Kitobni o'qish: «Сказка о Луне и капельке по имени Соль»

Однажды крошечная капелька воды по имени Соль впервые увидела убывающую Луну и… испугалась. Солька смотрела, как бабушка-Луна с каждым днем худеет, и воображение малышки рисовало на небе рядом с бабушкой невидимую хищную рыбу… Капелька горько плакала, представляя, что бабушка исчезнет. Ей казалось, что происходит что-то очень страшное, – с Луной, и со всеми.

И тогда, пока мама-Река успокаивала капельку, папа чувствительной малышки – Океан – подумал, что было бы здорово создать для детей увлекательные и познавательные образные истории, которые ответят на самые повторяющиеся вопросы. Воображение Океана было таким же буйным и размашистым, как и он сам, так что одному с такой задачей было никак не справиться. И он позвал на помощь своих друзей: Землю, Воздух и Свет. Ведь у них тоже были дети… пусть не такие эмоциональные, но очень любознательные.

Идея увлекала бурным потоком, так что все Стихии сразу же принялись за работу, а у Реки и Океана появился еще один малыш – Родник. Он немного отличался от других детей Воды. Даже от своих двойняшек: бьющих из земли ключиков и струящихся с возвышений родничков. Этот Родник пробился из такой глубины, откуда еще ни разу не выбиралась ни одна капелька воды. И что-то принес с собой… Но он все же оставался ребенком, у которого было очень много вопросов.

Пока Родник искал ответы на свои вопросы и вместе со всей командой продолжал работать над развитием общего проекта, ночь постепенно сменяла день, в чистом прозрачном небе загорались звезды, а Полумесяц, в который временно превратилась Луна, со сгущением темноты неторопливо, но уверенно все ярче и ярче проявлялся своими очертаниями. И Речка, обнимая малышку Соль, под убаюкивающий плеск покатых спокойных волн, ласково омывающих берег, начала свой рассказ…

Не грусти, малышка, – в Мире все циклично.

То, что убывает, порождает жизнь.

Не было бы циклов, стал бы Мир статичным

И остановился. Бабушкой – гордись.

– Ма-ма, вот ты говоришь, что Бабушка-Луна убывает и порождает жизнь, – затрепетала Солька, – значит, она все-таки исчезнет, и появится что-то другое?

– И так, и не так, – ласково улыбнулась Река, – Луна исчезнет ненадолго, но только для тех, кто все воспринимает буквально. Если бы ты не могла видеть свет, ты бы почувствовала в этот период, что что-то меняется внутри тебя самой… Помнишь, как папа-Океан в первый раз прокатил тебя на Барракуде около трех недель назад? А ведь тогда бабушка-Луна еще не была большой и круглой. Помнишь, с каким восторгом ты делилась впечатлениями о захватывающей скорости, с которой проплывала, зацепившись за плавник Барракуды, огромные для тебя расстояния; о новых друзьях, играх и пейзажах морского дна, от красоты которых захватывало дух? Если внимательно присмотреться и вспомнить, самый пик увлечения и восторгов пришелся как раз на то время, которое называется Полнолунием…

– Это когда Луна была совсем-совсем круглая? – сообразила малышка Соль.

– Да, именно так, – улыбнулась мама-Река в ответ. Постепенно Луна начала убывать. Или, как ты заметила, – худеть. Приключения все еще радовали, но ведь той изначальной новизны впечатлений уже не было. Уверена, что ты и сейчас получишь удовольствие от подобных прогулок и приключений, от общения с прежними друзьями и красоты увиденных ранее пейзажей, но уже иначе. Ты впитала ту информацию, и информация стала частью тебя. Сейчас весь этот опыт постепенно проникает все глубже и глубже, оставляя на поверхности сознания тонкую пленку ощущений, пока что связанную с настоящим моментом. Такую же тонкую, как свет убывающего Полумесяца. Дальше эти ощущения уйдут в твое тело, в глубинную память, а света Луны в этот период видно не будет. И как раз в это время родится свет обновленного Полумесяца. Какие-то ощущения, эмоции и воспоминания ты оставишь внутри, а с чем-то или с кем-то попрощаешься… Зато обязательно появится новое увлечение, которое принесет новый опыт. И самый его пик с яркими впечатлениями и эмоциями снова совпадет с Полнолунием. Так было, есть и так будет всегда. С тобой, и со всеми. Даже с камушками и ракушками, внутри которых, казалось бы, совсем нет воды. Но на самом деле вода есть во всем, просто в разном количестве, – снова улыбнулась мама-Река.

– Мам, а почему худенькая бабушка-Луна называется Полумесяцем? Я еще не видела сама, но лучик Маяк постарше, и он рассказывал, что месяц продолжается примерно тридцать дней и ночей. Сейчас ведь еще не самый конец месяца, правильно? Почему же тогда бабушку-Луну почти не видно? – Солька уже совсем успокоилась, но вопросов появилось еще больше.

– Ты очень внимательная, – мама-Река поцеловала малышку и продолжила: дело в том, что месяц в календарике года по продолжительности отличается от лунного месяца. Лунный – чуть короче, так что и Полнолуние, и Новолуние может выпасть на любую дату. У бабушки-Луны свои циклы, у бабушки-Земли – свои. И у дедушки-Солнца тоже есть свои циклы. Но для нас все эти циклы все равно в итоге соединяются в единое целое. Примерно как в музыке: иногда главную мелодию играет скрипка, иногда альт, иногда виолончель; а бывает так, что они поют лейтмотив вместе, – это называется трио. Но для слушателя все звуки все равно остаются одним произведением.

Солька задумалась. Ей очень нравилась музыка, и да, тот пример, что привела мама, с одной стороны, был таким близким и понятным, но с другой… Просто не помещался в ту крошечную капельку, которой она была совсем недавно. И малышка вдруг поняла, что выросла в несколько раз. Дно реки, где она так удобно расположилась, оставалось прежним, но вот сама Соль, которой раньше было вполне просторно лежать и перекатываться на маленьком разноцветном камушке, растеклась на уже на несколько камушков, ракушек и еще прихватила краешек длинной водоросли, уплывающей в далекую темноту.

Капелька уже не была совсем крохой, но все еще оставалась малышкой, у которой было очень много вопросов. Она понимала, что узнала о Луне далеко не все. Ей так хотелось послушать рассказ мамы-Реки о том, почему бабушка светит только ночью и что случается, когда она… хм… гаснет? И было ужасно интересно, о чем еще расскажет мама… Постепенно в мыслях всплывало все то, о чем Соль еще только догадывалась спросить: ведь она слышала, как взрослые обсуждали приливы и отливы, и то, что это как-то связано с Луной. Но даже подросшие и очень любознательные малыши рано или поздно засыпают, тем более, что сам процесс роста требует очень много сил. А как восстановить силы, если не спать? И Солька вместе со всеми своими оформленными и неоформленными вопросами под плавное укачивание и пение Речки начала проваливаться в красочные увлекательные сны.

***

Сон протянет руку ветром,

Писк отгонит комариный,

Вдруг исчезнут километры

И проявятся картины,

И звезда мигнет ответом,

Освещая путь, средь ночи.

Разлетится в прах, что точит.

Сон излечит. Сон упрочит.

Родник приютился поблизости и слушал, как мама-Река тихо напевала, добаюкивая малышку Соль. А та все глубже погружалась в пространство, где ее уже ждали ответы на такие волнующие вопросы, – погружалась в себя и в свои собственные сны. Ведь именно во сне у подрастающей капельки, которая еще многое не понимала и не умела самостоятельно без посредников впитывать информацию, была возможность беспредельно расшириться, соединиться с мудростью всей Природы и… поговорить с бабушкой-Луной.

Солька видела удивительный, волшебный, переливающийся всеми красками и оттенками мир, где не было разделения на Воду, Землю, Воздух и Свет, где было совсем не важно, кто ты: самая крошечная частичка любого элемента или чуть подросшая капелька воды; планета или звездная система; скопление галактик или целая Вселенная. Соль поняла, что здесь можно почувствовать себя кем и чем угодно и посмотреть с точки зрения Вечности на себя саму. От этого ощущения захватывало дух и прорастало желание разлететься сразу во все стороны. Но больше всего капелька хотела увидеть Луну. Близко-близко…

И Луна появилась. Круглая, переливающаяся мягким серебристым светом, – она была совсем рядом, притягивала внимание и… не только внимание: Солька вдруг почувствовала, что они с бабушкой-Луной тянутся навстречу друг другу все быстрее… быстрее… И вот – капелька уже обнимает бабушку, которая совсем не собирается исчезать и производит весьма здоровое и упитанное впечатление, несмотря на то, что на небе в реальном времени, а не во сне, погас даже Полумесяц.

Соль так обрадовалась, что на какое-то время все вопросы разлетелись и стали казаться не такими уж важными. Ей хотелось прожить хоть несколько минут этой встречи в тишине, наслаждаясь каждым мгновением и зарождающимся где-то внутри очень приятным теплом.

Луна была прохладной, однако капелька почувствовала, что от бабушки тянутся тонкие, невидимые, но все же очень прочные ниточки какого-то другого тепла. Оно не грело снаружи, так что это тепло не было испаряющим воду огнем; не ослепляло и не пронзало яркой вспышкой, следовательно не было ни светом, ни электричеством. Это было тепло принятия и глубинной памяти чувств и эмоций всех времен и пространств. Вне любого времени и пространства. И Соль поняла, или, скорее, прочувствовала всем телом, что именно делает бабушка-Луна, когда создает приливы и отливы. Поняла, что по сути бабушка не столько их создатель, сколько важный, исполняющий свои функции инструмент. И даже не целый инструмент, а его половинка, так как есть еще одна бабушка – всегда близкая и от того кажущаяся всем детям простой и понятной – Земля. Солька еще не очень хорошо понимала, как именно происходят эти самые приливы и отливы с точки зрения физики, – она слышала это слово от взрослых, но сейчас для нее было более важным осознание тех тонких прочных связей, которыми Земля и Луна сплетают в единое целое все живое в нашем мире. А приливы и отливы, – Соль вспомнила, как мама рассказывала про лунные циклы, – перемешивают не только и не столько воду, сколько время, память и чувства, чтобы циклы сменяли друг друга, а не застаивались… Чтобы продолжалась жизнь.

– Бааабушка…, – тихо – тихо прошептала Солька и погладила Луну, медленно перетекая по ее прохладной поверхности.

– Я тоже тебя люблю, – с мягкой улыбкой в голосе отозвалась Луна, – ты ведь хотела о чем-то спросить?

– Да! А как ты узнала? – с удивлением воскликнула капелька и тут же спохватилась: ведь это же сон…

– Да, это сон, – снова улыбнулась бабушка, – если бы ты оказалась здесь наяву, ты бы или испарилась, или заледенела.

– Ой! – вскрикнула Солька, которой еще не доводилось испытывать на себе такие разные и контрастные состояния, – тогда особенно хорошо, что это сон… ведь правда?

– Сейчас твоя правда в этом, – отозвалась Луна, – но рано или поздно ты сама захочешь испытать все.

– Наверное, – как-то совсем не по-детски произнесла Соль. – Ты же знаешь, сколько всего я поняла, пока мы молчали?

– Конечно, – в голосе бабушки удивительным образом сочетались серьезность и искорки озорства, – но ведь есть что-то еще?

– Да, – капелька снова загорелась любопытством, – очень хочется понять, куда ты прячешься во время Новолуния.

– А я никуда не прячусь, – бабушка оставила всю серьезность и отвечала с лукавыми нотками, – тебе еще не рассказали, что если бы не свет дедушки-Солнца, меня и вовсе не было бы видно?

– Мама не успела рассказать… Я уснула, – вздохнула Солька, – но зато теперь я здесь! А как же тебя можно не увидеть, если ты светишься в темноте?

– Дело в том, что это не мой свет, – отозвалась Луна. – Светить так ярко могут только Звезды. Солнце – Звезда, Земля – Планета, а я – Спутник Земли. Так что тот свет, который ты видишь по ночам, – свет Солнца, который я впитываю и отражаю. Так понятнее?

– Немного…, – задумалась капелька. – Есть то, что я поняла изнутри… через чувства. А здесь… Наверное, чтобы понять до конца, нужно просто увидеть.

– Хм…, как бы тебе это показать? – бабушка пару минут перебирала варианты и, наконец, воскликнула, – Придумала! Смотри вооон туда…

Солька начала вглядываться в переливающиеся цвета и вдруг… прямо перед капелькой, как на сцене, появилось живописное и такое родное дно папы-Океана. В центре “сцены” во что-то наподобие шара собрались глубоководные морские звезды, которые умели излучать вспышки света. А, поскольку таких звезд в этом шаре было много, их вспышки для наблюдателя слились в одно непрерывное излучение, озаряющее большое пространство. Вокруг светящегося шара плавала черепаха, на панцире которой растеклась капелька очень похожая на Сольку. Капелька явно была в восторге и от удобного транспортного средства, и от завораживающего света морских звезд.

– Бабушка, это ведь я катаюсь на черепашке? – изумленно выдохнула Солька.

– Да, – улыбнулась Луна, – Ты посмотри сначала отсюда, а потом – со стороны черепашки. И, если еще что-то будет непонятно, спрашивай. Договорились?

– Договорились!

Соль кивнула, улыбнулась, с благодарностью прижалась к бабушке и полностью уплыла всем своим вниманием в разворачивающееся перед ней действо. Капелька увидела, что не только черепашка плавает вокруг светящегося шара… Вокруг самой черепашки плавала рыба-луна. Она была не такая большая как на самом деле, но капелька уже поняла, что во сне, да еще и в спектакле, который сон вместе с бабушкой создали специально для нее, может быть все что угодно. Правда то, что главным режиссером этого сна и спектакля была сама Солька, она еще не догадывалась.

Черепашка плыла довольно быстро, но все равно медленнее, чем рыба-луна. К тому же дуга, которую описывала черепашка вокруг шара из морских звезд, была намного больше, чем круг, по которому рыба-луна оплывала черепашку. Наблюдая со стороны, Солька видела, что и черепашка с наездницей, и рыба освещаются заревом, которое излучают морские звезды. Иногда рыба-луна оказывалась на переднем плане перед наблюдающей капелькой. В этот момент Солька видела только рыбу и очень слабое, чуть заметное свечение вокруг. Если бы капелька не знала про светящийся шар, этот свет было бы очень сложно заметить. Звезды и черепашка никуда не исчезали, просто их не было видно за более близким объектом. Но самое интересное случалось в тот момент, когда ближе к Сольке оказывалась черепашка, а рыба проплывала между черепашкой и шаром: тогда было видно черепашку и рыбу-луну, но из поля зрения исчезал светящийся шар и становилось темнее.

Когда капелька подробно изучила все траектории движения актеров спектакля со стороны, она крепко-крепко зажмурилась… и, открыв глазки, увидела уже не “сцену”, а настоящее дно Океана, почувствовала, что цепляется за шероховатости черепашьего панциря, увидела мерцающий, но яркий свет звездного шара и проплывающую мимо рыбу-луну. Солька поняла, что вот теперь нужно смотреть очень-очень внимательно…

Соль помнила рассказ мамы о лунных циклах, складывала со всем, что узнала из разговора с бабушкой, с тем, что сама Луна не излучает свет, а лишь впитывает и отражает сияние дедушки-Солнца, и буквально вцепилась вниманием в происходящее, чтобы прочувствовать, как же это все устроено и куда, пусть на время, “исчезает” Луна, которая при этом не прячется. И вот… траектории движения черепашки и рыбы-луны относительно светящегося шара сложились так, что рыба, которая плыла намного ближе к Сольке, начала двигаться между черепашкой и шаром из морских звезд. Все происходило очень быстро, но капелька впитывала каждый миг, наблюдая, как рыба постепенно наплывает на светящийся шар, все больше закрывает собой его зарево, как в эти секунды становится все темнее, как морские звезды полностью скрываются за округлым телом, а свет рассеивается вокруг, но сама рыба-луна в этот момент – просто ничем не освещенная рыба. И Солька поняла, что если бы расстояние было очень большим, – таким, как на самом деле между ней и бабушкой-Луной, – рыбу просто не было бы видно. Все стало совсем понятно и на душе у капельки теперь было очень легко. Правда, появились новые вопросы… теперь уже по поводу дедушки-Солнца.

Соль снова крепко зажмурилась и… неожиданно вынырнула из сна. Она уютно лежала на том же месте, где сны начали увлекать капельку за собой, но теперь растекалась еще шире вслед за уплывающей “в никуда” длинной водорослью и была уже не подросшей капелькой, а пусть пока небольшим, и даже, скорее, совсем крошечным, но все же – потоком. Осваиваясь в новом облике, Солька увидела, как совсем близко струится Родничок. Он тоже только что проснулся и тоже подрос.

– С добрым утром! – улыбнулась Соль, – Ты даже не представляешь, что я сегодня увидела во сне!

– С добрым утром! – прожурчал Родничок и улыбнулся в ответ, – Еще как представляю, я тоже там был.