я не на шутку перепугалась, увидев ее белое лицо и вытаращенные глаза. Подхватила за плечи, усадила, растерла грудь и ледяные руки. Напоила горячим. Нет, так дальше жить нельзя. Сколько еще ночей она сможет пережить? Нужен целитель, да побыстрее. А значит – деньги, и немалые. Я гладила по поседевшим волосам заснувшую мать, кусала губы и хмурилась

Boshqa iqtiboslar