Kitobni o'qish: «Воспитание без воспитания. Как вырастить ребенка счастливым человеком»
© ООО Издательство «Питер», 2017
© Серия «Родителям о детях», 2017
© Сурженко Л., 2017
* * *
Предупреждение
Эта книга не для каждого родителя. Более того: я искренне не рекомендую следовать приведенным в ней советам тем, кто хочет воспитать «правильного» и послушного ребенка. Вообще не стоит знакомиться с данной книгой тем, кто ценит спокойную, уютную домашнюю жизнь, стабильность и предсказуемость в отношениях с детьми и не готов к постоянным стрессам.
Хочу предупредить читателя о том, что так называемое воспитание без воспитания, или то, что я понимаю под свободным воспитанием, не имеет никакого отношения к воспитанию традиционному, одобряемому педагогической наукой. Некоторые дипломированные психологи и учителя назовут приведенные здесь советы ненаучными, а возможно, и вредными.
Вряд ли эта книга поможет вам избавиться от проблем. Укажет выходы из сложных ситуаций. Даст в руки некие волшебные средства, позволяющие контролировать ребенка. Все эти, безусловно, интересные и даже в чем-то полезные вещи можно найти в моих предыдущих книгах. Хотя бы в «Воспитании без крика и истерик». Задача данной книги иная. Как и ее предназначение.
В ней я не стану учить, как воспитывать. Я постараюсь подсказать нечто иное.
Как сохранить.
Как не расплескать.
Как не помешать взрасти тому, что уже есть в вашем ребенке.
И в этом заключается великая трудность данного дела. А еще она в том, что куда сложнее «не воспитывать», нежели «целенаправленно формировать». И в том, что адресуется книга, конечно, родителям, тогда как нужнее она на самом деле их детям…
Если у вас не отпало желание читать дальше, добавлю еще одно предостережение. Воспитание без воспитания, или свободное воспитание, – трудоемкий процесс. Решитесь на него – полумерами не отделаетесь. Будет необходима работа. Умственная. Еще в большей степени – физическая. И в куда большей – душевная. И терпение. Много терпения. Готовы к этому?
Да, совсем забыл. Результат. Награда. Конечная цель этого всего… Какая она?
Ребенок. Наш. Самый обычный. Такой, каким он задумывался Небом.
А если менее пафосно? Можно и менее.
Ребенок. Наш. Самый обычный. Вольный решать сам за себя. Свободный.
И еще – с реальным шансом на счастье. Тоже на самое обычное. Которым, может быть, он сможет поделиться с нами…
О чем это?
У самой голова фарфоровая,
Туловище ватой набито,
А туда же – воспитывать!
Х/ф «Приключения Буратино»
В самом деле, о чем это? Совсем писаки оборзели: то по воспитанию книжки сотнями пишут, то – на тебе: «Воспитание без воспитания»! Куда ж это годится?
Такого «воспитания без воспитания» и безо всяких книжек кругом навалом. Стоит только руки опустить, глаза водкой залить – вот и нет никакого воспитания. Об этом книжки писать, что ли? Нет, правда, что за новая завлекуха такая? Суть-то в чем? И нужно ли это самое «без» хоть одному здравомыслящему родителю? Если он, конечно, чуток о будущем задумывается. Пусть не детей, так о своем собственном.
Откровенно говоря, не знаю, что и ответить. Воспитание без воспитания надобно, по моему скромному мнению, вовсе не родителю. Ему гораздо интересней воспитание с воспитанием. Почему? А тут все просто. Воспитание – это, грубо говоря, дрессировка.
Только юных человеков «дрессируют» не там, где зверей.
Требуется зверю дрессура?
Может быть, и да. Если он будет жить у нас дома, то как же иначе?
Требуется ребенку воспитание? Ответ примерно тот же.
А если мы спросим самого ребенка?
В том-то и дело. Поэтому я вынужден разочаровать дорогих родителей. Эта книга будет полезнее не вам.
Вовсе не вам. А вашим детям.
Причем – вот парадокс – адресована она взрослым. А что же делать, если именно мы, родители, отвечаем за судьбы наших детей?
И нам хотелось бы, чтобы судьбы эти были счастливыми.
Не могу поручиться за всех, но большинство готово сделать все, чтобы любимым чадам жилось лучше.
Но если мы не знаем, если мы не можем, если мы не в состоянии подарить нашим детям счастье – давайте попытаемся хотя бы…
не калечить им жизнь.
Вот как раз об этом и говорится в данной книге.
Кому это нужно?
Боже, спаси взрослых, Боже, спаси их родителей, просвети их и сделай умнее, сейчас самое время.
Братья Стругацкие. Гадкие лебеди
Наверняка те, кто читал мои книги, вспомнят один из основных тезисов, который я упоминаю довольно часто. Он звучит так: воспитание не очень-то нужно тому, на кого, собственно, оно направлено.
Да, оно необходимо нам. Тем, кто воспитывает. Для чего? Для того, чтобы как-то приспособить новое, непредсказуемое и неадаптированное (по нашему глубокому убеждению) существо к жизни. Причем, надо признаться, подспудно мы подразумеваем: к жизни с нами. Потому что Бог знает, что там будет в «большой» взрослой жизни, а вот как мы будем уживаться с этим неведомым пока созданием, которое лишь условно можно назвать своим, – в этом и состоит главная проблема. Таков страх любого родителя.
Вот он – младенец, о котором мы сейчас знаем не больше, нежели акушерка, которая его принимала. Кто он? Что он? Каким будет? Что принесет в нашу жизнь? Как ее изменит? Какие трудности нас ждут? Сможем ли мы, наконец, мирно и счастливо жить под одной крышей? Разве не посещали вас подобные мысли, когда вы забирали вашего первенца из родильного дома?
Нет? Тогда я вам завидую. И позже ничего подобного? Просто замечательно. В таком случае, уверен, вам и голову забивать не нужно ни воспитательными, ни антивоспитательными книжками. Зачем? Знаете – от добра добра не ищут.
А если мелькало нечто такое, что ж: вы не одиноки.
Так что еще разочек: кому нужно воспитание?
Сыну, дочке, супруге, собаке – неважно, кого вы там воспитываете?
Да вроде бы не очень. Зачем им оно? Их и так неплохо кормят. Нет, понятно: для их же блага, для того, чтобы потом, в далеком будущем, все было «как у людей», чтобы успешно социализироваться. То есть приспособиться к соседям, работодателям, власть имущим…
Беда в том, что воспитуемые, как правило, наши благие намерения не ценят или же не понимают. Ну, что поделаешь. Потом поймут. Наверное.
Воспитание нужно нам.
К этому выводу мы придем непременно, если отбросим всякие оправдания и перестанем гадать на завтрашний день.
Да, может быть, наше воспитание поможет детям в будущем. Или не поможет. Потому что этого будущего мы не знаем и знать не можем. Можем лишь предполагать – на основе своего опыта. И предположения эти будут, думаю, не слишком затейливы. Потому что опыт – вещь консервативная. Он подразумевает одно: то, что уже было, будет и далее. Иначе само понятие опыта теряет смысл.
А если все изменится?
Если все будет не так, как было, то опыт наш – и, соответственно, наше воспитание, – окажутся вовсе не передачей знаний и оберегом от ошибок, а кандалами. Самыми натуральными кандалами. Тяжкой гирей на ногах, которая не дает свободно двигаться. Ну, как же по-другому-то, если родители учили именно так… Воспитание – это опыт, который мы пытаемся передать дальше. Воспитание – это наши представления о том, что понадобится нашему чаду.
Но воспитание – это и наши сегодняшние требования не просто к нашему ребенку, но и к тому человеку, которым мы хотели бы видеть его в будущем. Это как бы «предзаказ», который мы делаем здесь и теперь, чтобы получить нужное потом.
А еще воспитание – это попытка как-то приспособить, приучить своего ребенка к самостоятельной жизни. Это правила выживания.
Которые, конечно, бывают разными. Да-да, поэтому и существует столько «воспитаний». Хорошее, нравственное, свободное, трудовое (как правило, ассоциируется с наказанием), эстетическое. А есть еще и физическое. Впрочем, перечислять все эти виды, которых можно выделить не один десяток (было бы желание), я не стану. Не вижу особого смысла. Ибо в разных обстоятельствах вырабатываются свои правила. Писанные либо нет, но они есть. Можно их соблюдать – традиционно считается, что тогда наши шансы на успешное приспособление возрастают.
Можно не соблюдать. И тогда кто знает…
Ведь не все правила актуальны и жизненны. Какие-то устаревают. Какие-то сохраняются лишь в силу инерции. Что-то и вовсе не соответствует действительности, но бережно передается из поколения в поколение…
А еще открою такой неприятный секрет: личный опыт – он и есть ЛИЧНЫЙ.
Еще раз: опыт нарабатывается лично.
Конечно, можно говорить о коллективном, семейном, групповом опыте. Но тот, который нас больше всего интересует, – опыт непосредственный, житейский, бытовой – всегда личный.
Только наш.
Нет, конечно, мы можем его передать. Поделиться им с сыном, дочерью, племянником, супругой, даже с родителями.
Но!
Мы делимся СВОИМ опытом. То есть опытом, приобретенным лично вами и вами же испытанным.
Человеком с определенными способностями, физическими данными, внешностью, реакциями, характером, темпераментом. Возрастом, болезнями, полом, наконец!
И вот этот личный опыт, который – успешно либо нет – был применен именно вами, в ваших условиях, вы пытаетесь передать другому человеку, в других условиях.
Смешно, наверное, когда стройный красавчик поучает полноватого друга далеко не голливудской внешности, что с девчонками можно вести себя раскованно и развязно – мол, от этого они сами будут на тебя липнуть. Может, и будут – только не на неловкого толстячка, а на того, кто ему это советовал.
Хотя сказать, что совет не работает, тоже нельзя. Работает. Но с другим человеком и в другой ситуации.
Так есть ли смысл передавать этот опыт, который только ваш?
В самом деле, получается какой-то двусмысленный подарок. Вроде подразумевается, что он – ваш опыт – пригодится детям впоследствии. В то же время собирали вы его сами для себя, а отдаете лишь то, что, по нашему мнению, может быть полезно. Эдакий урезанный вариант… Подретушированный и подкрашенный.
Представьте, что летчика научили взлетать, описали, как прекрасно небо и как здорово парить среди облаков, но совершенно не ознакомили с таким необходимым действием, как посадка… Представили?
Вот и наш опыт, передаваемый по наследству, в любом случае будет куцым. Потому что мы вырываем его из канвы своей жизни, рассказываем только то, что считаем нужным, и многое неизбежно упускаем – по собственному желанию либо нет. А сработает ли этот урезанный опыт?
Ответ будет сродни ответу на вопрос «можно ли научиться жить по книжкам?».
Но давайте взглянем на проблему с другой стороны.
Кто нам сказал, что наш опыт окажется продуктивным и полезным? Откуда мы знаем, что мы поступали наилучшим способом?
Как разобраться, где «сработали» наши усилия и умения, а где просто изменились обстоятельства?
Может, все налаживается не благодаря, а вопреки нашим стараниям? Как вам такой вариант? Может, проблемы действительно решаются сами собой?
Кто может дать ответы на эти вопросы? Я, например, нет.
Отсюда напрашивается вполне резонный вывод: а не лучше было бы вовсе не передавать никакого опыта?
Или, другими словами: а нужно ли вообще какое-либо воспитание?
Помните старую детскую сказочку, где курица учила приемного утенка своим куриным премудростям? Клевать зернышки, выковыривать червячков, «шаркать» лапкой, говорить на курином языке.
А потом незадачливая наседка была в шоке, когда ее «цыпленочек» вдруг ни с того ни с сего бросился в воду – сделал то, чему «мама» его никогда не учила. По той простой причине, что куры не плавают.
Так ведь это еще хороший конец истории. Утенок все же поплыл. То есть самостоятельно научился тому, что не прививала ему и не воспитывала в нем приемная мама.
А ведь мог и не научиться. И в таком случае судьба его сложилась бы печально. Ведь утка прекрасно чувствует себя в воде, но не в состоянии поспеть за курицей на суше…
Конечно, у людей все иначе. Но порой один человек отличается от другого гораздо больше, чем курица от утки. И за примерами далеко ходить не приходится. Давно ли вы восклицали в сердцах, поражаясь поступку своего чада: «И в кого он такой пошел!»?
А бывали ли у вас внезапные прозрения вроде: «Да я его совсем не знаю»? Или в более мягком варианте: «Надо же, я и не думал, что он на такое способен»?
Да наверняка не раз и не два вы делали для себя маленькие открытия: оказывается он – ваш ребенок – вовсе не такой, как вы! Более того: он не такой, каким вы привыкли его видеть.
Люди уникальны. Несмотря на то что многое нас объединяет, мы очень разные.
У нас разный пол.
То, что прекрасно подходит девочке, может быть неприемлемым для мальчика. И наоборот.
У нас разный возраст.
Трехлетка и семилетний ребенок – как далекие вселенные. Настолько непохожие, что их смело можно отнести к разным видам. Они отличаются друг от друга больше, нежели головастик от лягушонка…
У нас разный темперамент.
Не совсем разумно требовать от холерика усидчивости, а от флегматика – быть заводилось. Или сравнивать сангвиника с меланхоликом.
У нас разные физические возможности.
Худенький мальчик вряд ли окажется в равных условиях с крупным, атлетически сложенным мальчишкой, когда им придется отстаивать свое место под солнцем на улице.
У нас разный социальный статус.
Что бы мы ни говорили о равенстве и братстве, на сегодняшний день в большинстве своем они есть разве что в декларациях. Тот, кто в пятнадцать лет убежал из дома, вряд ли поймет того, кто учился в спецшколе.
У нас разная генетика.
«Наследственность» – увы, не просто красивое слово. Это еще один фактор, на который мы как раз повлиять не в состоянии. Крепкое телосложение, отменное здоровье, надежное сердце и светлая голова – хорошее наследство, которое мы можем получить от наших предков. Или не получить. И полжизни отчаянно сражаться за то, что другим, на первый взгляд, досталось даром. А есть еще раса. Этнос. Национальность.
Порой вообще кажется, что различий между людьми гораздо больше, нежели общего.
И какие тут могут быть универсальные правила? Какое единственно верное для всех воспитание?
Ладно, пусть так. Но как же без того, чтобы не воспитывать? Да и реально ли без этого вырастить нормального человека? Есть ли смысл в выражении «воспитание без воспитания»?
И, наконец, нужно ли кому-то такое воспитание?
Нужно. Более того – необходимо. При одном условии: если мы собираемся приспособить ребенка к жизни в обществе. Впрочем, даже не так: оно необходимо, чтобы ребенок выжил.
Вдумчивый читатель возразит: да какое отношение воспитание имеет к выживанию? Вон есть же маугли – они и так выжили! Какое воспитание могли дать им волки и обезьяны?
Свое. Звериное. Передача навыков выживания – самое настоящее воспитание. Или мы тешим себя мыслью, что воспитание – это привилегия исключительно человеческая?
Как бы не так! Может быть, в отношении амебы либо креветки понятие «воспитание» и не применимо, но к птичкам и зверям – очень даже. Кто сомневается – почитайте труды натуралистов. Хотя бы Сетона-Томпсона, которого неоднократно печатали на русском языке.
Инстинкты? Частично да. Но частично – несомненное «целенаправленное формирование навыков». Не так мы далеки от животного мира, как многим это кажется.
Полностью уйти от воспитания вряд ли получится. Хотя бы потому, что мы воспитываем своих детей (и не только их) даже тогда, когда, казалось бы, вовсе ничего не делаем. Распространено заблуждение, что воспитание – это нотации и поучения. Как раз наоборот: если мы вынуждены читать нотации и делать выговоры, значит, в воспитании у нас появились реальные трудности.
Потому что давать воспитание и «воспитывать» – вещи разные.
И все же: кому нужно воспитание?
По всей видимости, нам. Конечно, можно сколько угодно говорить, что «все это» ребенку пригодится, что мы стараемся не для себя, думаем о его будущем… А давайте честно: для кого, как не для себя, мы растим свое чадо? На кого втайне надеемся, как на опору в старости?
А что же он – наш ребенок? На первый взгляд, никакое воспитание ему не нужно. Ему что с ним, что без него.
Но только на первый.
Все свое детство дитя проживает с вопросом: КАК?
Как поступить.
Как научиться.
Как сделать первый шаг.
Как себя вести в новой ситуации (а для него, ребенка, новая ситуация – на каждом шагу).
Как узнать.
Как спросить.
Как правильно…
Ответы на эти бесчисленные «как» он ищет везде, но в первую очередь – у родителей. У папы и мамы.
И вовсе не обязательно это будут вопросы. Скорее наоборот. Больше всего и чаще всего ребенок учится, наблюдая.
Как поступают другие. А самые близкие и самые авторитетные другие – опять же папа с мамой.
И это – самое настоящее воспитание. Когда воспитывают, не воспитывая.
Воспитание без воспитания.
И вот такое воспитание необходимо ребенку как воздух. Беда в том, что воспитывать не воспитывая может любой.
Более того, каждый родитель делает это ежедневно, ежечасно, ежесекундно. Даже не подозревая о том, что занимается важным и очень ответственным делом.
В этом и заключается беда. Ибо вне зависимости от нашего желания мы передаем ребенку слепок своей жизни. Своей судьбы. Которой сами зачастую недовольны. И которой, возможно, ему не желаем.
Именно поэтому воспитывать без воспитания нужно уметь.
А если не уметь, то хотя бы представлять, что это такое.
Может быть, пригодится.
Даже наверняка…
Зачем мне это?
Надоело – поучают, поучают.
Надоело – поучают, поучают.
«Поучаем. Поучаем!»
Поучайте лучше ваших паучат!
Х/ф «Приключения Буратино»
Совершенно законный вопрос. Автор уже извелся весь, доказывая, что воспитание идет своим ходом и фактически даже не требует нашего активного вмешательства. Мол, солдат спит, а служба идет.
Чего же тогда напрягаться, читать какие-то методики, следовать чьим-то советам?
Да к тому же автор внаглую заявляет, что опыт наш так себе и передавать его нет никакого смысла. Верно ведь?
Отчасти. Опыт, знаете ли, дорогого стоит. Просто иной раз он слишком дорого обходится.
Наш жизненный опыт обязательно нам пригодится. Может быть, и не только нам, но и нашему ребенку. В чем-то.
И это замечательно. Только вот к свободному воспитанию передача опыта имеет отдаленное отношение. Ведь это самое свободное воспитание – не поучения и не установки. И, в общем, даже не столько личный пример.
Суть воспитания без воспитания отчасти раскрывает одна притча, которую читатель наверняка знает.
Помните историю про заблудившегося в лесу мальчика, который встретил в пуще дедушку? Весьма странного, надо сказать. Вместо того чтобы отвести мальчика в деревню, тот сделал вид, что не замечает ребенка. И продолжал заниматься своими делами: собирать ягоды, жарить грибочки, строить себе шалашик из еловых веток…
И мальчишка быстро сообразил, что ежели он не хочет пропасть в суровых условиях темного леса, нужно делать так же.
И он сделал. И выжил.
А потом он нашел дорогу к дому – сам.
Может быть, главное в этой притче – личный пример? Мол, делай как я, и все будет отлично?
Ничего подобного. Никто же не заставлял: хочешь – делай, хочешь – ори дальше. Авось кто услышит. Или хватайся за дедову штанину: глядишь, сжалится.
Главное тут – свобода выбора. Никто ничего не навязывает. Никто не предлагает готовых решений. Думай сам…
И, само собой, последствия будешь расхлебывать тоже ты.
Так зачем же свободное воспитание родителям? К чему оно нам вообще?
Знаете ли, занимательный вопрос.
А вы хотите получить разностороннего, думающего, активного и самостоятельного ребенка?
Если да, то свободное воспитание вам в помощь.
Если вам удобнее иметь дело с покорным, послушным, внушаемым дитем, которое будет цепляться за мамину юбку и в сорок лет, – тогда нет.
Все просто, не так ли?
Свободный, деятельный и самостоятельный.
Либо активный, либо любящий, возможно, даже очень коммуникабельный, но… не свободный.
А это значит – не совсем настоящий. Не совсем искренний. И даже не совсем ребенок.
Конечно-конечно: мы тоже не свободны. Тоже не самостоятельны. Ведь все, на самом деле, очень относительно. И мои заявления тоже.
Тут дело в векторе движения.
Никто не гарантирует, что вы достигнете цели. Но если вы идете в правильную сторону, то, по крайней мере, приблизитесь к ней.
Другой вопрос, а нужен ли нам свободный и самостоятельный ребенок. Ведь за этим вопросом стоит другой, гораздо более страшный:
А нужны ли такому ребенку его родители?
В самом деле: родители кормят, защищают, оберегают, дают приют, учат, обеспечивают… Устраивают. Воспитывают. Помогают, наконец.
Ну понятно: пока он маленький, о какой самостоятельности и свободе может идти речь?
Но ведь подрастет! Ведь станет взрослым! Зачем тогда ему родители?
Зачем ему мы?
Действительно, незачем. По всей видимости.
Опека, защита, помощь… Они же требуются несамостоятельным, незащищенным, немощным. А ведь он должен вырасти сильным, независимым, умелым.
Вот ведь вопрос, да? Получается, есть два варианта. Либо мы воспитываем ребенка для себя, и тогда (если все получится) он и в старости будет греть нам бочок.
Уютный вариант, что и говорить.
Либо прилагаем все силы, чтобы он твердо встал на ноги. Желательно на обе. Но тогда.
А вот что «тогда», я не знаю. В самом деле не знаю.
Ибо ни вас, ни вашего ребенка я в глаза не видел. И не представляю, какой он – ваш реальный малыш. Чего он на самом деле хочет. И что для него в этой жизни важно.
А делать прогнозы, не зная исходных данных, – дело неблагодарное.
Но одно я знаю точно.
В результате свободного воспитания он не станет хуже. Злее. Циничнее.
А вот стать сильнее, добрее, решительнее у него есть все шансы. Все!
А теперь думайте, нужен ли вам такой ребенок. Если да – не будем терять времени. Пора уже вплотную познакомиться с этим загадочным «воспитанием без воспитания».
Воспитание без воспитания: основная концепция
А ребенок кротко смотрит на тебя и думает: ты, конечно, здоровый, можешь меня выпороть, однако как ты был с самого детства дураком, так дураком и останешься, помрешь дураком, но тебе этого мало, ты еще и меня дураком хочешь сделать…
Братья Стругацкие. Гадкие лебеди
А начнем мы с самого главного. С самой, можно сказать, сути свободного воспитания. С аксиомы, которая не требует доказательств, но на которой базируются все дальнейшие выводы и рекомендации.
Впрочем, концепция эта может показаться вам знакомой. Возможно, не в контексте воспитания, но наверняка вы ее встречали. Итак, основа основ воспитания без воспитания звучит примерно так:
Я знаю, что я ничего не знаю.
Знакомо? Еще бы! Сократ. Или Демокрит – кто ж теперь разберет. Давно дело было.
Да и не суть важно. Вопрос в другом: чем это выражение поможет в воспитании? По идее, должно быть все наоборот: воспитывать, как и учить кого-то, не имея знаний, – довольно бессмысленный процесс, не так ли?
Совершенно верно. Собственно, и свободное воспитание исключением не является. Самое смешное, что данная аксиома никак не исключает возможности воспитывать.
Между прочим, у приведенного мною выражения есть продолжение. По легенде, полностью фраза звучит так: «Я знаю, что ничего не знаю, но другие знают еще меньше».
К чему бы это вроде как совершенно бессмысленное с точки зрения математической логики выражение? Ведь ноль, как его ни сравнивай с другими нолями, не может быть больше либо меньше их.
Но смысл в выражении все же есть. Ибо тот, кто понимает, что на самом деле ничего не знает (об этом мы еще поговорим позже), уже знает чуточку больше, чем тот, кто не осознает даже этого. Но хватит философии, перейдем к практике.
Чем нам поможет такое парадоксальное знание?
Чтобы пояснить сказанное выше, позволю себе очередную притчу. На этот раз восточную.
Один западный ученый приехал к известному духовному учителю, чтобы тот растолковал ему смысл буддийского учения. Учитель по старинной дальневосточной традиции предложил гостю чаю. И стал наполнять чашку. Но, видимо, по рассеянности перелил кипяточку, и чай стал выливаться из переполненной чашки на пол. Гость заметил это и указал буддисту на оплошность. На что мудрый учитель заметил: «Вот и твоя голова, как эта чашка, переполнена собственными знаниями. Как же я волью туда еще и мои, не вылив то, что там находится?»
Поучительная притча. Однако мы не буддисты, и я вовсе не призываю читателя выбросить из головы все то, что он знает и во что верит, дабы наполнить ее сокровенными знаниями из этой книги.
Право же, не стоит. А вот на минуту забыть, оставить «за кадром» свои принципы, былой опыт, прежние воспитательные концепции иногда очень даже полезно.
Не навсегда. На время. Вы сможете достать их в любой момент. Если, конечно, они вам действительно понадобятся.
Почему так важно «забывать» о том, что мы опытнее, умнее, старше? О том, что мы должны воспитывать, подавать пример и наставлять на путь истинный?
Да потому, что когда мы считаем себя умнее и опытнее других, естественным образом возникает соблазн подсказать. Указать правильное направление. Настоятельно порекомендовать. Убедительно попросить. Заставить, наконец, сделать правильно.
То есть так, как хотим этого мы.
Конечно-конечно, вовсе не обязательно одно приведет к другому. Наверное, найдутся родители, которые при всем своем достаточно развитом самомнении не станут давить авторитетом. Только много ли таких наберется? Да и рано или поздно, но если ружье висит на стене, когда-нибудь оно выстрелит. Так что самое первое, что нужно помнить: на самом деле мы ничего не знаем.
Наши познания, накопленный опыт – все это помогло нам. Или не помогло. Может быть, поступи мы по-другому, результаты были бы значительнее. Кто знает?.. Где тот пророк, который определит, что для нас было бы лучше? Как изменилась бы жизнь, сделай мы иначе?
Мы этого не знаем. И, видимо, никогда не узнаем. Тогда почему мы утверждаем, что надо делать именно так, а не иначе? Что вот это – зло, а то – добро?
Тем не менее без фанатизма. Без фанатизма!
Да, в этом мире ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов. Это так. Слишком быстро все меняется. Слишком много информации. Разной. Когда одно опровергает другое.
И на что же нам опираться, кроме своего опыта и своего же здравого смысла?
Еще раз: без фанатизма!
А теперь очередное лирическое отступление. Необходимое. Без этого отступления, боюсь, наша основная концепция будет казаться зыбкой и оторванной от реальности.
Что есть ребенок?
Наша ли это копия, созданная, скажем, совместными усилиями меня и моего партнера?
Может быть, это нечто вроде движимого имущества, собственности? Чего тут возмущаться – такое понимание «детского вопроса» превалировало сравнительно недавно, годков двести-триста тому назад. А кое-где существует и поныне.
Или ребенок – это случайность, живой организм, который свалился как снег на голову и с которым надо как-то уживаться? Или вот еще вариант: рожденное дитя – это душа, данная нам на сохранение. На время…
Понятно: своих детей мы любим. Или, по крайней мере, считаем, что любим. Мы о них заботимся. Или делаем вид, что заботимся. И, конечно, они для нас свои, родные. С ними нам приходится мириться – с радостью, умилением или же с плохо скрываемым раздражением. Уж как кому повезло.
И все же это никоим образом не снимает вопроса: а кто он для нас – наш ребенок?
Ответ на него знает любой родитель. Повторяю: любой. Потому что в данном случае меня совершенно не интересует объективная реальность. То есть как оно «на самом деле». Кто его знает! В данном случае мне важно именно мнение самого читателя. Ваше мнение. Кто для вас ваш ребенок? Откуда он взялся?
Понятно, вопрос далеко не простой. Но хотя бы в первом приближении.
* * *
А теперь внимание: правильный ответ!
Да шутка, шутка… Какие уж тут правильные ответы. Правда у каждого своя.
И тем не менее ответ, который содержит в себе потенциал будущего свободного воспитания, – это последний вариант. Помните?
Рожденное дитя – это душа, данная нам на сохранение.
К сожалению (либо к великому счастью), человек не рождается большим, сильным, умным и самостоятельным. Чтобы элементарно выжить, ему нужны взрослые люди, которые будут о нем заботиться. В первые месяцы – буквально не отходить от кроватки. Затем – оберегать, одевать, кормить. Позже – учить, воспитывать и, опять же, – оберегать, одевать, кормить.
Иначе он не выживет.
Поэтому еще раз: все в мире относительно. И воспитание детей в том числе. А посему, презентуя такую оригинальную вещь, как свободное воспитание, я тут же делаю оговорку: это всего лишь цель. Цель, к которой можно стремиться.
Итак, если читатель согласен со мною, что ребенок – это душа, данная нам на сохранение, на время (хоть и очень продолжительное), но никак не собственность или какое-либо «продолжение себя» (ведь любое «продолжение» подразумевает копирование, пусть и не полностью, пусть и в каких-то частях), то и поступать в отношении этого дара нужно соответственно. Как?
А так, как поступают с тем, что доверено нам на время.
И что от нас требуется?
Сберечь. Сохранить.
Не сломать. Не испортить.
Задача не из легких, ведь ребенок – он живой. Его невозможно поставить в кладовку или положить под стекло. Нельзя запереть в сейфе. С ним следует общаться. Его надо растить. Вот задачка-то, правда?
С одной стороны – сохранить то, что есть. Не навредить.
С другой – помнить, что он изменяется. Растет. Набирается опыта. Взрослеет.
Становится другим.
И что же делать нам? Отойти в сторонку и наблюдать? Не получится. Влиять, «формировать», воспитывать – а как же тогда сохранить то, что заложено в нем самом? Не искривить, не заглушить, не затоптать?
Неординарное дело, не правда ли? Но я совершенно открыто предупреждал: свободное воспитание – это не самый простой путь. И не легкий. Так что еще есть время остановиться. Попробовать чего-то попроще.
Ну а если трудности вас не пугают – вперед. Пора познакомиться с основными правилами свободного воспитания.
Правило № 1. Не говори, а делай!
Если все время говорить «А что если», то всю жизнь сиднем просидишь на месте.
Роальд Даль. Чарли и большой стеклянный подъемник
Понятно, что для того чтобы воспитывать эффективно, нужно иметь какие-то инструменты. То есть знать, как можно воздействовать на воспитуемого. В традиционном воспитании таких инструментов немало.
Это слова, если надо:
• объяснить;
• уговорить;
• доказать;
• предупредить;
• наорать;
• привести пример;
• напугать;
• внушить;
• похвалить и т. д.
Это дела, если надо:
• показать;
• научить;
• исправить;
• помочь;
• отшлепать;
• проконтролировать;
• организовать;
• потискать;
• (вставьте свой метод).
А еще можно подкупить, приучить, заставить силой, шантажировать любовью. Обмануть, наконец.
«Какие же это воспитательные методы?! – воскликнет внимательный читатель. – Тут же добрая половина – антивоспитательные!»
Вот тут я не соглашусь.
Что значит воспитание? Это целенаправленное воздействие. То есть я хочу чего-то добиться от ребенка и с помощью определенных методов заставляю его это сделать.
Но бывает, что мы и не собираемся воздействовать, а все получается как-то само собой.
Ребенок в садике ругается матом. Где «набрался»? Дома, у папы. А папа его этому не учил…
Таким образом я, к примеру, считаю любое воздействие, которое приводит к каким-то изменениям в поведении либо мироощущении ребенка, воспитательным.
Желаем ли мы того или нет, но он «воспитывается» непрерывно. И зачастую приучается не к тому, что мы хотим в нем видеть.
В связи с этим главной задачей свободного воспитания мне видится вовсе не какое-то полезное для ребенка «воздействие», а, наоборот, уменьшение его до разумного минимума.
Именно поэтому – воспитание без воспитания.
И многие традиционные методы воздействия в этом нам не помощники.
Убеждение, внушение, уговоры… Ничего против не имею, действенные штукенции… Но не то! Все они подразумевают навязывание своей воли, своего видения. Может быть, и правильного. Может быть, и мудрого. Но своего. Не годится!
Запугивание, обман, лесть – методы также иной раз весьма эффективные. В принципе, они немногим отличаются от предыдущих. Но в рамках свободного воспитания и эти превосходные средства не годятся.
С «делами» все обстоит несколько лучше. То есть с теми методами, которые подразумевают не словесные внушения в разнообразных их формах, а какие-то действия. По крайней мере, они намного честнее, чем увещевания. И даже физическое наказание более точно укажет нашему ребенку на серьезность текущей ситуации, нежели тысячи красивых и некрасивых слов.
Но гораздо важнее наглядный пример. Ребенок сам видит, что происходит в семье и что из этого получается. И делает свои выводы. А это самое ценное, что может дать воспитание. Любое воспитание!
Ключевое понятие тут – «воздействие». А вот как раз «воздействия» в свободном воспитании рекомендуется избегать всячески. Насколько это возможно.
Что же предлагается вместо «воздействия»?
Выбор. Обычный выбор, который мы в жизни делаем ежечасно.
Опытный в воспитательных делах читатель тут же возразит: да полноте! Какой тут выбор? Так ведь заранее понятно: при таком раскладе любое дитя выберет вкусное вместо полезного, красивое вместо теплого, бестолковое вместо нужного…
Совершенно верно! Именно это и случится. Особенно если вдруг, ни с того ни с сего, мы предложим все прелести свободного воспитания абсолютно неподготовленному ребенку.
Это примерно так же, как одним мощным рывком вытянуть глубоководную рыбу на поверхность. Лопнет она, эта рыба! Несмотря на наши гуманные устремления. Мы ведь хотели как лучше… У нас тут, наверху, и солнышко поярче, и кислороду побольше… И червячков всяких хоть отбавляй!
Одна беда: не привыкла рыбка-то к тому, что давления уже нет. Что не удерживает ее со всех сторон тонна воды. Ей бы постепенно.
К свободе нужно приучать по чуть-чуть. Либо с пеленок. Иначе будут трудности.
Ребенок-то, конечно, не рыба, не лопнет. А вот бед наделать может. И себе, и нам. Так что еще раз напомню о разумности, то есть постепенности. Вода, она, знаете ли, камень точит. Так вот: один из немногих методов «воздействия», который будет нам необходим, – это личный пример.
Я не зря взял в кавычки слово «воздействия». Потому что в воспитании без воспитания личный пример – это, скорее, не воздействие, а укрепление доверия к нам самим. Как со стороны ребенка, так и со своей собственной. Да-да, доверие к себе так же важно, как доверие к вам других людей. А может, и куда важнее…
Личный пример в свободном воспитании просто подкрепляет наш авторитет. Придает действиям силу и реальную наглядность. Личным примером мы снимаем всякие ненужные и опасные вопросы со стороны ребенка:
– Ага, а сам-то ты так не делаешь!
Конечно, личный пример используется не только в свободном воспитании. В традиционных педагогических системах данный метод тоже рассматривается в обязательном порядке. Только вот назначение его немного разное.
Традиционное воспитание призывает делать «как я».
В свободном воспитании личный пример предлагает всего лишь еще одну из нескольких альтернатив поведения.
Чувствуете разницу? Другими словами: заставить ребенка что-то сделать можно разными средствами. В том числе и личным примером. Мол, смотри, как надо, и делай так же.
А можно не заставлять, а предложить вариант – гляди, можно еще и так.
Конечно, это тоже влияние. Родители – величайшие авторитеты для малыша с самого его рождения. Это со временем родительский авторитет слабеет, растворяется, отходит на задний план. Данный процесс можно затормозить, а можно и существенно ускорить. Вот как раз это в руках родителей. Но в любом случае их поведение и слово очень важны для ребенка. И несомненно воздействуют на него, по крайней мере, до раннеподросткового возраста.
Поэтому наши действия, наш личный пример серьезно влияют на ребенка. И сколько бы мы ни говорили о воспитании, свободном от влияний и принуждения, полностью избежать этих вещей просто не получится. Как не получается укусить свой локоть, если, конечно, у нас нет какой-то страшной патологии. Природа, понимаете ли…
Что же такое личный пример и как им пользоваться?
Личный пример – штука незамысловатая. Вся суть ее, собственно, проста, как эмалированный тазик: старайся делать так, чтобы твои слова не расходились с делом.
Согласитесь, двоякое впечатление производит отец, который учит ребенка не врать, одновременно сочиняя благопристойную легенду о своих вчерашних похождениях «с друзьями» и требуя от сына подтвердить ее перед матерью.
Как-то неловко говорить о вреде алкоголя, ежедневно «поддавая».
Не очень убедительно звучат слова о бережливости и неумении тратить, когда мы только что влезли в очередной бестолковый кредит…
Примеры, в общем, приведите сами – думаю, так будет и нагляднее, и полезнее.
Само собой, вывод напрашивается автоматически.
Именно поэтому с выводами спешить не будем – хотя бы потому, что лично я очень не люблю то, что выходит «автоматом». Унизительно, понимаете ли. Спрашивается: зачем тогда мыслительный процесс?
Понятно: самое время указать на «плохие» примеры и клятвенно заверить себя и окружающих: такого больше не повторится. «Зуб даю»!
А я не стал бы спешить. Дело ведь вот в чем: воспитание наше – свободное. И растить мы собираемся человека свободного. В том числе и от вранья. А человек, который вынужден врать, не свободен. Хотя бы потому, что по доброй воле никто врать не станет.
Итак, каков вывод?
Пожелать родителю, как врачу, сначала исцелиться самому?
Не возражаю. Попробуйте.
А пока вы будете пробовать, позвольте полюбопытствовать: кто в это время станет воспитывать ваше чадо?
Вот ведь незадача: воспитание нельзя отложить. Оно все равно идет. Иногда вопреки нашим усилиям.
Что ж тогда делать: вообще не воспитывать?
Никаких проблем! Но свято место пусто не бывает. Будут воспитывать другие… А вам достанется самое интересное: пожинать плоды.
А знаете, большое количество детей, выросших в семьях алкоголиков, становятся убежденными трезвенниками. В рот водки не берут! Феномен, да? Казалось бы, вот он, негативный пример – родители-алкаши! Делай, как они!
К чему это я? Уж не призываю ли выставлять свои слабости напоказ? Не стесняться мелких и не очень грешков? Не скрывать от детей темные стороны характера?
Ну, видите ли, во-первых, дети зачастую знают о нас значительно больше, чем мы подозреваем.
Во-вторых, шило в мешке не утаишь. Рано или поздно тайное становится явным.
Хотя порой и не становится.
Вот ведь ситуация: куда ни кинь, всюду клин.
Нет, конечно, если вы – примерный семьянин, не обремененный вредными привычками, да к тому же замечательно справляетесь со всеми трудностями и проблемами, со своими желаниями и страстями, живете в мире и согласии с домочадцами и купаетесь в уважении соседей и друзей, тогда все прекрасно! Живите, как живете, и никакого дополнительного воспитания точно не понадобится.
А если нет?
А если нет, то хотя бы…
Пробуйте. Предпринимайте попытки.
Если, конечно, вы действительно готовы воспитывать нашего ребенка. Именно воспитывать, а не представлять собой наглядное пособие по воспитанию.
Порой именно попытки учат большему, чем самые захватывающие примеры. По очень простой причине: «готовый» пример зачастую воспринимается как некий дар свыше.
Подумаешь, штангу поднял в два центнера… Так он от природы здоров как бык.
Другое дело – видеть, как близкий человек, которого ты хорошо знаешь и которого, казалось бы, изучил до последней черточки, старается измениться – вот это уже гораздо интереснее. И заслуживает куда большего доверия…
Лучшее воздействие в свободном воспитании – личный пример.
Но как это выглядит на практике? Как применять эту воспитательную меру?
А применять как раз и не нужно. Что значит – применять? Использовать время от времени. Так сказать, в случае надобности. Вот сегодня, к примеру, учимся честности. Да, Машенька? Сейчас мама покажет, как быть честной. И всегда говорить правду. А когда Машенька уйдет в садик, можно и расслабиться. Все время не врать – это же так утомительно!..
Личный пример именно потому лучший метод свободного воспитания, что применяется он постоянно. Непрерывно. При любом общении с ребенком.
Фактически это обычная семейная жизнь.
Так в чем же разница между обычной жизнью и таким вот растянутым во времени личным примером?
Разница в осознании.
Когда я осознаю, что мои поступки и действия что-то значат не только для меня, но и для других, я как-то внимательнее отношусь к себе. И своему поведению.
А это уже немало.
Однако тут подстерегает еще одна опасность, которую желательно мастерски обойти. Это опасность выставить себя напоказ. Позерство.
Вот этого как раз делать не нужно. Знаете ли, дети наблюдательны. Они многое видят и многое запоминают. Иногда больше, чем мы предполагаем.
Так что прошу не переигрывать. Просто иногда задумываться над тем, что мы делаем.
Что еще? О, еще много чего! К примеру, политика честности. Но об этом – в следующей главе.
Правило № 2. Врать вредно
Ну, думаю, была не была: возьму да и скажу на этот раз правду, хотя это все равно что сесть на бочонок с порохом и взорвать его из любопытства – куда полетишь?
Марк Твен. Приключения Гекльберри Финна
Не то чтобы нельзя, но вредно. Как правило. Особенно в долгосрочной перспективе.
Есть такой рассказ: «Честность – лучшая политика». Написал его Гордон Джон.
Довольно забавная история. Любителям фантастики наверняка понравится. Правда, на самом деле честной политики там нет. Сплошной обман и манипуляции. Но название хорошее. Правильное.
Знаете, честность иной раз – довольно обременительная роскошь. Однако она имеет одно важное преимущество, которое перевешивает многие недостатки.
Говорящему правду нет необходимости врать.
А это уже немало. И не только в воспитании, но и в жизни.
Знаете ли, в свободном воспитании (позволю себе еще раз оговориться: в моем его понимании) честность – не столько моральный принцип или этическая норма. Конечно, она включает и то и другое, но нас интересует результат. Практика. И рассматривать политику честности я буду именно с этой стороны. Главой ранее мы разбирали личный пример. Внимательный читатель, скорее всего, заметил минимум практических рекомендаций. Как-то непонятно: что делать? Что конкретно? Совершенно верно. Описывать каждый наш шаг, поступок (а личный пример – это и есть буквально каждый шаг, который мы делаем на глазах у ребенка) нет ни смысла, ни возможности. Поэтому правильным я считаю писать не о том, что делать, а о том, как.
И одно из этих «как» – по возможности честно.
Честно, в первую очередь, перед собой. Вот как раз ребенка обмануть можно. И, в общем-то, ничего сложного в этом нет. Но нужно ли?
Конечно-конечно, есть вещи, о которых «не при детях». О чем-то им знать рано, а что-то и вовсе не для детских ушей. Обычно это то, чего мы стыдимся. Хотя причем тогда тут дети?
Вполне согласен с тем, что есть темы, которые при них поднимать не стоит. Не то чтобы нельзя, а просто не время. В самом деле, могут не понять. Сделать поспешные и порой опасные выводы. Опасные и для себя, и для нас.
Но ведь зачастую мы врем на автомате. Даже тогда, когда нет никакой необходимости. Просто потому, что так проще. Привычнее. Безопаснее.
– Мама, а почему ты злишься? У тебя что-нибудь болит?
– Потому что вы с братом меня «радуете». Бардак в доме!
А мама пришла с работы, по дороге заскочила в магазин, ей нахамили, она устала, потратила больше, чем ожидала, а получка маленькая и грозят сокращением… Хочется отдохнуть и забыться, а дома – дети, муж. Надо варить супы, лепить котлеты…
Попробуйте это все объяснить ребенку! Вот так открыто и честно сказать: «Я тебя пока не хочу видеть! Я хочу отдохнуть от всех!» Правда, она, знаете ли, бывает очень жестокой. Именно поэтому и придумали ложь – мягкую подушечку, которая защищает от твердых скал истины.
– Папа, ты обещал повезти нас в аквапарк…
– Обещал? Когда? Ах да, помню, помню. Поедем обязательно. Только не сегодня: дел по горло. Разберусь, и поедем. Иди, поиграй…
Папа очень занят: у него активная переписка в соцсетях. А еще утречком пивка попил с соседом, куда там за руль…
Так что честно было бы так:
– Уйди, сынок, не до тебя. У меня на первом месте сейчас – переписка в «ВКонтакте» и в «Одноклассниках». Там как раз «в друзья» такая леди напросилась… Может, и до тебя дойдут руки… Когда рак на горе свистнет.
Нет, это не плохой папа. Обычный. Просто ему неинтересно возиться с ребенком. Понятное дело! Таких пап легион! Справедливости ради – и мам тоже.
А теперь предположим, что мы решились-таки стать честными. Ну и? Вот прямо так и попробуйте: подойдите к своему ребенку и скажите ему такую правду.
Хватило духу? Щечки алыми не стали? Глазки не забегали? Ничего внутри не екнуло?
Если нет – мне нечего вам посоветовать. Надо будет у вас поучиться.
Если да, то следует что-то менять. Или отказаться от принципа «не ври» (и тогда о по-настоящему свободном воспитании можно забыть, как и о свободном ребенке), или показывать другой личный пример.
А это значит – менять свою жизнь.
Невесело, да? Затруднительно. Долго. Даже, можно сказать, непрактично. Ведь есть десятки (а то и сотни) методик, которые предлагают воспитывать быстро, весело, без усилий. Тогда зачем нам еще одна, да такая затратная? Затратная и физически, и психологически, и душевно.
Отступись, читатель, пока не поздно! Купи книженцию «Как за два часа воспитать вундеркинда» или «Воспитание без проблем». Возможно, их авторы знают, как воспитать живого, настоящего, реального ребенка «без проблем» и за два часа. Я таких методов не знаю. И, подозреваю, вовсе не потому, что неграмотен либо глуп. Хотя нет: одно средство все же есть. Оно «без проблем». Даже без усилий. Знаете, как? Абсолютно бесплатный совет: сдать свое дитя в детский дом.
Не подходит? Ну, можно еще вовсе детей не заводить. Тоже вариант…
Если и это не подходит, тогда только усилия. Только работа. Которой может быть слишком много, потому что мы делаем не то или не так. Но она может приносить радость и хорошие плоды. При сравнительно небольших усилиях.
Но совсем без усилий не будет и результата.
Понимаю: жить по правде, быть честным везде и всегда весьма проблематично. Вот если бы все. Не случайно у нас про честного человека говорят обычно с некоторым надменным пренебрежением: наивный.
Но видите ли, читатель. В основном так говорят не про тех, кто не врет, а про тех, кто болтает лишнее где надо и, главное, где не надо. Язык мой – враг мой. Это, как-никак, весьма тонкое наблюдение. Слово – серебро, молчание – золото. Тоже о чем-то говорит?
Молчать я вовсе не призываю. Язык для того и дан, чтобы им пользоваться. Наводить коммуникации. Обмениваться информацией. Помогать. Объяснять. Просить о помощи.
Я о другом. О том, что нужно различать два понятия: «говорить правду» и «быть правдивым».
В первом случае мы доказываем другим свою правоту.
Во втором – стараемся сами поступать по правде. По совести. То есть правильно.
Надо сказать, что в большинстве случаев наша правда никому не нужна. Не исключая и наших детей. Потому что у каждого правда своя.
А вот второй вариант гораздо предпочтительнее.
Но давайте перейдем к деталям. Ведь именно в них скрывается дьявол. И не только он, но и «секрет» эффективности.
С чем столкнемся мы, начав жить по правде?
Спешу успокоить: ни с чем таким, с чем не сталкивались ранее. Потому что вдруг взять и начать жить «правильно» не получится. Это бросить курить можно одним махом. И то – обладая завидной силой воли и огромным желанием победить зависимость. Так что можно расслабиться: вот так и сразу не выйдет.
Более того: даже постепенно, «по плану», вряд ли что-то удастся. Не тот случай, чтобы составлять планы.
Тут все проще: нам не нужно начинать. Нам следует научиться держать в уме эту установку. Приучать себя идти не самым легким, но самым разумным путем.
Вовремя себя одергивать.
Навык не выработается моментально, но ведь никто и не подгоняет. Кроме нашей совести и чувства ответственности. А они наверняка должны присутствовать. Ибо в противном случае и заводить детей-то – преступление. Понятно, что никто никому не должен. Но опять же – за все нужно платить.
Самый первый шажок – выработать в себе условный рефлекс, реакцию. И эта реакция – внимание.
Вот прямо так – внимание!
Поясню: при появлении ребенка в зоне нашего влияния мы должны перенаправлять на него свое внимание и «включать» слух.
Для начала достаточно, если реакция «внимание» будет возникать только тогда, когда дитя непосредственно к вам обратится. С вопросом, просьбой, с радостным известием… С простым «Здравствуй, папа!»
Нетрудно, правда? Это на словах. А вот на деле попробуйте! Мы ведь привыкли действовать на автомате. Поэтому уточню: я говорю о необходимости включить слух, а не имитировать внимание. – Папа, я сегодня «десятку» по математике принес…
– Да-да, молодец… Положи на полку…
Казалось бы, делов-то: секунду послушать, что скажет сын или дочь. Всего лишь послушать.
Но сразу оговорюсь: тут нужна тренировка. Первое время будет не то чтобы трудно… Но непривычно.
Как-то вот именно сейчас нет времени.
Не вовремя подошел.
Обстановка не располагает слушать…
Может, в следующий раз получится?
А сейчас вроде бы ничего не мешает, да вот досада: опять вырвалось привычное:
– Погоди, не тараторь: а ты уроки сделал?
Нет, сами понимаем: не нужно было перебивать, ведь внимание и все такое. Но как-то само собой вышло!
Вот с этим-то «само собой» и придется серьезно сражаться. Ничто так прочно не укореняется и так трудно не изводится, как автоматические реакции. То есть те, которые нарабатывались годами. Или десятилетиями. Зачастую – практически без участия нашего сознания.
Ничего. Со временем. Главное – пробовать. Не вышло? Сорвались? Бывает. Давайте исправим. Не потом – теперь. Тотчас же.
– Варь, извини… Я не расслышала: что у тебя там с подругой?
– Саня, погоди минуту. Прости, я был занят. Расскажи еще раз, хорошо?
– Ой, чего-то я задумался… Погоди, так ты рассказывала…
Ну, если уж совсем невмоготу признавать, так можно ведь смягчить ситуацию. Сочинить фразу вроде:
– Ты что говорил?.. А, я не так понял…
Однако, знаете ли, не советую. Конечно, на мой взгляд, лучше пусть обманное, но внимание и ласка, чем честная агрессия и ненависть.
Но также я почему-то уверен, что вы, мой читатель (или читательница), никоим образом не испытываете ненависти к своему ребенку. Так?
Значит, и врать надобности нет.
На самом деле врать вредно. Вранье – вариант временный. Оно может быть долговременным, может – нет. Но не вечным. Нам же нужны крепкие основания. Хороший фундамент.
А теперь еще раз уточним, что значит «не врать» в применении к свободному воспитанию.
Вранье имеет много уровней. Более всего нас интересуют в чисто практических целях:
• коммуникативный, или уровень общения;
• уровень поступка или взаимодействия;
• уровень психологический, или внутренний уровень «правдивости».
Попробую объяснить, что я имею в виду под этими уровнями и зачем они вообще нам понадобились.
С коммуникативным все достаточно просто. Это уровень слов, общения. То, что можно объяснить с помощью речи. Обычно выражение «не врать» и воспринимают именно на коммуникативном уровне – то есть «не говорить неправду».
С уровнем поступка все несколько сложнее. Как правило, здесь слова не совпадают с делами. Хотя ситуация может быть двоякой: возможно, наш поступок окажется более честным, чем то, что мы декларировали. Правильнее было бы определить этот уровень лжи так: я делаю не то, что считаю правильным и честным, а то, что в данной ситуации более привычно, легко и несет мне наименьшие угрозы. Между тем это тоже вранье. Просто выраженное не на словах, а на деле.
И наконец, третий уровень. Психологический. Я его поставил последним, однако по важности он является первым.
Это честность с самим собой. Тот внутренний редактор, который решает, как поступить в каждой конкретной ситуации. Какую сторону выбрать: «светлую» либо «темную». Это критерии, по которым мы формируем свое отношение к миру. К детям в том числе. Именно по этим «лекалам» мы конструируем затем поступок.
Великолепно, когда психологически вы настроены не врать. Не только своему ребенку. Вообще. Самому себе в том числе (а это, поверьте, самое сложное). Значит, освоить остальные два уровня для вас, как говорится, дело техники.
Но для этого нужно принимать ребенка равным себе.
Искренне принимать. На самом деле. Без оговорки «когда вырастет».
Конечно, это не значит, что в этом случае наш ребенок становится взрослым. Берет ответственность за свои поступки. Приобретает все обязанности, которые наш мир щедро вешает на плечи совершеннолетнего гражданина.
Он равен мне. Но он – ребенок. И с этим нужно считаться. Если вам такое отношение к детям близко и понятно – прекрасно. Вам будет проще настроить другие структуры в соответствии с этой установкой.
Если нет, но, тем не менее, вы не враг своему ребенку и хотите видеть его не только сытым и одетым, но еще и счастливым (а это уже по умолчанию подразумевает свободу), что ж, попробуйте начать «снизу».
То есть, прежде всего, попытайтесь не врать на словах. Попрактиковавшись в этом, вы быстрее перейдете от слов к делам. Скорее всего, это произойдет само собой. Автоматически. Ну, а уж на таком фундаменте перестройка принципов тоже не за горами.
На коммуникативном уровне есть свои трудности. Как правило, проявляются они тогда, когда сказать правду не так-то легко.
Конечно, когда ребенок ничего не спрашивает, как-то легче. А когда припирает нас к стене неудобным вопросом? Вроде врать-то не хочется, но и правда как-то не к месту…
Есть варианты?
Есть.
Один из них – выждать время.
– Давай с тобой потом поговорим, договорились?
Или:
– Дай мне самому разобраться, хорошо?
А потом, знаете ли, может многое измениться. Или осел умрет, или эмир, или Ходжа…
Другой вариант, когда ребенок лезет в ваши личные дела. Туда, где, по вашему мнению, ему нечего делать.
Но вот ведь какая штука: доверительные отношения и ваше сокровенное – они как-то должны согласовываться. А у этих вещей это иногда получается не совсем здорово. Как же, разве мы не возмущаемся, когда у наших детей появляются от нас тайны и секреты?
– А я думала, что ты мне доверяешь! Я все-таки твоя мама! Видите ли, в подобных ситуациях я считаю, что любой человек имеет право на личную тайну. На сокровенное. И мы. И наши дети.
И если даже очень близкий человек хочет в эту тайну проникнуть, то мы можем ему в этом отказать.
– Знаешь, сынок… Это мое личное дело. Давай с ним я разберусь сам. Может быть, хочется помягче? Можно. Что-то вроде:
– Давай это останется моей тайной, хорошо?
Хотя воспитание свободного человека – это отнюдь не сахар. Иногда придется поступать достаточно жестко. Хотя бы потому, что мир вокруг нас далеко не всегда расцветает яркой радугой. Порой он становится серым и холодным. Или даже черным и страшным. А свобода – это мир. Весь мир, а не отдельные его кусочки, разрешенные кем-то к показу.
В конце концов, мы имеем право просто не обсуждать какие-то темы. Полное право. И будет гораздо честнее сказать: «Я не хочу об этом говорить!», чем выкручиваться, придумывая, как бы «по-честному» объяснить ребенку вещи, которые мы доверили бы не каждому взрослому.
Знаете, иной раз даже грубое: «Не твое дело!» будет не самым плохим вариантом.
И все же: если как-то объяснить можно – объясняем.
Если нет веской причины соврать – говорим правду.
Если есть возможность поговорить по-душам – разговариваем. Никаких особых сложностей, не так ли? А раз такое дело, давайте перейдем к следующей теме. И к следующему правилу.
Правило № 3. Твое личное дело!
– Форест, ты уже выбрал, кем станешь, когда вырастешь?
– Кем буду я?
– Да!
– А разве я не буду самим собой?
К/ф «Форест Гамп»
Еще один основополагающий принцип свободного воспитания. Который, кстати, многим родителям, склонным опекать своих детей везде и всюду, придется не по нутру.
Дело в том, что этот принцип разрушает стойкую, но, на мой взгляд, губительную для ребенка (да и для родителя тоже) веру в то, что папа и мама обязаны контролировать каждый шаг своего дитяти. Что на их плечах висит постоянный незримый груз ответственности за каждый поступок, каждое высказывание и каждую мысль малыша.
Что основа основ воспитания – это неусыпный контроль и опека. А вышедший из-под этого контроля ребенок – хоть на минутку, хоть на секунду – становится преступником, которого следует как можно скорее «поставить на место». Вернуть в загон.
Хороший воспитатель – тот, которого слушаются. Тот, которому подчиняются. Приказы которого выполняют.
Не суть важно, каким образом достигнуты эти цели. Главное, что дети получились воспитанные. В принципе, у нас само слово «воспитание» подразумевает репрессии. Разве не угроза звучит во фразе «ладно, придем домой, я тебя воспитаю»? Разве не наказание подразумевают отчаявшиеся как-то повлиять на подростка учителя, когда сетуют, что родители его «никак не воспитывают»? Разве не кожаный ремень имеет в виду мать, призывая супруга «воспитать, наконец» подросшего шалопая?
Итак, что же за крамольное правило я собираюсь предложить читателю?
В принципе, не такое уж оно и страшное. Разве что не совсем типичное для большинства мам и пап.
Более того: в некоторых сферах жизни – например, в учебе – мы даже поощряем подобные устремления.
– Чего ты к маме бежишь? Думай сам!
Это когда задачка не получается. Ведь как бывает: вроде бы он и подумать не успел (или не захотел), а уже спешит с тетрадкой: «А как тут делать?»
Само собой, пусть попробует решить сам. В конце концов, кому нужна эта учеба: нам или ему? Мы свое отучились… Так?
Но вот незадача: почему-то в других сферах жизни такую позицию мы, родители, встречаем в штыки.
– Пап, даже не знаю… Парень на дачу пригласил… Ехать, нет? Представили ситуацию? И? Ваш ответ Чемберлену?
Нет, я понимаю: рано ей по дачам таскаться. Да еще непонятно с кем. Да еще без нашего надзора. Да еще спрашивает, негодяйка!
А может быть, и вправду он нормальный парень? Да и пусть побудут вдвоем – не пятилетние поди. Без маминой юбки разберутся. А мы-то какими были?
Так все-таки «да» или «нет»?
Вот тут-то как раз и прячется ловушка. Что значит «да, иди»? Это значит «я разрешаю». Что означает «нет, только через мой труп»? Запрет. Но эти реакции – суть одно. То есть наше решение. За него – за нашего ребенка.
А слабо сказать: знаешь, доченька, это тебе решать…
Есть такой вариант в нашем лексиконе?
Ой, понимаю. Неудачный пример. Вот если бы чего-то «попроще». Например, в выборе одежды. Или мобильника. Или там карманных денег… Почему бы и нет: тут можно в демократию поиграть. Все равно нам это ничего не стоит. В смысле сил душевных. В смысле выбора морального.
А тут как же?! Это ведь слишком. Как тут пустить все на самотек? Совершенно верно. Решение предстоит принять неординарное. Возможны последствия. Может быть, весьма серьезные. Именно потому и спрашиваю: слабо?
Задайте себе этот вопрос. Прикиньте ситуацию на своего ребенка. А, у вас мальчик.
«Отправьте» его добровольцем в «горячую точку». Тоже вариант. Сможете сказать:
– Это твое дело…
Или. Или?
Жестокая эта штука, свободное воспитание, да? Но я честно предупреждал, что малинового варенья не будет. И если нам ближе и приятнее опека, позиция вечного защитника или наседки – не беритесь. Вам это НЕ НУЖНО!
Для тех же, кто не боится трудностей и готов их героически преодолевать, сформулирую очередное правило свободного воспитания. Звучит оно до неприличия просто:
Пусть решает сам.
Как-то слишком уж наивно, так? Безответственно. В самом деле: он же еще ребенок. Какое там «решает»!
Конечно, автор шутит? Само собой, здесь должна быть оговорка: под нашим бдительным и неусыпным контролем.
Или, по крайней мере, в определенной ситуации. Там, где это самостоятельное решение ни на что существенно не повлияет. Ну, можно еще согласиться с поправкой на возраст.
Л если без всяких поправок и оговорок?
Но, наверное, так не бывает? Чтобы ребенок решал сам за себя? Ладно, если это подросток или старшеклассник. Почему бы и нет. Да и то с оговорками. Опыта-то у них, этих молодых, еще мало. Но уж точно не пятилетний! И даже не семи! Да и в десять лет какая ответственность?.. Это же беды не оберешься. Очень даже может быть. И все-таки я настаиваю: пусть решает сам. Причем приучать к самостоятельным решениям нужно с самых малых лет. Даже до того, как ваш малыш научится разговаривать. Но совсем маленьким детям я посвящу отдельную главу, пока же давайте рассмотрим возраст постарше – годиков от четырехпяти, когда ребенок уже хорошо разговаривает и, в принципе, легко переходит на вербальное общение.
Наверняка в разных воспитательных методичках вы встречали что-то вроде кругов свободы. То есть распределения «можно» и «нельзя» в соответствии с возрастом и уровнем самостоятельности и ответственности ребенка.
Обычно «зону свободы» делят на три неравные доли:
• «можно»;
• «можно, но…»;
• «нельзя».
Пересказывать эту модель не буду. Кто желает с ней ознакомиться, почитайте другую мою работу – «Как вырастить личность: воспитание без крика и истерик».
В данной же книге я предлагаю иную модель. В корне отличную от первой.
Чтобы расставить точки над «i»: «новая» модель ничем не лучше. Просто предназначена она для других целей. Спиннинг ведь тоже не лучше удочки. Только на него ловят щуку, а на удочку – леща.
В книге «Как вырастить личность» я предлагал читателю наиболее сбалансированную, по моему мнению, модель воспитания. Сбалансированную в смысле «ни вашим, ни нашим». В результате и ребенок, и взрослый получают примерно равную долю «одеяла». И не перетягивают его на себя.
Это хорошая модель. Но не моя. Да и не чья-либо. Она синтетическая. То есть собрана из самых разных источников, включает разные фрагменты знаний, опыта – как моего, так и других педагогов, психологов и воспитателей.
В свободном воспитании парадигма немного другая. Здесь гипотетическое «одеяло» будет на стороне ребенка. Большая его часть.
Хотя окружающим, скорее всего, будет казаться, что все наоборот. В свободном воспитании ребенок получает больше свободы, а следовательно, меньше ее остается у нас, его родителей. По крайней мере, в первое время – пока наше дитя обучается свободе. Учится быть свободным. Независимым. Самостоятельным. Потом мы уравняемся «в правах». А впоследствии каждый получит больше, чем рассчитывал.
Но для того чтобы прийти к такому результату, придется «по-ужаться». Приложить усилия. В чем-то ограничить себя.
Перевели дух? Готовы идти дальше? Поехали…
Итак, как же действует правило «решай сам?»
Да очень просто. В каждой ситуации, когда есть выбор – пойти туда либо сюда, сказать то либо это, сделать так либо иначе, – мы оставляем его за ребенком.
Это сложное дело. Ибо когда мы отдаем ему выбор, ответственность за его решение все равно ложится на нас. Все-таки живем мы в одной семье.
Более того, выражение «моя свобода кончается там, где начинается твоя» – это не абстракция. А самое что ни на есть практическое руководство. Так что добавляя там, мы урезаем здесь.
Дети – особенно младшего возраста – часто справляются у родителей, что и как им делать.
Это естественно: ребенок учится, и один из способов этой учебы, или познания мира, – впитывание готовых знаний. У кого же брать готовые решения, как не у авторитетнейших людей – мамы с папой? Он и берет.
И это нормально.
Но не замечательно. Почему? Да потому что такой способ обучения не развивает самостоятельности мышления.
Как заучивание стишка не предполагает размышления над его смыслом. Куда интереснее, когда родитель предлагает сразу несколько вариантов.
– Папа, у нас в школе на «рисование» записывают! Мне идти?
… конечно;
… может, дома порисуешь?
… а как ты думаешь?
… а ты рисовать-то любишь?
… а времени у тебя на рисование хватит?
… а может, танцы?
Это не варианты ответа. Это варианты выбора. Для маленьких они будут куда уместнее, чем кивок:
– Как хочешь…
Хотя на самом деле самый главный критерий – именно этот: как он хочет. А не хочет – и не надо.
Чем младше ребенок, тем меньше вариаций этого выбора. Фактически, для начала он делается между «да» и «нет». Решиться или отказаться от попытки.
– Зайка, можешь пойти погулять. Или хочешь посидеть дома?
С возрастом и наработкой своего опыта выбор можно расширить вариантами.
Из простейшей ситуации «делать/не делать» формируем другую, более сложную: «так или по-другому». То есть вариант «не делать» остается, но добавляются варианты к «делать».
– Солнышко, пока есть свободное время, может, выучим новогодний стишок? Или поможешь мне убрать в комнате? Или отдохнуть хочешь?
Предвижу ехидные улыбки читателя: ну что за варианты?! Так мы далеко не уйдем! Ежу ведь понятно, что выберет наше чадо. Развлекаться, а не трудиться. Бить баклуши, а не учить уроки. Сидеть за компьютером, а не заниматься физкультурой.
Где система стимулов? Где железобетонный принцип: «Не умеешь – научим. Не хочешь – заставим»? Кстати, здоровский принцип. Очень эффективный в плане воспитания человека светлого коммунистического прошлого. Но нам нужно ведь и будущим мыслить, не так ли?
Но о стимулах позже. Пока о том, а стоит ли давать какие-то варианты, когда речь идет о свободном воспитании. Свободном! Делай, что хочешь, и ничего тебе за это не будет. А что? Говорят, японцы вот так и воспитывают. Вообще никаких тебе ограничений лет до пяти. И вона какая развитая нация!
Да, смысл в полностью свободном воспитании есть. В самом деле: маленький ребенок при всем своем горячем желании не сможет натворить чего-то катастрофического (мы же не дадим ему в руки автомат Калашникова, верно?). Ну, разрисует пол. Так можно ведь и вытереть… Ну, сломает игрушку. Да и Бог с ней! А спички с хрустальными рюмками можно и подальше спрятать.
Не зря же говорят: маленькие детки – маленькие бедки.
Но Россия или Беларусь – это не Япония. Менталитет не тот. Традиции иные. Люди другие. Конечно, если вы не выходите из дома, можно попробовать дать малышу полную свободу. Но ведь пять лет взаперти не просидишь!
Это японский малыш до пяти лет воспитывается мамой. Наш – яслями. Детским садиком. Бабушкой с дедушками. Улицей. А улицы Самары, Москвы, Тамбова или Минска разительно отличаются от улиц Осаки или Токио. И то, что для японского малыша будет обычным делом, нашему может здорово аукнуться. Последствиями. И не только малышу, но и его родителям. То есть нам. Фраз:
– Уберите своего ребенка!
– Девочка! Это не твоя игрушка!
– Мальчик, не трогай это!
Или популярное:
– Мамаша, смотреть надо за своим ребенком!
в Японии не услышишь. У нас же одними фразами дело может и не ограничиться. Так что делаем выводы.
А я продолжу. Итак, выбор. То есть варианты, предлагаемые нами. И каверзный вопрос: а если он выберет вкусное и сладкое вместо полезного, но невкусного?
Ну, так и пусть выбирает. В самом деле: земля не перевернется, если дитя поступит по-своему, а не по-нашему.
Тем более наш-то авторитет не пострадает никак. В этом, кстати, заключается еще один плюс свободного воспитания.
Нельзя потерять авторитет, не опираясь на него.
Что мы понимаем под авторитетом? Правильно: то, слушает ли ребенок наши приказы (или просьбы). Или нет. А если мы не командуем? Не просим? Не даем указания?
Совершенно верно: тогда никакого авторитета не теряем. Просто потому, что мы его не демонстрируем.
Но, тем не менее, родительский авторитет в таком случае не только сохраняется, но и укрепляется.
Все просто: если родитель уважает мнение ребенка, то и ребенок уважает мнение родителя.
И еще: чем реже мы пользуемся собственным «авторитетом», тем эффективнее будет его применение. Если же к месту и не к месту давить дитя своим мнением, то довольно скоро вместо любви и уважения к родителю останутся только раздражение и страх. Которые, может быть, тоже помогают удерживать «дисциплину», но совместную жизнь уютнее никак не сделают.
Да, я всерьез предлагаю предоставить выбор ребенку.
Но лишь в том, что касается непосредственно его. Или – и его в том числе. В значительной степени.
Если же в возникшей ситуации затрагиваются интересы других, тут уже нужно учитывать мнения всех. И либо принимать решение коллективно, либо отдавать его на откуп тому, кого это больше всего касается.
Мы же помним: моя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого.
А уж определить, «чья» это ситуация, на самом деле несложно, правда?
– Мама, а пусть на Машином дне рождения будет медовый торт!
– Это Маша будет решать. Ведь это ее день рождения.
– Папа, мне надоело ходить, пойдем домой!
– А вот твоя сестра и мама хотят погулять. Извини, родной, но трое одного не ждут. Хочешь – иди домой сам.
– Мама, Денис не дает мне поиграть на планшете!
– Напомни мне, чей это планшет? Дениса? Тогда почему ты обращаешься ко мне?
Бывают, правда, ситуации посложнее. Когда, к примеру, «по правилам» вроде бы надо сделать так, но «по справедливости» – как раз наоборот. Как быть?
А ведь таких случаев немало. Особенно если у вас не один ребенок. Даже если вы совершенно искренне стараетесь поступать «по справедливости» и делить все доступные блага поровну. Ведь у нас есть еще и детский садик. Где, к примеру, одному в обед дадут кашу, а другому – упаковку йогурта. Уже вопрос!
Есть школа. Одни – в военный музей, на пушки смотреть, другие – в душных классах парятся.
А есть еще бабушки-дедушки, и хорошо, если у них нет любимчиков (что вряд ли).
А еще есть крестные мама или папа.
А дни рождения – это же сплошная несправедливость! Одному «надарили» поддома игрушек, а другому, само собой, ничего… Прошлогоднее-то не в счет! То, что было давно, – неправда! А свой день рождения – когда он еще будет.
Исправить мировую несправедливость мы, родители, не в состоянии. Хотя иной раз наши дети именно этого от нас и ждут.
Но мы можем научить воспринимать эту «несправедливость» безболезненно. Философски.
А можем пытаться устранить нарушения «на местах». Действительно, почему ребенок должен страдать, видя, что его брату или сестре что-то дают, а ему нет? Разве это справедливо?
Вот давайте, дорогой читатель, проведем маленький тест. Что бы вы сделали в ситуации, когда один из ваших детей, которому подарили, скажем, дорогой наладонник с играми, наотрез отказался бы делиться этим сокровищем с братом? (Если у вас один ребенок, на минуту представьте, что их двое.)
Варианты ответа:
• собрал бы деньжат и купил бы второму такой же, а то и лучше;
• восстановил бы справедливость, распределив время владения подарком между обоими поровну;
• забрал бы дорогой подарок себе, дабы не было раздоров;
• запретил бы родственникам и знакомым дарить такие вещи детям;
• объяснил бы второму ребенку, что распоряжаться подарком может только тот, кому его подарили, и что его претензии к брату (или сестре) необоснованны.
Какой вариант выберете вы?
Для сведения: здесь нет «плохих» и «хороших» вариантов. Они все имеют право на жизнь.
Так вот, в суровых реалиях свободного воспитания наиболее адекватным ответом будет последний. Самый жестокий – ведь мы фактически лишаем второго ребенка права на «социальную справедливость». Да, это суровая правда жизни: у Олежки (или Данилки, или Маринки) есть богатый и щедрый крестный папа, а у Владика (или Петьки, или Оленьки) – нет. Что ж тут делать – на чужой кусок не разевай роток.
Но не все так безнадежно. Это же не совсем чужой человек, правда? Твой брат (или сестра). Вот, сыночек (или доченька), и договаривайся. И, может быть, придете к какому-то компромиссу.
Вариант, на самом деле, хороший. Образно говоря, сразу убиваем двух зайцев: во-первых, мы преподносим суровый, но необходимый урок «мое – не мое», а во-вторых, у ребенка появится лишний стимул научиться договариваться. Искать компромиссы. Пусть даже с родным братом. Или сестрой.
А это – очередной шажок к свободе.
С возрастом варианты выбора не просто возрастают количественно. Подросшему ребенку («подросшему» в первую очередь психологически, ставшему более самостоятельным, научившемуся отвечать за свои поступки) предоставляют не просто варианты. Пусть и многочисленные.
Ему предоставляют свободу решать.
Конечно, мы, родители, можем что-то и подсказать. Почему бы и нет? Особенно если попросит. Но, может быть, он обойдется и без наших советов. И это, кстати, совсем неплохо.
Вот теперь, наконец, мы подходим к правилу «это твое личное дело» вплотную.
И подготовить к соблюдению этого правила нужно не только его, нашего ребенка, но и себя. Может быть, себя даже в большей степени.
Потому что с определенного момента мы не просто барским жестом бросаем ничего не значащее:
– Твои дела, сам и решай…
И даже не перекладываем на него ответственность за свои поступки. Это было бы слишком просто. И безответственно.
Мы взваливаем на себя дополнительную ответственность. И за свое решение – растить ребенка свободным, и за его. Ведь он по-прежнему остается нашим ребенком, которого мы будем оберегать, охранять.
В очередной раз спрашиваю: зачем нам это? Надо ли?
И в очередной раз отвечу. Нет. Нам это не нужно. Для нас это лишние усилия. Лишние нервы. И куда большая ответственность.
Знаете, в запретах есть своя прелесть. Они помогают просто разрешать сложные ситуации.
Это ему пригодится. И, скорее всего, не только в мифическом «потом», а в реальном «сейчас». Потому что возникнут сотни, тысячи ситуаций, когда нас не будет рядом. Когда потребуется решать самому. Наш ребенок будет к этому готов. А значит, не пропадет наш скорбный труд…
Bepul matn qismi tugad.
