Kitobni o'qish: «Калигула: самое беспристрастное исследование о самом загадочном правителе»

Введение

Эпоха правления третьего римского императора Калигулы (или Гая Калигулы) из династии Юлиев-Клавдиев, родившегося 31 августа 12 года нашей эры и умершего 24 января 41 года нашей эры (имя при рождении — Гай Юлий Цезарь либо Гай Юлий Цезарь Август Германик) — довольно короткий временной отрезок (37 год нашей эры — 41 год нашей эры), максимально близкий ко времени земной жизни Иисуса Христа (кстати, нельзя исключать, что Иисус Христос и Калигула знали друг друга, ведь ко времени смерти Иисуса Христа Калигуле был уже 21 год), и столь же загадочный и мистичный. Более того, некоторые исследователи считают, что Калигула был тем самым Юлианом Отступником (гипотеза базируется на ошибках в хронологии), прославившимся своими уникальными философскими воззрениями, упрямством и тягой к язычеству (все эти черты были присущи и Калигуле). Даже есть версия, что под Калигулой скрывается Элохим (то есть сам еврейский Бог Яхве!). По большому счёту мы знаем о времени правления Калигулы в основном по воспоминаниям людей, которые, мягко говоря, не были в дружественных отношениях с Калигулой (а многие из них и вовсе были в открытой оппозиции Калигуле). Вот почему нам невероятно сложно судить о Гае Юлии, тем более через почти два тысячелетия после его смерти.

За книгу о Калигуле (можно легко догадаться, в ней император описывался с положительной стороны) римлян казнили: не потому ли, что последующие императоры старались всячески дискредитировать всё, что связано с Калигулой? Например, известно, что статуи с Гаем нещадно разрушали, более того, даже упоминания Калигулы на табличках (камнях) удалялись либо на их место наносились другие надписи (никак не связанные с именем Калигулы).

Но почему Калигулу так сильно ненавидели? Мы не можем дать на этот вопрос точный ответ, но можно предположить, что причина неприязни кроется в том, что Калигула превосходил последующих римских императоров по уровню народной любви (а он был поистине наивысочайшим!) и (или) по историческому вкладу. Вряд ли ненависть была вызвана жестокостью Калигулы (да и был ли он таким чудовищем, каким нам представляют его современные и античные исследователи?), поскольку правящие после него императоры уж точно не были добрячками и либералами.

А может, причина в том, что Калигула недолюбливал фарисеев? Чем его отношение отличалось от отношения к ним Иисуса Христа? Ничем... Вспомним, что за это Иисуса казнили, а Калигула взошёл на трон всего лишь через четыре года после этого. Одно мы знаем точно — простой народ обожал Калигулу, и в тот день, когда Калигула был убит (кстати, не исключено, что и не убит, а тайно сослан на остров), люди повсеместно оплакивали его, в Риме царил траур. Пришедшему на смену Калигуле Клавдию в первые дни правления было крайне тяжело выходить в народ с императорскими речами, более того, по воспоминаниям, несколько дней Клавдий вообще прятался в замке. Дело в том, что Калигула за короткий срок (менее чем четыре года) сумел сплотить народ вокруг своей фигуры (это говорит об огромном влиянии Гая на римлян), и Клавдий, приходившийся Гаю дядей, видимо, боялся навлечь на себя людской гнев и презрение, тем более что горожане могли любого члена императорского дома заподозрить в заговоре против Калигулы, а значит, в его убийстве с целью свержения.

Кроме того, Калигула демонстрировал немыслимое миролюбие, о чём свидетельствует заключение перемирия с Арменией (Парфянским царством). А как же, разве не способностью к всепрощению можно объяснить тот факт, что Калигула миловал даже тех, кто был втянут в преследование его родных (и даже себя самого) и вернул из ссылки всех заключённых, чьи обвинения были обусловлены не реальными преступлениями, а политическими мотивами (сейчас мы называем таких людей лицами, преследуемыми по политическим мотивам), а все производства по таким делам велел незамедлительно закрыть. Сверх того, Гай амнистировал и писателей, книги которых попали под запрет из-за критики прежних правителей. Вряд ли такая миролюбивая и демократичная политика могла понравиться тогдашним бюрократам, считавшим контроль над народными умонастроениями — главным оружием власти.