Kitobni o'qish: «Домортис. Возвышенные души»

Глава первая: «Домортис»

«Мне важна лишь твоя жизнь.

Жизнь в целом меня совершенно не волнует»

Уильям Ричардсон

Заканчивался 2116 год нашей эры. Откровенно говоря, он ничем не отличался от предыдущих двадцати, а то и больше, лет. Золотой век изучения и колонизации Солнечной системы завершился, и неугомонные существа под названием «Homo sapiens» расширили свой ареал за ее границы.

В космическом пространстве плыл большой разведывательный корабль с надписью «Common Era», который был изготовлен на Марсе специально для данного эпохального полета. На его экипаж возлагалась сложнейшая миссия, и все человечество с глубочайшими переживаниями наблюдало за развитием долгожданных событий, имеющих невероятную историческую важность.

Год назад были обнаружены следы разумной жизни на далекой холодной и пустынной планете за пределами Солнечной системы, которая размерами немного превышала Эриду. Эта карликовая планета не вызывала никакого интереса до тех пор, пока молодой студент Ерик Вольф, в силу своей природной любознательности и консервативной пытливости, не заметил странное сооружение на ее поверхности. В ходе дальнейших исследований было установлено, что древняя конструкция – вход в подземный инопланетный город. К сожалению, новейшие технологии человечества не смогли раскрыть содержимое города, а лишь определили его внешний контур: от ворот отходили три рукава-коридора, которые тянулись на несколько километров в разные стороны, уходя вглубь на восемьсот метров.

Земной год скрупулезных наблюдений за таинственным городом и самой планетой позволил ученым прийти к выводу, что какие-либо признаки жизни отсутствуют. Вероятно, данное сооружение являлось базой иной цивилизации для временного пребывания, а не для постоянного проживания. Также было выявлено, что благодаря слабым источникам энергии в подземном городе до сих пор функционируют исправные устройства. Все они работали в неизменном режиме экономии на протяжении всего времени исследований.

Весь мир затих, когда корабль «Common Era» приземлялся на поверхность загадочной планеты. Его серебристый корпус, имеющий обтекаемую аэродинамическую форму, блестел в лучах местной звезды, заходящей за горизонт. В этот миг блики той далекой звезды созерцали миллиарды воодушевленных людей.

Давно было доказано, что мы не являемся единственной цивилизацией во Вселенной, но сложнейшим вопросом остается установление контакта с иным разумом. Последние пару десятилетий к решению этой задачи Федерация привлекала лучших ученых и превысила все возможные финансовые затраты на ресурсы.

Ворота корабля начали открываться, издавая шипящий звук. Искусственный свет пролился на поверхность планеты. Трап постепенно опустился, и на него шагнул мужчина. Его тонкий белый скафандр был разработан по последним технологиям: сверхпрочный с изображением герба Федерации на груди. Подобные скафандры не сковывали движений человека, позволяя ему практически не ощущать изменений в окружающей среде.

Мужчина поднял голову, устремив взгляд в космическое пространство, мерцающее великолепной игрой светил. Но он всматривался не в небо, подобная картина уже давно не восхищала его, – он вчитывался в потоки информации на своем визоре. Спустя полминуты мужчина произнес:

– Собранные данные совпадает с предварительными подсчетами. – Его голос прозвучал ровно, с примесью скуки. Создавалось впечатление, что в его перенасыщенной важными событиями жизни подобный полет – обычное явление. Он развернулся вполоборота и, не оглядываясь, сказал, чуть повысив тон: – Доктор Уоллес.

– Я здесь! Здесь я! – энергично отозвалась молодая девушка.

– Доктор Уоллес, – заговорил он снова, как только та встала рядом с ним, – напоминаю для вашей же безопасности, следуйте за мной и не отдаляйтесь от группы. Вам ясно?

– Да не волнуйтесь вы так, лейтенант Ричардсон, – ерничая, ответила девушка с сияющей улыбкой на лице. – Я все уяснила еще с первого раза. Иду впереди и при первом же удобном случае убегаю за ближайший поворот.

– Ваш сарказм совершенно неуместен, доктор Уоллес, – без малейшего намека на грубость отметил лейтенант, не ожидая ничего другого от капризной девчонки. – Я бы вам и в сотый раз это повторил, лишь бы вы следовали моим указаниям.

Из шлюзовой вылетела спецмашина, вмещающая еще девять членов разведгруппы. Когда она остановилась, лейтенант, со свойственной ему вежливостью, помог девушке взобраться на борт. Оказавшись внутри спецмашины, Кейт Уоллес заняла свободное место на скамье и тут же обратилась к человеку, сидящему напротив:

– Доктор Домбровский, я полагала, что вы останетесь на борту корабля, и будете помогать нам из лаборатории.

– О-хо-хо, – надтреснуто засмеялся старик. – Да разве я мог усидеть в этой коробке? Я всю жизнь ждал подобного момента.

Девушка понимающе улыбнулась ему, а после перевела взгляд на иллюминатор. Они пролетали у подножья горы, информация о которой собиралась сканерами и отображалась на стекле. На протяжении долгого времени Кейт тщательно изучала эту гору, так как в ней находится вход в подземный город иной цивилизации. Почему они выбрали именно эту местность? Почему именно эту планету? Кейт еще не удалось понять это, но она была более чем уверена, что спустившись в город, обязательно найдет ответы на все волнующие ее вопросы.

«Несмотря на то, что в нынешнее время каждый человек может стать ученым, просто загрузив в свой разум все необходимые знания, именно меня избрали для этой экспедиции, – размышляла она. – Должно быть, я чем-то отличаюсь от остальных специалистов моего профиля». Кейт гордилась собой, ведь смогла достигнуть успеха собственными силами, без чьей-либо помощи.

– Это странно, – заговорил лейтенант, переключившись на связь только с Кейт.

– Что именно? – уточнила она, глядя на него через визор выразительными голубыми глазами.

– Странно, что в такой момент вы испытываете грусть вместо волнения.

Кейт взглянула на детектор эмоций лейтенанта.

– Ну, а вы, судя по вашему датчику, вовсе ничего не испытываете.

Лейтенант Ричардсон хитро улыбнулся.

– Почему вы увиливаете от ответа?

– Разве это был вопрос? – наигранно изумилась она. – Прошу меня простить, я не расслышала вопросительной интонации в вашем голосе. А вот вы, абсолютно точно, бестактно проигнорировали мой вопрос.

– Я выключил его, – объяснил он.

– Как вы посмели?! – бросила Кейт, не скрывая восхищения. – Это условие зафиксировано в трудовом договоре.

– Пусть это будет нашим секретом. Я уверен, в свете сегодняшних событий такой мелочи никто не заметит.

Кейт ненадолго задумалась, а после сказала со скромной улыбкой:

– Вы довольно энигматическая личность, лейтенант. – Он промолчал, лишь усмехнулся.

Спецмашина плавно остановилась. Когда дверь начала открываться, сердце Кейт забилось быстрее.

– Это – шаг навстречу, – воодушевленно произнес доктор Домбровский, направляясь к выходу.

– Шаг навстречу? – переспросила Кейт, едва сдерживая смех. – Скорее – вдогонку.

За минуту вся группа выгрузилась из спецмашины и только Кейт осталась стоять на месте, застыв от волнения. Голос лейтенанта вернул ее к реальности: он позвал ее по имени и протянул руку.

Множество людей наблюдали за ней в этот момент, поэтому она была обязана профессионально выполнить работу. Кейт не стала опираться на руку лейтенанта и самостоятельно выбралась из спецмашины. Гора, возвышающаяся перед ней, была покрытая льдом, как и практически все на этой неприглядной планете.

Всего в нескольких метрах от Кейт находились ворота в подземный город, расположенные под углом, подобно входу в погреб. Датчики на ее шлеме и скафандре запустились, и разместили на визоре все данные. Ворота напоминали большой квадрат, сторона которого была равна строго трем метрам и двадцати семи сантиметрам.

Кейт не предполагала, что поверхность ворот окажется гладкой без рисунков или гравировки. Она была готова столкнуться с проблемой расшифровки любой надписи, но ей в голову не приходила мысль о возможности их отсутствия.

Пристально разглядывая ворота, Кейт помалу двинулась вперед.

– Доктор Уоллес! – Лейтенант схватил ее за руку и остановил. – О чем вы думаете? Уже успели позабыть о моих указаниях?

– Нет-нет, – пролепетала девушка, глядя то на ворота, то на лейтенанта. – Просто они без… Так странно.

– А мне кажется странным совсем другое, – подметил он. – Если на планете нет жизни, а подземный город заброшен и пуст, то отчего ворота не покрыты слоем льда?

– А ведь действительно, – удивилась Кейт. – Что вы думаете по этому поводу, доктор Домбровский?

– Хм, – ухмыльнулся лейтенант, – вы все еще на связи только со мной. Рекомендую вам переключиться на общую.

Кейт стало неловко, что она допустила такую нелепую оплошность, но виду не подала и, переключившись на общую связь, еще раз повторила вопрос доктору Домбровскому. Тот ушел в себя, напряженно размышляя над ответом.

– Какие-либо признаки жизни на планете отсутствуют, – ворвался в радиосвязь голос капитана Джеймса. – Или же мы попросту не способны их зафиксировать.

– Да нет же! Мы все перепроверили множество раз, – нервно отрезал доктор Домбровский. – Здесь что-то другое. – После он начал неразборчиво бормотать, но не прошло и минуты, как его осенила идея. – Скорее всего, по истечении определенного времени ворота нагреваются, дабы избавиться ото льда. А для расчистки близлежащей территории, вероятно, имеются лазеры или какое-то другое приспособление. – Доктор присмотрелся к воротам и даже сделал пару шагов вперед, а затем добавил: – Обратите внимание, тонкий покров льда все же присутствует.

– Необходимо убрать лед, – выпалила Кейт, сгорая от желания открыть ворота.

– Всем отойти! – скомандовал лейтенант, устанавливая на дисплее своего оружия необходимые параметры.

«Почему лейтенант все делает сам? – подумала Кейт. – Не хочет подвергать людей опасности?» Такой поступок характеризировал его с хорошей стороны. Так, по крайней мере, казалось Кейт.

Лейтенант направил оружие на ворота и выпустил луч лазера слабой мощности сплошной горизонтальной линией. Лед превратился в пар, который через мгновение охладился и затвердел в виде снегоподобной массы. К огромной радости всех присутствующих, ворота никак не отреагировали на воздействие.

Кейт с осторожностью приблизилась к воротам, с пристрастием рассматривая их.

– И что дальше? – раздался писклявый голос Карстена Клода. – Кейт, что скажете?

– Мистер Клод, – не без раздражения отозвалась она, – я хоть и гений, но учитывая тот факт, что данное изобретение инопланетного происхождения, вы, быть может, дадите мне еще немного времени?

– Мисс Уоллес, не нужно столь остро реагировать на мои безобидные вопросы, – сдержанно ответил сотрудник СМИ, понимая, что его роль в ходе экспедиции весьма незначительна.

Доктор Домбровский подошел к Кейт, с таким же любопытством изучая объект, но в отличие от нее не стал прикасаться к нему.

– Удивительно, – обронила она. – Такое впечатление, что они абсолютно новые. Посмотрите, в некоторых местах их верхний слой шелушится. Это напоминает обновление эпидермиса.

– Да, это впечатляет, – равнодушно согласился доктор Домбровский, размышляя о другом, более важном, вопросе. – Как нам открыть их?

– Замок в левом нижнем углу, – без особого интереса сообщила Кейт.

– Что?! – напустился на нее старик. – И вы молчали?

– Естественно, – повела она плечами. – Мне необходимо осмотреть ворота полностью. В подобных делах спешить нельзя.

Старик недовольно закряхтел, отправившись к месту, куда указала Кейт. Она последовала за ним, опасаясь, что тот может ненароком повредить ворота.

И в самом деле, слева внизу виднелся небольшой квадрат, напоминающий обычную кнопку. Внутри квадрата, на его нижней грани, располагался маленький круг. Такой же кружок был и с внешней стороны квадрата, но над верхней гранью.

Все члены группы подошли поближе, нацелив взгляды на находку.

– Вы полагаете, это ключ? – шепотом поинтересовался корреспондент Клод, наклонившись к Кейт ближе остальных.

– Я недоходчиво выражаюсь? – прошипела она.

Карстен посмотрел на Кейт и по выражению ее лица понял, что ему лучше отодвинуться подальше.

– Нужно составить перечень всех возможных вариаций открытия замка, – сказал доктор Домбровский и уже успел запустить программу расчета этих самых вариаций, как вдруг Кейт храбро нажала на кнопку.

Все мгновенно затаили дыхание в ожидании худшего, но ничего особенного не произошло: кнопка лишь выдвинулась на несколько сантиметров наружу.

– Девочка, ты с ума сошла?! – нервно крикнул Карстен Клод. – Предупреждать надо!

– Мистер Клод, не стоит столь остро реагировать, – коварно улыбнулась Кейт. – Я знала, что все будет хорошо.

– Ты не можешь быть уверена в подобных вещах! Тут можно лишь предполагать, – укоризненно лепетал Карстен.

– Рассуждая логически, легко прийти к правильным выводам, – невозмутимо предъявила Кейт. – Очевидно же, что данная планета не может быть домом для столь развитой цивилизации. Подземный город – лишь база одной из их колоний. Также хочу отметить: они не могли не заметить, что неподалеку есть планета с разумной жизнью – наша Земля. А раз все мы еще не порабощены ими, значит – они не желают навредить существам, населяющим Вселенную. А исходя из этого не сложно догадаться, что они не стали бы уничтожать каждого, кто попытается войти в город.

– Все, что ты сказала – необоснованные домыслы, – агрессивно заявил корреспондент.

– Неужели? В таком случае, почему мы еще живы?

– По иронии судьбы или же по чистой случайности, но точно не благодаря твоему здравомыслию.

– Достаточно, – фыркнула Кейт. – Я не стану тратить время на бессмысленный спор. При желании вы можете отойти на безопасное расстояние, так как я намерена открыть ворота.

Карстен попятился назад, а Кейт тем временем аккуратно взялась за углы квадрата и потянула его на себя, – он поддался, и она с легкостью вытащила наружу объект формы параллелепипеда. Сканеры на шлеме Кейт измерили его и вывели данные на визор: ширина и высота были равны трем сантиметрам и двадцати семи миллиметрам, а длина – тринадцати сантиметрам и восьми миллиметрам.

– Хорошо, – выдохнула она. – Я полагаю, этот ключ нужно правильно разместить в замке.

Кейт повернула ключ и всунула его обратно в отверстие, но таким образом, чтобы круги на ключе и воротах совпали. Как только ключ оказался на своем месте, от него поплыли едва заметные круги волн. Поверхность ворот начала преобразовываться в субстанцию, напоминающую жидкий металл.

– Датчики засекли слабые импульсы электрического тока, – известил доктор Домбровский.

Кейт поднялась и немного отстранилась от ворот, чтобы улучшить угол обзора. Миг спустя в ее голове мелькнула идея, и она вслух произнесла команду своему компьютеру:

– Включить микроскоп. Увеличение в шестьсот раз. Увеличение в тысячу раз, – и наконец, с восторгом воскликнула: – Это микро-роботы, в оболочке органического вещества!

Ворота разделились тонкой линией ровно по центру, и принялись сворачиваться наружу. Движение обеих половин было полностью синхронным. В конечном счете они приняли цилиндрическую форму в виде колонн.

Перед группой открылось темное помещение, убегающее вниз, с выпуклыми извилистыми линии на полу. На стенах появились маленькие синие огоньки, которые хаотично поползли в разные стороны. Вскоре коридор погрузился в тусклый свет, исходящий из образовавшихся паутинных линий, напоминающих человеческую венозную систему.

Кейт пришла в себя и вспомнила о следующем шаге операции.

– Сержант Келли, принесите мой ящик. – Когда к ней поднесли серебристый ящик, она открыла его и произнесла: – Венеция.

Внутри ящика лежало два свернутых металлических клубка, которые от звучания ее голоса ожили и трансформировались в роботов-кошек высотой около пятидесяти сантиметров. Они оглядели присутствующих сверкающими красными глазами, а затем сконцентрировались на своей хозяйке.

– Я знал, что исследовательский центр Федерации разработал для вас роботов, но такого я не ожидал. Серьезно? Кошки? – хмыкнул лейтенант Ричардсон.

– Это было одним из моих требований, – ответила Кейт, не обращая внимания на его негативный комментарий.

– Почему Венеция? – полюбопытствовал он.

– В детстве мама часто рассказывала мне об этом городе, – кратко объяснила Кейт, после чего обратилась к кошкам: – Инмера, Михта, исследуйте помещение.

Михта, робот с черным ошейником, пошла первой, а Инмера – с ошейником белого цвета, осторожно последовала за ней.

– Зачем отправлять сразу двух роботов? – вмешался Карстен. – Не будет ли разумней задействовать их поочередно? Мало ли что.

Кейт кольнула его взглядом, но совладала с собой и ответила тактично:

– Их нельзя разделять. Только Михта оснащена оружием, потому что ее задача оберегать Инмеру – робота-исследователья. – Корреспондент промолчал, и Кейт сосредоточила внимание на бегущих строках данных на визоре, которые передавала ей Инмера. – Насколько я могу судить, в коридоре безопасно.

Все посмотрели на лейтенанта Ричардсона, ожидая его приказа.

– Да-с, – кашлянул он. – Я пойду первым. Будьте внимательны и осторожны.

Зайдя в помещение, лейтенант осмотрелся. Никакой угрозы его жизни не возникло, поэтому он подал сигнал остальным следовать за ним. В конце длинного коридора, спускающегося вниз приблизительно на тринадцать метров, обнаружились еще одни ворота.

Как только вся группа вошла, первые ворота начали закрываться.

– Почему они закрываются?! – запаниковал Карстен, который шел последним. – Быть может, нам лучше выйти?!

– Нет, – возразила Кейт. – Закрывающаяся дверь вовсе не значит, что мы попали в ловушку. Уверяю вас, мы с легкостью сможем открыть их.

– Проверка связи. Капитан, вы слышите меня? – предусмотрительно поинтересовался Ричардсон.

– Слышу вас хорошо, лейтенант, – ответил тот через радиосвязь. – Продолжайте путь.

– Так точно.

Вторые ворота Кейт открыла таким же способом, как предыдущие. За ними находился еще один коридор с синим освещением, но с ровным полом, ведущий в загадочную комнату. Когда они вошли, эти ворота тоже закрылись, а освещение в далекой комнате стало более ярким. Кейт не терпелось поскорее туда попасть, но она помнила о своем обещании, данном лейтенанту, поэтому покорно следовала за его спиной.

Комната была круглой и просторной, площадью около трехсот квадратных метров. На стенах сияли синие линии, а с куполообразного потолка свисали зеленые стебли разной длины, – некоторые из них почти достигали пола, но таких было не много. На стеблях мерцали крохотные светлячки, в виде маленьких лампочек. Благодаря великолепному танцу света невольно создавалось впечатление, что вся комната – один организмом, который размеренно дышит, заражая гостей сонным спокойствием.

Прежде чем переступить через порог, лейтенант обратил внимание на пол, – он состоял из таких же стеблей, плотно скрученных между собой. Пока лейтенант размышлял над безопасностью поверхности, Кейт впала в своеобразную ломку, поддаваясь пылающему любопытству. Не выдержав искушения, она вскочила в комнату первой, да так быстро, что лейтенант просто не успел ее остановить. Несмотря на столь беспечный поступок, не произошло ничего опасного. Пол был мягким, слегка прогибался под ногами.

«Несомненно, на ощупь он такой же приятный, как на вид», – подумала она.

Инмера исполнительно изучала что-то в центре комнаты, а Михта неугомонно бегала вокруг нее, время от времени обнюхивая находку. Это был единственный объект в комнате – неприметный росток, высотой около десяти сантиметров.

Расположение ростка показалось Кейт подозрительным. Она решила, что подобной случайности произойти просто не могло, поэтому поспешила к нему.

– Кейт, стойте! – пробасил лейтенант Ричардсон.

– Все будет хо-ро-шо, – ответила она, не сводя взгляда с ростка.

– Да откуда же тебе знать?! – завопил Карстен Клод.

– Инмера передает мне данные об объекте и среде в комнате. Собранная ею информация позволяет мне сделать вывод, что нашим жизням ничего не угрожает.

– У меня плохое предчувствие, – отметил доктор Домбровский, оглядываясь по сторонам.

Кейт присела возле ростка и, присмотревшись к нему, очарованно проронила:

– Потрясающе. – Не успел последний звук слова слететь с ее уст, как свет в комнате усилился, а с потолка побежал белый пар.

– Что это?! – в испуге завизжал Карстен Клод, ухватившись за лейтенанта Ричардсона. – Нужно бежать! Немедленно!

– Да угомонитесь вы, мистер Клод! – подступила к нему Виолета Бласко. – Разве вы не видите на своем визоре, из чего состоит этот пар? Это совершенно обычный воздух, которым вы привыкли дышать.

– В отличие от вас, у меня нет докторской степени, – защитился корреспондент, отходя на шаг от лейтенанта.

– В наше время докторской степенью уже никого не удивишь, – с ухмылкой напомнила женщина. – Могу поспорить, вы обладаете теми же знаниями, что и я. От вас требуется лишь немного внимания.

– Вы, оба, замолчите! – неожиданно прервал их Домбровский. – Смотрите! Гравитация тоже меняется. Невероятно!

– В комнате создаются все необходимые условия для нормальной жизнедеятельности человеческого организма, – подытожила Кейт, анализируя данные на своем визоре.

– Но как? Почему? – задумался доктор Домбровский. – Это возможно только в том случае, если они изучали нас.

– Вполне вероятно. Эта планета находится сравнительно недалеко от Земли. Происходящее еще раз доказывает, что они не хотят нам навредить. – Кейт бросила шаловливый взгляд на строгого лейтенанта, а затем быстро отстегнула шлем от скафандра и глубоко вдохнула воздуха с ярко выраженным запахом лесной свежести.

– Кейт! – прогремел Ричардсон.

– Что?! – невинно улыбнулась она. – Я знаю, что делаю.

– Да неужели?! Вы нарушаете условия договора!

– Не я одна, – с усмешкой отметила Кейт.

Лейтенант понял, что девушка имеет в виду именно его, поэтому усмирил злость и сдержанно процедил сквозь зубы:

– Хорошо, но на будущее – я больше не намерен терпеть подобные выходки. Вам ясно?

– Как скажете. – Кейт с легкостью согласилась, а значит – не придала особо значения его требованию.

– Нет ни дверей, ни окон. – Доктор Домбровский осмелел и немного продвинулся вглубь помещения. – Так как же нам попасть внутрь города? Судя по всему, эта комната является чем-то вроде прихожей.

– Вход в город однозначно существует, – пробормотала Кейт, по-прежнему интересуясь только загадочным ростком. – Его просто нужно найти. – Она нерешительно поднесла пальцы к ростку, но замерла, когда до объекта осталось меньше сантиметра, и предупредила с фальшивой твердостью в голосе: – Я намерена прикоснуться к ростку, поэтому в целях безопасности прошу всех выйти из комнаты. – А спустя мгновение тихо, только для себя, прибавила: – Если это поможет.

Все члены группы вернулись к выходу, в комнате не осталось никого кроме Кейт и лейтенанта Ричардсона. Чтобы успокоиться, она сделала продолжительный вдох, а на выдохе прикоснулась пальцами к ростку. Объект незамедлительно отреагировал на контакт и, извиваясь, принялся стремительно расти. Вслед за ним из пола вырвалось еще несколько таких же ростков, увеличиваясь и переплетаясь между собой. Рост прекратился лишь тогда, когда их высота достигла метра. На самой верхушке все стебли срослись и выпустили одинокий, наполовину скрученный листок.

Со всех сторон пролился музыкально приятный, ласкающий слух, женский голос. Прозвучало всего несколько неизвестных слов, и вновь воцарилась тишина.

– Что она сказала? – поинтересовался лейтенант.

– Я не разобрала. Нужно еще раз прослушать. – Прежде чем Кейт успела запустить запись голоса, он зазвучал снова: те же слова и не одним звуком больше.

– Компьютер не распознает этот язык, – известил лейтенант.

– Конечно, ведь это мертвый язык, – потрясенно выдавила Кейт. – Мы не вводили этот язык в базу нашего компьютера, предполагая, что он нам не понадобится.

– О чем вы говорите? Неужели это человеческий язык?

– Это… латынь.

– Латынь?! – Его брови взлетели от удивления. – И что она говорит? Вы можете перевести?

– Думаю – да. Когда-то я изучала латынь ради развлечения.

Разобрать слова было несложно, голос произносил их четко, с расстановкой: «Vos saluto! Sanguis erit aperuerit ostium in civitatem».

Мысленно переведя текст послания, Кейт застыла, пытаясь осознать суть услышанного.

– Кейт, – не выдержав ожидания, обратился к ней лейтенант.

Девушка растерянно посмотрела на него.

– Она говорит: «Приветствую вас! Только кровь откроет вход в город».

– Кровь? – настороженно переспросил он.

– Скорее всего, имеется в виду лишь одна капля крови, – предположила Кейт. – И ее нужно поместить на этот листок.

– Но зачем? – возмутился лейтенант.

– Вероятно, кровь нужна для идентификации. Мы не единственная раса, которая могла найти этот город. Должно быть, существуют те, кого они не желали бы впускать. Но раз нас дружески приветствуют на нашем же языке, нам нечего бояться.

Кейт отстегнула перчатку от скафандра и прикоснулась к листку, тот ожил и свернулся вокруг пальца. По выражению ее лица стало понятно, что последовал укол.

– Скажи мне, юный гений, разве это разумно? – проворчал лейтенант.

Кейт вздохнула с улыбкой:

– Нужно играть по их правилам. Иначе, я уверена, им не составит особого труда уничтожить нас.

Результата долго ждать не пришлось: тот же самый голос озвучил вердикт. И когда Кейт услышала сказанные слова, мигом подхватила с пола шлем, и закричала:

– Нужно бежать!

Лейтенант схватил ее за руку и бросился к выходу, который уже начал зарастать. Стебли вырвались из стен и потянулись ко всем членам команды. Оружие не причиняло им никакого вреда, а лишь немного задерживало. После повреждения стебли быстро восстанавливались и продолжали гнаться за незваными гостями.

«Ты должна выжить. Должна выжить…», – твердил внутренний голос Кейт. В какой-то момент прямо у нее на глазах стебель схватил солдата, бегущего перед ними. Второй стебель обвил шею этого человека, притянул его к стене и переломал ему кости. Солдат умер за считанные секунды от многочисленных повреждений. Хруст его костей заполонил голову Кейт, словно кроме этих звуков она ничего больше не слышала. Так громко! Невыносимо! Из ее глаз потекли слезы, искажая видимость.

Лейтенант все крепче сжимал ее руку, и только это помогало ей не потерять самообладание в полной степени. Из-за взрывов и выстрелов звон в ушах не прекращался, хотя биение собственного сердца казалось ей куда более громким.

Внезапно лейтенант толкнул ее в угол. Подняв глаза, она поняла, что рядом с ней стоит доктор Домбровский, который пытается открыть ворота.

Вспышки выстрелов слепили Кейт. Кто-то надел на нее шлем, как следует зафиксировав его. Встретившись взглядом с лейтенантом, она прошептала дрожащими губами:

– Я хочу жить.

– Ты не умрешь, – уверил он ее. – Слышишь, я обещаю тебе, ты будешь жить.

Кейт перевела взгляд на доктора Домбровского, но его уже нигде не было: стены поглотили старика.

Раздался грохот взрыва. Ворота разлетелись на куски, а вместе с ними в сторону отлетело чье-то тело, обожженное и дымящееся. Не теряя ни секунды, лейтенант повел Кейт к источнику света, пробивающегося сквозь смог.

Кейт задыхалась от страха, с трудом переставляла ноги. Все мелькало перед ней беспорядочными и невнятными картинками. Наконец, они остановились. Лейтенант развернулся к ней лицом и что-то сказал, но Кейт не услышала ни одного его слова. Ее веки непроизвольно сомкнулись, ноги подкосились, а сознание провалилось в кромешную тьму.

Теплый ветер приятно обдувал тело маленькой девочки. Ее рыжие волосы, развеваясь, попадали на ресницы и губы. Она убрала с лица прядь волос и устремила взгляд на небосвод, где важно плыли облака, прикрывая пожелтевшее небо. Солнце почти достигло горизонта, разбрасывая лучи по бескрайнему красному полю. Божественное величие облаков в золотой оправе не могло сравниться с красотой миллионов цветущих маков. Головки цветков качались под порывами ветра, образуя иллюзию бегущих волн. Кое-где алые лепестки не удерживались на стеблях и, отрываясь, поднимались вверх в воздушном вальсе.

Белый легкий сарафан в красный горошек ласкал белоснежную кожу ребенка шелковой тканью. Девочка растерянно осмотрела просторы поля, и обернулась. Позади нее стоял седой старик с усталым лицом, исчерченным глубокими морщинами. Тяжело опираясь на деревянную трость, он смотрел на ребенка с заботой, выражая любовь полуулыбкой.

– Бедная мое дитя, – вздохнул старик, покачивая головой. – Сколько же страданий выпало на твою судьбу. Тебе вновь придется быть сильной. Но в конечном счете все будет хорошо. Кетрин, все будет хорошо.

Голова невыносимо болела, а яркий свет ощущался даже с закрытыми глазами. Слышались приглушенные голоса: то ли люди находились далеко, то ли они шептали. Чьи-то теплые пальцы прикоснулись к ее холодной руке.

Кейт приложила усилия, и вяло открыла глаза. Над ней склонилась молодая белокурая женщина, заслонив головой источник света. Она присмотрелась к ее лицу, улыбнулась и с добротой произнесла:

– Кейт, как вы себя чувствуете?

Прищурившись, чтобы рассмотреть женщину, Кейт поняла, что перед ней стоит доктор Виолета Бласко.

– Я… – попыталась заговорить Кейт, но ее голос оборвался из-за гадкой сухости во рту.

– Все хорошо, Кейт. Вы в безопасности, – сообщила та.

Кейт больше не могла выносить слепящего света, поэтому попыталась приподняться, но в тот же миг колющая боль растеклась по ее телу. Когда Виолета помогла ей сесть, она смогла осмотреть помещение, которое оказалось лазаретом. Справа от нее стоял лейтенант Ричардсон, а рядом с ним – капитан Джеймс.

– Воды, – прокряхтела она.

Виолета взяла стакан с водой и передала его Кейт, а между тем известила:

– Вы были без сознания несколько часов.

Получив возможность говорить, Кейт встревоженно спросила:

– Почему вы не поместили меня в карантин? Неужели вы не удосужились перевести запись?

Капитан подошел ближе и сказал:

– Кейт, доктор Бласко заверила нас, что вы абсолютно здоровы. Нет никаких причин держать вас в изоляции.

– О, как же это глупо! – сердито взмахнула она руками. – Мы имеем дело с инопланетными существами! По сути, мы даже не должны были возвращаться на корабль!

– Кейт, успокойтесь, – вмешался лейтенант. – Вы в шоковом состоянии, поэтому вам сложно рассуждать объективно.

– О, нет же! Судя по всему, только я одна рационально оцениваю ситуацию.

– Кейт, – строго повысил тон капитан, – вам нужно отдохнуть. Выздоравливайте, и приступайте к работе. – После этих слов, он направился к выходу.

– Капитан, постойте! – взмолилась она, намереваясь вскочить на ноги, однако Виолета крепко схватила ее за плечо.

Кейт не могла позволить себе бездействовать, и продолжала сопротивляться. Вскоре какая-то жидкость потекла через капельницу в ее вену. Вероятно, Виолета мысленно отдала приказ компьютеру дать бурному пациенту успокоительное, и он определил, что это необходимо.

Несколько дней спустя…

– «Вы еще не готовы находиться здесь. В целях сохранения вашей расы мы вынуждены уничтожить вас», – вслух перечитывал рапорт лейтенант Ричардсон, сидя за кухонным столом в пустой столовой. – Черт возьми! И что это вообще значит?! – не сдержав раздражения, он отшвырнул электронный документ на другой конец стола.

– Это значит, что мы не должны были покидать стены подземного города, – вполголоса объяснила Кейт.

– Откуда вы взялись?! – вздрогнул лейтенант.

– Вы безупречный солдат, и не смогли заметить меня? – ехидно улыбнулась Кейт, садясь за стол с противоположной стороны. – Теряете хватку? Быть может, вам пора на отдых?

– Не язвите, – проворчал лейтенант, но заметив нездоровую бледность девушки, поинтересовался: – Как вы себя чувствуете?

– Ну-с, – вздохнула Кейт, – Виолета утверждает, что я абсолютно здорова. Она считает, мне нужна психологическая помощь.

– В таком случае, вам сейчас следует быть на приеме у психолога. Что же вы здесь делаете?

– Я проголодалась, – огрызнулась Кейт, поднявшись со скамьи.

– Не нужно лгать. Обычно вы заказываете еду в каюту.

– Да что вам нужно?! – возмутилась она. – В конце концов, мне просто захотелось прогуляться.

– О, Кейт, я прекрасно понимаю, что вы пришли разузнать обстановку на корабле, – с присущей заносчивостью произнес лейтенант.

– Вот как? – почти рассмеялась девушка. – Для этого вы мне не нужны. Виолета уже рассказала мне, что мы отлетели на безопасное расстояние от планеты. И это пока самое разумное решение. Поверьте, в подземном городе нас не зря предупреждали об опасности.

– Предположительно – это лишь уловка, дабы обезопасить город от непрошеных гостей.

Такое допущение разозлило Кейт.

– Вы только послушайте себя! – воскликнула она, опершись руками о стол. – Неужели вы и в самом деле думаете, что такой развитой расе понадобилось бы прибегать к каким-то уловкам?! По меньшей мере – это просто смешно!

Кейт еще долго продолжала бы свои нравоучения, но ее прервал голос капитана, прозвучавший по радиосвязи:

– Лейтенант, жду вас на мостике.

Обрадовавшись спасительному приказу, лейтенант вскочил со скамьи и поспешил к выходу, прощаясь на ходу:

– Доброй ночи. Выздоравливайте.

У Кейт возникло плохое предчувствие.

– Подождите, зачем капитан вызывает вас?

Лейтенант обеспокоенно посмотрел на нее, храня молчание. И тут Кейт догадалась, что капитан намерен отправить еще одну разведгруппу. Он не остановится и продолжит пытаться попасть в инопланетный город.

– Нет, – опустошенно прошептала она, а затем громко воскликнула: – Нельзя туда возвращаться! – От нервного напряжения ее сердце учащенно забилось, а по телу покатилась дрожь.

– Послушайте, Кейт, – мягко заговорил лейтенант, – мы не можем вернуться с пустыми руками. Поймите же, все человечество ждет от нас результатов. Мы не имеем права останавливаться при первой же неудаче.

– Нет-нет, – судорожно повторила она. – Теперь мы все обречены на смерть.

«Смерть…», – последняя мысль в голове Кейт, перед тем как она потеряла сознание.

Май 2117 года.

Кейт сидела в комнате отдыха на подоконнике большого иллюминатора, в царствующем полумраке и зловещей тишине. Вот уже пару месяцев она приходила сюда, чтобы в одиночестве полюбоваться пугающей красотой космоса. Ее длинные рыжие волосы лежали на плечах, локоны сбились и запутались.

Девушка выглядела усталой: под глазами пролегли тени, которые с каждым днем становились все более отчетливыми. Склонив голову, она прикоснулась к стеклу, оставляя на нем отпечаток ладони. Неожиданно ее руку накрыла чья-то рука. Подняв голову, Кейт увидела лейтенанта Ричардсона. Он присел на подоконник, и другой рукой вытер салфеткой кровь под ее носом.

– Неужели снова? – спохватилась она, забирая у него салфетку. – Надо же, я не заметила.

– Ты очень ослабла. Тебе опасно находиться одной, – ласково отметил он.

– Уильям, я не одна, – вымученно улыбнулась Кейт. – Ты всегда рядом со мной.

– Да, но ты постоянно пытаешься от меня сбежать.

Она поникла, а спустя паузу, обронила:

– Я вижу, как ты смотришь на меня. Это невыносимо.

– Я понимаю, но я не могу иначе.

Минуту Кейт молчала, отстраненно глядя в никуда, а после подавленно заговорила:

– Эдвард умер. Уже восемьдесят три человека. – Она отвернулась к иллюминатору, скрывая слезы. – Что говорит Виолета? Что слышно от Федерации?

– Ничего нового, – нехотя признался Уильям. – Они не продвинулись ни на шаг. До сих пор не могут понять, почему некоторые пациенты умирают быстрее других.

– Ну, по крайней мере, Федерация приняла хоть одно верное решение.

– И какое же? – возмутился Уильям. – Запретили нам возвращаться в населенную людьми зону?

– Именно, – решительно подтвердила Кейт. – Неужели ты готов нести ответственность за смерть миллиардов людей? Видимо, ты не понимаешь, что я чувствую. Ведь именно я виновата во всем, что происходит сейчас на корабле. Все эти восемьдесят три человека погибли из-за моего легкомыслия. И люди будут продолжать умирать. Будут продолжать… – Она осеклась, прикрыла лицо руками и зарыдала.

– Прекрати, Кейт. – Уильям нежно притянул девушку к себе и обнял. – Твоей вины в этом нет. Не ты, так кто-то другой заразился бы.

– Нет, я должна была предусмотреть такую вероятность, – бормотала Кейт, уткнувшись лбом в плечо лейтенанта. – Я ведь гений. Я… была гением. А теперь мне все сложнее здраво рассуждать. Иногда я забываю простые вещи. Например, сегодня утром я не могла вспомнить собственное имя. Не могла… В таком состоянии я ничем не могу помочь. Мне остается лишь быть бесполезным наблюдателем. Это ужасно. Уильям, я… не хочу умирать.

– Нет, Кейт, ты потрясающая. Ты невероятная, – шептал лейтенант, вытирая с лица девушки слезы. – Важнее тебя для меня ничего нет. И я обещаю тебе: ты выживешь. Ты будешь жить. – Он приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Слышишь? Ты не умрешь.

Маленький ночник слабо освещал каюту. Пробуждаясь ото сна, Кейт протянула руку к соседней подушке, но на другой половине кровати никого не оказалось.

«Свет», – мысленно скомандовала она, и освещение в каюте постепенно усилилось. Кейт осмотрела комнату в поисках Уильяма, его нигде не было. И вдруг она заметила на подушке клочок бумаги. Разворачивая его, ее сердце предчувствовало беду.

«Кейт, не осуждай меня. Я не могу позволить тебе умереть. Я должен заставить Федерацию действовать быстрее. Чем глобальней проблема, тем усердней ищут решение. Я люблю тебя».

Затаив дыхание, Кейт несколько раз перечитала эту короткую записку, отказываясь верить в очевидное.

– Уильям! – в итоге напуганно воскликнула она, бросившись к двери.

Выбежав из каюты, Кейт изо всех сил помчалась в сторону капитанского мостика, надеясь успеть остановить Уильяма. Однако уже было слишком поздно. С того времени, как Уильям забрал шаттл и скрылся во тьме холодного космоса прошло три часа. И как опытный солдат он принял все необходимые меры, чтобы его не смогли найти.

Все усилия Федерации были тщетны. Уильям сумел достигнуть желаемой цели: он добрался до Земли.

 
«Как я могу хотеть жить, зная, скольких людей ты погубил ради моего спасения?..
Как я могу любить тебя, после совершенного тобой злодеяния?..
И все же… люблю».
 

Кетрин Уоллес

Глава вторая: «Курс на Вивас. Сердцем – на Парадайз»

– Когда-то придет день, и мы с тобой встретимся.

– Глупенькая, мы уже встретились много лет назад.

– Да, и мы встретимся вновь. Мы проведем вечность в бесконечности новых встреч и расставаний.

Планета Вивас.

На все стены светлой комнаты с высоким потолком и плавными сводами проецировалось видео прямой трансляции, передаваемое регистратором «Глаз 521». Этот крохотный робот летел по улице Набережной в южной части города. Сперара¹ еще была по другую сторону планеты, отдавая эту часть во власть тьмы. Однако было достаточно светло, ведь город купался в сиянии бесчисленных источников искусственного света.

В комнате стояла просторная кровать с неприметными приборами по углам, благодаря которым ее поверхность сохраняла определенную температуру. На простыне спала молодая девушка, повернувшись на бок и подложив руки под подушку. Ее бледная кожа почти сливалась с белоснежной пижамой: шортами и майкой на тонких бретелях. Черные прямые волосы, излучающие блеск и здоровье, достигали хрупких плеч.

Включились голографические экраны, высотой от пола до потолка, расположенные с трех сторон кровати. Медленно скрылись регуляторы температуры, и зазвучало радио, постепенно увеличивая звук.

– Доброе утро, Вивас – Город Будущего! 15 декабря 2160 года. Сегодня погода нас балует, как никогда. На улице + 9 градусов по Цельсию. Это рекордная температура, зафиксированная человеком на этой планете. А поэтому я вам настойчиво рекомендую не сидеть дома и отправиться на прогулку, – все громче вещал звонкий женский голос.

«М-м-м… Нет», – подумала девушка, поддаваясь желанию продлить свой сон, и радио вмиг выключилось. Но как только воцарилась тишина, девушка бодро распахнула глаза изумрудного цвета. Взглянув на экран, висевший напротив нее, она нахмурилась и проворчала приказным тоном:

– Включить радио. И в следующий раз не выключать его, пока я не встану с кровати.

На экране, с левой стороны, отображались новости дня и уведомления о сообщениях из социальных сетей, а справа автоматически запустился тридцать пятый урок вирусологии. Девушка приподнялась, опираясь на локти, и сонно посмотрела на беззвучный видео-урок. Она совсем не хотела с самого утра мучить себя изучением неинтересного предмета, но пересилив лень, сделала легкое движение рукой, переместив урок на центральный экран. Радио вновь умолкло, и включился звук урока.

Девушка сползла с кровати и прошла сквозь голографический экран. Все экраны сразу развернулись относительно ее расположения в комнате.

«Девять градусов тепла?.. – вспомнила она, наблюдая, как в парке возле улицы Набережной бегут две девушки в спортивной одежде. – Не рановато ли?»

Чувствуя глубокую моральную усталость, девушка закрыла глаза и запрокинув голову назад.

«Как же мне хочется отправиться на отдых, – предалась она сладким мечтам. – Куда-то очень далеко. Где тепло, даже жарко. Где шумит лазурное море, и плещут волны». Но ей нужно было возвращаться к реальности, и как можно скорее.

Открыв глаза, она увидела маленькую рыбку красочной раскраски, проплывающую у нее перед носом. Вся комната погрузилась на дно водоема, наполнившись различными рыбами, причудливыми кораллами и извивающимися водорослями, а пол покрылся песком, по которому бежало отражение волн, внушая спокойствие. Где-то далеко, едва слышно, шумел прибой. Но девушка вновь насупилась, понимая, что проекция не сможет заменить реальность:

– Включить стандартные обои и открыть окно.

Вся красота подводного мира исчезла за долю секунды, окрасив стены комнаты в обычный белый цвет. Стена, расположенная по правую сторону от кровати, постепенно стала прозрачной.

Дом находился на высоком холме, благодаря чему из окна открывался потрясающий вид на большую часть ночного города. Далеко в небе мерцали две полосы фонарей, указывая прибывшим кораблям дорогу в местный ДОК. Несколько патрульных кораблей пролетали под хмурыми темно-серыми тучами, а намного ниже, на разных уровнях от земли, сверкали фары машин. Через пару секунд включились дополнительные фонари на центральной дороге, – это означало, что город уже проснулся и совсем скоро наполнится суетой.

Покинув спальню, девушка направилась в ванную комнату. Видео-урок переместился с голографического экрана на стену и последовал за ней. Когда она подошла к умывальнику, автоматически включился свет и открылся кран с водой необходимой температуры. Видео-урок остановился на зеркале, приобретя прозрачность. В правом нижнем углу зеркала выдвинулся маленький ящичек с электронной зубной щеткой и уже подготовленной на ней мятной пастой.

Прозвучал короткий сигнал электронной почты, и в левом верхнем углу зеркала всплыл значок нового письма. Девушка с удивлением заметила, что в письме отсутствует информация об отправителе. Кто-то приложил немало усилий, чтобы скрыть свой адрес. И стоит ли открывать это письмо? После недолгих размышлений, она мысленно скомандовала: «Открыть письмо».

Чип, вживленный в ее тело, передал сигнал компьютеру, и тот исполнил приказ. В письме оказалась фотография, на которой были изображены две девушки: они обнимали друг друга и счастливо улыбались. На заднем плане возвышались дома старой конструкции, напоминающие строения заброшенных городов на Земле. У одной из девушек, блондинки, волосы у корней были темнее, – видимо, она подвергала их воздействию аммиачной краски. А ведь такую краску сняли с производства более ста лет назад. И, судя по всему, этому снимку не меньше века.

Девушка скрупулезно рассмотрела фото, а затем произнесла:

– Произвести распознавание личности.

Она продолжила чистить зубы, предполагая, что на идентификацию личностей уйдет немало времени, так как фотография очень старая, но уже через минуту компьютер выдал результат поиска.

– Девушка слева ваша дальняя родственница по материнской линии. Ее имя – Тина Вороная, – женским голосом оповестил компьютер. – Она родилась в 1986 году на планете Земля и на этой же планете умерла. Девушка справа – Элайя Лисица. Популярная писательница и поэтесса. На данный момент заповедник «Парадайз» хранит ее клонированную копию. Код клона – 12-01-21-182-804. Сохранить все найденные файлы?

– Да, конечно, – ошеломленно ответила та, и тут же добавила: – Звонок Эрике.

Видео-урок приостановился, и на зеркале появилась карта города, на которой через мгновение возникла красная точка, указывающая на местоположение искомого человека. Спустя еще несколько секунд компьютер подключился к видеорегистраторам вблизи Эрики и, когда она приняла звонок, вывел изображение на зеркало.

– Здравствуй, Юна, моя радость, – улыбнулась высокая темноволосая девушка, махая рукой в ближайшую видеокамеру. – Соскучилась? – В этот момент Эрика поднималась на широком саморегулируемом эскалаторе в центральном бизнес-небоскребе.

– Эрика! – возмущенно воскликнула Юна, забыв о причине своего звонка. – Что ты делаешь в центре города? Через час нам нужно быть в Академии.

– Знаю, – горько вздохнула та, – но отец вызвал меня к себе. Предполагаю, по причине моих прогулов.

– Рано или поздно он должен был узнать об этом, – с сочувствием отметила Юна. – Тяжело что-то скрыть от отца, когда он один из самых влиятельных людей в Федерации.

– Да уж, у меня такое ощущение, что за дочерью генерального директора крупнейшей оружейной компании обязаны следить все жители одиннадцатой колонии. Иногда мне кажется, что моему отцу обо мне известно даже больше, чем мне самой, – сказав это, Эрика нервно расхохоталась. – Но ты связалась со мной не для того, чтобы обсуждать мои проблемы, не так ли?

– Я всегда рада тебя выслушать и поддержать, – улыбнулась Юна, но решила перейти к истинной причине разговора. – Со мной действительно произошло кое-что интересное. Несколько минут назад неизвестный адресат прислал мне очень старую фотографию. На этом фото изображена моя дальняя родственница, а рядом с ней личность, клон которой сейчас находится в заповеднике «Парадайз». Я не знаю, что думать по этому поводу.

– Любопытно… – задумалась Эрика. – Видимо, этот «неизвестный адресат» хочет, чтобы ты встретилась с вышеупомянутым клоном. Знаешь, на твоем месте, я бы так и поступила.

– Не думаю, что это разумно. Я дочь первого консуазора² президента Виваса. Это может быть уловкой недоброжелателей или пиратов с целью шантажа. Ранее со мной такое уже случалось.

– Послушай, с того времени многое изменилось. – Эрика немного повысила тон, придавая своим словам убедительности. – На данный момент Вивас – самая высокотехнологичная, самая охраняемая и самая безопасная колония из всех ныне существующих. Поэтому именно на соседней планете основали наибольший заповедник, который хранит в себе все всемирное наследие человечества. По правде говоря, двенадцатая колония охраняется даже лучше, чем одиннадцатая. Поверь мне, я знаю, о чем говорю. И я уверена, если ты отправишься на Парадайз, ничего плохого не случится. Я была там множество раз и, как видишь, все хорошо.

– За исключением того, что ради этого ты пропускала занятия в Академии, – поучительно отметила Юна.

– Стоп! Не стоит, – спокойно пресекла ее Эрика. – По этому поводу мне предстоит выслушать нотацию от отца. А ты лучше помалкивай и делай то, что я говорю. Я тебя знаю, в силу своего неугомонного любопытства ты все равно отправишься на Парадайз. Так зачем напрасно истязать себя сомнениями, раз итог очевиден?

Юна была вынуждена согласиться:

– Возможно, ты права.

– Детка, я абсолютно всегда права, – игриво подмигнула ей подруга.

– Хм, – рассмеялась Юна, – скажи это своему отцу.

– К слову об отце, – глядя вперед, выпалила та. – На горизонте появился его помощник. Мне пора идти.

– Хорошо. Удачи тебе. И спасибо.

– Не за что. Увидимся.

Когда соединение прервалось, Юна обратила внимание на время. Чтобы вовремя прибыть в Академию, ей нужно было выйти из дома через двадцать минут. Она задвинула нижний ящичек, на смену ему тут же выдвинулся другой: он был немного больше предыдущего и содержал полочки. Среди прочих вещей в ящичке, Юна взяла флакончик и, запрокинув голову, закапала по капле жидкости в каждый глаз. Попав на роговицу глаза, жидкость моментально затвердела, приняв форму тонкой, прозрачной пленки. Затем Юна достала маленькую клипсу серебряного цвета и прикрепила ее на верхнюю часть правого уха. После этого она надела на правую руку тонкий браслет такого же цвета, и расчесав волосы, поторопилась обратно в спальню.

Вбежав в комнату, она мысленно скомандовала: «Гардеробная!» В ту же секунду стена напротив кровати преобразилась в зеркало, а свет в комнате заметно усилился. На уровне ее роста, высветился список распределений гардероба. Не задумываясь над выбором, почти машинально, она нажала на графу «Форма Академии Виваса». Из стены выдвинулся ящик, в котором лежали кусочки белой грубоватой ткани: два маленьких квадратных и один большой прямоугольный. Рядом с тканью находились неприметные балетки из того же материала.

Юна взяла кусок ткани и, обтянув ею талию, замкнула круг. Когда ткань сомкнулась воедино без видимых швов, она прикоснулась к ней браслетом, и та начала формироваться в нужный фасон, распространяясь по телу одновременно во все стороны. Не теряя времени, Юна обула балетки, прикоснувшись и к ним браслетом. Меньше чем за полминуты балетки трансформировались в белые туфли с синей полоской, на тонком каблуке средней высоты. К этому времени кусок ткани на ее талии преобразовался в юбку-карандаш и приталенный пиджак с воротником-стойкой и рукавами длиной в три четверти.

Одежда сохранила белый цвет, проявив лишь аккуратные синие полоски в виде лент: по бокам юбки, на воротнике пиджака и на рукавах. Прошло еще несколько секунд, и на задней части туфлей появилась эмблема Академии. Такая же выпуклая эмблема золотистого цвета образовалась на груди, справа. Оставшиеся два кусочка ткани трансформировались на руках девушки в белоснежные перчатки с синей лентой и эмблемой на внешней стороне.

Выбегая из спальни, Юна отделила от клипсы маленькую часть на тончайшем, но крепком проводке, и разместила ее в ухе.

– Продолжить видео-урок, – скомандовала она, и перед ней появилось видео, которое транслировалось на линзы в ее глазах. Несмотря на то, что видео было полупрозрачным, Юне все равно стало неудобно, поэтому сделав руками пару движений в воздухе, она уменьшила экран видео и отодвинула его в верхний угол.

Зайдя в кухню, она встретилась с холодным взглядом старшего брата. Он сидел на высоком стуле за барной стойкой, неспеша пил завтрак и, как обычно, просматривал на голографическом экране сводки новостей за вчерашний день.

Юна удивилась их встрече: зачастую брат уходил до того, как она просыпалась, а возвращался поздно ночью или же под утро. Так как он работал агентом Службы Безопасности Федерации, у него был ненормированный рабочий день. На нем был черный классический костюм (который стоит больше, чем вся его коллекция машин вместе с гаражом), а это значит, что на работу он все же пойдет.

– Дрейк, – задорно воскликнула Юна, – почему ты еще не на работе?! Неужели мне посчастливилось стать свидетелем единственного в твоей жизни опоздания?

Парень приподнял брови и сухо, с безразличием, бросил:

– Я же не спрашиваю тебя, почему ты еще не в Академии.

Дрейк и Юна не были похожи друг на друга, потому что матери у них были разные. Мама Дрейка погибла, когда он был еще ребенком. Спустя пару лет после ее смерти, отец встретил Шарлотту. А в 2134 году родилась Юна. Дрейк так и не смог принять Шарлотту ни в роли матери, ни в роли мачехи, и до сих пор относился к ней довольно грубо. Но Юну он очень любил, хотя тщательно скрывал это под маской хладнокровности. Такой уж у него был характер.

Юна подыгрывала брату в этой затянувшейся игре, понимая, что незачем тревожить наболевшие душевные раны. Все было предельно ясно без лишних слов.

Она всегда восхищалась братом, и на то имелось множество причин. Вот, к примеру, четыре года назад он стал лучшим выпускником Академии Виваса, а Юна, со своими оценками, могла о таком лишь мечтать. К тому же Дрейк регулярно занимался спортом и заслуженно обладал атлетическим телосложением, а она не могла заставить себя делать даже утреннюю зарядку.

Дрейк был сдержан, уравновешен и всегда следил за своей манерой общения и поведения. Он ровно держал спину и немного приподнимал голову, отчего его взгляд темно-карих глаз казался аристократически гордым. Несмотря на то, что Юна была достаточно высокой девушкой, он на целую голову был выше нее.

Все подруги Юны были без ума от Дрейка, но из-за ледяного нрава, ему было тяжело сближаться с людьми. Хотя, с другой стороны, возможно, ему это было не нужно. Вероятно, он сам не хотел подпускать кого-либо к себе близко, так как предпочитал одиночество.

Единственное, что у них было общим – это природный черный цвет волос, унаследованный от отца. Время от времени, когда Юне хотелось ласки и тепла, она обнимала Дрейка и запускала пальцы в его густые волосы, взлохмачивая их. В такие моменты он смотрел на нее, как на прокаженную.

Неожиданно из-под стойки вынырнул Экос и протянул Юне стакан с зеленной вязкой жидкостью.

– Ваш завтрак, госпожа Юна, – вежливо произнес андроид.

Юна неохотно посмотрела на стакан, пытаясь предугадать какой вкус будет иметь эта полезная жидкость сегодня. За то время, которое она проводила в ванной комнате, домашний компьютер Ария осуществляла незаметную диагностику ее организма, после чего Экос готовил завтрак согласно собранным данным, чтобы максимально обеспечить ее необходимыми и полезными веществами.

– Чего смотришь? Давай, пей, – приказал Дрейк. – В последнее время ты мало ешь. Странно, что Экос ведрами не готовит тебе бибер-вит.

– А сам-то? – огрызнулась Юна. – Я впервые за целый месяц застала тебя за приемом пищи.

– Будь любезна, не пререкайся, а просто учти мое замечание на будущее. И не заставляй меня впредь возвращаться к этому разговору. – Он поднялся со стула и направился к выходу.

Юна нахмурила брови, а белокурый андроид улыбнулся во весь рот и сказал:

– Не принимайте близко к сердцу, госпожа. Ваш брат желает вам лишь добра. Он заботится о вас.

– Да, мне это известно. – В действительности Юна вовсе не расстроилась. Ее взгляд упал на экран и, увидев часы, она воскликнула: – Я страшно опаздываю! – После чего взахлеб опустошила стакан с завтраком.

– Ария подготовила для вас машину, – предусмотрительно оповестил Экос. – Она ожидает возле центрально входа.

– Спасибо. До встречи, – впопыхах бросила Юна, помчавшись к выходу.

У двери Юна схватила золотистый браслет из ячейки, надела его на свободную руку, и выставила температуру двадцать два градуса по Цельсию. Этот прибор удерживал над ее телом тонкий слой воздуха заданной температуры. Благодаря ему, Юна могла нарядиться в любую одежду, вне зависимости от погоды.

Во дворе ждала сравнительно небольшая машина с плавными обтекаемыми формами. Как только Юна приблизилась, дверь сложилась в сторону. Транспорт такого типа не имел водительского места и был рассчитан на двух пассажиров. Вместо водителя машиной управлял бортовой компьютер, но зачастую эту работу выполняла Ария.

Машина поднялась вверх на полтора метра, два основных двигателя развернулись горизонтально, и полет стартовал на максимально разрешенной скорости в пределах города.

До сих пор воспроизводился видео-урок, о котором Юна уже успела позабыть, не обращая на него никакого внимания. Она смотрела в окно, на огни большого города. Все еще было темно. Первые лучи Сперары покажутся не раньше, чем через четыре часа.

«На Земле все по-другому», – с неосознанной грустью подумала Юна, и на нее нахлынули воспоминания о детстве. Каждый вечер, перед сном, мама рассказывала ей о своих путешествиях на планету Земля. Она находила самые красноречивые слова, чтобы детально передать всю незабываемую красоту восходящего Солнца над горизонтом побережья Средиземного моря. Конечно, можно было просмотреть записи ее воспоминаний, но Юне всегда было намного интересней просто слушать.

Земля… Юна никогда на ней не была. На сегодняшний день это второе место по уровню опасности заражения в обитаемой людьми зоне космоса после планеты Домортис. И, разумеется, никто больше не стремился попасть на прародительницу человеческого рода. В целях безопасности за последние двадцать пять лет ни один человек не смог улететь с Земли. Эта планета стала тюрьмой и, возможно, смертным приговором для тех, кто не успел покинуть ее пределы, когда это еще было возможно.

Вивас… Скоро взойдет Сперара. И тогда зеркальный город сольется с заснеженными холмами, утонет в тумане и погрузится в обыденную музыку человеческой суеты, однако небо по-прежнему останется во власти непроглядного полотна хмурых облаков. Но до тех пор туман будет господствовать только на нижних уровнях города, обманчиво рассеивая искусственный свет по запутанным улицам Виваса. На высших точках небоскребов свет никогда не угасал, так же, как на мостах между ними, – из-за чего создавалась иллюзия огромной паутины. И этот вечный городской шум: жизнь бурлит и искрится всеми цветами радуги.

Внезапно в памяти Юны всплыла старая фотография ее дальней родственницы и второй девушки.

«Почему я не могу успокоиться? – спрашивала она себя. – Почему меня так сильно тянет к ней? Неужели дело в обычном любопытстве? Нет, тут что-то большее». Юна вспомнила, что Элайя Лисица была поэтессой и отдала приказ:

– Ария, найди мне стихи Элайи Лисицы.

За мгновение перед ее глазами возник список произведений. Юна подняла руку и легким взмахом поставила на паузу видео-урок. Список был достаточно длинным, поэтому она не стала утруждать себя скрупулезным выбором и открыла первый стих в списке:

 
«Столь коротка жизнь человека в целом,
В сравнении с существованием звезды.
А для Вселенной, в ее мерцании белом,
Мы вовсе неприметны, словно атомы.
 
 
И пусть уйду я, как вчерашний вечер,
Неуловимым лучом пылающей звезды.
И коротка пусть будет с жизнью встреча,
Как быстротечные мгновения весны.
 
 
Но этот шанс отведенный мне судьбою,
Я не желаю напрасно и глупо потерять.
Жизнь моя определена лишь мною,
А жизнь – неоценимый дар и благодать»…
 

В стихотворении были еще строфы, но Юна прекратила читать, когда по ее телу пронеслась будоражащая дрожь, словно душа откликнулась пробуждением на прочтенные строчки. Этих трех столбиков ей хватило, чтобы полностью осознать свое непреодолимое желание встретиться с Элайей.

– Ария, отвези меня в центральный космодром.

– Госпожа, вынуждена напомнить, что через двадцать минут состоится экзамен по вирусологии. Подтвердите смену курса.

– Подтверждаю, – без каких-либо сомнений бросила девушка. – Покажи мне список ближайших рейсов на Парадайз.

Как ни странно корабль на Парадайз должен был отправляться уже через сорок минут. Этого времени было вполне достаточно, чтобы неспеша добраться до космодрома и спокойно пройти процедуру посадки.

Ария резко развернула машину, отчего Юна немного покачнулась, приблизившись к двери. Она не стала возмущаться, так как понимала, что ее компьютер, наделенный самообучающимся интеллектом, обладает индивидуальным характером. Время от времени Ария могла такими способами выражать свое недовольство или проявлять другие эмоции. Но, независимо от этого, она никогда не нарушала данных ей указаний и была лучшим другом для Юны и Дрейка. По-другому и быть не могло, ведь Ария специально создавалась с этой целью, персонально для детей семьи Даррелл.

Купив биллет на корабль, Юна принялась за свой внешний вид. В форме Академии она не могла показаться на космодроме, – это было бы, по меньшей мере, просто подозрительно.

– Вывести список повседневной одежды, исходя из имеющегося в наличии материала, – вслух скомандовала она, после чего на линзах отобразились все возможные варианты.

Юна выбрала обтягивающее строгое платье телесного цвета с юбкой-карандашом. Также она не забыла изменить фасон туфель и их цвет. Перчатки она оставила, – это был неотъемлемый атрибут для всех женщин из благородных семей.

Вскоре Ария доставила ее к космодрому, лежащему на берегу моря. Несмотря на то, что вода на этой планете всегда была холодной, льдом она никогда не покрывалась. Волны тихо и спокойно катились к берегу, ударяясь о бетонные стены причала.

Выйдя из машины, Юна приказала Арие оставить транспорт на местной парковке. Здание космодрома было самым большим в городе, и состояло из множества секторов для людей разного класса. Естественно, Ария доставила Юну к центральному входу сектора А, потому как девушка имела самый высокий класс – первый.

Класс человека определялся отнюдь не по его финансовому состоянию, а по уровню пользы, которую он приносил обществу. В современном мире стоило одному человеку в семье получить более высокий класс, как всем его ближайшим родственникам присваивался тот же уровень. Но с семьей Юны была совсем другая история: ее отец, мать и даже брат заслуженно получили наивысший уровень, благодаря собственным достижениям. И только Юна среди них была «белой вороной».

Возле входа в космодром ее встретили два гиноида, как две капли воды похожи друг на друга, а одинаковая бело-серебристая форма стюардесс делала их совершенно неразличимыми. Гиноиды добродушно улыбнулись Юне и вежливо поприветствовали.