Kitobni o'qish: «Педагогика гениальности. Как воспитать талантливого ребенка», sahifa 4
Ошибка № 7
Его успех – мой успех
Одна из главных ошибок, на мой взгляд, связана с истинными целями родителей. Их действия, публикации и комментарии прямо говорят об их эгоистических интересах: получить признание, утвердиться в том, что «я – гений», уехать в Америку, получать за счет детей гонорары или внимание.
Когда Полина Осетинская в возрасте 13 лет сбежала от отца-тирана, он тщеславно негодовал: «Секундный псих больной девочки! – и я был сброшен с жизненного Эвереста, когда до вершины – до свободы, до честного богатства, до осуществления идеи, несущей радость миллионам, до моих «Творческих лицеев Олега Осетинского» по всему миру и до высокой правильной карьеры и судьбы моей любимой дочери – оставалось несколько метров!»
О мотивах Бориса Павловича Никитина же мы можем только догадываться. Но первую книгу об авторской системе воспитания он написал, когда их первому ребенку было 4 года. Можно ли за столь короткий срок делать воспитательные выводы и рекомендовать другим повторить свою методику? Зато популярность к автору пришла через 2 года после выхода книги. Никитиных стали активно приглашать читать лекции в разные города СССР, их выступления часто заканчивались овациями. Мать, Лена Никитина, вела рубрику «Домашний педсовет» в газете «Комсомольская правда» – тираж которой превышал десять миллионов экземпляров – и передачу «Для вас, родители» на центральном телевидении.
Что по этому поводу говорили дети:
«Это памятник периоду, когда мамы у нас просто не было. Был известный педагог, «та самая Никитина». Были непрекращающиеся заседания каких-то советов и ассоциаций, работа для «Комсомолки» и на телевидении, череда выступлений и поездок по всему Союзу. А если она и оставалась дома, то часто мы слышали одно: „Мама работает“»45.
Значимая ошибка – смешение родительских амбиций с достижениями детей. Мама с папой зачастую воспринимают успехи своих отпрысков как собственные, стремясь через их яркие результаты получить признание, социальный статус или даже финансовые выгоды. Подобное поведение может приводить к разрушительным последствиям в отношениях между детьми и взрослыми, как это демонстрируют примеры с Полиной Осетинской и семьей Никитиных.
Ошибка № 8
27 000 уроков
Гений, по мнению родителей из наших примеров, будет создавать что-то великое благодаря своему высокоразвитому мозгу, а также тренировке профессиональной интуиции.
Заметим, что Олег Осетинский не являлся профессиональным музыкантом. Но в какой-то момент он решил, что ребенка надо сильно нагружать и тогда «что-то щелкнет» – поможет профессиональная интуиция, которую дети уже в себе якобы развили. А чтобы мозг отдыхал от напряжения, нужно нагружать детей в той же мере физически. Что должны были выдерживать его дочери для тренировки интуиции? По Олегу Осетинскому, подобная нагрузка называлась методом «дубль-стресс = антистресс». За 8 лет, в возрастном промежутке с 5 до 13 лет, он провел в таком русле 27 000 уроков с Полиной.
Однажды он наткнулся на интересное наблюдение немецкого композитора Роберта Шумана. Музыкант заметил, что после интенсивных занятий на фортепиано именно долгие прогулки по саду помогают ему расслабиться. В своем письме к жене Шуман отмечал: «Я осознал, что для хорошего самочувствия мне нужно гулять столько же времени, сколько я провожу за фортепиано!»46 Эта идея показалась Олегу Осетинскому довольно привлекательной, но он не мог позволить Полине прогулки по шесть-восемь часов, – столько же, сколько она ежедневно занималась. Тогда он решил усилить процесс отдыха, «чтобы заставить быстрей вымывать шлаки из мозга, вымывать токсины из организма. То есть не гулять шагом шесть часов, а бегать, скажем, 30–40 минут и прогонять кровь по сосудам в шесть раз быстрее». В итоге Полина с утра пробегала каждый день по два-три километра, также делала забеги на скорость. Если музыкальные занятия длились по 4 часа, то каждые 15 минут необходимо было делать особые прыжки и дыхательную гимнастику, йогу и другое. Каждый час – динамическая пятиминутная пауза.
К чему привели такие нагрузки впоследствии: Полина Осетинская вынуждена была несколько месяцев лечиться и оставить свою профессиональную деятельность на какое-то время: «Да, у меня был такой период. Тогда я лежала в клинике Бехтерева в Санкт – Петербурге с маниакально-депрессивным психозом»47.
Родители детей нагружали так, как не нагружали себя сами. В 8 лет одной из дочерей Полгар пришлось играть в шахматы сутки. При этом надо было сыграть 100 партий практически без отдыха: «Он отправил своих детей на круглосуточный шахматный марафон в Дрездене. В 1985 году в турнире принимала участие только Сьюзен, а в 1986 году еще две ее младшие сестры (Сьюзен было 15 лет, Софии – 9 с половиной, а Юдит – 8). По правилам они должны были сыграть 100 партий за 24 часа, поэтому им приходилось сохранять бдительность с большим усилием, практически без отдыха. Для еды было всего три коротких 20-минутных перерыва. Вдобавок им пришлось сесть за шахматный стол после 16-часовой поездки на поезде»48.
Думаю, что девочкам повезло с типом нервной системы, которая эти нагрузки вытащила и не поломалась. Вот что по поводу выносливости своих детей отмечал отец Полгар: «Это доказывает способность детей к нагрузке – они устают не больше взрослых – и их внимание может усиливаться для достижения определенной цели. Не только результаты показывают, что мои дочери смогли справиться с нагрузкой (в 1986 году Жужа набрала 91,5 очка в 100 играх, Юдит – 68,5 и Софи – 66 очков), но и фотографии, сделанные на разных этапах 24-часового конкурса».
В соответствии с 182 Конвенцией ООН49 было введено понятие «наихудшие формы детского труда». Оно включает виды деятельности, которые по своему характеру или условиям выполнения могут нанести вред здоровью, безопасности или нравственному развитию детей. Такие эксперименты с нагрузкой – особенно для нетворческих целей – для меня являются преступлением.
В семье Никитиных эффект от раннего обучения оказался неожиданным: после ускоренного обучения им было сложно прикладывать усилия воли для выполнения тех заданий или дел, которые им не нравились или казались сложными. Вот как причины подобного поведения объясняет их мать:
«А вот еще мы говорим: «Легко учатся. Легко постигают…» – действительно легко, а ведь это и плохо. Меру сложности, нагрузки на ребят мы определить не очень-то сумели, и у них сложилось впечатление, что легко и должно быть – как бы ожидание легкого. А вот, допустим, иностранный язык, который мы не смогли дать в семье, оказался нелегким, и почти никто из них не знает его. «Не зацепило», потому что трудно. Вот на этом «легком» мы тоже слегка погорели. Я бы сейчас в этом отношении политику свою вела иначе. Трудно сказать КАК, но иначе»50.
Из примеров мы видим, что нагрузки на мозг и нервную систему могут выстрелить самым неожиданным образом. Проблему искусственного стимулирования одаренности изучала Д. Б. Богоявленская и ее коллеги. Они обследовали детей, чьи родители занимались усиленным развитием своего ребенка: «В основе опережающего развития, имеющего искусственно провоцируемый характер, лежит принцип акселерации, при котором игнорируются задачи возрастного развития и не учитывается специфика «сензитивности» возрастного этапа. <…> А. В. Семенович подчеркивает, что „для каждого возрастного этапа необходимы как потенциальная готовность комплекса мозговых образований к обеспечению психического развития, так и востребованность его со стороны социума. Недоучет роли какого-либо из этих аспектов на каждом возрастном этапе может привести к проявлениям дизонтогенеза“»51.
Переусердствование с чрезмерно интенсивными, неадекватными ранними нагрузками детей в стремлении развить их профессиональную интуицию и гениальность может обернуться серьезными негативными последствиями – физическим и психическим истощением. Важно помнить, что не все нагрузки полезны и могут привести не только к кратковременному успеху, но и к долговременному ущербу здоровья и развития.
Ошибка № 9
Я лучше знаю!
Старшая дочь Олега Осетинского поступила в Центральную музыкальную школу в Москве. Отец гордился, что научил ее играть на рояле, хотя сам этого не умел: «В ЦМШ отказываются верить, что Наташа не училась в музыкальной школе и занималась с отцом, не знающим нот. «Зачем мне ноты – я сам и есть музыка! Это ноты должны знать меня, а не я их!..» – cогласитесь, что такой ответ приводил советских педагогов в смущение, и за моей спиной они крутили пальцем у виска – а мне ведь жаль их, убогих, всех незнающих, жаль!»
Полине Осетинской, когда она стала заниматься в подростковом возрасте с профессиональными педагогами, пришлось переучиваться игре на рояле, потому что физиологически у нее было огромное количество ошибок из-за неправильно поставленного отцом аппарата.
К тому же высокая психологическая и физическая зависимость ребенка от родителя и его метода воспитания позволяет держать ученика у юбки длительное время. Предположу, что родители хотят таким образом присвоить себе все лавры людей, «воспитавших гения». Редко в интервью или книгах упоминаются другие профессионалы или специалисты, которые в том числе занимались с ребенком для достижения рекордных результатов. В спорте подобные конфликтные переходы называют «кровавыми расставаниями», которые сопровождаются скандалами, бойкотами, преследованием.
Мы видим, что часто родители, пытающиеся выступать в роли профессиональных наставников, не имеют собственных достижений в той сфере, в которой они развивают своих детей. Они не обладают необходимыми знаниями и навыками, но при этом стремятся любой ценой добиться от ребенка высоких результатов.
Когда родители без нужных профессиональных навыков и опыта берут на себя роль учителей и тренеров, это может привести к серьезным проблемам в обучении и развитии ребенка. Примеры Полины Осетинской и Никитиных показывают, что отсутствие профессиональной подготовки у родителей приводит к возникновению ошибок, требующих коррекции в будущем. Такие ситуации часто затрудняют переход к настоящему профессиональному обучению и могут вызвать напряженные отношения между ребенком и родителями. Наиболее эффективной стратегией является привлечение профессиональных наставников, обладающих опытом и компетенцией.
Ошибка № 10
Делай как я
Все опубликованные материалы – от диссертации Ласло Полгар до книг Никитиных – сложно назвать методическими пособиями по воспитанию творческих личностей. Однако люди прислушивались к каждому их слову и следовали их рекомендациям.
В предисловии к книге родителей «Мы, наши дети и внуки» одна из дочерей семьи Никитиных пишет следующее: «И она, наша жизнь, настолько обросла легендами, что мы и сами подчас не можем разобраться, что было на самом деле, а что нет. Некий миф о семье Никитиных живет отдельно от нас. Книги самих Б. П. и Л. А. [ее родителей] – нечто среднее между тем, что есть на самом деле, и тем, что пишут. <…> Единственное, чему мы сопротивляемся, как и в давнюю эпоху нашего общего детства, – это процессу превращения нашего прекрасного единственного дома в полумузей-полуаквариум, потому что общественным достоянием должна стать, уж конечно, не наша семья как таковая. Смею вас уверить, у нас имеется куча неразрешимых семейных проблем, и в качестве образца мы никуда не годимся»52.
Несмотря на популярность публикаций и влияние, которое оказали наши герои, их методы не всегда представляли собой добросовестные руководства для воспитания творческих личностей. Конечно, в их трудах содержатся интересные, полезные и обоснованные рекомендации, которые заслуживают внимания. Особенно это касается воспитания сестер Полгар, где многие решения Ласло, примененные с большей гибкостью и для более полезных воспитательных стратегий, могли бы стать настоящим образцом. В дальнейшем я буду приводить примеры качественных решений, основанных на подходах воспитания сестер Полгар. Однако мы не можем назвать их готовой методикой или системой по воспитанию творческих личностей.
Что запомнить. Главные идеи
• Изучая истории семей, где родители стремились воспитать гениев, можно выявить ключевые недостатки в их подходах. Они могут служить уроками для других мам и пап, которые хотят вырастить одаренных детей. Приведем перечень типичных ошибок амбициозных родителей:
3. Ошибка № 1. Делать главную ставку на раннее, ускоренное, форсированное развитие, которое не имеет доказанной связи с будущими гениальными результатами.
3. Ошибка № 2. Измерять успехи детей рекордами.
3. Ошибка № 3. Выбирать популярные и высококонкурентные направления. Это добровольная постановка детей в длинную очередь за успехом.
3. Ошибка № 4. Создавать социальную изоляцию для детей от «неправильного социума».
3. Ошибка № 5. Не выстраивать перспективу на 20–30 лет. Собрать награды сейчас, но не продумать следующий шаг.
3. Ошибка № 6. Стремиться сделать детей известными и популярными.
3. Ошибка № 7. Использовать детей в собственных меркантильных интересах.
3. Ошибка № 8. Нагружать запредельно ранними сверхнагрузками ребенка, которые провоцируют риски для его нервной системы и психики.
3. Ошибка № 9. Устанавливать детям неправильные привычки, формируя неверные автоматизмы. Это происходит в том случае, когда родители, не являясь профессионалами высокого уровня, действуют как самоучки.
3. Ошибка № 10. Публиковать методики воспитания с сильными искажениями. Другие родители, подражая результатам и не видя реальной картины, могут нанести вред своим детям.
• В стремлении увеличить шансы ребенка на высокие профессиональные и творческие результаты мамы и папы на самом деле порой действуют не в интересах ребенка. Они манипулируют достижениями и спекулируют на детском возрасте, создавая лишь видимость успеха.
Тест для родителей «Ошибки родителей в воспитании талантливых детей»
В следующей главе мы обсудим, как мифы о креативности формируют неверные представления и становятся преградой на пути к подлинным достижениям в развитии творческих способностей детей.
Глава 3
Гении под угрозой: заблуждения о методиках развития талантов
Над пропастью во лжи
Как педагог и исследователь, я стремлюсь разобраться, действительно ли наши научные достижения в области развития детей соответствуют ожиданиям, которые мы на них возлагаем. Научные работы в сфере воспитания талантливых детей показывают, что многие подходы часто не соответствуют реальности и не приводят к ожидаемым результатам – они предлагают устаревшие или неприменимые в реальной жизни методы. Я уверена, что вы, как заинтересованные родители, стремитесь выбрать лучший путь развития для своего чада, так что столкновение с подобными трудностями может быть разочаровывающим.
Эта работа начиналась как исследование и сбор реальных научных вкладов и новшеств в педагогике и психологии, посвященных интеллектуальному и творческому развитию детей. Я тщательно проанализировала более ста авторефератов докторских диссертаций, защищенных за последние десять лет, стараясь найти новаторские идеи и решения. Рассматривая каждую работу, я стремилась обнаружить практики, которые могут качественно изменить подход к обучению и раскрыть таланты детей.
Известно, что получение докторской или кандидатской степени не является простой формальностью – необходимо представить в диссертации решения, внедрение которых существенно влияет на развитие определенной области знаний. К сожалению, после прочтения более сотни диссертаций я не нашла работы, соответствующие критерию «решения, внедрение которых вносит значительный вклад в развитие страны»53. Вместо этого я обнаружила 40 способов написать наукообразный, но неэффективный педагогический текст. Это подтолкнуло меня к созданию очерка «Вредные советы: как написать слабую докторскую о развитии детей».
В 2021 и 2022 годах я расширила исследование, включив анализ книг и методических пособий, направленных на формирование креативности и таланта у детей в детских садах, школах и других образовательных учреждениях. Цель этого исследования – выявить слабые стороны и возможные вредные последствия этих подходов для ребенка. Понимаю, что критика педагогических практик может быть воспринята с осуждением, но считаю ее необходимой для нашего общего блага.
Далее я хочу подробнее остановиться на 7 ошибках, часто встречающихся в программах, направленных на развитие креативности и талантов. Понимание этих ошибок – путь к защите наших детей от нежелательных последствий.
Заблуждение 1
Гениальность – это умение генерировать необычные идеи
Многие современные пособия утверждают, что гениальность заключается в способности креативить и находить необычные идеи, а именно – проявлять гибкость и беглость мышления. Однако такое понимание приводит к попыткам развить у маленьких детей больше невроз, чем беглость.
В одном из методических пособий, которые я изучала, предлагают обучать дошкольников творческому диалектическому мышлению путем изучения противоречий. В рамках упражнения дети слушают сказку «Сестрица Аленушка и братец Иванушка» и затем, когда главный герой превращается в козленка, задают серию вопросов: «Кто он в таком случае: животное или человек?» В этом упражнении автор предлагает сбивать детей с ответов. Сначала приводят доводы в пользу того, что он человек, затем – что он козленок. Подобные упражнения напоминают экспериментальные исследования неврозов Павлова: «Такая ошибка нервных процессов лежит в основе различных конфликтных ситуаций, когда человеку надо решить какую-то задачу, а он не может прийти к однозначному решению. У него в нервных центрах борются процессы возбуждения и торможения. <…> Метод основан на перенапряжении нервной деятельности из-за решения задач непосильной сложности на анализ и синтез»54.
Я не рекомендую использовать такие упражнения не только для детей младшего возраста, но и для взрослых. Они могут вызвать перегрузку нервной системы и привести к непредсказуемым последствиям.
В исследуемых мною пособиях креативность смешивается с чем угодно, кроме умений, которые помогут в будущем эффективно решать творческие проблемы. Вместо того чтобы обучать школьников реальным навыкам решения профессиональных задач, авторы дают упражнения, в которых нужно сочетать разные свойства предметов для создания необычных идей. Например, в одном из пособий детям предлагается придумать говорящий диван, деревянную щуку или зайца с иголками вместо шерсти.
Часто идеи, которые приводятся в учебных пособиях, остаются на уровне фантазий самого ребенка и не приносят особой пользы. Кроме того, обычно такие упражнения не предполагают оценки качества идеи: получается свалка слабых выдумок, к тому же дети осваивают навык придумывать бесполезные решения.
Во многих пособиях по развитию креативности у ребенка, которые я изучила, поощряют использовать мозговой штурм. Этот метод группового решения проблем, известный как brainstorming, был предложен американским психологом А. Осборном в 1931 году. Идея основана на групповом обсуждении проблем, в ходе которого каждый участник может свободно предлагать различные идеи. Качество идей, выдвигаемых детьми, зачастую оставляет желать лучшего. И снова мы получаем тренинг для слабых выдумок.
Проблема усугубляется, когда главным критерием оценки креативности становится количество идей, предложенных ребенком, – так, авторами популярных тестов на креативность проверяется дивергентное мышление55. Однако до сих пор не было обнаружено взаимосвязи между результатами этих тестов и реальными достижениями.
Более того, таким способом нельзя предсказать, станет ли ребенок будущим талантом. Такие тесты, например, успешно проходят люди с психическими расстройствами, способные устанавливать отдаленные ассоциации: «Креативность, раскрываемая через критерий дивергентности, указывает на определенное сходство в мышлении людей с высокими показателями креативности и теми, кто страдает от шизофренических и аффективных расстройств. Те и другие способны устанавливать отдаленные ассоциации»56. Тренинги с подобными упражнениями для неокрепшей психики могут создать риск того, что они будут развивать свои способности в обратном направлении.
Причина популярности пособий по дивергентному мышлению, на мой взгляд, кроется в том, что дети в силу возраста и непонимания не жалуются и не предъявляют претензий. Им не хватает знаний и опыта, их легко ввести в заблуждение забавными упражнениями на фантазию.
В одной из российских школ был проведен эксперимент с шестиклассниками: они прошли тренинги по развитию дивергентного мышления, которые стимулировали умение выдвигать множество разнообразных гипотез. После эксперимента одна из отличниц отказалась выполнять контрольную работу. Она знала решения задач, но мотивировала отказ тем, что искала альтернативное, нестандартное решение57. Это недоразумение показывает, что дети легко учатся «играть в гениев», но смогут ли они решать куда более серьезные задачи взрослого мира, где необходимо понимать контексты; работать по инструкции и стандартам; не уходить от решения, а усиливать его, – большой вопрос.
Во-первых, отождествление творческих способностей с креативностью, раскрываемой через дивергентность, упрощает сложный процесс развития гениальной, талантливой, одаренной личности. В реальности же он зависит от множества факторов. Мы подробно говорили об этом в предыдущей главе.
Во-вторых, нет никаких научных доказательств о корреляции между дивергентностью по тесту и достижениями выдающихся творческих успехов. К тому же за разговором о беглости, гибкости и оригинальности можно легко прятать свою педагогическую некомпетентность.
Как преподаватель и наставник, считаю важным пересмотреть подходы к развитию креативности. Давайте задумаемся: какие методы, технологии и инструменты действительно помогут обучать детей эффективному и качественному решению сложных и изобретательных задач в будущем? Наша цель – создать условия, чтобы сформировать настоящую творческую личность, избегая замены этого продуманного процесса привлекательным, но нерезультативным фантазированием. При этом мы должны беречь психическое здоровье наших учеников, помогая им развиваться в безопасной и поддерживающей среде.
Bepul matn qismi tugad.
