Kitobni o'qish: «Любушкины сказки»

ПЕТРОВИЧ (быль)

Говорят, что у куриц нет мозгов, что они глупые. Но это неправда. Я хочу поведать вам одну историю.

Это случилось летом. Соседка Люба с внучкой Милашей приехали в деревню из Омска. У них здесь родительский дом. И вот как-то однажды Милаша принесла домой хорошенького цыплёнка. Бабушка, конечно, удивилась. Спрашивает внучку:

– Где ты его взяла?

– На улице, – отвечает Милаша. – Он бегал у нашего забора, пищал, а потом подбежал ко мне. Я пошла к калитке, а он – за мной. Вот я его и взяла.

Пошли Люба с цыплёнком и Милашей по соседям.

– Ваш?

– Нет, – отвечают соседи.

И никто не признал его своим.

Пустили они цыплёнка на травку. Подумали, может, он сам пойдёт искать свою маму-курицу. Цыплёнок куда-то убежал, но вечером вернулся. Сел у веранды и ждет. Что делать? Бабушка Люба с Милой соорудили в уголке веранды гнёздышко. С той поры цыплёнок и стал жить у них. Утром уйдёт, бродит по двору и в огороде, а вечером возвращается в свой уголок.

Прошло недели две. Цыплёнок подрос, крылышки появились. Милаша играла с ним, носила на руках. Он сидел у неё на ладошке, и было видно, что ему всё это нравилось. Ещё любил, когда для него копали дождевых червей. Скажут: «Пойдём копать червей», а он уже мчится впереди всех в огород.

Так и ходил он следом за Милашей да за Любой. Они прозвали его Рататуй. Но когда бабушка с внучкой уезжали по делам в Омск, Рататуй бегал к нам. У нас смежные огородики через калитку. Только мне не нравилась его кличка, и я стала звать его Петровичем. Петушок быстро привык к этому имени.

Выйду я утром, сяду на табуретку, крикну: «Петрович!», – и он тут же бежит ко мне. Подбежит, пристроится у ног и по-куриному что-то говорит. Я посажу его к себе на колени, глажу по шейке, по головке: «Какой ты красивый, умненький у нас!» Он аж глаза от удовольствия закрывает. Кормила я его пшеном, гречкой варёной, творожком. И дождевых червей тоже вместе копали. Петрович знал даже, где стоит наша садовая лопаточка. Как скажешь: «Пойдём!», так он сразу подбежит к лопатке и ждёт, пока я её возьму, да со своей табуреткой доберусь до огорода. Там я копаю, а он червей ловит и глотает. А потом отходит в сторону. Значит – сыт.

Мы к Цыплёнку привязались с Сергеем. За нами он тоже бегал, как щенок. Когда Люба приезжала, он ходил за ней. А как она уйдёт куда, – он сразу к нам. Подбежит к двери и ждёт, когда выйдем. Бывает, я, например, лук вяжу, а Петрович целый день со мной: то сидит рядом, то ляжет на кучу лука, или на край ведра сядет и заглядывает в глаза – ждёт, чтобы погладила, приласкала.

Однажды вечером Саша попросил Сергея закрыть веранду на замок. Тот пошёл, смотрит, а Петровича-то нет. Везде искали. Нигде нет. Ушёл. Пропал. Я всю ночь не спала. В шесть утра встала, пошла на костылях по улице. Может, он где со двора вылез и не смог попасть домой? Но нет, и на улице никого. Поковыляла я обратно на веранду, ещё раз все внимательно осмотрела.

– Куда же ты подевался, Петрович? – говорю сама себе вслух. – Что я скажу хозяйке?

И вдруг слышу, сзади хлоп, хлоп крыльями. Поворачиваюсь, – а Петрович у моих ног. Сколько радости-то! Схватила я его на руки: «Где же ты был?» А он, оказывается, взлетел на стол, оттуда на шкаф, да на шкафу и ночевал. Мы-то внизу смотрели, голову не поднимали, вот и не увидели.

А тут и осень на дворе. Люба засобиралась в Крым, к дочке. Куда Петровича? У нас холодная стайка – замёрзнет.

– Отдай, – говорю я Любе, – Тане соседке. У них корова, тепло в сарае.

Таня согласилась, забрали они Петровича себе.

С той поры прошла уж и зима, и весна миновала. Вот и снова лето. Как-то тёплым вечерком сидели мы на лавочке. Смотрим – Таня соседка к нам идёт, а на руках-то – наш Петрович. Только он уже не цыплёнок, а молодой красивый петушок. Я не удержалась, попросила его у Тани, посадила к себе на колени. Ну, и стала с ним, как раньше, говорить, гладить по голове, по шейке.

– Какой ты, Петенька, красавчик! – говорю. – Какой большой стал!

И что вы думаете? Посмотрел он вдруг на меня внимательно, да стал ко мне прижиматься и как будто вздрагивать. А потом положил голову мне на плечо, прикрыл глаза и притих. Это ведь он узнал меня! Мы так с ним не меньше часа и просидели. Он приоткроет глаза, посмотрит на меня, потом прижмётся сильнее и снова замрёт. А я всё гладила его, приговаривая ласковые слова: «Ты узнал меня, мой Петенька! Узнал, голубчик!» А он что-то на своем языке отвечал мне.

Все удивлялись и тому, как он меня узнал, и как не хотел от меня уходить. Но Таня, конечно, взяла его и унесла домой.

Вот такой был у нас с соседями Петрович – простой петушок.

Знаете, почему я рассказываю эту историю? Да потому, что говорят, что у курицы нет мозгов. Нет, есть! И у курицы, и у всех других птиц и животных. Как будешь относиться к ним, так и будет. Они все чувствуют ласку, доброе отношение, заботу. И этим же отвечают тебе.

Любите их – и они ответят вам любовью.

^{Олесин сон . Сказ.}

В одном большом городе жила девочка Олеся. Жила с мамой, папой, бабушкой и дедушкой. Девочка она была хорошая, все её любили, никто не обижал. Она ходила в детский сад, с ребятами и воспитателями никогда не ссорилась. На детской площадке около дома все с ней играли. И дома у неё было много игрушек. И всё было хорошо. Но девочка, почему-то, всё равно очень сильно скучала. А по ночам ей часто снился один и тот же сон. И в этом сне она встречалась со своей мечтой.

А что это была за мечта? – спросите вы. Ах, это была мечта о… котёнке.

И как-то воскресным солнечным утром, когда все ещё только проснулись, девочка набралась смелости, подошла к маме, обняла её и прошептала: «Мамочка! Я видела такой сон! Сегодня ночью приходил ко мне котёнок. Он сказал, что его зовут Буся, и что он хочет ко мне. Я его погладила, он так мурлыкал! А потом он ушёл. Мамочка, я очень хочу Бусю!»

Мама ничего не ответила, поцеловала дочку в макушку и занялась своими делами. Олеся вздохнула и тихонько вернулась в свою комнату.

– Пойдем, доченька, в парк! Погуляем, – сказала мама после обеда.

Олеся быстро собралась, и они пошли.

Дорожки в парке были такие ровные, деревья такие высокие, солнышко такое радостное, что если ты нормальный здоровый ребёнок, то просто невозможно устоять на месте. И Олеся (а она была нормальным здоровым ребёнком) бегала и прыгала по дорожкам, смеясь и напевая какие-то песенки. Мама осталась где-то позади, когда Олесе послышалось, будто кто-то

зовёт её по имени. Девочка остановилась, посмотрела по сторонам. Никого не увидела. Она хотела уже снова побежать, когда ясно услышала тоненький голосок: «Олеся! Олеся!» Обернувшись, Олеся увидела только маму, наблюдающую за белочкой. Белочка грызла гриб. И тут из-за одного из деревьев неподалёку мелькнуло что-то, похожее на серый пушистый хвостик. Олеся тихонько приблизилась к этому дереву, обошла его и увидела котёнка. Того самого, который снился ей сегодня.

Котёнок не убегал, а смотрел прямо на Олесю. Девочка наклонилась и прошептала:

– Буся, это ты меня зовёшь?

– Да, – ответил серый котенок по-человечески.

Серый комок дрожал от холода. Было видно, что он давно не ел. Глаза котёнка были наполнены испугом и мольбой.

– Олеся, пожалуйста, возьми меня к себе! Я знаю, ты меня не обидишь. А я буду тебе самым верным другом. Я так хочу к тебе.

– Надо маму спросить, – ответила девочка, сама не веря тому, что с ней происходит, и как её сон встретился ей здесь, в большом парке, наяву.

Олеся взяла Бусю на руки и побежала к маме.

– Мама, мамочка! Смотри, это Буся. Она мне снилась сегодня. Давай возьмем эту кису к себе. Она такая хорошая! Ей холодно, одиноко, она хочет кушать.

Мама глядела на Олесю с котенком на руках. И ей стало их жалко.

– Хорошо, – сказала она, – берём котенка домой. Но ты даёшь мне слово, что будешь ухаживать за ним сама.

Олеся была очень, очень рада. Котёнок, конечно же, тоже. Он быстро лизнул девочку прямо в нос и тихо прошептал:

– Спасибо! Ты меня спасла!

Когда они пришли домой, Олеся попросила маму налить в тазик тёплой воды и хорошенько искупала Бусю. Буся (она оказалась маленькой серой кошечкой) смешно фыркала носом. Потом мама помогла завернуть Бусю в полотенце, Олеся села со свёртком в руках в кресло, и Буся, пригревшись, уснула.

С той поры Олеся и Буся стали лучшими друзьями. Девочка заботилась о своей подруге, как и обещала: кормила её, играла с ней, причёсывала, чтобы та всегда была пушистой и красивой. Когда Олеся уходила в садик, Буся садилась на подоконник и ждала.

Папа, мама, бабушка и дедушка тоже полюбили Бусю. Жизнь в доме стала ещё радостней, чем была в этой хорошей семье прежде. Но всё-таки самое интересное происходило тогда, когда Буся и Олеся оставались дома одни. Дождавшись, когда закроется входная дверь, подруги уходили в самую дальнюю – Олесину – комнату. Там они садились в кресло и мерцающие кошачьи глаза заглядывали в самую глубину Олесиных глаз. В этот момент всё вокруг начинало кружиться и словно бы таять. Вот уже нет ни знакомой комнаты, ни кресла, на котором они сидят, а есть только сказкаи дивный полёт в необыкновенно прекрасную Сказочную Страну. В этой стране цветут невиданные цветы, летают сказочные птицы и огромные разноцветные бабочки. И здесь Буся превращалась в девочку с розовыми вьющимися волосами. И, взявшись за руки, они бегали с Олесей босиком по чудесной зелёной траве. Буся очень красиво пела, и обе они были по-настоящему счастливы.

Потом Бусин голос говорил:

– Милая Олеся, просыпайся. Пора домой.

И в этот миг они снова оказывались в кресле. Девочка прижимала к себе котёнка, котёнок мурлыкал и норовил лизнуть её в нос.

И никто не знает, что это был сон.

И этих снов Олеся увидит ещё очень, очень много.