Kitobni o'qish: «На берегу Вселенной»

Shrift:

1.Накануне вторжения из преисподней

В первый раз шестиклассник Артём увидел посланца из другого мира около среднего подъезда своей желтой хрущёвки, находившейся от школы не более чем в пяти минутах ходьбы.

Зимним днем 1990 года, возвращаясь из школы, он заметил странного мужчину, или лучше сказать, мужичка. На голове подозрительного типа красовалась невзрачная шапка-ушанка со спущенными ушами, одет же он был в обычное советское пальто. На пустынной улице городской окраины посередине рабочего дня не было видно ни души, тем несуразнее выглядел этот переминавшийся с ноги на ногу человек в нелепой ушанке.

Мужичок маячил около штакетника, отделявшего придомовые акации и высокие тополя, пронзавшие голыми ветвями серое февральское небо. Завидев мальчика, незнакомец перестал переминаться и начал напряжённо вглядываться в подростка.

Когда школьник поравнялся с мужичком в ушанке, тот обратился к Артему:

– Ты знаешь Голландца?

– Что?

– Его Голландец зовут. Знаешь такого? – уточнил мужичок, а мальчик отметил про себя, что продолговатое лицо у него простоватое, но весьма оживлённое, с резкими чертами лица.

– Нет.

– А что? – поинтересовался Артем, но чернявый мужичок замялся и не ответил ничего внятного.

Через несколько дней школьник стоял около своего третьего подъезда и разговаривал с другом по двору Антоном – пухленький мальчик был года на два младше Артема и учился в другой школе, зато жил в первом подъезде.

По улице несся мужчина в синей куртке. За ним, отставая метра на три, бежал, размахивая руками, тот самый чернявый мужичок. Человек в синей куртке пробежал мимо двух мальчиков и забежал за угол кирпичного дома.

Антон выставил вперед ногу в валенке. Бегущий следом мужичок с разбегу запнулся об нее и уткнулся лицом прямо в серый лед.

Мальчишки бросились врассыпную от упавшего взрослого. Им пришлось убегать за тот же угол дома, куда скрылся мужчина в синем.

А там они столкнулись с Голландцем нос к носу… вернее, Артем с разбегу уткнулся лицом мужчине в грудь – ростом тот был чуть выше среднего и 11-летний мальчик немного не доставал ему до плеча. На темно-синей синтетической куртке блестела надпись – какое-то китайское слово английскими буквами…

– Он упал, – пояснил Антон, остановившийся рядом с другом, но не столь сильно ошарашенный столкновением с этим, по-видимому, искомым Голландцем. Сейчас друзья догадались, что убегавший со всех ног мужчина не случайно оказался так близко к углу дома, – он явно поджидал мужичка в ушанке…

Голландец оттолкнул от себя Артема и осторожно выглянул за угол – двое мальчишек увидели, как за его спиной топорщится капюшон. Затем беглец достал из кармана чёрный предмет и резко вскинул руку вперёд. Когда мальчики выглянули вслед за Голландцем из-за угла, на ледяной дорожке никого уже не было: чернявый преследователь как сквозь землю провалился! Встать он не успел бы, а тем более куда-то убежать – улица уходила вдаль совершенно пустая.

– Я отправил его в тартарары, – проговорил сквозь зубы мужчина. – А тебе, парень, спасибо! – сказал следом находчивому Антону и натянул капюшон на свою голову в вязаной шапочке – как показалось мальчикам, одет Голландец не по сезону в осеннюю куртку: где пальто, где зимняя меховая шапка?

***

Прошла пара месяцев, и серый студёный февраль сменился зелёным маем, который в девяностом году запомнился необычайной жарой за тридцать градусов.

Уроки начинались со второй смены, поэтому Артему ничего не стоило выйти из дома на полчаса раньше. Бабушка и мама были с утра на работе, а дед – ветеран Великой отечественной, ему было немного за семьдесят, – уже копался на даче.

По радио после окончания «Последних известий» начали передавать музыкальную передачу по заявкам слушателей «В рабочий полдень», когда Артем, наскоро сжарил себе яичницу вместо картофельного супа. И уже в половине второго он повязал перед зеркалом в зале пионерский галстук, надел синюю школьную куртку, схватил с трюмо в коридоре коричневый портфель и выскочил за дверь. Помнится, в начале апреля, когда Артем пришел в школу, одноклассник сказал: «Идёшь с портфелем как президент!» (остальные одноклассники носили сумки на перекидном ремне) и добавил: «Слышал, Горбачев президентом стал?» – тогда руководитель СССР кроме должности генерального секретаря получил статус президента, отдавая дань мировой традиции.

Сейчас же Артем шагал по пустынной улице в синем форменном костюмчике и, по обыкновению своему, улыбался, не замечая сам того. Но сейчас ему было чему радоваться. На весенний город обрушилось тепло как в июле, и на деревьях вовсю распустилась зелень. Мальчик шел, над его головой смыкали густые кроны зеленые тополя, а справа из придомовых палисадников рвались наружу ветви цветущих акаций.

Артем завернул за угол к черному ходу в дальнее крыло школьного здания. Там перед закрытой обшарпанной дверью уже стоял Антон.

– Заходите, ребята, – послышался знакомый мужской голос.

Голландец стоял посреди каморки, одетый в серый рабочий халат, и придерживал левой рукой стремянку, а правой утирал пот со лба рабочей рукавицей.

– На чердаке я охраняю склад инструментов одного ансамбля. Туда можно заходить вечерами. По словам Игнатия (таково было настоящее имя Голландца), путешествие в прошлое стало для него чем-то вроде бегства из 2020 года…

А чернявый мужичок в ушанке, который провалился в дыру в пространстве на скользкой дорожке в феврале – был из местной полиции времени. Служили в ней типы, скажем так, весьма далёкие от интеллигентности и вообще от каких-либо высоких технологий. Сами они едва ли догадывались об истинных причинах того, зачем им поручали хватать тех или иных людей, и если даже по телевизору могли услышать о путешествиях по времени, относились к этому как к фантастике. Благодаря подножке Антона, Игнат успел выхватить временной бластер и отправил чернявого за грань пространства – возможно даже, в параллельную вселенную.

Антон и Артем приходили после уроков на школьный чердак несколько дней подряд. В темноте, лишь немного рассеянной дневным светом из небольшого оконца, они внимали рассказам Игната. Бросив школьные сумки на мягкие пружинящие «сугробы» из опилок и, усевшись вокруг пришельца из будущего, мальчики погружались в бедствия грядущего мира, в котором они, как и многие постсоветские граждане потерпели неудачу в жизни.

Но в отличие от своего приятеля, Артем знал о том мире больше – он хранил у себя дома рукопись, которую Игнат передал лично ему и попросил сохранить до времени от любопытных глаз. Игнат знал взрослого Артема лично и предполагал этой рукописью предостеречь от будущих бедствий – ведь автором ее было ни кто иной, как сам Артем – только взрослый…

Рукопись же представляла собой пачку белых листов, покрытых печатным текстом. Буквы не очень походили на следы от пишущей машинки (мать Артема работала в институте секретарем-машинисткой, и он видел машинописные тексты), но чем-то отличались и от обычных типографских шрифтов. Да и бумага была очень белой и почти блестящей…

2.Полдень жизни. Частицы антимира

Рукопись Голландца

К середине жизни и даже раньше, но к 35-40 годам уж точно, убеждаешься на очень показательных примерах, что многое в жизни идет не по правилам, люди ведут себя наоборот, нарушая нормы, ими же самими декларируемые.

Нелегко мне далось приступить к этой повести… я откладывал на год, потом еще на два… но, уже приступив к написанию, я понял, что она уже во многом написана – в виде разрозненных рассказов и частей прежних моих повестей, где рассказывается о судьбе простого интеллигентного человека в провинциальном городе и его семье – точнее о том, как он эту семью потерял и как потом пробивался один в этой жизни. Идею написать нечто подобное дал один мой знакомый, редактор журнала. Еще в августе 2016 он посоветовал отойти от фантастики и написать что-то из жизни. Но, как признался герой романа «Творимая легенда» Федора Сологуба профессор Георгий Триродов, сама жизнь наша есть соединение реальности с элементами фантастическими…

2.1.Антиохранник

Профессия охранника выражается в самых разных формах, так что работа на одном посту прямо противоположна своим характером другому посту: когда назойливо звонят из офиса и просят заменить запившего (как правило) охранника, вместо созерцательной размеренности своего существования, окунаешься в дёрганную нервозность руководства какого-нибудь проклятущего объекта. Так, после известных трагических событий в поселке Сосновый Бор (в школе этого пригорода Улан-Удэ в январе 2018 года двое подростков рубили топором школьников и учителей), перестраховщики ужесточили правила: в школу не пускают даже родителей или выпускников этой же школы! Но в одной школе, где мне как-то пришлось дежурить, еще хуже: в течение рабочего дня входная дверь должна быть закрыта на задвижку! Но, поскольку дети и учителя входят и заходят, приходится часто открывать дверь и тут же закрывать за ними…

* * *

На очередной пост в поселке Исток меня отвезли инспекторы ГБР (Группы быстрого реагирования) на служебной машине. Стоял какой-то по-осеннему пасмурный, даже темный день. Заехав в глубину поселка, мы спускались по пустынной улице вниз, снова к шоссе, где и находился объект, который мне предстояло охранять – им оказался богатый дом, почти особняк: одноэтажный, но со многими комнатами.

Дом занимала большая семья: кроме родителей и детей школьного возраста, там проживала их боковая ветвь: мужчина в очках – кажется, брат кого-то их супругов – хозяев дома, и еще один житель помоложе: то ли сын, то ли еще один племянник. Распоряжалась всем худощавая серьезная женщина со светлой стрижкой.

Размеренно пройдя в своей черной форме в дверь, я подметил особенности планировки этого просторного дома. После входа – большая кухня размером с зал. Затем крупная квадратная спальня, переход между комнатами, по сторонам которого – большие комнаты. Дальше еще одна зала…

А мне отвели комнату в самом дальнем конце дома – небольшую продолговатую спальню. Она вся оказалась в моем распоряжении: в ней я мог жить, а ночью имел право мирно почивать в заботливо приготовленной хозяевами постели.

На следующий день я решил поехать в город – проведать свою квартиру – я беспокоился, так как бабушка не сказала ничего насчет матери, и я не знал, когда она вернётся. В доме, который я охранял никого уже не было, разве что низенький плотненький мужчина в очках с племянником.

Доехав в город на автобусе, я на площади Советов пересел на маршрутное такси до микрорайона ЛВРЗ, где была наша квартира. Дома мамы еще не было, так что я снова оказался в центре города на площади Советов. Я зашел в закусочную, которую вроде тоже должен был охранять. Затем вышел на улицу прогуляться. С утра стоял солнечный день, освещая знакомые здания столицы Бурятии, окружающий воздух парил теплом как летом. Перейдя площадь, я зашел в еще одну закусочную – побольше, с продолговатым помещением, более похожую на столовую. Увидев знакомого у барной стойки, я с ним о чем-то разговорился и вдруг, рассердившись на что-то, кинул металлическую эмалированную кружку – она задела что-то на прилавке и улетела на пол за него. Я пытался утешить себя тем, что кружка-то небьющаяся – и стал продвигаться к выходу. В дверях я замешкался, и меня ухватила за рукав работница закусочной и потащила внутрь, гневно крича, что вызовет сейчас милицию – я посмотрел вниз на свои руки в черных рукавах с эмблемами охраны и названием охранного агентства и сказал, что я сам как бы из милиции. Девушка ответила, что все равно.

Не знаю, как, но дойдя с ней до прилавка, я освободился от ее рук, и снова вышел на улицу.

Я продвинулся к смежной стороне площади – около Главпочтамта. Поднимаясь до своего кафе, опасался, что за мной уже поехала охотиться милиция. Боясь, как бы за мной не поехала полицейская машина, я решил затеряться между домами, но дошел до кафе. Из него на обед как раз выходили сотрудники, и последним выходил усатый повар – он уже повесил на дверь табличку «Закрыто», но увидев меня, снова открыл дверь и запустил внутрь.

Тут я начал понимать, что возможно, отлучился в город из того дома в Истоке не законно. Я сомневался: неужели тот дом мне надо охранять несколько суток подряд? В кафе уже зашли две девушки-бурятки. Я было хотел сказать, что кафе закрыто, но тут появилась девушка-продавщица, и я вышел снова на улицу.

Идя рядом с елями вдоль правительственных зданий, я вспомнил, что вчера на пост в Истоке меня отвез высокий смуглый инспектор ГБР Тудупов. Значит, сегодня дежурит другой гэбээровец – Цырен. Ему я и решил позвонить, чтобы узнать о том, кто должен дежурить в том богатом доме.

Я достал свой мобильник и позвонил Цырену. Он поднял трубку, а я, предваряя неудобный вопрос, начал подробно рассказывать, куда вчера меня отвез Тудупов:

«Вот на том посту в поселке Исток, где большой дом, я отдежурил, а сейчас в городе – надо ли мне его вторые сутки охранять – или каждый сутки по охраннику как в других местах, и все трое охранников меняют друг друга каждые сутки?»

Фактически, я сам ответил на свой вопрос. И возможно поэтому, Цырен положил трубку, ничего не сказав.

Я поехал в Исток. Зайдя в дом, увидел ту женщину со светлыми волосами и серьезным взглядом. Она что-то мне начала говорить. Я снова не был уверен: сбежал ли я со смены? Но прямо не говорил ей об этом.

Затем я увидел мужчину в очках с племянником. Немного насмешливо (возможно, что-то скрывая), он начал говорить, похоже, намекая, на то, почему я ушел со смены. Но второго охранника в доме не было. А своей цели – увидеть маму в городе, я еще не достиг. Я помнил, как видел во время визита на квартиру на ЛВРЗ бабушку, взгляд ее больших глаз, брошенный на меня между делами, когда она стояла в квартире и собиралась куда-то уйти – в доме были какие-то люди…

И тут я вспомнил, что мама умерла почти четыре год назад, в ноябре 2015 года. «Странно, что бабушка ничего об этом не сказала», подумал я. Но чуть позже вспомнил, что и бабушку уже похоронили – еще раньше, 11 лет назад, в 2008 году. И что во снах я часто видел, будто мама или бабушка жива, причем мы живем еще на ЛВРЗ, хотя оттуда уехали 13 лет назад в Квартала… И в той квартире тетя выбросила все вещи, так как ее все время что-нибудь нервировало. Ее сын разломал топором все шкафы и выбросил их на улицу, равно как и все книги, так что ничего кроме голых стен не напоминало о нашей прежней жизни…

После этого я окончательно проснулся и понял, что дом на Истоке тоже был сном. И похожий на него богатый дом тоже виделся мне во снах после смерти матери: будто бы мы туда въехали, и он такой многокомнатный…

А сегодня я отдыхаю, лежу в постели в душной       квартире, куда приехал утром после смены. И я один в пустой квартире в Кварталах и некого мне ждать. У меня нет близких родственников и ничего уже не исправить. Это во снах я часто жду, тороплюсь куда-то, пытаясь дождаться то бабушки, то мамы. А их никого уже нет в живых.

А на дворе – конец сентября, а тепло в благоустроенные дома дали неделю назад. Так что, несмотря на холодную погоду в домах довольно тепло и даже жарко – поэтому снилось, что на площади Советов почти жарко, когда я там бродил, мучимый угрызениями совести то за якобы брошенный пост в доме в Истоке или в маленьком кафе, то за брошенную во гневе эмалированную кружку в большой закусочной…

Yosh cheklamasi:
16+
Litresda chiqarilgan sana:
31 mart 2020
Yozilgan sana:
2020
Hajm:
62 Sahifa 4 illyustratsiayalar
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati:
Matn
O'rtacha reyting 5, 2 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 5, 2 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 4,8, 30 ta baholash asosida
Podkast
O'rtacha reyting 0, 0 ta baholash asosida
Matn, audio format mavjud
O'rtacha reyting 4,8, 121 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 5, 16 ta baholash asosida
Matn, audio format mavjud
O'rtacha reyting 4,3, 416 ta baholash asosida
Matn, audio format mavjud
O'rtacha reyting 4,4, 110 ta baholash asosida
Matn, audio format mavjud
O'rtacha reyting 2,4, 125 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 0, 0 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 0, 0 ta baholash asosida
Matn
O'rtacha reyting 4, 1 ta baholash asosida