Kitobni o'qish: «Любовники из Вернона»

Людмила Разумовская
Любовники из Вернона
(по мотивам романа Э. Золя «Тереза Ракен»)

Действующие лица

Тереза.

Лоран.

Камилл.

Госпожа Ракен.

Мишо.

Действие первое

Картина первая

Дом Ракенов. Внизу – галантерейная лавка, наверху – гостиная, спальня молодых, комнатка г-жи Ракен и кухня.

Вечер. За столом в гостиной хозяева и гости играют в домино.

Мишо. Шесть-шесть. По нулям. Двенадцать. Пусто-пусто. Рыба!

Лоран. Я выиграл!

Камилл. Опять! Покажи.

Госпожа Ракен. Лоран, детка, вам так же везет в любви, как и в домино?

Лоран. Нет, мадам, только в домино.

Госпожа Ракен. Ну-ну, не огорчайтесь, мы вас женим.

Лоран. Боже упаси, мадам, у меня нет денег. Я же не получаю ренту, как наш дорогой Камилл.

Камилл. Зато у тебя оклад полторы тысячи франков, я столько за год не заработаю.

Лоран. Но ведь ты, дорогой мой, только поступил в наше Управление, а я работаю в нем уже пять лет.

Госпожа Ракен. Камилл мог бы вообще не работать, это его каприз. Когда мы переезжали в Париж, я ему так и сказала: мы с Терезой торгуем в лавке, а ты делай, что хочешь. Хочешь – гуляй на солнышке, а хочешь – лежи весь день на диване.

Мишо. Хорошенькое дело для молодого мужчины.

Лоран. Эх, если бы мой папаша предложил мне такой выбор! Боюсь, Камилл, ты недостаточно ценишь свою мамулю.

Госпожа Ракен. Ах нет, Лоран. Камилл очень нежный сын, я довольна. И Тереза… они оба меня просто обожают.

Мишо. У вас редкостная семья, мадам, вот все, что я могу вам сказать.

Госпожа Ракен. Тереза, детка, пора подавать чай.

Тереза молча встает и идет на кухню.

Камилл. Моя мамочка все еще считает меня маленьким ребенком. Она до сих пор пичкает меня микстурами и отварами и встает ночью поправлять нам с Терезой одеяло. (Хохочет.)

Госпожа Ракен (с улыбкой, ворчливо). Ну уж это неправда, не верьте ему, господа, ничего я им не поправляю.

Камилл. Нет, честное слово, а стоит мне только чихнуть…

Госпожа Ракен. Ах, Камилл, какой ты еще глупенький. Вот будет у вас с Терезой маленький крошка, ты сам убедишься, что такое материнская любовь. (Уходит на кухню.)

Лоран (хмыкнув). Уж наверняка не сравнять с отцовской.

Мишо. Что вы имеете против отцовских чувств, Лоран?

Лоран. Я? Ничего.

Мишо. Я прослужил двадцать лет комиссаром полиции в Верноне, и когда моя жена умерла, я купил сыну с невесткой домик в Париже. А сам ючусь почти что на чердаке. Но я доволен.

Лоран. Черт возьми, должно быть вы с матушкой Ракен оба исключения из правил. Лично мой папаша оставил меня без гроша.

Мишо. Не может быть, Лоран. Чем вы ему так насолили?

Лоран. Насолил? Абсолютно ничем. Просто я наплевал на колледж, в который он меня запихнул, вот и все.

Камилл (похлопав Лорана по спине). О, вы не знаете, дорогой господин Мишо, наш Лоран страшно образованный молодой человек!

Лоран. Не болтай, Камилл, терпеть этого не могу.

Камилл. Ну, не скромничай, мы все про тебя знаем.

Мишо. Отчего же вы наплевали на колледж?

Лоран (отмахнувшись). А, дурацкая история!

Камилл (хихикая). Расскажи, расскажи господину Мишо, Лоран.

Лоран. Ну, в общем… Видите ли, мой папаша просто старый осел, хотя и здоров как бык. Да вы должны его помнить, мы жили на другой стороне реки, напротив г-жи Ракен, и ходили вместе с Камиллом в школу. Помните, все еще говорили: какие великолепные пашни около Жефоса у дядюшки Лорана? Так это, стало быть, у моего отца. Он, видите ли, обожает судиться со всеми соседями, и вот, чтобы не платить адвокатам, мой папаша решил выучить на юриста меня, чтобы я бесплатно, значит, выигрывал его тяжбы. Недурно придумано, а?

Мишо. Хм!.. Что же здесь дурного, Лоран?

Лоран. Я не нанимался исполнять его прихоти! Короче, два года я делал вид, будто упорно посещаю лекции, чтобы получать от папаши по сто франков на содержание. Когда же он пронюхал, что я просто вожу его за нос, он предложил мне вернуться домой и вместе с ним копать землю. Каково?!

Мишо. Почему бы вам и в самом деле не заняться этим почтенным трудом? Раз уж юриспруденция вам не по душе…

Лоран. Что? Копать землю? Мне?!

Мишо. Но ведь ваш отец, как я понимаю, крестьянин?

Лоран (со смехом). О, мой отец – да!..

Камилл. Ах, господин Мишо, если бы вы знали… Это действительно смешно… Ведь Лоран самый настоящий художник!

Мишо. Кто? Лоран? Художник?.. Вы шутите?.. (Лорану.) Неужели?

Лоран (нехотя). Ну да, да, я учился немного, верно. Пока мне не надоело ходить с урчащим животом.

Мишо. О, так, стало быть, у вас есть талант?

Лоран. Ну разумеется есть. Впрочем, это ведь очень легко. Держу пари, каждый из вас мог бы при желании научиться марать холст.

Камилл. Ну уж нет! Я например в школе по рисованию получал всегда одни двойки.

Мишо. М-да… И все-таки талант есть талант… Ума не приложу, как это у художников получается сходство с натурой?

Лоран. Это дело нехитрое. Одно плохо – на живописи ни черта не заработаешь. Я ведь до чего уж дошел – религиозные сюжеты начал писать. И – ничего! Не продал ни одного этюда. Тогда я наплевал на живопись и устроился в Управление Орлеанской железной дороги. По крайней мере, мои полторы тысячи франков всегда в кармане.

Мишо. Скажите, Лоран, я просто умираю от любопытства, где можно посмотреть ваши работы?

Камилл. Где? Да как где? У меня! Лоран как раз заканчивает мой портрет!

Лоран (скромно). Он еще не готов, Камилл.

Камилл. Нн-у, Лоран, вечно ты… Портрет уже завершен, ты сам говорил. Осталось только заключить его в раму.

Лоран. Право, мне бы не хотелось выставлять на ваш суд незаконченную работу…

Мишо. Дорогой Лоран, мы же свои люди, пожалуйста, не стесняйтесь. Уверяю вас, нам и так понравится, честное слово!

Камилл (гордо). Я там очень похож. Две капли воды. Так я несу, Лоран?

Лоран делает неопределенный жест рукой. Камилл исчезает в спальне.

Появляется госпожа Ракен с чайником, за ней Тереза с закусками.

Госпожа Ракен. Вот и чай. Тереза, детка, расставляй чашки.

Лоран (наклоняясь к Терезе). Можно я помогу мадам?

Тереза (испуганно, хрипло). Н-н-ет!

Госпожа Ракен. Вы гость, дорогой Лоран, не утруждайтесь. Представляете, господин Мишо, Камилл встретил Лорана в Управлении совершенно случайно. Мы не видались бог знает сколько лет. Я бы его ни за что не узнала, так он возмужал.

Появляется Камилл с портретом.

Лоран. Дай-ка я его правильно поставлю, поближе к свету.

Госпожа Ракен (восторженно). Как, Лоран? Вы уже закончили его? Вы уже закончили моего Камилла? Какая прелесть!

Лоран. Ах, мадам, он еще не вполне. К тому же, я боюсь, остынет наш чай…

Госпожа Ракен. О, Камилл!.. Неужели это ты?.. О мой дорогой… Это ты, ты, я узнаю тебя, мой дорогой мальчик! Лоран, как это вам удалось? Изумительное сходство, не правда ли?

Мишо (хмыкнув). Лицо немножко того… как у утопленника.

Госпожа Ракен. Фу, фу, фу, господин Мишо, что вы такое говорите?

Камилл. Да вы… вы просто ничего не понимаете в искусстве! Это такой стиль! Вы просто не в курсе.

Госпожа Ракен. Бледненький… Я всегда заставляла есть Камилла морковку и мясо. Но зато как интеллигентно он смотрится, а? Лоран угадал его суть. Мой мальчик целыми вечерами читает умные книжки.

Камилл. Я специально завился. Видите, Лоран чудесно нарисовал мои локоны. Они оттеняют.

Мишо. А это что… водоросли вроде?

Камилл. Да нет же, нет, это же фон! Такой зеленоватый фон! Ну как вам объяснить? Вы просто ничего не понимаете в фоне! Тереза, поди сюда. Тебе нравится?

Тереза (густо покраснев). Да. Очень.

Камилл. А?! Каково? Умница! Чего не ожидал, того не ожидал! Не думал, что моя жена разбирается в живописи. Если хочешь, Лоран напишет и твой портрет. А что? По-моему, это шикарная мысль. Семейный портрет, а, Лоран? Напишешь Терезу?

Лоран (галантно). Если мадам угодно…

Камилл. Да угодно, угодно ей, ты что, не видишь? Она уже умирает от восторга, да только от моей жены не дождешься и словечка, ха-ха-ха!.. А что? Повесим их рядом. В спальне. А появятся у нас с Терезой малыши… здорово, черт возьми! Приятно иметь друга художника. Давайте-ка за это выпьем. Мамочка, притащи нам шампанского!

Госпожа Ракен. С удовольствием, дорогой. Господин Мишо, помогите мне спуститься в подвал.

Госпожа Ракен и Мишо уходят.

Камилл. С твоим талантом, Лоран, тебе нужно бросать нашу контору и посвятить себя живописи.

Лоран. Мне это не по карману, Камилл, ты же знаешь. Вот помрет мой папаша, тогда посмотрим… Одна мастерская чего стоит. А натурщицы? Эти бестии готовы сорвать с бедного художника последний франк.

Камилл. Слушай, а правда, что они… ну… Тереза, не слушай! Снимают с себя рубашку перед каждым мужчиной?

Лоран. Ну, снимают. А что такого-то?

Тереза густо краснеет.

Камилл. Да ведь как-то оно… Я думаю, тебе и самому в первый-то раз было не совсем ловко.

Лоран. Наоборот. Я отнесся к этому вполне естественно. Подумаешь! Да ты пойми, жизнь в искусстве нисколько не похожа на вашу э… мещанское существование, вот. Бывало, соберемся несколько человек в мастерской, а она лежит себе в самой что ни на есть соблазнительной позе…

Камилл. И… что?

Лоран (скромно). Ничего. Работаешь себе. Потом уж…

Камилл. Что?

Лоран. Ну, когда кончаем… понятное дело, тут уж у каждого своя подружка. Вот, помню, была у меня раз одна такая… рыжая, с молочными грудями, вот такие бедра!.. Сбежала от меня к приятелю.

Камилл. А ты?

Лоран (смеясь). Я?.. Я воспользовался другой. Их же много.

Камилл. Шикарная у художников жизнь, да, Тереза?

Лоран. Давай отнесу твой портрет. Я бы хотел еще немного его поправить.

Камилл. Нет-нет, он и так хорош. Испортишь еще.

Лоран. Добавлю немного румянца.

Камилл. Зачем? Мне нравится и так. Этот Мишо ничего не понимает. Бледное лицо – как раз то, что надо. Мне нравится.

Лоран. Потому что я романтик, и ты, видать, тоже.

Камилл. Ну конечно, я романтик. А может, лучше в гостиной? Да нет, лучше в спальне, чтоб видеть. Проснешься – и… Как ты, Тереза, считаешь?

Тереза неопределенно мотнула головой.

Конечно, в спальне. Я сейчас. (Уходит с портретом.)

Пауза.

Лоран (вплотную подходит к Терезе). Вам и в самом деле нравится, как я рисую?

Тереза (хрипло). Да.

Лоран. И вы тоже хотите, чтобы я вас нарисовал?

Пауза.

(С силой.) Хотите?

Тереза. Хочу.

Внезапно сильным и резким движением Лоран привлекает к себе Терезу. Она с ужасом пытается его оттолкнуть, но Лоран еще сильнее впивается в ее губы. Тогда она безвольно обмякает и падает на пол.

Лоран. Жди меня завтра днем в своей спальне. Я войду через черный ход, когда Камилл будет на службе. Ты поняла?

Тереза. Да…

Картина вторая

Спальня Камилла и Терезы.

Тереза (лежа в постели на груди Лорана). Знаешь, кто была моя мать?

Лоран. Кто?

Тереза. Африканка.

Лоран. Ну да?.. Я смотрю, в тебе что-то цыганское…

Тереза. Она умерла, когда мне исполнился год. И тогда мой папочка капитан Деган притащил меня к своей дорогой сестрице в Вернон.

Лоран. Выходит, Камилл – твой двоюродный брат.

Тереза. Выходит.

Пауза.

Лоран (вдруг). Черт побери! (Страстно.) Никогда у меня не было такой женщины, как ты!

Тереза (безразлично). Если бы я не встретила тебя, я бы бросилась в Сену!

Лоран. Были у меня там разные… натурщицы и вообще… Все они продажные твари. А ты, Тереза, – огонь, ты – сама жизнь! Я как собачка теперь твоя, места себе не нахожу без тебя, слышишь?.. Ну и дурак твой Камилл!! Неужели он даже не пытался?

Тереза (презрительно). Пытался!.. Он ничего не мог.

Лоран. Представляю, каково тебе было…

Тереза. Я была как мертвая. Я ничего не хотела. Пока не встретила тебя.

Лоран. Я тебя тоже поначалу не раскусил. Сидишь всегда такая угрюмая, слова из тебя же выжмешь. Уставишься в одну точку и молчишь. А потом меня словно ожгло. Посмотрел я на твоего муженька и сразу все понял.

Тереза. Что?

Лоран. Что стоит мне только прикоснуться к тебе, ты отдашься мне сразу вся, целиком.

Тереза (приподнимаясь на локте). Ты меня презираешь за это? Скажи, презираешь?

Лоран. Вот еще! Что я, какой-нибудь монах? В моих жилах течет здоровая мужицкая кровь.

Тереза. Да, у тебя тоже… кровь. Тебя я захотела в первый же день. Все ходила за тобой и принюхивалась.

Лоран. Принюхивалась? Зачем?

Тереза. От тебя исходил такой сильный запах… зверя.

Лоран (со смехом). Какого зверя?

Тереза. А от него пахло только лекарством.

Лоран. Нет, ты скажи, кем от меня пахло?

Тереза. И этот запах мне так ударял в голову, что я делалась как бы не в себе.

Лоран. Ты постоянно жаловалась на мигрень.

Тереза. У меня кружилась голова, и я боялась, что просто могу не выдержать и отдаться тебе на глазах у всех. Я боялась, что они все замечают, что со мной происходит.

Лоран. Что ты, они такие все дураки.

Тереза. Правда. Таких дурачков, как Камилл и его мамаша, трудно сыскать.

Лоран. Но все же нам следует быть осторожнее.

Тереза. Пустяки.

Лоран. Что будет, если Камилл догадается?

Тереза. Где уж ему! Боюсь, он даже не подозревает, что делают с женщинами в постели нормальные мужчины.

Лоран. Вот это верно. (Смеется.) Но только если он когда-нибудь застукает нас с тобой в собственной спальне…

Тереза. Тогда я его убью.

Лоран (смеется). Убьешь? Ты убьешь Камилла?.. Интересно, как это у тебя получится?

Тереза (упрямо). Если бы ты тогда меня не поцеловал, я бросилась бы наутро в Сену.

Лоран (страстно). Я твой раб, я твой пес, я твоя собачка, я тебя обожаю, твои ножки, твою грудку, твои подмышки, твою шейку, всю, всю, всю! Я хочу тебя всегда, всегда, днем и ночью! Когда я прихожу домой в свою конуру, я вспоминаю тебя всю и готов грызть подушку, оттого что тебя нет рядом! О, если бы мы могли когда-нибудь провести вместе всю ночь! Боже, я уснул бы в твоих объятиях и проснулся утром, не выпуская тебя из своих рук! (Зарычал.) Когда-нибудь я действительно его убью!

Тереза. Когда-нибудь он умрет сам. Ты же видишь, какой он хворый.

Лоран. Такие-то как раз и живут. На иного посмотришь – в чем душа держится, а жи-и-ивет себе поживает лет этак до шестидесяти или даже еще дольше.

Тереза (невольно). Какой ужас!

Лоран. Ну! Таким-то как раз и везет. Вон у нас на работе. Утонул здоровенный парень. Такой парень! Здоровее меня, представляешь? Взял и утонул. Скажи, разве мы не пара с тобой, разве мы не созданы друг для друга?

Тереза. Ладно, к чему это… Нам и так неплохо пока. Камилл нам не мешает. Не сердись. Думаешь, мне бы не хотелось стать твоей женой? Надо потерпеть… Во всяком случае, я им отомстила, за все!

Лоран. В сущности, матушка Ракен – добрейшая тетка.

Тереза. Я их ненавижу.

Лоран. Подумать только, она любит меня почти так же, как своего родного сыночка. Да и в тебе, кажется, не чает души.

Тереза (угрюмо). Я их ненавижу.

Лоран. Что ни говори, а обеды у нее отменны. Нигде я так досыта не наедаюсь, как у мамаши Ракен. А ведь я неплохо устроился, Тереза, черт возьми! (Смеется.) С тех пор, как папочка лишил меня денег, у меня вечно подводит живот, а ведь я люблю хорошо покушать. Видишь, какие у меня мышцы, потрогай. Мне нужно есть много мяса. И спать с женщиной. Часто. Каждый день. Каждую ночь, Тереза!

Тереза. Сначала я увидала твою шею. Да, да, не лицо, а именно шею. Меня поразила твоя шея, могучая как у быка. А потом руки… огромные твои ручищи… Когда я представила, как они меня обнимают, я чуть не задохнулась. Мне почудилось, как у меня захрустели все косточки. Потом я увидала твою широкую грудь, и мне захотелось прильнуть к ней, спрятаться, умереть под тобой… О, иди же ко мне скорее, Лоран!..

Лоран (бормочет). Ты такая маленькая, такая крошечная, тебе не больно, когда я наваливаюсь на тебя, как медведь?.. Погоди, кажется заскрипела лестница.

Тереза. Тебе показалось.

Лоран. Да нет же, черт побери! Ты слышишь шаги?

Тереза (со смехом). Ах, боже мой, наверное, это Франсуа.

Лоран. Какой к черту Франсуа? Вон он сидит и таращит на нас глаза!

Запускает в кота ботинком.

Это она! Старуха! Ты закрыла хотя бы дверь?

Тереза (со смехом). Конечно, нет. Зачем?

Лоран. Сумасшедшая! (Заметался по комнате.) Она же сейчас войдет! Все погибло!

Тереза (легко соскакивая с кровати, весело). Садись сюда.

Усаживает Лорана за кровать и набрасывает на него его одежду, а сверху свою юбку.

Молчи!

Быстро ложится в постель и закрывает глаза.

Госпожа Ракен робко приоткрывает дверь в спальню.

Госпожа Ракен. Тереза! Детка!..

Тереза не отвечает, тогда госпожа Ракен подходит к кровати и садится на краешек постели.

Девочка, ты спишь?

Тереза (делает вид, будто она только что проснулась). Ах, мама, у меня так болит голова!

Госпожа Ракен. Может, тебе что-нибудь принести, крошка?

Тереза. Нет, мамочка, ничего, спасибо. Мне ужасно хочется спать. Я просто умираю. Я посплю, пока не вернется Камилл, хорошо?

Госпожа Ракен. Ну конечно, дорогая, конечно, поспи. И мальчику я скажу, чтобы он тебе не мешал. Спи спокойно. (Целует ее в лоб.)

Тереза. Как идет сегодня торговля, мамочка?

Госпожа Ракен. Слава Богу, помаленьку. Спи, родная, не беспокойся. Я прекрасно справлюсь в лавке одна. Отдыхай. (Еще раз целует Терезу и уходит.)

Пока она медленно спускается по лестнице вниз, любовники молча выражают свой восторг.

Лоран (шепотом, возбужденно). Я тебе говорил, надо всегда закрывать дверь. А если бы вернулся Камилл?

Тереза. Нет, ты видишь, какие они дурачки? Где ты видывал подобных дурачков? (Передразнивает г-жу Ракен.) «Тереза, детка»! «Камилл, детка»! О, как я их ненавижу!

Лоран. Но все-таки нужно закрывать дверь. Знаешь, лучше не рисковать.

Тереза. Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Всю жизнь пичкала меня лекарствами, потому что ее дохлый сынок не соглашался сделать без меня и глотка. А я была здорова, здорова! Здоровее их всех, здоровее всей деревни! О, какое у меня было железное тело, пока она не сгноила меня заживо в этой вонючей лавке! Я бы задохнулась здесь, если бы не встретила тебя, тебя!.. И ты хочешь, чтобы я еще закрывала дверь? О нет, я буду грешить у них под носом, пока они не унюхают огонь, сжигающий меня изнутри, а потом, потом…

Лоран. А что потом, Тереза?

Тереза. Я не хочу об этом думать, Лоран. Мне хорошо с тобой, а все остальное мне неважно. Посмотри, какой у него дурацкий вид. Эй, Франсуа! Он смотрит на нас так, будто собирается донести.

Лоран. Ты права, у этого жуткого кота премерзкая рожа. Ну, что ты так смотришь на нас, глупая скотина?

Тереза (весело). По-моему, он нас осуждает. Ведь он никогда не видал ничего подобного, как и бедняга Камилл. (Смеется.) Вот посмотришь, он ему все про нас расскажет.

Лоран (невольно). Перестань.

Тереза. Нет, ты представь, сидим мы этак все за картами в четверг и вдруг этот негодяй встает на задние лапки и, показывая на нас пальчиком, громко заявляет: «А я видел, как этот господин и дама валялись в постели и целовались»! (Хохочет.)

Лоран (побледнел). Тереза, прекрати!

Тереза (хлопает в ладоши). Испугался! Испугался! Трусишка Лоран испугался!

Лоран. Ничего я не испугался. Я могу тебя вообще взять и… увезти.

Тереза (смеется). Прекрасно! Только на что мы будем с тобой жить?

Лоран. Вот то-то и оно. Этот план не годится. Но и ждать, пока Камилл отправится на тот свет от старости и болезни… Эх, если бы мой папаша поторопился… Но он здоров как бык.

Тереза (посмеиваясь). Не хотела бы я, чтобы твой сын говорил что-нибудь подобное о нас с тобой.

Лоран. Мой сын? Черт побери, Тереза, а ведь у нас может быть ребенок!

Тереза. Это будет ребенок Камилла.

Лоран. Камилла?

Тереза. Ну да, конечно.

Лоран. Но ведь он… будет совсем на него не похож.

Тереза. Кто будет в этом разбираться, Лоран?

Лоран. Как нам не повезло!

Тереза. Ну отчего же? Я считаю, все замечательно, пока ты можешь приходить ко мне каждый четверг!