Kitobni o'qish: «Зуб мудрости»

Name: Зуб мудрости
Author: Лэй Ми
ISBN: 978-5-04-244862-1

Лэй Ми

Shrift:

Lei Mi

LIMBO

* * *

Посвящается моему тестю

Предисловие

Цена боли

Однажды на мероприятии ведущий представил меня так: «Лэй Ми – писатель, который написал стопку книг в человеческий рост». Про себя я подумал: «Если сложить мои книги, вряд ли наберется столько». Но теперь, с выходом этого сборника повестей и рассказов, пожалуй, хватит.

Как писатель-любитель, я не прошел классический путь от коротких рассказов к крупной форме, моим дебютом сразу стал роман «Седьмой читатель». Я даже немного этим гордился. Ведь у меня не было профессиональной литературной подготовки, так почему бы не начать сразу с романа? Однако со временем появились идеи, которые сложно было бы раскрыть в длинном повествовании. Да и предложения от журналов подтолкнули меня попробовать себя в малой форме. Так появились «Палящее солнце», «Зуб мудрости», «Пепел теней», «Стать Ван Юньпином» и другие произведения.

Поначалу я считал, что писать рассказы – пара пустяков. Но стоило взяться за перо, как понял, что прежний мой опыт тут почти бесполезен. В романе, где можно размахнуться на сотни тысяч иероглифов, у автора есть пространство для маневра. А вот в коротком формате нужно уместить завязку, проработку персонажей и эмоциональную глубину – задача куда сложнее. Если роман – это могучее дерево с густой кроной и переплетенными корнями, то рассказ – как изящный пейзаж в миниатюре. Мало места, но гора должна быть горой, а вода – водой. От автора требуются мгновенная концентрация и творческий взрыв. Если сравнивать, роман – это неторопливый сериал, а рассказ – напряженный фильм с эффектной кульминацией.

В итоге я стал воспринимать рассказы как спектакль, который ставлю для себя. Во время работы я представляю себя оператором: выстраиваю свет, расставляю декорации…

Я вижу, как Ли По бежит по мокрой улице, его силуэт окутан бликами света.

Я вижу Цзян Я и Ян Сяочжу, сидящих в темном классе, а между ними – призрачный образ Тэн Сяо.

Я вижу на земле два обугленных силуэта, слившихся в объятиях, словно тени, обратившиеся в пепел.

Я вижу братца¹ Хука, шагнувшего по переулку навстречу дрожащему стволу пистолета Ван Тао.

Я вижу Лу Цзиньтана, который на руках держит умирающую Мин Ли, а лунный свет выхватывает его звериные клыки.

Эти произведения стали для меня спектаклями, и, к счастью, многие из них уже или скоро появятся на экране. Сейчас в производстве фильм «Ростки», основанный на трех рассказах из этого сборника. Экранизация данного сборника вошла в программу спецпоказов 71-го Берлинского кинофестиваля и получила награды Гонконгской ассоциации кинокритиков в номинациях «Лучший фильм» и «Лучшая женская роль». На 40-й церемонии вручения Гонконгской кинопремии картина собрала четырнадцать номинаций, став главным фаворитом.

Этот сборник – взгляд на шестнадцать лет писательского пути. Здесь собраны уже опубликованные рассказы и новая, ранее не издававшаяся повесть «Палящее солнце». Название сборника выбрано не только потому, что это пока самая успешная экранизация моих работ, но и в память о моем тесте, ушедшем в прошлом году. Он был добрым и мудрым человеком. Будучи инженером, он мало разбирался в литературе. Но когда в начале 2021 года узнал, что фильм «Зуб мудрости» попал в программу Берлинале, искренне радовался. Он даже не понимал значения этого фестиваля, но я до сих пор вижу его сияющие глаза и слышу вопросы, которые он мне задавал.

Я назвал сборник так, потому что хотел рассказать о боли, которая кажется бессмысленной. Смерть тестя принесла нашей семье горе. Но я часто думаю: если боль неизбежна, значит, в ней есть смысл. Возможно, она учит нас любить, ценить и закаляет, оставляя шрамы, которые напоминают: мы не должны забывать. И тогда ни одна мука не будет напрасной.

Палящее солнце

Чэнь Чжо

Город за окном напоминал картину: далекие многоэтажки, зеленые деревья поблизости, прямые улицы и молчаливые фонари. Однако картина эта не была неподвижной. Время от времени в нее врывался свет фар автомобилей, ненадолго нарушая целостность полотна, прежде чем все вновь погружалось в тишину.

Чэнь Чжо наблюдал, как фон менялся от угольно-черного к темно-синему, затем к светло-голубому, пока на горизонте не проступала тонкая белая полоска света. Очертания пейзажа постепенно обретали четкость, в картину начали проникать все более громкие звуки – она медленно оживала.

Чэнь Чжо стоял у окна так же неподвижно, как и несколько часов назад, и, казалось, сам стал частью этой картины. Более того, он словно желал этого. Человек в картине, запертый в нарисованной клетке².

Чэнь Чжо сунул почти догоревший окурок в пластиковую бутылку, стоявшую на подоконнике. Вода, в которой уже плавали десятки окурков, приобрела отвратительный темно-коричневый оттенок.

Медсестра, проходя по затянутому дымом коридору, увидела стоящего спиной Чэнь Чжо и уже собиралась сделать ему замечание, но, вспомнив, что он муж той пациентки из палаты интенсивной терапии, благоразумно прошла мимо.

* * *

С рассветом больничное крыло ожило. Однако большинство людей не обращали внимания на неподвижную фигуру у окна. У всех свои заботы. В этом месте человеческие радости и горести превращаются в обыденность.

Возможно, он простоял слишком долго. Когда Чэнь Чжо почувствовал, что кто-то положил руку ему на плечо, даже просто повернуться оказалось мучительно трудно. Его лицо исказила гримаса – старики за его спиной вздрогнули от неожиданности.

– Папа… Мама… – стиснув зубы, выдавил из себя Чэнь Чжо.

Тесть беспокойно потирал руки, будто хотел что-то сказать, но не решался. Теща осторожно достала из сумки пластиковый контейнер.

– Чжо, ты ведь еще не ел? – проговорила она. – Я принесла пельмени.

Он на секунду заколебался, но взял еще теплую коробку и поставил ее на подоконник.

Тесть прильнул к узкому окошку двери в реанимацию, стараясь разглядеть что-то внутри. Чэнь Чжо даже не нужно было смотреть – он и так знал, что она лежит там, неподвижная, опутанная трубками.

– Как Паньпань?

– Без изменений, – равнодушно ответил он. – Врачи сказали, что сообщат, если что-то случится.

– Вот очнется… – вдруг пробурчал тесть, и его лицо исказилось от ярости. – Я ей ноги переломаю!

– Только б она очнулась… – горько усмехнулся Чэнь Чжо, доставая из кармана телефон с треснувшим экраном. – Мне и самому многое нужно прояснить.

Тесть, казалось, все еще не мог успокоиться и перевел гнев на жену:

– Погляди на свою дочку! Так нас опозорить…

Теща не стала возражать, лишь с испугом покосилась на телефон.

– Чжо… – Потянув его за рукав, она произнесла умоляющим тоном: – Давай поговорим с глазу на глаз?

– Мама, пока Ян Пань не очнется, нам не о чем говорить. – Чэнь Чжо тихо освободил руку. – А если не очнется… тогда и подавно.

На лице тещи появилось еще большее смущение. Она уже открыла рот, чтобы начать настаивать, как вдруг сзади раздались торопливые шаги. Обернувшись, они увидели коротко стриженную молодую женщину, решительно направлявшуюся к ним.

– Господин Чэнь, – та подошла к Чэнь Чжо, глядя прямо ему в глаза, – нам нужно поговорить.

Он неожиданно кивнул:

– Хорошо.

Они вышли к пожарному проходу и, прислонившись к противоположным стенам, молча смотрели друг на друга. Чэнь Чжо почесал затылок и первым нарушил тишину:

– Почему так рано?

– Не спалось, – парировала женщина. – А тебе разве спится?

Чэнь Чжо промолчал, снова доставая из кармана пачку сигарет. Женщина следила за его движениями, затем неожиданно произнесла:

– Дай и мне.

– Ты куришь? – удивился он.

В ответ она лишь решительно протянула руку, глядя на него с вызовом. Сдавшись, Чэнь Чжо достал сигарету и подал ей, затем дал прикурить. Она неловко затягивалась, кривя губы. Затем пробормотала:

– Плохому научиться нетрудно, да?..

– О чем ты хотела поговорить? – после паузы спросил Чэнь Чжо.

Женщина опустила глаза:

– Я взломала телефон Ван Еюаня.

Чэнь Чжо остолбенел, сигарета в его пальцах задрожала.

– Но все звонки и переписки с Ян Пань – эсэмэски, «Вичат»³ – оказались стертыми начисто. – Она с презрением усмехнулась.

– Значит… ты не нашла доказательств?

– Ха! Какие еще доказательства? – Ее голос звенел от горькой иронии. – Когда грузовик врезался в машину Ван Еюаня, они даже трусы не успели натянуть!

Чэнь Чжо сохранял ледяное спокойствие:

– Тогда зачем тебе было взламывать его телефон?

– Потому что я должна знать, как это началось! Когда началось! Кто, черт возьми, первый пошел на это! – истерично закричала женщина. – Кроме этого гребаного секса в машине, где еще они успели потрахаться? Может, на моей кровати?!

Чэнь Чжо с отвращением смотрел на ее выпученные глаза и искаженное гримасой лицо. Затем отвернулся и тихо пробормотал:

– Вряд ли мы это выясним.

– Почему нет?! – Она сделала шаг вперед. – Разве ты не полицейский? Разве вы не можете восстановить данные? И потом, – ее взгляд упал на его карман, – в телефоне твоей жены наверняка сохранились их переписка и звонки.

Чэнь Чжо мрачно нахмурился:

– Я не могу тебе помочь.

Он собрался было уходить, но женщина вцепилась в его рукав.

– Разве ты не хочешь знать, – ее голос полоснул его, словно лезвие, – как тебе наставили эти рога? Разве не хочешь?!

– Иди отдохни. – Он резко высвободил рукав. – Твоему мужу тоже нужна помощь.

– Боишься, что я с тебя денег захочу? – Женщина подняла ладонь. – Клянусь, даже если Ян Пань сама предложила ему трахнуться в машине, я не потребую с тебя ни фэня!

Чэнь Чжо почувствовал, что его терпение лопнуло. Он уже открыл рот, но в этот момент в его кармане зазвонил телефон.

* * *

Чэнь Чжо быстрым шагом вышел из больничного корпуса и сразу же сел в припаркованный у обочины «Фольксваген Пассат». С водительского места к нему повернулся Сяо⁴ У, неуверенно ухмыляясь:

– Братец Чэнь, погнали?

Чэнь Чжо лишь крякнул в ответ, все еще радуясь, что наконец избавился от назойливой Хуан Лили. Тяжелая дремота внезапно накатила на него. Он пытался бороться с ней несколько мгновений, но вскоре бессильно откинулся на сиденье и погрузился в глубокий сон.

Проспал он целых сорок минут. «Пассат» резко сбросил скорость и остановился, только тогда Чэнь Чжо открыл глаза. На мгновение он даже не понял, где находится. Пока ошеломленно озирался по сторонам, в окне машины возникло лицо. Начальник отряда Шань нетерпеливо постучал по стеклу, жестом приказывая выйти. Чэнь Чжо с усилием раскрыл покрасневшие от недосыпа глаза и открыл дверь.

Даже в разгар лета утренний воздух был прохладным и приятным. Особенно в пригороде, где дул легкий ветерок. Чэнь Чжо тут же почувствовал, как его сознание проясняется.

Он взглянул на коллег, суетящихся у осушительной канавы у дороги. За ними мельком заметил чьи-то ноги в босоножках на каблуках. Кожа была мертвенно-бледной.

– Начальник Шань, что случилось?

– Убийство, мать твою, – мрачно процедил начальник Шань. – Четыреста двенадцать дней. Черт побери!

Чэнь Чжо понял, что он имеет в виду рекорд «Цзиян без убийств», который прервался на четырехстах двенадцати днях. Гнев Лао⁵ Шаня был вполне объясним.

– В управлении это дело считают крайне важным. Поэтому, даже зная о твоих семейных обстоятельствах, пришлось тебя вызвать, – продолжил начальник отряда. – Как там твоя жена?

Чэнь Чжо помолчал несколько секунд, затем ответил:

– Все еще в реанимации.

– Эх, судьба переменчива… Но ты не теряй надежды. – Шань хлопнул его по плечу. – Ты возьмешь на себя общее руководство, а остальное пусть делают Сяо У и другие.

– Всё в порядке. Мои тесть и теща дежурят в больнице. Пока она не очнется, я все равно мало чем могу помочь. – Чэнь Чжо покачал головой. – Если управление нуждается во мне, я готов.

– Хорошо, тогда потерпи немного. Закроем дело – дам тебе неделю отпуска… – Начальник Шань без лишних церемоний развернулся. – Я пойду доложу начальнику управления, а ты разберись на месте с Лиминем и Лао Чжэном.

Чэнь Чжо, проводив взглядом уезжающую машину, повернулся к осушительной канаве. Работа по фиксации и изъятию вещдоков подходила к концу. Ян Лиминь в перчатках, бахилах и шапочке-шлеме сидел на корточках у края канавы, молча куря.

Чэнь Чжо подошел и присел рядом. Лиминь цокнул языком, протягивая ему сигарету и зажигалку. Чэнь Чжо сухо кашлянул и отказался:

– Мне хватит, всю ночь курил. – Он кивнул в сторону канавы: – Что тут у нас?

– Обнаружил рабочий с химзавода, часов в шесть утра. – Лиминь швырнул окурок подальше. – Предполагаем разбойное нападение.

– Разбой? – Чэнь Чжо нахмурился. – И что женщина делала в такой глуши?

– Хе-хе… – Лиминь потрогал носком ботинка пакет с вещдоками. – Род занятий у нее специфический.

Чэнь Чжо взглянул – в прозрачном пакете лежали два нераспечатанных презерватива неизвестного производителя.

– Понятно… – Он криво усмехнулся. – Что-то нашли?

– Несколько отпечатков обуви, все нечеткие. – Лиминь зевнул и указал на обочину. – Пятна крови. И еще, – он усмехнулся, – у жертвы на заднице джинсы в грязи.

– В грязи? – Чэнь Чжо удивленно моргнул. – Дождь же не шел со вчерашнего дня.

– Именно. – Ян Лиминь усмехнулся. – Задница жертвы контактировала с землей, пыль смешалась с росой – вот тебе и грязь.

Чэнь Чжо задумался на мгновение:

– Лиминь…

– Роса выпала между одиннадцатью вечера и четырьмя часами утра, – кивнул Лиминь. – Значит, это и есть время преступления.

– А это и есть место преступления?

– Пока рано делать выводы. – Лиминь лениво махнул рукой. – Спроси у Лао Чжэна.

Судмедэксперт Лао Чжэн был явно не в духе. Грубым голосом он давал распоряжения полицейским, переносившим тело женщины из канавы на расстеленный у дороги полиэтилен.

Жертве на вид было от двадцати пяти до тридцати лет, стройная, с пышными формами. Одета в розовую футболку и голубые джинсы, на ногах серебристые босоножки на каблуке. Труп находился в стадии максимального окоченения – даже после переноса сохранял первоначальную позу.

Лао Чжэн, стоя на коленях на полиэтилене, внимательно изучал тело, время от времени бормоча проклятия. Чэнь Чжо наклонился, осматривая обширные кровяные пятна на груди и животе жертвы, а также несколько разрезов на футболке.

– Геморрагический шок?⁶

– Не это убило ее. – Лао Чжэн аккуратно поднял пинцетом рассеченную кожу на шее трупа. – Эта рана стала смертельной – перерезанное горло… – Тут он поднял голову и, увидев Чэнь Чжо, смущенно замер. – Ты чего здесь? Как… как там твоя жена?

Чэнь Чжо промолчал, не отрывая взгляда от тела. Сяо У взглядом остановил дальнейшие расспросы. Лао Чжэн неловко сменил тему:

– Раз тебя вызвали, значит, Лао Шань всерьез взбешен.

Ян Лиминь подошел ближе:

– Лао Чжэн, раз на дороге есть капли крови, то сюда ее перенесли после смерти?

Лао Чжэн задумался на несколько секунд, затем ткнул лопатой в канаву:

– Сяо У, копай землю.

– Землю? – Сяо У растерялся. – Какую землю?

– Всю, где есть кровь. Выкопай все.

Сяо У, сердито взглянув на него, спрыгнул в канаву. Чэнь Чжо выпрямился и повернулся к Ян Лиминю:

– Личность жертвы установили?

– Нет. – Тот покачал головой. – Ни телефона, ни кошелька, ни удостоверения личности, потому я и предположил ограбление.

– Согласен… – Лао Чжэн, не поднимая головы, ткнул пальцем в шею трупа. – На ней была цепочка – тоже сняли. Видишь следы на коже?

Чэнь Чжо вздохнул:

– Сначала установим личность. Она явно здесь работала – ищем последнего клиента.

В канаве уже выросла внушительная куча земли. Сяо У, вытирая пот, поманил Лао Чжэна:

– Дядюшка Чжэн, идите смотрите.

Судмедэксперт спрыгнул в канаву, присел рядом с земляной кучей, внимательно осмотрел ее, затем взял горсть земли и растер между пальцами.

– Вся окровавленная земля здесь?

– Вроде… да. – Сяо У неуверенно почесал затылок. – Кажется, всё.

– Всё, блин?! – Лао Чжэн нахмурился и тыкал пальцем в яму. – А это что, по-твоему?

Чэнь Чжо тоже спрыгнул вниз, выхватил у Сяо У лопату и отстранил его:

– Дай-ка я.

Сяо У запаниковал:

– Братец Чэнь, да я сам…

– Возьми людей и проверь тот химзавод, – перебил его Чэнь Чжо. – И узнай, есть ли рядом гостиницы.

Лао Чжэн не выдержал:

– Чжо, я не это имел в виду…

Не договорив, он заметил предостерегающий взгляд Ян Лиминя и поспешно замолчал.

* * *

Сяо У и несколько полицейских поспешили уйти. У канавы остались только Чэнь Чжо, Лао Чжэн и Ян Лиминь. Чэнь Чжо молча копал, на лбу у него уже выступил пот. Скинув футболку, он с ожесточением вонзал лопату в землю, выкидывая наружу все новые комья.

Лао Чжэн и Ян Лиминь переглянулись, но не стали ни останавливать его, ни помогать, позволив Чэнь Чжо копать в одиночку.

К этому времени солнце уже палило вовсю, а на проселочной дороге постепенно увеличивалось движение. Некоторые прохожие, заметив у обочины женский труп, останавливались или притормаживали, охваченные смесью страха и любопытства, но Лао Чжэн без церемоний прогонял зевак.

Прошло полчаса. Куча земли в канаве выросла еще больше. Чэнь Чжо весь взмок, его лицо и тело покрылись слоем пыли, которую дорожки стекающего пота размыли в причудливые узоры. Наконец он отшвырнул лопату и, тяжело дыша, произнес:

– Дальше идет свежая земля – ни капли крови… Ну что, Лао Чжэн?

Тот осмотрел кучу, взял еще одну горсть земли и что-то пробормотал себе под нос. Наконец, выбросив землю и отряхнув руки, объявил:

– Теперь действительно всё. Судя по количеству крови, горло ей перерезали именно здесь.

Ян Лиминь взглянул на труп женщины, по-прежнему лежавший в неестественной позе у обочины, и высказал предположение:

– Преступник сначала нанес удары в грудь и живот, перенес в канаву, обнаружил, что она еще жива, – и тогда перерезал горло.

Чэнь Чжо подобрал свою футболку и вытер ею пот с лица:

– Лиминь, сколько типов следов обуви нашли на месте?

Ян Лиминь поднял один палец.

– А волосы или следы каблуков?

– Никаких следов.

– Работал один, – натягивая футболку и тяжело дыша, заключил Чэнь Чжо. – Преступник невысокий, тщедушный, не особо сильный. – Он раскинул руки, изображая поднятие тяжести: – Тащить труп в канаву ему было тяжело – волочил его задницей по земле.

Лао Чжэн кивнул в знак согласия.

Ян Лиминь протянул Чэнь Чжо сигарету, прикурил и тихо спросил:

– Размялся, полегчало?

Чэнь Чжо снова промолчал, закурил и прищурился, глядя на дорогу вдали.

По раскаленному асфальту к ним мчался белый микроавтобус с опознавательным номером 96144 на капоте.

Группа Сяо У действительно добилась существенных результатов. В менее чем трех километрах от места преступления находился сетевой отель экономкласса. Просмотр видеозаписей с камер наблюдения показал, что накануне вечером в двадцать два часа одиннадцать минут жертва вошла в здание вместе с каким-то мужчиной. Тот зарегистрировался, предъявив паспорт, после чего они вдвоем поднялись в номер 8415, где провели около часа. В двадцать три часа девятнадцать минут жертва одна покинула отель, а спустя полчаса мужчина выселился. Было установлено, что его зовут Лу Кай, он является руководителем консалтинговой компании по налогам и финансам, живет в этом же городе, сорок один год, женат.

Кроме того, на камерах наблюдения было четко видно, что жертва несла с собой фиолетовую кожаную сумочку, а на шее у нее болталась золотая цепочка. Однако, поскольку место преступления находилось в пригороде, камеры зафиксировали только момент выхода жертвы из отеля, ее дальнейшие передвижения оставались неизвестными.

Параллельно в ходе опросов в районе преступления были получены дополнительные сведения. Примерно в шести километрах от места происшествия расположен химический завод. Один из рабочих, возвращавшийся с ночной смены около двадцати трех часов сорока минут в ночь преступления, проезжал мимо на велосипеде. По его словам, он заметил припаркованное такси с выключенным двигателем, в салоне которого находились мужчина и женщина, по-видимому что-то активно обсуждавшие. Сначала он подумал, что это любовники, и хотел подойти поближе, но мужчина заметил его, и рабочий поспешил уехать. К сожалению, он не запомнил ни номер такси, ни марку машины, ни даже внешность людей в салоне, вспомнив лишь, что автомобиль был выкрашен в зеленый цвет с белыми вставками.

В конференц-зале № 2 Управления общественной безопасности Цзияна раздался взрыв смеха.

– Вот ублюдок, только и думал, как бы полюбоваться клубничкой… – Старший полицейский, прикуривая, прищурился. – А самое важное вообще не заметил.

В зале снова раздался смех.

Услышав слово «клубничка», начальник Шань нахмурился и машинально взглянул на Чэнь Чжо, сидевшего в углу, затем резко постучал по столу.

– Хватит нести херню! – рявкнул он, поворачиваясь к Сяо У. – Этот клиент, Лу Кай, подтвердил контакт?

– Его нашли. – Сяо У поморщился. – Признал только, что платил за секс. На остальное – ноль реакции.

– Он знал, кем была жертва? – спросил Шань.

– Нет. Связались через «Вичат». – Сяо У злобно хмыкнул. – Хитрый ублюдок… Когда мы его накрыли, все переписки о встречах были стерты, а «Вичат» жертвы заблокирован. Запомнил только ее ник – Лили.

– Данные из телефона можно восстановить?

– Технический отдел пытается это сделать.

– Держи это дело под жестким контролем.

Сяо У кивнул. В этот момент Чэнь Чжо, до сих пор молча листавший документы, неожиданно поднял голову:

– Этот отель так далеко от центра… Как Лу Кай туда добирался?

– На машине, – поспешно ответил Сяо У.

– Марка?

– «Бьюик Лакросс».

– Машину проверяли?

Сяо У замялся:

– Пока нет…

– Если он убийца, в салоне должны быть следы крови, – бесстрастно заметил Чэнь Чжо. – И проверьте видеорегистратор.

Сяо У буркнул «угу» и что-то быстро записал в блокнот.

Начальник Шань задумался:

– Чэнь Чжо, а твое мнение?

– Лу Кай вряд ли наш убийца, – не отрываясь от изучения документов, ответил тот. – Он получил то, за чем пришел, да и в деньгах не нуждается. Зачем ему грабить и убивать?

– То есть?..

– Показания рабочего с химзавода крайне важны. – Чэнь Чжо поднял голову. – В Цзияне несколько таксопарков, но, насколько я знаю, машины с зелено-белой раскраской принадлежат компании «Хунфа».

– Даже если это такси «Хунфа», их там сотни. – Начальник Шань цокнул языком. – Как проверять? И нельзя спугнуть преступника…

– У меня есть идея, – медленно произнес Чэнь Чжо. – Нужно попросить помощи у управления дорожного движения.

* * *

Тем же вечером все таксопарки города получили срочное уведомление от дорожной полиции. В документе говорилось, что в связи с аномальной жарой все такси должны пройти внеплановый техосмотр для проверки на риск возгорания. Проверка проводилась поэтапно, по графику. Таксопарк «Хунфа» попал в первую очередь.

Под палящим солнцем Чэнь Чжо и Ян Лиминь сидели в помещении для осмотра, наблюдая, как во двор одна за другой заезжают зелено-белые «Фольксвагены Джетта».

Сяо У вбежал в помещение, держа в руках папку с документами; его футболка наполовину промокла от пота.

– Братец Чэнь, всего двести двенадцать машин, они постепенно подъезжают. – Он протянул папку Чэнь Чжо. – Вот список номеров и владельцев.

Чэнь Чжо, просматривая документы, спросил:

– Объявление об опознании тела опубликовали?

– Да. – Сяо У вытер пот со лба. – Использовали скриншоты с камер отеля.

– А как там Лу Кай?

– В машине следов крови не нашли. – Лицо Сяо У выражало досаду. – Проверили регистратор – после встречи он сразу поехал домой.

На лице Чэнь Чжо не отразилось разочарования:

– Передайте дело в отдел по общественному порядку, не тратьте время.

Ян Лиминь приблизился:

– Машины готовы к осмотру. Как будем действовать?

– Разделите людей на группы, пусть проверяют задние сиденья. – Чэнь Чжо указал на такси во дворе. – Если найдут следы крови или что-то подозрительное – сразу отправляйте Лао Чжэну на экспертизу ДНК… – Он задумался на мгновение, затем хлопнул Ян Лиминя по плечу: – Если повезет, сразу попадется нужная машина. Если нет – придется проверить все двести двенадцать.

Проверка затянулась до полуночи. Ян Лиминь и его команда отобрали несколько подозрительных машин, но результаты экспертизы не совпали с данными по жертве. Ян Лиминь начал нервничать, расхаживая по цеху:

– Черт, да у нас не просто невезение, а полный швах!

Чэнь Чжо сохранял спокойствие, внимательно изучая испещренный пометками список владельцев:

– Ты уверен, что проверили все?

– Абсолютно. – Сяо У с трудом сдерживал зевоту. – Вычеркивали по одной, чтобы не ошибиться.

– Может, этот любитель подглядывать перепутал цвета? – Ян Лиминь выругался.

Чэнь Чжо уже собирался ответить, когда в ворота въехало такси с включенными фарами – зеленое сверху, белое снизу. Машина заехала в цех, заглушила мотор. Из нее вылез… сотрудник дорожной полиции.

– Где офицер Чэнь Чжо?

Тот поднялся:

– Это я.

– Вчера на рассвете перекрыли выезд с автострады для задержания наркоторговцев, – пояснил сотрудник дорожной полиции. – Одно такси стояло в очереди, когда водитель с пассажиром вдруг бросили машину и сбежали. Догнать не удалось. Наркотиков в салоне не нашли. Сегодня вызвали владельца на допрос, но оказалось, машину уже отправили на ваш техосмотр. Это показалось подозрительным. Согласовали с управлением – начальник Шань велел доставить ее вам.

Ян Лиминь, не выдержав, первым бросился к машине, буквально запрыгнув на заднее сиденье. Не прошло и пяти минут, как Чэнь Чжо услышал его приглушенный возглас – нечто вроде торжествующего проклятия. В тот же миг с души Чэнь Чжо свалился камень.

Через час он понял, что облегчение было преждевременным.

На заднем сиденье такси обнаружили несколько следов брызг крови. Экспресс-тест подтвердил – кровь принадлежит женщине из канавы. Но выяснилось несоответствие: номер машины совпадал со списком, однако в салоне не было обязательных защитных перегородок и GPS-трекеров, а документы на машину оказались поддельными.

Это такси было фантомом с фальшивыми номерами.

* * *

В два часа ночи «Фольксваген Пассат» остановился у входа в больничный корпус Первой городской больницы. Чэнь Чжо опустил стекло и уставился на четвертое окно справа на седьмом этаже. В палате интенсивной терапии, как всегда, горел свет. Он знал, что сейчас его тесть и теща сидят у дверей палаты, отчаянно надеясь, что их дочь очнется. Он понимал, что должен подняться, сменить их, дать старикам отдохнуть. Но не знал, хочет ли того же чуда, которого ждут они. Телефон Ян Пань все еще лежал в его кармане. Оставалось шестьдесят семь процентов заряда. Чэнь Чжо был профессионалом, чья работа – раскрывать тайны. Но теперь, столкнувшись с секретом, который мог раскрыть одним движением пальца, он замер. Разблокировать телефон жены? Пустяк. Чэнь Чжо мог прямо сейчас ворваться в палату и приложить ее палец к сканеру… однако боялся того, что мог увидеть. Но больше всего его мучил один вопрос: «Как вообще такое могло произойти?» Как тихая, скромная Ян Пань, которая всегда стеснялась даже малейших проявлений нежности на людях, могла изменить ему с младшим коллегой? Да еще и в машине на обочине?

Рога уже красовались на его голове. Он отчаянно хотел знать, когда и как они там оказались. Ответ, вероятно, спрятан в телефоне жены. Но Чэнь Чжо замер. «Пусть очнется и расскажет мне все сама», – подумал он. Хотя и не был уверен, что этот день настанет.

Чэнь Чжо завел двигатель и направил машину в другую сторону.

* * *

Во дворе Управления общественной безопасности царила тишина. Лишь в нескольких окнах мерцал свет – там сидели дежурные. Чэнь Чжо прошел в свой пустой кабинет, щелкнул выключателем и какое-то время сидел за столом, уставившись в одну точку. Потом подошел к белой доске. Разместил фотографии с места преступления, отчет об осмотре. Вывел маркером:

«Неопознанная женщина»

«Разбойное убийство»

«Такси-двойник»

Закончив, облокотился о стол. Закурил. Замер, не отрывая взгляда от доски.

Следствие уперлось в глухую стену. Да, они нашли то самое такси, но это был всего лишь брошенный «двойник» с фальшивыми номерами, владельца которого не удалось вычислить. Личность убитой женщины тоже оставалась загадкой, а значит, не было ни круга общения для проверки, ни намеков на мотив.

Все улики указывали на одного преступника, но из такси сбежали двое – эта нестыковка сводила с ума.

Чэнь Чжо добавил на доску еще две фразы: «Телефон» и «Золотая цепочка». Возможно, судьба украденных вещей станет тем самым слабым звеном, за которое можно будет ухватиться. Завтра он поручит Сяо У проверить эту версию.

Анализ дела был мучительно монотонным, но сейчас для Чэнь Чжо это стало спасением – хоть ненадолго отвлечься от мыслей, которые грызли его изнутри. Он с головой погрузился в работу, когда дверь вдруг приоткрылась.

– Так и знал, что ты здесь. – Ян Лиминь просунул голову в проем.

Чэнь Чжо с трудом выдавил подобие улыбки:

– Есть что-то новое?

– На руле «двойника» нашли несколько отпечатков, – Ян Лиминь зевнул, – но часть их перекрыта другими – толку от них мало. Да и машину эту собрали из хлама – даже перекрашивали.

Чэнь Чжо вздохнул: найти владельца будет еще сложнее.

Лиминь постоял у доски, но от комментариев воздержался.

– Ты хоть поел?

– Нет. – Чэнь Чжо покачал головой. – Не хочу.

Пауза затянулась.

– Братец, давай пропустим по рюмочке?

Чэнь Чжо растерялся, затем слабо улыбнулся:

– Не надо.

– Братец, я через это прошел. Когда жена погибла, я цеплялся за работу как одержимый. Ночами ходил на облавы с операми, выбивал признания у задержанных. А когда совсем нечего было делать, заменил все ступеньки в доме на армированное стекло. Лишь бы не думать о ней. Готов был на все.

Чэнь Чжо опустил голову и замолчал.

– Вот как на это надо смотреть. – Ян Лиминь положил руку ему на плечо. – Пока человек жив, думаешь, стоит ли продолжать жить вместе. А если его нет – зачем терзать себя пустыми мыслями?

Чэнь Чжо горько усмехнулся:

– Просто не могу понять…

– Не можешь понять – и не надо! – Ян Лиминь скривился. – И что ты поймешь, даже если разберешься? – Он указал на доску: – Лао Шань правильно тебя вызвал. Занимайся тем, что можно понять. Остальное – посмотрим… – С этими словами Ян Лиминь повернулся к двери: – Сиди тут, если хочешь, а мне пора поспать. Если захочется выпить – зови.

– Лиминь, а тебе тогда… помогло? – вдруг спросил Чэнь Чжо.

Тот остановился в дверях вполоборота и улыбнулся:

– В следующий раз расскажу.

Лу Цзиньтан

Затерявшись в людском потоке, Лу Цзиньтан медленно вышел из северного выхода вокзала. Окинул взглядом окрестности, затем посмотрел на огромные круглые часы на здании вокзала Цзияна – стрелки показывали уже девять вечера.

На площади перед вокзалом все еще кипела жизнь. С наступлением ночи температура заметно упала. Множество пассажиров, ожидающих поздних поездов, расположились на клумбах и скамейках – кто-то сидел, кто-то лежал, одни громко разговаривали, другие дремали. Торговцы с тележками сновали между людьми, предлагая сигареты, пиво, печеный батат, жареную кукурузу и сосиски.

Лу Цзиньтан, закурив, молча наблюдал за оживленной сценой; в нос ему то и дело били аппетитные запахи. Казалось, это пробудило в нем какое-то смутно знакомое воспоминание, и на губах появилась легкая улыбка.

Это был лысый, смуглый, невысокий и худощавый мужчина. На нем была выцветшая коричневая футболка и такие же потрепанные брюки, закатанные до щиколоток, открывающие потертые парусиновые туфли. Единственная поклажа – черный клеенчатый рюкзак; из его не до конца застегнутого кармана торчал рукав рубашки.

Внешне он ничем не отличался от других рабочих-мигрантов. Вот только в его глазах не было ни растерянности, ни страха.

Лу Цзиньтан бросил окурок и неторопливо зашагал к выходу с площади, игнорируя подходивших к нему женщин средних лет с табличками «Гостиница такая-то». Не успел он дойти до края площади, как навстречу ему вышел еще один мужчина лет сорока:

– Братец, такси не нужно?

Лу Цзиньтан опустил голову и уже хотел обойти его, как вдруг незнакомец ловко подхватил его рюкзак.

– Братец, только с поезда? Должно быть, устали с дороги… Давайте я донесу.

Лу Цзиньтан вздрогнул и хотел было вырвать рюкзак обратно, но мужчина уже бодро зашагал к выходу с площади, по пути указывая на обочину:

– Моя машина вон там. Не переживайте, возьму недорого.

Не видя другого выхода, Лу Цзиньтан покорно последовал за ним.

* * *

Это было зелено-белое такси, видавшее виды. Водитель средних лет услужливо распахнул дверь для Лу Цзиньтана, ловко устроился за рулем и завел мотор, не переставая при этом болтать:

– Братец, вы не местный? Куда едем?

– М-м… – Лу Цзиньтан не хотел разговаривать. – Сначала найти ночлег.

– Без проблем!

– Только подешевле. Чисто переночевать.

– Есть на любой кошелек! – Водитель весело рассмеялся. – Братец, по какому делу прибыли? На заработки или в гости?

Лу Цзиньтан, глядя на мелькающие за окном огни, долго молчал. Наконец выдавил:

– К другу… заглянуть.

– Ага… – Внезапно в голосе водителя появились заговорщицкие нотки. – Братец, может, вечерком программу культурную устроим?

Лу Цзиньтан недоуменно поморщился:

– Программу? Какую еще программу?

– Эх, братец, да вы прям простачок! – Водитель фальшиво рассмеялся. – Мужик в дороге и без девчонки обходиться собрался?

Лу Цзиньтан усмехнулся в ответ, но тут же покачал головой:

– Не надо.

* * *

Вскоре такси свернуло в узкий переулок и остановилось у скромной гостиницы «Счастье и благополучие». Плата за проезд – десять юаней. Лу Цзиньтан расплатился, взял рюкзак и вышел. Водитель тоже вылез, бормоча под нос: «Черт, больше не могу терпеть», и направился прямо к стойке администратора:

– Хозяйка, санузел срочно нужен!

За стойкой сидела густо накрашенная женщина лет сорока с блуждающим взглядом. Она махнула рукой водителю, затем сразу же уставилась на Лу Цзиньтана.

– Братец, на ночлег?

Лу Цзиньтан кивнул:

– Сколько стоит?

– Есть разные варианты – с интернетом, со столом для маджонга…⁷

– Самый дешевый?

– Тридцать. Без собственного санузла – общий в коридоре.

– Давайте этот.

– Комната триста восемь, залог пятьдесят, – коротко сказала хозяйка. – Шампунь и гель для душа нужны? По юаню за пакетик.

Лу Цзиньтан заплатил залог, взял по пакетику шампуня и геля, получил ключ-карту и поднялся по лестнице на третий этаж.

Номер 308 располагался в конце коридора. Тесное помещение вмещало лишь железную кровать, телевизор да жестяной таз с полотенцем в углу. Присев на кровать, Лу Цзиньтан сразу учуял затхлый запах, исходящий от пожелтевшего постельного белья. Не спеша сняв обувь, он переобулся в тапочки и, взяв таз и жесткое полотенце, направился в общий санузел.

Минут через пятнадцать Лу Цзиньтан вернулся в номер 308 в одних трусах, с влажным торсом и шлейфом дешевого аромата от геля для душа. Освежившись, он пребывал в отличном настроении: растянулся на кровати, закурил, включил телевизор и начал бесцельно переключать каналы, пока не остановился на спортивном. Слез с кровати, открыл рюкзак и достал банку лапши быстрого приготовления. Только начал искать в комнате электрочайник, как вдруг в дверь постучали.

Озадаченный Лу Цзиньтан открыл – и в номер стремительно вошла женщина лет тридцати. Быстро окинув его оценивающим взглядом, направилась к кровати.

– Братец, давай быстрее… – Ловко стягивая с себя одежду, она за секунды осталась в одном нижнем белье. – Чего застыл истуканом?

Лу Цзиньтан совсем растерялся:

– Ты кто?

– Спецуслуги, которые ты заказал. – Она презрительно скривилась, затем бросила взгляд на дверь. – Двести юаней.

Лу Цзиньтан только начал с сомнением разглядывать полураздетую женщину, как дверь с грохотом распахнулась. В комнату ворвались трое крепких парней. Первый, с татуированными руками, грубо отшвырнул женщину на кровать – та завопила с театральной выразительностью. Остальные двое тут же окружили Лу Цзиньтана. Один из них рявкнул:

– Ты что, совсем крышей поехал, трогать жену нашего брата?!

Женщина тут же подхватила, рыдая:

– Муженек, он меня силой затащил, я не хотела…

Лу Цзиньтан, все еще держа в руках банку лапши, на мгновение застыл, но тут же обрел невозмутимое выражение лица.

Татуированный мужик шагнул вперед:

– Это, твою мать, моя жена! Давай решай – по-хорошему или по-плохому. По-плохому – в участок за изнасилование. По-хорошему…

Лу Цзиньтан поднял руку, останавливая его, с выражением крайнего утомления на лице. Поставил лапшу на тумбочку, достал из штанов кошелек и отсчитал триста юаней.

– Все ж все понимают, – ровно сказал он. – Больше нет. Считайте, угостил ужином.

Татуированный парень смутился, но тут же округлил глаза и отвесил Лу Цзиньтану пощечину:

– Ты что, нищему подаешь?!

Лу Цзиньтан, получив удар, сохранял ледяное спокойствие:

– Братец, мы же все здесь взрослые люди. Не надо перегибать.

– Какой я тебе, на хрен, братец! – Парень с яростью толкнул Лу Цзиньтана в грудь, выхватил у него кошелек и вытряхнул все купюры.

Лу Цзиньтан наконец вспылил:

– Эй!

Двое других тут же набросились, сбив его с ног. Лу Цзиньтан, не проронив ни слова, свернулся калачиком на кровати, прикрывая голову руками.

Татуированный засунул деньги обратно в кошелек и убрал его в карман:

– Это компенсация за моральный ущерб! Чтоб больше не смел приставать к порядочным женщинам, ясно?!

Трое мужчин и женщина с грохотом распахнули дверь и гордо удалились.

Лу Цзиньтан медленно поднялся с кровати, сплюнул на пол кровавую слюну, постоял, тяжело дыша, затем снова опустился на кровать, сгорбившись. Через несколько минут он молча оделся, зашнуровал потрепанные парусиновые туфли, взял рюкзак и вышел из номера.

Внизу, у стойки администратора, таксист, что привез его сюда, облокачивался на стойку и флиртовал с хозяйкой. Рядом лежал пакет с двумя дымящимися печеными бататами.

– Глянь, специально для тебя припас, – слащавым тоном говорил водила. – Кушай, пока горячие. Остынут – невкусно будет.

– Ты этим дешевым дерьмом меня задобрить собрался? – брезгливо сморщилась хозяйка. – Обещал троих в день, а сегодня только второй…

– Сейчас же обратно на вокзал рвану. Просто соскучился… – Он водил пальцами по ее руке. – Муж сегодня ночью вернется?

Лу Цзиньтан спускался по лестнице. Увидев его, таксист резко отвернулся. Лу даже не взглянул в его сторону, швырнул ключ-карту на стойку и направился к выходу.

Хозяйка продолжала разыгрывать спектакль:

– Братец, выселяешься? Сейчас верну двадцать юаней из залога…

Лу Цзиньтан, проигнорировав ее, вышел на улицу. За спиной он отчетливо услышал сдавленный смех этой парочки.

На улице окинул взглядом окрестности – и сразу заметил то самое зелено-белое такси, припаркованное прямо у входа в гостиницу. Габаритные огни горели, кузов слегка вибрировал от работы двигателя. В салоне никого не было.

Не раздумывая ни секунды, Лу подошел к машине, распахнул дверь, устроился за рулем, отпустил ручной тормоз, включил передачу и резко рванул с места, быстро скрывшись в ночи.

* * *

Лишь проехав добрый десяток километров, Лу Цзиньтан припарковался у старого жилого квартала. Выкурив подряд две сигареты, он принялся обыскивать салон. В бардачке нашлись только складной нож и горсть мелочи – ничего ценного. Фото в лицензии таксиста совершенно не походило на того водилу – машина явно была левой.

Рядом со счетчиком болталась заламинированная бумажка с квадратным узором, похожим на непонятный символ. Лу вертел ее в руках – в последнее время такие попадались часто, но смысла их он так и не понял. В конце концов отшвырнул ее подальше.

Найденной мелочи не хватило бы даже на день. Лу в ярости ударил по рулю. Он не хотел неприятностей в Цзияне – планировал быстро сделать дело и исчезнуть. Иначе не стерпел бы тот развод с проституткой. Но неприятности сами нашли его. Угон левого такси хоть и порадовал, однако тот тип явно не оставит это просто так. Единственное утешение – вряд ли он побежит в полицию. Это давало немного времени.

Главное сейчас – раздобыть денег.

Лу Цзиньтан глядел в непроглядную ночную тьму, размышляя, стоит ли с утра искать местный авторынок или лучше уехать в другой город. Развалюха, конечно, гроша ломаного не стоит, но покрыть его сегодняшние потери – более чем.

Только он начал обдумывать план, как вдруг услышал стук в окно со стороны пассажира. Вздрогнув, инстинктивно повернулся и увидел модно одетую девушку, которая, согнувшись, заглядывала в салон.

– Шифу⁸, подвезете?

Лу Цзиньтан на секунду застыл, но тут же кивнул:

– Садитесь.

Девушка ловко запрыгнула на сиденье и указала вперед:

– Гостиница в деловом районе.

Лу Цзиньтан завел двигатель, щелкнул «свободен» на таксометре и, увидев, как заработал счетчик, тихо выдохнул. Проехав метров пятьдесят, он неуверенно спросил:

– Красавица, а как ехать? Я недавно за рулем…

Девушка, не отрываясь от телефона, буркнула:

– Включите навигатор.

– Телефон сел…

Девушка подняла взгляд с выражением легкого раздражения:

– Да вы и правда новичок… Ладно, я покажу.

Она открыла навигатор и начала указывать маршрут. Поездка составляла всего около восьми километров. Лу Цзиньтан мысленно прикидывал возможный заработок, украдкой изучая попутчицу. Лет двадцати с небольшим, высокая, с пышными формами. Густой макияж, тонкие пальцы лихорадочно бегают по экрану…

В салоне повисло молчание, прерываемое лишь голосом навигатора. Девушка явно с кем-то переписывалась. Приближаясь к месту, она сказала в телефон:

– Почти приехала. Заказывай номер.

В ответ прозвучало голосовое сообщение. Она поднесла аппарат к уху, затем ответила:

– Ладно, жду у входа. И скинь сначала бабла – за такси-то ты платишь?

Лу Цзиньтан сохранял невозмутимое выражение лица, но внутри все уже понял.

Гостиница выделялась у обочины загородного шоссе. Лу припарковался у входа. Девушка, тычась телефоном по приборной панели, спросила:

– Шифу, какой код сканировать?

– Какой? – растерялся Лу Цзиньтан.

– Кьюар-код! – Она сверкнула глазами. – Чтобы оплатить проезд!

Тут до Лу Цзиньтана дошло назначение той бумажки:

– Потерял. Давай наличными.

– Да вы даете! Кто сейчас наличкой платит?

Фыркнув, она недовольно покопалась в сумочке и достала три десятиюаневые купюры. Лу Цзиньтан выдал ей сдачу – пять юаней, – и девушка стремительно выскочила из машины.

Лу Цзиньтан не спешил уезжать. Он наблюдал, как она направилась к входу, где ее уже ждал респектабельного вида мужчина. Тот что-то говорил, не сводя с нее оценивающего взгляда. Спустя мгновение девушка взяла его под руку, и они исчезли за дверьми отеля.

Лу Цзиньтан усмехнулся, прикурил сигарету и замер в ожидании. Он прекрасно понимал, чем занимается эта девушка, как знал и то, что совсем скоро она выйдет из отеля с деньгами. Пусть и небольшими, но для него, остро нуждающегося в средствах, это было лучше, чем ничего. Тем более что после того развода с проституткой было бы неплохо выместить злость на ее товарке.

Как и ожидалось, через час девушка вышла из отеля, грациозно покачивая бедрами. Лу Цзиньтан взбодрился, завел машину и медленно подъехал.

Увидев такси, девушка сразу же помахала рукой. Но едва открыв дверь, она замерла в недоумении:

– Опять ты?

Лу Цзиньтан усмехнулся:

– Ну разве не судьба?

Девушка, криво улыбнувшись, села на пассажирское сиденье:

– Поехали обратно, той же дорогой.

Была уже глубокая ночь. Улицы практически опустели, лишь изредка встречались грузовики и такси. Лу Цзиньтан вел машину, поглядывая по сторонам, пока наконец не остановился возле пустыря. Вокруг простиралась непроглядная тьма. Свет фар такси одиноко мерцал, словно метеор в безбрежной Вселенной. У обочины зиял крутой склон, уходящий в сухую канаву, где среди диких трав кое-где проглядывали невзрачные цветочки.

Девушка напряглась, когда машина неожиданно остановилась. Она настороженно оглядела Лу Цзиньтана:

– Почему здесь остановились?

Лу Цзиньтан расплылся в улыбке:

– Сестренка, не хочешь подработать?

– Ты о чем вообще? – нахмурилась она.

– Ну я же знаю, чем ты занимаешься. – Он кивнул в сторону отеля. – Раз уж свободна, может, составишь компанию?

Девушка тут же насупилась и потянулась к дверце.

– Я заплачуˊ.

Она замерла, втянула уже высунутую ногу назад и оценивающе посмотрела на Лу Цзиньтана. Подергав прядь волос, нерешительно выдохнула:

– Шестьсот.

Лу Цзиньтан кивнул:

– Без проблем.

– Куда поедем? – бесстрастно спросила она.

– Никуда не поедем. – Лу Цзиньтан распахнул дверь. – Заднее сиденье сгодится. Будет поинтереснее.

Девушка брезгливо сморщила нос:

– Только один раз. В презервативе. Быстро и без прелюдий.

Лу Цзиньтан открыл заднюю дверь:

– Не бойся, я быстро управлюсь.

Нехотя выйдя, она устроилась на сиденье:

– Предупреждаю, я не…

Фраза оборвалась. Ее глаза расширились от ужаса – Лу Цзиньтан, сжимая в одной руке складной нож, другой обхватил ее шею.

– Сестренка, одолжи денег до зарплаты…

Она оттолкнула его, прижавшись в угол:

– У меня нет…

– Ты же только с работы! Не ври!

Его взгляд упал на ее сумочку. Вырвав ее, он вытряхнул содержимое на сиденье – чуть больше четырехсот юаней, телефон, помада, косметичка, салфетки и пауэрбанк.

Лу Цзиньтан разочарованно выдохнул:

– И это всё?

– Когда я вышла, у меня была только мелочь. – Голос девушки дрожал от слез. – Клиент дал четыреста – забирай все, только не трогай меня!

Лу Цзиньтан гневно округлил глаза:

– Ты берешь четыреста за раз? Почему тогда запросила шестьсот?

Девушка, дрожа от страха и смущения, пробормотала:

– Ну… он хотя бы номер снял… А ты что предлагаешь?

Засунув телефон и деньги в карман, Лу вдруг спросил:

– Ты говорила про этот… код. Как это работает?

Она удивленно моргнула:

– Ну… у меня в «Вичате» еще есть деньги. Могу перевести.

– Как перевести?

– На твой «Вичат». – Она смотрела на него как на сумасшедшего. – У тебя разве нет?

Лу Цзиньтан замер, переполненный яростью и унижением. Девушка робко предложила:

– Братец, ты все забрал… Отпусти меня, ладно? – И поспешно добавила: – Я точно не пойду в полицию.

Лу Цзиньтана это мало волновало – если эта шлюха и решится заявить, ей самой несдобровать. Но он зря потратил целый час, чтобы получить такую жалкую добычу… В нем клокотала неудовлетворенность.

Лу Цзиньтан окинул девушку оценивающим взглядом и протянул руку:

– Цепочку.

Та на мгновение заколебалась, затем стиснула зубы и сняла тоненькую золотую цепочку.

– Теперь хватит? Отпустишь?

Лу Цзиньтан мрачно потянулся к дверной ручке. В этот момент его внимание привлек мужчина, неторопливо приближающийся на велосипеде метров за пятьдесят. Лу Цзиньтан резко притянул девушку к себе, заставляя обоих пригнуться ниже сидений. Девушка, не понимая, что происходит, начала отчаянно вырываться и кричать. Ему пришлось зажать ей рот ладонью, с каждым мгновением сжимая сильнее.

Очевидно, велосипедист заметил такси с работающим двигателем и подозрительно раскачивающимся кузовом. Озираясь по сторонам, он осторожно направился к машине.

Через стекло Лу Цзиньтан наблюдал, как незнакомец приближается, и его собственное напряжение росло. Зажав голову девушки под мышкой, он опустил окно и рявкнул:

– Чего уставился, ублюдок? Пошел вон!

Велосипедист дернулся, резко развернул руль и исчез в темноте, яростно крутя педали.

Только Лу Цзиньтан начал расслабляться, как девушка внезапно выскользнула из его хватки и бросилась к заднему стеклу:

– Помогите! Братец, спасите!..

В панике Лу схватил ее, снова закрывая рот. И тогда – почти на рефлекторном уровне – его рука со складным ножом рванулась вперед.

Раз. Два. Три…

* * *

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Лу Цзиньтан очнулся. Девушка в его объятиях уже не шевелилась. Ладони были липкими от теплой жидкости со сладковатым запахом с металлическими нотками.

Он оттолкнул тело. Девушка безжизненно распласталась на заднем сиденье, розовая футболка быстро пропитывалась алым. Руки Лу дрожали, когда он достал сигарету, закурил и медленно выдохнул дым. Затем вышел из машины. Постоял в свете фар, согнулся и, ухватив труп за лодыжки, вытащил его наружу.

Тело оказалось неожиданно тяжелым. С трудом волоча мертвую девушку, Лу Цзиньтан заковылял к обочине. Несколько метров дались с мучительным усилием. Когда он наконец добрался до края дороги, силы оставили его – спина согнулась, и Лу Цзиньтан потащил покойницу задницей по земле.

Дрожащими руками он оттащил тело к обочине и, не в силах больше удерживать, разжал пальцы – труп покатился по склону в сухую канаву.

Лу Цзиньтан стоял, тяжело дыша, озираясь по сторонам. Уже собирался сесть в машину, как вдруг услышал… стон.

Сердце Лу Цзиньтана ушло в пятки. В свете фар он разглядел, что девушка в канаве шевелится, пытаясь подняться. В панике он рванулся к такси, схватил окровавленный нож с заднего сиденья, подбежал к обрыву и спрыгнул вниз.

Девушка и правда была жива. Она издавала тихие, похожие на всхлипы стоны. Ее ноги едва заметно подрагивали. Лу Цзиньтан сжал губы, молча наблюдая. Затем шагнул вперед, ухватил ее за волосы, резко дернул вверх и полоснул лезвием по горлу.

Он не хотел слышать, как хлещет кровь. Вскарабкался на дорогу, швырнул нож на заднее сиденье и рванул с места, оставив позади лишь кровавый след.

Проехав несколько километров, Лу Цзиньтан остановился в темном переулке без фонарей и начал осматривать салон. На заднем сиденье остались несколько кровавых пятен. Он попытался стереть их салфетками, но лишь сделал менее заметными.

Сняв окровавленную футболку, Лу Цзиньтан переоделся в рубашку из своего рюкзака. Тщательно протер складной нож, затем вымыл руки оставшейся в машине водой из полупустой бутылки и снова тронулся в путь.

Периодически останавливаясь, Лу Цзиньтан методично выбрасывал из машины все компрометирующие предметы. Вскоре ламинированная бумажка, телефон, помада и косметичка оказались на обочине. Когда за борт полетели окровавленная одежда и нож, вдали уже замерцали огни города.

Глубокой ночью дороги почти опустели. С каменным лицом Лу Цзиньтан мчался по шоссе, мысленно производя расчеты.

Четыреста с лишним юаней наличными.

Одна золотая цепочка.

Этого явно не хватит даже на несколько дней. Значит, на рассвете придется избавиться от машины. После убийства оставаться в городе опасно – продавать нужно в другом районе. А сегодняшней ночью… нужно выжать из ситуации максимум.

Поэтому, когда он заметил двух молодых людей, голосующих на обочине, без раздумий свернул к ним.

Один пассажир с выкрашенными в желтый волосами сел на переднее сиденье; второй, с короткой стрижкой почти под ноль, – на заднее. Лу Цзиньтан включил счетчик:

– Братцы, куда едем?

– В деревню Дапо, – указал вперед Блондин. Его лицо было неестественно бледным.

Лу Цзиньтан нахмурился:

– Не знаю такую. Подскажете маршрут?

– Прямо, потом направо. По улице Циннянь до трассы.

Кивнув, Лу нажал на газ. Этот заказ удобно совпадал с его планами – доехать до соседнего города и продать машину. Он ускорился, и такси рвануло вперед по пустынной дороге.

Пассажиры не отличались разговорчивостью, да и Лу Цзиньтану не хотелось болтать. В салоне стояла гнетущая тишина.

Через полчаса, следуя указаниям желтоволосого, они выехали на скоростную трассу. Лу держал скорость около ста двадцати километров в час, понемногу расслабляясь.

– Братишка, – обернулся он, – скажешь заранее, где съезд?

– Слушай, притормози-ка на обочине, – неожиданно сказал Бритый с заднего сиденья. – Живот скрутило, терпеть нет сил.

Лу Цзиньтан опешил:

– Потерпишь немного? Впереди заправка…

– Никак! – Голос пассажира стал резким. – Совсем приперло!

Выругавшись про себя, Лу Цзиньтан сбросил скорость и начал перестраиваться на аварийную полосу.

Едва машина остановилась, Бритый выскочил наружу. Лу Цзиньтан уже доставал сигарету, как вдруг острая боль в боку заставила его вздрогнуть.

Он опустил взгляд – Блондин прижимал к его ребрам нож.

Лу Цзиньтан не успел сообразить, как дверь водителя распахнулась. Бритый, перегнувшись через порог, ухватил его за руку и потащил наружу.

Лу Цзиньтана грубо выволокли из машины. Бритый сразу приставил нож к его животу, пока Блондин рылся в бардачке, после чего тоже вышел.

На темной, безлюдной трассе они зажали Лу Цзиньтана с двух сторон. Под угрозой ножа Блондин обыскал его – вскоре четыреста с небольшим юаней оказались в его руке.

– И это всё, блин?

Лу молча кивнул.

– Эй, на заднем сиденье рюкзак, – заметил Бритый.

– Проверь, – буркнул Блондин.

Тот нырнул в салон. Тем временем Блондин продолжал шарить по карманам Лу Цзиньтана, пока не нащупал в брюках золотую цепочку. Бросив взгляд на возившегося в машине напарника, он быстро сунул добычу в свой карман.

– Херня какая-то! – Бритый вылез с пустыми руками. – Одно тряпье!

Блондин велел ему охранять Лу Цзиньтана, а сам принялся осматривать такси – пнул колеса, заглянул под капот.

Лу Цзиньтан сделал жалобное лицо:

– Братишки, это все мои деньги. Берите и идите – я в полицию не пойду, честное слово.

Блондин, закрыв капот, задумался. Бритый нервно переминался с ноги на ногу, ожидая решения.

Наконец Блондин решился.

– Раздевайся, – приказал он, подходя ближе.

Лу Цзиньтан остолбенел:

– Что?

– Я сказал – раздевайся! – Блондин помахал ножом в воздухе перед самым носом Лу Цзиньтана. – Быстро!

Не смея сопротивляться, тот послушно снял рубашку и брюки. Вскоре на нем остались только трусы и потрепанные парусиновые туфли.

– Трусы и обувь тоже! – Блондин был непреклонен. – Всё снимай.

В душе Лу Цзиньтана поднялась тревожная волна:

– Братец, да зачем тебе…

Не дожидаясь ответа, грабитель набросился на него, грубо стаскивая одежду. Вскоре на нем остались только носки.

Бритый собрал вещи и запихнул в тот самый клеенчатый рюкзак.

– На обочину! – Блондин ткнул ножом в сторону откоса. – На корточки, руки за голову. Шевельнешься – зарежем.

Лу Цзиньтан покорно выполнил приказ. Едва он присел, как оба налетчика прыгнули в такси. Машина рванула с места, исчезая в темноте.

Встав, Лу Цзиньтан почувствовал, как ночной ветер обжигает голую кожу.

«Вот черт, – подумал он. – Только ограбил – и тут же сам стал жертвой…»

Следя за удаляющимися огнями такси, он вдруг ощутил дикое желание рассмеяться.

Юань Сяофэн и Мин Ли

Едва переступив порог, Юань Сяофэн ощутил духоту. Швырнув шлем на тумбочку, он вытер пот со лба:

– Уже ночь, а жара как в печке…

Мин Ли протиснулась мимо него в узком коридоре:

– Весь день как в парнике. Сама не рада… – Достала контейнер с едой. – Осталось немного тушеной курицы с рисом. Разогреть?

Юань Сяофэн, скидывая куртку курьера, буркнул что-то невнятное и скрылся в ванной.

Охладившись под душем, он достал из холодильника ледяное пиво. Первый глоток принес долгожданное облегчение.

С телефоном в одной руке и банкой в другой Юань Сяофэн плюхнулся на неубранную кровать, отпихнув скомканное одеяло.

В тесной съемной квартире воцарилось временное затишье. Через распахнутое окно не проникало ни малейшего ветерка, лишь доносились обрывки громкой музыки и пьяные крики. Единственным звуком внутри был скрип потрепанного вентилятора в углу.

Юань Сяофэн «погиб» в игре несколько раз. Пока ждал новый раунд, потянулся за сигаретами – и увидел, как Мин Ли наносит макияж перед зеркалом.

– Ты куда-то собралась?

– На ужин с компанией. – Она выводила стрелку, но капли пота со лба мешали подводке ложиться ровно. – Поставь вентилятор передо мной. И нечего тут головой качать.

Закурив, Юань Сяофэн послушно передвинул вентилятор. Помолчав, не удержался:

– Кто это в такую жару зовет на ужин?

Поток воздуха развевал волосы Мин Ли, прилипавшие к влажным плечам. Она упрямо продолжала красить ресницы, постоянно промокая лицо салфеткой.

– Я спрашиваю – кто зовет? – повторил Юань Сяофэн.

– Подружки по работе, – не оборачиваясь, буркнула Мин Ли. – Ты их все равно не знаешь.

Он почесал затылок, взял с вешалки полотенце и начал вытирать ее вспотевшие плечи:

– Может, не стоит так поздно?

– Обещала. Неудобно отказываться. – Она уже закончила макияж и копошилась у самодельного гардероба. – Да, и там будут состоятельные гости. Если повезет – продам несколько клубных карт.

Юань Сяофэн швырнул полотенце на стол, затягиваясь сигаретой:

– Тебе бы только деньги…

– А что еще? – Мин Ли резко развернулась, голос ее взвизгнул. – Жить на твои чаевые от доставки и мои крики «добро пожаловать» в спа-салоне? – Она натянула розовую блузку. – Ногу твоего отца лечить на что? Моего брата в институте на что учить?

Юань Сяофэн замолчал, угрюмо куря на краю кровати. Его взгляд то и дело скользил к выцветшему от солнца шлему и смятой курьерской форме в углу.

Мин Ли, закончив собираться, вернулась к столу и достала из шкатулки золотую цепочку. В зеркале она увидела мрачное лицо Юань Сяофэна, и сердце ее дрогнуло.

– Эй, помоги застегнуть…

Он покорно подошел, закрепил замочек на ее шее. Мин Ли покрутилась перед зеркалом:

– Красиво?

– Красиво. – Юань Сяофэн выдавил улыбку.

Поднявшись, она повернулась и чмокнула его в щеку:

– Не забудь поесть. Я ненадолго. Жди меня.

– Угу, – буркнул он в ответ.

Мин Ли взяла сумочку, надела босоножки на каблуках и вышла, грациозно покачивая бедрами. В комнате остался только Юань Сяофэн. Телефон раз за разом пищал – наверное, товарищи по игре звали обратно. Но играть больше не хотелось.

Он снова плюхнулся на кровать, уставившись в потолок – в паутину трещин, подтеки от протечек и мошкару, кружащую у лампочки. Потом потер живот, поднялся и направился на крохотную кухню, где достал из микроволновки контейнер.

Тушеная курица с рисом еще хранила тепло, но Юань Сяофэн ел без аппетита. Съев несколько кусочков, он открыл холодильник и полез за очередной банкой пива.

В тот момент, когда он потянул за колечко, зазвонил телефон.

* * *

Через двадцать минут Юань Сяофэн сидел с Эрхуа у уличного гриля. Земляк, на год старше его, работал механиком в автосервисе. В этом городе Эрхуа был одним из немногих, кого Юань Сяофэн считал другом.

В этот вечер Эрхуа выглядел озабоченным. Заказав шашлычки и пиво, он молча пил, почти не разговаривая. Юань Сяофэну стало любопытно, и он спросил:

– Что случилось? Поссорился с Нана?

– Нет. – Эрхуа выдавил улыбку. – У нас все хорошо.

«Хорошо, ага», – подумал про себя Юань Сяофэн. Тщеславная и меркантильная подруга давно уже презирала Эрхуа за его бесталанность и бедность. По мнению Юань Сяофэна, им стоило бы поскорее расстаться – тогда Эрхуа не пришлось бы жить впроголодь, экономя даже на пачке приличных сигарет.

Вскоре они опустошили шесть бутылок пива. Лицо Эрхуа покраснело. Он достал сигарету из пачки Юань Сяофэна, затянулся и осторожно спросил:

– Сяофэн, у тебя сейчас есть свободные деньги?

Юань Сяофэн, ничего не ответив, просто достал из кармана несколько сотенных купюр и шлепнул ими по столу:

– Это все, что осталось до конца месяца.

Эрхуа вздохнул и провел рукой по своим крашеным волосам, покрытым металлической стружкой и маслянистой грязью.

– Опять в долг просишь? – Юань Сяофэн отхлебнул пива. – Нана опять кредитку исчерпала?

– Нет, не в этом дело. – Эрхуа выглядел подавленным. – Завтра у нее день рождения. Хочу подарить что-то достойное. Но в прошлый раз я поцарапал машину клиента, когда катался с ней, и босс вычел это из зарплаты.

– Ну ты и подкаблучник, – усмехнулся Юань Сяофэн. – Свою мать, наверное, так не жалуешь…

– А ты что? – огрызнулся Эрхуа. – Сам Мин Ли на руках носишь, словно императрицу! – Он хитро прищурился: – Кстати, почему не позвал ее с собой?

– У нее ужин, – уклончиво ответил Юань Сяофэн. – Подружки пригласили.

– До сих пор не вернулась? – Эрхуа ехидно хмыкнул. – Смотри, как бы тебе рога не наставили…

– Иди к черту! – нахмурился Юань Сяофэн. – Она просто хочет побольше клубных карт продать.

– Эх, Мин Ли у тебя такая понимающая, – проворчал Эрхуа. – Вот бы Нана была такой же…

Юань Сяофэн промолчал. В его семье отец-инвалид, а у Мин Ли младший брат в университете. Лекарства и обучение – все это ложилось на их плечи. Но сколько они ни старались, эти финансовые ямы никак не заполнялись.

Он поднял бутылку и залпом осушил добрую треть. Будь у него деньги, Мин Ли не пришлось бы допоздна развлекать клиентов за столиком.

В этот момент со стороны дороги донесся рев двигателя – мимо шашлычной медленно проехал черный спортивный автомобиль. На пассажирском сиденье сидела девушка с развевающимися волосами и кожей белой как снег. Эрхуа уставился на машину с презрительной гримасой:

– «Форд Мустанг», четыреста тысяч. Только дурак купит такую тачку – разве что баб впечатлить…

Юань Сяофэн откусил от зубчика чеснока:

– Хорош виноград, да зелен…

– Эх, в мире столько богатых, – с горечью пробормотал Эрхуа. – Почему мы среди них не оказались? Когда уже нам с тобой перепадет хоть какая-то удача?

Юань Сяофэн усмехнулся:

– Таким, как мы, лучше смиренно принять свою судьбу.

– Да черта с два! – Эрхуа помолчал несколько секунд, затем вдруг понизил голос: – Эй, Сяофэн, может, замахнемся на что-то серьезное?

Тот недоуменно посмотрел на него:

– На что?

Эрхуа подмигнул ему с хитрым видом:

– Ты вообще знаешь, чем на самом деле занимается мой босс?

– Твой босс? – Юань Сяофэн совсем запутался. – Ну автосервис же у него…

– Это только для виду… – Эрхуа, придвинувшись ближе, произнес почти шепотом: – Он еще и машины переделывает.

Юань Сяофэн уставился на него:

– И что в этом странного?

– Ты хоть понимаешь, какие именно машины он переделывает? – Эрхуа раздраженно повысил голос. – Краденые!

– Что? – Юань Сяофэн вздрогнул. – Ты о чем?

– Вот смотри: белый «Ауди Кью пять» привозят к нам в мастерскую, и через три дня он уже совсем другой – может спокойно ездить по Харбину, – с гордостью сказал Эрхуа. – С полным комплектом документов. Ну что, впечатляет?

Юань Сяофэн задумался:

– А машина эта…

– Либо украденная, либо угнанная, – махнул рукой Эрхуа, делая глоток пива. – Босс нам детали не рассказывает, мы просто работаем.

Юань Сяофэн сомневался:

– Но кто вообще покупает такие машины?

– Да полно желающих! Они же дешевые! Вполовину цены как минимум. Бизнесмены, должники… берут, чтобы расплатиться. – Эрхуа, оживившись, вдруг стукнул по столу. – «Денег нет, зато есть тачка – бери!» Конечно, возьмут!

Юань Сяофэн нахмурился:

– И зачем ты мне это рассказываешь?

Эрхуа огляделся, затем многозначительно подмигнул:

– Я освоил всю эту технику – смена цвета, перебивка номеров двигателя, поддельные номера… Может, вместе замутим что-то подобное?

– Да ты совсем охренел! – выругался Юань Сяофэн. – Где ты машину возьмешь? Украдешь? Ты вообще способен на такое?

– Если воровать не получится – можно просто отжать, черт возьми! – В глазах Эрхуа вспыхнул азарт. – Пригоняем в мастерскую, и через два дня даже родной хозяин не опознает.

Юань Сяофэн округлил глаза:

– Ты совсем спятил?!

– А что? – Эрхуа развел руками. – На твоих доставках и моей работе мы когда еще разбогатеем… Хочешь, чтобы Мин Ли и Нана вечно так жили?

Юань Сяофэн, опустив голову, замолчал.

– Одна тачка минимум тридцать – сорок тысяч… – Эрхуа не отрываясь смотрел на него. – Сколько тебе на доставках надо отработать, чтобы столько срубить? Пока у нас есть такая возможность – надо пользоваться. Упустим шанс – второго не будет.

Юань Сяофэн по-прежнему молчал, выкурив подряд две сигареты. Потом швырнул окурок, допил пиво и поднял на Эрхуа воспаленные глаза.

– Давай!

Эрхуа, подражая ему, осушил свою бутылку и со стуком поставил ее на стол.

– Ну давай! Когда за дело?

– Сегодня же. – Юань Сяофэн, будто боясь, что хмельная храбрость вот-вот испарится, прорычал сквозь зубы: – Сейчас! Немедленно!

* * *

Грабить частников оказалось нереально – даже в салон не пробраться, какой уж тут угон… Службы такси? Заказы оставляют слишком много следов – легавые выйдут на них в два счета. Оставался один вариант – обычные таксисты.

Но все пошло не так, как они задумали.

Сев в машину, друзья сразу заметили длинную отвертку в подлокотнике – их дешевый ножик из магазина, где все по пять юаней, выглядел жалко. А камера над передним сиденьем и вовсе заставила их отказаться от затеи. Доехав до окраины, они молча расплатились и вышли.

Теперь они стояли на обочине, униженные и разочарованные, под тяжелым гнетом провала.

Выкурив подряд несколько сигарет, Эрхуа нерешительно пробормотал:

– И зачем, спрашивается, эта камера?

– Откуда я, черт побери, знаю? – огрызнулся Юань Сяофэн. – Раньше не замечал этой фигни в такси.

– Хреново выходит… – Эрхуа швырнул окурок. – Морды-то наши сняли четко, какой уж тут грабеж…

– Сука! – выругался Юань Сяофэн. – Ты эту херню предложил, а теперь заменьжевал?

– Ну и что прикажешь делать? – Эрхуа беспомощно развел руками. – Может, завяжем?

– Завяжем?! – взревел Юань Сяофэн. – Ты мне всю эту дурь в голову вбил, а теперь «завяжем»? Я, твою мать, семьдесят юаней за такси выкинул! – Он с силой пнул валявшуюся ветку: – На фиг! Сегодня же отобью свои бабки, хоть тресни.

Эрхуа молчал, его лицо исказила гримаса.

– И куда делась твоя хвастливая удаль? – продолжал наседать Юань Сяофэн. – Одни пустые разговоры!

Эрхуа тоже взбесился:

– Да щас! Чё, я, по-твоему, трус?!

– Ловим следующую машину без камеры – и нагло валим! – Юань Сяофэн ткнул пальцем в пустынную загородную трассу. – Кто струсит – тот сукин сын!

Не успели слова прозвучать, как вдали появились два ярких фонаря, быстро приближаясь.

* * *

Та же ночь. Те же звезды. Прямая как стрела пустынная трасса. Такси зеленого цвета с белым низом.

Эрхуа сжимал руль, уставившись вперед. Адреналин еще не отпускал – мышцы на лице дергались от напряжения.

– Ну как? – спросил он.

– Всего-то четыреста с хреном юаней! – буркнул Юань Сяофэн с заднего сиденья, сжимая дешевый рюкзак из кожзама. – Да еще драное тряпье внутри…

Он наклонился вперед – и вдруг почувствовал под ладонью на сиденье что-то влажное.

– Ну, как тачка? – спросил он, разглядывая испачканную руку. – Сколько дадут?

– Древняя, едет как телега… – Эрхуа прибавил газу. – Старая «Джетта», но такие особо не дешевеют. В мастерской разберемся.

– Ладно… Черт!

– Чё такое?

– Тут на сиденье… – Юань Сяофэн сморщился. – Кровь?

Эрхуа захихикал:

– Может, у предыдущей пассажирки критические дни?

– Черт возьми, не везет… – Юань Сяофэн злобно крякнул. – И что теперь?

– Сегодня поработаю ночь, перекрашу. – Эрхуа говорил с уверенностью. – Сделаю похоже – и найдем покупателя. Не волнуйся, сколько бы ни вышло – пополам.

– А тот водила?

– Да плевать! – Эрхуа самодовольно хмыкнул. – Голый как червяк, кто его подберет? Пока до полиции доберется – машину уже не узнать… Ну как, гениально?

Впереди замаячил съезд с трассы. Юань Сяофэн уже хотел сказать «жми на газ», как вдруг заметил скопление мигающих красных огней.

– Это что?

Эрхуа вытянул шею – и лицо его исказилось.

– Черт, полиция!

Юань Сяофэн внутренне сжался:

– Нас поджидают?

– Хрен знает… – Эрхуа резко тормозил, съезжая на обочину. – Не может быть, чтобы так быстро…

Вот-вот они подъедут к посту – уже отчетливо видны полицейские в форме, проверяющие машины.

Голос Эрхуа дрожал:

– Что делать?..

– А что нам остается? – Юань Сяофэн стиснул зубы. – Бежать.

Эрхуа резко вывернул руль, дал газу и вынырнул из потока. В тот же миг несколько полицейских заметили такси, сворачивающее к обочине, и бросились в их сторону. Не дожидаясь полной остановки, Эрхуа расстегнул ремень, выпрыгнул и перемахнул через ограждение, исчезая в придорожных зарослях.

Юань Сяофэн не раздумывая рванул следом. Отбежав метров пятьдесят, он с ужасом осознал, что до сих пор сжимает в руке тот самый клеенчатый рюкзак.

– Черт! – Швырнул его куда подальше и поглубже нырнул в чащу.

В чаще стояла непроглядная тьма. Эрхуа бесследно исчез. Юань Сяофэн, совершенно дезориентированный, бежал наугад.

Неизвестно сколько времени спустя деревья поредели, и перед ним открылось шоссе. Не останавливаясь, он продолжил бежать. Вскоре показался новый мост. Выбившись из сил, Юань Сяофэн скатился по откосу и затаился за бетонной опорой.

Потная спина прилипла к холодному бетону, но было не до того. Он старался унять прерывистое дыхание, одновременно прислушиваясь к звукам с дороги.

Тишина. Ни топота ног, ни слепящих фонарей – лишь ночная мгла.

Немного успокоившись, Юань Сяофэн просидел в укрытии еще минут десять, прежде чем осторожно выползти. На шоссе встречный ветер заставил его содрогнуться. Только начал приходить в себя – зазвонил телефон в кармане… Он вздрогнул, увидев на экране входящий вызов от Эрхуа. Промедлив пару секунд, принял звонок.

– Алло?

– Черт побери! Слава богу! – В голосе Эрхуа слышалось облегчение. – Ты в порядке?

– В порядке, – выдохнул Юань Сяофэн. – Ты тоже смылся?

– Ага.

– Ты где сейчас?

– Блин, даже не знаю… На какой-то длинной трассе. – В трубке посвистывал ветер. – А ты?

– Я у моста.

– Моста? – Эрхуа замолчал на несколько секунд. – А, понял. Мы в разные стороны рванули. Я к тебе…

– Не надо! – резко оборвал его Юань Сяофэн. – Возвращаемся по отдельности. Не встречаемся пока – напишешь в «Вичат», если все о'кей.

– Ладно… – В голосе Эрхуа слышалось раздражение. – Вот же блин, всю ночь маемся – и все зря…

Юань Сяофэн не стал продолжать разговор и дал отбой.

Через полчаса блужданий по мосту он наконец заметил свободное такси. Остановив его, велел ехать к интернет-кафе возле своего дома. Выйдя из такси, огляделся, убедился, что все спокойно, и, присев на корточки, выкурил две сигареты, сочиняя оправдание своему позднему возвращению. Затем неспешно побрел домой.

Но придуманная легенда не понадобилась – Мин Ли еще не вернулась. Он набрал ее номер, но услышал механический голос: «Абонент временно недоступен». Это было странно – хоть Мин Ли и задерживалась иногда, но никогда не пропадала до двух ночи.

Он набирал снова и снова – безрезультатно.

Раздосадованный, Юань Сяофэн пошел смывать с себя пот и грязь. Когда же он лег в постель, все тело будто кричало от боли – каждая кость, каждая мышца напоминала о себе.

«Вот же день…» – подумал Юань Сяофэн, закрывая глаза.

Эти мысли временно затмили тревогу за Мин Ли. Однако он недолго оставался в этом состоянии и вскоре крепко уснул.

* * *

Проснулся Юань Сяофэн уже при ярком дневном свете. В комнате стояла невыносимая духота, словно в парилке. С тяжелой головой он поднялся с кровати и посидел на краю, пытаясь собраться с мыслями. Воспоминания о вчерашнем постепенно заполняли сознание. Тревога и страх, словно ушат ледяной воды, мгновенно протрезвили его.

Тут же он осознал – Мин Ли так и не вернулась.

Юань Сяофэн закурил и, делая затяжки, обошел съемную квартирку. Одежда в шкафу осталась нетронутой. В раковине ванной не было следов воды. Даже тапочки у входа стояли на прежнем месте – все указывало на то, что Мин Ли вообще не появлялась здесь.

Он запаниковал и снова попытался дозвониться до Мин Ли. Но в ответ по-прежнему звучал безжизненный автоответчик: «Абонент временно недоступен».

Юань Сяофэн потерял остатки терпения. Затушив сигарету, он натянул футболку и потянулся за штанами, как вдруг заметил на заднем кармане коричневое пятно.

В памяти всплыло липкое ощущение между пальцев левой руки…

* * *

Мин Ли сегодня не вышла на работу. Не сдаваясь, Юань Сяофэн спросил, кто вчера устраивал ужин, но так и не получил четкого ответа. Он просидел у входа в спа-центр больше часа, затем вернулся в съемную комнату.

Их карточки по-прежнему лежали под матрасом. Личные вещи Мин Ли тоже были на месте – даже нижнее белье не пропало. Версия о ее побеге казалась маловероятной.

Возможно, она вчера напилась и где-то спит. Или обиделась на его поведение и специально скрывается, чтобы он поволновался. А может, с ней что-то случилось и сейчас она без сознания. Или в ее родном городе произошло что-то экстренное, и она срочно уехала, не успев предупредить…

Весь день Юань Сяофэн перебирал возможные варианты, бесцельно шагая по комнате, раз за разом набирая номер Мин Ли и прислушиваясь к каждому шороху в коридоре. К вечеру его терпение иссякло, и он собрался снова отправиться на поиски. Но только надел обувь, в дверь постучали. Смесь надежды и раздражения охватила его – он бросился открывать.

За дверью стояли Эрхуа и его девушка Нана.

– Что там с Мин Ли? – с упреком сказала Нана, проходя мимо него. – Телефон не отвечает.

Эрхуа последовал за ней, многозначительно подмигнув Юань Сяофэну.

– Что, собрался куда?

– Да. – Юань Сяофэн не был настроен на болтовню, торопливо собирая телефон, сигареты и зажигалку.

– Эй, у меня сегодня день рождения… – Нана развалилась на кровати. – Хотела позвать вас обоих на ужин.

– Извини. – Юань Сяофэн выдавил улыбку. – С днем рождения! Мин Ли не вернулась прошлой ночью, и сейчас до нее не дозвониться – надо искать.

Эрхуа ехидно усмехнулся:

– Да она, похоже, тебя кинула, бедолагу…

Не успел Юань Сяофэн возмутиться, как вмешалась Нана:

– Не гони! Ты сам-то нищеброд, а я тебя не бросаю. Сяофэн, не переживай…

Взгляд Юань Сяофэна скользнул по Нана – и вдруг задержался на ее ключицах. Глаза его расширились.

Нана что-то говорила, когда Юань Сяофэн внезапно бросился к ней, схватив золотое украшение на ее шее.

– Откуда у тебя это?!

– Это Эрхуа подарил мне на день рождения! – Нана, испуганная, резко оттолкнула Юань Сяофэна. – Ты чего? Чуть не задушил меня!

Юань Сяофэн тут же повернулся к приятелю:

– Эрхуа, откуда эта цепочка?

Тот растерялся. Глядя на Юань Сяофэна с бешеными глазами, он не мог вымолвить ни слова.

– Это… я недавно…

– Гонишь, сволочь! – Юань Сяофэн вцепился в воротник Эрхуа. – Это же…

Эрхуа, запаниковав, махнул рукой Нана:

– Спустись пока вниз, мне надо поговорить с Сяофэном.

Нана недоуменно посмотрела на мужчин, пробормотала что-то и неохотно вышла, закрыв за собой дверь.

Эрхуа облегченно вздохнул, тон его стал заискивающим:

– Ладно, скажу правду… Цепь я стащил вчера ночью. Ну знаешь, надо же было Нана подарок на день рождения сделать… Вот и не сказал тебе… Прикарманил.

Юань Сяофэн резко наклонился вперед:

– На подвеске были буквы Ю и M?

– Ага… – Эрхуа окончательно растерялся. – Я не понял, что значит, вот и соврал Нана, что это бренд «Юэмин».

– Это же я подарил Мин Ли!!! – взревел Юань Сяофэн и плюхнулся на кровать, схватившись за голову.

– Ч-что?! – Эрхуа остолбенел. – Не может быть… Но как ее цепочка оказалась у того таксиста?

Юань Сяофэн достал телефон:

– Всё, с Мин Ли точно что-то случилось. Вызываю полицию…

Он успел набрать две цифры, как Эрхуа выхватил у него аппарат.

– Сяофэн, если ты позвонишь… – Лицо Эрхуа побелело как бумага. – Тогда и про наш вчерашний угон всплывет…

– Но… Мин Ли не вернулась прошлой ночью… – От волнения Юань Сяофэн говорил бессвязно. – Как ее цепочка оказалась в том такси? Она точно…

– Успокойся, возьми себя в руки! – Эрхуа крепко сжимал телефон. – Может… может, Мин Ли просто забыла украшение в такси?

– А где тогда она сама? – снова взревел Юань Сяофэн. – До сих пор не выходит на связь!

– Потеряла цепочку, вот и боится домой возвращаться, – отчаянно успокаивал его Эрхуа. – Боится, что ты ее отругаешь. Разве не может быть такого?

Юань Сяофэн помолчал несколько секунд, затем покачал головой:

– Не может быть. Это просто цепочка, она не пропустила бы из-за нее работу. – Он потянулся за телефоном в руках Эрхуа: – Я обязан вызвать полицию. С ней точно что-то случилось.

Эрхуа ловко увернулся:

– Сяофэн! Ты что, хочешь, чтоб нас обоих за решетку упекли?

Пока они спорили, ведущий местных новостей по телевизору внезапно изменил интонацию…

– Сейчас прерываемся на экстренное сообщение об опознании. – Его голос стал официально-холодным. – Сегодня на рассвете в районе Западной третьей кольцевой обнаружено тело неизвестной женщины. Приметы: возраст двадцать пять – тридцать пять лет, рост метр шестьдесят четыре, темные волосы средней длины, одета в…

Юань Сяофэн и Эрхуа замерли, уставившись на экран. Через несколько секунд в кадре показали окровавленную розовую футболку, синие джинсы и серебристые босоножки на каблуке.

В голове Юань Сяофэна образовалась пустота. Кадык судорожно задвигался, прежде чем вырвался стон.

Эрхуа бормотал, бледнея:

– Как так… Не может быть… – Он повернулся к Юань Сяофэну: – Всмотрись… Это вещи Мин Ли?

– Ее одежда. – Юань Сяофэн говорил механически. – Эти босоножки мы…

Эрхуа еще пытался отрицать:

– Может, просто совпадение…

Юань Сяофэн оттолкнул его:

– В участок. Сейчас же.

Эрхуа перегородил дверь:

– Подожди хотя бы…

– Чего ждать?! – истерично завопил Юань Сяофэн. – Я должен проверить, не она ли это!

Эрхуа, обмякнув, умоляюще прошептал:

– Только, ради бога, не упоминай про украшение… Иначе нам конец.

Юань Сяофэн, не ответив, выхватил телефон и выбежал, хлопнув дверью.

* * *

Это была она.

Знакомые волосы. Знакомая кожа. Знакомый голубой лак на ногтях пальцев ног. Знакомая родинка на боку. Незнакомыми были лишь мертвенная бледность и жуткие ножевые раны.

За криком пришла боль. Такая, будто легкие и сердце сейчас вырвутся через горло. Когда рыдания Юань Сяофэна наконец стихли, полицейский, до этого молча стоявший у стены, спросил:

– Как ее звали?

– Мин Ли. – Он осел на пол, мир перед глазами расплылся. – Ее звали Мин Ли.

– Кем вы ей приходитесь?

– Парнем.

– Сколько времени вместе?

– Почти два года.

Полицейский вздохнул, подошел и поднял его:

– Пойдемте оформим показания.

Юань Сяофэн, всхлипывая, пошатываясь, последовал за ним к выходу. Но едва они достигли двери, навстречу вошли трое. Мужчину лет тридцати, с интеллигентной внешностью, но перекошенным от ужаса лицом, вели под руки двое офицеров.

– Зачем вы меня сюда притащили?! – Он дергался. – Я же сказал, я ни при чем!..

Один из полицейских грубо толкнул его вперед:

– Опознавай. Эта женщина вошла к тебе в номер накануне ночью?

Мужчина уперся ногами в пол, отчаянно пятился назад:

– Вы не имеете права принуждать…

– Ты же отказывался от показаний! Отрицал, что пользовался услугами! – Полицейский говорил жестко. – Ну-ка, объясни, чем вы вдвоем в номере занимались?

Юань Сяофэн резко поднял глаза – сначала на мужчину, затем на тело под белой простыней.

– Признаю, признаю! – Лицо подозреваемого побелело. – Услуги признаю, но убийство – нет, клянусь!

Юань Сяофэн застыл на месте. Слова мужчины он вроде бы слышал, но в то же время ничего не понимал. Полицейский взял его за руку и повел к выходу:

– Пойдемте.

* * *

Фамилия. Профессия. Адрес проживания. Номер телефона. Место рождения. Семейное положение.

Юань Сяофэн механически отвечал на вопросы, а полицейский тщательно все записывал. Немного подумав, офицер продолжил допрос:

– Она часто выходила по вечерам?

– Иногда. Не часто.

– Она говорила, куда идет?

– На ужин, встречи, караоке…

– Во сколько обычно возвращалась?

– До одиннадцати… – Юань Сяофэн задумался. – Обычно не позже одиннадцати.

– Как она добиралась? – Полицейский прищурился. – Ее кто-то подвозил?

Юань Сяофэн помолчал несколько секунд, затем произнес:

– Не знаю.

– Хм. – На лице полицейского не было никаких эмоций. – У нее были… знакомые водители? Те, кто ее часто подвозил…

– Водитель такси? – неожиданно вырвалось у Юань Сяофэна.

Полицейский оживился:

– Водитель такси?

– Ну… – Юань Сяофэн смотрел на него остекленевшим взглядом. – Когда куда-то едешь – вызываешь такси… Нет, не знаю.

Веки полицейского опустились, он мгновенно вернул себе официальный вид:

– С кем она чаще всего общалась?

Юань Сяофэн молчал, не отрываясь глядя на следователя. Тот поднял голову:

– Она обычно…

– Офицер, – голос Юань Сяофэна стал хриплым, – что имел в виду тот человек?

Выражение лица полицейского не изменилось:

– О чем вы?

– Моя девушка… Мин Ли… она… работала… – Юань Сяофэн не мог выговорить последнее слово.

Полицейский снова принялся жать на клавиши:

– Это не в моей компетенции.

* * *

Юань Сяофэн, словно лишившись души, вернулся в съемную квартиру и сидел на краю кровати, обхватив голову руками и уставившись в небольшой участок пола у своих ног.

Он не смел оглядываться по сторонам. Слишком много следов Мин Ли осталось в этом помещении. Тапочки у входа, флакон духов на столе, ночная сорочка, перекинутая через спинку стула, даже длинные волосы на подушке – все напоминало ему, что ее больше нет.

И особенно этот вездесущий запах, который тонкими струйками проникал в его ноздри…

Он не мог представить, что Мин Ли покинет его так трагически. Но еще невыносимее было осознавать, что она за его спиной продавала себя другим мужчинам.

Зачем?

Конечно, ради денег.

А деньги… Деньги были как непреодолимая гора, навсегда вставшая между ними.

Юань Сяофэн просидел так всю ночь. На рассвете в кармане его джинсов зазвонил телефон. Достав аппарат, он увидел входящий вызов от матери Мин Ли. Видимо, полиция уже уведомила родных. Он не посмел ответить – как он сможет вынести ее горе, вопросы, возможно, даже упреки? Сбросив вызов, Юань Сяофэн выключил телефон и поднялся на ноги.

Зайдя в ванную, он умылся ледяной водой. Поворачиваясь за полотенцем, вдруг заметил в зеркале задний карман своих джинсов.

На ткани проступало неясное коричневатое пятно.

И тут его осенило.

* * *

Дневной лес выглядел совершенно иначе, чем ночью. Юань Сяофэн стоял у подножия холма под палящим солнцем, чувствуя себя совершенно потерянным. Он попытался войти в лес, отчаянно пытаясь найти путь, которым шел той ночью. Но каждая тропинка, каждое дерево, каждый куст казались абсолютно одинаковыми. Побродив впустую целых полчаса, Юань Сяофэн наконец сдался. Прислонившись к камню, достал сигарету, закурил и, куря, прислушивался к реву машин на скоростной трассе. Докурив, принял решение и направился к насыпи.

Расстояние оказалось куда больше, чем он представлял. Юань Сяофэн даже удивился, как далеко он смог убежать той ночью. С трудом добравшись до насыпи, присел на корточки, переводя дыхание и мысленно прикидывая расстояние до платной станции. Затем отошел еще на несколько десятков метров назад и начал медленно спускаться по склону.

«Воссоздание обстановки» дало свои плоды – события той ночи постепенно прояснялись в его памяти. Юань Сяофэн ускорил шаг, одновременно внимательно оглядываясь по сторонам. Спустя несколько минут он резко остановился; сердце бешено заколотилось.

Черный рюкзак лежал в траве в десятке метров от него. Юань Сяофэн бросился к нему, схватил и вытряхнул содержимое на землю.

Скомканная футболка. Термобелье. Куртка. Брюки. Кроссовки. Трусы. Ничего, что могло бы идентифицировать того водителя.

Не сдаваясь, он начал ощупывать одежду. Вдруг его взгляд загорелся – во внутреннем кармане куртки он нашел клочок бумаги. Листок с неровными краями, похоже, был вырван из блокнота. На нем была строчка текста: «Цзиян, улица Цяньцзинь, дом 83, жилой комплекс “Цзиньмэнь”, корпус 43, квартира 503».

Чжан Мин

Река Цзишуй – водная артерия, пересекающая весь город Цзиян. Протянувшись с юга на север более чем на пятьдесят километров, она, подобно живому существу, меняет свой облик в зависимости от сезона. Зимой, в период маловодья, Цзишуй напоминает дряхлую старуху – иссохшую, с обвисшей кожей. Но с приходом летнего зноя, словно по мановению волшебной палочки, превращается в цветущую женщину в расцвете лет – с пышными формами и округлыми изгибами.

Прибрежная зона – золотая миля Цзияна. Здесь теснятся элитные жилые комплексы, а из них приходят люди – и оживление. С наступлением темноты на обоих берегах полно гуляющих пар, компаний друзей и одиноких прохожих. Это оживление длится далеко за полночь, пока наконец река не возвращается к своему вечному безмолвному течению.

У одного из таких участков на остановку прибыл последний автобус. Из него вышли двое – мужчина и женщина – и неспешно направились к воде. Женщина, сгорбленная, с седыми волосами, двигалась с трудом. Мужчина лет сорока, низкорослый, тщедушный, беспокойно озирался по сторонам, что-то невнятно бормоча себе под нос.

Двое, поддерживая друг друга, подошли к реке и уселись на скамейку. Пожилая женщина уставилась на чернильную гладь воды с выражением глубокой скорби. Мужчина же зевал, отмахиваясь от комаров, явно проявляя нетерпение.

Спустя долгое время женщина достала из кармана два холодных баоцзы⁹, протянув один мужчине. Тот, оживившись, жадно вцепился в еду. Женщина же ела медленно, будто каждый кусок давался ей с усилием. Закончив свой баоцзы, мужчина алчно уставился на недоеденную половину в ее руке. Женщина улыбнулась и отдала ему. Он без церемоний проглотил остатки за три укуса.

Женщина с нежностью погладила его по голове и поднялась.

Облизывая жирные пальцы, мужчина позволил вести себя через прибрежные заросли к воде. Уже на мелководье он испуганно отпрянул, но женщина крепко сжала его руку, не отрывая взгляда от реки, бормоча:

– Скоро все закончится… Потерпи немного… Сынок, иди за мамой… Нам больше не будет больно, мы обретем покой…

Лицо мужчины выражало сомнение, но он продолжал идти за старухой вглубь реки. Вскоре вода достигла их груди, а течение становилось все стремительнее. Идти становилось тяжелее, но старуха без колебаний тянула сына за собой.

Добравшись до особенно бурного участка, они с трудом могли устоять на ногах. Вода уже подбиралась к губам старухи. Задыхаясь, она сделала еще шаг – и провалилась в пучину, когда дно под ногами внезапно исчезло.

Мужчину рывком потянуло за ней. Ледяная вода хлынула в горло, когда его голова погрузилась под воду. В панике он закашлялся, вырвался из хватки старухи и начал отчаянно молотить руками по воде.

Ее пальцы судорожно сжимали пустоту над поверхностью, пытаясь вновь ухватить сына. Но течение уже подхватило ее тело, лишив контроля. Редкие седые пряди мелькнули на поверхности – и исчезли.

* * *

Глубокой ночью в Центре социальной помощи города Цзиян царила тишина. В спальнях для подопечных уже погасли огни. Сквозь открытые окна доносился прерывистый храп. Внезапно на втором этаже бесшумно приоткрылась деревянная дверь, и в проеме возникло лицо Лу Цзиньтана.

Он огляделся по сторонам, затем на цыпочках подошел к перилам открытого коридора и заглянул вниз. Все зоны центра были пусты, лишь в приемной горел свет. Сквозь стеклянную дверь Лу Цзиньтан разглядел массивную фигуру мужчины, сидящего на стуле и увлеченного смартфоном. По силуэту это был Ли Минчжи – заместитель начальника общего отдела.

Лу Цзиньтан отпрянул и, прижимаясь к стене, начал медленно продвигаться вдоль коридора к следующей комнате. Через окно он мог разглядеть двух подопечных, лежащих на кроватях. На них была стандартная одежда центра и больше ничего примечательного. Интерес Лу Цзиньтана тут же угас, и он продолжил путь. Остановившись у окна четвертой комнаты, замер на мгновение, затем ловко вскарабкался на подоконник и бесшумно проскользнул внутрь.

Приземлившись, он тут же почувствовал резкий запах потных ног. Присев на корточки, начал дышать медленно и глубоко. Вскоре его глаза адаптировались к темноте, и из мрака начали проступать очертания человека на кровати. Но внимание Лу Цзиньтана было приковано не к нему, а к рюкзаку на прикроватной тумбочке. Он медленно подкрался, внимательно следя за спящим, и осторожно взял его. Нащупав молнию, медленно ее расстегнул. В тишине раздалось едва слышное шуршание.

В этот момент человек на кровати перевернулся, громко чмокнув губами. Лу Цзиньтан замер, затаив дыхание. Но незнакомец лишь пробормотал что-то во сне, и вскоре храп возобновился.

Ободренный, Лу Цзиньтан запустил руку в рюкзак. Кончики пальцев нащупали свернутые носки, пластиковую бутылку, металлическую ложку, потрепанный билет, вязаную шапку, рваную книгу… Похоже, у этого нищеброда не было ничего ценного. Лу Цзиньтан задумался, затем снова ощупал книгу – и вдруг что-то почувствовал. Аккуратно раздвинул страницы, и пальцы узнали знакомую текстуру.

Вытащив несколько банкнот, засунутых между страниц, он при тусклом свете пересчитал деньги – около сотни юаней. Спрятав купюры в карман, застегнул рюкзак и вернул его на место. Бесшумно выйдя, направился к своей комнате. Но сделав несколько шагов, услышал за спиной шаги. Яркий свет фонаря внезапно ослепил его, и грубый голос прогремел:

– Кто здесь?!

Лу Цзиньтан медленно повернулся, его лицо теперь выражало полное недоумение.

Ли Минчжи быстрыми шагами приблизился, окидывая Лу оценивающим взглядом:

– Ты же из двести седьмой… как тебя там…

Он узнал этого человека с туповатым выражением лица, но имени его не помнил. Два дня назад, ночью, дорожная полиция получила вызов – на обочине шоссе сидел полностью голый мужчина. Прибывшие офицеры обнаружили, что он не может связать и двух слов, отвечая на вопросы бессмысленным бормотанием. Пришлось доставить его в центр социальной помощи.

С момента поступления он не произнес ни слова, на все вопросы отвечая молчанием и пустым взглядом. Поскольку установить личность не удалось, его записали как «Безымянного». Хотя он и выглядел умственно неполноценным, с едой справлялся вполне уверенно – наедался, спал, а проснувшись, лежал, уставившись в потолок. Ли Минчжи видел немало психически больных в центре, но этот хотя бы не буянил.

– Почему не спишь, шатаешься где попало? – отругал его Ли. – Видно, днем выспался!

Не слушая ответа, он схватил Безымянного за руку, доволок до двери 207-й комнаты и грубо затолкал внутрь.

– Немедленно спать! Если вылезешь – пеняй на себя!

Безымянный покорно снял обувь, лег и натянул одеяло.

Ли Минчжи захлопнул дверь и обернулся, заметив полицейскую машину, въезжающую во двор центра. Он поспешил вниз, вернулся в приемную и только сел, как увидел двух уставших офицеров, ведущих промокшего до нитки мужчину.

– Здравствуйте. – Старший полицейский достал удостоверение и протянул Ли Минчжи. – Я из участка Вэйхунцяо.

– У Цяо, – прочитал Ли Минчжи.

– Верно. – Полицейский кивнул на коллегу. – А это мой напарник… Как вас зовут?

– Ли Минчжи, заместитель начальника общего отдела. – Он показал подбородком на дрожащего мужчину. – А это?

– Нам поступил вызов. Его нашли у реки Цзишуй; похоже, только что выбрался из воды. – У Цяо вздохнул и покрутил у виска. – Видимо, проблемы с головой. Документов при нем не оказалось, вот и привезли к вам…

Ли Минчжи кивнул, оценивающе оглядев мужчину:

– Одет прилично, наверняка есть родственники… Не похож на бродягу.

– Мы тоже так подумали; возможно, просто потерялся, – согласился У Цяо. – Пусть побудет у вас пару дней, а мы пока поищем его семью.

– Договорились, – легко согласился Ли Минчжи. – Сначала оформлю документы.

– Тогда мы пойдем. – У Цяо положил визитку на стол. – Будем на связи.

Проводив полицейских, Ли Минчжи вернулся в холл и увидел, что мужчина жадно пьет из его кружки и уже съел половину его ночного перекуса – яичного блинчика. Раздраженный, Ли Минчжи буркнул:

– Что, в реке не напился? – И потянулся к мужчине: – Пойдем, переоденешься.

Но тот ловко увернулся, сунул в рот остатки блинчика и с настороженностью уставился на Ли Минчжи. Не желая тратить время, Ли бросился на него. К его удивлению, внешне неуклюжий мужчина оказался проворным. Несколько кругов вокруг стола – и Ли Минчжи остался ни с чем.

В ярости он запрыгнул на стол, пытаясь накрыть беглеца, но поскользнулся и грохнулся на пол. Под идиотский хлопок и хохот мужчины поднялся, обнаружив разбитый экран своего телефона у ног.

Ли Минчжи окончательно вышел из себя. Он достал из-под стола резиновую дубинку и, угрожающе тряся ею перед лицом мужчины, рявкнул:

– Еще раз захихикаешь – увидишь небо в алмазах!

Мужчина мгновенно присмирел, съежившись от страха. Ли Минчжи схватил его за воротник и потащил через двор. Он направился к глухому углу за столовой – месту без освещения, вне зоны видимости камер. Именно сюда Ли Минчжи обычно приводил строптивых подопечных для «воспитательных бесед».

Он швырнул мужчину в угол и со всей силы опустил дубинку на его голову. Раздался душераздирающий вопль.

– Еще заорешь – получишь вдвойне! – шипел Ли Минчжи, продолжая избиение.

Мужчина свалился на землю, закрывая голову руками, но удары не прекращались. В ярости Ли Минчжи пнул его по затылку. Глухой удар – голова жертвы с треском ударилась о стену, и крики внезапно прекратились. Руки беспомощно опустились, тело затряслось в конвульсиях.

– Не притворяйся, сволочь! – Ли Минчжи пнул его еще раз. – Вставай!

Конвульсии постепенно стихли, из горла вырвался лишь хриплый звук. Мужчина был абсолютно неподвижен.

Сердце Ли Минчжи сжалось от дурного предчувствия. Он толкнул тело ногой:

– Эй, просыпайся!

Никакой реакции. В панике Ли Минчжи уже собрался проверить пульс, как вдруг из темноты выскочила тень.

От неожиданности у него душа ушла в пятки. Приглядевшись, он узнал Безымянного из 207-й.

1.Братец, сестрица – почтительное обращение к мужчинам и женщинам своего поколения в Китае. – Прим. ред.

2.По преданию, в древности преступника помещали внутри нарисованного круга, чтобы устыдить его. – Здесь и далее прим. пер., если не указано иное.

3.«Вичат» – популярный китайский мессенджер с функциями соцсети и мобильных платежей.

4.Приставка «Сяо» (букв. «маленький») перед фамилией – распространенная китайская разговорная форма обращения к младшим или ровесникам, передающая фамильярно-доброжелательный оттенок.

5.Уважительное обращение к старшему по возрасту или положению коллеге.

6.Геморрагический шок – критическое состояние организма, связанное с острой кровопотерей. – Прим. ред.

7.Маджонг – китайская азартная игра с использованием игральных костей.

8.Китайское обращение к водителям такси / мастеровым, аналог русского «шеф».

9.Баоцзы – традиционные китайские паровые пирожки с начинкой, распространенное уличное блюдо.

Bepul matn qismi tugad.