Kitobni o'qish: «Дух северного волка»

Первая глава

Страх. Страх и отчаяние гонят меня вперед. Я несусь через лес, выбиваясь из сил. Я ненавижу свой страх, я ненавижу себя за этот страх. Раненная рука утратила чувствительность, кровь, смешанная с дождем заливает лицо. Мои сапоги наполнились водой и куртка отяжелела. Бежать становится все труднее, но лай собак, идущих по пятам, подгоняет меня. Как можно было умудриться вляпаться в такую передрягу?

Я бегу уже около часа и если в ближайшее время не смогу перевести дух, то рухну прямо в грязь. Резко свернув к участку плотно стоящих деревьев, падаю в мокрую листву у подножия одного из них. У меня нет другого выхода, мне просто необходимо немного времени на отдых. Пытаюсь собраться с мыслями и придумать выход. Что я могу сделать, чтобы остаться незамеченной и спасти свою жизнь? Нужно вспомнить курс капитана Элтона по выживанию в критической ситуации. «Я должна стать невидимой, стать невидимой, невидимой…». Времени совсем нет, я уже слышу голоса, они все ближе и в шуме дождя звучат зловеще. Мои преследователи приближаются медленно, внимательно всматриваясь в предрассветную тьму. Ужас заморозил конечности, и я никак не могу выйти из оцепенения. Точно знаю, что ждет меня, когда я буду поймана. Если меня изувечат или даже убьют, это еще не самое страшное. Гвардийцы народ жестокий и несговорчивый, они не дадут мне возможности оправдаться.

Грязь, вот мое спасение. Капитан Элтон говорил, что все, что я вижу вокруг, можно использовать во благо. Я сбросила сумку и начала кататься в грязи, зарываясь в верхние слои мокрых листьев. Все, они уже рядом. Я задерживаю дыхание и лицом погружаюсь в это месиво.

Мне холодно и страшно как никогда. Ни малейшего понятия не имею, кому молиться и есть ли в этом хоть какой-то смысл. Я не очень – то верю в богов. Ни один бог, ни разу мне не помог, всегда приходилось справляться самой. И сейчас я либо выстою, либо попадусь. Помощи ждать неоткуда. Дождь льет беспощадно, но теперь это мне на руку, благодаря его потокам не видно не зги, небо почти черное, тяжелое. Да и собакам сложнее идти по следу. Я затаилась и жду.

– Девчонка не могла далеко уйти, – голос настолько близко, что от ужаса, хочется вскочить и броситься бежать. Но это было бы самой большой и вероятно последней моей ошибкой.

– Шон, дальше идти нельзя. Мы итак зашли слишком далеко, в этот чертов лес. Ты же знаешь, что кроме ессенианцев здесь никто не может хорошо ориентироваться.

– Брось Кром, мы часто таскаемся сюда за дичью. Зашли сегодня чуть дальше – это ничего не меняет. Я не могу позволить ей уйти. Эта маленькая тварь слишком много видела, и мы не можем отпустить ее, – говорившего узнать было не трудно, это именно он метнул нож в мое плечо.

– Мы никогда не заходили так далеко, брат. Это опасно. Я даже не могу определить как близко ессенианская школа рекрутов. Дождь сбивает меня с толку. Ты прекрасно знаешь, чем грозит нам встреча с патрулем.

Во мне зародилась надежда. Быть может этот гвардиец прав, и мы недалеко от моего спасения. В панике я не слишком – то смотрела куда бегу, и это минус моим способностям в ориентировании. Мне знаком этот лес как никому другому. Я часто сбегаю сюда, чтобы побыть одной и скрыть ото всех свою горечь. К сожалению, сейчас у меня нет возможности осмотреться. Я уже не чувствую ног и задница одеревенела. О небеса, может, в этих двух еще есть остатки здравого смысла, и они отступят?!

– Кром, не дрейфь. Мы найдем ее, это всего лишь девчонка. Она одна в лесу, и ей должно быть очень страшно. Мне кажется, я чувствую запах ее страха. – Даже отсюда мне хорошо слышно, что это животное улыбается.

– У нас нет времени слоняться здесь. Не глупи, лес большой, а она лишь девчонка. Может она и не поняла ничего. А если и докумекала, то кто ей поверит? В рекрутскую школу она не сунется, девчонок там не жалуют, это знает каждый. Родителям расскажет, ну и что? Кто станет нас искать? Ей скажут, что дело это гвардийцев и ессенийские власти не станут соваться к нам, – Кром пытался образумить брата, и я с замиранием сердца ждала его решения. – Я знаю, что если ты втемяшил что-то в свою упрямую голову, это не даст тебе покоя, но сейчас не время охоты. На сегодня хватит! Услышь меня Шон, пойдем назад. Нужно вернуться в деревню и убрать за собой. Скоро рассвет и не хочется оказаться здесь, как на ладони.

– Хорошо, будь по-твоему. Но я ее запомнил, попадись она мне еще хотя бы раз…, и я не отпущу ее больше, – он засмеялся, каким-то нервным смехом, жутким и неестественным, а потом я услышала, как они удаляются.

И тут меня прорвало, я разрыдалась. Мне показалось, что тело мое сбросило оковы, давившие на меня с нечеловеческой силой. Я будто во сне, никак не могла поверить, что все закончилось, и я могу больше не бояться. Лицо этого борова еще долго будет преследовать меня, и шрам наверняка останется на брови, но это мелочи. С рукой все обстояло гораздо сложнее, я уже не чувствовала боли в том месте где торчал его нож, а это плохой признак. И все равно, я отделалась легко.

Мне пришлось унять дрожь, прежде чем отправиться в путь. Этот громила Кром прав, скоро рассвет и мне необходимо вернуться в казарму. Если кто-то заметит мое отсутствие, наказание будет не просто суровым, меня лишат всего, что я достигла за годы обучения. Потерять это место – было бы настоящим крахом для меня. Девушек в расположении всего пять и то, что мы вообще там находимся само по себе большая честь, тем более, что это часть эксперимента. Нам приходится нелегко, и сказать так, означает значительно приуменьшить давление, которое оказывают на нас. Каждый божий день, я и остальные девушки ощущаем ненависть рекрутов и даже инструкторов, которые призваны помогать нам повсеместно. Все они ждут наших промахов, чтобы отчислить и доказать дочери генерала Кастол, что девушки не могут сражаться наравне с парнями. Изо дня в день мы доказываем обратное, каждая по-своему. Продержавшись три с половиной года и почти завершив обучение, глупо вот так всё потерять.

Я встала и огляделась. Меня поразил тот факт, что до казарм рукой подать, а я даже не заметила. Этот проклятый дождь. Я вздохнула с облегчением, успею.

Минут через десять дождь внезапно прекратился, и стало светать, но я знала, как вернуться незамеченной. Мне удавалось делать это сотни раз, правда, никогда не затягивая до рассвета. Я вышла из-за группы деревьев на небольшую поляну с озером, которое часто служило мне утешением. Я убегала сюда, чтобы поплакать и побыть с собой наедине, собраться с силами и спрятать боль. Здесь мое пристанище. Нужно обогнуть это маленькое озеро и пройти сквозь рощу, а за ней расположение нашей школы. Я совсем успокоилась и утратила бдительность, а зря.

Погрузившись в мысли о сухой одежде и завтраке, я не заметила, как передо мной появился волк. Я застыла на месте не в силах пошевелиться. Он был огромным. Мне никогда раньше не приходилось видеть этих животных так близко, но я не думала, что они могут выглядеть так. То, что это был именно волк я не сомневалась, но меня смутило то, что он выглядел каким-то слишком сытым, слишком спокойным. Он просто смотрел на меня… с любопытством?! Волк не скалился и никак не проявлял агрессию, но одного его вида мне было достаточно, чтобы замереть. Пока я заворожено смотрела в морду этому созданию природы, позади него словно из ниоткуда вырос человек, и этот человек тоже показался мне огромным. Волк подошел к нему и сел у ног, и мой ужас сменился крайней степенью удивления. Эти животные не живут с людьми, их невозможно приручить, но этот самец, видимо и не подозревал об этом.

– Кто ты? И что делаешь здесь?– голос мужчины был глубоким, уверенным, сразу видно, что он привык к подчинению своей воле. Сложно было определить возраст, поскольку на нем был капюшон.

– Я не знаю вас и не обязана отвечать первому встречному. Отойдите с моей дороги, и я продолжу свой путь. – Время неустанно сочилось сквозь пальцы и если я задержусь еще, хоть ненадолго, мне не удастся миновать наказания.

–Я задал тебе вопрос, и не буду долго ждать ответа, – все так же сурово проговорил мужчина. Да что он о себе возомнил? Кто наделил его властью беспокоить людей без повода?

– Это не вашего ума дело. – Я сделала шаг вперед, собираясь идти дальше, но он грубо схватил меня за руку как раз там, где сегодня побывал нож. Оказывается, я еще способна почувствовать боль в этом месте. Я с трудом подавила вопль, но слезы предательски брызнули из глаз. Человек отшатнулся и одернул руку. Казалось, он сбит с толку, моя одежда была настолько грязной, что он не заметил кровь, и теперь ему было неприятно, что он вымазался в ней. Не скрывая отвращения, мужчина обтер руку о штаны и свистнул.

– Ты сама не захотела по-хорошему, – сказал он и за его спиной появился патруль.

Вот черт! Это плохо, очень плохо. Что со мной сегодня? Промах за промахом. Как будто и не училась столько лет бдительности и собранности. Вот теперь я точно пропала. Этих патрульных я очень хорошо знала, и встреча с ними отнюдь не обрадовало меня. Один из них подошел ко мне и присмотрелся:

– Вот это встреча! Аддарио, ты как здесь оказалась? Выглядишь как кусок дерьма. Ну, это и неудивительно, если тебя постоянно с ним смешивают,– и он засмеялся, громко и мерзко. Брай был тем, кого я презирала изо всех своих сил. Его издевательства и побои были особенно жестокими. Этот рекрут ненавидел меня с первого дня моего появления в школе и очень умело выражал свою ненависть. Мерзавец унижал нас всех, но я, почему – то стала любимицей. Каждый раз, увидев его, я вспоминаю свою пятую ночь в казармах и то чем она для меня обернулась.

Гнев затопил меня, и я среагировала молниеносно. Мой кулак достиг его лица, прежде чем он прекратил смеяться. Кровь хлынула из носа сплошным потоком, заливая рот и шею. Он согнулся и завопил:

– Чокнутая! Ты сломала мне нос! Ты совсем спятила, тварь… – Брай замахнулся на меня, и я внутренне подобралась, зная, какими тяжелыми могут быть его кулаки. Но он внезапно остановился, так и не обрушив на меня свою ярость. Что заставило его передумать? И тут я услышала глухое рычание, от которого волосы встали дыбом, и тело покрылось ледяными мурашками. Судя по округлившимся глазам Брая, такую реакцию этот рык вызвал не только у меня. Волк медленно втиснулся между нами, вынуждая моего обидчика попятиться назад, и оскалился на него.

– Интересно… – сказал его хозяин и щелкнул пальцами чуть слышно. Волк тут же подошел к нему и снова сел у ног. Голова, покрытая капюшоном, чуть приподнялась, и меня прошиб озноб от ощущения, что этот человек очень внимательно меня изучает.

Второй патрульный смотрел на меня полными холодного презрения глазами. Он был лучшим другом Брая и соратником во всех его гнусных делах.

– Ты же знаешь, чем это кончится для тебя, мелкая? Этот козел может и заслужил, но тебе подобного точно не спустит,– Дейт говорил очень спокойно, в обычной своей манере, он вообще был крайне уравновешен. Иногда его ледяное спокойствие означало прямую угрозу, как раз как сейчас.

– Вы знаете ее?– подал голос человек в капюшоне, который все это время не участвовал в разговоре, а лишь наблюдал.

Парни словно очнулись, вспомнив, что мы не одни. Лица их изменились, как будто они изо всех сил хотели выслужиться перед этим человеком. Это не могло не насторожить меня.

– Да, сэр. Это рекрут четвертого года Эйвери Аддарио,– сказал Дейт.

– Интересная у вас тут дисциплина. Итак, рекрут четвертого года Аддарио, повторю свой вопрос. Что ты здесь делаешь?

– То, что вы говорите со мной, не снимая капюшона и не представившись, уже само по себе говорит о вашем воспитании. По ливитийским законам, я могу уклониться от ответа, если человек, задавший вопрос не называет себя.– Меня понесло. Я отдавала себе отчет в том, что если эти два говнюка говорят ему «сэр», то это не мясник из лавки, но сегодняшняя ночь и унижение совсем лишила меня мозгов. Я всегда была дерзкой и неуправляемой, чаще всего именно эти мои черты провоцировали драки. Сама удивляюсь, как меня не выперли еще на первой неделе обучения.

– Знание законов, делает тебе честь, но в данном случае не поможет избежать моих расспросов. – Строго сказал мужчина с волком, а потом развернулся к патрульным. – Отведите ее в камеру, но сначала к лекарю, она ранена. Я поговорю с ней завтра, о том, что она делала в лесу ночью и почему пришла со стороны гвардийских равнин.

Мужчина подошел максимально близко, и я ощутила мощную энергию, силу и власть, исходящие от него. А когда он снял капюшон, я вздрогнула. Узнав его мужественное, рассеченное шрамом лицо, я поняла, что могу не пережить завтрашний день.

Вторая глава

Мы вышли из рощи и оказались у восточных ворот. Постовые, увидев нас, встали по струнке, и кажется, перестали дышать. Такая реакция не удивила меня, ведь человек, который возглавлял наш маленький отряд, был легендой и рядом с ним даже наши инструкторы вели себя скромнее. Он известен не только в Ессении, но и во всех землях необъятной Ливитии.

Прошествовав между зданиями казарм и, обогнув столовую, мы вышли к дому командования. Здесь жили инструкторы, и мой надзиратель направился именно туда. Когда я смотрела на его удаляющуюся спину, то в полной мере осознала, что он крепко держит меня в своих исполинских руках.

– Сегодня у меня полно дел, а завтра, я жду ее у себя. – Сказал человек с волком, обернувшись у порога.– А ты хорошенько подумай, что скажешь в свое оправдание. Только учти, ложь я чувствую на расстоянии.

Его последние слова были обращены ко мне, но напугали меня вовсе не они. Полный равнодушия и льда взгляд невероятно синих глаз, пробирал до дрожи. Репутация этого человека не обещала мне ничего хорошего.

Мой конвой сопроводил меня в грязную камеру, на полу которой лежала солома и больше ничего. С крыши все время капало, и импровизированная постель была совсем мокрой и в ней уже завелась всякая живность. Я так устала и замерзла, да еще и рука постоянно ныла, а рана на брови начала пульсировать. Опустившись на пол, я обдумывала положение, в котором оказалась. Меня выкинут из школы, не дав закончить учебу – это факт. Я выдержала три с половиной года унижений и постоянной борьбы, ради того, чтобы улучшить положение своей семьи.

Я выросла в Орсии, богатой лесами и горами. Орсия – это Ливитийская провинция к западу от Ессении, в которой я сейчас находилась. С детства я была непоседливой и непослушной. Моя старшая сестра в семнадцать лет вышла замуж, и меня ждала та же участь. Но я никогда не стремилась из родительского дома сразу попасть под опеку мужа, да и мужчину такого, я пока не могла себе представить. Я дорожила свободой и любила бегать по бескрайним полям, а еще лазать по деревьям. С семи лет я изучила все возвышенности, что находились в поле моего зрения.

Замужество сестры немного улучшило нашу жизнь, но Алессандра рожала детей, одного за другим, и скоро все стало как прежде. Мне было почти четырнадцать лет, когда объявили набор девушек по всей Ливитии. Это был, своего рода, эксперимент. Дочь генерала Кастол захотела, чтобы ее охраной занимались девушки, и твердо отстаивала свою точку зрения в совете. Она старалась выглядеть независимой. Ее отец, любящий и заботливый человек, позволил ей эту шалость, в надежде на то, что наше пребывание в казармах сломает нас, и она откажется от этой затеи. Но прошло больше трех лет и вот мы уже на грани выпуска.

Если бы я доучилась и меня назначили на службу при Амалии Кастол, то моя семья получала бы значительную помощь, в виде ежемесячного жалования. Это невероятный шанс оказаться при дворе и защищать члена королевского совета. Однако сейчас эти мечты рухнули.

Когда я захотела стать рекрутом, моя семья отчаянно возражала. Мама говорила, что это блажь и нужно думать о браке и детях. Братишка сам мечтал о такой возможности, но ему приходилось помогать отцу, без еще одной пары мужских рук, нам было бы совсем туго. Никто не верил, что я смогу попасть в эту школу и уж тем более продержаться почти до выпуска. Разве что отец. Он поддержал мое решение, давным-давно поняв, что я буду скверной женой. Он ужасно волновался, когда я проходила испытания.

Сотни девушек пытались попасть в эту школу, понимая, что это прекрасная возможность улучшить свою жизнь. И мне пришлось нелегко. Состязания сложные и при моей комплекции порой практически невыполнимые, заставили нас здорово попотеть. Конкуренция среди девушек, была значительно жестче, чем ежегодно у юношей. Большинство претенденток пришли из Гвардии, где даже женщины рослые и сильные. Крепкие и выносливые от природы они с легкостью преодолевали препятствия. Но последнее испытание на ловкость и сноровку, расставило все по своим местам и подарило мне шанс стать одной из победительниц. Нас осталось пятеро, помимо меня четыре девушки из Гвардии, три из которых и сейчас держались особняком даже друг от друга. В Гвардии люди недоверчивые и нелюдимые. Четвертая Клай, моя подруга. Она была сильно ранена, когда закончила последнее испытание, но прошла отбор и осталась с нами. Клай и меня распределили в одну комнату, и я ее выхаживала. Именно с тех пор она стала самым близким человеком для меня. Клай была наполовину гвардийкой, что делало ее крепкой и выносливой. А вот вторая ее половина происходила из Ессении и подарила ей мягкое сердце и добрые глаза. Мои приключения разобьют ей сердце. Каждый раз, когда я уходила в лес она волновалась, и каждый раз говорила, что это плохо кончится. «Прости Клай» – с сожалением подумала я.

Мне даже в голову не приходило, что моя ночная выходка сойдет мне с рук. Глупо, как глупо. Лучше бы я погибла от кулаков Шона и его брата, чем согласилась пережить этот позор. Как объяснить мое пребывание в лесу после отбоя? Я специально ушла еще до наступления темноты, чтобы зайти подальше в лес и исследовать те его части, которые еще не видела. Я понятия не имела, что окажусь в гвардийском поселении и увижу то, что мне не следовало. Как бы я не объясняла свой проступок, он все равно нарушает правило, самое главное правило: Не покидать расположение школы.

Мы уже двадцать три года не ведем военных действий с соседними провинциями, но у границ часто бывают стычки. Недовольные люди есть всегда, безоблачного счастья не способно создать ни одно государство. Гвардийцы частенько охотятся в богатых дичью лесах Ессении, но ессенианцы обычно закрывают на это глаза, если они действуют разумно и не попадаются. Все жители Ливитии свободно передвигаются из провинции в провинцию. Если ты поступаешь на службу или выходишь замуж за жителя соседнего государства, то ты становишься его гражданином.

Теперь мне придется вернуться домой, и снова быть обузой для семьи. От отчаяния и стыда я закрыла глаза. Изменить что-либо уже невозможно. Меня выведут к столбу возле здания командования и отберут форму публично, а потом отправят в Орсию с позором. Я видела такое не раз, это унизительно. Могу себе представить, сколько будет злорадных лиц, я ведь буду первой отчисленной среди девушек.

Сидя в своей камере, я слышала, как просыпается школа. Рекруты сновали туда – сюда, выполняя свои обычные утренние обязанности. Клай уже в столовой, мы сегодня должны подавать завтрак. Она наверняка места себе не находит от беспокойства, но новость разлетится быстро. Брай расскажет о случившемся всем, кого встретит на пути и проследит, чтобы через час о моем падении узнала каждая собака в школе.

Я провалилась в сон, тяжелый и тревожный. Во сне я снова бежала сломя голову, постоянно спотыкаясь и падая. Мне снилась та сцена, которую я застала в гвардийской деревне, кровь и крики были такими натуральными, словно я снова проживала все это на яву. Когда я проснулась, уже стемнело. Грязь, что покрывала меня засохла, и рука окончательно онемела. Брай и Дейт не выполнили приказа и не отвели меня к лекарю, такое пренебрежение к приказам, может привести к тому, что я потеряю руку. Тело промерзло до костей, и я ужасно проголодалась, а в камере была лишь кружка с водой. Охранники видимо принесли. Я жадно выпила всю воду и ощупала лицо. Глаз заплыл, и кровь запеклась, возможно, будет заражение. На руку было страшно смотреть. Такого желания помыться я еще никогда не испытывала. Мне кажется, окажись я в купальне прямо сейчас, буду сдирать грязь вместе с кожей, только чтобы избавиться от всего, что произошло со мной этой ночью.

Когда прозвучал отбой, двери моей камеры открылись, и вошел Брай. Этого мне только не хватало. Видимо, они с Дейтом напросились охранять меня, это единственное чем я могу объяснить их пребывание здесь после отбоя. Дейт не заходил в камеру, но я знала, что он рядом.

– Справедливость! Вот как это называется, маленькая тварь. Помнишь, еще на первом году твоего обучения я сказал, что ты уползешь отсюда с позором. Девкам не место среди нас. Я вбивал тебе эту мысль день за днем, и оказался прав. Я уже боялся, что ты продержишься еще полгода, но ты порадовала меня. – Он подошел ближе и опустился на корточки напротив меня. Его довольное лицо было таким мерзким, что мне непреодолимо захотелось плюнуть в него, что я и сделала. Мне уже нечего терять, ибо мое дело гиблое, но сделать это я хотела все эти чертовы три года. Ярость полыхнула в глазах Брая, и он ударил меня кулаком в лицо. Падая, я ударилась головой о стену и задохнулась от боли.

– Что у вас тут происходит? – голова Дейта просунулась в дверь.– Брай, дружище не перестарайся, нам влетит за дополнительные увечья.

– Расслабься Дей, все под контролем. Она уже, никому не нужный, кусок мяса и завтра ее вышвырнут за ворота, а потом и не вспомнят.

– Ну как скажешь.– И Дейт исчез так же быстро как появился.

– Ну вот, мы снова одни. Я бы напомнил тебе ту прекрасную ночь, когда ты была еще соплячкой, но ты настолько грязная, что противно даже смотреть. Наконец-то, ты нашла свое место. – Сказал Брай и ударил меня ногой в живот.

Я была в ступоре, такое редко со мной случалось, но напоминание о том, что произошло более трёх лет назад за казармами, ошеломило меня. Конечно, я никогда не забывала, что пережила в ту ночь и то, как хотела сбежать после случившегося, но я зацепилась тогда мыслями за Клай. За то, что мне нужно было выходить ее, что она нуждалась во мне. И я осталась. Я никому и никогда не рассказывала, что Брай и Дейт сделали со мной, потому что боялась показаться слабой девчонкой, которой, по сути, и являлась тогда. Но его издевательства заставили меня стать лучшей среди одногодок. Я всегда побеждала его в поединках один на один, и это выводило его из себя. Поэтому почти каждый раз после проигрыша он со своими прихвостнями подкарауливал меня и бил, пока они меня держали.

Я хорошо дралась и была ловчее и проворнее чем он, но сейчас ужас той ночи застал меня врасплох. Только бы Брай не передумал и не решил повторить. Теперь я была рада, что они не отвели меня к лекарю, ведь старик Бриан заставил бы меня сначала помыться, и тогда я не смогла бы избежать этой пытки.

Тем временем, пока я пребывала в шоке, Брай наносил мне удар за ударом. Вся сила его ненависти обрушилась на меня. Рука совсем повисла и пару ребер сломано точно. По лицу ударил лишь раз, хитрый. Так бывало и раньше, он старался не оставлять следов, видимых по крайней мере и всегда вовремя останавливался. Так что завтра, когда меня вызовут на допрос, никто ни о чем не догадается. На то и был расчет.

– Брай! Брай! – Дейт, пятясь, зашел в камеру, не спуская глаз с того, что было за дверью. Лицо его было похоже на белое полотно. – Посмотри сюда. Он что пускает его шляться по территории без присмотра?

– О чем ты Дей?– обернувшись, недовольно процедил Брай.

– О нем!!!

Мы все посмотрели в ту сторону, куда указывал на смерть перепуганный Дейт. Волк вошел в камеру и двинулся прямо ко мне. Парни медленно попятились и вжались в стену, схватившись друг за друга в поисках поддержки. Зверь подошел ко мне, посмотрел прямо в лицо и спокойно улегся в ногах. Мы все не в силах были сказать ни слова. Дейт и Брай, пятясь назад, вышли из камеры и больше не появлялись.

Волк до самого утра лежал у моих ног, и сначала я боялась даже дышать. Собаки порой могут быть непредсказуемы, но волк это умное и хитрое животное, и смертоносное. Когда все тело затекло, я пошевелилась и попыталась сесть, но он даже не поднял головы и не посмотрел на меня. Это было как сигнал к действию. Я села, положив локти на колени, и уронила голову на сцепленные руки. Волк поднялся и потянулся, а потом просто подошел ближе и уткнулся мокрым носом в мои руки. Я в ужасе замерла и просидела так несколько долгих секунд. Мой защитник, похоже, не хотел ничего плохого.

– Ты бродишь совсем один? Где же твой хозяин? Он не будет тебя искать?

Конечно, волк не ответил мне, но я и не ждала, я еще не совсем чокнулась. Просто сейчас мне было так страшно и так одиноко, а рядом был только он, живой и дружелюбный.

– Ты уже во второй раз спасаешь меня, спасибо тебе за это. – Волк фыркнул и снова лег, кажется, он не ждал благодарности.

Так мы и просидели до тех пор, пока за мной не пришли. Волк поднялся и вышел из камеры, словно почувствовал, что защищать меня больше не придется, по крайней мере, в ближайшее время.

Меня привели в жилое помещение для офицеров старшего состава, в одну из комнат, занимаемых инструкторами. Здесь было почти пусто, безлико и строго, по-военному. Кровать, шкаф и стол, заваленный бумагами. У окна стоял высокий и крепкий человек в форме Старшего инструктора королевских войск. Он повернулся ко мне, и я задрожала.

Третья глава

Аарон Норд. Старший инструктор, военный советник (один из пяти), один из лучших шпионов в Ливитии и непревзойденный воин, стоял прямо напротив меня, сдвинув брови к переносице.

Я никогда прежде не встречалась с ним лично, но правду говорят, если он не скрывается узнать его не сложно. На вид лет 27, в Ливитии рано учились воевать. Высокий мужчина, крепкого телосложения и при этом удивительно гибкий. Волосы черны как смоль, а глаза неправдоподобно синие, такие умные и такие холодные. Лицо обветренное, привыкшее быть все время на воздухе, кожа смуглая. И шрам, большой, рваный, на левой щеке, который странным образом, не уродовал его. Назвать его красивым никак не получалось, но и заурядным он не был. В нем чувствовалась такая внутренняя сила, что подкашивались ноги.

Он лишь на мгновение задержал на мне свой взгляд, но взгляд этот был внимательным и цепким, из тех, что примечают все вокруг.

– Почему ей не дали помыться? Она была у лекаря?– обратился он к моей страже.

– Нам об этом ничего не известно, сэр, – испуганно ответил один из конвойных.

– Приведите ее в порядок и через час верните назад, – и он отвернулся обратно к окну.

Я тщательно оттиралась в купальне, глотая слезы. Тело так болело, что на ногах стоять было невероятно трудно. Все мышцы разом напряглись и словно окаменели. Ссадины, ушибы, царапины и глубокие раны от соприкосновения с водой разом взорвались болью, и слезы потекли интенсивнее. Одной рукой оттираться было очень сложно, но я старалась сделать все как можно быстрее, чтобы оставить больше времени для посещения лекаря. Мне пришлось сжать зубы, чтобы не стонать и не причитать, меня спасало то, что подобная ситуация не была первой в моей жизни. Я осмелилась попросить чистую одежду, но за нее пришлось сразиться с упрямыми стражами, которые твердили, что таких распоряжений не было. Эти олухи были недалекими и трусоватыми, на это и пришлось надавить, объяснив им, что старший инструктор явно не одобрит, если я заявлюсь к нему в этом тряпье. Немного пораскинув скудными мозгами, один все же пошел в казармы, чтобы уладить этот вопрос.

Я совсем не ожидала, что он вернется не один, а в компании с Клай.

– Ох, Эйви!? Как же так? – кинулась она ко мне, не скрывая своего беспокойства и с горечью глядя на мое израненное тело.

– Прости Клай, прости меня, я так тебя подвела. Мне конец, это точно, тут уж и сомневаться не стоит, но ты справишься, обязательно. Продержись всего полгода и покинешь эту помойку. Всего шесть месяцев, – сказала я.

– Ты не обязана все время слепо заботиться обо мне, я итак многим тебе обязана. Подумай лучше о себе, Эйв. Как же ты? Что теперь будет с тобой?– Мы привыкли проходить все жизненные преграды вместе, мы знали, что мы есть друг у друга и это давало силы, для очередного шага вперед. Конечно, сегодня мы обе были растеряны, не зная, что ждет нас впереди. Я видела, что Клай страшно переживала. – Тебя отправят домой? Я слышала, что поймал тебя Волк с севера. Это правда?

«Волк с севера» – Это одно из прозвищ инструктора Норда, данное ему за суровый нрав и волка, который следовал за ним повсюду.

– Абсолютная, правда, – вздохнула я, понимая, что весть уже облетела всю школу. – Я сама виновата.

– Дейт, говорит, что тебя уже помяли где-то на гвардийской равнине, но я уверена, что они с Браем приложили свои поганые руки к твоим синякам, – скривившись от ненависти, совершенно справедливо, заметила моя подруга. – Что произошло? Как ты оказалась на равнине?

– Прости, но объяснять некогда. У меня всего час, чтобы привести себя в порядок и предстать перед судом Волка.

– У нас не будет возможности поговорить. Но я помолюсь за тебя.– Клай была настолько противоречива, что я не переставала удивляться. Выше меня на целую голову и шире в плечах почти вдвое, с крупными чертами лица и рыжими волосами, она все равно казалась очень женственной. Понятия не имею, как ей это удается. Моя подруга была храброй и физически сильной, но когда речь шла обо мне и моих выходках, Клай становилась чересчур заботливой и мягкой. После того, как я выходила ее в первую неделю обучения, друга преданнее и ближе у меня не было.

– И напрасно потратишь слова! Я справлюсь сама как, впрочем, и всегда. Подумаешь, Старший инструктор. Ну и что, что он воин от Богов и обладает властью придушить меня на месте? Норд отправит меня домой или кто– то другой, это не имеет значения. Я все равно буду в Орсии через несколько дней, – подавив слезы, сказала я. – Не переживай, это уже случилось. Лучше помоги отмыть кровь и одеться.

Мы провозились еще какое-то время, пытаясь вернуть мне привычный вид, не очень успешно, конечно, но и такой оборванкой, я уже не выглядела. Сразу после купания, меня отконвоировали к местному лекарю.

– М-да, рекрут Аддарио. Что тут сказать? Глаз будет заживать неделю или около того. Зрение вы не потеряете, это хорошо, но шрам останется через всю бровь. С рукой сложнее, она не будет функционировать еще долго. Рану я обработал и зашил, теперь ваша задача держать руку в состоянии покоя и приходить на перевязку. Ребра вы ломаете не в первый раз, сами знаете, что делать. – Совсем седой старик Бриан, был одним из не многих, кто относился ко мне как к человеку. Он не разделял взглядов дочери генерала, но и не унижал нас. Я была частой гостьей здесь и успела привыкнуть к его теплым заботливым рукам и мягкому участливому голосу. Когда была младше, приходила просто поговорить, Бриан никогда не отказывал мне, и даже угощал иногда сладостями. Но он жил в своем мире трав и мазей, и не знал, в какую передрягу я угодила.

– Спасибо, господин Бриан. Я разберусь.– Не стоило рассказывать старику, что все мои усилия здесь, обернулись прахом. Не нужны ему лишние расстройства. – Вы были очень добры ко мне. Всегда.

Я повернулась к большому зеркалу и не узнала себя. Отражение в нем было пугающе не похожим на то, что мне приходилось видеть прежде. Я не высокого роста, даже ниже среднего, но хорошо сложена. Фигура стройная и гибкая, не лишенная женской привлекательности. Волосы густые и немного волнистые, цвета темного каштана с двумя абсолютно белыми прядями, которые обрамляли лицо, если их распустить, однако, почти всегда они были затянуты в тугую косу или в две. Эти две уродливые пряди я заработала в ту ночь, когда Брай и Дейт изнасиловали меня за казармами. Мне было тринадцать. Ужас той ночи выбелил мои волосы и было ощущение, что эти два урода пометили меня. Я ненавидела свои волосы, они стали напоминанием о моей слабости и беспомощности. Глаза мои, черные как ночь, сегодня были бесцветными и тусклыми. Я заметно осунулась и как будто уменьшилась вся разом. На меня смотрела совсем другая девушка, словно та, другая я, осталась на гвардийских равнинах. Передо мной стояла орсийка, обреченная на позор и унижение, к которым привела себя сама.

Через час я снова вошла в комнату Аарона Норда. На этот раз, он сидел за столом, перебирая ворох бумаг. Даже сидя за столом, Старший инструктор, казался просто огромным.

– Проходите, – не поднимая глаз от документов, пробормотал он.

Конвойные тоже вошли и встали по обе стороны от меня, напустив на свои лица суровый вид. Если бы не мое нынешнее положение, я бы не упустила момента вдоволь посмеяться над ними.

– Вы свободны, – сказал им Волк с севера, и парни вышли, оставив меня наедине с тем, кто решит мою судьбу.

Прошло несколько минут, но Старший инструктор даже не посмотрел на меня. Может, он вообще забыл, что я здесь? Не то что бы мне не терпелось выслушать обвинения и узнать приговор, но и стоять здесь мне не хотелось. Наконец, он встал и посмотрел на меня, и как будто, впервые, увидел.

– Судя по тому, как вы вошли и по синяку на скуле, ваши вчерашние приключения не закончились. Что еще кроме глаза и руки повреждено? Ребра? Почки? – обыденно, словно мы встретились на светском вечере, спросил инструктор. А так же, я обратила внимание, что он перешел на «вы», что немного меня смутило.

– Ребра, – едва слышно пробормотала я. Он заметил, что меня били уже после нашей встречи в лесу, это плюс его наблюдательности, но моего положения это не изменит.

– Я читал ваше личное дело. Вы лучшая на своем курсе, хорошо соображаете и прилежно учитесь, но поведение ваше не безупречно. Множество дисциплинарных наказаний, постоянные драки и непослушание…

– Нелегко быть экспериментом. Вам в голову не приходило, что новичкам здесь тяжело? – огрызнулась я, специально не сказав «девушкам», чтобы не выделять себя по половому признаку. Это было дерзко, но страх перед возвращением домой и позорным изгнанием был сильнее здравого смысла.

– Я вижу, что определения «необузданная и неуправляемая» здесь упоминаются не зря, – хмуро сдвинув брови, проговорил инструктор.

Любой из полутора тысяч рекрутов мечтал увидеть этого человека и попасть к нему в ученики. Окончив рекрутскую школу те, кто получает распределение ко двору, проходят через его руки, прежде чем попасть на место назначения. Как Старший инструктор, он снова тестирует рекрута и определяет его дальнейшую судьбу. Учеников он никогда не брал, но перенять его опыт хотели все, снова и снова напрашиваясь в его команду.

– Итак, рекрут Аддарио, теперь вы не сомневаетесь в моем праве задавать вопросы? – присаживаясь на край стола, поинтересовался Норд.

– Нет, сэр.

– Тогда продолжим. Что вы делали в лесу ночью и как получили травмы?

– Я просто гуляла.

– Я не идиот, рекрут.

Ни на минуту не усомнившись в его словах, я попыталась объяснить, что без таких вылазок я бы никогда не узнала этот лес и не смогла стать лучшей. Что это не только способ побыть одной, но и тренировка для меня. Я самая маленькая в школе и должна хотя бы как то компенсировать недостаток физической силы. Это не оправдание, конечно, но чистая правда. Мои слова звучали как детский лепет, однако других объяснений у меня не было.

– Вы знаете, что отношения с Гвардией у нас осложнились? Они никогда не были безмятежными, но сейчас участились случаи шпионажа и попыток вербовки. – Неожиданно, сменил тему инструктор.

Я понимаю, что это не государственная тайна, но все же это не тот разговор, который ведется с рекрутом. Шпионаж? Вербовка? Мне ничего не известно об этом, к чему он клонит? Может Старший инструктор забылся? Но тут я сложила два и два, и догадка поразила меня. Норд пристально следил за моей реакцией.

– Вы что же, решили, что я шпионка Гвардии? – Даже подумать об этом было страшно, а уж произносить вслух тем более.

– А это не так?– Поднимаясь, спросил он. Волк с севера подошел вплотную ко мне и посмотрел в глаза. Мое сердце пропустило удар. Он смотрел так пристально, что я почувствовала себя голой, совсем незащищенной. Этот человек мог вывернуть меня наизнанку одним взглядом, но мне нечего было скрывать, сам вопрос был нелепым.

– Это абсурд. – Я дерзко выплюнула эти слова ему в лицо. Мое возмущение было столь невероятным и всепоглощающим, что удержать себя в руках не получилось. – Как можете вы обвинять меня в столь гнусном преступлении? Ваша работа искать шпионов, вот и ищите. Только не надо клеймить всех без разбора. Я лучший рекрут среди своих товарищей, и не давала повода усомниться в моей преданности…

– Но ведь им и требуются лучшие, – совершенно невозмутимо перебил меня он. – Не считаете это логичным?

Казалось, моя бравада лишь позабавила его. Он не позволил себе повысить голос или оскорбить меня как-либо, но голос его и интонации подавляли меня. Разговор этот, похоже, был для него просто скучной рутиной. Но как же так? Ведь решается моя судьба. Я пришла сюда получить наказание за нарушение устава, но никак не быть обвиненной в предательстве.

– Этот спор может длиться вечно, но я не изменю своих слов. Я не шпион, и никто даже не пытался меня вербовать, никогда!– твердо сказала я и сама посмотрела в его ледяные глаза. Для этого мне пришлось запрокинуть голову, ведь он был намного выше меня. Я так устала за эти двое суток, что мне хотелось покончить с этим поскорее.

– А вы знаете, что грозит шпиону? – все еще глядя в мои глаза, прошептал Волк. – Смертная казнь. Сейчас, когда Гвардия вновь захотела власти над всеми землями Ливитии, шпионов будут уничтожать.

Этот шепот в купе с холодом в его глазах по-настоящему напугал меня. Я отшатнулась и сделала два шага назад. На его лице я видела лишь скуку, но это только видимость, на самом деле он очень внимательно меня изучал.

– Вы не можете. Это какая– то чушь. Я не шпионка и никогда не решилась бы пойти против мира в Ливитии. Я знаю, что такое война. Нас очень хорошо обучают здесь, если вам, вдруг, неизвестно. Всего двадцать три года назад мир установился на землях Ливитии. Но отголоски былой войны повсюду, и ни моя Орсия, ни моя семья не выстоят в новой войне.

– Ваша Орсия? Вы гражданка Ессении! – Металл прозвучал в его голосе.

– Еще нет! Я рекрут, и пока не получу распределение, не имею гражданства. Но для меня вся Ливития Дом и за всю Ливитию болит моя душа. Нам не нужна еще одна война. – Мои слова исходили от самого сердца, и только слепой не заметил бы этого.

– Тут вы правы, но это лишь слова, которым грош цена. Однако доказать, что вы шпионили я пока не могу, – устало сказал инструктор и снова вернулся в кресло. – Вам инкриминируют нарушение устава школы и выберут наказание. Оснований для обвинения в шпионаже пока нет, но я не спущу с вас глаз. А теперь идите в казарму и ожидайте решения совета школы. Я вызову вас перед отъездом и сообщу о сути наказания.

Четвертая глава

Я брела, не разбирая дороги, и никак не могла поверить в реальность происходящего. Это сон, просто сон или бред. Я, наверное, слишком сильно ударилась головой, от того мне все это видится и слышится. В казармах было тихо и безлюдно, занятия идут полным ходом. Тело ныло и отказывалось служить мне, каждый шаг давался с трудом. Я привыкла к боли и старалась не показывать ее, но здесь я совсем одна и можно даже немного постонать. Я хотела прилечь и отдохнуть, мне было о чем подумать.

– Эйв! – Клай влетела в казарму и бросилась ко мне.– Ну? Как прошло?

– Ты почему не на занятиях?

– Я сказала капитану Элтону, что мне нездоровится, но он, похоже, догадался, куда я тороплюсь. В общем, это не важно, расскажи лучше, что сказал Волк?

Кстати, о волке, стоило Клай произнести это слово, как из ниоткуда появился мой спаситель. Вероятно, прямо из-под моей кровати. Он сладко потянулся и широко зевнул, разинув свою зубастую пасть. Моя подруга так испугалась, что вцепилась в мою руку со страшной силой.

– Стой! Не делай резких движений. Он не тронет. – Я вытянула свободную от хватки Клай руку, и задвинула подругу себе за спину. – А теперь сядь на кровать. Садись же! Медленно.

Клай подчинилась, но смотрела на меня широко раскрытыми от страха глазами. Эту бесстрашную девушку, сложно было чем-либо напугать, но здесь она просто дрожала, как осиновый лист на ветру.

– Ты что не боишься его? Он же огромный? – прошептала она еле слышно.

– Мы, вроде как, знакомы. – Пожала я плечами. И будто в подтверждение моих слов, волк опустился к моим ногам и закрыл глаза.

– Откуда он здесь взялся?

– Ну, ты даешь подруга. Присмотрись к нему и сама ответишь на свои вопросы, – улыбнулась я.

– Он большой и страшный… – не понимая, чего я от нее хочу, ответила Клай. Увидев мой взгляд, велевший продолжать рассуждать, она снова посмотрела на животное и удивилась. – Он чистый…, и довольно упитанный…, словно…, словно домашний! Это Кай!

– Кай? – Тут уже была моя очередь удивляться.

– Это его кличка. Я слышала рассказы о нем, – немного успокоившись, сообщила девушка.

– И что же ты слышала?

– Инструктор Норд нашел его маленьким в лесу, у бедняги была сломана лапа. Норд хотел выходить его и отпустить, но Кай не ушел, остался с ним насовсем. Говорят, это самое смертоносное животное. Злое и кровожадное, как и его хозяин.

– Знаешь, он не выглядит злым, – сказала я, глядя на мирно спящее животное.

– Ты о волке или его хозяине?

– О волке конечно. Вот хозяин его точно кровожадный и смертоносный. Вблизи, он еще страшнее и огромнее, чем о нем рассказывают! – тихо сказала я. – Когда я рядом с ним, мои ноги предательски дрожат и сердце замирает.

– Вот тебе повезло! – сказала Клай, мечтательным голосом, окончательно расслабившись.

– Я не ослышалась? Повезло? Это в чем же это интересно?

– Ты видела живую легенду! Говорила с ним!

– А суть разговора ты узнать не хочешь? – разозлилась я на это слепое восхищение человеком, который счел меня предателем и шпионкой.

– Ой, прости. – Она виновато потупилась. – Конечно, хочу.

Я поведала подруге обо всех своих злоключениях за прошедшие двое суток, намеренно умолчав о некоторых моментах, о Брае, например.

– Ты гвардийская шпионка??? Это смешно. Он что не в своем уме? – Клай вскочила с кровати, не совладав с эмоциями.

– Сама подумай, как это выглядит. Он натыкается на меня в лесу, на рассвете и ясно видит, откуда я пришла, да еще и раненая. Его работа искать шпионов повсюду, а тут я такая, плыву прямо в руки. К тому же, нынешние отношения с Гвардией весьма напряженные. Мы здесь сидим несколько лет как в коконе и не знаем, что там за воротами.

– Ты что его оправдываешь?

– Сначала я тоже возмущалась, а теперь успокоилась. Он, конечно, гроза шпионов и все такое, но у него на меня ничего нет. Без доказательств даже он ничего не сделает, так что придется отдать меня в руки руководства школы.

– А ты не думала, что он может повлиять на выбор наказания для тебя?

– Возможно, тем более, он будет принимать участие в его обсуждении. – Этот вопрос беспокоил и меня, но, что толку думать об этом бесконечно, ведь мысли мои и терзания мне ничем не помогут.

– Если тебя оставят в школе, места при дворе тебе точно не видать, – начала рассуждать Клай. – Тебя и на расстояние выстрела не подпустят к особам первой важности. Теперь Брай, как второй после тебя по успеваемости, займет это место. Паршиво.

– Если меня оставят в школе, что маловероятно, это уже само по себе будет благословением Небес.

– Ладно, не будем паниковать. Я пойду к Мэри и спрошу, не закончился ли совет, может она что – нибудь слышала. – Мэри была кухаркой и приносила напитки на совещания. Девушка была, на удачу, очень внимательной и обладала прекрасным слухом.

– Хорошо, спасибо.

– Рано благодарить.– И она унеслась так же быстро, как и появилась.

Я взглянула на волка, лежащего на полу, и сказала:

– Кай! – Он поднял голову и посмотрел на меня.– Значит ты Кай, приятно, наконец, познакомиться.

Я протянула руку и задержала ладонь возле его носа, сама не до конца понимая, чего от него жду. Волк взглянул на меня с любопытством и сел.

– Позволишь дотронуться? – окончательно осмелев, спросила я.

Он по-прежнему сидел и смотрел, а я не убирала руку. Еще немного подождав, мне пришлось сдаться, и как раз, в этот момент я услышала тихий свист. Кай тут же отреагировал на призыв хозяина и сорвался с места.

Я легла на кровать, впервые за долгое время, и мгновенно уснула. Есть у меня такая полезная особенность, сон меня не покидает, даже если я по уши в дерьме.

Проснулась я от шума, рекруты шли переодеваться к обеду. Я не закрыла дверь в свою комнату и четко слышала гвалт из коридора. Мой желудок издал жалобный крик, напоминая, что я не ела уже целую вечность. Инструкций по поводу обеда мне никто не давал, так что я решила сходить поесть.

Клай так и не появилась и я предположила, что совет еще не закончился. А значит, она до последнего будет ждать новостей. Что ж пойду одна. С трудом оторвавшись от кровати, я поплелась на обед.

Как только я вошла в столовую, гомон прекратился, и все разом затихли. Неуютно конечно, но не смертельно. Поскольку все застыли, я прошла к столу раздачи и взяла свой обед. В такой же тишине села за свой обычный стол и принялась жевать. Еда проваливалась как в бездонную яму, я почти не ощущала вкуса, так я была голодна.

– Ну что, мелкая, допрыгалась? – рекрут моего года Стоун решил поприветствовать меня.

– Я хотя бы прыгать умею, а не сижу с отмороженной задницей, – процедила я. Управляться с едой одной рукой было нелегко, и я случайно уронила ложку в похлебку и обрызгала одежду Стоуна. Ну вот, драки не избежать, хотя это было ясно уже после моих слов.

Я привыкла к провокациям, но всегда отвечала на них, я не могла позволить им смеяться надо мной. После той ночи на первом году учебы я поклялась не лебезить перед ними и не спускать вольностей. Меня часто били, но ни разу больше я не испытала такого унижения.

Я не ошиблась, Стоун выдернул меня с лавки и швырнул на соседний стол. Боль была такая, что в глазах потемнело. Еще немного и я рухну в обморок, как мешок с картошкой. Казалось, все мое тело вспыхнуло огнем. Поднялся такой шум, нас тут же обступили рекруты в ожидании драки.

– Достаточно, рекруты! Разойтись по своим местам. – Этот голос я узнала мгновенно. Дрожь прошла по телу. Я обернулась и увидела Старшего инструктора за преподавательским столом. Значит, совет закончился, и его пригласили на обед. Все разошлись, а я попыталась встать ровно, и с остатками достоинства вернуться к своему обеду.

– Рекрут Аддарио. – Раздался за спиной голос капитана Олди. – Вам не позволено было покидать казарму.

– Мне никто не сказал об этом, а я голодна, – возмутилась я. Олди схватил меня за руку и потащил на улицу. Навстречу нам попалась Клай и в ужасе бросилась ко мне.

– Я в порядке, иди, обедай. – Ее кровь была так же горяча, как моя. Не хватало еще ей наделать глупостей. Она остановилась и посмотрела на того кто держал меня, полными злобы глазами.

Капитан притащил меня в свой класс и отпустил мою руку. Сделал он это очень резко, и мое ослабленное тело не устояло на ногах. Я повалилась на пол.

– Рекрут Аддарио! Вы не имеете ни малейшего представления об основах субординации и дисциплине. Вы не отдаете себе отчета в том, что мелет ваш язык. Я не думал, что вы настолько глупы и несдержанны. Мне до сих пор не понятно, как вы, продержались здесь столько времени, при наличии таких скудных мозгов. Совет сегодня обсуждал ваше исключение из школы, а вы снова провоцируете драку, да еще и на глазах у Старшего инструктора Норда. Это что такая форма идиотизма? – Капитан Олди нависал надо мной, всем своим видом демонстрируя разочарование.

Я заметила тень за спиной капитана и попыталась рассмотреть, много ли свидетелей у этого представления. У стены, скрестив руки на груди, стоял Старший инструктор собственной персоной. Волна стыда затопила меня. Этот человек легенда, и мечта всех рекрутов стать похожими на него, а я лежу на полу не в силах подняться и посмотреть капитану в глаза. Я даже не пыталась оправдаться, это выглядело бы еще глупее. Лицо Волка с севера ничего не выражало, он просто смотрел и ни во что не вмешивался.

– Рекрут Аддарио, совет принял решение оставить вас в школе и позволить закончить обучение. Это решение далось нам нелегко, но за него вы должны благодарить Старшего инструктора Норда. Его голос был решающим. До конца вашего обучения вы будете находиться под пристальным вниманием преподавателей и других рекрутов. Вам не позволяется принимать участие, в каких либо увеселительных мероприятиях. В ваше личное дело будет занесено это происшествие, которое поставит клеймо на вашу будущую службу. Я думаю, вас не возьмут даже в охрану торговцев. Вы не допускаетесь к занятиям до тех пор, пока не исцелитесь полностью, что откинет вас далеко назад к истокам обучения.

– Но, капитан Олди…, я.

– Вы что не слышали меня? Это ваш последний шанс. – С этими словами он покинул класс.

С уходом капитана силы покинули меня, и я легла на пол. Мне хотелось просто лежать и не двигаться, от этих швыряний звенело в ушах. Я не знала радоваться мне или плакать. То, что меня не выкинули это здорово, но после лечения, я не смогу сдать экзамены на отлично и получить хорошее место. Я закрыла лицо здоровой рукой и вздохнула. Послышался легкий шум, я резко села. Инструктор Норд отстранился от стены и посмотрел на меня. Я почти забыла, что он стал свидетелем моего позора. Он смотрел на меня долго и задумчиво, а потом усмехнулся каким– то своим мыслям и вышел, не сказав ни слова.

Через два часа я снова стояла перед ним, он складывал бумаги.

– Рекрут Аддарио, поскольку решение совета вам уже огласили, я могу лишь добавить от себя. Я надеюсь, вы сможете обуздать свой нрав, хотя бы до окончания обучения. Очень важно уметь держать себя в руках. Человек, стоящий на защите других, не может быть таким взрывным и совершать необдуманные поступки. Я не уверен, что вы выбрали занятие, с которым справитесь. Вы ведете себя как заигравшийся ребенок, может пора повзрослеть?!

Эти слова больно ударили по моему самолюбию. Он совсем не знает меня. Увидев лишь тень, составил мнение обо мне целиком. Но и того, что он узнал ему оказалось достаточно, чтобы понять, что я не подхожу для службы при дворе. Проклятье! Столько людей ищут его одобрения, и многих он даже не замечает, а мне досталось все его внимание и вот, что из этого получилось.

Незадолго до отбоя он покинул школу. Мы с Клай сидели на своих кроватях, я тяжело откинулась на подушку и старалась не шевелиться.

– Будем считать это чудом, – сказала Клай.

– И куда я пойду потом? Кто возьмет меня на службу с таким списком наказаний и взысканий?

– Давай не будем забегать вперед. Конечно, ко двору тебя не примут, но есть много богатых и знатных людей, кому требуется охрана. Сейчас нужно сосредоточиться на сдаче экзаменов.

– И это не реально. Моя рука будет долго заживать, я не смогу тренироваться. Ты же слышала слова старика Бриана, – простонала я.

– Пока сосредоточишься на теории. Как только сможешь работать рукой, начнем дополнительно тренироваться, и ты непременно нагонишь. Главное не отчаиваться. У тебя еще есть шанс. Грех им не воспользоваться. И этот шанс, между прочим, дал тебе Норд. – Последнюю фразу Клай произнесла с нажимом, многозначительно глядя на меня.

– Капитан Олди говорил что-то об этом.

– Мэри сказала, что школьный совет единогласно проголосовал за отчисление. Норд сидел на месте и спокойно слушал. Затем поднял руку, призывая к тишине. – Глаза подруги горели восхищением. – Мэри говорит, это было невероятно, сколько мощи и уверенности было в этом жесте. Все находящиеся там прекрасно знали, насколько опасен этот человек. Он сказал лишь, что ты должна продолжить обучение. Капитаны во главе с Олди робко высказывали свое мнение, сыпали аргументами и рассказывали истории о твоих проделках. Он выслушал и сказал, что отчетливо понимает, что ты заноза в заднице, но решений своих он не меняет.

Пятая глава

– Ты можешь поверить в это? Мы закончили! – Клай счастливо улыбалась, что случалось довольно редко. У нас было не много поводов для этого. – Я не знаю чему радоваться больше, тому, что мы завершили обучение или тому, что скоро покинем этот клоповник.

– Не думай! Просто ликуй! Еще дождемся распределения и можно трогать отсюда. – Я не была настроена оптимистично, и подруга тут же заметила это. – Я выдержу любое назначение, даже в Гвардию. Меня расстраивает разлука с тобой.

– Ох, Эйви. Я совсем не подумала, что твоя радость вовсе не однозначна. Даже меня пугает твое будущее, что же у тебя на душе твориться?

– Не переживай, подруга. Я не сломаюсь. Мне даже любопытно, в какую помойку они меня засунут. – Изо всех сил стараясь бодриться, я на самом деле дрожала, как осиновый лист.

– Ты полгода была практически образцовым рекрутом. Держала свои эмоции в узде и не влезала в неприятности. Может это как-то поможет тебе? – Клай сама не верила в слова, которые произносила.

– Это потому что Брай был, как-то особенно тих в эти месяцы. Он не цеплялся ко мне, и мы можно сказать, вообще не виделись. Что странно.

– И спасибо ему за это, – сказала Клай и поморщилась, словно это «спасибо» было гнилым яблоком, оставившим свой мерзкий вкус во рту. – Я горжусь тобой! Ты смогла сдать экзамены на «отлично», несмотря на травмы. Это вообще невероятно. У меня сложилось такое впечатление, что тебя гнал какой-то ветер. Ты на, самом деле, очень изменилась, словно ты пыталась что-то доказать кому-то.

– Скорее самой себе! – горько вздохнула я. – Мне было стыдно. Я хотела понять, правда ли я выбрала не подходящее занятие. И может, я незаслуженно здесь нахожусь.

– Брось, ты что? Все еще помнишь его слова?

– Ты знаешь, я привыкла, что на меня кричат, унижают или даже бьют. Но он…Я не знаю, как сказать, он, будто был разочарован, будто я подвела его. Чушь конечно, но я не могу отделаться от мысли, что Норд был прав. – Я водила сапогом по земле и заламывала руки. Конечно, я не говорила Клай, что часто видела Старшего инструктора во сне. И каждый раз сгорала от стыда, услышав все те же слова.

– Возможно, раньше ты была взбалмошной. Но ты изменилась, не в корне конечно. Твой язык все такой же острый, но теперь ты чаще задумываешься, прежде чем ляпнуть что– нибудь. – Пыталась приободрить меня подруга.

– Дело в том, что эти полгода были какими – то напряженными для всех. И меня особо никто не задевал.

– Ну, мы все понимали, что от результатов зависит наше будущее. Никому не хотелось напоследок отличиться. – Клай положила руку на мое плечо и мягко сказала: Пойдем на обед, всего через час, мы узнаем, где пройдет остаток нашей жизни.

В столовой все было тихо. Аппетита не было, рекруты ковыряли вилками в своих тарелках и косились друг на друга. Не только моя судьба сегодня была под вопросом. Стало так тоскливо, что я вышла из столовой и направилась к озеру. Сегодня такой суматошный день, думаю, никто не заметит моего бегства. Мне просто необходимо побыть одной и поразмышлять. Полчаса в любимом месте и я смогу успокоиться. Я осторожно пролезла между досками в заборе и побежала в рощу.

Я сделала этот лаз, после того как Брай и Дейт впервые напали на меня. В ту ночь я хотела сбежать, потому что они обещали делать это постоянно. Тогда я обнаружила это прекрасное озеро и пролежала на берегу несколько часов. Та ночь была удивительно звездной и тихой. Лежа в траве, я уже не чувствовала холода и боли, я была как будто мертва. Только стыд, всепоглощающий стыд и отчаяние были моими спутниками здесь. Я рыдала, уткнувшись лицом в землю, кричала во все горло и металась как безумная. Только в этом месте, вдали от казарм, где меня никто не услышит, я могла выразить свои эмоции. От слез и криков голова разрывалась. Я хотела бежать и не оглядываться, никогда не оглядываться. Но девочка на соседней койке нуждалась во мне. Ее принесли четыре дня назад и бросили на кровать. Предоставив самой себе. Лишь спустя какое-то время, какой-то старик пришел и осмотрел ее, мне показалось, что у него были добрые глаза. Он рассказал мне, что нужно делать, чтобы она выжила, а потом оставил мне зелья и ушел. Я не могла бросить ее, не сейчас. Она скоро совсем поправится. Девочки из Гвардии не проявляли к ней интереса, она никому не была нужна. Мне пришлось вернуться в нашу комнату, где я упала на кровать. Клай видела меня, но ничего не спросила, откуда ей было знать.

На следующий день я обнаружила, что часть моих волос поседела. Я почти не разговаривала месяц. Брай продолжал меня унижать и колотить, но больше никогда не насиловал. Мои волосы привлекли много внимания, вероятно, он не хотел рисковать.

Я вынырнула из воспоминаний и посмотрела на озерную гладь. Сюда я приносила свои сокровенные мысли, свои слезы и мечты. Я рассказывала озеру о своих горестях и печалях. О том, как скучала по дому и семье. Рассказывала, каким смелым был мой младший брат. Сейчас ему почти шестнадцать, мы не виделись почти четыре года. Натан уже лет в восемь был выше меня и так же как я любил горы и деревья. Забраться повыше это наша семейная страсть.

Здесь я вспоминала, как папа читал мне, он привил мне любовь к книгам и приключениям. Я скучала по нему и по нашим долгим разговорам. Папа очень переживал, соглашаясь на выбранный мною путь. Мой отец был прекрасным столяром, любил дерево, и работать с ним. Мог сделать все что угодно, и игрушки, и мебель. Он обожал фантазировать и рассказывать мне сказки. Когда я уходила из дома, папа предупредил меня, что будет нелегко, очень нелегко, и что временами мне захочется сдаться, но я должна помнить, почему выбрала этот путь и при любых обстоятельствах оставаться человеком, оставаться собой. Папа сказал, что в мире много добрых людей, нужно лишь увидеть эту доброту. Здесь я ее видела лишь пару раз, и она была какой-то робкой и несмелой.

Это озеро спасло мою душу от горечи и злобы. Если бы я не нашла его и не отдавала ему всю боль, то наверное давно сошла бы с ума. Вот это место мне жалко было покидать. Я не знаю, как далеко меня отправят и что ждет меня там, но мысленно я буду возвращаться сюда и искать утешения. Я в последний раз окинула взглядом это прекрасное место и зашагала прочь. Через несколько минут я узнаю свою судьбу.

Мы стояли на площади у дома командования и слушали монотонную речь капитана Олди. Он произнес напутствия и приступил к спискам. Брай и Дейт отправлялись ко двору, я не удивилась. Эти слизняки всегда оказывались там, где теплее и сытнее. Клай и другие девочки направлялись в охрану Амалии Кастол. Я была счастлива за подругу, в Гвардии у нее большая семья, но некому заботиться о ней. Отец погиб в лесу, во время охоты на кабана. Это назначение позволит ей помогать родным.

Мое сердце замерло в ожидании, меня назвали последней.

– Рекрут Аддарио, вы отправляетесь в столицу Ессении и поступаете в распоряжение Старшего инструктора Аарона Норда. Дальнейшую вашу судьбу будет решать он.

Меня как будто ударили в лицо кулаком. На площади повисла какая-то зловещая тишина, давившая на уши. Все собравшиеся, включая инструкторов, посмотрели на меня, не скрывая удивления. Однако, даже все они вместе взятые, не были поражены больше, чем я.

– О, Небеса, Эйв! Это и поразительно, и ужасно. Я не знаю плакать мне или смеяться, – прошептала Клай. – Что означает, поступаешь в его распоряжение? Учеников он не берет, в охрану ко двору не допустит. Зачем ты ему? Хотя, знаешь, плевать. Ты едешь в столицу, как и я! Это же наша общая мечта.

– Я все еще в шоке, Клай. Дай мне минутку, пожалуйста. Мне нужно переварить эту информацию и понять, как к ней относиться. Капитан Олди!– окликнула я преподавателя, который спускался с трибуны.

– Да рекрут?

– Вы не могли бы мне объяснить, что произошло. Почему я назначена в распоряжение Старшего инструктора? И что это вообще означает?

Капитан посмотрел на меня взглядом похожим на сочувствие и ответил:

– Я не могу сказать, какими именно будут ваши обязанности. Советник Норд запросил результаты ваших экзаменов и распорядился о назначении. Вы же понимаете, что задавать ему вопросы нет смысла. Его решения не обсуждаются и уж точно не оспариваются.

– Да, сэр. Я понимаю, спасибо. – У меня была еще куча вопросов, но я проглотила их. Капитан не сможет на них ответить.

– Я бы посоветовал вам держать ухо востро. Советник Норд опасный человек, умный и сильный. Он младший из советников правителя Истиана, но за ним войско, которое безмерно его уважает. У него нет политического веса или авторитета среди совета, но правитель Истиан ценит его …, скажем так, за другие его таланты. Советник Норд не принимает решения необдуманно и не поступает опрометчиво. Будьте осторожны и внимательны рекрут Аддарио. – Сказав все это, он продолжил свой путь.

Я осталась стоять, открыв рот. Это что сейчас было? Капитан давал мне напутствие? И он, в самом деле, попросил меня быть осторожной? Пф… Может это жара так действует на сознание людей.

Вот и всё. Вещи собраны и мы готовы к путешествию в свою новую жизнь. У рекрутов нет своих лошадей, и поэтому мы отправляемся пешком или на повозках. Все зависит от того, как далеко добираться. До столицы примерно неделя пути. Мы с Клай решили пока не думать о том, что ждет меня по приезде в столицу, и просто насладиться относительной свободой.

Шестая глава

Всего двадцать три года назад Ливития была единой, и правил ею король Эдмунд Ливитийский. Орсия, Ессения и Гвардия находились в полном его подчинении. Вокруг короля сосредоточились все самые сильные маги и самые жестокие наемники. Гвардия суровая и пустынная, растила на своих землях крепких и рослых воинов, которые служили Эдмунду преданно и выполняли для него всю грязную работу, собирали непомерные налоги, мучили должников, сжигали целые поселения. Говорят, у короля был скипетр, который обладал невероятной силой, и чуть ли не вся магия мира заключалась в нем. Когда-то обманом он забрал его у магов и с тех пор мог управлять ими. Наследники Эдмунда, развращенные властью, ни в чем не уступали королю в жестокости.

Люди голодали и жили в постоянном страхе. Молодой Истиан, уроженец Ессении, и его друзья орсийцы Мориан и Басс собрали армию сопротивления, среди жителей Ессении и Орсии. Их войско продвигалось к дворцу медленно, но настойчиво смещало людей короля. Война длилась около года, и Эдмунд был уверен в своей победе, однако люди, доведенные до отчаяния, способны на многое.

Басс и Истиан придумали обманный маневр, решив убедить короля, что отступают. Эдмунд, жадный и самоуверенный, объявил празднование победы и велел подготовить пир. Он ничуть не сомневался, что завершил эту войну в свою пользу.

Во время празднования, Истиан со своими людьми пробрались во дворец и неистово сражались, чтобы использовать свой, скорее всего единственный, шанс. Грязные и замученные люди справились с немногочисленными воинами и прорвались в тронный зал, где развернулось пиршество. Король Эдмунд был настолько пьян, что не смог даже вынуть меч, но у него все еще оставался скипетр. Спасло эту рисковую операцию лишь то, что Басс пожертвовав своей жизнью, разбил скипетр, и маги не смогли дать отпор. Среди друзей Истиана был Кронус, один из немногих магов, что не входили в свиту короля. Он поведал тайну скипетра, рассказав людям, как его уничтожить. Подобной магии необходима жизнь взамен. Басс, не задумываясь, принял свою судьбу. В один миг почти вся магия ушла. Однако по сей день, то тут, то там она все еще просыпается в людях.

Истиан, как победитель и освободитель, хотел создать военную державу и навести строгий порядок в Ливитии. Мориан же был далек от военного дела и желал заниматься земледелием и скотоводством. Договориться никак не получалось. Несколько недель собирался совет, чтобы принять решение о будущем Ливитии. Оба друга были достойными претендентами на трон, но смотрели на мир по-разному. В конце концов, решение было принято.

Истиан занял место правителя Ессении, Мориан Орсии, а в Гвардию отправили всех наемников и приближенных короля. Одним из приближенных Эдмунда был Хорн, выходец из Гвардии, который сумел договориться с Истианом и Морианом. Он пообещал держать в узде свой народ и жить в мире с Ессенией и Орсией, если ему позволят занять место правителя холодных и пустынных земель.

Так образовалось три государства, и на землях Ливитии воцарился мир. Все эти двадцать три года правители восстанавливали разрушенные города и поселения. Они заключили договор «О совместном поддержании процветания Ливитии и о взаимопомощи». Благодаря договору неплодородная Гвардия получала помощь соседних государств, в виде урожая и скота. Гвардийцы же, в свою очередь, помогали строить флот и отправляли своих крепких сыновей на службу в Ессению и Орсию. Ежегодно правители встречались на совете и обсуждали насущные проблемы, а так же вопросы взаимопомощи. После недельных обсуждений давали пир.

Слова Старшего инструктора Норда застряли в моей голове. Участившиеся случаи шпионажа со стороны Гвардии могли означать, что Хорн не очень-то заботится о соблюдении мира. Тревожные мысли не давали мне покоя, в купе с тем, что я пребывала в сомнениях, стоит ли рассказать инструктору Норду о том, что я видела в ту ночь, когда мы встретились

Около сотни рекрутов в сопровождении трех старших офицеров уже пятый день продвигались к столице. Путешествие не было тяжелым, а даже, в какой-то степени, приятным. Погода стояла прекрасная, теплая и сухая. Лето в этом году радовало солнечными днями и светлыми звездными ночами. Первые три дня мы шли через лес, и во время привалов я могла спокойно лазать по деревьям. Вот, что позволило мне на время забыть о тревогах и снова почувствовать себя ребенком. Я представляла, что мой брат Натан рядом со мной. В моей голове звучал его смех, и на душе становилось теплее.

Но все же, по мере приближения к месту назначения, беспокойство нарастало. Что ждет меня там? С какой целью Волк с севера вызвал меня ко двору? Что могло измениться за эти полгода? Из-за своей несдержанности я угодила в неприятную историю прямо на глазах этого человека и его последние слова, обращенные ко мне, были вовсе не лестными. Тогда зачем я ему? Мне удалось избежать исключения из школы, однако он подозревал меня в шпионаже. Может он еще раз хочет допросить меня?

В последний раз, остановившись на ночлег на берегу реки, мы расселись у костров и молча, ужинали. Никто не смеялся и не вел праздных разговоров. Завтра утром за нами приплывут лодки, чтобы доставить на другой берег, а там рукой подать до столицы.

– Я все думаю о твоей судьбе, Эйв. Как я узнаю, что будет с тобой? – обеспокоенно, спросила Клай, касаясь моей руки. – Я же с ума сойду от неизвестности.

– Я знаю, где будешь ты, и если появится возможность, сразу же сообщу о себе, – прошептала я.– Самое главное, будь внимательна и думай только о своем благополучии. Я верю в тебя и твои возможности. Не отвлекайся на мысли обо мне, ты же знаешь, я крепкая.

– Спасибо, Эйви! Ты тоже будь не чеку и следи за своим языком, – вздохнула подруга, глядя на меня с надеждой, что я прислушаюсь к ее словам, но не очень–то в это веря.

Больше мы не говорили. Слова излишни, когда провел бок о бок с человеком столько лет и знаешь его достаточно хорошо. Завтра начнется совершенно новая жизнь, и не знаю все ли из нас, к ней готовы.

Лодки прибыли, когда мы сворачивали лагерь. К капитану, сопровождавшему нас, подошел молодой королевский стражник. Его лейтенантская форма заметно отличалась от одежды других стражей. Рекруты зашептались вокруг меня. Стражник о чем-то спросил капитана и тот кивнул в мою сторону. Сердце забилось чаще, когда лейтенант направился ко мне. Его уверенные шаги и суровый вид откровенно пугали меня. Я ненавижу неизвестность.

– Рекрут Аддарио, я лейтенант королевской стражи Корнуэл Стэлз. Мне поручено встретить вас и проводить к Старшему инструктору Норду, – отчеканил он, случайно или не намеренно, поражая меня своей выправкой.

Что ж, видимо, именно здесь наши пути с Клай разойдутся. Я обняла подругу и пошла вслед за лейтенантом. Меня немного смущал тот факт, что я буду добираться до столицы отдельно ото всех, но не мне выбирать.

В лодке я пригляделась к сопровождающему меня стражу. Он был ростом выше среднего, худощавый, но жилистый. Волосы светлые, собранные в тугой хвост. Весь путь через реку он даже не смотрел на меня и не разговаривал. Сразу бросалось в глаза, что он крайне собран и дисциплинирован, вышколенный до предела. Задавать ему вопросы было бесполезно, если он сам не посчитал нужным вдаваться в подробности, то разузнать что-либо не представлялось возможным.

Переправившись на другой берег, я увидела еще одного стражника, который держал под уздцы трех лошадей. Он повернулся к нам, и я резко остановилась. Этот второй стражник, был как две капли воды похож на лейтенанта Стэлза, только выражение на лице мягче и веселее, а волосы короче. Мы подошли ближе и он с нескрываемым любопытством стал меня рассматривать. Его взгляд остановился на моей груди, и волна гнева поднялась во мне. Я уставилась на него в ответ.

– Что скажете лейтенант Стэлз? Мне покрутиться? – сказала я, расставляя руки в стороны.

– Как ты узнала мое имя? – вскинув брови, спросил он.

– Я не идиотка. Лейтенант представился на той стороне реки, а вы похожи как две ослиные задницы, – с вызовом скрестила я руки на груди.

Я ожидала чего угодно, гнева, ярости или даже хука справа, но только не смеха. Этот второй страж засмеялся так громко, что я растерялась. На его лице совсем не было злости, смеялся он от души.

– Что тут смешного Маркус? Она только что назвала нас задницами, – недоумевал его брат.

– А ты остра на язычок. Инструктор Норд предупреждал нас, что с тобой будет нелегко. Но увидеть лицо Корнуэла, после твоих слов, стоило того,– все еще смеясь, сказал Маркус. – Думаю, мы поладим, сестренка.

– Хватит «любезностей», нам пора в путь, – процедил лейтенант Стэлз. – Дальше мы поедем на лошадях. Надеюсь, вы умеете держаться в седле рекрут Аддарио?

– Да лейтенант. Умею.

– Подсадить не нужно? – совершенно серьезно, на этот раз, спросил Маркус. Вместо ответа я взялась за седло, слегка подпрыгнула и подтянула ногу к стремени. Я маленького роста и это всегда было проблемой. На занятиях в рекрутской школе мой рост служил еще одним поводом посмеяться. Мне было невероятно сложно забраться на лошадь, но Клай отличная наездница, научила меня этому трюку. Дети в Гвардии рано садятся в седло. Маркус удовлетворенный моей ловкостью, улыбнулся, а Корнуэл одобрительно кивнул.

Уже стемнело, когда мы прибыли в Оурэлию, столицу Ессении. При въезде в город нам встретилось довольно много деревянных лачуг, однако, чем ближе к центру, тем дома становились крепче и солидней. Ворота и высокий булыжный забор дворца, окружали уже каменные постройки. Сумерки вовсе не мешали людям бродить по улицам. Жители Оурэлии выглядели спокойными и приветливыми. Судя по всему, живут они здесь безмятежно, ничем не напуганные и не стесненные. Дети резвились возле своих домов, бегали друг за другом и хохотали. Я затосковала по дому. В Орсии не было таких городов. У нас много поселений, но в основном большие хозяйства, где разводили скот, выращивали овощи, фрукты и зерновые. На огромных полях и лугах Орсии больше простора и свободы.

Мы остановились у дворцовых ворот, и лейтенант предъявил документы. Как мне показалось, этого и не требовалось, очевидно же, что этих двоих здесь хорошо знают. Когда все формальности были соблюдены, мы двинулись дальше. Я никогда прежде не видела дворец, и он поразил меня своей внушительной конструкцией. Наверное, я открыла рот, потому что услышала смешок со стороны Маркуса. Как бы они не перемещались во время нашего путешествия, я всегда могла их различить, и дело было даже не разной длине волос. Лицо Корнуэла – серьезное и спокойное, как будто вся ответственность мира легла не его плечи. Маркус же чаще улыбался, от чего у него появились морщины в уголках рта, и лицо выглядело намного приветливее.

Мы пересекли огромный сад, на который я с радостью полюбовалась бы при свете солнца, и обогнули дворец. Ночь полностью вступила в свои права, когда проехав через небольшие посадки, мы оказались на обширной поляне. Здесь располагались казармы, тренировочное поле, три конюшни и псарня. Эта территория по величине была почти такой же как рекрутская школа. Удивительно, как гармонично все это смотрелось за дворцовыми стенами. Мы спешились и Маркус забрал лошадей :

– Сегодня ты отдохнешь, но с завтрашнего дня сама будешь ухаживать за своим конем, – сказал он. – Сейчас я им займусь, а ты встретишься с инструктором.

– Это что мой конь? – справившись с первым шоком от услышанного, выговорила я.

– А я разве не сказал? Да. Это Клин. И он твой! – чрезвычайно довольный произведенным эффектом, заявил Маркус. – Его выбрал для тебя Старший инструктор, исходя из твоего роста. Клин один из самых низкорослых скакунов в наших резервах, но это нисколько не умоляет его достоинств.

Не успела я насладиться звучанием этих слов, как лейтенант Стэлз побрел к конюшням. Вот же хитрец! Я даже не успела рассмотреть своего коня хорошенько. В рекрутской школе мы не часто ездили верхом, и я всегда ждала этих уроков с нетерпением. Я люблю животных, и они любят меня, а вот иметь своего коня– это запредельно.

Мы с Корнуэлом двинулись дальше. Недалеко от казарм, среди деревьев, расположился небольшой домик, на пороге которого стоял человек. Я узнала его мгновенно. Волк лениво двинулся нам навстречу, и я к собственному удивлению обрадовалась. Кай подошел ко мне и уткнулся мордой в ладонь. Это как встретить старого друга, все движения интуитивны и безотчетны.

– И я рада тебе,– опустившись на корточки, я погладила его по голове. – Вижу, ты не забыл меня.

– Это невероятно! – прошептал лейтенант. – Он всегда держит дистанцию, никогда и ни к кому кроме Старшего инструктора не подходит. И уж тем более не дает к себе прикоснуться, да никто и не рискнул бы.

Советник Норд возвышался над нами величественной горой.

– Весьма любопытно, – сказал он, скрестив руки на груди и глядя на своего «питомца». – Рекрут Аддарио, вы можете пройти в свою комнату. Отдохните, и завтра утром я жду вас у себя. – Он щелкнул пальцами и удалился, забирая Кая с собой.

Корнуэл проводил меня в казарму и показал комнату в которой я буду жить. Это было совершенно отдельное помещение, абсолютно изолированное. Мне предстояло стать единственной девушкой в части. Комната не большая, но в ней есть все что нужно, кровать у окна, небольшой шкаф, стол и стул. На подушке лежала аккуратно сложенная форма, на столе большая миска и кувшин с водой. На стуле висело полотенце. Я подошла к окну и с удовольствием отметила, что прямо за ним лес. Эта комната самая дальняя в казарме и явно раньше не была жилой, её оборудовали специально для меня. Я окинула взглядом эту коморку и подумала о том как надолго я здесь задержусь, а потом быстро умылась и легла. Уснула я мгновенно и проспала всю ночь без сновидений.

Седьмая глава

Утром я поднялась рано, еще не начало светать. Мне захотелось обойти территорию и осмотреться пока все не проснулись, и я не начала привлекать к себе ненужное внимание. Я надела свою старую форму и вышла.

Как объяснял вчера Маркус, казарма, из которой я вышла – для новичков, другие две занимала дворцовая стража. Между ними столовая, а затем оружейная и две конюшни. Мне пришла в голову мысль, поискать своего коня и я зашла в первую конюшню. Все лошади предстали передо мной ухоженными, сытыми и здоровыми, я чуть было не захлебнулась счастьем, поскольку это стало одним из самых потрясающих зрелищ в моей жизни. Столько прекрасных животных! Я погладила нескольких, так и не обнаружив Клина. Одно стойло привлекло мое внимание, на нем было написано: « А.Норд. Быстрая», и я не удержавшись, заглянула. Такой прекрасной лошади я не встречала. Крепкая, мощная и невероятно благородная, полностью белая, только половина головы и часть шеи серые. Это выглядело как родимое пятно, распространившееся вокруг одного глаза. Она подошла ко мне:

– Ты Быстрая? Я Эйвери, я новенькая. Как тебе здесь? – чувствуя себя, немного глупо прошептала я. Лошадь фыркнула и ударила копытом два раза в пол. – Нравится, вижу, что нравится. – Я почесала ее за ухом. – Ну, я думаю, еще увидимся, если твой хозяин не пустит меня на корм собакам.

Дальше была псарня, туда я решила пока не заглядывать, а свернула сразу к тренировочному полю. Все постройки были расположены по кругу, а поле находилось как раз в центре. Поле разделили на две части, одна из которых служила для бега и упражнений, а другая разграниченная на пять отсеков, для боевых поединков.

За полем был дом Инструктора Норда, мимо которого я прошла, и уже хотела отправиться в казарму, но увидела тропинку. Любопытство взяло верх, вынуждая меня двинуться по ней. Пройдя довольно длинный путь среди деревьев, я вышла на очень маленькую полянку и застыла, как вкопанная. Прямо в ее центре спиной ко мне стоял инструктор Норд, который был без рубашки, с босыми ногами и делал упражнения на растяжку. Его плавные мягкие движения завораживали. Поразительно, как при таком росте и телосложении он может так грациозно двигаться. В этом человеке не было ни капли жира, мышцы играли на руках и спине. Я так и стояла, боясь даже дышать. Мне постоянно приходилось видеть парней без рубашки на тренировках в школе, но, ни один из них не выглядел и уж точно не двигался, как Старший инструктор. От этого зрелище захватывало дух. Закончив, он перешел к силовым упражнениям, ускоряя темп. Через несколько минут инструктор весь покрылся потом.

– Не стоило просто смотреть, рекрут Аддарио? Могли бы присоединиться, – вдруг, сказал он.

Я вздрогнула от неожиданности и устыдилась своего поступка. Выглядело все это вполне двусмысленно, словно я подглядывала.

– Я просто изучала местность, сэр. – Мне стало неловко и захотелось скорее скрыться из вида.

– Я знал, что вы найдете это место рано или поздно. Ваше стремление к природе непреодолимо, оно у вас в крови. Дальше по дороге есть небольшой пруд. – Инструктор обернулся и посмотрел на меня, а потом поднял с земли рубашку и направился к ручью, которого я не заметила в траве. Норд присел на корточки и стал умываться. Я отвернулась, сама не зная почему, этот процесс казался уж очень интимным.

– Скоро подъем, отправляйтесь к себе и переоденьтесь. После завтрака я жду вас у себя.– Инструктор прошел мимо меня и через мгновение скрылся из вида.

В своей комнате я оказалась прямо перед подъемом, на столе снова стоял полный кувшин. Я умылась и переоделась в новую форму, которая, кстати сказать, села как влитая, словно, сшита была специально для меня. Даже высокие сапоги, из мягкой тонкой кожи, пришлись по размеру. Куртку я не надела и осталась в рубашке с коротким рукавом. Открыв шкаф, я обнаружила еще два комплекта одежды вместе с простым и незамысловатым нижним бельем. Еще пара ботинок и ночная сорочка. Сорочка? Я никогда не понимала, как можно в них спать, во время сна она обязательно сворачивалась и поднималась аж до подбородка. В рекрутской школе нам тоже выдавали такие, но мы всегда их обрезали до самых трусов, так легче и удобнее.

Всю дорогу меня сопровождали любопытные взгляды, которые я старалась не замечать. В столовой меня посетили уже знакомые ощущения, все замолчали и медленно повернулись ко мне. В воздухе витало неодобрение, смешанное с запахом табака и пота. Столовая предназначалась всем, и новичкам, и состоявшимся стражам. Никто из них не понимал, зачем я здесь, отражая мои собственные чувства. Стоять было глупо, поэтому я прошла к раздаточному столу, взяла свой завтрак и села за самый дальний и самый маленький стол, чтобы исключить соседство.

Недалеко от меня стоял еще один обособленный стол, вероятно для старшего офицерского состава. Через какое–то время за ним разместились пять человек, в том числе и братья Стэлз. Заметив меня, Маркус подмигнул, но не подошел поздороваться. Я так и сидела одна, впрочем, не очень долго.

– Привет, мелкая, – прошептал мне прямо в ухо знакомый голос, от которого меня передернуло. – Я рад, что мы снова вместе. Это просто подарок судьбы, что ты здесь. Уверен, ты скучала.

Я резко встала. Конечно, мне было известно, что Брай где-то здесь, но встретить его так скоро, стало для меня полной неожиданностью. Я услышала в голове свой невысказанный стон, полный досады и сожаления, что Брай не пропал без вести, где-то в лесу, по пути в столицу.

– Отвали от меня Брай. Займись уже своим делом. – Проклятье, я снова оказалась в центре внимания.

– Ты, мое самое любимое дело. Только представь, как хорошо нам будет. Ты же живешь со мной под одной крышей. Я успел навести справки. – И он провел рукой по моей щеке, злорадно скалясь.

Чуть не подавившись омерзением, я схватила его за руку и заломила ее ему за спину. Брай развернулся на месте и выронил поднос. Приложив его лицом к столу, я проговорила:

– Только подойди ко мне еще раз и я перегрызу тебе горло!

Сзади меня резко схватили за волосы и отшвырнули на пол. Дейт! Ну как же без него? Краем глаза, я заметила шевеление. Маркус приподнялся, собираясь вмешаться, но Корнуэл остановил его движением руки. Лейтенант медленно опустился на стул, помощи мне не дождаться. Я вскочила с пола и встала в стойку, готовая к драке. По одному я смогу их одолеть, но с двумя сразу мне не справиться, это был неоспоримый факт, я пыталась много раз. Ох, ничего– то не меняется. Брай двинулся на меня, но резко остановился, глядя мне за спину. Я боялась оборачиваться, это могло быть уловкой с его стороны, Брай редко действовал честно. А потом, я почувствовала, что сзади кто-то стоит.

– Что здесь происходит? – спросил Старший инструктор. Я опустила руки и расслабилась. Сейчас драки не будет, но на ночь нужно хорошо закрыть засовы.

– Ничего, сэр,– выдавив из себя улыбку, ответил Дэйт.– Просто встретили старую знакомую и решили поздороваться.

– Поздоровались? – голос инструктора, глубокий и вкрадчивый, вызывал мурашки по спине и спазм в горле. – Приступайте к завтраку.

Я села за свой стол, даже не обернувшись. Аппетит совсем пропал. Инструктор Норд опустился на стул рядом с Маркусом, взгляд которого был полон недоумения. Стало жутко интересно, что же так удивило лейтенанта. В столовой стояла мертвая тишина. Я чувствовала кожей взгляды, устремленные на меня, это было невыносимо, поэтому я встала и пошла к выходу.

На земле, возле столовой, лежал Кай. Он лениво потянулся и лег удобнее, так чтобы его правый бок погрелся на солнышке.

– Ну вот. Ничего не меняется. Мне наверное никогда не оставить школу позади, она будет преследовать меня, – пожаловалась я, почесывая его шею. – Ладно, минутная слабость прошла. Пойду ждать твоего хозяина у его дома.

Ждать пришлось не очень долго, инструктор появился почти сразу за мной. Сложно сказать, какое у него было настроение и чем аукнется мне эта стычка в столовой. В школе, инструкторы никогда не разбирались, выбирая виноватой меня.

– Входите, – сказал он, открывая дверь.

Я переступила порог и огляделась. Все в этом доме говорило о том, что его хозяин скромен и дисциплинирован. Порядок безупречный, ничего лишнего. Здесь были кухня и три комнаты: кабинет, спальня и еще одна, но она была заперта, я предположила, что это уборная. Норд проводил меня в свой кабинет и предложил сесть.

– Я пригласил вас, чтобы рассказать о вашем будущем. Как вы сами понимаете, допустить вас до охраны Амалии Кастол, я не могу. Ваши успехи в школе говорят сами за себя, но поведение оставляет желать лучшего….

– Но, сэр…, в последнее время я…

– Рекрут Аддарио, даже сейчас вы не в состоянии держать себя в руках, – слегка повысив голос, остановил меня он.– Вы не сдержанны и не дисциплинированны. Повторяю, для защиты госпожи Кастол вы не подходите. Вы единственная девушка из своего отряда, которой не нашлось места. Дело в том, что кроме госпожи Кастол, никто не верит в эту программу и брать вас на службу никто не собирается.

Я ощутила весь ужас сказанных им слов. Мне не нашлось места нигде, это чудовищно! И что теперь будет со мной?

– У меня есть некоторые мысли на этот счет, но они пока останутся при мне. Итак, вот как мы поступим. Вы будете жить здесь, и тренироваться как будущий страж. Опять же, никто из опытных стражей не захотел работать с вами как инструктор. У всех вновь прибывших есть наставники, до тех пор, пока они не пройдут отбор, и я не распределю их на постоянное место службы. Первое время вы будете заниматься с моей командой, пока кто-нибудь не согласится взять вас под свою ответственность, – равнодушно сказал Норд.

– Почему никто не взял меня? Я лучшая в своем выпуске и вы сами сказали, что мои успехи говорят сами за себя. Я не хуже других рекрутов, что прибыли сюда. – Обида душила меня, угрожая выплеснуться злостью.

– Вас видели все инструкторы, и для них вы лишь маленькая бесполезная девчонка. Вы это хотели услышать, рекрут Аддарио? Никто не хочет тащить вас как балласт. – Очень медленно проговорил он последнюю фразу.

– Балласт? Это я балласт? – как он и ожидал, я взорвалась, вскочив на ноги.– Я быстрая и ловкая, мои способности в ориентировании….

– Вы забываетесь, рекрут, – очень тихо, но с выразительным нажимом сказал инструктор. – Служба – это, прежде всего дисциплина и субординация. Вы должны следовать приказам своего командования и выполнять их беспрекословно. Вы способны на это рекрут?

Его гневная тирада подавила бурю у меня в душе. Ему не нужно было кричать во все горло, его голос завораживал меня, и я ощущала его мощь и глубину каждой клеточкой. Судя по всему, он был вне себя от ярости, но эти эмоции выдавали лишь глаза и интонация. Я понимала, что он может вышвырнуть меня за ворота в любой момент, но совсем не ожидала, что меня назовут балластом. Я никогда не просила помощи, никогда не была ни для кого обузой. Даже в нелегкие дни после побоев Брая, я никому не жаловалась и не стонала, а сама зализывала свои раны и даже Клай не всегда знала насколько мне тяжело. Эти слова просто уничтожили меня.

– Я вижу ваш гнев рекрут. И очень надеюсь, что вы направите его в нужное русло. Выплескивайте его на тренировках и это последний раз, когда я напоминаю вам об этом.

– Да, сэр, – опустив голову, пробормотала я.

– Что вы сказали рекрут?

– Да, сэр, – взяв себя в руки, громко и четко повторила я.

– Другое дело. Сейчас отправляйтесь в конюшню и найдите лейтенанта Стэлза. Он скажет что делать.

– Да, сэр. – Я развернулась и вылетела из дома.

Немного поостыв, я пришла к выводу, что, в общем и целом, пока все складывается не так уж и плохо. Определенно, это не то чего я хотела. Меня не захотели принимать в охрану, но с другой стороны, оказаться в отряде Норда, даже временно, само по себе огромная удача. Все это не обещает мне ничего радужного, но вернуться домой с позором, было еще хуже. Возможно, тренируясь с этими людьми, я смогу проявить себя и меня заметят. Может кто-то пригласит меня на службу, ведь маленькие и ловкие воины тоже полезны.

С этими мыслями я вошла в конюшню. Мне не пришлось долго искать Маркуса. Он вышел мне навстречу, сверкая всеми своими белоснежными зубами. Этот парень находил хорошее во всем и довольно просто относился к жизни, с невероятным терпением и улыбкой наготове.

– Доброе утро, рекрут Аддарио, – весело сказал он. – Как ты сегодня?

– Не думала, что это кому-то интересно. – Вероятно, я могла показаться ему ворчливой, но он и виду не подал.

– Инцидент в столовой не мог настолько омрачить твоего настроения, я думаю. – Прищуренный взгляд, веселых глаз, обманчиво обезоруживал.

– Нет, к такому я привыкла. Это в пределах нормы в школе рекрутов. – Меня ничуть не смущало, что Маркус проявлял любопытство, он делал это ненавязчиво, не напористо.

– Извини, что не помог. – Лицо лейтенанта вмиг стало серьезным. – Инструктор велел не вмешиваться в подобные ситуации. Он ожидал чего-то подобного.

– Вам не за что извиняться, лейтенант. Инструктор Норд прав, вам не следует вмешиваться, – с горечью сказала я. Почему он так сказал? Он хотел, чтобы меня покалечили?

– Дело в том, Эйвери, что мы не привыкли к тому, что среди нас девушка. Первой реакцией было встать на твою защиту, но инструктор предупредил нас, что ты должна показать себя как воин и равная нам. Он напомнил, что ты не просто девушка, а рекрут, с успехом закончивший школу. Мне, например, ты ничего не должна доказывать, но вокруг очень много солдат, которые считают, что тебе здесь не место. Это им ты должна показать, чего стоишь.

– Можно вопрос, лейтенант?

– Валяй, спрашивай.

– Как давно вы в отряде Инструктора?

– Он забрал нас к себе сразу после выпуска. Это почти пять лет. Советника Норда тогда только утвердили на должность Старшего инструктора. – Я слегка улыбнулась, увидев гордость, распиравшую грудь этого парня.

– Он так молод. Эта должность больше подходит тем, кто участвовал в боевых действиях, разве не так?

– Возможно, но те, кто воевал, сейчас находятся в военном совете и живут гораздо комфортнее нашего капитана. И никто не мог бы лучше выполнять эти обязанности. Капитан непревзойденный воин, стратег и великолепный наставник. Любой из нас отдаст жизнь за него, даже глазом не моргнув. – Обычно веселое лицо Маркуса стало невероятно серьезным в этот момент. И я поняла, что его слова абсолютная правда. Такая преданность вызывала уважение.– Да, и кто тебе сказал, что наш капитан не участвовал ни в каких сражениях? Идем, лучше познакомлю тебя с твоим жеребцом.

Мы прошли в самый конец конюшни, последнее стойло. Черный с белыми носками и гривой, невероятно красивый конь приветственно фыркнул. Я подошла ближе и положила руку ему между глаз, его морда уткнулась мне в плечо.

– Узнал меня? Я Эйви, теперь ты мой. Давай сразу договоримся, я буду за тобой ухаживать и кормить, а ты не будешь сбрасывать меня. Идет?

– Можешь начинать, – сказал Маркус, подавая мне щетку и ведро. Я вошла в загон и начала чистить Клина. – Сегодня у тебя первый день и первая его половина будет относительно спокойной. Ты почистишь и покормишь своего коня, а потом выведешь его на прогулку. Ты можешь остаться на поле как все или прокатиться в роще за казармами, времени до обеда у тебя достаточно. А вот после обеда, образуется немного свободного времени и нам нужно будет сделать кое-что, пока не скажу что, не спрашивай. Затем тренировка и мы, наконец, посмотрим, на что ты способна.

– Как именно?

– Пробежка, несколько силовых упражнений и тренировочный поединок с одним из стражей младшего состава. Капитан Норд будет выяснять твои слабости, и выявлять сильные стороны.

– Я никак не могу привыкнуть к тому, что Инструктора называют и советником и капитаном, немного сбивает с толку. – Этот вопрос занимал меня довольно давно, я подумала, что момент задать его подходящий.

– Ну, это совсем просто. Для людей политических и гражданского населения он Советник, так как для них эта сторона его жизни важна. Для стражей он Старший инструктор по той же причине. Ну а мы, его люди, называем его соответственно званию, он наш капитан и так проще. Это его желание, – из уст Маркуса, ответ звучал вполне логично и на самом деле просто. Вообще, говорить с ним было легко и приятно.

– А как мне его называть? Я не политик и не гражданская, я не его человек и не страж. Я по сути сама не знаю, кем являюсь. – Мне стало неловко, раскрывать свои страхи и опасения, но думаю, Маркус понял меня правильно.

– Мне кажется, первое время можешь обращаться к нему – Старший инструктор или просто инструктор. Когда определится твоя судьба, сама поймешь.

– Знать бы, когда она определится,– пробормотала я.

– Примерно через четыре недели. Это срок для всех прибывших. Они тренируются со стражами и показывают себя. По истечении этого времени, капитан тестирует их, и определятся с назначением. На самом деле времени у тебя достаточно.

– Согласна, времени достаточно, но что я вообще здесь делаю? Инструктор сказал, что никто не возьмет меня на службу. Зачем это все, если будущего у меня нет?

– Не забегай вперед, кэп всегда знает, что делает. – Рука Маркуса ободряюще легла на мое плечо и в этот момент, невозможно было не верить его словам. – Извини, мне пора. Увидимся за обедом.

– Спасибо, лейтенант Стэлз. За все!

– Маркус, можно просто Маркус, – улыбнулся он напоследок и вышел.

Восьмая глава

Почистив и покормив своего нового друга, я вывела его на улицу. Мы прошли сквозь тренировочное поле и я направила Клина к тропинке, которую обнаружила утром. Мне захотелось побыть с ним наедине, чтобы мы привыкли друг к другу. Миновав поляну, где утром занимался инструктор, я углубилась в лес, затем запрыгнула в седло и сказала:

– Ну что ж, я свое обещание выполнила. Ты сытый и чистый. Твоя очередь. – Я пригнулась к его голове и погладила шею. – Давай просто пройдемся и осмотримся здесь. Инструктор сказал, где-то есть пруд. Отвезешь меня туда?

Клин, похоже, понял меня и двинулся вперед. Примерно через полчаса неспешной ходьбы мы вышли к пруду. Солнце палило беспощадно, и я сильно вспотела, одежда прилипла к телу, а выбившиеся из кос волосы, к лицу. Пруд был небольшим и судя по непримятой траве по берегам, его посещали не часто. Я привязала Клина и решила освежиться.

Раздевшись до нижнего белья, я медленно вошла в пруд. Прохладная вода была прекрасным лекарством от тревог и усталости, мышцы сразу расслабились, и по телу прошлась приятная истома. Я ныряла с головой и плавала, ускоряя темп, получая невероятное наслаждение. На память пришло озеро за территорией рекрутской школы, выходить из которого тоже не хотелось, прямо как сейчас. Однако, сделав над собой усилие, я все же выбралась на берег и повернулась лицом к солнцу. Нужно просохнуть, время до обеда еще оставалось. Косы расплелись, и я расчесала волосы руками, они упали тяжелыми прядями на плечи.

Возможно, все не так плохо. У меня есть свой конь, подумать только! Живописное место для уединения и призрачная возможность исправить свое положение с будущей службой. Купание, определенно, пошло мне на пользу. Страхи и тяготы на время оставили меня. Позволив себе еще немного насладиться прекрасным днем, я отправилась назад. Очень радовал меня тот факт, что я могла попасть в свою комнату, никем незамеченная. Я решила зайти сначала туда, прежде чем вернуть коня в стойло.

Возвращаясь в казарму, чтобы привести себя в порядок перед обедом, я наткнулась на Старшего инструктора. Встреча была неожиданной и для него, похоже, он задумался, и не сразу заметил меня, а когда узнал, резко остановился. Инструктор долго смотрел на меня, а точнее на мои волосы. Я инстинктивно взялась за белые пряди, обычно вплетенные в косы. Они были ненавистны мне и казались уродливыми, и сейчас светились ярким пятном на моих темных волосах. Я попыталась быстро собрать их снова, но эмоции мешали мне, движения мои были резкими и какими-то нервными. Норд, наблюдая за моими манипуляциями, выглядел удивленным. Не находя лучшего способа прикрыть волосы, я обошла Клина с другой стороны и отгородилась от взгляда инструктора, а потом, чувствуя себя полной идиоткой, медленно поплелась в казарму.

В столовую я вошла уже с двумя толстыми, тугими косами. Мне снова пришлось прошествовать сквозь толпу, смотрящую на меня недовольно и сесть за прежний стол в полном одиночестве. Команда Норда разместилась на том же месте, что и утром. Медленно поглощая свой обед, я привыкала к положению дел, меня всегда будут встречать именно такие взгляды. Маркус подошел ко мне, как только закончил с приемом пищи:

– У меня такое впечатление, что тебе страсть, как хочется удрать отсюда, сестренка. – Лицо Маркуса хоть и было веселым, но не казалось насмешливым. – Хочешь выйти в город со мной? Я отведу тебя к Мэл.

– Кто такая Мэл? – Я доверяла лейтенанту, но все равно насторожилась. Маркус уловил мое настроение и улыбнулся.

– Мэл – швея. Она обеспечит тебя всем необходимым.

– Правда? Это то, что нужно, спасибо. – Мой стол чуть не опрокинулся, когда я поднялась с места.

– Можешь закончить свой обед, – усмехнулся лейтенант.

– Я уже сыта. – Сегодняшний обед стоял у меня поперек горла, и я так обрадовалась этой возможности, что вышла из столовой вперед Маркуса.

– Капитан дал мне свое согласие, сопроводить тебя в город. – Лейтенант немного замялся и я снова насторожилась. – У нас нет сестер, а вот у старика Нокса три дочери и он говорит, что есть такие вещи, которые нам болванам не понять. А его добрая супруга Мэл враз организует все, что нужно.

– Старик Нокс? Кто это?

– Это седой тощий дед из нашего отряда. Он прекрасный следопыт и добрейшей души человек. Нокс, чуть ли не единственный, кто не возмущался твоему появлению. Говорит, что живет долго и все меняется с течением времени. Нужно уметь поворачиваться к переменам лицом, что бы это не значило.

– Нужно не забыть поблагодарить его, – сказала я.

– Попробуй, – засмеялся Маркус.

За разговором, я и не заметила, как мы вошли в сад. Такого количества и разнообразия цветов я никогда еще не видела. При свете дня сад казался просто огромным и таким красивым, что я забыла обо всем на свете. Мне представилось как знатные дамы, и их кавалеры гуляют здесь под руку и ведут пустые разговоры. Самое бесполезное времяпрепровождение, на мой взгляд.

За воротами жизнь кипела и бурлила, люди куда-то спешили, каждый занимался своим делом. На рынке шла торговля полным ходом. Жители продавали и покупали разнообразные товары, зазывали и торговались о цене. Этот вид нормальной жизни завораживал и отвлекал.

– У тебя есть деньги? – спросил Маркус.

– Немного, а что?

– Я подумал, может тебе что-то нужно…, ну не знаю…, какие – нибудь девичьи штучки. – По лицу Маркуса начал распространяться румянец, который угрожал напрочь уничтожить его мужественность.

– Девичьи штучки? – я засмеялась, впервые за долгое время. – Какие именно?

– Ну, я откуда знаю? Просто подумал, что вы там девчонки любите? Платья, туфли, ленты, заколки. – Он пытался напустить на себя суровый вид, но лишь прибавил комичности этой ситуации.

– Девчонки? Маркус, я не девчонка, я воин. И куда, по-твоему, я пойду в платье? На конюшню? Хотя…, если подумать, возможно, есть кое-что. Мне нужно небольшое зеркало, убирать волосы без него не очень удобно, – обрадовалась я тому, что вспомнила эту деталь, о которой думала утром.

– Отлично. Я покажу, где его можно купить, на обратном пути. – Маркус был рад, что этот разговор окончен.

Мы пришли к небольшому каменному дому, и мой спутник постучал в дверь. Нам открыла высокая, стройная девушка с рыжими волосами и россыпью веснушек на лице. Увидев нас, она зарделась:

– Лейтенант Стэлз, здравствуйте. Папа говорил, что вы можете зайти.

– Добрый день, Элен! – смущенно и даже как – то робко, проговорил Маркус. – Можно нам к Мэл?

– Конечно, проходите. – Девушка чуть посторонилась, пропуская нас в дом. Находиться здесь было чрезвычайно приятно, ухоженные, чистые комнаты и цветы на окнах, говорили о заботливых и трудолюбивых руках хозяйки. Но приятнее всего был запах свежей сдобной выпечки, который щекотал нос и вызывал волчий аппетит.

Мэл оказалась полноватой женщиной средних лет, с такими же рыжими волосами как у дочери. Она сразу же окинула меня внимательным взглядом мягких серых глаз.

– Здравствуй, девочка, – приветливо улыбнулась она. – Вижу, что советник Норд не ошибся с твоими размерами и форма села идеально.

Я даже приоткрыла рот от удивления. Когда это инструктор сказал ей о моих размерах? И собственно, откуда они ему известны?

– Мой заботливый муж подсказал Аарону, что твоя форма должна быть сшита несколько иначе, и он вынужден был согласиться. Никогда прежде, ему не приходилось заказывать форму для девушки, скажу я вам, на это стоило посмотреть.– Мэл говорила о Старшем инструкторе с материнской теплотой, и отчего-то это было приятно.– Тебе еще что-нибудь нужно, милая?

Я смущенно осмотрелась и поняла, что мы остались наедине. Маркус и Элен вышли во двор.

– Мне бы еще пару рубашек ночных, но если можно покороче. Спать в длинной не удобно. Еще, если можно, что-то для выхода в город, простое и не похожее на форму, и легкая куртка. Пока это все пожалуй.

– Хорошо, красавица. Все сделаю быстро и сообщу тебе. Придешь, заберешь. – Я так давно не слышала добрых слов в свой адрес, что закрыла глаза, чтобы не заплакать. Казалось, что эта женщина дарила тепло и заботу всем окружающим.– Когда у тебя будет свободное время, приходи к нам на чай. Я готовлю самые вкусные пироги в городе. Элен, твоя ровесница, и будет рада пообщаться с тобой. Сестры ее замужем и ей бывает одиноко.

– Спасибо большое Мэл, я обязательно зайду, если мне позволят. – Сказать честно, я понятия не имела, позволено ли мне выходить в город и как часто.

Покидать этот дом, в котором царили любовь и забота, совсем не хотелось. Эта прекрасная женщина, не сумев уговорить нас остаться на чашечку чая, завернула пироги нам с собой. По пути обратно в казармы, мы купили зеркало и уже почти вышли с торговой площади, когда я вспомнила, о чем еще хотела спросить Маркуса:

– А есть ли здесь книжная лавка? – с надеждой в голосе спросила я.

– Наверное, есть, но я не знаю, где именно. В отряде, кроме капитана, никто не читает, – Маркус пожал плечами.

– Инструктор Норд любит читать? – Этот человек не переставал меня удивлять.

– Если прийти к нему незадолго до отбоя, то почти всегда можно увидеть его с книгой, – сказал лейтенант. – Можем спросить у кого нибудь, где здесь продают книги.

– Давай, в другой раз. – Мысли мои уже были далеко.

– Как хочешь.

Мы вернулись в часть и разошлись по своим комнатам, чтобы сложить покупки и угощения Мэл. Маркус велел мне быть на тропинке через пятнадцать минут, поэтому я, наскоро умылась и вновь заплела волосы, которые немного распустились.

В нужное время я была на тропе. Здесь меня ждала вся команда, во главе с инструктором.

– Рекрут Аддарио. В ближайший месяц вы будете тренироваться с моим отрядом. Двух братьев Стэлз вы уже знаете. – Старший инструктор представил мне своих людей. – Это Трентон Стэлз – оружейник. Эксли Рант – лучший разведчик и Картер Нокс – следопыт.

Трентон – крупнее и старше своих братьев, угрюмый и молчаливый, смотрел не меня с откровенным презрением. Он напомнил мне каменную глыбу, мощную и безмолвную.

Рант был совсем невысоким и худым темноволосым мужчиной среднего возраста. Он, как и Корнуэл, вообще на меня не смотрел. Что-то непонятное промелькнуло в сознании при взгляде на этого человека, какая-то тень недоверия к его бегающим глазам.

Ну и Картер Нокс, действительно, пожилой седовласый человек с теплыми карими глазами. Я представила его рядом с Мэл и улыбнулась, это была идеальная пара, двух совершенно мягких и уютных людей.

Никто из них не поприветствовал меня. Я и не ждала. Все вместе мы дошли до поляны и мужчины сбросили оружие и куртки на землю.

– Сейчас мы пробежимся и сделаем несколько упражнений, – сказал инструктор, снимая верхнюю одежду. Эти слова были обращены только ко мне и только из необходимости. Я думаю, что если бы меня не было среди них, никто так и не раскрыл бы рта.

Рядом с этими мужчинами я выглядела сущим ребенком, неопытным и неумелым. Бегали они долго и легко, дыхание не сбивалось и казалось, они вообще не устают. Я тоже хорошо бегаю, но люди капитана гораздо выносливее меня, даже старик Нокс не уступил остальным, когда я прибежала последней.

Приступив к упражнениям, никто не разговаривал, было очевидно, что всё идет своим обычным ходом. Это очень слаженная команда, понимающая друг друга без слов. Я устала и совсем выдохлась к концу тренировки. Очень тяжело было поддерживать привычный для них темп. Но я упрямо хотела показать себя и доказать, что ничуть не хуже остальных.

– Вам не хватает практики. Вы должны уделять больше времени бегу и укреплению мышц. За эти четыре недели, ваша задача подтянуться до уровня моих людей и обогнать хотя бы Нокса, – сказал инструктор.

Для этого я должна заниматься дополнительно. На мое счастье, со временем проблем не было, пока меня не прикрепили ни к одному инструктору и не назначили на службу, я могу больше времени уделять тренировкам. Решение, заниматься самостоятельно, пришло в голову незамедлительно.

– Да, сэр.

– Теперь отправляйтесь на площадку для поединков, а я решу, с кем вы будете в паре.

– Да, сэр.

Больше никто не сказал мне ни слова, даже Маркус, опустил глаза. Он был совсем другим в команде, серьезным и сдержанным, будто и не говорили мы сегодня как старые друзья. Ничего, это тоже я переживу. Они не принимают меня, и не воспринимают всерьез, глупо было ожидать чего-то другого.

На тренировочном поле три площадки были заняты, остальной народ либо толпился вокруг, наблюдая за поединками, либо отрабатывали удары в стороне. Меня сразу заметили:

– Привет, малышка. Заблудилась? – прогоготал громила с огромными руками и без одного переднего зуба. – Или захотела понюхать мужского пота и найти с кем время провести?

– Чтобы почувствовать, как ты воняешь, не обязательно подходить так близко, – огрызнулась я. Если сейчас позволить шутить над собой в таком ключе, этой грязи в мой адрес не будет конца. Здесь найдется достаточно уродов, которые захотят не только пошутить, но и попробовать что-нибудь другое. Если мне не удастся это пресечь, я пропала.

Воины, стоявшие вокруг, заржали, и шутник покраснел от ярости, сжимая кулаки, совершенно определенно выдавая свои намерения. Я оценила ситуацию. Он вдвое выше меня, и сильнее намного, но слишком неповоротлив, и если двигаться быстро он скоро устанет. Нас окружили в предвкушении зрелища. Здесь не существовало правил поведения с женщиной. Я заявила о себе, когда поступила в школу рекрутов, теперь мне придется принять бой.

– Я научу тебя разговаривать вежливо, маленькая дрянь. – Злость застилала ему глаза. В толпе мелькнуло знакомое лицо, Брай. Он встал, скрестив руки на груди, и улыбнулся. Черт! Он никогда не побеждал меня в боях один на один, но Брай всего лишь рекрут, а этот болван опытный воин, хоть и не очень умный похоже.

Я отступила на шаг и чуть присела, готовая к схватке. Выбора у меня все равно не было. Мой противник шагнул ко мне и попытался схватить своими огромными лапами. Я юркнула вниз и прокатилась по земле под его руками. Я начала, своего рода танец, кружа вокруг него и делая ложные выпады. Он все больше злился на мои быстрые и легкие движения. Этот громила довольно быстро устал, движения его замедлились. Момент был подходящим, но тут Брай отвлек меня:

– Давай, милая. Сделай его и вечером я смогу тебя вознаградить!

О небеса, только не это. На одно короткое мгновение я отвлеклась и поздно заметила кулак моего противника, увернулась, но не достаточно быстро и получила скользящий удар по лицу. Если бы я совсем не успела, то этот удар вырубил бы меня надолго. Я отшатнулась назад и чуть не упала. Чудо удержало меня на ногах, а в это время, шутник надвигался на меня, и я резко пригнулась. Окрыленный победой, он ждал, что я заною или расслаблюсь и должным образом не закрылся. Но я привыкла к дракам, и зализывать раны буду позже, в полном одиночестве. Я подпрыгнула, схватив его за плечи и оттолкнувшись от его же руки, прыгнула ему на спину. Обвила ногами его спину и схватила за горло. Он захрипел и стал оседать, а я продолжала держать, пока он не сел на землю и не потерял возможность говорить. Только тогда я его отпустила и отошла подальше. Раненное животное становится опаснее, поэтому не стоило расслабляться, но у него не было сил наступать еще раз. Вокруг меня стояла тишина. Я огляделась и заметила команду инструктора Норда и его самого со скучающим видом.

– Рекрут Аддарио, – сказал он.– Пройдите в отсек для поединка.

Вот это да! Я такая маленькая только что завалила этого громилу и ни слова одобрения. Не то, чтобы я ждала похвалы, но его скучающее выражение на лице, задело меня. Проглотив обиду, я сделала, как он сказал.

– Маркус, пройди в отсек вместе с ней, – приказал Норд. Его выбор удивил нас обоих, но, ни я, ни Маркус не посмели спорить с решением Старшего инструктора. – Выбирайте оружие, рекрут.

Я осмотрелась, на деревянном ограждении висели мечи, булавы, палки с металлическими концами и кинжалы. Поединки на мечах не самая сильная моя сторона, для таких низкорослых, как я, меч слишком тяжелое оружие и освоить его мне так и не удалось. С палкой я хороша, но больше люблю кинжалы, поэтому вооружилась двумя.

– Хороший выбор,– похвалил Маркус.

Я уже так устала, и скула ныла от удара, но это своего рода экзамен и мне от него не отвертеться. Мы встали друг против друга, я покрепче перехватила орудия. Маркус был умным и ловким соперником, опытным и талантливым воином. Я хороша в сражении на ножах, но мои таланты не шли, ни в какое сравнение с мастерством лейтенанта. Он двигался плавно и никуда не спешил. В этой схватке темп задавал Маркус, и мне пришлось следовать ему. Я делала выпады, он с легкостью уворачивался. Стэлз даже не сбил дыхание, а я уже задыхалась и вспотела. Злясь и совершая ошибки, я не нанесла ему ни одного удара и проиграла.

– Совсем не плохо для первого раза, – тихо, так чтобы слышала только я, приободрил меня Маркус.

– Я считала себя быстрой и ловкой, но рядом с тобой, я просто гусыня,– так же тихо ответила я.

– Не все сразу, сестренка.

Рядом с нами возник Норд, он стоял так близко, что я еще раз убедилась какая огромная у нас разница в росте. В сравнении с ним я казалась младенцем.

– Можете отдыхать, рекрут. Сегодня я видел все что нужно, – ровно, совсем без эмоций сказал мне Старший инструктор. – Что касается тебя, Маркус, то тебе не стоило замедлять свою обычную скорость, чтобы не слишком утомить рекрута. Таким образом, ты не поможешь ей.

Маркус не нашел, что на это ответить и мне стало стыдно вдвойне. Лейтенант понял насколько я устала и решил смягчить свой натиск, но даже это не помогло мне справиться с ним. Опустив голову, я поплелась в казарму. Выходя из отсека, я слышала смешки и нелестные выражения о том, где мое место.

По пути в свою комнату, я передумала, решила зайти в столовую и взять угощения для Клина. Мне дали яблоко и несколько кусочков сахара. В конюшне я не смогла обделить вниманием Быструю и угостила ее сахаром. Умная лошадь, почувствовала мое отвратительное настроение и ласково положила голову на мое плечо. Поблагодарив кобылу за участие, я нашла Клина и оседлала его. Мне просто необходимо было привести мысли в порядок и помыться.

Пустив коня в галоп, я старалась ни о чем не думать, и насладиться поездкой, но это оказалось не просто. В школе я была одной из лучших и привыкла побеждать в честных поединках. Там не было задачи покалечить, лишь отрабатывать удары и учиться концентрации, но здесь моими противниками были взрослые и опытные мужчины. В отсутствии боевых действий они сражались друг с другом, чтобы выплеснуть накопившуюся энергию, от того и были злее и нетерпимее.

Довольно быстро мы добрались до воды и я скинула сапоги и одежду. Снова оставив лишь нижнее белье, я прыгнула в воду. Клин пощипывал травку неподалеку. Солнце уже садилось и поляну осветили первые лучи заката. Здесь было тихо. Плавая в пруду, я пыталась унять обиду и злость. Эти мужланы итак смеются надо мной, сегодня я сама дала им новый повод.

Когда мышцы жгло от усталости, я, наконец, вышла из воды и расплела косы, чтобы просушить волосы. Через несколько минут, я услышала легкий шум и обернулась. К пруду, с рубашкой на плече, шел инструктор Норд. Я застыла, не представляя, что делать дальше. Он, увидев меня, тоже остановился. На мгновение его глаза вспыхнули, манящим синим огнем, и лицо приняло смущенный вид, но лишь на мгновение.

– Вы не могли бы одеться, рекрут, – попросил он и отвернулся.

О небеса! Мое мокрое нижнее белье прилипло и не скрывало ни одной части тела. Стыдливый жар накрыл меня с головой. Я быстро оделась так и не успев просохнуть, а потом заплела волосы в свободную косу и собралась уходить.

– Почему вы здесь? – спросил инструктор.

– Потому что захотела помыться, по-моему, это очевидно. – Стыд и унижение сделали меня слепой к званиям и рангам.

– Для этого есть купальни в казармах. – Инструктор выглядел раздраженным и немного растерянным, похоже, это злило его самого.

– Мне не хотелось ждать отбоя, – я тоже начинала злиться.

– Зачем? – не понял он.

– Вы предлагаете мне ходить в купальню вместе с десятками мужчин? Как вы думаете, они это оценили бы? Может мне сразу написать на лице: «Поимей меня, кто хочет». – Это прозвучало дерзко, но мои слова произвели нужный эффект.

Глаза Норда вспыхнули пониманием, и он едва заметно сжал кулаки.

– Как вы решали эту проблему в школе?

– Девушки купались только после отбоя. По очереди стояли за дверьми, двое купались, три сторожили. – Мне нравилось наблюдать, как менялось его лицо, в зависимости от того, что произносил мой рот.

– Были попытки… , нарушить ваше уединение? – с трудом подбирая слова, спросил он.

– Мы впятером жили среди полутора тысяч парней. И каждый из них нас ненавидел. Выводы очевидны. – Прошипела я. Очень трудно было сражаться со своими воспоминаниями.

– Мы решим эту проблему, – после некоторых раздумий проговорил он.– А теперь идите к себе и отдыхайте.

Я, все еще не успокоившись, взяла за поводья коня и повела его в стойло. Внутри я кипела. Норд пришел и испортил мне вечер, а ведь я уже почти забыла об унижении, поплавав в пруду. Меня бесила его наивность. Он как будто не догадывался, как нам жилось в школе, а может, просто закрывал на это глаза, как все остальные инструкторы.

Девятая глава

Я проснулась от того, что весь воздух будто вышел из легких. Почувствовав тяжесть на груди, не сразу поняла, что на мне кто-то сидит. Чьи-то руки крепко сжимали горло. Я начала задыхаться и попыталась сбросить нападавшего. Он был силен и держал довольно крепко, но убить меня на месте, видимо, не было его целью. Внезапно, тяжесть ушла, меня отпустили. Я закашлялась, горло саднило, а глаза никак не могли привыкнуть к свету.

– Я обещал тебя навестить, – голос Брая прозвучал злорадно. – И вот я здесь.

Только не это! Кровь застыла в жилах. Я не смогу пережить это еще раз, больше уже не поднимусь. Боль от содеянного ими в прошлом, была еще не забыта, я не позволяла себе забывать. Этот переезд за дворцовые стены, перевернул мою жизнь с ног на голову, и я позволила себе расслабиться, а теперь заплачу за это жизнью, на этот раз, я не дам им оставить меня в живых.

Я застыла, охваченная ужасом и не способная двинуться с места. Дейт резко схватил меня за волосы и потащил к двери. Я благодарила небеса за то, что на мне была длинная сорочка, которую мне некогда было обрезать, хотя это не надолго.

– Уйдем за казармы. Орать будет, не услышит никто, – велел Брай.

Они выволокли меня в коридор, а я даже не сопротивлялась, словно скованная льдом. Мое тело колотило, как от холода, но это был мерзкий липкий страх, который мешал думать. Как ни странно, слез не было совсем, просто пустое отупение.

На улице они свернули за казарму, и я увидела тропинку. Глядя на нее, я подумала о том, как изменилась моя жизнь с тех пор, как в том амбаре они сделали из меня жертву. Несмотря на постоянные ошибки и дерзость, я все-таки оказалась здесь и у меня есть шанс, маленький, но все же есть, что я найду свое место в жизни. И вот так упустить его, повиснув на руках этих ублюдков? Это было бы невероятно глупо.

Я резко разогнулась и врезала локтем в лицо Дейта, а потом ногой ударила Брая по колену. После этого мне оставалось только бежать, что я и сделала. Я летела сломя голову, будто кто-то поджег мои пятки. Нужно найти безопасное место и спрятаться. Задняя дверь столовой оказалась открытой, я нырнула туда и притворила ее за собой. Это была кухня, в которой не горел свет, и мне пришлось продвигаться на ощупь. Сердце готово было выскочить из груди, в голове шумело, и ладони вспотели, обмануть их мне не удалось. Они довольно быстро нашли меня и зажали в угол. Я ударила первой, вложив в этот удар всю свою злость, и Дейт сел на задницу, пока он придет в себя, я смогу отбиться от Брая. Во мне горел огонь ярости. Хватит позволять себя бить .

– Ты чего трепыхаешься, мелкая? – спросил Брай. – Ты же знаешь, что мы тебя одолеем.

– Может и так, но сначала я выбью из тебя дурь. – Конечно, он, скорее всего, прав, но я не собиралась облегчать им задачу.

– Никто и ни из кого ничего выбивать не будет, только не в мою смену!– Голос был мне не знаком. Мы с Браем, одновременно, посмотрели на говорившего. У двери стоял парень, высокий, худощавый со светлыми, коротко стрижеными, волосами.

– Рекруты, что здесь происходит? – спросил он.

– Ничего, сержант Стэлз, – злобно ответил Брай.

Стэлз? Опять? Сколько же их?

– Тогда проваливайте отсюда, раз ничего интересного здесь не происходит. – Рявкнул сержант.

– Я с тобой еще не закончил, – прошептал Брай и, подобрав с пола своего друга, вышел.

Сержант Стэлз стоял и рассматривал меня, совсем как Маркус в первый день.

– Ты наделала много шума, прибыв ко двору. Мы, конечно, знали, что девушки обучаются для охраны советника Кастол, но то, что одна из них присоединится к нам, стало полнейшей неожиданностью, – сказал он, складывая руки на груди и прислоняясь к дверному проему.

– Я заметила, но это было не мое решение. – Мне было неуютно, рядом с незнакомым парнем, который застал меня в ночной рубашке, вдали от моей комнаты.

– Мне это известно. Маркус просил присмотреть за тобой. Я Эш. – Его голос и манера говорить, а так же легкая улыбка, которая казалась постоянной гостьей на его лице, делала его похожей на Маркуса и мне это нравилось.

– Мне вовсе не нужна нянька. Я вполне справилась бы сама. – Мое задетое самолюбие взбунтовалось.

– И это было заметно, поверь, – усмехнулся он.

– Сколько вас вообще? – ехидно поинтересовалась я. – Ты последний или есть еще где-то сюрприз под вашей фамилией?

– Вообще-то есть, но он еще слишком мал. – Сержант совсем не обиделся, что говорило мне о его легком нраве. – Так ты объяснишь, что сейчас произошло? Что им было нужно?

– А ты угадай. Спрашивали дорогу в страну грез,– съязвила я, считая, что картина, которую он здесь застал, говорила сама за себя.

– Ну-ну, ладно не злись. Пойдем, провожу в комнату. – Спорить с ним у меня уже не было сил.

Мы шли к казармам медленно и молча, я надеялась, что сержант не станет вникать в подробности. Но, когда пересекли порог моей комнаты, сразу стало видно, что здесь что-то произошло. Подушка и одеяло валялись на полу, стул тоже опрокинут и дверь была не заперта.

– Так они, что вытащили тебя прямо из кровати? – Сержант был так изумлен, что на долю секунды замер.

– А ты думал, я всегда гуляю в нижнем белье по ночам? – горько усмехнулась я.

– Ну, это вообще, ни в какие ворота, – возмутился Эш. – Это неприемлемо. Ты сейчас на попечении капитана Норда, пусть ты не в его команде, но он фактически твой наставник. Это плевок во всех нас. Мы не тащим из постели своих бойцов и не делаем с ними бог знает что.

Я обессилено опустилась на кровать. Его негодование даже позабавило меня. Эш был немного старше меня, не больше чем на два года, но подобные ситуации для него явно в новинку. Насколько я могла судить, все братья Стэлз были благородными и хорошо воспитанными парнями, Брай и Дейт рядом с ними, просто отбросы. Сержант еще молод и горяч, и пока не приобрел черствость присущую старшим братьям. К тому же, он был самым симпатичным из них.

– Я должен доложить капитану о происшествии, – сказал он и, услышав это заявление, я резко вскочила на ноги.

– Ты не сделаешь этого! – Мне сейчас только этого не хватало. Пожаловаться инструктору, было не самой удачной идеей. Мне предстояло исправить свое шаткое положение, а это и без жалоб будет не простой задачей. – Пообещай, что не расскажешь Старшему инструктору.

– Почему? Он должен защитить тебя от таких выходок. Норд справедливый командир и сможет решить этот вопрос без лишнего шума. – При этих словах я вспомнила про купальню. Достаточно того, что в вопросе купания я создаю трудности. Это еще раз подчеркнет тот факт, что я девушка и обуза для них.

– Я должна защитить себя сама. Меня здесь никто не воспринимает всерьез и не будет, если за меня придется заступаться. Мне нужно решить эту проблему самостоятельно. Пожалуйста, пойми. Это только ухудшит мое положение. – Я видела лишь упрямую решимость в его глазах и побоялась, что не смогу до него достучаться. – И вообще, это тебя не касается, только я могу решать рассказывать о подобных вещах или нет.

– Это нарушение дисциплины и я обязан…

– Эш, просто пойми меня. Я не за тем сюда приехала, чтобы сопли на кулак наматывать и быть постоянно под крылом у вашего капитана. – Эш явно обдумывал мои слова, и я следила за тем, как он борется с самим собой.

– Хорошо, на этот раз я промолчу. Но если подобное повторится, я обязан буду доложить, – строго сказал он, и я облегченно выдохнула. – А теперь ложись спать.

– Спасибо, сержант.

Когда Эш ушел, я привела комнату в порядок, но остаться в ней не смогла. Я оделась и вышла на улицу, прохладный воздух немного остудил мое возбуждение и успокоил напряженные нервы. Я брела, глядя под ноги и не особо разбирая дороги. Брай не отстанет, и этот вопрос необходимо было уладить, как можно скорее. Меня уже начали посещать мысли о том, чтобы пробраться к нему и придушить, пока он спит. Чем не вариант? Он сам же мне его и подсказал. Но парни жили в общих казармах, и вокруг было слишком много свидетелей. Погруженная в свои тягостные раздумья, я не заметила, как пришла в конюшню.

Где-то в кармане у меня завалялся кусочек сахара, которым можно зайти и угостить Клина. Как обычно, проходя мимо стойла Быстрой, я поздоровалась с ней погладив по голове. Кажется, наша симпатия была взаимной. В конюшне, между запертыми дверями стойл, вальяжно развалился Кай.

– Как это лошади не боятся тебя и даже не нервничают. – Волк лениво поднял на меня свою мохнатую голову и зевнул. – Вероятно, все они привыкли к твоему присутствию.

Я проскользнула в стойло к Клину и мгновенно почувствовала себя в безопасности. Он дремал, но увидев меня, заметно оживился.

– Извини, дружок, только один, – сказала я, доставая кусочек сахара.

Я села на пол спиной к стене и закрыла глаза. И как меня угораздило привезти свои проблемы с собой? Неужели я никогда не смогу отделаться от этих грязных, мерзких животных? Я знала свою цель и помнила, зачем приехала сюда. Мой отец заболел и ослаб, работать ему тяжело, маме одной не справиться. Я хотела зарабатывать, чтобы она могла нанять помощника или даже двух, и терпела долгих четыре года. У меня появился шанс, неужели я не использую его? Тягостные мысли не давали покоя. И тут под рукой я почувствовала шерсть, мне не пришлось открывать глаза, чтобы понять, что это Кай. Он удобно устроился у меня в ногах и я, не раздумывая, обхватила его шею руками и положила свою голову на его. Он не возражал. Его ровное дыхание постепенно успокоило меня.

На мгновение я почувствовала чье-то присутствие и подняла глаза, но никого не увидела. Я явно ощущала на себе чей-то пристальный взгляд, сердце забилось чаще, но не тревожно. Животные были спокойны, а это означало только одно, что если здесь и был кто-то, то он не нес в себе угрозу. Возможно, все это только игра моего воображения. Еще минуту я вглядывалась в темноту, а потом так и уснула в конюшне, обнимая Волка и слушая редкое фырчанье лошадей.

Десятая глава

Сон мой был тревожным и беспокойный, но я все время чувствовала присутствие Кая, его тепло и равномерное дыхание оберегали меня. Проснулась я еще до рассвета, потянулась, расправив затекшее тело. После ночи проведенной в неудобной позе, я с трудом поднялась, однако о выборе места для ночлега ничуть не пожалела. Клин нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Не сейчас, мой друг. Позже я приду и мы погуляем.

Я вышла из конюшни, и Кай последовал за мной, он проводил меня до казармы и повернул к дому Норда. Мне не хотелось с ним расставаться, но у него уже был хозяин.

Если я хочу окрепнуть и стать выносливее, мне нужно чаще и усерднее заниматься. Значит, нет времени на праздное гуляние. Я умылась, переоделась и отправилась по тропинке в лес. Новая встреча со Старшим инструктором, стала полной неожиданностью для меня, он умывался в роднике, повесив рубашку на плечо.

– Давайте начнем с нескольких кругов, упражнений на растяжку и отработаем приемы рукопашного боя, – сказал он, поднимаясь.

– Как вы узнали, что я приду? – Как же сложно оторвать взгляд от этого человека, но я постаралась взять себя в руки.

– Я предположил, что вы не так глупы, как кажетесь на первый взгляд. Если вы хотите за месяц, начать хотя бы в спину дышать моим бойцам, то вам нужно постоянно тренироваться. Лишние конфликты вам не нужны и вы будете держаться подальше от основного состава. – Заключил он и его тон мне совсем не понравился.

– Рада, что не зря ждали, – съязвила я.

– А кто сказал, что я вас ждал? Я прихожу сюда каждое утро в течение пяти лет.

Я почувствовала, как заливаюсь краской. Так глупо получилось. На лице инструктора показалось, что-то вроде ухмылки победителя. Он нарочно уколол меня.

– Не отставайте, – сказал он, щелкнув пальцами, и неспешно побежал.

Из высокой травы выскочил Кай и бросился за ним.

– Высокомерный индюк! – пробурчала я в удаляющуюся спину Норда и тоже побежала.

Мы бежали не спеша, ровно. Я старалась не сбить дыхание, и инструктор подстроился под мой темп. На узких тропинках он держался чуть впереди, и я могла наблюдать за ним. При таких внушительных размерах инструктор не казался тяжелым. Тело настолько пропорциональное и мужественное, что не любоваться им было практически невозможно. Этот человек излучал уверенность и такую внутреннюю силу, что невольно захватывало дух. Прежде, я никогда не смотрела на окружавших меня парней, школа отбила всякую охоту иметь с ними дело. Я поймала себя на мысли, что инструктор первый мужчина, чья обнаженная спина не вызывает во мне презрения и неприязни. Молчание рядом с ним не тяготило меня.

Конечно, я прибежала позже, чем инструктор, и мое дыхание сбилось. Но я добежала и не рухнула по дороге, уже неплохо. Сегодня он увеличил расстояние, и я поняла, что оно будет только расти. Мы сделали несколько упражнений на растяжку.

Вскоре я вспотела, а он лишь немного запыхался. Спустя каких-то полчаса я убедилась, что каждое слово об инструкторе, чистая правда. Он действительно прекрасный наставник.

– Ваша первостепенная задача, окрепнуть. Нагрузка в школе была несколько иной, и, возможно, вам не давали столько свободы, заниматься самостоятельно. Здесь у вас есть такая возможность, используйте ее по полной, рекрут Аддарио. Ресурсами вас обеспечат, моя команда поможет вам. – Вот тут я, конечно, засомневалась, вспомнив, как его люди приняли меня.– Тем более, что с одним из членов моего отряда у вас, похоже, сложились неплохие отношения, кажется.

Норд говорит о Маркусе? Это что любопытство сейчас на его лице? Я так удивилась, что упала из неустойчивого положения, в котором находилась. Черт! Посмотрев на него снизу вверх, я поняла, что мне показалось. Лишь скука была в его глазах. Он сделал вид, что не заметил, как я приземлилась на задницу.

– Во время боя, вы должны уделять внимание концентрации и вниманию. Это нужно вам даже больше, чем кому – либо другому, – как ни в чем не бывало, продолжил он. Капитан ходил вокруг меня, наблюдая за тем, как я делаю упражнения, которые он велел. – Если учесть ваше телосложение, то первый ваш союзник это скорость, прочие – ловкость и изворотливость. А для этого вы должны быть выносливее. Чтобы не харкать легкими, после часового бега, как это было сегодня.

Рядом с ним, я ощущала себя первогодком, как будто только-только пришла в школу рекрутов. Закончив с растяжкой, мы приступили к отработке ударов.

– Вам еще не хватает мощности в руках и удары недостаточно сильные. Значит нужно точно знать, куда их наносить, чтобы причинить максимальный вред противнику. Нужно уметь использовать слабости нападающего на вас человека против него самого. Как вы сделали вчера. Но слабость стража Кроуна очевидна, он недалек и ленив. Это страшное сочетание для воина, если бы это было в моей власти, его бы здесь не было.

Я предположила, что он заскучал вчера, глядя на то, как я справилась с этим бегемотом. Оказалось, он внимательно наблюдал. Как интересно он умеет выражать свое мнение, он вроде и похвалил, что я одержала победу, но в то же время дал понять, что это было не сложно и приписывать себе это в заслуги мне не стоит.

– Вас неплохо обучали в школе рекрутов. Показывали большое количество ударов, но невозможно их использовать все. Вы должны выбрать лишь те, что эффективны именно для вас. Всего несколько приемов, которые у вас выходят лучше всего. А потом остается только вынудить противника дать вам возможность их использовать. Для этого вы должны научиться просчитывать того, с кем вступили в бой. Нужно постоянно наблюдать за ним, изучать его слабые и сильные стороны. Зная излюбленные приемы того с кем сражаетесь вы можете не дать ему возможности нанести вам свой коронный удар. – Инструктор говорил вполне очевидные вещи, которые из его уст звучали просто и неоспоримо.

Мы отрабатывали удары снова и снова, удар– поворот – пригнуться. Он все повторял «Еще» и «Еще». Я еле держалась на ногах, но не могла остановиться, только не сейчас, только не дать слабину. Мне хотелось зарычать на него и призвать к здравому смыслу, но когда казалось, что я больше не смогу, я делала еще раз и еще раз. Голос моего наставника, не громкий и убедительный, придавал мне сил. Рядом с этим человеком очень не хотелось ударить в грязь лицом.

– Достаточно! – сказал он, и, о Небеса, это было вовремя, потому как силы мои покинули меня. Такой темп точно меня прикончит. – Можем прерваться на прием пищи и отдых. Через два часа после завтрака продолжим.

Казалось, он хочет что-то добавить, но не решается.

– Я могу предложить вам вариант с купанием, рекрут, – неуверенно сказал он, и это было необычно, таким я его еще не видела. – В моем доме есть небольшая купальня, со своей системой водоснабжения. Там вас никто не потревожит, и я в том числе. Я перебрал множество вариантов, и оказалось, что мой дом это ближайшее место, где вы можете помыться. Я редко там бываю, только когда принимаю посетителей или сплю. Если вам это подойдет, я одолжу вам второй ключ.

Ах, вот оно в чем дело. Вот откуда эта неуверенность, ему никогда не приходилось вести разговоров на эту тему, и я не могла не оценить его стараний. Эти слова дались ему нелегко.

– Я благодарна вам за беспокойство. – Мне не меньше чем ему было неловко, но в какой-то степени он прав. Здесь некому стоять за дверью и сторожить мое уединение. В городе я никого не знаю, да и ходить туда каждый раз просто неудобно. Похоже, другого варианта действительно не было. – Я просто вынуждена согласиться. Но сейчас, если можно, я бы окунулась в пруд.

– Конечно. Ключ я вам принесу к завтраку.

И он ушел, забрав с собой волка. Странное утро. Я так устала, плохой сон и мощный выброс адреналина ночью, истощили меня. И эта тренировка забрала последние силы. Мне срочно нужно взбодриться. Я доплелась до пруда и нырнула в прохладную воду. Мой уставший организм тут же отозвался приятной истомой. Я просто лежала на поверхности воды, раскинув руки, и наполнялась энергией.

Во время завтрака я снова сидела одна, и никто не пытался это исправить. Лишь Старший инструктор положил небольшой ключ на мой стол, проходя мимо меня. Когда я взяла его, он еще сохранял тепло руки капитана. Покончив с приемом пищи, я вышла на улицу, и на меня сразу налетел кто-то, сбивая с ног. Клай!!!

– Эйви! Привет! Как ты? Я ничего не знала о тебе и беспокоилась. Нас не выпускали до сегодняшнего дня. Бесконечный инструктаж. Знакомство с советником Амалией Кастол. Ее дом такой большой и светлый, – затараторила подруга, вызывая улыбку на моем лице, столько эмоций сразу ей не были свойственны.

– Все хорошо, Клай. Я в норме. У тебя есть время?

– Есть.

– Тогда, если ты не против, то пойдем в конюшню. Я познакомлю тебя с Клином, а ты расскажешь мне все, что произошло с тобой за это время. – Присутствие Клай в части, привлекло много внимания и мне захотелось увести ее, чтобы не омрачать такое приятное событие.

– Клин? Кто это? – Подруга шагала за мной, едва успевая.

– Конь, конечно. – Глаза Клай тут же загорелись неистовым огнем, она была одержима лошадьми и считала себя одной с ними крови.

Как только мы вошли в конюшню, она сразу заметила Быструю.

– О небеса! Как она прекрасна!– восхитилась она, медленно приближаясь к лошади и дрожащими руками касаясь ее морды.

– Это точно. Она здесь королева, – засмеялась я.– И принадлежит «королю».

Клай прочитала табличку.

– Лучшим – лучшее! Таков закон. Как он? Суров? Как тебе вообще здесь, тебя не задирают? – обеспокоенно спросила она.

– Не больше чем обычно. Поверь, нет ничего, с чем бы я не справилась.– Я не стала рассказывать подруге о Брае и ночи, которую провела на конюшне. Мне показалось, что Клай счастлива, и ее назначение приносило ей заслуженную радость. Омрачить все это было бы эгоизмом.

Мы оседлали Клина и отправились за казармы. По дороге Клай рассказывала о себе.

– Когда мы переплыли на другой берег, нас встретила сама советник Кастол. Мы отправились в ее дом и ознакомились с обстановкой, людьми и ее образом жизни. Располагались по комнатам, кстати, у нас у каждой своя, и получали инструкции. У советника потрясающий дом, большой и красивый. Мы постоянно будем находиться при ней, посменно. Нас разбили на пары. Госпожа Амалия говорит, что двоих за раз вполне достаточно. Сегодня не моя смена…, и вуаля. Я здесь. – Рассказ Клай был сбивчивым и эмоциональным, я чувствовала, как тепло распространяется в моей душе.

– Как ты узнала, где меня искать? Меня могли уже домой отправить.

– Вчера на мое имя записку передали, там было сказано, что я могу найти тебя здесь.

– Записку? Кто? – удивилась я.

– Понятия не имею, – пожала плечами подруга. – Жаль, не смогу поблагодарить.

Это было странно. Кто мог сообщить Клай обо мне и зачем? Я тоже радовалась встрече, но мне не нравятся вопросы, которые остаются без ответов.

– А как ты здесь? Что сказал Старший инструктор? – Внимание Клай тут же переключилось на меня, и она приготовилась слушать.

Я поведала ей о том, на каком положении нахожусь здесь, и что меня ждет в ближайший месяц.

– Норд стал твоим инструктором? И как он в этой роли?

– Он прекрасный воин, и его команда просто на высоте. Он вправе требовать того же и от меня. К тому же, это в моих интересах. Его люди не принимают меня, и мне придется это исправить. Через четыре недели именно они будут решать, что со мной будет дальше.

– Я верю в тебя, и всегда верила, – сказала Клай. – Если кто и способен поставить этих зазнаек на место, то это ты!

– Я сделаю все, что в моих силах, – печально сказала я.

– Тебя отпускают в город?

– Да, но только в сопровождении. Как мне показалось.

– Через две недели начнется большой ежегодный совет. Прибудут правители Орсии и Гвардии с делегациями. В городе будут празднования. Мы могли бы пойти посмотреть. – Клай была настолько воодушевлена этой мыслью, что я засомневалась, что вижу перед собой именно ту девушку, что прожила со мной бок о бок четыре чертовски долгих года.

– Я не знаю, смогу ли. Спрошу у Маркуса при первой возможности. – Признаюсь, мне тоже хотелось бы посмотреть на этот праздник.

– Кто такой Маркус? – Клай тут же навострила уши, расценив Маркуса, как препятствие.

– Это один из лейтенантов, что встречали меня. – Клай должна была запомнить Корнуэла. – Их было двое и они близнецы.

– И этот Маркус что, твой личный надзиратель? – прищурила она свои красивые глаза.

– Нет! Он просто присматривает за мной, и как ни странно, я не против, – сказав это, я вдруг поняла, что ничуть не слукавила. – Корнуэл, тот, которого ты видела, серьезный и собранный, а вот Маркус полная противоположность ему. Он веселый и добрый, и мне очень легко с ним общаться. Но это еще не все. На самом деле братьев Стэлз четверо!

Мои слова возымели должный эффект и я наслаждалась выражением лица подруги, которая глотала ртом воздух, пытаясь что-то сказать, но каждый раз оказывалась не способной на это. Решив удовлетворить ее любопытство, я поведала ей о семействе Стэлз.

– Похоже, Маркус и Эш хорошие парни. Если они хоть немного поддерживают тебя, я благодарна им, – очень серьезно сказала подруга, сжимая мою руку. Она действительно была им благодарна.

Мы немного попрактиковались в верховой езде и вернулись в часть. Расседлав Клина, я угостила его яблоками.

– Ну, мне пора, – сказала Клай с сожалением.

– Привет, рекрут Аддарио. – Услышали мы голос и обернулись, Эш подошел к нам.

– Добрый день, сержант.

– Можно просто Эш, – не отрывая глаз от Клай, пробормотал он. Они были почти одного роста и оба такие светлые, такие яркие. Они как будто засияли, приблизившись, Клай тоже не сводила с него глаз. Я улыбнулась и представила подругу.

– Хотите, я покажу вам часть? – после знакомства, спросил он Клай.

– Я бы с удовольствием посмотрела, но мне уже пора, – с явной горечью произнесла Клай.

– Но вы, же еще придете? – Столько надежды было в этом вопросе, что я невольно улыбнулась.

– Конечно, я приду навестить подругу. – В этот момент мне, вдруг, стало ясно, что Клай будет приходить не только ко мне. Когда-то отец говорил мне, что бывает так, что люди встретившись однажды, в мгновение ока понимают, что пред ними их половинка. Словно они слышат, как притягиваются и соединяются их души, объединяясь во что-то новое, единое и прекрасное. Что-то подобное происходило сейчас на моих глазах.

Вот тебе и воины. Увидев друг друга, чуть было не побросали оружие. Мне стало спокойно и тепло, я искренне радовалась за подругу. Она в безопасности и вокруг нее хорошие люди. Мы проводили Клай, и Эш обратился ко мне:

– Я распорядился поставить новые замки на твоей двери и нашел ключ от входа в дополнительный коридор. Это будет отдельный от всех путь в твою комнату. Так безопаснее. – Я хотела было возмутиться, но передумала. Я слишком устала, чтобы бороться. Эш словно был готов к тому, что я начну сопротивляться. – Я не пытаюсь нянчить тебя, я делаю то, что должен.

– Спасибо. – Одно слово и сержант, раскрыл рот от удивления.

– Я рад, что ты не бунтуешь. Хотя до сих пор не понимаю, почему ты не хочешь рассказать о прошлой ночи капитану.

– Это не обсуждается.

– Он справедливый человек и горой стоит за своих людей…

– Я не его человек!– огрызнулась я. – И ты можешь помешать мне им стать.

– Я могу рассказать от себя, я же был свидетелем. – Он просто не понимал, что повлечет за собой этот разговор. Здесь нет его вины. Эш видел проблему и хотел ее решить. Что ж, отказать ему в хорошем воспитании было нельзя.

– Мы договорились! Помни об этом, – мягко, но настойчиво напомнила я.

– Вот упрямая! – На лице сержанта появилась улыбка.

– Какая есть.

– Ох, и намучаются они с тобой, – искренне засмеялся Эш. – Ты же ходячие неприятности.

– Наверное, ты и твои братья сама податливость и благоразумие, – беззлобный сарказм сочился из каждого моего слова.

– Туше!

– Извини, мне тоже пора. На тренировку с твоими братьями…

– …которые разотрут тебя в порошок. Опять. – Эш казался чрезвычайно довольным собой. Встреча с Клай, явно подняла ему настроение на весь оставшийся день.

– Еще кто кого!

Одиннадцатая глава

Десять дней пролетели стремительно. Каждое утро я приходила на поляну и занималась вместе с инструктором. Мы почти не разговаривали, только редкие замечания и наставления о том, как правильно выполнять то или иное упражнение. Я привыкла к его молчаливому присутствию и восхищалась его знаниями и умениями. Каждый день капитан увеличивал нагрузку и я, скрипя зубами, старалась изо всех сил соответствовать его требованиям. В моей голове плотно засели слова Норда о том, что мне не место в армии, и я пыталась сделать все, чтобы он изменил свое мнение. Это подстегивало меня.

После обеда я всегда тренировалась с командой, но по– прежнему, кроме Маркуса, никто меня не замечал. Только он соглашался на поединки со мной, а инструктор никого не заставлял.

Каждую ночь, я уходила в конюшню и оставалась там с Клином и Каем. Так мне было спокойнее. Несколько раз Брай пытался меня подловить, но рядом со мной неизменно появлялся Кай, и Браю приходилось отступать снова и снова. Однажды он сказал, что рано или поздно волка не окажется рядом и тогда мне несдобровать. И я верила ему.

Инструктор Норд не обманул меня, я свободно пользовалась купальней в доме за казармами и лишь раз застала его уходящим. Здесь меня никто не тревожил, и даже мысли не возникало о том, что кто-либо мог бы нарушить мое уединение. Иногда я задерживалась и бродила по комнатам, наслаждаясь тишиной и неповторимой атмосферой этого маленького, но очень уютного дома. В спальню заходить я не решалась, но была абсолютно уверена, что там царил такой же идеальный порядок, как везде. Однажды, не сумев побороть свое любопытство, я осмелилась заглянуть в шкафчики стола и обнаружила рисунки. Их было очень много, в основном изображения женщины и маленькой девочки, а потом и девушки. На рисунках девочка часто смеялась, а женщина, напротив, грустила. Полистав дальше, я увидела Кая и членов команды Норда, а дойдя до самого конца, наткнулась на свое лицо. Я была изображена с распущенными волосами и с невероятно печальными глазами, как будто художник достал всю боль из моей души и поместил в этот взгляд. Именно такой меня видел капитан Норд, я ничуть не сомневалась, что это его рисунки. Я поразилась, насколько они реалистичны. Капитан был очень талантливым художником, его образы казались живыми и в своих изображениях он словно вытаскивал всю человеческую суть. Это говорило о том, насколько он внимателен к окружающим его людям. Я сложила все рисунки обратно и положила в ящик. Это происшествие оставило неизгладимое впечатление в моем сердце, стало немного стыдно, я будто без разрешения заглянула ему в душу.

Клай приходила еще три раза и большую часть времени проводила с Эшем. Рядом с ним она сияла, и я с трудом узнавала свою подругу. Они смотрелись невероятно гармонично вместе. Я радовалась за Клай, поскольку ее избранник был хорошим человеком и прекрасным стражем. Каждый раз, когда она приходила, задавала мне один и тот же вопрос о том, смогу ли я выбраться в город на праздник по случаю приезда делегаций. А я так и не решилась спросить у капитана разрешения.

За четыре дня до ежегодного совета, я пришла на поляну, но инструктора Норда там не оказалось, как и Кая. Вместо них я обнаружила Маркуса.

– Привет, – сказал он.– Кэп отбыл ко двору заниматься подготовкой к совету. Нужно организовать безопасное размещение правителей и их сопровождающих. Ближайшие десять дней он здесь не появится. С тобой буду заниматься я.

– Это вовсе не обязательно. – Сама не понимая, от чего так огорчилась, я ощутила внезапную пустоту. – Ты не обязан вставать так рано и плестись сюда, чтобы нянчить меня.

– Эй, эй, я вовсе не собираюсь становиться твоей нянькой, сестренка. Капитан сказал, что тебе нельзя прекращать тренировки и дал мне конкретные инструкции. А поскольку я очень ответственный человек, – он сделал паузу и ехидно улыбнулся, словно давным-давно лелеял гнусный план и теперь понял, как его реализовать, – то ты будешь потеть, и пыхтеть, как и прежде! Я могу быть таким же суровым наставником, как капитан Норд.

– А силенок хватит? – поддела я Маркуса. Его слова совсем не напугали меня, и на мгновение мне даже показалось, что такой вариант мне тоже подходит. – Ничего не треснет от натуги?

– Боишься, что и тебя заденет?

– А-то! Лопнешь еще от переполняющих тебя гордости и самонадеянности. – Я уже смеялась в полный голос, с Маркусом было очень легко.

– Посмотри и увидишь!

Маркус хоть и был самонадеян, но и воинскими навыками отнюдь не обделен. Тренироваться с ним оказалось проще и свободнее, я не чувствовала скованности рядом с этим улыбчивым человеком. Маркус показал себя не только отличным воином, но и очень внимательным наставником.

– Можно спросить тебя? – обратилась я к нему, когда тренировка была завершена, и мы шли обратно к казармам.

– Валяй, сестрёнка.

– Как ты думаешь, мне можно будет сходить на праздник по случаю ежегодного совета? – я выпалила эти слова на одном дыхании, боясь, что Маркус посмеется надо мной, но он снова удивил меня.

– А с кем ты хочешь пойти? – абсолютно серьезно спросил он, давая мне надежду.

– С Клай и Эшем.

– Да рядом с этими двумя совершенно невозможно находиться! Так сладко, что хочется запить водой, – скорчив гримасу, сказал он.

– Согласна, но выбора у меня нет. А еще мне нужно зайти к Мэл за вещами, которые она сшила для меня. – Я украдкой посмотрела на реакцию Маркуса и с удовольствием отметила, что его голубые глаза вспыхнули.

– Если хочешь, я свожу тебя в дом Мэл, а потом встретишься с Клай. – Его явное смущение, вызвало улыбку на моем лице.

– Ха! Это именно тот ответ, которого я ждала.

– О чем это ты? – сделав невинное лицо, проговорил Маркус.

– Ой, да ладно. Не один Эш из семейства Стэлзов похож не влюбленного голубка. Ты сам сохнешь по Элен. – Наблюдать за сменой цвета лица Маркуса было забавно, и я ни на что бы этот миг не променяла.

– Чушь! Это не правда. – Голос Маркуса звучал неуверенно.

– Не обманывай хотя бы самого себя. Элен прекрасная девушка и твой выбор вполне понятен, – ни капли не лукавя, проговорила я. – Она еще и красавица.

– Ты, правда, так думаешь? – В этот момент он был похож на мальчишку.

– Знаешь, что я на самом деле думаю? – Я сложила руки на груди и посмотрела на него, бросая вызов. – Ты должен пригласить ее на праздник.

– Я не знаю, уместно ли это…, и к тому же Нокс ее отец и возможно….

– Какая разница, что скажет Нокс? Такие дела, я думаю, должны решаться только между вами двумя.

– А если я ей не нравлюсь? – робко спросил он.

О небеса! Этот сильный и умелый воин, сейчас был похож на побитого пса. Давние тревоги и страхи отразились в его глазах, и он запаниковал.

– Стоп! Ты только не хлопнись тут в обморок, как девчонка. Давай начнем с того, что если ты не попробуешь, ты никогда не узнаешь. На мой взгляд, лучше знать точно. Если она скажет «нет», то тебе придется идти дальше, с этим ничего не поделать. Но представь, что она согласится! Вы, мужчины, в этих вопросах как дети малые. Смелость словно ветром сдувает.

– Тебе – то откуда знать? – прищурился Маркус, ожидая пикантных подробностей, но тут он прогадал.

– Муж моей сестры Алессандры, тоже долго ходил вокруг да около, пока она не решила взять все в свои руки, поскольку тоже любила его. Ты отличный воин, но в вопросах любви трясешься как лист на ветру.

– Возможно, ты права. Я готов рубить головы направо и налево, но тут я робею как мальчишка. – Он провел рукой по волосам и с надеждой посмотрел на меня. Если бы я не видела ответную симпатию в глазах Элен, то спасовала бы от того насколько Маркус доверился мне.

– Давай, бери себя в руки и будь готов. Поведешь меня на праздник, – усмехнулась я, ободряюще хлопнув его по плечу.

В назначенный срок прибыли правители Орсии и Гвардии. Маркус сообщил мне утром, что я могу вместе со всей командой пойти во дворец на церемонию приветствия, а потом мы сходим на праздник.

– Сегодня по всей стране объявлен праздник и тебе не обязательно надевать форму, поскольку ты пока не член команды. Можешь надеть платье.

– Но у меня нет платьев. – Я так давно не носила ничего кроме формы, что даже не представляла где можно взять другой наряд.

– Если хочешь, мы спросим у Мэл, и она что – нибудь придумает.

– А это возможно? Что она может придумать за такой короткий срок?

– Ну, вот пойдем и узнаем.

Я так сильно захотела побывать во дворце, что немедленно согласилась. Стать частью такого большого события, и увидеть королевскую чету было за гранью моего воображения.

Мэл повздыхала, поохала и сказала, что ей очень жаль, что мы не пришли раньше. Она могла бы сшить мне прекрасное платье.

– Милая, с твоей фигуркой, только платья носить. И я как-то не подумала, что оно тебе может понадобиться. – Женщина искренне расстроилась, что не сможет мне помочь.

– Мам, а давай попробуем попросить у Мириам ее свадебное платье. Это сейчас, после троих деток, она немного располнела, а прежде была почти такой же как Эйви, – сказала Элен. – Ты не представляешь, Эйвери, какое красивое платье матушка сшила для Мириам. К сожалению, его никто так и не увидел. Обстоятельства сложились так, что свадьба состоялась быстрее и мама не успела его закончить. Уолт уходил на службу в Гвардию и времени на подготовку свадьбы нам не хватило. Позже мама закончила платье и Мириам забрала его с собой. Я могу сходить к ней. Она не откажет.

– Девочка моя, ты гений! – воскликнула Мэл. – Отправляйся немедля. Маркус, ты не проводишь ее? Сегодня неспокойно на улицах.

Маркус посмотрел на меня с мольбой, спрашивая моего позволения. Я кивнула и улыбнулась, стараясь его подбодрить. Мы оба понимали, что это прекрасная возможность поговорить с девушкой.

– Может он уже сегодня на что-то решиться!– проворчала Мэл, снимая передник. – Бедная девочка совсем истосковалась по нему.

Я подняла брови от удивления, а потом от души засмеялась.

– Вы потрясающая женщина, Мэл.

– Спасибо милая. А сейчас я займусь твоей прической, – сказала она, усаживая меня перед зеркалом.– У тебя прекрасные волосы. Густые, легкие. И эти твои прядки как нельзя лучше подойдут к платью. Надо только их сделать более заметными.

– Нет! – вскочила я. – Не надо, я бы хотела спрятать их как можно дальше, или совсем избавиться от них.

Мэл очень удивилась, а потом сожаление появилось на ее лице. Она была тоже, своего рода художником и, похоже, я разрушала придуманный ею шедевр. Мне стало неудобно.

– Видите ли, Мэл. Эти…, отметки появились у меня в связи с очень трагичными обстоятельствами, и я ненавижу их за то, что они напоминают мне об этом. – Я не знала, как объяснить, не рассказывая всего.

– Знаешь, милая, как говорит советник Норд, нужно уметь смотреть на вещи под разными углами. – От этих слов я вздрогнула. – У него тоже есть такая отметина, на лице. Когда он был маленьким, годочка четыре ему было, его старшего брата убили на его глазах. И Аарону тогда досталось рукояткой меча в лицо. Нападавший подумал, что мальчик погиб и ушел. Матушка выходила Аарона, но шрам остался.

– За что убили его брата? – в ужасе спросила я.

– За поступки их отца. То, что сделал их папа, было спасением для многих, но были и не согласные. Семью Аарона долго преследовали Гвардийцы. – Мэл произносила имя инструктора Норда, с такой любовью и заботой. – Так вот, советник Норд говорит, насколько бы ни были ужасными события того дня, этот шрам напоминает ему, что он выжил, что выстоял и справился. Может и тебе стоит посмотреть на свои волосы именно с такой стороны.

Эта женщина, действительно, была невероятно доброй. Она не задавала лишних вопросов и не лезла в душу, стараясь выведать все её секреты. История инструктора Норда поразила меня, напоминая, что, в сущности, я почти ничего о нем не знаю.

– Советник Норд, мудрый человек, – ласково сказала Мэл, ожидая моего решения.

Я посмотрела на себя в зеркало и задумалась. Мне не приходилось ещё смотреть на эту ситуацию таким образом. Я действительно выстояла! Меня окружают достойные люди и именно мне выпала честь побывать во дворце, на одном из величайших событий года. Мэл, терпеливо ждала, расчесывая мои волосы.

– Я согласна. Давайте не будем их прятать.

– Так – то лучше, девочка моя. – И она приступила к делу. Ее руки легко порхали над моей головой, закручивая, заплетая и распуская локоны. Когда вернулись Элен и Маркус, прическа была готова.

– Мама, ты как всегда на высоте, – улыбнулась Элен, и я согласилась с ней.– Пойдем в мою комнату Эйви, примерим платье и найдем тебе подходящие туфли. А еще тебе придется помочь мне выбрать платье для праздника.

Уходя за девушкой, я заметила довольную улыбку Маркуса. Он сиял, как мальчишка, не в силах сдерживать свои эмоции. Мы с Элен провозились почти час и когда, наконец, определились, вышли в гостиную.

Маркус открыл рот.

– Девочки, какие же вы красавицы, – всплеснула руками Мэл и прослезилась.

Я подошла к зеркалу и не узнала себя. Передо мной стояла девушка в длинном белом платье в пол. Оно было невероятно красивым, подол расшит бисером, изображавшим лебедей. Лиф, прекрасно подчеркивал бюст и делал меня потрясающе женственной. Платье выделяло мою гибкую талию и слегка расширялось к низу. Рукава длинные и легкие едва ощутимо касались кожи. Волосы уложены так, что мои седые пряди гладкими волнами опускались к скулам и плавно переходили в сложную прическу из множества кос и завитков. Прическа была изумительно сложной, но не выглядела массивной. Ничего лишнего и вызывающего чувство перенасыщенности.

– Ты очень красивая, – восхитилась Элен. – И мама права, с твоей фигуркой, платья носить нужно чаще.

Элен и сама была прекрасна в платье изумрудного цвета и с вплетенными в волосы цветами. Она выглядела совсем юной и счастливой. И причина ее счастья не мог оторвать от нее глаз.

– Мы с Эйви решили, что я отправлюсь на праздник и разыщу Эша и Клай. А вы присоединитесь к нам уже после приема, – смущенно сказала она Маркусу.

– Мне уже не хочется идти на прием, – проговорил он. – Но пропустить мне нельзя. Мы найдем вас так скоро, как сможем.

Я сердечно поблагодарила этих прекрасных женщин, и мы с лейтенантом отправились во дворец. Мое сердце трепетало в предвкушении чего-то прекрасного. Дворец утопал в цветах и был окутан их неземным ароматом, пьянящим, дурманящим голову и словно приглашающим посетить волшебную сказку. Сегодня он хоть и выглядел как прежде внушительным, но не вызывал устрашающую дрожь, а напротив, только чувство эйфории. К воротам прибывала местная знать, сад пестрил красивыми женщинами и мужчинами. Мое платье хоть и выглядело простым, в сравнении с нарядами богатых девушек, но я не согласилась бы променять его ни на один из них. Во дворце все сияло и блестело, от натертых до блеска полов и до сверкающих чистотой хрустальных канделябров. Меня окружали шелка и парча всевозможных цветов и покрытые рисунками, вышитыми знатными мастерами. Я смотрела во все глаза и никак не могла насмотреться. Мимо то и дело, сновали чопорные слуги.

– Как же здесь красиво, – прошептала я Маркусу. – Часто ты здесь бываешь?

– Реже чем капитан, но мне и не обязательно. Я вполне понимаю твое восхищение. Правитель Истиан очень бережно отнесся к вещам предшественника и лишь немногое изменил в убранстве, руководствуясь собственным вкусом. Супруга правителя очень скромна и эта неоправданная роскошь смущала ее, поэтому они убрали непростительно дорогие предметы в казну.

– И это мудрое решение не испортило общего впечатления, – все так же восхищенно заключила я.

Через несколько минут нас всех пригласили в тронный зал.

– Мы встанем по правую руку от правителя и его жены, как можно ближе к трону. Поскольку мы не стражи, наше место чуть поодаль. Когда все разместятся, как положено, будут приглашены делегации, – пояснил Маркус, но я его уже не слушала. Мои глаза устремились к человеку, стоявшему прямо за троном правителя. Он возвышался грозный как скала, готовый в любой момент броситься на противника. Инструктор Норд был в парадной форме, не сильно отличавшейся от повседневной, но выглядел великолепно. Его внутренняя сила ощущалась даже отсюда. От моего внимания не ускользнуло, что девушки рядом со мной тихонько обсуждали его.

– Он такой притягательный и возбуждающий…, -проворковала одна.

– Жаль, что сломить его оборону почти невозможно, – сказала другая, усмехнувшись.

– Говорят, он благоволит лишь одной женщине и лишь с ней говорит постоянно, находясь при дворе. Только советник Кастол, может заставить его улыбнуться.

Сердце бешено забилось в груди. Я, конечно, должна была понимать, что Старший инструктор общается с женщинами, но когда слышишь о ком – то конкретном, воспринимаешь иначе. Собственная реакция настолько удивила меня, что я растерялась. Какое мне дело кому инструктор улыбается и с кем проводит время? Его личная жизнь не должна меня занимать.

И как только я решила выбросить эти мысли из головы, Норд скользнул по мне взглядом, осматривая прибывших гостей, и не задержавшись на мне ни на секунду, последовал дальше. Сердце сжалось от досады, но вдруг, он замер и медленно вернулся взглядом ко мне. Его синие глаза пронзили меня насквозь, вспыхнув теплым небесным огнем. Мои ладони вспотели, а сердце билось уже где-то в горле. Я не могла отвести взгляда, словно завороженная, и он продолжал смотреть. Его взгляд был настолько ошеломительным, что горячая волна разлилась по всему телу, и дышать стало трудно. Но вот, советник вздрогнул от чего-то, и отвел глаза. Из-за его спины появились правитель Истиан с супругой.

Это была воистину величественная пара. Оба высокие и красивые, они излучали тепло. Внутренняя доброта и жертвенность, во благо народа, сделали их такими прекрасными. Они прошли на свои места и опустились в кресла. Правитель Истиан слегка кивнул советнику Норду и тот отдал приказ стражу.

Прием начался. Первым в тронный зал вошел правитель Орсии Мориан. Не высокого роста, упитанный с большой лысеющей головой, он прибыл вместе с сыном, невероятно похожим на него. Правитель Мориан был вдовцом, его супруга скончалась в прошлом году. Король Истиан встал с кресла, и они радушно поприветствовали друг друга, как и подобает старым друзьям. Делегация, следовавшая за Морианом, состояла всего из трех его советников. Это были скромно одетые люди с умными лицами.

Следующим, будто ворвался подобно буре, правитель Хорн. Стремительной и быстрой походкой он подошел к первой ессенианской чете и засвидетельствовал свое почтение. Это был высокий и крупный человек с хитрыми глазами. Внешне не привлекательный и грубый, он совершенно не умел улыбаться, а когда пытался, это было похоже на болезненную гримасу. Поговаривали, он очень любил женщин и не ждал взаимности, действовал жестко и даже жестоко. Мало кто из понравившихся ему женщин, смогли избежать его огромных лап. Ходят слухи, что своих подопечных он часто бил и содержал в нечеловеческих условиях.

Правитель Истиан произнес небольшую речь:

– Добро пожаловать, уважаемые гости Ессении! Мы рады снова видеть вас здесь. Сохраняя традиции, мы преумножаем величие наших стран и всей Ливитии. Этот совет поможет нам решить вопросы улучшения взаимоотношений и разрешить некоторые недоразумения. – С этими словами он посмотрел на правителя Хорна. Глава Гвардии оскалился. – Сегодня вы отдохнете и наберетесь сил после длительного путешествия, а завтра начнется совет!

В зале поднялся легкий гул, что означало, прием окончен. Взглянув туда, где стоял Норд, я никого там не увидела.

– Ну что, рутина закончилась, пора праздновать, – сказал Маркус, и мы отправились обратно в город.

Вся Оурэлия сияла огнями, жители украшали свои дома с любовью и надеждой. Каждый год собрание совета обещало мир и процветание. На городской площади собралось так много народу, что мы с трудом отыскали своих друзей. Вокруг разместились палатки с угощениями и играли музыканты. Счастье и беспечность витали в воздухе, заставляя всех улыбаться и забывать о насущных заботах. Маркус сразу увел Элену танцевать, Эш ушел за напитками. Клай тоже надела платье, нежного голубого цвета, оно необыкновенно шло ей. Но не платье делало ее такой красивой и лучистой. Рядом с Эшем ее глаза блестели. Она расцвела и засияла.

– Да ты влюблена, подруга,– изумилась я.

– И это точно! Я впервые так счастлива! Чувства невозможно удержать в себе, они просто не помещаются внутри, – засмеялась она. – А ты…, ты такая красавица, ты похожа на принцессу…, я никогда не думала, что ты настолько хороша собой. Оказывается и тебе не чужда женственность.

– Спасибо Клай. Я обожаю это платье и никогда не забуду, что однажды надела его. – В этот момент я вспомнила о глазах капитана Норда, вот что не позволит мне забыть. – И я очень счастлива за тебя.

Эш вернулся и пригласил Клай на танец. Я решила отойти чуть в сторону, чтобы не мешать танцующим. Круг, желающих развлекаться на площади, увеличивался и меня оттеснили к проходу в проулок. Я захотела найти что-нибудь перекусить, и поняла, что чтобы добраться до еды, мне придется обойти площадь через проулок. Сделав всего несколько шагов, я услышала шум за спиной, и, не успев обернуться, получила удар по голове, лишивший меня сознания.

Двенадцатая глава

Очнувшись от того, что кто-то вылил мне в лицо ведро воды, я чуть не захлебнулась ее потоком. Меня связали и посадили на пол, в каком-то маленьком и затемненном помещении. Руки ныли от веревок, и голова раскалывалась, в ушах стоял звон. Тошнота подступала к горлу.

Я была в маленькой комнате без окон, и лишь одна небольшая лампа освещала помещение. В темном углу кто-то стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Но прямая угроза была прямо передо мной.

– Очнулась, мелкая? – Брай возвышался надо мной с ведром, значит, в углу стоит Дейт. – Я обещал тебе, что волк не все время будет с тобой. Я говорил, что доберусь до тебя. Сегодня ты заплатишь за все.

– И за что же мне платить, Брай? – усмехнулась я. – За то, что надирала тебе задницу каждый раз на поединках? Или за то, что твои мозги настолько скудны, что ты так и не нашел способ сломить меня?

Мне было уже все равно, с тех самых пор, как пришла мысль о том, что я не выберусь живой. Никто и не заметит моего отсутствия, а если и заметят, то подумают, ушла в казарму, устав смотреть на влюбленных. В душе осталось лишь тупое равнодушие. Драться один на один он не станет, значит бить будет либо связанную, либо вдвоем с Дейтом. Я попробовала пошевелить руками, но связаны они были крепко. Хоть этому они научились в рекрутской школе. «Платье жалко» – почему – то подумала я.

– Я сделаю с тобой все, что захочу, и никто никогда не узнает об этом. Это так возбуждает, – он улыбнулся хищной улыбкой.

– Извращенец! – выплюнула я. – Правильно, никто в здравом уме и со свободными руками не согласится быть с тобой. Ты омерзителен.

– Заткнись, тварь! – Брай бросил ведро, и оно с ужасным грохотом покатилось к двери. Его лицо перекосило от злости, что выглядело комично, ведь мне было хорошо известно насколько он жалок. И я засмеялась, громко. Это, наверное, истерика, но мне стало так весело от потуг этого никчемного мелкого засранца. Брай явно не разделял моего веселья.

Сначала он ударил меня ногой в лицо, это вмиг отбило всякую охоту смеяться. Моя и без того звенящая голова, дернулась в сторону и я упала на правое плечо. Кровь хлынула из носа и рта. В голове сплошной гул.

– И это все? Все что ты можешь, мерзавец? – Я отчаянно хотела его разозлить. Пусть он лучше забьет меня до смерти, чем изнасилует. Я лучше сдохну здесь и сейчас, на этом грязном полу, чем позволю ему еще раз так поступить со мной.

Брай уже ничего не видел перед собой. Его вела слепая ярость. Он поднял меня на ноги и ударил кулаком в живот. Я снова упала.

– Я выбью из тебя весь дух, сучка. Дей, иди, подержи ее.

Ленивой походкой, со скучающим видом, Дейт подошел ко мне и поставил на ноги. Я даже не пыталась сопротивляться, надеясь, что ярость Брая не позволит ему остановиться и для меня все закончится быстро. В его намерении довести дело до конца, я не сомневалась.

– Для кого это ты так вырядилась? – сказал Брай и подошел ближе. Злобно глядя в мои глаза, он ножом разрезал мое платье от лифа и до самого пола. Я осталась в нижнем белье, а платье повисло на связанных руках. От вылитой на меня воды, сорочка намокла и прилипла к телу. – Я всегда говорил, что кроме округлых форм, в тебе ничего нет.

– А в тебе нет ничего кроме дерьма! – Ледяной страх взял меня за горло. Платье словно щит оберегало меня, а теперь я была открыта и беспомощна.

– Ты слишком много болтаешь. Сейчас я заткну тебя.

И он снова ударил меня. Дальше удары сыпались один за другим. Дейт отпустил меня и я упала. В школе рекрутов нас учили закрываться от ударов, и мои инстинкты сработали мгновенно, колени подтянулись к груди, закрывая к ней доступ. Я уже не цеплялась за ускользающее сознание, если я отключусь, Брай может сделать все что угодно, но я об этом уже не узнаю. Я снова ощутила его липкие влажные руки на своем теле, вспомнила его язык, жадно облизывающий мое лицо. В прошлый раз, четыре года назад, он был словно безумный, его животный взгляд еще долго снился мне. И сейчас он кружил вокруг меня как акула, которая уже знает, что жертва никуда не денется и можно растянуть удовольствие. Я просчиталась, мой план не сработал и Брай все же решил сначала изнасиловать меня. Небеса, лучше смерть! Брай развернул меня лицом к себе и велел Дейту держать меня за руки, развязав веревки. Из последних сил, я начала брыкаться и бить ногами в пустоту, стараясь не подпустить его к себе и отсрочить неизбежное. Я сама была на грани безумия. Мне не хватит душевных сил пережить этого снова. Брай поймал мои ноги и протиснулся между ними, задирая сорочку. Дейт крепко держал мои руки и ухмылялся. Брай навалился на меня всем телом и больно сжал мое лицо рукой. Глядя мне прямо в глаза, он сказал:

– Я слишком долго ждал этого, и сейчас получу причитающееся мне удовольствие.

Ужас, омерзение и первобытный страх, чуть было не заставили меня молить о пощаде. «Я не смогу! Я просто не смогу пережить это снова!» - горькие слезы непрошено хлынули из глаз, удержать их мне так и не удалось.

Внезапно, мы услышали крик:

– Рекруты, стоять. – Эш! Слава небесам, меня нашли. Сквозь слезы облегчения, я с трудом успевала за происходящим. Кто-то сдернул с меня оторопевшего Брая и рефлекторно, я свернулась калачиком, прикрываясь от посторонних взглядов.

Через мгновение я почувствовала, как меня взяли на руки и подняла голову, встретив взгляд полных тревоги невероятно синих глаз. Я ощутила крепкие руки и тепло сильного мужского тела. Он будто завернул меня в свое тепло, и я поняла, что больше никто не тронет меня. Возможно, нигде нет более безопасного места, чем в этих руках.

– Все хорошо. Теперь все хорошо, я нашел тебя. – Не уверена, что слышала именно эти слова, прежде чем уплыла в дебри своего сознания.

Мое сознание погрузило меня в мой личный ад. Я видела Брая и Дейта в ту самую ночь за казармами. Они снова и снова насиловали меня, а я кричала, как безумная, умоляя их прекратить. В перерывах я ползала у них в ногах и просила отпустить меня, обращаясь к каждому по очереди. Но, ни один не проявил милосердия и не сжалился надо мной.

– Доктор, что это? Почему она так кричит? Она выкрикивает такое, от чего у меня кровь в жилах стынет. Но этого не было. В этом смысле они не тронули ее. – Голос был тихим и наполнен ужасом. Я с трудом узнала в нем инструктора.

– Я думаю, это воспоминания…

Снова уплывая в сон, я услышала, как громко хлопнула дверь, и зазвенели упавшие склянки.

– Когда она очнется? – Голос Маркуса.

– Я не могу точно сказать, здесь не только физические травмы. Она не хочет выбираться из сна. – А этот мне не знаком.

– Эйв, услышь меня. – Снова Маркус.– Пожалуйста, очнись. Ты должна очнуться, сестрёнка. Прости меня, прости ради небес. Я должен был присматривать за тобой, я виноват.

Мне хотелось сказать, что я слышу, но я не могла. Сегодня я была дома с папой. Он делал деревянную игрушку для Натана, а я сидела рядом и болтала ногами. Мы смеялись. Папа рассказывал мне истории из моего детства. Папочка, мне так не хватает его. Мама приносит нам лимонад и садится рядом со мной, обнимая за плечи. Она делала это редко и тем прекраснее для меня были эти моменты. Здесь мне хорошо. Здесь меня не обидят.

– Доктор, она уже двое суток не просыпается.– И снова Норд.

– Здесь, я бессилен. Она сама должна захотеть.

– Что держит ее?

– Я думаю страх. В грезах ей ничего не грозит. Она ведь еще совсем юная, и судя по тому, что ей довелось пережить, просто сломалась. Как она вообще продержалась столько времени? Это чудовищно.

– Как вывести ее из сна? Что можно сделать?

– Вероятно, она должна понять, что здесь ей больше нечего бояться.

– Спасибо доктор. – Я услышала шепот прямо возле уха. – Я обещаю, что больше никто не обидит тебя. Я уничтожу любого, кто попытается.

Я снова уплыла. Снова дом. Я бегу к горе, которую мы с братом решили покорить сегодня. Он бежит рядом и хохочет. Свобода, свежий ветер обдувает мое лицо, я расставляю руки. Мне хочется летать. Я счастлива. Натан обгоняет меня и первым достигает горы. Я треплю его по голове и хвалю за скорость. Как же уютно дома.

– Маркус, иди, поспи, – говорит инструктор.

– Я не устал, – упрямо повторяет лейтенант.– Не устал.

– Ты три дня сидишь здесь и не отдыхаешь.

– Все нормально, капитан.

Я на озере, в рекрутской школе. Сижу на земле и смотрю на водную гладь. Я даю себе обещание, что все выдержу и выстою. Я не хочу сдаваться, я должна достичь цели. Моя семья нуждается во мне. Мне очень хорошо здесь, мне не страшно, у меня ничего не болит. Я чувствую, что этот мир создан для меня, и я не хочу покидать его. Но Натан и папа…, я хочу еще хотя бы раз увидеть их.

И я просыпаюсь. Я будто врываюсь в реальность, и это причиняет мне боль. Я пытаюсь пошевелиться и ощущаю звенящую боль во всем теле. Интересно, есть ли нетронутые места? Пытаюсь открыть глаза, но это получается не сразу.

Рядом с кроватью кресло. В нем сидит Старший инструктор и кажется дремлет, положив голову на кулак. Похоже, на улице ночь, за окнами темно и идет дождь. Я прислушиваюсь, всегда любила шум дождя. В детстве выходила из дома и подставляла каплям лицо. В комнате больше никого нет, а мне так хочется пить. Я попробовала подняться.

– Лежите смирно, рекрут, – произнес капитан. Значит, мне только казалось, что он спит. – Вам еще рано вставать.

– Пить…,– я прочистила горло и повторила снова, – можно мне попить?

Капитан Норд встал, и налил мне воды, здесь сумрачно и лицо инструктора скрыто в тени. Он опустился рядом со мной на кровать и аккуратно приподнял мою голову. Я прильнула к кружке и начала жадно пить, вода лилась мимо и стекала на шею.

– Хватит, – сказал инструктор, убирая кружку. Его голос звучал глухо, а лицо все еще покрывал мрак. Так даже лучше, я бы не вынесла сейчас его взгляда. – Много нельзя, чуть позже дам еще.

Он поставил кружку на столик, рядом с кроватью, и опустил мою голову на подушку. Его руки были такими бережными, а касания такими легкими.

– Вы словно боитесь сломать меня, Старший инструктор, – сказала я и закрыла глаза. Голова гудела, от выпитой воды тошнота усилилась. – Но дело в том, что я уже давно сломана.

– Что произошло в школе рекрутов? – Ему не пришлось уточнять, что именно он хотел знать, я поняла сразу. Я так устала носить эту историю в себе, что не увидела в его вопросе ничего дурного. Он не хотел причинить мне боль, просто должен был знать.

– Они задирали меня с самого первого дня. – Слова полились из меня сами собой, выставляя мою душу на его суд. – Я была самой маленькой даже среди девочек. Им казалось, что меня легко обидеть. Сначала, это были обидные слова, затем какие-то движения, внезапная подножка или толчок в спину. Брай заводил, а Дейт подхватывал. Я всегда отвечала. – Я замолчала, приближаясь к сути. Норд молча ждал. – В пятую ночь они выволокли меня прямо из постели, Клай после испытаний была еще очень слаба и крепко спала. Они затащили меня за казармы в отдельно стоявший амбар с провизией и…, и насиловали по очереди почти всю ночь. Они заставляли меня умолять и скулить, валяясь у них в ногах. И я делала это. А они снова нападали. Когда все закончилось, они бросили меня там и велели молчать, под страхом повторения, заверив, что мне никто не поверит, и надо мной будут смеяться.

Всё! Я это сказала. Впервые сказала вслух. И будто что-то страшное и темное покинуло мое тело, и я снова стала пустой.

– Сколько вам было лет? – севшим голосом спросил капитан.

– Тринадцать.

– Это повторялось? – еле выговорил он.

– Нет, потом только били. Наутро мои волосы поседели, и это спасло меня от повторных попыток. Этот феномен вызвал много вопросов. Меня спрашивали инструкторы и лекарь, но я не рассказывала, ни одной живой душе, никогда. До сегодняшнего дня.

Инструктор Норд резко встал, и вышел из комнаты, и с ним ушло желание жить. Огромная дыра образовалась в груди, напоминая, что именно такой реакции я и боялась. Рассказать кому-либо, означало обнажить душу и рискнуть вызвать омерзение или презрение. Жалость, тоже, не была нужна мне. Я впервые открылась кому – то и здорово просчиталась, считая, что Старший инструктор Норд особенный человек, который не будет судить строго. Подумав об этом, я ощутила такую сильную боль, что недавние побои показались игрой. В эту ночь мне так и не удалось снова уснуть.

Утром пришла Клай, заплаканная и уставшая. Ее глаза наполнились слезами, а руки дрожали, когда она подошла к моей постели.

– Как ты себя чувствуешь? – аккуратно присаживаясь на кровать, спросила она.

– Так же как выгляжу, – я попыталась улыбнуться.

– Я так испугалась, когда увидела тебя там на полу. Я чуть с ума не сошла. – Клай закрыла лицо руками. – Мне даже страшно представить каково тебе было.

– Как вы меня нашли? – Этот вопрос занимал меня с тех пор, как Норд покинул комнату.

– Мы танцевали и внезапно, словно из ниоткуда, появился советник Норд. Он был взволнован и все время спрашивал, где ты. Мы не смогли тебя найти. Кай метался из стороны в сторону, на площади было столько запахов, что ему сложно было обнаружить твой. Маркус сходил с ума от беспокойства и все время твердил, что это его вина. Советник Норд сказал, что если что-то с тобой случится, он Маркуса отдаст под суд. Мы все впятером бросились тебя искать, беспокойство советника передалось и нам. Он свернул в проулок, и Кай бросился бежать. Мы за ним. Так и нашли тебя. – Клай говорила быстро, сбивчиво, словно ей хотелось скорее избавиться от слов, что вылетали из ее рта. – Брай и Дейт арестованы, и правитель Истиан лично будет разбираться в этом деле. Советник Норд рвал и метал. Он схватил тебя на руки и нес во дворец всю дорогу. Лекарь уже спал, но советник вытащил его из постели практически за шкирку. Маркус три дня не отходил от тебя, а советник приходил по ночам, когда был свободен от дворцовых дел. Поручить кому-то охрану делегаций он не мог. А сегодня ночью, говорят, он пришел в свою комнату и разнес ее в клочья, а потом спустился в тюрьму и схватив Брая за горло поднял его над полом. Если бы стражи не оттащили советника, он убил бы его. Поговаривают, что это первое публичное проявление ярости с его стороны.

Она взяла мою руку и посмотрела полными слез глазами, выражая все беспокойство и страх за меня. Я аккуратно сжала ее ладонь, давая понять, что справлюсь и с этим. Клай положила свою голову на мой живот и тихо заплакала, давая волю своим чувствам. Ей необходимо было освободить их и я не стала мешать, медленно поглаживая ее руку большим пальцем. Это все на что хватало моих сил.

– Привет, сестренка, – проговорил Маркус, н6еуверенно заходя в комнату. – Можно к тебе?

– Проходи, конечно, – ответила я, вопросительно гладя на подругу, которая поднялась на ноги, услышав голос Маркуса. Клай быстро взяла себя в руки.

– Клай, ты не могла бы оставить нас ненадолго? – переминаясь с ноги на ногу, попросил лейтенант.

– Я зайду позже, Эйв. Держись! Я так рада, что ты жива. – Она коснулась губами моего лба и тут же вышла.

Маркус опустился на колени у моей кровати и взяв меня за руку, склонил голову. Всегда веселое и беззаботное лицо лейтенанта, сегодня было мрачным и осунувшимся, словно он долго и мучительно истязал себя страшными мыслями.

– Прости меня, прости, если сможешь. Я не должен был оставлять тебя одну. – Так вот в чем дело! Он винил себя, значит, мне все это не приснилось. Вся эта ситуация была настолько чужда мне, что я не сразу сообразила, как себя вести.

– Здесь нет твоей вины, Маркус. Это не ты сделал со мной, – медленно, но твердо произнесла я, пытаясь донести до него каждое слово. – Брай долго выжидал и рано или поздно все равно сделал бы это.

– И я дал ему возможность. – Маркус злился на себя.

– Ни ты, ни кто-либо другой не смог бы предотвратить это. – Мне горько было думать, что Маркус пытается взять вину на себя. – Я благодарна, что вы нашли меня.

– Благодарна? – От этого слова его передернуло. – Ты благодарна? Я забыл о том, что такое обязанности и предался ненужным эмоциям. Я расслабился и позволил себе отвлечься.

– Что ты такое говоришь? Я не хочу слышать эту чушь. Это бред какой-то, что значит ненужные эмоции? Это любовь – то ненужная? Или радость? Или счастье? Твой долг служить правителю Истиану, и работа твоя опасна. Ты хочешь погибнуть, не узнав самого прекрасного, что может подарить жизнь? – Мне самой не верилось, что я говорю подобные вещи, но он каким – то образом должен был понять, что это не его вина. – Лучше расскажи, как капитан узнал, что я в беде?

– Я сам до конца не понял. – Маркус был еще на взводе, но я видела, что ему хочется рассказать. Этот разговор отвлечет его от глупостей, что заполняли его голову, а мне даст ответы на вопросы. – Кажется, дело в Кае, это он забеспокоился, начал выть и звать хозяина за собой. Капитан привык доверять своему волку, они вообще как единое целое. Какая-то незримая связь между ними позволяет им понимать друг друга без слов, так же у него и с лошадьми. Они примчались на площадь и начались поиски. Капитан распределил всю команду по площади и девушки тоже помогали. Ты была такой солнечной в этом платье, что многие тебя заметили. И эти твои волосы, очень бросались в глаза. Нам указали на проулок, в который ты вероятно свернула. Капитана невозможно было догнать. А потом эта комната, и ты вся в крови. Эта мразь сверху… После того, как кэп принес тебя сюда и отдал в руки лекаря, он собрал всю команду и учинил настоящий допрос. Эш рассказал о случае в твоей комнате, и капитан готов был разжаловать его и выкинуть прочь из армии. Мы еле– еле удержали его. Нам еще не приходилось видеть его таким злым. Он метался по комнате и говорил, что мы никчемные болваны.

Я едва ли могла себе представить, что инструктор может повысить голос и тем более метаться по комнате. Это звучало как – то неправдоподобно.

– Его можно понять, он привык все контролировать, а тут такое. Два рекрута, нового состава оказались мерзкими животными. В армии итак не хватает людей, а тут еще и это….

– Стой, стой. Причем здесь вообще нехватка людей? Дело вовсе не в этом. Ты не видела себя на полу той комнаты. – Маркус снова сник, и цвет лица его стал серым. – Ты лежала залитая кровью, в рваном платье, и почти обнажена. Капитан велел всем отвернуться и накинул на тебя свою куртку. Он не знал, с какой стороны подойти к тебе, чтобы не причинить еще большую боль. Увидев тебя, каждый из нас едва не убил этих подонков. А потом, здесь, на этой кровати, ты кричала о таких вещах, что волосы дыбом вставали. Клай плакала рядом с тобой, когда доктор сказал, что это, скорее всего, воспоминания. Никто из нас не мог даже представить через что ты прошла.

– Это слышали все? – в ужасе я зажмурилась.

– Да, вся команда, капитан, Клай, Элен и Эш. – Маркус смущенно провел рукой по волосам, пряча глаза.

– О небеса…,– застонала я. Горячим стыдом заполыхало мое сердце. – Я так долго это скрывала. Об этом не должны были узнать. Это гадко.

– Эйв, сестренка, все уже позади. Больше никогда они не коснутся тебя. – И я поверила ему, глядя в голубые глаза полные решимости.

Мы еще немного поговорили, и я отправила Маркуса на завтрак. Как только он вышел, в мою комнату неторопливо вошел лекарь и приступил к осмотру.

– Я рад, что вы очнулись, рекрут. Вы будете долго выздоравливать, но совершенно точно полностью поправитесь. Переломов нет, множественные ушибы и ссадины. Чудом не сломанный нос, треснула перегородка. К сожалению, ваше тело являет собой одну сплошную гематому, но это поправимо. Вам невероятно повезло и я даже не могу объяснить природу подобного везения.

Лекарь дал мне отвар, и я снова уснула, на этот раз без сновидений. Проснулась я, когда уже стемнело. Мне так захотелось, есть, что удержать меня в постели было невозможно. Я медленно начала подниматься, тошнота тут же вернулась.

– Я не думаю, что это хорошая идея. – Послышался голос за спиной. Инструктор Норд вошел в комнату с подносом. – Дворцовая кухня тем и хороша, что в ней всегда кто-нибудь есть. И в любое время можно найти, чем полакомиться. Но вам, кроме каши пока ничего нельзя. Позвольте, я помогу.

Он поставил поднос на стол и подошел ко мне, как ни в чем не бывало, словно и не было этого ужасного разговора между нами вчера. Я отвернулась. Мое лицо, скорее всего, выглядело ужасно, но ему, похоже, было все равно. Инструктор приблизился ко мне, и сердце пропустило удар. От него пахло лесом, свежим ветром с гор и немного лошадьми. Он нагнулся ближе и положил мне руку на спину. Место, которого он коснулся, запылало от тепла его руки. Норд приподнял меня и поправил подушку так, чтобы я смогла сесть, а потом очень осторожно подтянул меня к ней. Я бросила взгляд на поднос, на нем стояла лишь тарелка с кашей.

– Я помогу…

– Не стоит, я могу сама…

Я подняла руку и сквозь боль потянулась за тарелкой. Видимо все мои усилия отразились на лице, и капитан опередил меня. Он взял мою кашу и сел ближе. Я не могла заставить себя посмотреть на него. Ком стоял в горле, я готова была разрыдаться.

– В слезах нет ничего постыдного,– тихо сказал он. – Это душа изливает боль, ее нужно отпускать.

– Я не буду плакать. Больше не буду.

– Я верю вам.

Он зачерпнул кашу ложкой и протянул мне, а я подняла глаза и утонула в этих синих озерах, полных тепла и понимания.

– Не смейте жалеть меня, Старший инструктор Норд.

– Вы можете называть меня капитаном, – все так же спокойно проговорил он.

– Смогу, когда заслужу это право. Что теперь будет со мной? До вашего теста всего две недели, а я не успею восстановиться за это время. Вы отправите меня домой? – Я задала самый пугающий меня вопрос.

– Нет, вы останетесь. Восстановите силы и будете сдавать тест. То, что вас задержало, не ваша вина. – Осознав, наконец, что я не стану есть из его рук, он опустил ложку. Я медленно взяла ее и рукой, что меньше болела, начала есть кашу.

Мы молчали, пока я жевала. Когда я закончила, инструктор внезапно поднял руку и взял прядь моих волос. Он смотрел на нее очень долго, а потом растер волосы между пальцами и замер. Глаза его застыли в ужасе, на пальцах осталась красновато– бурая пыль, а прядь под ними побелела. Мои волосы все еще были в крови, настолько, что белые локоны не отличить от темных. Мгновение спустя, инструктор опустил руку и вернулся в свое обычное спокойно-безмятежное состояние.

– Спокойной ночи, рекрут Аддарио.

– Доброй ночи, инструктор Норд.

Он еще немного задержался у моей кровати:

– Здесь еще кое– кто хотел бы вас навестить. Лекарь не пускал его сюда все эти дни. Если позволите…, – и он тихо свистнул.

Из-за двери показалась волчья морда, и я так обрадовалась, что не смогла сдержать улыбку. Кай подошел ко мне и положил голову на мои ноги.

– Я еще никогда не видел, чтобы он так привязался к кому – то, помимо меня. Но я ему не хозяин и он волен сам выбирать себе друзей. Я думаю, он сделал правильный выбор.

– Спасибо, инструктор.

Капитан кивнул мне и вышел, а я обратилась к Каю:

– Спасибо тебе друг мой! Спасибо. За что небеса так благосклонны ко мне? Они послали тебя на мою защиту.– Я чуть приподнялась и поцеловала его в нос.

Тринадцатая глава

Я пролежала еще три дня, зализывая раны и собирая остатки самолюбия по кусочкам. Еще через пару дней я уже могла самостоятельно садиться. Меня разместили в помещениях для слуг и во дворце мое присутствие никому не мешало. Клай объяснила это тем, что Старший инструктор знал только одного лекаря, способного мне помочь, поэтому принес сюда не задумываясь. За это время меня постоянно навещали: Клай, Эш и Элен, даже Мэл приходила один раз, ее привел Маркус. Я очень долго извинялась перед ней за испорченное платье. Она плакала, глядя на меня, и говорила, что сошьет мне еще сотню таких нарядов, только бы я поправилась. Мэл ругалась на тех, кто посмел обидеть ее маленькую девочку, и грозилась убить их собственными руками. Этот визит очень много значил для меня.

Инструктор больше не приходил, зато Кай не покидал меня, несмотря на протесты лекаря. Я и мои друзья заверили его, что это только на пользу моему выздоровлению, и он сдался. Может, дело было в том, что он побаивался этого огромного волка.

Однажды ночью, после очередного кошмарного сна, в котором я переживала ужасы случившегося со мной снова и снова, я проснулась и довольно долго пролежала без сна. Через какое-то время, ощутив жуткий голод, я посчитала это хорошим знаком. Подумав, что ради куска хлеба не стоит никого беспокоить, решила отыскать кухню сама. Очень медленно я поднялась и прислушалась к своим ощущениям. Тело ныло и поворачиваться было чертовски больно, но тошнота уже прошла и руки почти не тряслись.

Кай поднял свою голову.

– Лежи, лежи. Я только до кухни и сразу назад. Не переживай, мы же во дворце. Что со мной может случиться?

Волк встал, и подошел ко мне, собираясь сопровождать и я готова была поклясться, что его глаза в этот момент говорили мне, что я не совсем в здравом уме, если решила, что он оставит меня одну. Я даже тряхнула головой, чтобы прогнать наваждение.

– Как скажешь. Хотя с тобой я быстрее найду еду.

Мы вышли из комнаты и двинулись по коридору. За стенами дворца стояла глубокая ночь, и слуг попадалось мало. Никто не удивился избитой девушке и волку, идущему справа от нее. Кая здесь знали и остерегались, но не разбегались в стороны с воплями. Волк уверенно шагал чуть впереди, похоже, он знал, куда именно я хотела попасть. Мы спустились по лестнице и оказались в еще одном коридоре с множеством дверей, в конце которого было еще несколько ступенек, и виднелся свет. Я шла очень медленно, опираясь о стену и с трудом переставляя ноги, но запахи говорили мне, что мы близко. В этом коридоре совсем никого не было.

Вдруг, я услышала приглушенные голоса за одной из дверей, один из которых показался мне знакомым. Сделав еще шаг, я уловила обрывки фраз:

– У нас очень мало времени. Необходимо еще раз подробно изучить все ходы в замке и выбрать самый безопасный.

Эти слова насторожили меня и заставили резко остановиться. Кто-то отвечал ему, но я не слышала говорившего.

– Мага не просто застать врасплох, поэтому мы не будем действовать сейчас. Я все еще не знаю, где именно находятся его покои. Завтра большой совет закончится и нам придется уехать, но примерно через месяц, Хорн вернется в Оурэлию под видом индивидуальных переговоров. Этот визит займет всего пару дней и у нас будет мало времени. К этому времени я должен найти способ…

Снова тишина, видимо собеседник что-то ответил.

– А теперь уходите и не привлекайте к себе внимания.

Мне нужно было срочно спрятаться, и я нырнула в ближайшую комнату, так быстро, как только смогла. Едва притворив за собой дверь, я услышала, как кто-то прошел мимо. Этот странный разговор был настолько подозрительным и явно не предназначался для чужих ушей, что решение пришло само собой. Еще немного выждав, я вышла и прошептала Каю:

– Видимо ужин отменяется. Веди меня срочно к хозяину.

Кай развернулся и побежал.

– Эй, не так быстро…

Нам пришлось преодолеть еще три лестницы и это совсем лишило меня сил, но информация, которую я услышала, жгла пятки и помогала двигаться дальше. Инструктор жил в крыле для знати и приближенных к правителю, поэтому добраться до него из крыла для прислуги было нелегко. Вероятно, кто-то из слуг или стражей остановил бы меня, но Кай не давал никому такой возможности. Наконец, мы подошли к нужной двери, и волк поскреб лапой. Я так выбилась из сил, что облокотилась на стену, пытаясь перевести дух. Я едва стояла на ногах. Через пару мгновений, дверь открылась, и на пороге появился Старший инструктор.

– Это ты старый разбойник. Почему здесь? Я велел тебе быть в другом месте. – Он, похоже, не заметил меня.

– Кто там, Аарон?– Послышался глубокий и прекрасный женский голос из-за двери.

Я застыла в ужасе. Он был не один, с ним женщина, сейчас ночь. О, небеса! Мне отчаянно захотелось провалиться сквозь землю. Неожиданно, с губ сорвался стон сожаления.

– Ох! Рекрут, что вы здесь делаете? – обеспокоенно спросил он.

Я оторвалась от стены и попыталась сделать шаг, но не устояла и начала оседать. Инструктор подхватил меня на руки и вошел в комнату, в три быстрых шага он преодолел ее и положил меня на кровать

– Что привело вас сюда в такой час? – спросила молодая женщина, стоявшая за спиной инструктора. Он сел рядом со мной, и я смогла ее рассмотреть. Она была не сказать, что красивой, но чрезвычайно милой. Добрые, мягкие черты лица и очень теплые глаза, полные заботы и участия. Такой я ее и помнила. Передо мной стояла Амалия Кастол.

Правы были девушки на приеме, инструктор близок с советником Кастол. Я не знала, куда деть свои глаза и остановила подступившие слезы, сделав глубокий вдох. Конечно, они оба были одеты и судя по всему, на постели до меня никто не лежал, но встреча ночью, в личных покоях, говорила сама за себя. Я никогда прежде не испытывала ничего похожего на вспыхнувшее во мне сейчас разочарование. Подобная реакция и напугала и разозлила меня одновременно.

– Я так понимаю, вы рекрут Аддарио? Аарон много рассказывал о вас.– Советник Кастол была немного смущена, и это бросалось в глаза. Хвала небесам, я не единственная в этой комнате, кто испытывает неловкость. – Мы старые приятели и между нами нет секретов.

«Ага, старые приятели…, как же» – пронеслось в моей голове. Да что же это за желчь, которая заполнила мои мысли?

– Мне нужно рассказать вам кое-что. Это важно, – наконец, выговорила я, выравнивая дыхание и напоминая себе, зачем сюда пришла. Прочь всякую чушь, это действительно важно. – Мне жаль, что я прервала вашу…, встречу…

Инструктор резко встал с кровати. Я не дала ему возможности сказать что-либо.

– Старший инструктор, если бы не срочность, я бы ни за что не посмела искать вас и мешать вашему уединению. Но если можно, выслушайте меня. – Я старалась говорить четко и только по делу, но предательские мысли и виноватый вид этих двоих сбивали меня с мысли. – Прошу прощения, советник Кастол.

– Я, пожалуй, пойду, Аарон. Мы можем продолжить завтра. Желаю вам скорейшего выздоровления, рекрут, – сказала она и направилась к двери.

– Благодарю вас, советник. – В этот момент я чувствовала себя пятилетним ребенком, провинившимся и мечтающим спрятаться как можно дальше от родителей.

– Я провожу тебя. – Норд пошел с ней к двери, и они перекинулись еще парой фраз, которых я не расслышала. Кай забрался на постель рядом со мной. Его присутствие здорово успокаивало и придавало сил, словно он чувствовал мое смятение и давал понять, что он рядом и поддержит в любую минуту.

– А тебе кто разрешил? – добродушно спросил Норд у волка, возвращаясь в комнату. Здесь, в собственных покоях, он выглядел совсем другим. То ли от того, что с ним только что была женщина, то ли от того, что он был на своей территории, его повседневная броня была ему не нужна. Инструктор казался расслабленным и каким-то повеселевшим слегка, но чтобы это увидеть, нужно было хорошо присмотреться, как это сделала я.

– Я слушаю вас, рекрут.

Мой рассказ был до крайности подробным, где, как, что и при каких обстоятельствах, я услышала. Когда очередь дошла до слов о маге и возвращении правителя Гвардии через месяц, лицо Старшего инструктора стало суровым. От былой легкости и беспечности не осталось и следа.

– Вы абсолютно уверены в том, что слышали? – Сейчас его взгляд не то чтобы выражал сомнения, но был близок к тому.

– Я еще не выжила из ума, инструктор. – Я понимала, что этот вопрос закономерен, но все равно злилась.

– Не кипятитесь, рекрут. Сейчас это не уместно. – Мне снова стало стыдно, моя ребяческая злость смехотворна по сравнению с тем, чем может обернуться эта ситуация. – Сведения настолько важны, что медлить нельзя. И я должен быть уверен на все сто процентов, что вы ничего не напутали.

– Есть еще кое– что, что я должна вам рассказать. Мне кажется это не менее важно, и я чувствую какую-то связь, но никак не могу собрать все воедино. – Всю дорогу до покоев инструктора, я думала о том, что видела в гвардийском поселении и никак не могла избавиться от ощущения, что мне стоит рассказать об этом Норду.

– Тогда мне нужно собрать команду. – Он щелкнул пальцами. Волк поднялся с места и подошел к двери. – Приведи остальных. Только тихо.

Инструктор открыл дверь, и волк исчез в темноте.

– Пока мы ждем, я расскажу вам о сложившейся ситуации. В Гвардии вспыхивают беспорядки и участились случаи проникновения через наши границы. Это беспокоит меня, хотя правитель считает, что этих случаев не больше чем обычно. – Инструктор ходил по комнате и рассуждал. – Но назовите это интуицией, я не верю в совпадения. Что–то грядет, и я не могу понять что именно. Это как червь, гложет меня и сеет беспокойство.

Я попыталась сесть и вдруг, мой желудок издал жалобный стон. Голод снова напомнил о себе.

– Простите. – Я, краснея, опустила глаза.

– Ну конечно, я не подумал. Вы же так и не дошли до кухни. – Инструктор мгновенно переключился от своих рассуждений ко мне. – Сейчас принесу что-нибудь.

– Не стоит беспокоиться…

– Мне не сложно, – сказал он и вышел.

Пока его не было, я осмотрелась. Кровать, на которой я лежала, была большой и удобной, покрывала и подушки мягкого синего цвета, здесь вообще было много синего, в том числе вазы и портьеры. На стуле, возле стола, аккуратно висел парадный мундир, на столе лежали книги, много книг. На стене, прямо над столом, висел рисунок все тех же женщины и девочки. Эта комната была уютнее, чем та, что в доме на территории части. Оно и понятно, он принимал здесь женщин. Эта мысль снова разозлила меня и я постаралась отшвырнуть ее как можно дальше, считая недостойной.

Первым пришел Маркус, и сначала даже не заметил меня. Он прошел в комнату и тихо приземлился на край кровати, как будто делал это много раз. Похоже, Норд частенько собирал здесь своих людей. Я была в тени, и Маркус просто не обратил внимания.

– Плохо, лейтенант. Очень плохо. – Он подскочил как ужаленный, а я от души засмеялась. – Как же ты не внимателен.

– Эйви! Что? Как? – Его лицо менялось от мысли к мысли, что сменяли друг друга в его голове, и мне начинало не нравиться, куда они могли его завести. – Ты как здесь оказалась?

– Это длинная история, сейчас вернется инструктор и все расскажет. Но надо было видеть твое лицо… – Я продолжала веселиться. – Это стоило того!

Мы оба рассмеялись. Маркус никогда не обижался, что бы я не сделала или не сказала. Легкость его характера и мягкость сердца притягивали к себе. Как же хорошо было просто смеяться с человеком, который проявляет к тебе столько дружелюбия. В этот момент вошел Инструктор с подносом в руках и замер на пороге, глядя на то, как мы заливаемся смехом.

– Еще не все собрались? – Он хмуро прокашлялся, словно прочищая горло, и направился ко мне. Я уже чувствовала запах свежеиспеченного хлеба, и мой желудок немедленно отреагировал.

– Это все, что я смог найти, – будто извиняясь, сказал Норд.

– Спасибо большое, Старший инструктор, это именно то, что нужно.

Он подошел ко мне и помог сесть, а потом принес маленький столик для завтрака в постели и расставил на нем мою еду. Это были небольшой кусок сыра, немного буженины, овощи и хлеб. В завершении он поставил кружку свежего, еще теплого молока. Я накинулась на еду как безумная.

Оба мужчины выразительно подняли брови. Маркус снова засмеялся.

– Вижу, ты идешь на поправку, сестренка.

– Я просто люблю свежий хлеб, – обиженно, пролепетала я, замедляя темп.

– Ты не боишься за свои формы? Некоторые девушки от хлеба полнеют, а парни не любят толстеньких.

Я застыла с куском хлеба во рту. Я знаю, что Маркус не хотел сказать ничего обидного, но напоминание о моих формах и парнях, интересующихся ими, отбили всякий аппетит. Ужас последних дней, кошмары по ночам и воспоминания новой волной накрыли меня. Инструктор тоже замер. Они оба уставились на меня, внимательно всматриваясь в мое лицо, на котором все отразилось слишком явно.

Так нас и застали остальные члены команды. Они вошли и встали в дверях, глядя на эту безмолвную картину: я на кровати инструктора с куском хлеба во рту и выражением ужаса на лице. И двое мужчин, застывших на месте с виноватыми лицами.

– Прости, Эйви. Я просто не подумал…, я не то имел в виду…, я хотел поддеть тебя слегка. Шутка была неудачной. Прости меня, пожалуйста, – бормотал Маркус, по-детски заламывая руки.

– Хватит, Маркус! Это нелепо. – Мне стало неловко от собственного поведения, и я понимала, что Маркус снова расстроился. – Моя реакция была излишне эмоциональной. Я знаю, что ты не имел в виду ничего такого. И закроем эту тему. Не нужно оберегать меня постоянно, я не ребенок и не барышня в бальном зале.

Случившееся явно породило бы множество вопросов, но Старший инструктор пресек их на корню, переходя к делу.

– Раз все собрались, мы можем обсудить возникшую проблему. С вашего позволения, рекрут Аддарио, я сам расскажу о том, что вы слышали. А вы продолжайте свой завтрак.

Есть больше не хотелось, но ради того, чтобы Маркус убрал эту кислую мину с лица, я продолжила жевать. Все расселись по местам, на меня они старались не смотреть. Инструктор рассказал о происшествии в коридоре.

– Это плохо. Очень плохо, – сказал Нокс и впервые обратился прямо ко мне.– Ты не знаешь, чей голос слышала, девочка?

– Нет, но он показался мне знакомым. Я все время ищу ответ, но он ускользает от меня. – Мне так хотелось сказать больше, но это было правдой.

– Нужно предупредить Кронуса об опасности, – сказал Трент.

– Согласен, но пока это не все, чем рекрут хотела поделиться с нами. – Старший инструктор так и не присел ни разу, продолжая расхаживать по комнате. – Что еще вы хотели поведать нам, рекрут?

– Я хотела рассказать о той ночи, когда вы с Браем нашли меня. – Наши взгляды встретились и при упоминании имени Брая, лицо Норда окаменело. Он сделал жест рукой, приглашающий меня продолжать. – В ту ночь, я забралась слишком далеко, изучая лес, а потом пошел дождь. И когда я уже решила повернуть обратно, меня остановил пронзительный вопль. Я побежала на этот звук и оказалась в гвардийском поселении. Из крайнего к лесу дома тащили за волосы женщину. Еще один человек, вел двоих детей. Я спряталась за деревом и стала прикидывать, как можно им помочь, но не успела. Им перерезали горла еще до того, как я успела оценить обстановку. Потом, солдаты вернулись в дом и вытащили мужчину. Он был без сознания. Его положили на лошадь и собрались увозить. Меня заметила собака и привлекла внимание хозяев громким лаем, времени сбежать у меня не осталось. Один из гвардийцев подошел ко мне и поднял за горло над землей. Он очень внимательно вглядывался в меня, будто запоминая. Я ударила его ногой в пах, от боли его руки ослабили хватку и выпустили меня. Пока я откашливалась и собирала силы, он вскользь ударил меня рукояткой меча в лицо. – Машинально, я коснулась шрама на брови. – А потом я бросилась бежать. Мужчина метнул нож и попал мне в плечо, я выдернула его и побежала дальше.

– Ну и что нам до того, что кого-то убили в гвардийском поселении? – проворчал Трентон Стэлз.

– Дело в том, что человек, которого положили на лошадь, был магом земли. – Комната погрузилась в тишину, и тяжесть моих слов ощущалась всеми присутствующими.

– Откуда ты знаешь это, девочка? – спросил старик Нокс.

– Я встречала его в лесу, и не раз. Он собирал травы. Мы били знакомы. – Я вспомнила добрые глаза мужчины, который не раз оказывал мне помощь, и подумала о том, жив ли он сейчас. – Иногда он помогал мне, давал зелья от ран, когда я пряталась в лесу после побоев. Он был хорошим человеком.

– Это в корне меняет дело, сэр, – сказал Корнуэл. – Зачем гвардийским воинам понадобились маги? Чего они от них хотят?

– Очень хороший вопрос, Корн, – задумчиво проговорил инструктор. – И у нас всего месяц, чтобы узнать ответ. По словам рекрута Аддарио, через четыре недели правитель Хорн вернется, и тогда они похитят мага. Но мы должны выяснить все раньше.

– Еще не мешало бы отправить кого-то с делегацией в Гвардию и выяснить все на месте. – Нокс вероятно озвучил мысли своего капитана, потому что тот согласно кивнул, не прерывая размышлений. – Вместе с отбывающими, отправится несколько обозов провизии и нам нужно попасть в один из них.

– Дельное предложение. Только сделать это надо быстро, и так, чтобы кроме нас никто ничего не узнал. Это слишком важное дело, чтобы рисковать утечкой информации. – Видно было, что инструктор уже подбирал варианты возможной вылазки.

– Муж Донны, одной из кухарок, отправляется с одним из обозов, – робко сказала я, сомневаясь, что кто-то мог услышать. Все посмотрели на меня, словно забыли, что я здесь.

– И?– спросил Трентон.

– И можно договориться с ним, взять кого-то с собой. Донна сказала, что брат Брендона заболел и ему придется ехать одному. Больше никто не вызвался. Я могла бы договориться с ними. Сказать, допустим, что кто-то из вас мой родственник, проживающий в городе и ему нужны деньги. Она хорошая женщина и очень доверчивая. Я смогу убедить ее. Но для этого, я как можно скорее должна вернуться в комнату, куда она вскоре, принесет мой завтрак. – Все это я выпалила на одном дыхании, чувствуя себя неуверенно.

– Здорово придумано, Эйви! Сэр, это отличный вариант, – воскликнул Маркус.– Осталось только решить, кто из нас поедет.

В комнате сразу стало шумно, все наперебой стали предлагать свою кандидатуру. Сомнений не было, что Норд окружил себя отважными людьми, готовыми в любую минуту посмотреть в лицо опасности.

– Здесь нечего обсуждать, – сказал инструктор, и все замерли. Было очевидно, что именно решил инструктор, и мое сердце болезненно сжалось.– Я сам должен все увидеть и проверить, а потом из первых уст сообщить правителю Истиану.

Спорить с ним никто не стал, видимо, это было бесполезно. В этот самый миг мне, вдруг, отчаянно захотелось стать частью этого единого союза, который возник между ними. Здесь понимали друг друга без слов и принимали такими, какие они есть. Это не происходит внезапно, такие отношения в команде образуются с годами, проведенными бок о бок.

– Итак, вот как мы поступим. Рекрут Аддарио, вы вернетесь к себе и договоритесь о поездке с кухаркой. Нокс, подготовь к вечеру все что мне может понадобиться в пути и отправляйся на границу, присмотреть за тем, что происходит. Возьми Эксли и Корнуэла. Фиксируйте все что увидите и услышите. – Старший инструктор раздавал указания четко и быстро. – Маркус останется здесь и займется рекрутами. Скоро выходит срок, нужно будет протестировать их и дать назначения. Трентон, останется при дворе. Рекрут Аддарио, а вы вернетесь в часть и будете восстанавливать здоровье. Вернувшись, я лично протестирую вас и решу, что с вами делать дальше.

Он подошел к Маркусу и сказал ему несколько слов очень тихо. Маркус слегка удивился, но кивнул. Я начала подниматься с кровати.

– Помоги ей Маркус. Возвращайтесь тихо, но быстро. Если понадобится, отнеси ее на руках, но вернитесь как можно скорее. Завтрак уже через десять минут.

Я хотела взбунтоваться и сказать, что я не мешок с картошкой, чтобы таскать меня туда-сюда, но справилась с собой, понимая, как важно сделать все правильно.

– Рекрут, от вас зависит, смогу ли я попасть в обоз и оказаться в Гвардии, – глядя прямо на меня, отчеканил Норд. – Я могу добраться туда иными способами, но все они займут гораздо больше времени, а у нас его нет.

– Я понимаю, сэр. Я все сделаю. Маркус, поторопимся, мне еще очень тяжело ходить, я не могу передвигаться быстро.

Маркус подхватил меня на руки и улыбнулся:

– Ты совсем легкая, тебя можно нести до самой Гвардии и даже не запыхаться.

Я бросила взгляд на инструктора, но он отвернулся. Маркус доставил меня в комнату и уложил на кровать, как раз вовремя. Весь этот переход по бесконечным коридорам, действительно не затруднил его. Донна пришла, как только он скрылся из вида.

– Доброе утро, Донна, – поприветствовала я ее.

– Доброе, Эйвери. Как ты сегодня, детка?– спросила она, поставив корзинку с едой на мой столик.

– Уже лучше, спасибо. Что ты мне принесла? – Есть само собой не хотелось, но игра есть игра.

– Яйца, сыр, молоко и свежий хлеб.

– Звучит вкусно, и если бы не тревожные вести из дома, я бы была абсолютно счастливой, – грустно сказала я. Я знала, что Донна любопытная до предела, и она обязательно начнет задавать вопросы

– Что случилось, милая? – присаживаясь рядом со мной, поинтересовалась она. Я не ошиблась, в глазах ее вспыхнул интерес.

– Я получила известие, что дядюшка мой, несчастный и хворый, потерял работу. А у него четверо детей и очень сварливая жена. Моя семья ничем не может ему помочь, ведь мы сами живем скромно. И вот я теперь думаю, как же выручить дядюшку и дать возможность заработать. – Я посмотрела на нее и увидела, как она задумалась, а потом просияла. Готово! Дело сделано.

– А дядюшка твой не из трусливых?

– Нет, что ты. Он у меня очень смелый, а что?

– Помнишь, я говорила тебе, что брат моего мужа заболел и не может сопровождать его в Гвардию? Может, твой дядя согласится? – Теперь все выглядело так, что это она просит меня о помощи.

– Правда? А это можно устроить? Говорят, за такую поездку хорошо платят. – Я понимала, что справилась с поставленной задачей и внутри просто ликовала от восторга. Однако стоило признать, что мне не пришлось прилагать никаких усилий.

– Конечно можно, и за Брендоном будет, кому присмотреть. Сообщи дядюшке, чтобы пришел в мой дом сегодня до пяти вечера. Я напишу тебе адрес, Брендон будет ждать его, а там они сумеют договориться.

Все сложилось как нельзя лучше. Донна, счастливая упорхнула, а я отставила завтрак и поднялась на ноги. Сердце колотилось от внезапного предчувствия, которое омрачило мою маленькую победу.

– Как все прошло? – Я вздрогнула, голос инструктора застал меня врасплох. Я рассказала о разговоре с Донной, но уже не выказывая никакой радости.

– Благодарю вас, рекрут, за свежую идею и ее воплощение. – Его простые слова согрели душу. – Я зайду перед отъездом…, дать вам некоторые инструкции.

Я промаялась в беспокойстве весь день, ругая себя за него и пытаясь отыскать причину его возникновения. Ко мне никто не заходил, и я не выходила никуда, даже Кай не появлялся. Когда на дворец спустился вечер, и мое беспокойство уже достигло апогея, я прислонилась лбом к окну. Его прохлада помогала немного остыть и унять дрожь в коленях. Так я и стояла, касаясь лбом и ладонями стекла, когда в комнату вошел сутулый, пожилой человек.

– Здравствуйте, – сказал он, голосом тихим и слегка скрипучим. – Я пришел по поручению капитана Норда.

– А что же он сам, не смог зайти? – Я даже не сумела скрыть своего разочарования от неожиданности.

– Не смог, – сказал мужчина, сверля меня карими глазами.

– Что он просил передать? – Я отвернулась, чтобы спрятать обиду.

– Он попросил присмотреть за его волком и лошадью. – Услышала я голос Норда и резко обернулась. Предо мной стоял все тот же мужчина, только больше не сутулился и голос его стал другим. Я подошла ближе и взглянула ему прямо в глаза. Они все еще были карими, но взгляд был мне знаком. Увидев мою реакцию, Норд просиял как мальчишка, которому удалась шутка. А потом, снова став серьезным проговорил:

– Меня не будет около месяца. Это будет видно по обстоятельствам. Вы, как я уже говорил, вернетесь в часть и будете выздоравливать. И я действительно, прошу вас приглядывать за Быстрой, я знаю, она вам приглянулась. А Кай будет приглядывать за вами. – Он смотрел на меня, как-то странно, будто хотел что-то сказать или сделать, но никак не решался. – Я прошу вас не ввязываться в перепалки со стражами и тем более не влезать в драки. Будьте благоразумны, по крайней мере, до полнейшего выздоровления.

Я стояла, запрокинув голову, и отчаянно хотела, чтобы эти глаза были синими. Увидеть их еще раз напоследок, было бы здорово.

– И вы, сэр, пожалуйста, будьте осторожны. Я обязательно присмотрю за Быстрой, мы и, правда, поладили, – я говорила очень тихо, осознавая, что могу его больше не увидеть, никогда.

– Спасибо, – прошептал он, стараясь не нарушить сокровенную тишину. Он взял мою руку и легонько сжал, в ответ на этот жест мое тело взорвалось мириадами чувств, которые так и останутся при мне. – Все будет хорошо.

Капитан принял первоначальный вид и обернувшись возле двери подмигнул мне, а потом исчез за дверью, оставляя свое тепло на моей руке.

Четырнадцатая глава

Я всю ночь просидела на кровати, не сомкнув глаз. То, что предпринял инструктор, было не просто рискованно, а практически самоубийственно. Он отправляется шпионить за одним из самых хитрых и изворотливых людей во всей Ливитии. И делает это один, без поддержки и какой-либо помощи. Конечно, я понимала, что одному, в какой – то степени легче, но и протянуть руку, тоже, будет некому.

Утром пришел Маркус, тоже мрачный и тихий. Следы усталости и бессонницы четко отпечатались на его лице.

– Пойдем потихонечку, я отведу тебя в часть, – сказал он, мягко беря меня под локоть и увлекая за собой.

Мы вышли из дворца, и нас встретило теплое, солнечное утро. Ощущение было такое, что я провела в заточении несколько месяцев и теперь, наконец, освободилась. Шли мы, медленно и молча, я старательно переставляя ноги, а Маркус просто размышляя о чем-то своем и не нарушая моего неторопливого темпа. Каждый из нас был занят своими тревогами. Я не сразу заметила, что пройдя мимо псарни, мы свернули к домику инструктора.

– Зачем нам к дому Норда? – в недоумении спросила я.

– Это приказ капитана. Пока его нет, ты будешь жить здесь. Это удержит тебя от неприятностей. Тренироваться ты пока не сможешь, и в казарме тебе делать нечего. Здесь безопасно, поправишься, и мы начнем занятия снова. – Медленно проговорил Маркус.

– Но это дом капитана! Как я буду в нем хозяйничать? – Даже представить было сложно, что я буду жить в доме, хозяин которого может и не вернуться.

– Будешь! – взорвался Маркус, впервые показав свое нетерпение к моим выходкам. – Будешь жить здесь, и сидеть тихо как мышь за шкафом. Будешь восстанавливать силы и читать книжки, гулять под звездами и крестиком вышивать, если понадобится. Будешь беречь себя и мои нервы. Ясно?

– Ясно. Незачем так орать. Я хорошо слышу, – злобно уставилась я на него.

– Прости, просто… Не знаю, ночь выдалась тяжелой. – Он провел рукой по волосам и выдохнул, будто снимая напряжение. – Капитан попросил Элен и Мэл устроить здесь все для твоего удобства, они собрали твои вещи из прежней комнаты и принесли сюда. Сменили белье и прибрались.

– Я не принцесса, чтобы устраивать мое удобство. Я воин, и пусть я сейчас не в форме, но я быстро вернусь в строй. Это просто смешно!– снова завелась я. – А занавесок они мне не нашили? И кукол на покрывало не насажали?

– Хватит! Умей быть благодарной! Эти люди любят тебя и желают добра. – Этот спор мог перерасти в настоящую ссору, и нам обоим стоило поостыть. Я понимала Маркуса, но никак не могла взять в толк с чего так завелась и в чем настоящая причина моей злости.

– Прости, Маркус. Я отвыкла от теплых слов и о том, что кто-то заботится обо мне.

– Я представляю, хотя может и не совсем. Моя семья всегда рядом, даже если я этого не хочу, а ты одна уже довольно долго. – Он примирительно положил руку на мое плечо и слабо улыбнулся. – Не представляю, каково тебе.

– Ладно, хватит на сегодня жалости к себе. Пойдем, посмотрим, что наколдовало наше милое семейство.

– Извини, но это без меня. Мне пора в часть, теперь у меня там много дел. – Маркус улыбнулся уже веселее и протянул мне ключ. – Я буду заходить к тебе, как будет время.

Я посмотрела, как он уходит и думая о том, что умру здесь со скуки, вошла в дом. Первым желанием было помыться, и стереть напряжение последних дней. Отмокая в купальне и погружаясь в воду с головой, я старалась выбросить ненужные мысли. Тело звенело и томилось, а мышцы расслаблялись. Закончив с водными процедурами, я обернулась мягким полотенцем и посмотрела в большое зеркало, которое стояло в спальне хозяина дома. Увиденное повергло меня в ужас. Тело синюшное с желтыми разводами, там, где синяки уже заживали. Кости торчат, глаза казались больше, щеки впали. Страх, да и только. Я оделась и решила осмотреть изменения, внесенные заботливыми руками Мэл. На кровати лежал мягкий плед темно-синего цвета, а в шкафу несколько простых платьев, две пары брюк, куртка, носки и несколько свежих рубашек. Форма была спрятана в глубине шкафа. Я вздохнула и пошла в кабинет.

Там почти ничего не изменилось. На столе лежало несколько книг, а сверху сложенная вдвое записка.

« Я слышал, что вы любите читать и решил оставить вам несколько моих любимых книг. Надеюсь, они вам понравятся.

А.Н.»

Еще внутри лежал небольшой рисунок, на котором была изображена девушка с распущенными волосами. Она стояла спиной, обхватив себя руками, и смотрела с холма на заходящее солнце. Ее волосы развевались на ветру, и казалось, что можно коснуться мягких локонов и ощутить дуновение на собственном лице. Девушка ждала кого-то, всматриваясь в горизонт и погружаясь в собственную печаль. Рисунок выглядел настолько реалистично, что я смогла прочувствовать ее тоску.

Я отнесла книгу, что лежала первой, записку и рисунок в спальню, легла на кровать, поджав ноги, и завернулась в теплый уютный плед. С того самого дня щемящая тоска и необъяснимая грусть стали моими спутницами. Я не понимала, откуда они взялись и как избавиться от них.

День следовал за днем, я крепла и поправлялась, подолгу гуляла в сопровождении Кая, много времени проводила на конюшне. Потихонечку чистила лошадей и гуляла с ними по очереди. Первое время было очень тяжело, и это занимало почти весь день, но я не могла позволить им стоять без дела. Выезжали на них Маркус или Эш, а иногда и Клай. Ездить верхом я не могла.

Я передвигалась по территории части, как призрак, никто не обращал на меня внимания. Похоже, все решили, что я выбыла из рядов будущих стражей. Никто не знал, что произошло со мной, капитан строго велел своим людям держать языки за зубами. Но я так просто не сдамся. Я все больше ходила и не позволяла мышцам совсем расслабляться.

Вечерами я читала и следовала за героями, которых любил инструктор. Я представляла, как он когда-то читал те же самые строки. Все книги, которые оставил мне капитан, были о приключениях. Я путешествовала по бескрайним морям, летала в небесах и неслась вскачь по прекрасным лугам. Я сражалась в великих битвах и танцевала на королевских балах. Эти книги не давали мне скучать, но временами, я совсем не могла брать их в руки. Я выходила из дома и, закутавшись в плед, смотрела на звезды. В голове мелькали неожиданные мысли: «где он сейчас, жив ли?». Эти мысли пугали меня и я их гнала прочь от себя. Думать об инструкторе, как о мужчине, волновавшем меня, было непозволительно, безнадежно и очень больно.

Через две недели, я начала понемногу заниматься на поляне. Через три – впервые села в седло. Тревога возрастала, скоро истечет срок. Уже известно, что через неделю прибудет правитель Хорн и объявлен бал по этому случаю. От инструктора Норда все еще не было вестей. Я стала нервознее и беспокойнее. Во снах я все чаще видела его раненым и одиноким.

Устав от переживаний и собственных тягостных мыслей, я решила сходить к Мэл. В ее доме, мне уютно и спокойно. Я пришла, как раз вовремя, Мэл вынимала пироги. Элен вышла на рынок за покупками и сейчас меня это вполне устраивало. Так хотелось просто побыть с кем-то, кому я хоть чуть-чуть важна и кто мог бы разделить мои внутренние переживания.

– Здравствуй, девочка моя. Как ты? – ласково, потрепав меня по щеке, спросила Мэл.

– Спасибо, уже гораздо лучше. – Я по-домашнему разместилась за столом, поджав под себя ноги.

– Ох, я так переживала, так ждала вестей от тебя, – вздохнула она. – Я рада, что ты поправляешься. Что слышно от Аарона?

– Пока ничего. – Судя по выражению ее лица, она была в курсе, что инструктор отправился в опасное путешествие. Мое недоумение не укрылось от цепкого взгляда Мэл.

– Аарон мне как сын. Он приходил накануне отъезда и рассказал, что уезжает надолго, не сказал, конечно, куда, но я не глупая. Он просил присмотреть за тобой и помочь с переездом.

– Это так на него не похоже…, – задумчиво сказала я.

– А что, похоже? – Мэл задумчиво улыбнулась, а потом посмотрела на меня и положила ладони на стол, разделяющий нас. – Много ли ты знаешь о нем?

– Знаю, только то, что слышала и то, что вы рассказывали. – Под ее взглядом я смутилась.

– Он был милым мальчиком и хорошим другом моему Грэгу. – Этого имени я прежде не слышала. Лицо Мэл стало задумчиво печальным, и взгляд переместился на пейзаж за окном, позади меня. – Они вместе учились в школе рекрутов и после ее окончания Аарон, часто бывал у нас. Потом они вместе стали стражами, и вместе несли службу. Грэг погиб в стычке с гвардийцами, у границы. Гвардийцы были в большинстве, и наш отряд уносил ноги, но Аарон не бросил моего сына, а принес домой, несмотря на собственные травмы. Это позволило нам проститься с Грэгом. Аарон преданный и верный друг с высоким чувством долга и раненной душой. Этот мальчик многое видел и много потерял. Сейчас, я горжусь, что мой супруг служит с ним вместе.

– Я не знала, что у вас был сын и мне очень жаль, что вы его потеряли, – сказала я, взяв ее за руку.

– Эта горькая потеря подкосила нас, и Аарон скорбел вместе с нами, как член семьи. – Былая боль снова сверкнула слезами в глазах и Мэл небрежно смахнула их. – Аарон Норд один из лучших людей известных мне.

– Я волнуюсь за него Мэл, – вдруг, честно призналась я, не сумев больше тревожиться в одиночестве. – Вот уже три недели, мы не знаем, что с ним и где именно он сейчас.

Я встала и подошла к окну. С Мэл легко было говорить, она не из тех, кто любит бередить душу и тешить свое любопытство. Мне казалось, что она итак все поняла, потому что просто вздохнула и тихо, но твердо произнесла:

– Он вернется, я чувствую. – Больше мы к этому вопросу не возвращались.

Чтобы отвлечься самой и переключить мои мысли Мэл рассказала, что после случая со мной, Маркус больше не приходил к Элен.

– Вот же упрямый! – воскликнула я. – Я десятки раз ему говорила, что в том, что произошло, нет его вины. Но этот твердолобый решил взять всю ответственность на себя одного.

– Ему просто нужно немного времени. Сейчас ты поправишься, и ему станет легче. – Интересно, Мэл сейчас успокаивала меня или пыталась убедить в этом себя?!

– Я сейчас пойду и всыплю ему…,– мое чудовищное негодование угрожало стать причиной поединка между нами.

– Иж как вскипела. Поостынь немного, а то из чайника полью на твою горячую голову, – засмеялась Мэл. – Оставь ты это, детка. В дела влюбленных соваться не стоит, там нет места третьему.

Я вышла от Мэл, когда уже совсем стемнело, и только потому, что собиралась настоящая буря, и я хотела поспеть домой до начала дождя. Гроза застала меня уже в пути, и я вымокла до нитки и промерзла до костей. Всю дорогу меня согревала мысль, о теплом доме с уютным мягким пледом, сухой постели и захватывающем чтении. Я осознавала, что это не мой дом, но находиться в нем, пусть даже временно, было сказочным подарком. Кай ждал меня у порога, он всегда приходил ночевать. Я скинула мокрую одежду и решила погреться в купальне.

Но ни горячая вода, ни плед, ни отличная книга никак не помогли мне избавиться от тревоги, которая сегодня была особенно сильной. Я пыталась читать, но строчки разбегались и не складывались в голове в общую картинку. В итоге, я встала с постели, вошла в кабинет инструктора и коснулась рукой стола, проведя пальцами по теплому дереву. Так мне казалось, что я могу быть ближе к нему. Этот человек перевернул мою жизнь и дал шанс в тот момент, когда все прочие от меня отказались. А сейчас, он там, где только холод и смерть, где нет доброго слова и надежного плеча. Мрачное предчувствие пробиралось сквозь остатки призрачной надежды. Все сроки вышли, правитель Хорн приедет со дня на день, а это может значить только одно – плен или даже смерть задержали Норда в Гвардии.

Внезапно Кай вскочил с места и побежал к двери, я напряглась. Рядом с ним мне не было страшно, но и волки иногда погибают. Подойдя к двери я положила руку ему на шею:

– Что? Что ты слышишь? – Кай стоял неподвижно и настороженно прислушивался. И вдруг, легкий стук, еле различимый, послышался за дверью, а потом тихий свист. Мое сердце рухнуло в пропасть и я не раздумывая распахнула дверь, понимая, что не могла обмануться, ибо волк тоже узнал хозяина. Мужчина лежал на земле, лицом вниз и практически не шевелился. Страх пригвоздил мои ноги к полу, и я зажала рот рукой, но присмотревшись все же заметила, что он дышит. Мне понадобилась еще пара секунд, чтобы опуститься рядом с ним и перевернуть.

Инструктор Норд приоткрыл глаза и снова закрыл, облегченно выдохнув, а я взяла его под руки и потащила в дом. Он был чертовски тяжелым, а земля – скользкой. Я несколько раз упала в попытках сдвинуть его с места. Когда мы, наконец, преодолели порог, я плотно закрыла дверь, сбегала за простыней и, перевернув мужчину, уложила его на нее. Дальше тащить стало легче, я просто взялась за концы простыни и поволокла его к кровати. Он был без сознания. Сердце бешено колотилось от страха, но времени на переживания не было совсем.

Я раздела его прямо на полу, выбрасывая мокрую, грязную одежду. Нижнее белье снять я не решилась и поэтому оставила его в одних трусах. Теперь предстояло самое сложное, поднять его на кровать. На это ушло несколько бесконечных минут. Когда у меня все же получилось, я перевела дух и обнаружила причину такого состояния капитана. На животе зияла рваная рани и из нее медленно сочилась кровь. Я не очень хорошо разбираюсь в подобных вещах, но даже мне было понятно, что действовать нужно быстро.

В кабинете у капитана была коробка с разными склянками и набор для шитья. Поискав немного, я нашла то, что нужно. Принесла теплой воды и трясущимися руками аккуратно промыла рану. Он застонал и открыл глаза.

– Рекрут, займитесь мной сами. Если я снова отключусь, не зовите лекаря. Никого не приглашайте сюда. Никто, кроме моих людей не должен знать, что я здесь. Вам придется зашить рану, – тихим хриплым голосом проинструктировал меня он.

– Но я никогда не делала этого, сэр.

– У вас получится, – совсем тихо сказал он. – Рана не очень опасная, просто крови потерял много. Вам придется сделать это. Мне необходимо появиться на балу и выглядеть здоровым.

После слов о появлении на балу мои глаза расширились от удивления. То, что он собирался предпринять, было просто невозможно, и я решила списать все на бред болезненного сознания. Ему было очень тяжело говорить, глаза лихорадочно горели, а на лбу выступила испарина.

– Там…, в коробке…, есть зеленая склянка…, содержимым покроете швы…, и зелье снимет воспаление. – Сухие потрескавшиеся губы инструктора едва шевелились, и мне приходилось склоняться к нему, чтобы хоть что-то расслышать.

Я приготовила все, что будет нужно и собралась с духом. Прежде чем позволить мне начать, инструктор взял мою руку и слегка кивнул в знак одобрения. Я аккуратно соединила края раны и начала шить, руки дрожали, а сердце колотилось уже где-то в горле, но мне пришлось сосредоточиться и взять себя в руки, чтобы не сделать хуже, чем есть. Надо отметить, что раненый был очень терпелив, он сжал зубы и закрыл глаза, но продолжал стойко выносить мои издевательства, ибо по-другому мои варварские манипуляции назвать не получалось. Закончив с раной, я покрыла зельем швы, как он и сказал, а потом перевязала его.

Я вышла вылить грязную воду и налить свежую, чтобы умыть капитана, а когда вернулась, он уже погрузился в глубокий сон. Его могучее сильное тело покрылось испариной, и на ощупь было горячим. Я намочила тряпку и провела ею по пылающей коже, умывая лицо и шею. Всю ночь он метался во сне, отгоняя кошмары, а я сидела рядом и боялась отойти даже на минуту. К рассвету, когда инструктор немного успокоился и сны его стали светлее, я задремала на стуле, уложив руки и голову на кровать.

– Рекрут, Аддарио…, рекрут – еле слышно позвал капитан. Я вздрогнула и села. – Простите, что разбудил.

– Как вы, инструктор? – спросила я, прикасаясь ладонью к его лбу, кожа все еще пылала.

– Лучше, спасибо. Возьмите из коробки другую склянку, белого цвета и дайте ее мне.– Я поспешила выполнить его просьбу, захватив со стола еще и кружку с водой. Выпив сначала воду, а потом и зелье, инструктор прикрыл глаза. – Сегодня мне надо отдохнуть.

– Я схожу и принесу что-нибудь поесть, – не зная, куда себя деть, предложила я.

– Еще не время завтрака, да мне и не очень хочется.

– Сегодня Эш со своими стражами заступает на кухню, я попрошу его дать мне еды с собой. Иногда я так делаю, чтобы не приходить в столовую со всеми. – Оставаться рядом с ним было трудно, хотя и желанно для меня, но я чувствовала острую необходимость выйти из дома и вдохнуть утреннюю прохладу.

– Видимо, теперь ваша очередь кормить меня кашей, – невесело улыбнулся инструктор.

– Я скоро. – К столовой я шла медленно, наслаждаясь каждой минутой уединения. Ночь была настолько напряженной, что некогда было даже подумать, поэтому теперь я предалась размышлениям. Мне хотелось знать, что узнал Норд и как получил свое ранение, но спросить я вряд ли решусь.

Эш не удивился моему визиту и позволил собрать завтрак самой. Он как обычно справился о моем здоровье и о том, когда придет Клай. Мы немного поболтали, и я засобиралась обратно.

– Эш, а где Маркус? – спросила я на случай, если Норд спросит.

– Сегодня его нет, он сопровождает новых стражей к месту службы, – ответил сержант, наблюдая за тем, как его подопечные выносят посуду для завтрака. – Будет завтра к обеду.

– Спасибо.

Я так же медленно вернулась в дом и тихо вошла в спальню, надеясь, что инструктор снова заснул. Прямо на пороге я застыла, не зная, куда деть свои глаза. Старший инструктор Норд стоял в одних трусах и, держась за стол, жадно пил воду.

– Простите, что оставила воду слишком далеко, – пролепетала я, проклиная себя за неосмотрительность. Даже страшно подумать, как больно ему было встать на ноги и пройтись по комнате. Он медленно повернулся ко мне, и я почувствовала, как краснею. Ни ужасная рана, ни бледность никак не могли испортить впечатления от его прекрасного тела. От такой мощи и внутренней уверенности захватывало дух. Я отвернулась, и услышала, как он медленно пошел обратно к кровати и тяжело опустился на нее.

– Что вы принесли? – угрюмо спросил он, и мне показалось, что он чем-то недоволен.

Я подошла к столу и выложила из корзины завтрак, спиной чувствуя пристальный взгляд инструктора. Когда я повернулась, он сидел, высоко подняв подушку и укрывшись пледом, и молча, взирал на стопку книг на столе. Кормить его я не стала, он бы и не позволил.

Мы позавтракали в полной тишине, да и без особого аппетита. Настроение инструктора становилось все хуже. Возможно, мое присутствие угнетало его, но попросить меня уйти, ему было неловко.

– Я сегодня же соберу вещи и вернусь в казарму, теперь, когда вы здесь, и я снова тренируюсь, я могла бы…

– Об этом не может быть и речи, – резко сказал он. – Вы останетесь здесь и будете сохранять видимость того, что меня все еще нет.

– Я не могу оставаться с вами под одной крышей, – выпалила я слишком быстро и слишком эмоционально.

– Я не собираюсь покушаться на вашу честь, рекрут. – Его лицо перекосила гримаса отвращения.

Сердце ухнуло в пропасть, и я дернулась, как от пощечины, а потом попятилась к двери.

– Я никогда бы не подумала…, что после того, что произошло со мной…, вы или кто-то другой, сможет посмотреть на меня…, без презрения. – Слезы обожгли глаза, но я не позволила им пролиться. Последнее, что я увидела, выбегая из дома, это полные ужаса глаза инструктора.

Боль обрушилась на меня такая сильная, что подкашивались ноги. Я видела перед глазами эту гримасу отвращения, и сердце рвалось из груди. Мне пришлось сделать глубокий вдох и с шумом выпустить воздух, чтобы хоть как-то усмирить сердцебиение. Я ведь понимала, что когда мою историю узнают, то будут смотреть на меня иначе, только вот мне казалось, что инструктор совсем другой. Самообман всегда опасен, мне просто не стоило расслабляться и поддаваться порыву.

Остаток дня я провела среди лошадей, которые прекрасно умеют успокаивать. Я понимала, что поступаю наперекор велению инструктора, но вернуться в его дом просто не смогла. Мое присутствие в конюшнях никого не удивит и не вызовет подозрений. Обед я принесла прямо к дверям хижины Норда и сунула корзину в зубы Каю, который благополучно передал ее хозяину. Ночевала я в конюшне.

Утром волк принес записку, в которой говорилось, что я должна собрать сегодня команду и пригласить советника Кастол в дом капитана. Собрание должно состояться сразу после обеда. Я отыскала Нокса и передала информацию, старик облегченно вздохнул и коснулся моего плеча.

– Спасибо, девочка. Это хорошая весть.

В дом советника Кастол, я отправилась сама. Найти его было не сложно, это был один из самых красивых домов в городе. Клай достаточно подробно описала его, указав множество ориентиров. Дверь открыл холеный слуга:

– Слушаю вас, – чопорно проговорил он.

– Мне нужно видеть госпожу Кастол. – Я старалась выглядеть уверенной, но абсолютно не представляла, как правильно вести себя с такими людьми, призванными рьяно оберегать покой своих хозяев.

– Советник сегодня не принимает.

– Это очень важно! Я должна передать ей информацию. – Он смотрел на меня, как на нечто гадкое и приставучее и это начинало злить.

– Скажите мне, и я все передам. – Его манера держаться выводила меня из себя.

– Это невозможно, то, что я хочу сказать, предназначено только для ушей советника.

– Кто там Патрик? – услышала я голос Амалии Кастол.

– Это я, ваша светлость,– сказала я, отталкивая Патрика и входя в дом.

На лице советника отразилось узнавание, потом испуг. Ее руки непроизвольно сжались, а тело напряглось.

– Проходите, рекрут, – сказала она и торопливо повела меня наверх, вероятно в свои покои. Мы вошли в красиво обставленную комнату, и советник предложила мне сесть, я отказалась. Она подошла к столу и налила себе стакан воды, эта пауза дала мне возможность осмотреться. В покоях советника все дышало скромностью и сдержанностью, но это отнюдь не лишало их уюта и какого-то особенного тепла. Эта девушка любила свой дом и заботилась о том, чтобы все здесь было ухоженным и красивым.

– С какими вестями вы пришли ко мне, рекрут Аддарио? – Советник, наконец, повернулась ко мне и посмотрела мне в глаза твердым взглядом. Я понимала, что она боится за жизнь Норда и теперь гадает, что именно я ей скажу. Но надо отдать ей должное, она умела справляться со своими эмоциями.

– Я пришла сказать, что советник Норд, ожидает вас сегодня сразу после обеда, у себя в доме. – Мне нравилась советник и поэтому видеть облегчение на ее лице, было приятно. Она расслабленно улыбнулась и присела:

– Как он?

– Ранен, но не тяжело, скоро встанет на ноги. – Я видела, как эмоции сменяют одна другую на ее лице. Она любила советника Норда, и явная тревога за него не укрылась от меня. Я много слышала о ее деятельности в совете, она была доброй и заботливой девушкой, которая стремилась к миру и процветанию всей Ливитии. Она поддерживала женщин, желающих идти на службу, давая им возможность помогать семье, где не было крепких мужчин. Но кроме той программы, в которой участвовала я, ей пока ничего не удалось достичь. Однако Советник не собиралась сдаваться, и это вызывало уважение. «Такая девушка прекрасно подходит капитану Норду» – поймала я себя на мысли.

– Передайте ему, что я приду.

Сразу после обеда, небольшая компания собралась в спальне Старшего инструктора. Выглядел он еще плохо, бледный и осунувшийся. Он сидел на кровати, опираясь спиной о подушку, на нем была свободная рубашка и брюки. Его люди разместились вокруг него, советник Кастол присела на кровать рядом и взяла за руку. Я вошла последней, и стараясь не смотреть на инструктора, прошла за мощными спинами воинов прямо к шкафу. Я желала быть как можно незаметнее. И мне отчаянно не хотелось видеть встречу двух советников, после долгой разлуки.

– Итак, господа и дамы. Времени у нас почти не осталось, опуская подробности, скажу, что дело плохо. Гвардийцы, действительно, похищают магов и уничтожают их семьи. Я ходил по деревням и селениям и осторожно выспрашивал людей, народ напуган, в Гвардии ходят слухи о войне с Ессенией. – Все кто был в комнате, напряженно слушали. – Я начал собирать слухи, домыслы и предположения, и старался в них разобраться. Появилась маленькая ниточка, и я должен был ее проверить. Я направился по следам исчезновений магов, и пришел в Замкнутые горы. Пройдя через ущелье, можно попасть в огромную расщелину, окруженную горами, где обнаружилось большое поселение. Там целая система пещер, которую я смог изучить лишь поверхностно. Тысячи гвардийцев сооружают катапульты и делают оружие, но это еще не самое страшное. Подобравшись поближе я сумел услышать совсем немного информации, но понять ее сможет только Кронус. Речь шла о заклинаниях земли, но мне они не знакомы. Если это то, что я думаю, то у нас очень большие проблемы.

– Это война, они, правда, готовятся к войне! – воскликнула советник Кастол. – А приезд Хорна, лишь завеса.

– Им нужен Верховный маг. Он единственный, кто обладает мощной магией. По старым меркам это конечно крупицы, но и они есть только у Кронуса. – Старший инструктор чуть приподнялся на постели и оглядел всех присутствующих, кроме меня. Это и порадовало и задело меня. – Вы все понимаете, что будет, если магистр попадет в руки Хорна.

– Нужно предупредить его сегодня же,– сказал Нокс.

– Чем мы и займемся, Нокс, но есть небольшая проблема. Меня видели и могли опознать. Я, как видите, смог уйти, но если Хорн докажет, что я шпионил, то ему не придется искать повод, чтобы объявить войну.

– И что же делать? – спросила Амалия Кастол.

– Для этого мне и нужна ты. Прости, но мне придется использовать тебя как прикрытие. Во-первых: я должен появиться сегодня на балу, здоровый и цветущий, во-вторых: нужно будет пустить слух, что этот месяц я провел в твоем поместье в Контии, с тобой. Хвала небесам, что они послали нам подобное совпадение, и ты провела некоторое время дома. Я понимаю, как это выглядит, но…

– Оставь эти мелочи Аарон, подобное заявление никого не удивит. Раньше ты часто бывал в нашем доме в Контии. Я поворкую с девушками, и стоит обронить неосторожное слово, как весть разлетится по залу в считанные минуты. – Девушка заботливо погладила инструктора по руке, а он смотрел на нее виновато. – К тому же, я буду выглядеть счастливо отдохнувшей, и дело будет сделано.

Я отметила как умна и спокойна советник, эти слова очень хорошо говорили о ее решительности и готовности к действиям. И репутация ее, похоже, совсем не волновала.

– Именно это мне и нужно. Прости, что впутываю тебя в это, но я просто не нашел другого выхода.

Она неопределенно махнула рукой, и они улыбнулись друг другу, искренне и лучезарно. Я впервые увидела капитана улыбающимся от души.

– Значит так. К сегодняшнему балу все должны быть готовы. Где-то на середине торжества, я думаю, гвардийцы начнут действовать. Наша задача предотвратить похищение, но нужно сделать это поймав их за руку, иначе мы не сможем это доказать и правитель Истиан не поверит в желание Хорна начать войну. Сейчас я должен попасть в покои Кронуса и поговорить с ним.

– Ты еще слишком слаб, Аарон. Это могу сделать и я, – сказала советник.

– Нет, я должен сам. Мне необходимо рассказать ему, что я узнал и попросить позволения использовать его как приманку. Ваша задача подготовится к балу. Исходя из разговора с Кронусом, мы оговорим план действий. За два часа до бала, я жду всех вас здесь. – Я уже решила, что собрание закончилось, но следующие слова инструктора удивили меня. – Рекрут Аддарио, вы пойдете со мной к Верховному магу. – Я совсем не ожидала, что инструктор обратится ко мне и вздрогнула, услышав свое имя из его уст. – Нокс, я прошу тебя поговорить с Мэл. Пусть они с Элен подготовят какой-нибудь наряд для рекрута. Она отправится на бал, сопровождая советника Кастол. Мне нужны будут ее глаза и уши.

– В качестве кого девочка будет на балу? – совершенно справедливо поинтересовался Нокс.

– В качестве моей компаньонки. Она должна быть достаточно изысканной для бала, но и не сильно выделяться, чтобы не привлекать к себе внимания. Так ей легче будет наблюдать,– предложила госпожа Кастол.

– Ха! Вы не видели ее в этом белом платье, которое Мэл приготовила для нее в прошлый приезд правителя Хорна! – воскликнул Маркус, который все собрание был необычно тих. – Нужно надеть ей на голову мешок, чтобы никто не заметил ее.

– Я думаю, рекрут Аддарио, достаточно изобретательна, чтобы решить эту проблему. – Инструктор Норд недовольно сдвинул брови, глядя на восхищенное лицо Маркуса, а в голосе прозвучало неодобрение. – А теперь все займитесь своими делами. Рекрут, подождите меня за дверью.

Пятнадцатая глава

Я стояла на улице и провожала взглядом посетителей капитана. Был такой чудесный летний денек, и мне не верилось, что в такую погоду, среди такой красоты, можно вести разговоры о войне. Всего пару месяцев назад, я даже не заметила бы всего этого вокруг. Долгое отсутствие тренировок и отстраненность от других стражей, сделали меня мягче. И мне это не понравилось. Я нахмурилась.

Капитан вышел через несколько минут, безупречно одетый в чистую форму. Легкая испарина и бледность выдавали его состояние, но на лице было прежнее выражение скуки. Я развернулась и медленно пошла к дворцу, стараясь держаться чуть впереди, чтобы не вступать с ним в разговор. Да он, похоже, и не собирался говорить.

Проблема возникла, когда я поняла, что совершенно не представляю, где живет верховный маг. Мне пришлось замедлиться и пропустить инструктора вперед. В этот момент я отчетливо понимала всю нелепость ситуации, но я не могла даже смотреть на инструктора.

Капитан Норд вел меня безлюдными коридорами, которые уходили вглубь восточного крыла замка. Мы остановились возле резной двери:

– Все, что вы здесь услышите, должно остаться при вас. Я сам решу, что можно будет рассказать остальным. – Он повернулся и посмотрел мне прямо в глаза. – Я могу вам доверять?

Я не ожидала такого вопроса, но над ответом не думала, ни секунды.

– Да, сэр.

Капитан постучал в дверь.

– Входи, мой мальчик, – услышала я мягкий негромкий голос.

Мы вошли в мрачную большую комнату. Тяжелые темные шторы закрывали окна от проникновения дневного света, а зажженные по всей комнате свечи, сохраняли полумрак. Возле одной из стен стоял огромный шкаф, полностью забитый склянками, баночками и всевозможными коробочками. К балкам на потолке были привязаны, собранные в разные букеты, травы. Воздух в помещении казался тяжелым и удушливым, благодаря терпкому аромату.

Нам навстречу вышел высокий седой старик, очень худой и слегка сутулый.

– Я рад видеть тебя, – сказал он, обнимая Инструктора.

– И я рад вам! – ответил Норд, искренне отвечая на объятия. Я смотрела на эту сцену и не узнавала капитана. Столько тепла и радости было в его синих глазах, но не долго, посмотрев на меня, его взгляд вновь стал холодным. – Это рекрут Эйвери Аддарио, моя ученица. Мы пришли к вам с очень серьезным разговором.

Кронус подошел ближе и внимательно посмотрел на меня.

– Здравствуйте, рекрут, – мягко сказал он, все еще пристально разглядывая меня. – Вы простите мне мое любопытство, но это впервые, когда Аарон приводит кого-то с собой. И теперь мне понятно почему.

Он взял меня за руки:

– Мне очень жаль, что все это выпало на вашу долю и что вы пережили столь ужасные вещи. Такая юная девушка уже повидала столько зла, это разрывает мне сердце. Но я должен сказать, что это не все, что написано в вашей книге судьбы. К несчастью, вам еще много тягот предстоит пережить.

Я не могла произнести ни звука, его слова прозвучали зловеще, от них мороз прошел по коже. Я непроизвольно бросила взгляд на капитана. Он стоял с каменным лицом. Откуда этот старик так много знает обо мне?

– Я слушаю тебя мой мальчик, – сказал маг таким тоном, как будто и не говорил сейчас все эти ужасные вещи о моей судьбе.

– Мы пришли с недобрыми вестями, – сказал капитан и поведал историю своего путешествия.

– Что именно ты слышал о заклинаниях? – задумчиво спросил Кронус, не проронивший ни слова, до тех пор, пока капитан не закончил.

– Что– то о магии земли и луны. О соединении душ магов и воссоздании.

– Ты уверен? Абсолютно? – нахмурился старик, расхаживая по комнате. Он не ждал ответа, поскольку погрузился в тягостные размышления. Некоторое время стояла давящая тишина, а потом магистр резко повернулся к Норду и спросил. – Что почувствовала твоя магия?

Мои ноги приросли к полу, а сердце застыло, пропуская удар. Магия? Капитан Норд обладает магией? Я медленно перевела взгляд на старшего инструктора, но он на меня не смотрел. Судя по всему, о его способностях не знал никто, кроме верховного мага и его самого. Это многое объясняет.

– Совсем немного, вы же знаете, что я не унаследовал всей силы отца, к тому же он так и не успел обучить меня, – ответил капитан, глядя на меня и изучая мою реакцию. Вот о чем он говорил, когда просил держать язык за зубами.

– Твоя магия редкость в наши дни. Ты чувствуешь животных и понимаешь их, можешь объединять их и управлять ими, касаясь сознания. Магия леса может быть очень сильной, если ею не пренебрегать, а ты чураешься ее как проказы, – ворчливо сказал старик.

– Она опасна! Если ее развивать, она может завладеть мной, и я стану управлять людьми. Это неприемлемо для меня, – горячо воскликнул капитан.

– Это точно не о тебе. Ты бы не пошел на это. – Так же горячо ответил магистр, но осознав, к чему может привести этот разговор, успокаивающе поднял руку. – Но опустим старый спор. Так что ты почувствовал?

– Дыхание. Я не знаю, как это объяснить, я чувствовал много дышащих, но не мыслящих. Это бред какой-то, но я надеялся, что вы поймете и свяжете все воедино.

– Я боюсь, что понял. И это не понравится тебе, мой мальчик, – печально сказал маг. – Много лет назад, когда магия была сильна, такое уже пытались сделать, но вовремя одумались. Эта опасная магия, могла снести все с лица земли. И ели Хорн задумал ее использовать, предположения о войне ошибочны. Это будет кровавая бойня.

– О чем вы? – не удержалась я.

– Существует древнее заклинание воскрешения или воссоздания. Это как повернуть и с какой целью использовать. С его помощью можно создать армию из земли и, применив магию луны, заставить эту армию двигаться. Похоже, использовав похищенных магов, они уже сделали половину работы, судя по твоим ощущениям. Но чтобы завершить процесс, им нужен я. Кроме меня никто сейчас не владеет магией луны.

– Что для этого нужно?

– Нужно объединить души всех имеющихся магов и забрать их силу, вместе с жизнью. – Осознав, какой эффект возымели его слова, маг продолжил.– Я говорил, это темная древняя магия.

В комнате повисло молчание. Все что здесь было сказано, невозможно было вообразить. Армия не живых земляных существ, не думающая, не испытывающая боли. Это колоссальная угроза не только Ессении, но и всей Ливитии. В горле встал ком.

– Поэтому, я прошу вас помочь нам, – сказал капитан. – Мы должны поймать их сегодня. Они попытаются похитить вас, а мы устроим им засаду.

– Мне жаль, мой мальчик, но это не выход. Предотвратить мое похищение ты можешь, но это лишь отсрочит неизбежное.

– Что вы предлагаете? – взъерошив волосы рукой, спросил инструктор.

– Позволить им забрать меня, – пожал плечами магистр.

Мы с капитаном неосознанно переглянулись .

– Нет! – Наш ответ был единогласным.

– Ты не понимаешь, Аарон, – строго сказал старик. – Я должен быть там и попытаться понять, как это остановить. Только так, можно говорить хотя бы о какой-то надежде.

– Но это самоубийство. – В ужасе пробормотала я.

– Не обязательно. Но я знаю, что говорю. – Он положил руку на плечо Старшего инструктора и заглянул ему в глаза. – Другого выхода нет. И это еще не все. Я боюсь, мне понадобится помощник.

– Я могу пойти с вами, – вызвался капитан.

– Ты знаешь, что не можешь. Им известно твое лицо. И, кроме того, ты должен быть здесь, чтобы подготовить оборону в случае моего провала.

– Я могу отправиться с вами, – тихо сказала я.

Капитан резко повернулся ко мне и глаза его метали молнии.

– Об этом не может быть и речи! Вы не понимаете, во что ввязываетесь. Гвардия не увеселительная прогулка, а вы не опытный воин. – Неприятно было слышать его отповедь. Он действительно думал, что я не понимаю ответственности?

– Я и не стану опытной, если буду сидеть на задворках! – вспылила я.

– От этого зависит судьба Ливитии! Это не тот случай, когда вы можете поупражняться. – В эту минуту Старший инструктор Норд выглядел безжалостным и непреклонным.

– Я осознаю всю степень ответственности. Я, в отличие от остальных, могу использовать свои недостатки и превратить их в достоинства! Меня не воспринимают в серьез, это нам на руку. К тому же я «девушка», – последнее слово я словно выплюнула. – На меня никто не подумает, я смогу шпионить незаметно.

– Вот именно потому, что вы девушка, вам там и не место! – сквозь зубы проговорил инструктор.

– Но это отведет от меня подозрения. – Я злилась на недальновидность и неуступчивость капитана. Мне хотелось зарычать от его упрямства.

– Это привлечет к вам ненужное внимание…

– Это позволит мне передвигаться свободно…

– Ваша привлекательная внешность может сыграть вам плохую службу, – уже не сдерживая ярости, процедил Норд. – Правитель Хорн славится своей любовью к хорошеньким женщинам. И никто не сможет уберечь вас от него.

– А вот это точно не тот случай, он даже взгляда на мне не остановит. – Мы так увлеклись спором, что уже не слышали друг друга.

– Мне очень жаль, мой мальчик, – сказал маг, который все это время очень внимательно наблюдал за нами. – Эта милая девочка права. Она идеальный кандидат на это место. Юная, хрупкая – никто и не подумает, что она солдат и уж тем более твоя ученица. Брать твоего воина, это как поставить мишень ему на лоб. А поверить, в то, что у меня юная помощница, будет легче.

– И вы предлагаете мне сидеть здесь и ничего не делать, пока вы там будете рисковать собой? – Этот вопрос дал мне надежду на то, что инструктор все же согласиться. Сердце мое забилось чаще от волнения и страха.

– Ливития и мой дом, старший советник, – сказала я негромко, справляясь со своими эмоциями. Давить на него не стоило, капитан не менее упрям. Я решительно посмотрела в его глаза и заметила, как в них угасает ярость. Он смирился.

– Вы будете крайне осторожны, оба! И не будете рисковать неоправданно, – сказал инструктор, возвращая своему взгляду привычный холод. – Но я должен, каким – то образом, быть в курсе происходящего. Как это можно устроить?

Старик очень внимательно посмотрел на нас и загадочно улыбнулся:

– Ответ тебе точно не понравится! Я бы даже сказал, вам обоим.

– Я согласен на все, лишь бы знать, что там с вами будет происходить, – решительно сдвинул брови Норд.

– Заклинание сопряженных сновидений и объединения. – Кронус следил за реакцией капитана, который ненадолго задумался, а потом на его лице отразилось понимание.

– Я смогу проникать в ваши сны, используя связь между нами? Правильно я понимаю? – спросил капитан.

– Не в мои, в её, – сказал маг и ни один мускул не дрогнул на лице Норда.

– Что это за заклинание и как оно работает? – робко поинтересовалась я.

– Это обряд соединения душ, но не с целью поработить или уничтожить. Заклинание позволит вам чувствовать друг друга на огромном расстоянии. Понимать на эмоциональном и физическом уровне, – неторопливо объяснял Кронус. – Мы будем довольно далеко, и я хотел бы подстраховаться, позволив Аарону заходить в ваши сны. Поскольку, вы магией не обладаете, это будет односторонняя возможность. Он может делать это и без моего вмешательства, но заклинание позволит усилить вашу связь.

– Я никогда не использовал этот дар, – не глядя на нас, сказал капитан.

– Ты управляешь животными. Люди те же животные, просто нужно захотеть и позволить этому дару вести тебя. – Из уст магистра это прозвучало довольно просто, но по лицу Старшего инструктора пробежала тень.

– Как это работает? – спросила я.

– Вы будете засыпать, или я по мере необходимости буду погружать вас в сон. Аарон это почувствует, ему не обязательно спать. Он будет касаться вашего сознания и вести с вами беседу.

– Поверить не могу, что подобное возможно! – Я была восхищена и напугана одновременно. – Невероятно!

– И крайне болезненно для вас, – с сожалением сказал Кронус. – Вы будете просыпаться с головной болью такой силы, что можете закричать. Это от проникновения в сознание, вы не маг и не сможете удерживать силу Аарона. Вы не умеете защищать себя, но это все что я могу предложить за столь короткий срок. Вы оба должны быть согласны, иначе ничего не выйдет.

– Почему она? Почему не вы? – спросил капитан.

– Мы давно знакомы, мой мальчик, но даже это не установило между нами нужной связи, – загадочно улыбнувшись, сказал маг, похоже, ему нравилось говорить загадками.

От всего, что я узнала голова шла кругом. Мысли путались, но времени на размышления у меня совсем не было. Я, совершенно не раздумывая, согласилась на поездку в Гвардию, но допустить кого-то в свое сознание и свои мысли, это совсем другое. Меня не пугала боль или что-то подобное. Мне вдруг показалось, что пускать в свою голову человека, от которого стремишься скрыть свои мысли, не самая удачная идея.

– К сожалению, подумать хорошенько и принять действительно взвешенное решение, вам не удастся, – обратился магистр ко мне. – Я должен совершить обряд немедленно и вам стоит подготовиться к балу. Как я понял, тебя должны видеть там. – Кронус перевел взгляд на капитана. – Вы отправитесь на торжество и будете развлекаться. Попроси советника Кастол, представить Эйви как мою помощницу. Эта весть тоже быстро разлетится и не будет потом ненужных вопросов. Я думаю, новость послужит моим похитителям хорошую службу. Они воспользуются девочкой, чтобы найти меня. А уж я придумаю, как сделать так, чтобы они взяли и ее.

– Я согласна, – твердо сказала я.

Старший инструктор кивнул, но я видела, как тяжело далось ему это решение. Верховный маг приступил к подготовке.

Он расставил свечи по кругу, между ними положил кристаллы и достал большую ветхую книгу. Ее страницы казались прозрачными, а слова были написаны на незнакомом языке. Никогда прежде, не приходилось мне видеть магию. Мое возбуждение рвалось наружу и проявилось глупой усмешкой, которая скорее походила на нервную.

– Встаньте в круг и возьмитесь за руки. Откройте свое сознание и опустошите его от мыслей. Не сопротивляйтесь и не разжимайте рук, – велел магистр, продолжая искать нужный текст в книге.

Мы сделали, как сказал маг. Я робко вложила свои ладони в исполинские руки капитана, которые оказались удивительно теплыми и, несмотря на грубость, бережными. Кронус начал читать заклинание и голову пронзила боль, непроизвольно я дернулась и хотела отшатнуться, но капитан крепче сжал мои руки, удерживая меня на месте. Боль только усиливалась и нарастала, вызывая невольный стон, готовый обратиться криком. Я едва-едва могла стоять на ногах, сраженная этой пыткой. Ощущения усиливались, и когда мне показалось, что я больше не выдержу, что – то словно взорвалось в моей голове. Я ясно уловила тревогу и беспокойство, сочувствие и жалость. Но эти чувства не принадлежали мне, осознание этого заставило меня распахнуть глаза. Будучи магом, старший инструктор не ощущал вторжение в свой разум так болезненно, но воспринял мою боль как свою собственную. Это удивительно. Я попробовала прислушаться к его эмоциям, но наткнулась на стену.

– Я умею закрываться от магии, – отвечая на мой вопросительный взгляд, виновато сказал он. – Не очень хорошо, но умею. Вы закрыться от меня не сможете.

Я вспыхнула, но довольно быстро взяла себя в руки. Это лишь ощущения, они никогда не бывают однозначными. Он может чувствовать мои эмоции, но не может точно понимать их причину.

– Мальчик мой, тебе стоит привыкнуть к потоку чувств исходящих от Эйвери и научиться контролировать свою реакцию на них. Иначе, сегодня на балу, некоторые могут подумать, что ты не совсем в себе, – посоветовал магистр. – А ты, девочка, постарайся держать свои чувства в узде, и облегчить задачу советнику.

Некоторое время нам понадобилось на то, чтобы осознать, что только что произошло и восстановить свои силы. Я пребывала в каком-то непонятном смятении, словно очнулась от странного сна, который долго не отпускает. Страшно было признаться себе, что я понятия не имела, чем все это для меня обернется.

– Спасибо вам, Кронус, – сказал инструктор Норд. – Мы пойдем к себе и начнем подготовку. Во время торжества мы будем наблюдать за людьми Хорна. Я надеюсь, он решит напасть лишь к концу бала, когда все уже будут пьяны и устанут от танцев, когда слуги более расслаблены и менее внимательны. Так бы поступил я. Если все выйдет, как мы задумали, вы останетесь совсем одни, но только после границы. Я и мои люди незаметно будем сопровождать вас до Гвардийских земель.

– Не волнуйся, мой мальчик. Мы доверяем тебе, а ты доверься нам, – сказал верховный маг, вновь обняв капитана.

Норд крепко обнял мага и прошептал что-то ему на ухо. Маг добродушно улыбнулся и сказал:

– Я обещаю. Увидимся после бала, – последние слова старик сказал уже мне.

Я кивнула, и мы с инструктором покинули комнату. Не знаю, сколько времени мы провели в покоях магистра, но мне показалось, что прошла целая жизнь. Возвращались мы, молча, но на этот раз я даже не думала о ссоре между нами. Я была напугана и чрезвычайно взволнованна. И дело было вовсе не в опасном путешествии. Мне, казалось, что это не честно, что капитан так легко мог закрыться от меня, а я была у него вся как на ладони. Закономерная злость и негодование не заставили себя долго ждать

– Рекрут, вы не могли бы усмирить свой гнев. Он мешает мне думать. – Голос Норда мог заморозить даже солнце. – Если ваши эмоции будут так сильны, я услышу их, даже если не захочу.

– А вы можете НЕ захотеть? – внезапно остановилась я.

– Могу. Теоретически, моя магия может оградить меня от ваших эмоций и закрыть вам доступ к моим. Но я не слишком преуспеваю в этом. У меня фактически не было практики. Ваши эмоции столь сильны, что закрыться от них почти невозможно, – раздраженно сказал он.

– Вы хотите сказать, что я истеричка? – возмутилась я. Капитан удивленно вскинул брови.

– Нет, скорее я хочу сказать, что у вас пылкое сердце и эмоции ваши все открытые, правдивые и очень сильные.

Я не знала, что на это сказать. Этот человек оставался для меня загадкой, разгадать которую не представлялось возможным.

– Порой, если мои эмоции тоже будут сильны, я не смогу удержать их вдали от вашего сознания. Как я говорил, у меня не было практики, и вам придется их ощутить. – Сказать точно, какие именно эмоции сейчас отражались на его лице, было для меня затруднительно. Я бы расценила их, как сожаление.

Вдруг, я подумала о вчерашней ссоре и ужаснулась. Если бы нас объединили вчера, я бы задохнулась от его презрения. Сердце болезненно сжалось. Инструктор резко обернулся.

– Что причинило вам такую боль? – искренне спросил он.

– Не вашего ума дело, – огрызнулась я. Не могла же я ему еще и мысли свои открыть. Надо срочно научиться себя контролировать. – В мои мысли вам хода нет. Хотя бы это оставьте при мне.

Я не стала дожидаться ответа и поспешила в дом. В кухне нас ждала Мэл. На кровати я обнаружила темно– синее платье и такого же цвета туфли.

– Я помогу тебе подготовиться к торжеству, в купальне все готово. И если капитан пропустит тебя вперед, я подожду здесь. – Она посмотрела на только что вошедшего Норда, он кивнул, и я отправилась мыться.

В купальне, я попыталась привести мысли в порядок и совладать со своими эмоциями. Мне предстояло опаснейшее путешествие, от которого зависело многое. Я испытала всеобъемлющий, леденящий душу страх, осознавая, наконец, в полной мере, ответственность. А что если я не справлюсь? Что будет тогда? Я услышала стук в дверь и голос капитана:

– Рекрут, с вами все хорошо?

– Да, старший инструктор. Простите.

Он ощутил мой страх, и я устыдилась. А что если он подумает, что меня пугает опасность или смерть, а не то, что не справлюсь? Взять у него уроки по контролю, было бы не лишним.

Когда я вышла из купальни, капитан сидел за столом и говорил с Мэл. Они замолчали, и я увидела, что этот разговор не нравился им обоим. Капитан встал и ушел в купальню, не сказав мне ни слова.

– А теперь, моя дорогая, я займусь тобой. У нас всего час, до того как ваша милая компания снова соберется.

Мэл помогла мне высушить волосы и надеть платье, оно было необычайно легким и воздушным, я практически не чувствовала его. Платье полностью повторяло контуры моего тела, и цвет необычайно шел мне. Я обратила внимание, что оно было того же оттенка, что и глаза старшего инструктора, и смутилась. Мэл колдовала над моими волосами, пытаясь усмирить мои непослушные пряди. Сегодня прическа была скромнее, но не менее прекрасной. Большая часть волос осталась распущенной и легкими локонами ложилась на плечи, другая же была собрана на затылке и заколота прекрасной темно– синей заколкой в виде бабочки. Белые пряди свободно обрамляли лицо.

– Тебе удалось сделать именно то, что нужно, Мэл, – очень тихо сказал, незаметно подошедший инструктор. Его волосы были еще мокрыми, и в эту минуту он выглядел совсем молодым, не многим старше меня.

Внезапно, я ощутила такой прилив смущения и волнения, и они были не моими. Немного шокированная, я постаралась и вида не подать, что почувствовала эмоции инструктора. Они могли быть обращены и не ко мне. Лучше вообще не думать об этом. Эмоции, которые он испытывал ко мне, я уже видела вчера.

В дверь постучали, и Мэл пошла открывать. Через мгновение небольшой дом наполнился людьми. Маркус вошел первым и замер на пороге:

– Ты похожа на лесную фею, сестренка, – восхитился он. – Выглядишь просто великолепно.

– Спасибо, Маркус, – смутилась я.

В мое сознание проникли боль и сожаление, не принадлежавшие мне. Я слегка покачнулась от силы этих эмоций и взглянула на инструктора. Он резко отвернулся от меня.

– Не за что. Я же говорил, что даже такое скромное платье не сможет затмить твою красоту. – Широкая улыбка Маркуса, немного отогрела мое сердце.

– Лейтенант Стэлз, давайте поговорим о деле, наконец, – резко сказал инструктор, его эмоций я уже не ощущала, но этого и не требовалось.

Когда все снова разместились вокруг капитана, он рассказал, о принятом нами решении. На некоторое время в доме капитана повисло тягостное молчание.

– Решение, на мой взгляд, отчаянное, если не сказать самоубийственное, – сказал Нокс. – Если они попадутся, их смерть не будет легкой.

– Мы понимаем это, Картер. И я клянусь, что перебрал все возможные варианты, но за эти пару дней сделать больше ничего невозможно. И это на самом деле наш шанс. – Капитан не смог усидеть на месте и принялся мерить шагами комнату. – Я предложил себя, но Кронус справедливо заметил, что меня там хорошо знают.

– Но это мог быть кто-то из нас, – заметил Корнуэл.

– К сожалению, вы привлечете к себе много внимания. О том, что вы воины написано на ваших лицах, – ответила я.

– Но ты еще не готова к подобным походам. Это просто идиотизм, – взвился Маркус. – Ты совсем недавно была на пороге смерти и только– только оклемалась. Глупо так рисковать.

Я поняла, что в моей жизни появился преданный друг, и ощутила прилив нежности к этому прекрасному человеку. Капитан мою нежность тоже почувствовал.

– Это действительно, единственный выход. Уверяю тебя, я знаю, на что иду, – попыталась я его успокоить. – Этот вопрос решен.

– Теперь о самом торжестве. Амалия, ты можешь представить рекрута, как помощницу самого Кронуса. Она вполне подходит на эту роль и одета соответственно. Видно, что она не из знати и это будут горячо обсуждать.

– Вот именно, Аарон, – сказала советник Кастол и посмотрела на меня. – Эйвери, я хочу, чтобы ты осознала, с чем тебе придется столкнуться. На такие мероприятия крайне редко приглашают людей низшего круга, и это всегда вызывает общественный резонанс. Тебя будут разглядывать и обсуждать. Девушки будут пытаться поддеть тебя, так они справляются со скукой. А иногда, они могут быть крайне жестоки.

– Это не пугает меня, – ответила я. – Но спасибо, что предупредили, советник.

– Зачем ей вообще идти туда? Она может остаться с Кронусом и это будет логичнее, – спросил Нокс. – Зачем заставлять ее проходить через это?

– Так нужно, она должна привести людей Хорна к магу. И так я смогу хоть как-то контролировать процесс, – ответил Норд, однако, впервые, его голос не показался мне уверенным.

Обсуждение деталей продолжалось еще около часа. Вернулась Мэл и пригласила меня в спальню.

– Ох, детка, – со слезами на глазах, прошептала она. – Мы с Элен, на скорую руку, собрали тебе теплую одежду с собой в дорогу. Я надеюсь, они позволят тебе взять ее с собой, здесь совсем немного. Я шила это для тебя, но не думала, что понадобится еще до наступления зимы.

– Спасибо Мэл, – искренне поблагодарила я. – За все.

Это все, что я смогла произнести, обнимая женщину, которая за такое короткое время стала мне родной.

– Я отнесу эти вещи в комнату верховного мага. – Послышался голос капитана. Он выглядел таким усталым, что в связи с последними событиями не было удивительно. Он совсем не заботился о себе и своей ране. – Вас уже ждет советник Кастол, рекрут. Вам пора. Я сменю повязку и отправлюсь следом.

Я попрощалась с Мэл и вышла в прохладную ночь.

Шестнадцатая глава

Мы вошли в роскошный тронный зал. Сегодня он утопал в огнях тысяч свечей и не меньшего количества цветов. Белые розы были повсюду, сложенные в необычайные композиции и собранные в огромные букеты. Мы погрузились в атмосферу всеобщего веселья. Женщины в прекрасных платьях порхали туда– сюда и заполняли зал звонким смехом. Мужчины собирались в компании и вели серьезные и не очень, беседы.

Я впервые была на столь красивом мероприятии, восторг и чувство легкой эйфории приятно щекотали нервы.

– Так прекрасно, Эйвери, что вы еще способны чему-то удивляться и восхищаться, – мягко сказала советник Кастол. – Но помните, все люди здесь как хищники, они улыбаются, но в любую минуту могут перегрызть вам горло.

Амалия Кастол, выглядела великолепно. В необыкновенно красивом красном платье в пол и элегантно убранными на затылке волосами, она олицетворяла достоинство и честь. Смотреть на нее было одно удовольствие. И эта потрясающая женщина любит не менее потрясающего мужчину. Думать об их отношениях было немного неприятно, но тут я почувствовала, что инструктор Норд вошел в зал, и я отогнала от себя навязчивые мысли. Так странно было осознавать, что я не увидела, а именно ощутила его присутствие. Это сбивало с толку и немного пугало, пожалуй, привыкнуть будет нелегко. Я повернулась на зов ощущений и увидела его. Инструктор был в парадном мундире черного цвета, который подчеркивал ширину его плеч и делал его еще более мужественным. А мне казалось, что это уже невозможно. Вероятно, Норд почувствовал мой взгляд, поскольку его глаза тут же отыскали меня. Трепетный восторг заставил мое сердце пуститься вскачь, и я не могла с полной уверенностью сказать, чьи именно это были эмоции.

– О! Амалия, дорогая! – пропела большеносая блондинка с огромным бантом на голове. – Здравствуй.

– Здравствуйте, Арабелла, – фальшиво улыбнулась советник. – Как ваши дела? Как сестры?

– Прекрасно, спасибо. У нас все по-прежнему. – Блондинка смерила меня презрительным взглядом и хищно улыбнулась Амалии. – Ты выглядишь такой счастливой и отдохнувшей.

– Я только что вернулась из Контии. Мы прекрасно отдохнули на берегу моря. Я давно не позволяла себе такого длительного отдыха в кругу друзей, – сказала советник и стыдливо опустила глаза.

«А она превосходная лгунья. Играет свою роль на высшем уровне» – подумала я. Хотя и удивляться тут было нечему, советник постоянно вращалась среди политиков и часто сталкивалась с людьми, которые ей неприятны, но необходимость держать лицо научила ее этой игре. Внимательные глаза «большеносой» вспыхнули любопытством, и Арабелла заглотила наживку.

– И кто твои друзья? Кто заставил тебя так надолго покинуть нас? – С жадностью бульдога вцепилась в советника блондинка. Амалия деланно потупила взор и мельком, будто случайно посмотрела на Инструктора. Это был прекрасный маневр. Арабелла проследила за ее взглядом и засияла.

– Оставим это, дорогая Арабелла. Позвольте представить вам мою юную спутницу. Это Эйвери, помощница верховного мага, – перевела тему советник, приступая ко второй части задуманного. Мне оставалось только восхищаться этой тонкой игрой.

– У Кронуса есть помощница? – едва взглянув на меня, спросила ее собеседница и я поняла, что эти новости разойдутся по залу так же быстро как лесной пожар.

– Есть, и я решила пригласить ее сегодня сюда. – Амалия мягко положила свою руку на мое плечо.

– Интересные ты выбираешь способы развлечься. Пожалуй, это будет интересно. – Эта «большеносая» ворона представила поступок советника так, словно она вывела домашнюю зверушку на прогулку. Меня предупреждали, что от этого вечера я вряд ли получу хоть сколько-нибудь удовольствия, но я даже представить не могла, как это тяжело. Я поглубже затолкала едва всколыхнувшуюся ярость и сжала кулаки.

Они говорили еще несколько минут, обмениваясь любезностями. Арабелла так и не удостоила меня ни единым словом и улетела вихрем.

– Нам чрезвычайно повезло, что именно она подошла к нам. Эта женщина сделает все как надо и мне кажется, я уже вижу, как на нас смотрят, – озорно улыбнулась Амалия. Я вновь восхитилась ею, советника не возможно не полюбить. Мои тревоги немного отступили от осознания, что все идет по плану. Разве не это самое важное?

– Вы были просто великолепны, – сказала я.

– Спасибо, Эйвери. Теперь я должна попасть ближе к танцевальному кругу и продолжать исполнять роль счастливой и беспечной женщины. – Она подмигнула мне и смешалась с толпой.

Я оглядела зал и поискала людей Норда. Маркус и Корнуэл болтали с дамами недалеко от входа, Нокс и Рант в противоположных сторонах подпирали стены и делали вид, что выпивают. Трентона не было видно. Старший инструктор стоял возле трона и беседовал с правителями. Он там, где должен быть, демонстрирует отменное здоровье. Правитель Хорн, жадно вглядывался в лицо Инструктора и недоумевал. Я ощущала напряжение Старшего инструктора, но все это выглядело как обычная беседа старых приятелей. Я стала искать людей Хорна и замечала их, то тут, то там. Они тоже надели скучающие маски на лица, но если присмотреться повнимательнее, можно заметить, что они были крайне сосредоточенны. Блуждая взглядом по лицам присутствующих, я увидела то, что совсем не ожидала и чуть не вскрикнула от страха. Где-то справа от меня разбился бокал, я обернулась. Старший инструктор, почувствовав мой страх, не совладал с ним и уронил свой напиток. Он тут же нашел меня взглядом и увидел этот страх в моих глазах. Я дала ему понять, что беспокоиться не о чем, хотя сама так не думала. Его отвлек каким-то вопросом правитель Истиан, и он отвернулся.

Я взглянула туда, где только что стоял человек, который так напугал меня, но его там не оказалось. Может мне показалось? Может это игра воображения? Я успокоилась и привела дыхание в порядок. Мое внимание привлек разговор трех девушек, стоявших прямо за мной:

– Странно, что они провели вместе это время…– сказала одна. – Учитывая их прошлую историю, неужели наш Волк с севера покорился судьбе?

– Амалия выглядит счастливой, может они и правда вместе – изрекла другая. Миловидная брюнетка с огромными серыми глазами.

– Да ладно тебе Литиция, это смешно. Наша мышка влюблена в него с самого детства, и они были обещаны друг другу. Но он отказал ей, не согласившись выполнить волю отца, – с издевкой сказала третья.

– Просто его сердце тогда не тронули чувства, но может сейчас он смог полюбить ее. Ты слишком жестока Аннет, – пробормотала Литиция.

– Его сердце ни разу не знало любви, женщины были в его жизни, но ни одну он не смог полюбить. А теперь вот вдруг поднапрягся? Это бред. Возможно, он провел с ней время, и она теперь захлебывается радостью. – Я остолбенела от такой наглости. Эта стерва брызгала ядом во все стороны и мне захотелось схватить ее за волосы и протащить по всему залу, так чтобы ее многочисленные юбки оставляли за собой след, отрываясь по одной, до тех пор, пока она не останется в одной сорочке. Я старалась контролировать свой гнев, чтобы инструктор не дай Бог не перебил еще больше королевского добра.

Я безгранично уважала обоих советников, и слушать эту чушь было невыносимо, но это именно то, чего мы добивались. Я отошла подальше, чтобы не наделать глупостей, желания становились одно кровожадней другого. Я поймала себя на мысли, что рада тому факту, что Инструктор отказал советнику Кастол в браке, какая – то неуместная радость завладела мной. Но я устыдилась своих мыслей. Советник искренне любила капитана и, несмотря на его отказ, продолжала поддерживать с ним дружеские отношения, ничуть не унижая себя. Я сожалела о ее страданиях, но жалости к ней не испытывала. Жалость гадкое чувство, а Амалия Кастол с честью держит удар.

Танцы шли полным ходом, все больше пар входили в круг, и смотреть на них было приятно. Я так давно не танцевала. Кажется, последний раз это было в день сбора урожая, незадолго до того, как я покинула дом. Со мной танцевал папа. Вспомнив об этом, я загрустила. Сегодня ночью, я отправлюсь еще дальше от дома.

Я продолжала наблюдать за гвардийцами, когда советник Кастол вернулась.

– Как твои дела? Новости есть? – спросила она.

– Пока нет, все тихо.

– Я все хотела спросить, если позволишь. – Я кивнула, в знак согласия и она продолжила. – Как ты решилась на это путешествие? Я понимаю, советника Норда. Это его долг. Но ты. Одно дело идти на службу в мою охрану, но соглашаться на это…Просто немыслимо.

– Я не задумывалась, просто поняла, что это хороший план. Ливития мой дом, – повторила я слова, сказанные Норду. – И я хочу мира своему дому.

К нам подошла стайка хохочущих женщин.

– Советник Кастол! – сказала самая старшая из них, тощая брюнетка с высокомерным лицом. – Мы с подругами наблюдаем за вами и задаемся вопросом, кто эта простолюдинка рядом с вами?

– Это Эйвери, помощница верховного мага и моя знакомая, леди Стокуэл, – представила меня Амалия.

– Для чего она здесь? – не глядя на меня, спросила «леди».

– Она пришла со мной, – не обращая внимания на тон собеседницы, ответила советник.

– Вы хотели показать ей, насколько далека она от приличных людей? – с искренним любопытством спросила пышногрудая девушка, чьи щеки пылали румянцем.

– Не совсем так…– Я чувствовала неловкость советника, которая явно беспокоилась обо мне.

– И что Ей здесь делать? – бесцеремонно перебила Амалию другая девица, голосом полным презрения. – Посмотрите на ее нищенское платье и эту убогую прическу. Она же просто посмешище. К тому же, на балу принято танцевать, но вы ведь понимаете, что ни один уважающий себя мужчина не осмелится пригласить ее…

Они говорили обо мне, так будто меня здесь не было. Я стояла и тонула в презрении, захлебываясь унизительной обидой. И почему я была так уверена, что смогу достойно выдержать это испытание? Может потому что даже представить себе не могла масштабов человеческих наглости и высокомерия? И вдруг, я почувствовала приближение Старшего инструктора. Он стремительно ворвался в круг продолжающих поливать меня грязью дам и обратился прямо ко мне:

– Позвольте пригласить вас на танец, – сказал он.

Все вокруг остановило свой бег, дамы замерли, глупо открыв свои рты, а советник Кастол широко улыбнулась. Я же не могла сдвинуться с места.

– Она позволяет, советник Норд, – все с той же улыбкой ответила Амалия и подтолкнула меня в спину. Я сделала шаг вперед, а инструктор взял меня за руку и повел в круг танцующих пар.

– Они просто завидуют вашей молодости и привлекательности, поэтому не принимайте всерьез то, что они говорят, – прошептал он.

– Мне плевать на то, что они думают и говорят обо мне, – ощетинилась я.

– Рекрут, вы, похоже, забыли, что я могу ощущать ваши эмоции.

Ноги стали тяжелыми и во рту пересохло, а сердце замерло в груди. Я не могла поверить, что все, что происходит реально. Мы вошли в круг. Капитан положил свою руку мне на поясницу, и спину тут же обожгло жаром, а потом этот жар распространился по всему телу и сосредоточился там, где я совсем не ожидала. Это захлестнуло меня целиком, а когда я начала привыкать к этим ощущениям, повторная волна физического возбуждения накрыла меня с головой, и шла она от моего партнера. Мы оба были настолько ошарашены, что не сразу услышали музыку. Словно очнувшись, инструктор притянул меня ближе и повел в танце. Он был прекрасным партнером и двигался невероятно грациозно, легко лавируя между парами. Мы больше не разговаривали, а просто смотрели друг другу прямо в глаза. Он полностью закрыл от меня свои эмоции и отгородился от моих. Это правильно. Увлекшись приятной мелодией и плавными движениями, мы совершенно не заметили, как рядом с нами возник правитель Хорн:

– Это что за прекрасная малышка? – спросил он, останавливая нас и рассматривая меня. Его поступок мог расцениваться как бесцеремонный и даже наглый, но кто будет упрекать правителя?

Вот тебе и не привлекла внимания. Старший инструктор сжал мою руку сильнее, и я почувствовала подступающий гнев с его стороны. Я открыла свое сознание и попыталась послать ему спокойствие. Правда, я понятия не имела, как это сделать намеренно и просто незаметно коснулась рукой его спины, успокаивающим жестом. Главное не наломать дров.

– Правитель Хорн! – сквозь зубы, выдавливая из себя улыбку, процедил Советник. – Позвольте представить, Эйвери, помощницу верховного мага.

Я присела в реверансе. Сердце бешено стучало от страха, взгляд, которым пожирал меня Хорн, был хорошо мне знаком. Теперь, искать повода взять меня с собой Кронусу не придется.

– Помощница Кронуса? Да еще и такая прелестная. – После этих слов инструктор напрягся и чуть не сломал мою руку, которую все еще держал в своей. – Впервые слышу, что верховный маг берет учеников.

– Это произошло недавно, он решил, что пора уже принять чью-то помощь. – Рука инструктора, сжимающая мою ладонь, звенела от напряжения. – А теперь правитель, если вы не возражаете, я хотел бы продолжить танец. – Прервать правителя и самому закончить беседу, было несказанной грубостью, но Хорн, похоже, не слишком заботился о подобных вещах.

На лице его появилось выражение крайнего любопытства, и он внимательнее посмотрел на меня, а потом улыбнулся какой-то своей мысли и сказал:

– Конечно, советник, продолжайте веселиться. А с вами, Эйвери, мы еще увидимся.– И он удалился, насвистывая что-то себе под нос.

Капитан быстро взял себя в руки, и мы продолжили танец. Однако волшебство момента было безвозвратно потеряно.

– Это очень плохо. Я привлек его внимание к вам, пригласив на этот танец. Это было глупо. Я прошу прощения, – сказал инструктор. – Я думаю, нам стоит изменить план, вы не можете отправиться в это путешествие. Не теперь.

– Еще как могу, – твердо сказала я. – У нас нет времени менять план, да и это будет подозрительно. Мы не можем отступить, сэр, когда все так удачно сложилось.

– Удачно? – стараясь не повышать тона и выглядеть непринужденным, вскипел он. – Удачно? Вы в своем уме? Ни одна женщина, понравившаяся ему, не вышла живой из его замка. Он будет долго пытать вас, и делать бог весть, какие вещи.

– Может это только слухи? Откуда нам знать. Почему вы упрямитесь? Вы же понимаете, что у нас уже НЕТ другого выхода? – Я просто не могла позволить ему отступить. Сейчас, я как никогда прежде, понимала, что мы на правильном пути.

– А если это всё правда? Что если и вы окажетесь в его плену?

– Ну и что с того? Что вам до того, что будет со мной? – Вопрос вырвался сам собой, я вовсе не собиралась его задавать. Мне самой не нравилось, куда повернул этот разговор, но сказанного не вернешь.

– Я …, я просто подумал…– лишь на мгновение замешкался инструктор. – Вам не кажется, что ваше заточение в его катакомбах, нарушит наши планы, и вы не сможете шпионить?

А чего еще я могла ожидать? Конечно, он волнуется за наше общее дело. Я не почувствовала с его стороны никаких эмоций, он плотно закрылся от меня. Обида, мощная и жгучая проснулась во мне, но я проглотила ее, чтобы ненароком не поделиться ею с капитаном. Я остановилась. Танцевать расхотелось.

– У нас нет времени, что-либо менять. Я, пожалуй, отправлюсь к верховному магу, танцев с меня на сегодня достаточно, – холодно и отстраненно проговорила я. – А точнее, постараюсь нарваться на гвардийцев, в темном коридоре, чтобы они начали свое чертово похищение.

Старший инструктор вывел меня из круга, где нас поджидал Маркус.

– Потанцуем, сестренка? – с надеждой спросил он.

– Рекрут, устала и хотела пойти отдыхать, лейтенант, – ответил за меня Норд.

Это возмутило меня, но огрызаться я не стала, рассудив, что перепалок между нами на сегодня итак достаточно. Мне ужасно хотелось сбежать отсюда, но я давно хотела сказать Маркусу несколько слов.

– Знаешь, мне показалось, что я устала, но раз уж ты так просишь, я не смогу устоять, – широко улыбнулась я, показывая инструктору, что его слова совсем меня не задели. Лицо капитана окаменело. – А вы, старший инструктор, может, пригласите советника Кастол? Она как раз приближается к нам.

Поражаясь собственной дерзостью, я отчаянно старалась заглушить обиду и горечь. О небеса, зачем мне это заклинание!?

– Я бы хотел поговорить с тобой, – робко сказал лейтенант.

– Нет, мой милый, это я хочу сказать тебе пару слов. Ты что это творишь, а? У тебя совести совсем нет? – набросилась я на него. Маркус удивленно вскинул брови. – Ты почему к Элен не заходишь? Мэл сказала, она извелась вся. Ты разве не понимаешь, как обижаешь ее? Такая прекрасная девушка не будет долго ждать тебя остолопа, и правильно сделает.

Маркус смотрел на меня несколько секунд, а потом засмеялся, искренне и весело. Я снова поразилась легкости его характера.

– Эй, сестренка. Остынь, – все еще смеясь, сказал он. – Был я сегодня у Элен и просил прощения за свое поведение. Она, и правда, прекрасная девушка. Вот закончится наше «дело» и обязательно сделаю ей предложение.

Я в притворном гневе стукнула его кулаком в грудь и тоже засмеялась.

– Ну, ты и прохвост! И поругать – то тебя не за что.

– Ты только вернись, пожалуйста, – вдруг, очень серьезно сказал он и посмотрел в мои глаза. – Меня так злит, что я не могу занять твое место и принять эту долю на себя. Я прошу тебя быть осторожной и внимательной. Не лезь на рожон, будь умнее.

От его искренней заботы защемило в груди. Я снова почувствовала такое тепло и счастье, что прижалась головой к его груди.

– Спасибо, Маркус. Я обещаю, что постараюсь вернуться. Мне бы хотелось увидеть твою свадьбу, – мечтательно сказала я.

– Ты просто хочешь поесть пирогов Мэл, – снова засмеялся Маркус. Ну как тут сердиться. Я засмеялась в ответ. Этот разговор облегчил мое сердце и дал надежду на мирное будущее.

Сделав очередной круг в танце, я заметила, что инструктор Норд не спускает с нас глаз и выглядит очень напряженным. Эмоции его были все еще закрыты от меня.

– Капитан сказал. Что сегодня, здесь, на балу видел твой страх. Что это было?

– Мне показалось, я не совсем уверена…, но кажется…, я видела человека, который преследовал меня, в ту ночь, когда старший инструктор поймал меня.

– Один из тех, кто похищает магов? – Маркус задумался. – Это было бы логично, что он пришел и за Кронусом.

Об этом я не подумала. Тогда, вероятно, мне не показалось.

– Я больше ни разу его не видела, может мне просто показалось?! – сама себя, обманывая, предположила я.

– Будь внимательна. Если это действительно он, сможет ли он узнать тебя? – Обеспокоенно спросил Маркус.

– Это маловероятно, шел дождь, и было темно, да и я была вся в грязи.

– Будем надеяться.

– Они все равно не знали кто я. Так что предположить, что я шпионка, они не смогут.

Закончив танец, мы вернулись к советникам. Инструктор Норд все больше хмурился.

– Пора начинать. Бал близится к завершению и гвардийцы уже напряглись, пристально наблюдая за вами.

Я внутренне подобралась. Веселье кончилось и нужно заняться делом. Я посмотрела по очереди на каждого из них, запоминая черты их прекрасных лиц. С тех пор, как я попала в команду Норда, никто не унижал меня, может, не обращали внимания, но открыто не конфликтовали со мной. Возможно, я не увижу их снова.

– Удачи, рекрут, – мягко пожимая мне руку, сказала советник Кастол и отошла.

– Помни, что обещала мне! – сказал Маркус.

– Я помню, Маркус. Спасибо за все. – Я с радостью посмотрела в лицо своего друга.

– Я немного провожу вас, рекрут, – сказал инструктор.

Мы прошли к выходу из зала и когда вышли за двери, он повернулся ко мне и остановился.

– Будьте очень осторожны и внимательны. Не поддавайтесь на провокации. Без необходимости не рискуйте. Держите свой нрав в узде. Я не буду мучить вас каждую ночь, но как только вам будет, что сообщить я это пойму и приду, – проинструктировал меня капитан. – Я собрал ваши вещи в небольшую сумку и оставил у Кронуса, если вы ее возьмете, это не вызовет подозрений.

– Да, сэр. Я все поняла. Поверьте, я осознаю важность поездки в Гвардию и сделаю все, чтобы не провалить это задание, – глядя ему прямо в глаза, сказала я. Сейчас обиды и недомолвки отошли на второй план. ТО, что ждало меня в ближайшее время, гораздо важнее.

– Я это знаю, – горько вздохнул он. Мне показалось, что его беспокоят какие-то мысли, но он их не высказал. – Удачи вам.

Я отвернулась от инструктора и пошла прочь. Тягостные мысли одолевали меня, и груз небывалой ответственности опустился на мои плечи. Миновав два коридора, я услышала позади осторожные шаги. Похоже, игра началась.

Семнадцатая глава

Я ускорила шаг, не сильно, но чтобы преследовавшие меня, подумали, что я напугана. Шаги за спиной стали громче и через мгновение с двух сторон от меня появились два гвардийца. Один из них схватил меня за руку и резко развернув, прижал к стене. Второй достал нож и приставил к моему горлу:

– Ну что мышка, расскажешь нам, где мы можем найти Кронуса?

Я постаралась изобразить дикий ужас, я знала, что они меня не убьют, но они не должны видеть этого.

– Я не понимаю, сэр… Что вам нужно? – еле слышно пролепетала я, напугано хлопая глазами и то и дело, задерживая дыхание.

– Отведи нас к хозяину, и я не попорчу твое хорошенькое личико, – усмехнулся гвардиец, проводя лезвием по моей щеке.

– Я отведу вас, только не трогайте меня, пожалуйста, – захныкала я. Возможно, это перебор, но я понятия не имела, как ведут себя напуганные девицы, не умеющие за себя постоять.

– Другое дело! – расслабился второй.

Мы шли по коридорам, и сердце мое трепетало от страха и волнения. Страшно было провалить задание и подвести инструктора, а волнительно то, что я не очень – то умела изображать из себя кого-то, кем не являлась на самом деле. Передвигались мы медленно и тихо, однако в этом не было необходимости. Старший инструктор позаботился о том, чтобы никто не встретился нам на пути. Сопровождавшие меня гвардийцы, похоже, расценили свое везение, как правильно выбранное время.

Остановившись перед тяжелыми дверями в покои магистра, я сделала глубокий вдох, пытаясь изобразить неуверенность. Мои спутники наградили меня толчком в спину за промедление, и мне ничего не оставалось, как впустить их в комнаты мага.

– Магистр! Магистр Кронус! – пропищала я.

Один из солдат встал позади меня, и снова холодная сталь коснулась моего горла. Кронус вышел из тени и удивленно вскинул брови:

– Эйви, девочка, кто это с тобой? – Нужно отдать старику должное, он держался стойко и с присущим ему достоинством.

– Мы пришли за тобой маг, и тебе решать каким способом ты отправишься с нами, на своих ногах или в ящике, – ответил ему один из похитителей.

– А если я вообще не желаю никуда с вами идти? – возмущенно спросил верховный маг.

– Тогда твоя помощница зальет полы своей кровью, – сказал мерзавец, держащий нож. – И даже не пытайся использовать свои фокусы, я все равно быстрее.

В подтверждении своих слов, гвардиец сильнее надавил на нож.

– Что ж, я понимаю. И куда же я должен за вами следовать, позвольте полюбопытствовать? – спокойно спросил Кронус.

– Этого тебе знать не обязательно, когда прибудем на место, тебе все объяснят, – сердито произнес второй. – Собирайся, и девка твоя пойдет с нами, раз она твоя помощница. И больше ни слова.

Верховный маг, сделал вид, что собирается, но на самом деле, сумки уже были готовы. Все шло по плану, и я начала успокаиваться.

– Вы позволите мне сменить платье? – робко поинтересовалась я.

– Нет времени, – последовал ответ. Я достала из сумки плащ, накинула на плечи и надела капюшон.

Нас вытащили за ворота замка и посадили в обоз. Все было выполнено быстро и тихо. Каждый знал, что Кронус мог покидать замок когда ему угодно, что правитель Истиан соорудил ему дополнительный выход, но знали о том, где именно он находится, из ныне живущих, только сам маг, капитан Норд и правитель. Этим и воспользовались гвардийские солдаты. Старший инструктор Норд со своими людьми, ждали нас за воротами. Я чувствовала его присутствие, и оно придавало мне сил.

Примерно через час, к нам присоединились еще воины из Гвардии, правителя Хорна среди них не было. Но я услышала хорошо знакомый голос. Шон. Внутри все похолодело, и сердце ухнуло в пропасть. Ладони вспотели, но я заставила себя дышать ровнее. Этот верзила, пока не проявлял к нам никакого интереса, если и дальше так пойдет, он может и не узнать, кто я.

Мы ехали весь день, тело ныло от неудобной позы. Ели прямо в пути, стремясь уйти как можно дальше от замка. Остановились только когда стемнело. Нам с Кронусом позволили выйти из повозки и размять ноги. Я проводила старика до ближайшего дерева, и он тяжело опустился на землю, прислоняя свою усталую спину к стволу. Гвардийцы развели костер, и расселись вокруг него, лишь один из них разместился неподалеку и наблюдал за нами. Немного походив, я села рядом с магистром:

– Вы бы подвигались немного, магистр. Нужно размять мышцы, – предложила я.

– Нет, дитя, я так устал. В мои годы длительные путешествия слишком утомительны. Я гуляю редко, только когда Аарон настаивает и выводит меня насильно, – тоскливо улыбнулся старик.

– Хорошо, что хотя бы инструктор Норд заставляет вас это делать. Судя по всему, вы близки? – сама не зная почему, спросила я.

– Магия проснулась в нем очень рано, она передалась ему после смерти отца, – печально ответил маг, предаваясь воспоминаниям.– Что ты вообще знаешь о магии?

– Не много. Она ушла после того как Басс разбил скипетр Эдмунда Ливитийского. Знаю, что магией обладали только мужчины. В общем, это все, – неловко потупилась я.

– Действительно, не много. Магией и, правда, обладали только мужчины и передавали свой дар сыновьям, по достижении ими 12 лет, – начал рассказ Кронус. – Были верховные маги, помимо меня, всего трое. Они служили Эдмунду, потому что не смогли отказаться от своих сил. Их магия была очень сильна и опьяняла своими масштабами. Наверняка ты слышала, что хитрый Эдмунд обманом заключил всю нашу магию в скипетр, а потом сыграл на алчности магистров и заставил их служить ему, давая возможность черпать магию из скипетра. Я отказался. Я не так страдал, ибо у меня осталась природная магия. Она не поддавалась контролю, она существует сама по себе и дает ее природа. Эта магия не так сильна, но в умелых руках и она может быть очень опасна. Магия леса, как у Аарона и магия луны как моя, считаются самыми сильными из имеющихся сейчас.

– Почему инструктор Норд не хотел ее использовать? – поглядывая на нашего охранника, чуть тише спросила я.

– Правитель Истиан привел ко мне Аарона, когда ему было пять лет. Мальчик был замкнут и не говорил совсем, но матушка его, Эвелина, заметила, что он понимает животных и все свое время проводит с ними. Первый год заниматься с ним было сложно, загнанный и напуганный ребенок не доверял никому, пережив такую трагедию, он закрылся. Ему было четыре, когда убили его старшего брата и сильно ранили его самого. – Магистр тяжело вздохнул, вероятно вспоминая о тяготах того времени. – Правитель Истиан места себе не находил, он обещал Бассу позаботиться о его семье, и…

– Бассу? – громче, чем нужно воскликнула я, а потом зажала рот. Лишь убедившись, что наш страж ничего не слышал, я зашептала – Инструктор Норд, сын Басса? Того самого, что пожертвовал своей жизнью, ради спасения всех ливитийцев?

– Именно так, дитя. Все эти горести, наложили свой отпечаток на жизнь и судьбу вашего капитана.

– Как же он преодолел все это? – осторожно спросила я.

– Мы с Истианом очень терпеливо икали к нему подход, не давили на него и давали относительную свободу. Он оценил наши старания и постепенно начал разговаривать снова. Но как мы не пытались, заставить его учиться магии, не могли. Он соглашался лишь на оборонительные занятия, которые и позволяют ему закрывать свое сознание от тебя. Мальчик считал, что магия зло, и я не мог винить его за это. С возрастом магия росла, помимо животных, он стал чувствовать погоду и осознал, что магия брата тоже пришла к нему. Сам по себе, его случай уникален. Силы отца и брата пробудились в нем еще до 12 лет. – Глаза Кронуса заискрились неуместной радостью, но я поняла, что это лишь от того, что ему довелось встретить такого особенного ребенка. – Когда он впервые почувствовал мое настроение, Аарон очень испугался и занятия прекратились. Спор об их возобновлении мы ведем до сих пор.

– Я, конечно, понимаю его, но если такой магии осталось мало, ее нужно беречь, – задумалась я. – Инструктор, наверное, был очень серьезным мальчиком.

– Отнюдь. Хотя первое время, да. Но лет после семи он шкодил как никто другой. Сладу с ним не было. У правителя Истиана, как ты знаешь, наследников нет, вот, он и пригрел парня, полюбив как сына. Я не хочу сказать, что Аарон пользовался этим, совсем нет, просто характер у него был озорной и неуёмный, – улыбнулся, каким-то своим воспоминаниям Магистр. – Шутки и проказы его не были злыми, и никто не мог долго злиться на него. Потом правитель решил отдать парня в рекрутскую школу и вот, что получилось. Он вырос добрым и преданным, сильным и верным, справедливым и щедрым. Сейчас, правитель и его милейшая супруга заняты поисками достойной спутницы для Аарона.

Рассказ о детстве Норда порадовал меня и даже заставил улыбнуться, но последние слова магистра немного огорчили. Конечно, я понимала, что этот человек не для меня, но услышав, что его взяли под опеку правитель с супругой, впала в отчаяние. Ясно же, какую именно супругу они ему будут искать, богатую и знатную.

– Я слышала, что инструктор Норд был помолвлен?

– И это правда. Басс Норд и советник Кастол, договорились о свадьбе между детьми, сразу после рождения Амалии. Но Аарон расторгнул помолвку несколько лет назад, чем конечно разбил сердце бедной девочки. Он очень переживал, но ничего поделать не смог. Мой мальчик так и не полюбил ее более, чем как сестру и обманывать не стал. Амалия, добрая девочка, она все поняла. Правитель не оставляет надежды женить его, но я и дражайшая Лусия, понимаем, что наш мальчик сам выберет себе спутницу и мнения со стороны не спросит.

Отчего-то этот разговор стал тягостным для меня. Зачем обманываться, я и правда приходила в волнение рядом с этим суровым, на первый взгляд, мужчиной, но мне не стоило забывать, кто он, а кто я. Неприятные мысли о его браке с кем-либо были абсолютно неуместны и к тому же болезненны. Мне необходимо было проветрить свою глупую голову и вытряхнуть всю эту блажь из головы, поэтому я резко встала.

– Куда это ты собралась? – спросил охранник.

– Мне нужно отойти…, ну понимаешь…, я хочу..

– По нужде что ли? – почесав затылок, осведомился он.

– Ну да. – сгорая от стыда, ответила я.

Он привязал веревку к моей ноге, достаточно длинную, чтобы отойти в глубокую тень от костра, и велел торопиться, либо он убьет мага. Ясное дело, что он блефует, но проверять все же не стоит. Я отошла, на расстояние натянутой веревки и остановилась. Мне необходим был глоток свободы в одиночестве.

Внезапно, за спиной раздался шорох, и чья-то рука закрыла мне рот. Я попыталась дернуться, но человек был гораздо выше и крепче меня, а потом знакомый запах коснулся ноздрей, успокаивая. Рука ослабла, и я повернулась, оказавшись лицом к лицу с капитаном.

– Почему я не почувствовала ваше приближение? Я должна была ощущать вас, – возмутилась я.

– Я полностью закрылся от вас, чтобы мои эмоции вас не отвлекали, – ответил он, все еще находясь слишком близко.

– А мои эмоции вы все еще ощущаете? – с подозрением спросила я.

– Конечно, это помогает мне понять, что у вас все хорошо, – невозмутимо сказал капитан.

– Но это не честно! – взорвалась я. – Вы шпионите за мной. Сейчас, когда мы еще не достигли места назначения, с нами ничего не сделают, и вы должны понимать это. Поэтому вам незачем копаться в моей голове.

– Сделают, если вы не будете говорить тише, – сурово сдвинул он брови.

– Не заговаривайте мне зубы, – все еще кипела я. – Вы нарушаете все границы. Это подло, в конце концов.

– Тише. Хватит уже орать.

– Я вовсе не ору…, я… – Капитан не стал дожидаться, что я договорю и снова зажал мне рот, прижавшись к моей спине.

Его огромное, по сравнению с моим, теплое тело, словно окутало меня мягким одеялом. Я мгновенно успокоилась и постаралась закрыть от него свое нарастающее волнение. Близость его тела выбивала почву из– под ног. Капитан заговорил мне прямо в ухо:

– Рекрут Аддарио, сколько же можно усмирять ваш темперамент? Вы просто невыносимы. Внутри вас живут бесы и вы не в состоянии совладать с ними. – Все это он проговорил без злобы, я услышала, что он улыбается. – А теперь, пока за вами не пришли, послушайте, что я скажу. Правитель Хорн догонит вас за ночь, которую вы, вероятно, проведете здесь. Необходимо, чтобы Кронус, уже сейчас придумал, как уберечь вас от его домогательств.

С зажатым ртом я не могла говорить, поэтому просто кивнула. Необходимости держать меня у капитана уже не было, но он не отпускал и все еще прижимал меня к себе.

– Если Кронус ничего не придумает, никто и ничто не сможет вас спасти. Хорн выбрал вас, в качестве своей новой игрушки и вцепился как пес. Только действительно уважительная причина, позволит держать его на расстоянии. – Эта тема была неприятна нам обоим, но инструктор продолжил. – Прошу вас отнестись к моим словам с должной серьезностью. Хорн крайне опасен.

Я мягко взяла его за руку и отвела ее от своего лица, но выпутываться из этих неожиданных объятий не стала:

– Я поняла инструктор Норд. Я сейчас же поговорю с магистром.

Капитан еще мгновение удерживал меня, а потом отпустил. Мне тут же стало холодно и одиноко. О, небеса, только бы не выпустить свои эмоции наружу. Самым позорным было бы для меня раскрыть свои ощущения от его близости.

– Вам пора, рекрут. Маркус, просил передать, что мы рядом и если что, готовы вас подстраховать, – говоря последние слова, инструктор смотрел куда угодно, но только не на меня и прозвучали они резко и отстраненно.

– Ох, Маркус! Спасибо, инструктор, – улыбнулась я, вспомнив веселое лицо друга. – Скажите ему, что уже пора ему получить ваше одобрение на брак.

Инструктор словно врос в землю:

– На брак? – спросил он.

– Ну да, он же должен сначала спросить у вас, прежде чем осчастливить меня свадьбой.

– Не время сейчас об этом, – пробормотал Норд, бесцветным голосом. И вдруг, я ощутила мощный поток эмоций: смятение, растерянность, грусть, недоверие и массу других. Они навалились на меня, и я ахнула от неожиданности и их разнообразия. – Простите. Вам действительно пора.

И он растворился во тьме. Я не поняла, откуда возник этот клубок чувств и почему Старший инструктор не смог удержать его. Меня резко дернули за веревку, и я поспешила обратно.

Вернувшись к дереву, у которого сидел магистр, я застала его дремлющим. У костра готовились к ночлегу и выставляли посты.

– Вы будете спать в обозе, – сказал наш охранник. Он заменил веревку, привязанную к моей ноге, на цепь и надел такую же на мага.

Устраиваясь в обозе, я подумала о капитане и разговоре с ним, а потом передала его слова Кронусу.

– Это серьезная проблема, дитя. Я наслышан об отношении Хорна к женщинам, – тихо сказал магистр. – Аарон прав, нужна веская причина, чтобы оставить тебя при себе. Я должен хорошенько обдумать это.

– Но теоретически это возможно? – с надеждой спросила я. Капитан говорил мне, что если Хорн заберет меня, пользы от меня не будет никакой. Нельзя было допустить подобного.

– Не бойся, девочка. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты осталась со мной, и он е смог обидеть тебя.

– Я не этого боюсь, магистр, – горько вздохнула я. – Я боюсь, что его домогательства помешают мне выполнить мой долг. Я боюсь, что подведу Старшего инструктора. Я боюсь быть бесполезной.

– Не переживай, Эйви, – сказал старик, бережно беря меня за руку. – Ваш капитан знает, что ты смелая и сильная. Он верит в то, что ты справишься. Единственное о чем он просил меня, это уберечь тебя от Хорна и его грязных желаний. В остальном, Аарон не сомневается в тебе.

– Капитан Норд уже просил вас позаботиться об этом вопросе?– удивилась я.

– Конечно. Он же не глупец и понимает, чем именно тебе грозит интерес со стороны правителя Гвардии.

Я не ожидала такого и немного растерялась. Старший инструктор уже не впервые удивил меня своей предусмотрительностью. Его переживания были вполне очевидны, он сам говорил, что ему нужно все мое внимание в Гвардии, отсюда и просьба защитить меня.

Со стороны леса, послышался легкий шум, и через тент обоза я увидела тень. Я и вскрикнуть не успела, как в повозку запрыгнул Кай. Вечер продолжал радовать сюрпризами, я, не раздумывая, обняла волка, а он устроился рядом со мной, позволив положить голову ему на спину. Так я и уснула, зарывшись в шерсть Кая и наслаждаясь его мерным дыханием. Когда первые рассветные лучи пробрались сквозь тент, его уже рядом не было.

Утром прибыл правитель Хорн. Он стремительно спешился и сразу подошел к нам.

– Я приветствую вас Магистр Кронус, – сказал он с фальшивой улыбкой, которая вышла у него криво. – И вас прекрасная Эйвери.

– Я бы хотел знать, что вам нужно от нас, правитель Хорн, – демонстрируя строгое величие, спросил маг.

– О! Совсем немного вашего мастерства. Уверяю вас, вы в безопасности, пока следуете моим указаниям. – Он перевел взгляд на меня. – А вас, я хотел бы пригласить на завтрак, пока мы не снялись с лагеря.

– Я уже позавтракала, благодарю вас, – пролепетала я, испытывая глубочайшее отвращение к этому человеку. Это чувство было настолько сильным, что мне не удалось справиться с ним, и капитан, наверняка, ощутил его. В ответ на мои догадки, я почувствовала волну понимания и поддержки.

– Тогда, я настаиваю на том, чтобы вы сопровождали меня в непосредственной близости. Мой конь к вашим услугам, – разыгрывал передо мной лживое почтение Хорн. Я точно знала, что эта игра вскоре наскучит ему.

– Простите, правитель Хорн, но девочка повсюду должна находиться со мной. Я слишком слаб и объединил наши души, чтобы черпать силы из ее молодого сознания, – глазом не моргнув, солгал Кронус.

– Вы хотите сказать, что берете силы из ее юного организма? – изумился Хорн. – И она должна всегда стоять возле вас?

– Я хочу сказать, что ее силы и здоровье необходимы мне для работы. Без нее я просто никчемный старик. – Магистр говорил уверенно и твердо, при этом беспечно пожимая плечами, словно черпать чьи-то жизненные силы, было для него в порядке вещей.

Я оторопела от неожиданности, но задумано не плохо. Ай да хитрец! Его задумка выглядела вполне правдоподобно и Хорн, скорее всего, не станет рисковать своей целью, ради игр со мной. К тому же, это может объяснить мою реакцию на чувства капитана или его проникновение в мои сны, если кто-то окажется рядом. Магистр превосходно справился с поставленной задачей. Внутри я ликовала, а вот правитель Хорн был в ярости. Его глаза полыхали гневом.

– Мы прибудем на границу через неделю. Затем вы пересядете в другую повозку, и проследуете к Замкнутым горам. Я буду ждать вас там. Сейчас, я отправлюсь уладить еще несколько дел, а затем, при следующей встрече, расскажу, что именно от вас потребуется. – Он развернулся и быстро зашагал к своей палатке.

– Спасибо, магистр, – облегченно выдохнула я. – Это вы здорово придумали.

– Боюсь, что моя ложь лишь задержит его, но не отстранит насовсем. Это временное решение, дитя. Его страсть не погаснет так просто, а недостижимость цели обострит желание получить, то чего он хочет.

– Но почему я?

– Подобное нельзя объяснить. Просто он болен, я чувствую в нем этого беса. Хорн увидел тебя и решил, что ты подходишь для него. Ты лишь игрушка, кукла, очередная, которую необходимо сломать.

– Я должна успеть достать как можно больше информации для старшего инструктора, а потом будь, что будет, – с энтузиазмом, которого вовсе не чувствовала, ответила я.

Мы достигли границы, через семь дней, как и говорил Хорн. По ночам ко мне приходил Кай и уходил еще до рассвета. Я все время ощущала присутствие капитана, и оно успокаивало меня. Как только мы пересекли границу, связь резко оборвалась. Я ясно ощутила холод и пустоту, значит, дальше нам придется идти одним.

Восемнадцатая глава

Мы путешествовали по Гвардии уже неделю, и эта страна вгоняла в глубокую тоску своим холодным унынием. Мы проезжали поселения, одно за другим, и люди в них встречались угрюмые и неприветливые. Растительности здесь было совсем немного, лишь камни и мох. Голые острые скалы попадались на пути все чаще и почти полное отсутствие селений ужасно удручало.

Однажды, я искала в сумке теплые рукавицы, холод в Гвардии просто убивал меня, и нашла сложенный листок в одной из них. Это был рисунок почти такой же, как предыдущий, только с холма смотрел мужчина и он не обнимал себя руками, а стоял, опираясь на меч. Он ждал. Это невероятно, как инструктор может вкладывать в свои рисунки жизнь. Сколько красок и ярких чувств было в этом черно-белом изображении, в нем были надежда и печаль, он дышал чистыми, живыми эмоциями. Я свернула листок и положила во внутренний карман плаща. Этот плащ всегда был на мне, и каждый раз выходя из обоза, я надевала капюшон. За время путешествия, верзила Шон ни разу не попытался подойти и заглянуть под капюшон, мы его не интересовали.

Но все изменилось, когда мы остановились на ночлег на окраине Пустоши горести. Это огромная пустынная равнина, в которой полностью отсутствовало что-либо живое, разве что одинокие хищные птицы кружили, порой, в поисках падали. Нам навстречу прибыл еще один отряд, возглавлял который Кром. Они некоторое время совещались, а потом Кром посмотрел в нашу сторону. Брат Шона не смог сдержать любопытства и отправился к нам.

Мы с Кронусом сидели, как всегда, чуть поодаль и нас стерег лишь один охранник. Я увидела, как приближается Кром и затаила дыхание.

– Ну что тут у нас? Маг и его помощница…Интересно – Он остановился прямо напротив.

– Оставь их Кром. Повелитель не велел к ним приближаться, – сказал ему Шон.

– Да ладно тебе, правителя здесь нет, посмотреть то можно. Любопытно же, что эта крошка прячет под капюшоном, – прогоготал Кром и резко сорвал мой капюшон.

Я застыла в ужасе, но не Кром интересовал меня. Шон подошел ближе и присел на корточки, деваться мне было некуда. В глазах Шона промелькнуло узнавание, и они загорелись яростью. Он схватил меня за шею и поднял, оторвав от земли.

– Привет, мелкая. Вот и встретились. – За спиной Шона столпились все гвардийцы и наперебой кричали ему отпустить меня.

– Ну, уж нет. Эту девку я знаю, и не упущу во второй раз, – оскалился он.

– Остынь, Шон. Ну откуда ты можешь ее знать? – спросил один из воинов.

– Этим шрамом я ее наградил. Ты думала, я не узнаю тебя? – Он свирепо смотрел мне в глаза, пальцем надавив на мою бровь. – Я обещал тебе, что убью, как только снова увижу.

Сказав это, он с силой сжал мое горло. Он мог сломать мне шею одним движением, но не стал, хотел продлить удовольствие. Магистр поднял руки, пытаясь помочь мне.

– Не трудись маг, я сломаю ей шею быстрее, чем ты что-либо сделаешь. – И Кронус отступил.

Я начала терять силы, а Шон глядя мне в глаза, продолжал усиливать хватку. Я задохнулась от ужаса и поняла, что вот это и есть мой конец. И вдруг, глаза мои обожгло такой болью, что я утратила способность видеть на мгновение и голова будто взорвалась. А потом я почувствовала присутствие другого разума во мне, он был чист и прекрасен. Он безмолвно призывал держаться, во что бы то ни стало, он посылал мне свою силу. Меня затопила энергия такая благостная и теплая, что на мгновение я забыла, где нахожусь, боль отступила.

– Хватит, Шон, – сказал начальник отряда, сопровождавшего нас. – Правитель Хорн, выбрал ее для себя и если хоть один волос упадет с ее головы, ты заплатишь за это. Остынь.

Глаза Шона прояснились, и на лице показалась гадкая ухмылка. Он тут же опустил меня на землю. Я рухнула на колени и зашлась в кашле, хватая ртом воздух. Чужая магия ушла из меня, оставляя лишь частичку себя, достаточную для выживания. Магистр опустился на землю рядом со мной.

– Это даже лучше, – сказал Шон. – Никто не придумает пытки изощреннее, чем наш повелитель.

И он загоготал, а я лежала на земле и пыталась прийти в себя. Глаза все еще пылали, но посторонний разум ушел. Что это вообще было такое? Нас с магистром снова оставили в покое. Когда способность говорить вернулась ко мне, я рассказала Кронусу о случившемся.

– Это очень необычно, Эйви. И сейчас не имея доказательств, могу лишь предположить, что Аарон, ощутив твой близкий конец и ужас, который ты испытала, каким – то образом увидел происходящее твоими глазами.

– Как такое возможно? – не поверила своим ушам я.

– Это редкий дар и возможно капитан сам не понял, как это сделал. Вероятно, ваша связь сильнее, чем я думал.… Над этим стоит поразмыслить. – очень внимательно посмотрев на меня, ответил Маг.

– Я будто ощутила его в своей голове, и он давал мне силы. Это бред. Я, что схожу с ума? Вы же сказали, что мы можем ощущать лишь эмоции и боль друг друга. Но это было совсем другое, он как будто вошел в мое сознание и делился своей мощью со мной. Это просто невероятно. Я точно спятила. – Произошедшее никак не хотело укладываться в моей голове.

– Ты вовсе не спятила, девочка. Просто мы до сих пор не знаем, как именно развивалась магия Аарона и на что она способна. Это то, чего он боялся более всего. Он глушил ее и не прислушивался к своим ощущениям, он гнал магию от себя, но связав вас, я нарушил его барьеры и магия вступает в свои права.

– Он сможет делать это с другими людьми? – в ужасе спросила я.

– Только если будет тренироваться, но в этом я сомневаюсь. Ваша связь открыла ему все доступы, и его магия беспрепятственно проникает в тебя. Я думаю, его пугает это не меньше чем тебя. Но это помогло тебе продержаться, и я хвалю Небеса за все.

Я задумалась над словами мага. То, что произошло, было случайностью и причинило мне боль, но силы капитана дали мне возможность выжить. Это пугало и волновало одновременно. Если бы я знала, что эта связь сделает меня настолько уязвимой перед инструктором, я бы подумала несколько раз, прежде чем соглашаться. Но уже ничего не исправить, я должна научиться закрывать некоторые из своих чувств, о которых капитану не обязательно было знать. Это угнетало меня все больше и больше. Я с трудом успевала проконтролировать поток эмоций, которые вызывало во мне присутствие инструктора. А теперь это будет еще сложнее. О, небеса. Это нечестно. Я чувствовала себя маленькой, испуганной девчонкой, которая воспылала страстью к своему наставнику, глупее не придумаешь. Узнав об этом, он посмеется надо мной, ведь о его презрении ко мне, как к женщине, мне уже было известно.

Все мои раздумья видимо отразились на моем лице, потому что магистр решил успокоить меня:

– Не переживай так, девочка. Капитан благородный и честный человек, он никогда не позволит себе лишнего, и не будет насильно вторгаться в твои мысли и чувства.

– Дело не в этом, магистр. Я не сомневаюсь в благородстве старшего инструктора, я сомневаюсь в своих способностях достаточно закрываться от него, чтобы он не мог понять… , или почувствовать, что – то такое, что я не хотела бы выставлять на показ.

– Ох, вот ты о чем. Это проблема, – улыбнулся Кронус. – Но я думаю, что если мой мальчик что-то такое и увидит, он не подаст и виду.

– А если я вообще не хочу чтобы он это видел?

– Это невозможно. Выборочно закрыться от него не получится. Только если полностью.

– Научите меня.

– Такие блоки опасны и на их создание уйдет много времени. Ты начнешь закрываться неконтролируемо, и это может повредить делу.

– Я обещаю, что справлюсь. Это важно для меня, пожалуйста, – увидев надежду, я вцепилась в нее мертвой хваткой. – Я буду осторожна и внимательна.

– Хорошо, – наконец, сдался верховный маг.

Мы продолжили путешествие без происшествий. Шон постоянно смотрел на меня и ухмылялся. Маг учил меня закрываться, когда мы находились в обозе. Сначала, у меня не все получалось, но я терпеливо продолжала. Мне нужно научиться строить стену из мыслей, безопасных и значимых, чтобы отвлекаться от вторжения чужой магии, эта стена должна быть прочной и ёмкой, чтобы выдержать это вторжение. Проблема была в том, что мысли эти должны были быть светлыми и добрыми, но мне в голову приходили лишь грустные и горькие. Кронус терпеливо сражался с моим мрачным сознанием и взывал к детским воспоминаниям.

Мы прибыли к подножиям Замкнутых гор, через три недели после начала путешествия. Эти горы не были похожи на те, что находились в Орсии. Дома все возвышенности приветливые и светлые. Каждое утро, с рассветом, их вершин касаются первые лучи солнца, а потом медленно сползают к подножиям и распространяют свой свет по всей Орсии. В этих местах, небо постоянно скрыто тучами, а по земле стелется не очень густой туман. Горы острые и колючие, словно постоянно обороняются.

Мы прошли через ущелье и, войдя в расщелину, поняли, о каком именно ужасе говорил капитан. Это были невероятного размера и масштаба постройки. Здесь действительно находилось около пяти тысяч солдат, которые неустанно трудились, но присмотревшись, я заметила людей в рваных одеждах и с кандалами на ногах, рабы. Уму не постижимо, чтобы в свободной Ливитии занимались работорговлей, она противоречит договору о процветании Ливитии. Мы шли сквозь этот скрытый город, и страх все больше укоренялся во мне. Здесь было столько оружия, что хватило бы не на одну битву, но людей все же, было не достаточно.

Замкнутые горы со всех сторон были понизаны пещерами и пещеры эти в глубине создавали целые лабиринты. По одному из таких лабиринтов нас провели в огромную пещеру, где нас уже ждал правитель Хорн.

– Я уже заждался, маг. Хотя временем я располагаю. Сейчас я покажу тебе, зачем ты здесь.

Он повел нас вглубь пещеры по тропинке, которая спускалась все ниже и ниже под землю. Эта огромная расщелина в горе была целой сетью пещер, больших и маленьких, с огромным количеством ходов и коридоров. Через несколько минут мы вышли на освещенную площадку, подойдя к ее краю, я заглянула вниз. То, что я увидела, заставило мои зубы застучать от страха. Под нами была огромной ширины яма, в центре которой, находилось невероятное количество людей. Точнее это были не люди, а существа, неподвижно стоявшие плотно друг к другу. Они были крупными и мощными, но не живыми. Это просто комки грязи с вырезанными на них лицами и конечностями, что позволяло им походить на людей, но глаз не было в глазницах. Удивительно, казалось, будто они дышат. Если вдохнуть в них жизнь, Ливитию уже ничто не спасет.

– Ваша задача, сделать так, чтобы они двигались и полностью повиновались мне, – довольный, произведенным эффектом, сказал Хорн.

– Я не стану этого делать. Это уничтожит Ливитию, – делая шаг назад, проговорил маг. Мы знали, что ждет нас здесь, но то, что мы увидели, не шло, ни в какое сравнение с нашими представлениями.

– Мне плевать на Ливитию. Я хочу уничтожить Ессению и Орсию, стереть их с лица земли, вместе со всеми жителями, которые не захотят присягнуть мне на верность.

– Это безумие…

– Вы согласитесь, у вас просто не будет другого выхода. Через две недели все будет готово, и вы приступите к ритуалу. – И, правда, безумный блеск осветил глаза Хорна.

– Это не так просто. На ритуал уйдет время. Заклинание невероятно сложное и емкое…, – забормотал магистр.

– Вам предоставят все, что нужно. Не позднее чем через месяц, мы должны выступить. К этому сроку, вы сделаете, так как я хочу, или я сначала вытрясу душу из этой девчонки, а потом буду постепенно приходить в селения Ессении и убивать людей по одному, голыми руками. Всех магов, что находятся у меня, я заставлю убивать все живое. У Ессении не будет волшебника, способного исцелять болезни, которые я нашлю на простых людей. Они будут умирать медленно и мучительно. И тогда, у ливитийцев уже не будет выбора присягать мне или нет, выживут лишь мои войска!

Этот человек, действительно, был безумен. Он ненавидел Ливитию всем сердцем, хотя я сомневалась, что оно у него было.

– Вы будете жить с другими магами и делать все, что вам скажут, – резко сказал Хорн. – Я приставил к вам охрану и не вздумайте играть со мной. Возможно, я не обладаю некой силой, но власти у меня достаточно. Я осуществлю все свои угрозы, лишь почувствовав вашу ложь. Подумай Кронус, я даю выбор всем людям Ливитии, и ты можешь отобрать его у них.

Нас с магистром провели по многочисленным коридорам пещеры, и мы оказались в комнате, где обитали другие маги. Здесь все было пропитано страхом и отчаянием. Маги выглядели сломленными и опустошенными. В их глазах витал ужас. Они даже не заметили, как мы вошли. Многие просто лежали на полу, глядя в потолок пустыми глазами.

– О, небеса! Как же они постарели и осунулись, – возмутился магистр, разглядывая каждого по очереди.

– Вы знаете их всех? – спросила я выискивая своего знакомого, того что Шон и Корм похитили на моих глазах.

– Практически всех, – печально произнес магистр.

– Что мы будем делать дальше?

– Я буду тянуть время, но не думаю, что это надолго отдалит неизбежное.

– Что конкретно мы будем делать?

– Сегодня свяжемся с инструктором и расскажем, все что узнали. А затем начнем медленно, но верно исцелять магов и искать их поддержки. Здесь много трав и зелий, правитель хорошо подготовился. Ты будешь исследовать коридоры, и составлять план местности. Изучать людей, что нас окружают и придумывать план уничтожения всего этого безобразия.

– Я поняла, магистр, но как я смогу проходить сквозь охрану? Кто выпустит меня отсюда?

Наш тихий разговор прервал мальчик, лет десяти, худой и грязный.

– Я Люк. Меня прислали позаботиться о вас. Я буду приносить вам еду и воду, исполнять ваши поручения и следить, чтобы у вас было все необходимое, – скороговоркой отчеканил мальчик.

– Ты помогаешь всем этим людям один? – спросила я.

– Да, это не так уж сложно.

– Я буду тебе помогать, если покажешь где тут и что. Ты можешь беспрепятственно передвигаться по коридорам?

– Да, на меня давно не обращают внимания эти тупицы. Днем вас будут охранять Прит и Зейн, они вообще безобидные и даже добрые¸ если можно так сказать. С ними можно договориться, они любят играть в карты и вкусно поесть. А вот ночами здесь будут Шон и Кром, вот они истинные звери и с ними разговаривать смысла нет. После отбоя, я отсюда стараюсь не выходить, шкура дороже. Говорят, они не восприимчивы к магии, а ночью она сильнее, поэтому их приставили к магам. А ты кто – то вроде служанки? – С любопытством разглядывая меня, сказал Люк. Смышленый мальчик.

– Ага, что-то вроде того. Да, эти братья настоящая проблема, – задумалась я, непроизвольно потянувшись к горлу.

– Ты знаешь их? Ух, ты, шустрая! – заблестев глазами, сказал Люк и присмотрелся к моей шее. – Уж ни один ли из них приложил к тебе свои ручищи?

– А ты соображаешь! – живо откликнулась я.

– Завтра утром, когда придут Прит и Зейн, я возьму тебя с собой на кухню, за завтраком, заодно и осмотришься. Слугам, я думаю можно покидать эту конуру.

– Здорово! – с энтузиазмом заключила я.

– А ты не из робких! – восхищенно сказал Люк. – Не забилась в угол, как остальные. И будто даже не боишься.

– Нет, ну что ты. Конечно, боюсь, просто не люблю показывать свой страх. – Я поняла, что облажалась, если даже мальчишка понял, что я не падаю в обморок от страха, что тогда говорить об остальных. – Давно ты здесь?

– Год, или около того. Ко мне перешла магия отца, поэтому за мной пришли, но я мало, что умею. Я здесь для того, чтобы делиться энергией и выполнять разные поручения.

– Ты сам– то не боишься?

– Мне уже нечего бояться. Я делаю все, как говорят, и меня не обижают, – мальчик горько усмехнулся.

Исходя из услышанного, он был старше, чем показалось на первый взгляд. Около тринадцати лет, просто недоедание и отсутствие нормальной жизни, сделали его таким худым и слабым. Я присмотрелась к нему поближе, он был тощим и невысоким, с огромными серыми глазами и длинными ресницами. Под всеми этими слоями грязи скрывалась симпатичная мордашка и живой, пытливый ум.

– Сейчас поедим и можем спать. После завтрака, нас снова уведут в «могильник», это я так называю место, где создают этих монстров ни живых, ни мертвых. А твой магистр, как я слышал, будет готовиться к их воскрешению. А он действительно это может? – заглянув мне прямо в глаза, спросил мальчик.

– Думаю, может, – ответила я. – А ты никогда не думал уйти отсюда, сбежать?

– А мне некуда идти, мою семью убили прямо на моих глазах. Всем перерезали горло. Меня никто не ждет. Я ненавижу это место и звуки, и запахи, что меня окружают. Здесь все пропахло смертью и ужасом, но податься мне некуда, – печально сказал Люк. – За дверью уже сменилась охрана, это верный знак к скорому отбою.

Я испытала невероятную жалость к этому мальчику. Он потерял все что имел, и его никто больше не приласкает и не пожалеет. Он слишком рано стал взрослым. Ни один ребенок не заслужил такого, это не правильно.

Мы поужинали в полной тишине и стали готовиться ко сну. Маги медленно и тихо разлеглись на брошенных одеялах, Люк прямо на скамейке. Мы с Кронусом отошли в самый дальний угол, где было отхожее место, понятно, почему здесь никто не спит, но это позволило нам говорить без свидетелей и находиться как можно дальше от дверей. Запах был почти невыносим, но привычка чистить туалеты, за провинность, в школе рекрутов, научила меня забывать про запах.

– Сейчас ляжешь и откроешь свое сознание, но думай только о том, кому открываешь его. Здесь много магов и не ясно кто из них может уловить твой призыв. Они, кажутся неспособными почувствовать даже крупицу магии, но не стоит расслабляться, – прошептал Кронус.

– Как мне дать понять инструктору, что я готова к беседе? – Я ужасно нервничала из-за того, что предстояло сделать.

– Просто позови его по имени, и он услышит. А теперь засыпай.

Я легла на пол и закрыла глаза, меня пугало, то, что должно произойти. Я не видела инструктора больше двух недель и не чувствовала его присутствия, после того раза с Шоном. Услышит ли он мой зов? Засыпая, я подумала об инструкторе и назвала его имя.

Я погрузилась в глубокий сон и оказалась в королевском саду, среди бесчисленных кустов белых роз. Здесь было тихо и безлюдно. Капитан появился неожиданно, и я вздрогнула. Сердце вмиг наполнилось теплом и нежной радостью, я старательно выставила щит. Выглядел он усталым и грустным, на лице появилась щетина.

– Здравствуй, Эйвери! – впервые осознанно назвав меня по имени, обратился он ко мне.

– Здравствуйте, Аарон, – сама не ожидая от себя, сказала я. Произносить его имя было приятно. Он мягко улыбнулся.

– Я рад, что ты позвала меня. Эти десять дней неизвестности, убивали меня. Все нормально? Как ты? Как магистр? – посыпались на меня вопросы.

– Мы в порядке, спасибо. – И я поведала капитану обо всем, что видела и слышала.

– Всего месяц. Так мало? – обеспокоенно произнес капитан. – Что Кронус решил делать?

– Тянуть время, ритуал же не из легких. Он хочет привести в чувства магов и объединиться с ними. А я обследую все коридоры и узнаю, с какой стороны можно подступить к Хорну или к этим монстрам. – Мы медленно шли мимо розовых кустов, и я могла даже ощутить их тонкий аромат.

– Это правильный подход. Жаль, что от меня больше ничего не зависит, и я не могу помочь вам. – Капитан был благородным человеком и мысль о том, что такое важное и крайне опасное дело он доверил кому-то другому, огорчала его. Даже если он и пытался это скрыть, выходило у него не очень хорошо.– Однако я уверен, что вы справитесь.

Он вел меня по абсолютно пустынному саду, и вывел к беседке, заросшей невероятно красивыми цветами.

– Я хотел спросить, что за человек чуть было, не убил тебя? – Капитан коснулся рукой спелого бутона, но срывать не стал.

– Это Шон, гвардиец от которого я убегала в ночь, когда мы встретились с вами в лесу, – ответила я.

– Почему ты не рассказала мне о Брае? – Он так резко переключился, что я невольно вздрогнула. – Я думал, что ты придешь ко мне и все расскажешь, после того нападения в казарме, когда сержант Стэлз нашел тебя в столовой.

– Вы знали? – снова поразилась я.

– Я всегда знаю, что происходит в моей части. И мне не понятно, почему ты не пришла ко мне и не рассказала о случившемся. Вместо этого ты перебралась в конюшню и спала в обнимку с волком, среди лошадей. – повысив голос, отчитал он меня.

– Я не могла прийти к вам с этим, – опуская глаза, ответила я.

– Это еще почему? По-твоему я не в состоянии разобраться с рекрутом, перешедшим все границы? – все больше злился он.

– С какой стати, я вообще должна докладывать о том, что со мной происходит? – возмутилась я.

– Это МОЯ часть и я ДОЛЖЕН знать, что в ней происходит, – закипая от ярости, уже кричал он.

– Меня вовсе не привлекала перспектива стоять перед вами и изливать душу, я не собиралась рассказывать никому о том, что произошло со мной. Это неизбежно повлекло бы за собой другие вопросы. – Я тоже уже не старалась держать себя в руках.

– Ты должна была. – Капитан шагнул ближе и навис надо мной. Его голос звенел от напряжения. – Я ждал, что ты придешь и расскажешь мне все, сама расскажешь, чтобы я мог пойти и придушить этого урода прямо голыми руками. То, что он сделал с тобой,…это…, я не могу найти слов. То, что произошло в первые дни твоего пребывания в школе рекрутов, немыслимо. Но у меня были связаны руки, без твоего свидетельства, я не мог, ни в чем их обвинить. И они не заплатили за это четыре года назад.

– Вы и это знали?

– Я слежу за рекрутами, чтобы видеть их успехи и знать, кого можно будет выбрать на дворцовую службу. Об инциденте в первую неделю, твоего там проживания мне доложили не подробно. Я наблюдал за женским составом, по просьбе Амалии. Но упустил случай с тобой. Мне сообщили, что что-то произошло, что привело к изменению твоей внешности и твоего характера, но что именно никто не знал. Ты не жаловалась и никому не говорила. С тех пор я наблюдал за тобой пристальнее. – Его гнев улетучился сам собой, а в глазах колыхнулось раскаяние.– Прости, что не уследил и что не смог уберечь тебя от этой грязи.

– Это не ваша вина, – мягко сказала я. – Вы сделали для меня так много, что я не в силах выразить вам свою благодарность. Я просто не знаю, как это сделать.

– Да, и что же изменилось? На тебя напали и в столице, и я снова ничего не сделал. Но, когда все открылось, я злился на тебя, потому что ты не поделилась со мной.

– Я не могла. Я провинилась перед вами в первую встречу и меня чуть не выгнали из школы, потом я приехала ко двору и лажала там снова и снова. Я не могла прийти и пожаловаться вам, чтобы вы подумали, что я не могу за себя постоять, что со мной нужно нянчиться. Я не хотела быть на особом положении…

– А должна была! Драться в честном поединке и проиграть это одно, но когда тебя хватают и держат, подло подкараулив или напав во сне, это совсем другое, – снова разозлился капитан.

– Чего вы от меня хотите? – Его искры хватило, чтобы воспламенить и меня. – Я не могла рассказать, просто не могла. Я не могла допустить, чтобы к недоверию и несерьезному ко мне отношению добавилось еще и презрение.

Старший инструктор отпрянул, но я не могла уже остановиться:

– Я знала, что рассказав о той ночи, покрою себя несмываемым позором и на меня будут смотреть как на грязь под ногами. – Каждое мое слово, ужасало капитана все больше. – Я открылась вам, а Вы вышли из комнаты, не сказав мне и слова. А потом наградили презрительным взглядом в своем доме, после того, как я сказала, что не могу остаться с вами под одной крышей.

Слезы готовы были хлынуть из глаз, но я отвернулась и постаралась взять себя в руки.

– Я вышел из твоей комнаты, лишь потому, что боялся сломать что-нибудь у тебя на глазах. Я был так зол, что управлять собой не мог и уже не отвечал за свои поступки. А в моем доме, я решил, будто ты подумала, что я способен сделать с тобой что-то ужасное, насильно. Сама эта мысль разгневала меня. Я не считаю тебя куском грязи, ты чище и светлее любого из нас. Вся моя команда чесалась желанием убить этих двоих на месте, когда мы нашли тебя. А после того, как мы услышали твои воспоминания, даже Трентон, плевался и ругался как пьяница из кабака. Ни один из нас не подумал о тебе плохо, ведь то, что произошло с тобой, не твоя вина. Тебе было всего тринадцать лет, и я не престаю задаваться вопросом, как ты смогла все это пережить.

– Меня спасло озеро за школой и то, что Клай нуждалась во мне, – тихо сказала я.

– Озеро? Ты плавала в нем часто. Я видел тебя там несколько раз, когда приезжал в школу. – На лице капитана появилась слабая улыбка.

– Видели и не исключили меня? – Весь этот разговор, напрочь стирал все мои представления об этом человеке.

– За что? За то, что иногда человеку нужно побыть одному? Я не видел в этом ничего плохого. – Он замолчал, но пауза между нами не тяготила

– Зачем вы все это говорите мне сегодня? – решилась спросить я.

– Не знаю. Это сон, и здесь проще говорить. Здесь все ощущается иначе. Но вам нужно отдохнуть и после моего ухода, хорошенько выспаться. – Он снова перешел на «вы» и магия этой теплой беседы, тут же улетучилась. – Прошу вас быть осторожной и предельно внимательной. Я обдумаю ваш рассказ и поделюсь им с командой, если будет что-то срочное, я свяжусь с вами, или вы со мной. Берегите себя, Эйвери.

– Спасибо, Аарон.

Он посмотрел на меня долгим, пристальным взглядом и исчез, так же быстро, как и появился.

Девятнадцатая глава

Выплывая из сна, я почувствовала невообразимую боль в голове, она была такой сильной, что глаза будто выкатывались из орбит. Я поняла, что меня кто-то держит и холодная рука опустилась на лоб. Непонятное бормотание послышалось прямо надо мной и все те же руки разжали мне рот. Я не могла шевелиться, каждое движение отдавало звоном в голове и огнем в глазах. Мне влили какую – то отвратительную на вкус жидкость, которая тут же попросилась обратно.

– Ничего, ничего девочка. Сейчас станет лучше, – шептал Кронус. – Тише, тише. Выпей еще.

Я сделала над собой усилие и проглотила эту гадость. Через некоторое время мне немного полегчало. Если так будет каждый раз, мои мозги расплавятся. Небеса, как же больно. Мне захотелось свернуться калачиком и хныкать как маленькая девочка. Спустя несколько, показавшихся бесконечными, минут агонии я почувствовала легкое касание к моему сознанию, и поток силы заполнил мое измученное тело. Чужая, мощная энергия мгновенно излечила меня. О! Спасибо, инструктор. Я смогла сесть.

– Невероятно! – воскликнула я. – Я совсем здорова!

– Это хорошо дитя, – мягко улыбнулся магистр.

– Так буде всегда?

– Боюсь, что да. И Аарону не следовало давать тебе так много энергии, это сильно ослабит его. Он будет крайне уязвим. – Явное беспокойство читалось в глазах Кронуса.

– Это опасно для него? – Тревога мага мгновенно передалась и мне. – Опасно делиться со мной силой, магистр?

– Он становится слабее, и восстанавливается медленнее, чем нам того хотелось бы. Аарон никогда не практиковался, поэтому если он будет делать это регулярно, то быстро истощит свои ресурсы.

– Тогда, я больше не позволю ему этого, – твердо сказала я. – Обойдусь зельями, это дольше, но безопаснее.

Кронус, лукаво улыбнулся, произнеся что – то вроде « упрямцы» и сказал:

– У нас еще есть время, ложись и засыпай. Завтра тяжелый день, нужно отдохнуть.

Я повиновалась и уснула почти мгновенно, отгоняя мысли о силе и чистом сознании капитана, о том, что он рассказал мне и о том, что нам с магистром предстояло сделать.

Ранним утром Хорн буквально ворвался в наше жилище. Мы с Люком как раз собрались за завтраком. Правитель выглядел возбужденным, и каждое движение выдавало в нем нетерпение. Его руки слегка подрагивали и периодически сжимались в кулаки и снова разжимались. Омерзительное лицо, с глазами лихорадочно блестевшими, скривилось в непонятной гримасе.

– Маг, у меня совсем мало времени. Я отбываю в свой замок и мне нужно знать, что понадобится тебе для ритуала, – пробасил правитель, позади которого маячила стража во главе с Шоном.

– Я должен излечить всех этих людей, – сказал магистр. – Их души мне нужны здоровыми и ясными.

– Сколько времени уйдет на исцеление?

– Их человек пятнадцать, день на лечение одного, день на восстановление моих сил. Около месяца.

– Это слишком много, даю две недели. И в твоих интересах, успеть вовремя. Через две недели, я вернусь, и буду наблюдать за приготовлениями к ритуалу воскрешения, – Хорн сверкнул гневным взглядом.

– Но это невозможно. Я не смогу исцелить их всех так быстро. Их сознание затуманено и потеряно для нас, – ничуть не стушевавшись под злобным взором правителя, спокойно сказал Кронус.

– Мне не нужно их сознание, мне нужны их физические силы. Тех, кого не успеешь исцелить, я скормлю собакам, – улыбаясь, ответил Хорн. Удивительно, как улыбка может быть настолько отталкивающей и злобной?!– Сам ритуал как должен проходить?

– Я изучу все свои книги и расскажу вам, когда вы вернетесь, – в притворной покорности опустил голову магистр. – Я никогда не использовал столь сильную и непредсказуемую магию. Это может быть крайне опасно. Необходимо быть предельно осторожным, иначе она уничтожит нас всех.

Хорн, вряд ли, придал хоть какое-то значение словам мага. Посчитав, что разговор окончен, он повернулся ко мне:

– А ты, моя малышка, помогай во всем своему господину и жди моего возвращения. – Он подошел максимально близко и прошептал: – Я вернусь, и когда маг закончит свое дело, твоя сила ему будет не нужна, а вот для нас с тобой начнется все самое интересное.

Отвращение вызвало легкую дрожь в коленях, но мне пришлось взять себя в руки и сделать глубокий вдох. Правитель провел пальцем по моей щеке, развернулся и собрался уходить. Я заставила себя не думать о будущем, всё потом. У меня есть две недели на изучение коридоров и всех помещений в этой огромной пещере. Необходимо выяснить, как тут все устроено и, что можно придумать, чтобы помочь магистру уничтожить это место. Мне в голову пришла неожиданная идея:

– Правитель Хорн! – пропищала я.

– Да? – Он обернулся у выхода и изумленно приподнял бровь.

– Могу я обратиться с просьбой?

– Попробуй. – Хорн усмехаясь, сложил руки на груди.

– Мне нужно знать, где источник воды. Моя работа помогать с зельями и носить воду для них. Я должна вовремя подавать ее магистру, чтобы варево не свернулось и не застыло. Это тонкая работа, но я обычно прекрасно с ней справляюсь. – Я решила рискнуть. Не стоило просить разрешения на выход из жилища, это подозрительно, я должна была не дать ему возможности отказать мне. Это хитрый ход, но правитель способен разгадать его. Я затаила дыхание, максимально честно глядя в глаза Хорну. Видимо, отсутствие времени сыграло мне на руку.

– Хорошо, мальчишка покажет тебе, и я распоряжусь, чтобы тебя отпускали в течение дня столько, сколько потребуется раз. Однако время строго ограничено, только дойти до источника и назад.

– Благодарю вас, сэр, – с трудом выдавила я. Как противно было говорить эти слова человеку, вознамерившемуся уничтожить мой дом и мою семью.

Хорн вышел, отдав распоряжения о моей относительной свободе и забрав свою свиту. Шон напоследок подмигнул мне и злорадно ухмыльнулся.

После скудного завтрака, всех магов, кроме одного, магистр отпустил в «могильник», и приступил к его излечению.

– Я могу чем– то помочь? – спросила я мага.

– Нет, дитя. Сейчас подходящее время изучить место нашего пребывания. Отъезд правителя займет охрану, и некоторое время на тебя никто не обратит внимания. Так что давай, иди, а я буду заниматься своим делом, – проворчал старик, скрывая опасения за меня под наигранной суровостью. – Бери Люка, и идите за водой.

Мы с мальчиком вышли за дверь. У стены стояли два просто огромных парня, рядом с которыми я казалась не больше мыши. Таких исполинов, я еще не встречала. Один из них добродушно улыбнулся Люку:

– Привет парень, – сказал он. Голос его был настолько глубоким и громким, что я открыла рот. Этот голос, его рост и телосложение, совсем не вязались с добрым взглядом и насмешливой интонацией.

– Привет Прит, – обрадовался мальчик. – Сыграем позже в кости ?

– И ты снова обдерешь меня до нитки? – подмигнул Прит.

– Это как пойдет, – задумался Люк. – Ты же знаешь, мне не всегда везет.

– Ты всегда так говоришь, – загоготал Зейн, а потом посмотрел на меня. – Ты девочка, что приехала с верховным магом?

– Я Эйви, – все еще во все глаза, таращась на них, сказала я.

– Эти пещеры не место для таких как ты, девочка, – с неожиданным сочувствием сказал Прит. – Мы слыхали, что правитель положил глаз на тебя и посоветовали бы уносить ноги, но это невозможно.

Слова его застали меня врасплох, поэтому я не сразу нашлась, что ответить. Меня удивило такое участие от людей повелителя пустынных земель, но эти добродушные парни казались искренними.

– Эээ, спасибо, – наконец, поблагодарила я.

– Ну, идите себе, своей дорогой, а ты Люк, можешь готовить лакомства, ибо после обеда я тебя обыграю на раз и два, – сказал Прит, и мы двинулись по тоннелям.

Мы петляли коридорами и ходами, все больше запутываясь. Я с трудом запоминала дорогу, а потом и вовсе потерялась. Не всё сразу. Сначала, я только услышала нарастающий шум падающей воды, а затем и увидела пещеру, в которой вода ниспадала прямо с потолка. Она заполняла небольшое углубление, образующее что-то вроде купальни. Осмотревшись, я заметила еще одно углубление, в котом вода била уже из под земли.

– Горячий источник, – пояснил мальчик. – Это место вообще универсально. Охрана и прочие брезгуют, но мы с магами и прислугой используем его для купания, мыться все равно больше негде. Балти, говорит, что иначе мы зарастем вшами и всякой гадостью.

– Балти? Это маг? Где он? – Я узнала имя мужчины, которого утащили в ночь нашего «знакомства» с Шоном и Кромом.

– Он был среди магов, что спали в нашем отсеке. Ты знаешь его? Балти добрый человек. Был, по крайней мере…, пока не стал таким же вечно дремлющим овощем, – горько усмехнулся Люк.

В свою пещеру мы вернулись с двумя ведрами воды, и я стала помогать магистру. Несмотря на скудность нашего жилья, здесь имелось все, что только могло понадобиться магу. Кронус варил зелья и поил мага, шепча заклинания и водя руками вокруг головы больного. Это продолжалось несколько часов. Прервавшись на отдых, мы с Люком сходили за обедом и поглощали пищу со скоростью ветра. Мальчик все это время был с нами и внимательно наблюдал.

– Сейчас, я сяду играть в кости с Притом и Зейном, – загадочно глядя на меня, медленно проговорил он. – Это очень увлекательная игра и мы порой забываем о времени. Ты могла бы выйти за водой и пробыть в одиночестве немного дольше…

Я недоуменно уставилась на него, на миг, прекратив жевать. Этот мальчик определенно умен и внимателен.

– Я не дурак, – подтверждая мои мысли, сказал Люк, и мы с Кронусом переглянулись. – Я наблюдаю за вами, и вы не так просты. Ты совсем не похожа на служанку и помимо подношения воды вообще не имеешь представления о том, что делает маг. Ты маленького роста, но мышцы твои не слабые и рыхлые, они подготовлены и натренированы. Я это вижу, потому что наблюдал как менялся мой брат, готовясь к школе рекрутов. Вы здесь с какой – то целью и я хочу быть частью этого.

– Это опасно, – проговорил маг.

– Мне нечего терять, кроме собственной жизни. А она не стоит ничего, если я смогу сделать, хоть что-то, чтобы отомстить за семью, – сказал Люк, гордо задрав подбородок.

– Хорошо, нам пригодится твоя помощь, – сказала я, и это было правдой. Магистр одобрительно кивнул, поймав мой взгляд. – Сейчас иди, играй в кости и отвлекай их столько, сколько сможешь.

– Без проблем, – ответил, радостно засияв, мальчик и не задавая больше вопросов, выскользнул за дверь.

Я вышла из помещения и медленно пошла по коридорам. Громилы едва глянули на меня, занятые игрой, да и два ведра в руках выглядели весьма убедительно. Все здесь было освещено факелами и испещрено бесконечными тоннелями. Если нарвусь на охрану, просто скажу, что заблудилась. Каждый знает, что я неприкосновенна, обидеть меня они не посмеют, хотя бы до того момента, пока магистр не закончит воскрешение. Я, вдруг, всерьез задумалась над тем, что может случиться. Мы должны, во что бы то ни стало, уничтожить этих монстров и помешать Хорну. Даже подумать страшно, что будет, если вдохнуть в них жизнь. Моя Орсия, моя семья, что будет с ними? Я гнала мысли о том, что будет именно со мной, уже не так важно, что Хорн приготовил лично для меня, но Ливития, это другое дело.

Бродить здесь было жутко. Люк прав – место гиблое. Повсюду слышны стоны и вопли. Мальчик рассказывал, что многие гвардийцы, находятся здесь насильно, их гнали целыми семьями и превратили в рабов. Не все жители этого морозного, пустынного края были на стороне Хорна. Многие устали от войны и хотели мирной жизни для своих детей. В их числе были и Прит с Зейном. У них остались семьи.

Я решила воспользоваться суетой вокруг отъезда правителя и зайти как можно дальше. Магистр дал мне кусочек белого мыла, и я помечала коридоры, чтобы вернуться назад. Три раза я встретила охранников, но, как и предполагала, они не особо насторожились при виде меня. У меня в руках были ведра, и я говорила, что иду за водой.

Через час, углубившись слишком далеко, я хотела повернуть обратно, чтобы не запутаться и нарисовать на бумаге, всё, что смогла запомнить, но услышала стон. Я резко остановилась и насторожилась, поскольку уже давно не слышала ничего интересного в этих коридорах. Я медленно, прислонившись спиной к стене, кралась на звук. Дойдя до края стены, я заглянула за поворот, и увидела небольшое углубление в центре пещеры, и никого вокруг. Стон послышался снова, я вышла из своего укрытия и направилась к углублению. Заглянув в него, я увидела девушку, прикованную цепями к стене. Она сидела на дне ямы и стонала. Ее руки, закованные в железные браслеты цепей, опухли и кровоточили, в некоторых местах гнили. Её худоба и изможденный вид вызывали ужас. Я не могла оторвать от нее глаз, словно завороженная. Девушка была полностью обнажена, и на ее грязном теле почти не было здоровой кожи, даже волосы в некоторых местах, были вырваны целыми клоками. Судя по всему, ее били, резали и не кормили. Некоторые раны казались старыми и зажившими, но большая часть была свежей. Это чудовищно. И самое страшное, что я догадывалась, кто пытал ее. Она подняла голову и посмотрела на меня:

– Помоги…, – еле слышно прошептала она.

Я вздрогнула и, не разбирая дороги, бросилась обратно к магу. Помочь ей сама я не могла, но магистр, что-нибудь придумает. Несколько раз я сбилась с пути и снова искала свои отметки. Добежав до охраны, я постаралась выровнять дыхание, но они даже не заметили, что ведра мои пусты. Я влетела в комнату и чуть не сбила Кронуса с ног.

– Что такое, девочка? – спросил он, заметив ужас на моем лице.

– Я нашла девушку в пещерах, она прикована цепями и изувечена. Она такая молодая, совсем ребенок, магистр. Помогите ей, – тараторила я.

– Боюсь, это не в моей власти, Эйви. Я не могу покинуть комнату и силы я потратил на исцеление, которое еще не завершил. Мне жаль, девочка. – Лицо мага выражало печаль и сожаление.

– Но у вас, же есть какие-то зелья или отвары? Что-то, что может помочь ей? – Я вложила в свой взгляд столько мольбы, что он сдался.

– Я дам тебе кое-какие настойки, но это займет время…

– Спасибо, магистр. Я думаю, пока правителя нет, ее не будут мучить. Похоже, ее оставили умирать. – Я не могла устоять на месте, все еще прокручивая в голове эту чудовищную картину. – Не важно, сколько времени это займет, я не могу просто бросить ее там. Вы понимаете?

– Я понимаю. Но не рискуй понапрасну.

– Я не буду, – обрадовалась я. – Я все равно хожу по коридорам, и мне не сложно зайти к ней. Как ваши успехи?

– Медленно, но верно. За три или четыре подхода, я смогу исправить положение. Его глаза уже проясняются, и сознание ищет обратный путь.

– А я пока нарисую то, что удалось запомнить, – сказала я, устраиваясь на полу с листком бумаги. Маг, которому помогал Кронус лежал неподалеку и дремал.

Первая неделя была насыщенной и трудной. Кронус лечил магов по одному и тратил все свои силы на их здоровье. Сам магистр, заметно постарел и осунулся. Две недели слишком короткий срок, но он боялся, что если не успеет, то погубит этих людей. Я каждый день ходила к Лее, девушке, что сидела в яме и носила ей еду и зелья. Люк, придумывал все новые забавы для нашей охраны, и они были счастливы, играя с ним в кости или рассказывая всяческие истории. В первый день я промыла раны Леи и смазала мазью. Она с большим трудом говорила, только смотрела своими огромными голубыми глазами. Каждый раз, приходя к ней, я делала усилие над собой, чтобы справиться со своей жалостью и страхом, что не смогу помочь. Через неделю, Лея стала говорить увереннее и рассказала свою историю:

– Я была помощницей кухарки при дворе и работала усердно. Однажды правитель Хорн заметил меня в коридоре, и больше я не видела белого света. Сначала он держал меня на цепи в замке и каждую ночь пытался овладеть мной, но у него не получалось. Говорят, он утратил мужскую силу и пытается найти ту, что сможет пробудить ее вновь. Когда снова и снова у него не выходит, он начинает пытать женщин и вымещать свое бессилие. Уже через пару часов не хочется жить, и ты молишь небеса, чтобы они прибрали тебя к себе. И я молила, но меня не услышали. Потом, он привез меня сюда.

– И много женщин, пострадало от его рук? – Я не хотела знать ответ, но все равно спросила.

– Десятки. Никто не знает точно, – задумалась она, и вдруг, посмотрела на меня полными отчаяния глазами. – Убей меня! Эйви, убей, пожалуйста…

Я отшатнулась от нее и прижалась спиной к стене.

– Ты что? Что ты Лея? Что такое ты говоришь?

– Я не смогу больше. Я не выдержу. – Она заплакала и как-то съежилась вся, подтягивая ноги к груди, а потом завыла, громко, пронзительно.

Мое сердце сжалось, и я представила себя на ее месте. Вот, что ждет меня. Я смотрела на Лею и не могла выйти из оцепенения. Она продолжала скулить и впала в истерику. Ее вопли разрывали мне душу. Паника и страх сдавили горло. Я начала задыхаться и вдруг, снова мои глаза обожгло огнем, я почувствовала капитана в своей голове. Видимо, инструктор опять смотрел моими глазами. Я ощутила волну покоя и заботы, его сознание словно поместило меня в кокон, безопасный и уютный. Я взяла себя в руки.

– Эйви, помоги мне умереть, пожалуйста, – бормотала Лея.

Я уже немного привыкла к жжению в глазах и присутствию капитана в моей голове. Складывалось такое впечатление, что он здесь, и держит меня за руку, помогая пережить этот кошмар. Я подползла к девушке и обняла ее:

– Не надо Лея. Не надо. Я вытащу тебя отсюда, я обещаю. Я что-нибудь придумаю. Потерпи, только потерпи. – Я еще долго убаюкивала ее в своих объятьях и черпала силы старшего инструктора. Она уснула и я ушла.

В жилище магов я вернулась обессиленной и раздавленной. Кронус ни о чем меня не спрашивал, он и сам чертовски устал. Я почти утратила всякую надежду. Человек, способный так истязать беззащитную девушку, способен на все. Я свернулась калачиком в углу и утопала в своей горести. Это место забирало все позитивные мысли и убивало всякое желание жить. Слоняясь по коридорам, я каждый день видела рабов, усталых, больных и голодных. Здесь постоянно умирали люди, и раз в неделю привозили новых. Волей не волей, наваливалась апатия и чувство безысходности. Детство мое прошло в светлой и миролюбивой Орсии, где все вокруг казалось добрым и приветливым. Дома я не знала столько боли и печали.

– Как ты дитя? – спросил, опускаясь рядом Кронус.

– Я не знаю, магистр, – прошептала я в ответ. – Лея просила убить ее.

– Так бывает, Эйви. У каждого человека есть свой предел, свои границы. Ей страшно и одиноко.

– Я должна вытащить ее отсюда! Я обязана, просто обязана! Мы не можем оставить ее здесь, это не правильно, – повторяла я снова и снова. – Никто не заслуживает такого обращения.

– Я немного подумал, о том, что буду делать с заклинанием, – сказал старик.

Мы говорили в полголоса, опасаясь, что нас услышат, хотя Люку можно доверять, да и Прит с Зейном никогда не подслушивали. Шон и Кром, всегда обходили комнату, перед отбоем и мне приходилось прятать чертежи далеко под шкаф. Иногда, прямо посреди ночи они входили и проверяли все снова. И каждый раз Шон задевал меня шутками и ухмылками.

– Вы придумали, как тут все уничтожить? – изумилась я, глядя на магистра.

– Есть очень древнее заклинание, оно очень сложное и опасное. Это заклинание Распада. Оно похоже, на то, которое я должен был использовать для воскрешения, но есть некоторые значительные отличия, в словах, что мне предстоит произнести. Одна ошибка и мы все погибнем. Выборочное уничтожение, это верхушка мастерства, но я никогда не пробовал ничего подобного.

– Нужно составить план действий. Вы будете продолжать восстанавливать силы магов, я изучать пещеры. Я хочу найти как можно больше вариантов выхода отсюда. Я знаю два коридора, ведущих наружу, там везде, конечно охрана. Нам нужна будет диверсия. – Магистр посмотрел на меня с недоумением. – Я думаю, мы можем провернуть это дело раньше, чем Хорн запланировал. Вы говорили с магами?

– Все кто пришел в сознание и физически здоров, готовы пожертвовать собой ради спасения Ливитии. Их семьи уничтожены, и они ничего не теряют. Это не мои слова или домыслы, маги готовы помочь нам. – Кронус безоговорочно доверял этим людям. Кто я такая, чтобы усомниться? – Хорн велел вернуть их здоровье, но не возвращать сознание. Это наш козырь. Правитель не должен знать, что маги способны колдовать самостоятельно. Мне нужны будут их знания и их силы для этого заклинания.

– Тогда, исцелив их всех, нужно будет хорошо изучить весь ритуал и чтобы каждый знал свою роль. Вы попросите у Хорна все необходимое и назначите день, но мы поступим иначе. Вы подготовите все вспомогательные средства и начнете ритуал на день раньше. Я проберусь в «могильник» и уничтожу охрану. На ночь их остается немного, но они не должны увидеть, как разрушится войско правителя, и сообщить об этом раньше времени. Вы проведете ритуал и пройдете по коридорам, до того места, которое я укажу на карте. Я заберу Лею, и мы встретимся там. Других вариантов я не вижу.

– В общем, план не плохой. Его нужно хорошо продумать, чтобы не упустить важных деталей и подготовиться основательно. Я приготовлю зелье для восстановления сил после такого мощного колдовства, чтобы маги могли передвигаться. А так же зелье, позволяющее нам с тобой говорить мыслями, это сложное заклинание и недолговечное, всего на пару часов, в лучшем случае на три, но оно здорово поможет нам. И учти, что Лея не стояла на ногах довольно продолжительное время и угнаться за тобой, вероятно, она не сможет. – Магистр прав, я даже не подумала об этом. И инструментов, чтобы снять оковы, у меня тоже не было. Люк! Вот кто может мне помочь. Я должна поговорить с мальчишкой, он достанет все что потребуется, если захочет.

– Итак, подытожим. У нас есть неделя, чтобы исцелить магов. Мне нужно найти инструменты, для оков Леи и договориться с Люком о помощи. И для того, чтобы мы могли уйти, нужна диверсия, отвлекающий маневр. Это тоже нужно продумать. – Теперь, когда у меня появилась цель, и было чем занять голову, я немного воспаряла духом.

– Нам нужно сообщить Аарону все, что мы задумали. Он хороший стратег, может помочь продумать план.

Я внутренне засияла, увидеть капитана, было моим главным желанием. Очень хотелось знать, как там дела при дворе, как Маркус, Клай и все остальные. Что нового происходит в Ессении. О том, что я хотела увидеть невероятно синие глаза, принадлежавшие Волку с севера, я старалась не думать. Прошлый наш разговор порадовал меня, знать, что капитан не презирает меня и не считает ничтожеством, было потрясающе.

– Давай, ложись и я дам тебе отвар, для быстрого сна, – сказал Кронус.

Я легла на пол, выпила раствор каких-то ароматных трав, закрыла глаза и позвала инструктора. Через мгновение я оказалась у пруда за территорией дворцовой воинской части. Сумерки сгустились над водой, но полная луна давала неплохое освещение. Я глубоко вдохнула запах близкого леса и на мгновение почувствовала себя как дома. Правда, я уже не знала, где он, мой дом.

– Здравствуй Эйвери, – сказал капитан. Он был в простой рубашке и брюках, с усталыми глазами и небритым лицом. Но таким он казался ближе и роднее.

– Здравствуйте Аарон. – Я наслаждалась тем, что хотя бы здесь могу назвать его по имени, и он не будет возражать. Он и не стал.

– Как ты? Как Кронус? Что у вас нового? – обеспокоенно спросил он.

– С нами все хорошо. Магистр устал очень и немного похудел, но в целом все хорошо.

– Я чувствую глубокую печаль и подавленность, исходящие от тебя, – подходя ближе, сказал Норд.

– Это место такое мрачное и страшное, оно будто высасывает силы и забирает все доброе и светлое во мне. Вы ведь видели Лею, видели? – осмелилась я, наконец, спросить его об этом. – Вы каким-то образом видите моими глазами. Магистр говорит, такое бывает, крайне редко, но бывает.

– Да, я видел. И Шона видел и Лею. Я ощутил весь ужас и страх, что были в тебе в тот момент. А потом глаза загорелись, и я увидел эту яму и цепи. Я понял, что ты осознала, что ждет тебя, если ты попадешь к Хорну. – Он остановился совсем близко, и я задержала дыхание. – Я знал, что не нужно было отпускать тебя. Это была плохая идея.

– Это была хорошая идея! – Возмутилась я, опять он не верит в то, что я справлюсь. Это задело меня. – Я беспрепятственно хожу по тоннелям и составляю карту. Я знаю уже почти все выходы из этой сложной сети пещер. Мы с Кронусом придумали план. Мы знаем, что делать!

Я вложила в эти слова всю свою уверенность. Я отчаянно хотела, чтобы этот сильный, честный, справедливый мужчина, наконец, поверил в меня. Мне были необходимо, как воздух или солнечный свет, его одобрение.

– Я не сомневаюсь в том, что ты справляешься со своими обязанностями. – Удивленно заключил он. – Если бы во мне была, хотя бы доля сомнений, я не отпустил бы тебя. Я знаю, что ты неординарно мыслишь и подходишь к проблемам с разных сторон, у тебя прекрасная фантазия, и ты умеешь импровизировать. Это прекрасные качества для разведчика. Я ценю твои умения, но говорю сейчас не о них.

– А о чем тогда? – все еще застыв от изумления, спросила я. Вот и долгожданная похвала. Он так высоко ценил мои навыки, но так умело это скрывал.

– Расскажи, что вы придумали, – оставив мой вопрос без ответа, велел инструктор, присаживаясь прямо на траву у берега. Я опустилась рядом.

Я рассказала наш предварительный план, и капитан надолго задумался. Я не стала прерывать этот процесс и просто наблюдала за ним. Он выглядел усталым и обеспокоенным, словно что-то неустанно тревожило его и никак не оставляло в покое. Он не был красавцем, в привычном понимании красоты, но узнав его лучше, я уже не представляла человека прекраснее. Сидя с ним рядом и наблюдая, как его сердце болит за Ливитию, за всех жителей огромных земель, хотелось коснуться его душевной силы и красоты, стать их частью. Я видела, как он перебирает варианты, но видит один итог, он старается найти выход, но не может. Он сразу просчитал то, что Кронус не заметил в нашем плане. Его лицо стало каменным.

– Это самоубийство, и ты знаешь об этом, – утвердительно заключил он.

– Знаю. – Скрывать от него что-либо было бессмысленно.

– Найди другой вариант.

– Вы знаете, что его нет. Я должна буду выпустить магов, они нужны Ливитии.

– Ты можешь уйти с ними, – очень тихо сказал он.

– Тогда у нас не будет шансов. Если я не задержу охрану, хотя бы ненадолго, они не смогут уйти. Когда-то Кронус говорил мне, что обладает знанием силы перемещения, для этого нужна луна и вся его сила. Он смог бы переместить небольшой отряд максимально далеко, а дальше вы могли бы их встретить. – Вдохновенно убеждала я Норда. – Я, конечно, не берусь утверждать, что выстою против стражей Хорна, но дать магам немного времени все же смогу. Времени, чтобы переместиться. Я расскажу магистру эту часть плана, лишь накануне, чтобы он не смог передумать. Аарон, другого пути нет.

– Но ты не сможешь выбраться. Я не могу взять войска и без причины отправить в Замкнутые горы. Правитель Истиан не позволит нарушить границы государства, не объявлявшего нам войну. У меня снова связаны руки. – В голосе капитана звучало отчаяние, или мне показалось?!

– Я знала, на что шла. Если у нас все получится, это будет счастьем для меня, знать, что я помогла уничтожить этих монстров, – пылко сказала я.

– Я не смогу себя простить, если ты не вернешься. – Капитан встал с земли и крепко сжал кулаки.

– Я солдат, и выбрала этот путь сама! Я всего лишь воин на службе Ливитии, ее процветания и благополучия. Осознавая серьезность ситуации, попытаться остановить это в самом начале, просто подарок судьбы! – вскочив вслед за ним, возмутилась я. Мы упрямо уставились друг на друга, но вдруг лицо капитана просветлело, похоже он что – то задумал.

– Хорошо, но ты предоставишь мне карту и полный план действий, я хочу лично проконтролировать этот план. – Ну, вот снова недоверие. Однако он согласился, это уже кое – что. – Сколько у нас времени, до предполагаемого побега?

– Что-то около трех недель. Когда мы прибыли Хорн дал нам месяц. Но через неделю он вернется, и мои передвижения станут менее свободными. Я не знаю, что еще можно сделать. Есть еще кое-что, что меня беспокоит. Здесь столько рабов, бесчеловечно оставить их. – Я действительно не знала, как с ними поступить, чувство вины, как всегда, когда я думала об этих несчастных, нахлынуло с новой силой. Капитан тут же это ощутил и сделал шаг ко мне.

– Я подумаю, что можно предпринять, но обещать ничего не могу. – Он взял меня за плечи. – Не кори себя, то, что ты делаешь для своей страны, это больше чем кто– либо когда-либо сделал.

– Ваш отец сделал! – Услышав мои слова, капитан удивился, но не отпустил меня.

– Ты знаешь? – Я кивнула, опуская голову. – У старика Кронуса длинный язык. Мой отец был сильным магом и отличным воином, у него была семья и дети. Он познал радость жизни, ты же не видела еще ничего.

– Что стоит моя жизнь, в сравнении с миром в Ливитии? Само собой если появится, хоть малейшая возможность выжить, я вгрызусь в нее зубами. Но если возможности не будет, я не пожалею. – Мой взгляд был тверд, и хотелось верить, что и воля тоже.

– Я знаю, и восхищаюсь твоей смелостью.

– Спасибо, капитан.

– Ты назвала меня капитаном! – Легкая улыбка тронула его глаза.

– А что не заслужила? – лукаво поинтересовалась я.

– Заслужила! Добро пожаловать в мою команду, Эйвери, – сказал Норд и вдруг притянул меня к себе.

Прижавшись лицом к его груди, я услышала, как бьется его сердце и поняла, что мое бьется в такт. Его чувства были полностью закрыты от меня. Он так же неожиданно отстранился и сказал:

– Завтра составим карту и пройдем по вероятным маршрутам, а теперь иди, отдыхай. До завтра, Эйвери.

– До завтра Аарон, – стараясь скрыть свое разочарование, пробормотала я, но он уже исчез.

Пробуждение было таким же болезненным и неотвратимым, но Кронус был рядом, и зелье полилось мне в рот. Почувствовав касание магии капитана, я тут же выстроила стену, это далось нелегко, учитывая боль в голове, но я знала, как важно перекрыть поток этой силы. Последнее, что я ощутила, было недоуменное сознание инструктора, которое наткнулось на препятствие. Я тяжело дышала и довольно долго приходила в себя, но завтра придется это повторить.

Двадцатая глава

Окончательно я пришла в себя только к ужину. Без силы капитана, это довольно длительный процесс и чертовски болезненный. Люк сидел возле меня и уплетал свою порцию похлебки:

– Если ты не будешь, может я съем и твою? – продолжая жевать, проговорил он.

– Валяй, – с трудом поднимаясь, ответила я. Аппетита не было совсем. В голове еще стоял легкий гул. – Мне будет нужна твоя помощь.

Мальчик тут же поставил тарелку и весь обратился в слух. Я уже не в первый раз замечала, как ловко его лицо меняет выражение. От беспечного мальчишеского – до крайне сосредоточенного, почти взрослого.

– Ты сможешь достать кое – какие инструменты для меня?

– Что именно тебе нужно? – с готовностью спросил он.

Я замялась, это не просто, вот так взять и раскрыть все карты, довериться кому – то еще, кроме проверенных людей, но я чувствовала, что ему можно верить.

– Мне нужно что – то, что позволило бы снять кандалы, – с замиранием сердца проговорила я.

Люк застыл, а потом стал и начал ходить по комнате взад и вперед. Он бормотал что-то невнятное, а затем спросил:

– Ты хочешь освободить рабов? За этим вы здесь?

В его глазах было столько надежды, что мое сердце мгновенно сжалось. Как сказать этому ребенку, что я отчаянно этого хочу, но понятия не имею, удастся ли. В этом возрасте дети достаточно категоричны и не признают полутонов.

– Не совсем, – медленно заговорила я, тщательно присматриваясь к его реакции. – Я хочу освободить девушку, что прикована к стене в яме.

– Ты про Лею? – Радостный огонек все же коснулся его глаз, и я немного расслабилась. – Ты, правда, освободишь ее?

– А ты знаешь эту девушку? – удивилась я.

– Я видел, как ее привезли сюда и часто слышал ее крики. – И вновь лицо его переменилось, глаза застыли, он погрузился в воспоминания. – Она кричала так громко, что кровь застывала в жилах. Все в этой комнате затихали и боялись даже дышать. Я невольно, вспоминал, как кричали мои сестры. Это было невыносимо, я закрывал уши и залезал на колени к Балти. Однажды, я подкрался к той пыточной и почувствовал запах горящей плоти, меня потом долго тошнило. Через какое – то время, правитель забросил ее и я носил ей воду и еду, но она часто отказывалась, не желая забирать мою долю. Я, правда, старался ей помочь, Эйви.

В его глазах сверкнули слезы, и он отвернулся, словно стыдился их. Меня захватила злость, такая сильная, что захотелось немедленно что-то разбить или закричать во все горло. Ну почему этот ребенок оказался здесь? Почему видел все эти ужасы? Я шагнула к нему и подумала обнять за плечи, но передумала. Такое проявление чувств, скорее всего только оттолкнуло бы его. Ведь он хочет казаться храбрым и быть полезным.

– Люк, послушай меня, пожалуйста. – Все, что я себе позволила – это положить руку ему на плечо. Он сразу повернулся. – Поверь, ты сделал очень много и скорее всего, она еще жива, лишь благодаря тебе. Ты храбрый мальчик, поэтому я очень надеюсь на тебя.

Если я достаточно хорошо разбираюсь в людях, то ответственное задание, которое может выполнить только он, должно подбодрить и воодушевить Люка. В других утешениях я не сильна.

– Эйви, расскажи мне все. Я же вижу, что вы с магистром что – то придумали. Я хочу участвовать, я могу быть полезен. – Мой план сработал и в душе я улыбнулась.

– Пока ничего рассказать не могу, – увидев, что Люк хочет возмутиться, я прервала его. – Дело в том, что пока окончательного плана нет, и не беспокойся, для тебя я подготовила свою немаловажную роль. Без твоих знаний нам просто не обойтись.

Люк немного успокоился, но хмурые брови сразу не расправились. Я едва-едва сдержала улыбку. Этот мальчик был мне по душе.

– А ты уверена, что мы не сможем помочь всем этим рабам? Может, можно что – то придумать и вызволить их отсюда? – полными надежды глазами он смотрел на меня, и я почувствовала себя гадко.

– Люк, я думаю об этом день и ночь, но пока не нашла решения. Моя задача – уничтожить этих монстров и не допустить войны в Ливитии. Как освободить этих людей я даже не представляю. – Я опустилась на стул и обхватила голову руками, поставив локти на колени. Огромная ответственность легла на мои плечи, и осознавать это было страшно. Люк опустился рядом на корточки и взял меня за руки, отводя их от моего лица. Я подняла глаза и встретилась с ясным взглядом серых глаз.

– Не отчаивайся, Эйви. Я уверен, мы что– нибудь придумаем. Не зря же небеса послали тебя сюда, в это проклятое место. – Мальчик так искренне верил в меня, что комок образовался в горле.

– Ага, как же, небеса меня послали. Сама я сюда послалась или может Волк с севера, но никак не высшие силы, – пробурчала я.

– Волк? – вскрикнул Люк, и тут же зажал рот ладонью. Его глаза сейчас способны были осветить все пещеры в округе. – Тот самый? Волк с севера? Самый отважный воин, каждый мальчишка знает истории о нем. Какой он? Ты же видела его?

Вот это напор, поразилась я. Надо будет рассказать капитану, что у него есть поклонник.

– Он мой капитан. И если все получится, ты сам его увидишь, когда покинешь это гиблое место, – усмехнулась я, понимая, что кумир у Люка явно сменился.

– Твой капитан? – с недоверием посмотрел он на меня. – Волк взял к себе девчонку? Это как – то неправдоподобно.

– Я сама иногда в это не верю, но так оно и есть. Он что – то разглядел во мне, и я до сих пор не понимаю, что именно. – Задумчиво ответила я, скорее себе самой, чем мальчику.

– Ему виднее, – совершенно уверенно заключил Люк. – Старший инструктор никогда не ошибается, он очень умный. Значит в тебе и правда что – то есть.

– Мне бы твою уверенность, – улыбнулась я. – Когда выйдем отсюда, спросишь его сам.

– А ты возьмешь меня с собой? – округлив до предела свои итак огромные глаза, спросил мальчишка.

– А ты что думал, я оставлю тебя здесь? – Мне даже верить не хотелось, что он мог всерьез подумать о таком.

– Я привык, что до меня никому нет дела, – опустив голову, сказал Люк.

– Я не все и мне есть до тебя дело. И конечно, я заберу тебя с собой. – « А точнее, маги возьмут тебя, когда ты будешь вести их к выходу », – подумала я, но озвучивать не стала.

– Я достану все что нужно. – Как же приятно было видеть, как воодушевилась его миленькая мордашка. – Только не сразу, буду приносить по частям, чтобы было не так заметно.

– Договорились. А сейчас нужно ложиться, у меня есть важный разговор к магистру, устройся поближе к двери и понаблюдай за охраной. – Я указала на вход и заговорщицки подмигнула своему юному сообщнику. – Я скажу, когда закончу. Будь осторожен и внимателен, Шон не должен подслушать нашу беседу и увидеть то, что будет происходить после. Это очень важно, Люк.

Мальчишка вытянулся в струнку и кивнул, а потом пробрался к двери и лег прямо на пол, приложившись ухом к щели под ней. Я подошла к Кронусу. Он уже приготовил лечебное зелье, которое мне понадобится после разговора с капитаном. Но у меня был важный вопрос:

– Магистр, а как я смогу взять чертежи с собой? Я должна показать их капитану.

– Маг, которого я исцелил два дня назад, обладает магией слияния, позволяющей переместить с тобой твой рисунок. Чертеж словно сольется и преобразуясь станет частью тебя. Как-то так. Я буду погружать тебя в сон, ты возьмешь чертеж в руку, а Луциан произнесет свое заклинание.

– Ему можно верить? – спросила я, глядя на старика, очень медленно подходившего к нам.

– Я думаю, можно, – проследив за моим взглядом, скривился магистр. – Но у нас все равно нет выхода. Я попробую зачаровать его после этого, чтобы он какое-то время не вспомнил сегодняшнюю ночь, для страховки.

– О, небеса. Он так стар, что может нечаянно забыть свое имя. Он еле – еле переставляет свои тощие ножки и зрение, явно подводит его. Он не превратит меня в червя? Или что – то в этом роде? А зачаровав его, вы не лишите его возможности расколдовать меня? – в ужасе лепетала я, все еще с сомнением глядя на старика.

– Не будь такой мелочной, – усмехнулся Кронус. – Ну, поползаешь денек другой, с тебя не убудет, а старику приятно сделаешь. Убедится, что еще, на что – то годен.

– Нет, ползать под вашими ногами, и лопать землю, я не согласна. Тем более ради вашего удовольствия, – насупилась я. – А в бабочку, если что нельзя?

– Что ты, милая. Ты же знаешь, что все бабочки, сначала были гусеницами? – совершенно серьезно, заявил маг, и мне захотелось ущипнуть его.

– Ну да, во что – то гнусное и скользкое – это, пожалуйста, а как попросишь о чем – то действительно красивом, так не заслужила, – бормотала я, шаря рукой за шкафом и доставая листы с планом. – Постарайтесь хотя бы не раздавить мое молодое, еще совсем не пожившее тело.

– Не переживай, дитя. Я еще в своем уме и прекрасно помню заклинание, которое должен использовать, – тихо проговорил Луциан, присаживаясь рядом со мной и улыбаясь. – Я не использовал его каких – то лет сто пятьдесят.

Я подскочила на месте и ударилась головой о шкаф. Каких-то лет сто пятьдесят? Он что серьезно? Я не прожила и двадцати, но и они показались мне долгими. Маги переглянулись и приглушенно засмеялись, от души и как – то по-доброму. Я расслабилась и легла на пол, зажав в руке бумагу. Эти два вредных старика неисправимые чудаки, все маги, наверное, такие. Я закрыла глаза и позвала капитана. Руку обожгло огнем, сквозь смеженные веки я увидела вспышку и погрузилась в сон.

На этот раз, я оказалась в роще перед домом капитана. Солнышко проглядывало сквозь деревья, и я подставила лицо его лучам. Я даже не задумывалась, как давно не видела солнца и не осознавала, как мне не хватает его тепла. Я стояла и грелась, на некоторое время, отключившись от мрака и темноты пещер, в которых находилось мое тело. Забыла о предстоящем сложном задании, об ответственности, что легла на мои плечи тяжким грузом, о рабах и войне, что грозила моему дому. Я думала лишь о том, что эти лучи могут стать последними в моей жизни. Прикосновение мокрого носа к моей ладони заставило меня очнуться и радостно взвизгнуть.

– Кай! – Я присела рядом с волком и погрузилась лицом в его мягкую шерсть. От счастья мне хотелось плакать. Мне казалось, что уже ничто не сможет меня удивить, рада, что ошиблась. Я почувствовала себя маленькой девочкой, вернувшейся домой. Волк, играя и радуясь встрече, повалил меня на траву и стал лизать мое лицо, а я хохотала и просила его перестать. Сумев сесть, я погладила Кая по спине:

– Как ты, друг мой? Как твои дела? Я так скучала. А ты, старый разбойник, скучал без меня?

Я услышала тихий смех и обернулась. Капитан Норд, стоял, облокотившись о дерево и скрестив руки на груди. Он выглядел все таким же усталым, но улыбка, преобразившая его лицо и этот смех, отогрели мое сердце окончательно.

– Он тоже скучал, и если бы я не взял его с собой, он перегрыз бы мне горло во сне, – все еще смеясь, сказал Аарон. Он оторвался от дерева и подошел к нам. – Я подумал, что это будет полезно вам обоим, да и мне если честно. Он перестанет, наконец, ворчать и недовольно скрипеть старыми костями.

– Как вы это сделали? Как взяли его с собой? – продолжая прижиматься к волку, спросила я.

– Если честно, сам не знаю. Просто взял его за лапу и проделал те же манипуляции что и всегда, но при этом, подумав, что хочу взять его с собой. – Растерянно сказал капитан, – глядя на вас двоих, я рад, что у меня получилось.

– Спасибо вам, Аарон, – искренне сказала я.

Кай лег в ногах и растянулся на солнышке, а капитан опустился на траву рядом со мной и уже серьезно сказал.

– Ты принесла план пещер?

– Конечно. – Я подобрала, упавшие во время игр с волком, листочки и протянула их капитану. Мы склонились над планом, и я поочередно показывала помещения и называла их. Капитан очень внимательно изучал коридоры и выходы, задавая вопросы и уточняя подробности.

– Итак, давай посмотрим, что мы имеем. Хорн, определит день ритуала, но вы с Кронусом хотите начать в ночь перед этим. Кронус может провести ритуал прямо из комнаты, где вас держат, правильно?

– Да, это позволит всем магам участвовать. Они исцеляются и помогают Кронусу исцелять других, обсуждают план, но дело в том, что магии у них совсем немного. Поэтому колдуны так измотаны и измождены, многие потеряли разум, – не без сожаления уточнила я. – Их сила в единстве, только вместе они могут помочь магистру, ведь для заклинания нужна чудовищной силы энергия. Один из магов участвовать не будет, чтобы потом дать исцеляющее зелье каждому из них. Они должны, завершив ритуал, пройти по коридорам к этому выходу. – Я указала на карте место, о котором говорила. – Люк проведет их, чтобы они не заблудились.

– Люк? Кто это? – спросил капитан, поворачиваясь ко мне.

– О, это отдельная история. Это мой самый главный помощник, я не представляю, что делала бы без него. К тому же, он очаровательный малый и очень смышленый. – Капитан изменился в лице, его тело слегка напряглось, но это не ускользнуло от моего внимания. Я улыбнулась и добавила. – Ему лет десять, может двенадцать, но он знает пещеры как свои пять пальцев.

Аарон заметно расслабился и отвернулся. Это позабавило меня, но пытать его я не стала. Я рассказала капитану о проделках Люка и его фокусах с охраной.

– Хорошо, дальше. Во время ритуала, ты будешь готовить отвлекающий маневр. Но как ты покинешь комнату ночью? Ведь на страже будут не ваши приятели, – справедливо заметил он.

– Это стоит обдумать. С Шоном играть опасно, нужно придумать что-то стоящее, иначе все закончится крахом, – задумчиво сказала я. – Этот вопрос мы еще не продумали, да и сам отвлекающий маневр, тоже пока не готов. Я думала, может устроить взрыв, в противоположной стороне, чтобы отвлечь как можно больше охраны.

– Я тоже думал над этим. Что если ты сможешь использовать рабов? – Последняя фраза неприятно кольнула сердце.

– То есть, как использовать?

– Что если освободить их? Они неизбежно поднимут переполох, а это, в свою очередь, отвлечет охрану, – очень осторожно подбирая слова, сказал капитан.

– Но сколько из них пострадают? – ужаснулась я.

– Они страдают каждый день, и умирают там как псы, брошенные в общую кучу, – неожиданно горячо заговорил Аарон. – А ты спроси у них, что они предпочтут, умереть в попытке освободиться или же гнить там до конца дней? Может, звучит жестоко, но это единственный шанс вывести их. – Глаза капитана сурово блестели, а руки сами собой сжались в кулаки.

Я задумалась над словами старшего инструктора. Чувство, что мы их попросту используем никуда не ушло, но и сомнений в искренности капитана у меня не возникало. Он придумал хороший отвлекающий маневр и при этом способ освободить людей.

– Нужно поговорить с ними. Как только появится возможность, я доберусь до пещер, где они добывают минералы и куют оружие, возможно, мне удастся переговорить с кем – то из них. Это будет не просто, но я придумаю что– нибудь. – Я уже начала искать повод проникнуть в это место и обманув охрану, передать информацию для рабов.

– Только не рискуй напрасно. Будь осмотрительна, – предостерег капитан.

– Хорошо, представим, что мы договорились с рабами. Значит, пока маги будут колдовать, я проберусь в «могильник» и обезврежу охрану. Нам нужно, чтобы правитель Хорн как можно позже узнал, что его монстры уничтожены. Пусть это выглядит, сначала, как простой побег. Затем, я дам команду рабам, и они поднимут бунт, на шум слетится охрана. Кронус с магами тем временем должны покинуть комнату без препятствий. – Я перевела дыхание и продолжила. – Магистр сказал, что это заклинание дает такой мощный выброс энергии, что находящихся рядом смертных просто вырубит волной, похожей на взрывную. Мы встретимся у выхода, и я буду прикрывать магов сколько смогу. Моих сил должно хватить хотя бы до их переброски в Турию. Кронус может забросить их только туда, дальше это просто невозможно, после такого сильного заклинания Распада. Один из магов уверяет, что в этом городке он сможет найти убежище и придумать способ добраться до Картики, а там и до границы. На границе вы можете их встретить. – Заключила я, заламывая руки. Я понимала, что весь этот план был настолько призрачным и сырым, что над ним еще нужно работать.

– В общем, понятно, я думаю, что могу отправить небольшой замаскированный отряд с обозами, и они встретят магов в Картике и проконтролируют их передвижение к границе. Этот вопрос мы обговорим с командой и Амалия сможет подсказать, каким образом переправить отряд через границу, не вызывая подозрений.

Еще немного покорпев над картой и определяя места возможных выходов для рабов, мы договорились встретиться через неделю и обменяться новостями и подробностями продуманного плана.

Мы оба замолчали, погружаясь в собственные мысли. Сегодня капитан не возражал, простив моего самопожертвования, это и радовало и удручало одновременно. Мы оба не касались этой темы. Я легла на землю и вытянула ноги, хотелось просто насладиться солнцем и запахом леса. Капитан лег рядом и закрыл глаза. Я слушала пение птиц и стрекотание насекомых, шелест листвы и сопение дремлющего Кая, и поняла, что я дома. Это осознание поразило меня, возможно, не только эти звуки и запахи привели меня к этой мысли, но и то, что капитан лежал рядом со мной. Его присутствие успокаивало и умиротворяло, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности, совсем как в Орсии. Капитан не торопил меня, и казалось, тоже наслаждался тишиной и покоем. Я знала, что это не может длиться вечно и вскоре с сожалением села.

– Мне пора возвращаться, Аарон. – Я захотела еще раз назвать его по имени, и не удержалась.

– Я знаю, но не хотел торопить тебя, – вставая с земли, сказал капитан.

– Мне понадобиться время, чтобы восстановиться…

– Кстати, об этом. – Лицо капитана стало недовольным, и я догадалась, о чем пойдет речь. – Что это, черт возьми, было? Вчера я наткнулся на стену и не смог проникнуть в твое тело.

Эта фраза прозвучала настолько двусмысленно, что я вспыхнула. Капитан тоже смутился, но тон его не изменился.

– Почему ты закрылась от меня? Глухая стена не дала мне возможности помочь тебе восстановиться.

– Этого не требуется, я могу восстановиться сама. Кронус дал мне зелье, и через некоторое время я пришла в себя…

– Через некоторое время? И сколько же времени прошло? – полным сарказма голосом спросил он. И чего он так всполошился?

– Ну, может это и заняло несколько часов, но я же справилась, – мямлила я.

– Несколько часов? Справилась? – взорвался Аарон. – Я помню твое первое пробуждение и ту адскую боль, что ты испытывала. Я ее тоже испытал, если ты забыла. В чем проблема принять мою помощь и восстановиться значительно быстрее?

– Кронус сказал, что вам не следует отдавать мне так много силы, это ослабляет вас и делает вашу магию уязвимой. – Я напоминала себе нашкодившего ребенка, который оправдывается перед родителями.

– Но я здесь, среди друзей, на своей земле. Никто не воспользуется моей слабостью и не навредит мне, – продолжал злиться он.

– Я не буду больше использовать ваши силы. И это не обсуждается. – Я скрестила руки на груди и вложила в это движение всю свою уверенность.

– Будешь. – Это короткое слово вызвало поток мурашек, разбегающихся в панике. Как ему это удается? Я стою и пыжусь, а он, сказав лишь слово, разрушил мою оборону, но я не собиралась сдаваться.

– Вы не заставите меня, – уперлась я.

– Твое упрямство граничит с идиотизмом. – Его лицо пылало гневом. Мне стало страшно, но и уступить было поздно.

– Я вернусь глубокой ночью и к утру силы вернуться ко мне. Сейчас нет необходимости использовать вашу энергию, она может вам пригодиться…

– Я сам буду решать, когда и сколько энергии отдавать тебе. Я твой капитан и это приказ. – Это стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения.

– Это не честно, в конце концов. Вы полностью закрыты от меня, а сами, в свою очередь, вторгаетесь в мои чувства и эмоции, вы приходите в мои сны, совершая насилие над моим сознанием, а теперь заставляете меня впускать вашу магию еще и после снов. – Я поняла, насколько жестоко прозвучали мои слова, когда лицо капитана исказила гримаса ужаса и боли. Я ощутила его страдания внутри себя, они были настолько сильны, что он не смог сдержать их. Это самое страшное для него, то чего он избегал, отказавшись от магии. Я мгновенно пожалела о том, что сказала. Но назад пути не было, это была вынужденная мера.

– Возвращайся назад и прими небольшую часть моей силы, это не для тебя, а для тех, кто тебя окружает. Ты должна быть в форме, чтобы в любую минуту защитить магов. Я не буду отдавать много и мы оба быстро восстановимся. Увидимся через неделю. – Он резко отвернулся и зашагал прочь.

Я подняла руку, желая удержать его, но капитан уже исчез. Очнувшись, я ощутила бережное касание его магии и впустила ее. Капитан не обманул и передал мне лишь часть своей энергии, но и ее было достаточно, чтобы излечиться. Хотя мне было все равно, лучше бы я испытала всю эту физическую боль целиком, чем сожаление о сказанных словах. Я свернулась калачиком и заплакала. Кронус сидел рядом и просто держал свою руку на моем плече, он не задавал вопросов и сам дал знать Люку, что мы закончили.

Пробуждение пришло вместе с головной болью, но не от магии, а от слез. Я никогда прежде не причиняла людям боль, намеренно, лишь защищаясь. Я знала, что мои слова привели к нужному результату, и позволят капитану сохранить свои силы и не исчерпать их окончательно, но способ, которым я этого добилась, был мне противен. Весь день мне было неспокойно, стыд и горечь убивали меня, и я рассказала магистру о том, что произошло.

– Не печалься, девочка. Ты поступила правильно. Переубедить капитана практически невозможно, он не видит границ и теряет инстинкт самосохранения, когда дело касается дорогих ему людей. – Кронус полностью поддержал меня, но легче почему-то не стало. – Он готов отдавать тебе всю свою силу, лишь бы избавить от боли и страданий. Рано или поздно такие жертвы уничтожили бы его.

– Это было так жестоко, но я правда не нашла другого способа. – Я умоляюще посмотрела на магистра, ожидая понимания. – Я сделала это ради него.

– Не переживай, Эйви. Мой мальчик, не злопамятен и не жесток, он поймет, возможно, не сразу, но обязательно поймет, – утешал меня магистр.

Следующая неделя прошла в трудах и заботах. Все было по-прежнему, только тоска и горечь не оставляли меня и я все чаще вспоминала, как мы с Аароном лежали на траве и молчали. Он не простит меня, никогда не простит.

В один из дней, мы с Кронусом придумали повод попасть в кузницы. Я попросила Прита отвести меня к рабам, чтобы они выковали сосуд для ритуала, мы с магистром нарисовали замысловатый кувшин с тончайшим горлышком. Прит почесал затылок, разглядывая эскиз, но возражать не стал и проводил меня к страже возле каменоломен и кузниц.

– Вы здесь главный? – спросила я, подходя к одному из гвардийцев.

– Чего тебе? – нахмурился человек среднего роста , с самым строгим лицом из всех, что были поблизости.

– Магистр Кронус прислал меня к твоим кузнецам. Вот это нужно изготовить за неделю. – Я развернула рисунок и протянула стражнику.– Только там есть некоторые тонкости, мне нужно чтобы….

Он посмотрел на кувшин и насупился. Как и Прит, он немного удивился, но перечить не стал. Хорн ясно дал понять всем, что желания магистра должны исполняться, в пределах разумного, конечно. Страж, вероятно, решил, что в изготовке кувшина, хоть и странного, нет ничего запретного.

– Крист! – окликнул он кого – то.

Через мгновение к нам подошел человек, крепкого телосложения с крупными жилистыми руками и в кожаном фартуке. Он был очень привлекательным, несмотря на грязное лицо и изможденный вид, и довольно молодым. Он остановился чуть в стороне и посмотрел на меня. Если он и удивился, то не подал и вида. Стражник протянул ему листок.

– Это нужно сделать за неделю. Девчонка объяснит все сама. – С этими словами он развернулся и отошел к другим стражам, не нагружая себя подробностями. Прит остался с ними.

Парень взял лист бумаги и поморщился.

– Это что за несуразная штука? – с видом знатока спросил он.

– Это просто рисунок, Крист. Тебя ведь так зовут? – спросила я и он кивнул, подозрительно прищурившись. – На самом деле я пришла не за этим.

Я оглянулась на стражу и взглядом дала понять, что мне не хотелось бы быть услышанной. Крист понял меня и отвел к своему столу, где мы склонились над рисунком, делая вид, что я даю особые разъяснения. Стражи проследили за нами взглядами, а потом потеряли всякий интерес. Прит, похоже, рассказывал какую – то забавную историю.

– Меня зовут Эйвери. Я пришла сюда с магистром Кронусом.

– Я слышал о тебе. Здесь все слышали. Чего ты хочешь Эйвери? – недоверчиво спросил он. Я присмотрелась к нему повнимательнее, и поняла, что передо мной человек дела. С ним нужно быть максимально прямой.

– Ты хочешь выбраться отсюда? – От этих слов он вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

– А ты можешь что – то предложить?

Юлить не было смысла, и я поведала ему план. Я страшно рисковала, но Люк заверил меня, что я должна обратиться именно к нему. Мальчик сказал, что Крист был опорой рабов и человеком, умевшим принимать решения. Сердце замерло, и я практически не дышала, ожидая реакции кузнеца.

– Я не могу принять это решение один. Это право выбора каждого человека, заточенного здесь, они не мулы, я не стану принуждать их. – Он уже всерьез обдумывал мои слова.

– Я не жду ответа сейчас. Сделай этот кувшин и посовещайся с людьми, а потом принеси его нам и дашь свой ответ, – немного расслабившись, сказала я.

– Меня не пустят к вам, я смогу передать его через стражу или пришли Люка. Я с ним передам ответ. Мальчик часто приходит сюда и наблюдает за моей работой. – Я кивнула и собралась уходить, но он окликнул меня. – Ты ведь понимаешь, какой это риск? Я сам не против поучаствовать, но тащить насильно никого не стану.

– Я это понимаю, но я не уверена, что у вас будет другой шанс. – Теперь он кивнул, и я отправилась в обратную дорогу с тяжелым сердцем.

Через два дня, Люк принес кувшин и ответ Криста. Его люди поднимут бунт по первому моему зову.

Двадцать первая глава

В день приезда правителя Хорна, я шла по тоннелю с ведрами воды и наткнулась на Шона. Я поняла, что спрятаться мне негде, а бежать глупо. Он, увидев меня, широко улыбнулся и подошел вплотную:

– Привет, мелкая. Чего это ты тут шатаешься без дела? – сказал он и провел пальцем по моей щеке. Я отпрянула и не смогла скрыть отвращения. – Не нравится? Потерпи немного и правитель займется тобой. Ты же понимаешь, что он никогда не выпустит тебя отсюда? Ты представляешь, что тебя ждёт? Боюсь, что нет.

И он рассмеялся, громко. А потом резко лицо его стало серьезным, он схватил меня за горло и прижал к стене. Я уронила ведра и не успела даже пискнуть. Шон навалился на меня всем телом и вжал спиной в камень, боль пронзила лопатки. Мне так надоело, что меня все время хватают за горло и швыряют куда попало. В груди разгорался гнев, глаза обожгло огнем, и вдруг этот гнев стал настолько сильным, что я схватила Шона за плечи и отшвырнула к противоположной стене. Он сильно ударился о камни и осел на пол. Удивление в его глазах было отражением моего собственного. Что это, черт возьми, было сейчас? Мы с Шоном уставились друг на друга, тяжело дыша. Страж медленно поднялся и, пылая яростью, сказал:

– А ты не так проста, соплячка. – Он смотрел на меня так, словно впервые видел. Я крепко пожалела, что привлекла внимание Шона, но и остановить свой гнев была не в силах. Его природа была мне не понятна. Слишком быстро он возник и слишком сильным был. Возможно, он был не моим?! – Я буду присматривать за тобой.

С этими словами он ушел, оставив меня в полном одиночестве. Я вернулась в комнату, погруженная в свои мысли. Магистр спросил, что произошло и я попыталась рассказать, но сбивалась и не находила нужных слов. Кронус выслушав меня, надолго задумался.

– У меня есть некоторые соображения, но делать выводы рано. Мне нужно кое – что проверить. – Он забормотал что – то непонятное себе под нос и отправился к столу, заваленному книгами и древними писаниями, которые захватил из замка правителя Истиана.

Вечером, пред ужином я сидела и собиралась с мыслями. Наш план был почти готов, все маги окрепли, и теперь им предстояло самое сложное, делать вид, что они все еще не в себе. Хорн не должен видеть их в здравом уме, это погубит наш замысел. Люк приносил инструменты, позаимствованные у Криста, мальчик объяснил ему, что именно нам нужно и кузнец подготовил все необходимое. За эти дни, Люк стал связным между рабами и мной. Крист тайно изготовил несколько самодельных ключей, для того чтобы снять оковы. Для выполнения задуманного, рабы должны быть без кандалов. В ночь, когда мы будем осуществлять план, он передаст ключи, и люди освободятся по очереди, а после моего сигнала восстанут против стражей. Поскольку рабы трудятся и живут в одном месте, инструмент нападения будет при них, кирка и лопата могут стать смертельным оружием в умелых руках. Они осознавали, какая опасность им грозит, но пошли на это обдуманно, приняв решение единогласно. Люди, доведенные до отчаяния, способны на многое.

Сегодня должна была состояться встреча с капитаном и сердце мое не находило покоя. Я жаждала встречи и боялась ее. Как мне смотреть в эти прекрасные синие глаза, как говорить с ним? Я нанесла ему удар в самое сердце. Этот смелый, честный и порядочный человек, не заслужил таких слов, но я не могла допустить, чтобы из – за моей слабости, магия уничтожила его. Он не должен отдавать мне ее всю без остатка, оставаясь уязвимым. Я не стоила таких жертв. Мысль о том, что с капитаном может что– то случиться, тем более по моей вине, доводила меня до исступления. Я не могла не замечать, что Аарон поселился в моем сердце и покидать его не собирался, это страшило меня и заставляло трепетать.

Внезапно, меня пронзила боль в плече, такая сильная и неожиданная, что я упала. Глаза мои полыхнули жаром, и я увидела лес и стремительно проносящиеся деревья. Я бежала сквозь заросли, было уже темно, но страха я не испытывала, лишь цель и стремление ее достигнуть. Этот лес мне не знаком, я не узнавала ничего вокруг. Справа услышала треск сломанной ветки, повернувшись, увидела Маркуса, а за ним Эша и Трента. Они тоже бежали, лица их были сосредоточены.

– Они, кажется, отстали. – Послышался голос Нокса где – то позади. Пробежав еще несколько десятков метров, мы все остановились.

– Вы ранены Кэп, – сказал Маркус, доставая из сумки лоскуты для перевязки.

Я вновь ощутила ноющую боль в плече и почувствовала как теплая кровь стекает с пальцев, а потом услышала голос Аарона:

– Слегка зацепило, но это царапина. – Я увидела, как рука поднялась и взяла у Маркуса перевязочные ленты. Это была словно моя рука, но принадлежала она капитану. Поразительно, словно я находилась в его теле и видела его глазами. И тут до меня дошло, эта связь двусторонняя, вот как он видел ту стычку с Шоном и Лею в пещере. Сейчас он не подумал закрыться от меня или не успел, опасность и погоня вызвали эмоции, которые впустили меня в его сознание. Уму непостижимо.

Я вынырнула из его мыслей, как только он обнаружил мое вторжение, это было как пробуждение. Я запомнила, что капитан, заметив меня в своей голове, ужаснулся и словно вытолкнул меня из своего сознания, а потом выставил мощный щит. Я сидела на полу, окруженная магами и ничего не могла сказать.

– Теперь и ты ощутила зрительное единение, – прервал молчание Кронус.– Этого следовало ожидать.

– Это поразительно, магистр! – сказал Луциан очень тихо. – Это меняет все. Дух пробудился, нет сомнений…

– Рано делать выводы, – необычно резко прервал Магистр. Он словно был напуган, и это удивило меня.

– О чем вы говорите? – спросила я поднимаясь.

– Ни о чем существенном. Мы не можем строить предположения, это несерьезно. Нам нужно больше информации и больше доказательств пробуждения Духа, Луциан. Это может быть просто магия леса сопряженная с заклинанием, которое я на них наложил. Магия не всегда однозначна и покончим с этим разговором на сегодня. Думаю, нам нужно позаботиться о вашем поведении, когда прибудет правитель Хорн.

Кронус собрал магов и увел в сторону, оставив меня с собой наедине. У меня было столько вопросов. Где этот лес и от кого убегали мои друзья? Почему среди них был Эш? Я не успела понять, насколько сильно ранен капитан, адреналин от погони заглушил ощущения боли, а саму ее силу я, видимо, почувствовала в момент ранения. Я никак не могла прийти в себя от увиденного. Но поразмышлять над этим мне не удалось. К нам пожаловал Хорн. Он вошел в сопровождении стражей, и в комнате сразу стало тесно и душно.

– Как успехи, маг? – осмотревшись, спросил он.

– Я закончил исцеление магов, – ответил магистр. – Нужно немного времени на то, чтобы они окрепли окончательно, но пока я буду изучать книги и готовиться к ритуалу, они успеют.

Хорн внимательно посмотрел на людей в комнате. Маги сидели или лежали на полу, уставившись в пространство, и не подавали признаков мышления.

– Они выглядят значительно лучше, а как дела с их разумом?

Этого вопроса боялись все, я затаила дыхание и посмотрела на магистра, он оставался невозмутимым.

– На это, к сожалению, у меня не хватило времени, вы дали всего две недели….

– Это и не важно, – прервал его Хорн. – Мне не нужно их сознание, лишь магическая энергия, способная помочь вам.

Я облегченно выдохнула, но вдруг заметила злобный взгляд, наблюдавший за мной. Шон, не отрываясь, следил за моей реакцией, а потом словно уловив что – то, направился прямо к магам и стал пристально их рассматривать. Я сжалась и не дышала, пока Шон подходил к каждому по очереди. Надо отдать должное этим мужчинам, они старательно изображали из себя умалишенных, заторможенных и безвольных. Однако самый молодой из них, кажется, его зовут Брюст, юноша лет двадцати, чаще задышал, и пот выступил на его лице, глаза забегали, а руки мелко задрожали. Это совсем никуда не годится. Я в ужасе наблюдала за тем, как Шон приближается к парню и ничего не могла сделать. Мое сердце помчалось вскачь, и я поняла, что эмоции мои уплывают к капитану, пришлось выставить щит. Не хватало еще заставить его тревожиться. Напряжение росло. Я едва дышала, незаметно заламывая пальцы. Но сегодня небеса были на нашей стороне.

– Шон, ты чего застрял? – гаркнул Хорн, когда громила был в двух шагах от нервного юноши, я застыла. Правитель стоял у выхода и смотрел на стража. – Нам некогда.

Шон нехотя выпрямился и направился к двери, глядя прямо на меня. Правитель обернулся к нам:

– Я даю тебе десять дней, по истечении этого срока ты вдохнешь жизнь в мою армию. Советую хорошенько подготовиться. – Он уже вышел, но вернулся и посмотрел на меня. – И не забирай слишком много энергии у этой девчонки, у меня на нее другие планы.

Я вросла в землю, и мороз пробежал по позвоночнику. Не думай об этом, не думай об этом. Все расслабились и разбрелись по комнате. Я сидела, переводя дыхание, что сказать, вечер был напряженным.

– У нас всего десять дней и мне нужно приниматься за книги, – присев рядом, сказал магистр. – Тебе стоит посоветоваться с капитаном и продумать детали, тянуть, смысла нет. Все должно быть готово через неделю, продумав все окончательно, мы попробуем сымитировать ритуал и всем раздать роли.

– Не волнуйтесь, магистр. Все будет как надо. Мы справимся.

– Я знаю, Эйвери. Тебе пора на встречу с Аароном, ты уже не можешь избежать ее, – положив руку мне на плечо, сочувственно сказал маг.

Я вздохнула и легла на пол, Кронус погрузил меня в сон. Я оказалась в кабинете старшего инструктора, в его доме. Он сидел за столом, спиной ко мне и задумчиво смотрел в окно. Я не знала, заметил ли он меня, похоже, что нет. Я просто стояла и смотрела на него. Волна неудержимой печали накрыла меня с головой и, почувствовав это, капитан обернулся.

– Какие новости, рекрут Аддарио? – Сухо спросил капитан. Его тон поверг меня в шок, но мне следовало быть готовой к нему.

– Рабы согласились на бунт и правитель Хорн вернулся. Он дал нам десять дней, – еле выдавливая слова, ответила я.

– Я рад, что наша задумка удалась, и заключенные смогут отвлечь на себя внимание, – сказал Аарон, не выказывая абсолютно никакой радости. Этот разговор был таким холодным, что я думала вот-вот пар пойдет изо рта. Но я заслужила это.

– Магистр изучает книги и готовится к ритуалу. Люк приносит инструменты, а кузнец готовит самодельные ключи. Я продолжаю обдумывать план выхода из комнаты в ночь ритуала, – тараторила я.

– Долго думаете, рекрут, – совершенно бесцветным голосом проговорил капитан. Казалось, он совсем не испытывал эмоций и действовал механически. Лишь необходимость заставила его говорить сейчас со мной. Это убивало меня, вдруг мне отчаянно захотелось подойти к нему и дотронуться рукой до его щеки или погладить по волосам. Мне показалось, что я подумала об этом так громко, что не услышать было невозможно и смущение заставило меня покраснеть. Капитан тоже ощутил мои эмоции и на миг удивленно поднял глаза, но сразу опустил их.

– Я договорился с советником Кастол, и она заменила два обоза идущих в Гвардию на ярмарку. Лейтенанты Корнуэл Стэлз и Эксли Рант отправились в Картику, и будут ждать прибытия магов. Я подумал над вопросом, который занимает вас так долго. Вероятно, готовясь к ритуалу, Кронусу понадобится сила луны, его манипуляции перенесутся на ночное время и ваш выход будет уместным.

Все оказалось настолько просто, что я устыдилась. Это логично, что магистр начнет использовать ночное время для ритуалов, я даже не подумала об этом.

– Я думаю, мы с вами увидимся, где – то через неделю, и закрепим план. А теперь можете идти. – Капитан проговорил это, не поднимая глаз от сложенных в замок рук, пальцы которых до белизны сжимали друг друга.

Я развернулась, чтобы уйти, но не смогла. Возможно, я не выберусь живой из этой передряги, скорее всего так и будет, и я не хотела, чтобы капитан хранил на душе обиду и горечь.

– Аарон, – позвала я. Капитан резко вскинул голову, не ожидая такого обращения, и сурово посмотрел на меня. – Я хочу попросить прощения за слова, которые сказала…

– В этом нет необходимости, рекрут, – грубо перебил он меня.

– Не вам решать! – Я поразилась такой холодности. – Вы не можете запретить мне извиниться.

– Я не хочу это слушать, – сказал он и отвернулся. – Вы правы, я посягаю на ваше сознание, совершая насилие. Это неприемлемо и ваше желание закрыться от моего варварского вторжения, мне понятно. Я не опытен и возможно, не очень осторожен с вами, но могу сказать, в свое оправдание, что вы сами согласились на это, и выбора у нас не было.

Он злился на себя! Сделала я неожиданное открытие, не на меня. Он думал, что его неопытность заставило меня сказать те слова.

– Дело вовсе не в этом! – воскликнула я.

– Не нужно, рекрут. Давайте просто не будем это обсуждать.

– Нет, мы будем, – твердо сказала я, начиная терять терпение и подходя к столу. – Я не должна была говорить этого. Мои слова были несправедливыми и жестокими, но я просто не видела другого выхода.

– Вы сказали это, потому что не видели другого выхода? Что это за игра такая? – Он вскочил из-за стола, и я увидела настоящую бурю в его глазах.

– Вы тратили слишком много собственной энергии, Кронус сказал, что это опасно, а вы не хотели слушать… – так же гневно ответила я.

– Я взрослый человек и в состоянии оценить ущерб, нанесенный собственному здоровью, – прорычал капитан. Вот ведь упрямый!

– Вероятно, не всегда. Вы не хотели признавать, что магистр прав. Со временем это уничтожило бы вас, – уже в полный голос кричала я. – Я сказала, что вы совершаете насилие над моим разумом, лишь затем, чтобы вы тратили меньше энергии на мое исцеление, чтобы оставляли силы и для себя. И я научилась закрываться от вас, вовсе не потому, что вы неопытны или не достаточно осторожны. – Да как же убедить этого упрямца? – Если возможно более бережно проникнуть в разум другого человека, то на это способны только вы. Вы ни разу не причинили мне вреда, а лишь поддерживали меня и придавали сил. Я вряд ли смогла бы справиться без вас.

Капитан ошарашено смотрел на меня:

– Зачем тогда ты закрылась от меня?

Я не сумела остановить поток слов, прорвавшихся наружу.

– Я не могла позволить вам ощущать все мои эмоции! Это не честно, что вы можете уловить мои чувства, прежде чем я сама захочу поведать о них. Каждый раз, когда вы рядом, я не в силах контролировать свою реакцию на ваше присутствие. И кому понравится быть открытой книгой для человека, от которого скрываешь чувства, больше чем от кого – либо другого?!

Сказав последние слова, я закрыла рот руками и готова была провалиться сквозь землю. О Небеса, что это было? Это вот так я хотела скрыть от него свои мысли? В попытке успокоить его и залечить рану, что сама нанесла, я наговорила лишнего. Капитан комично открыл рот, собираясь что-то сказать, но снова закрыл. Я стояла и сгорала от стыда, воздвигая щит между нами, в котором уже не было необходимости. Аарон, своего тоже не снимал. Мне оставалось только исчезнуть с его глаз, чтобы не чувствовать себя глупее чем сейчас. Я сделал шаг назад, все так же зажимая рот, а потом развернулась и кинулась прочь из дома.

Я выплыла из сна, окунувшись в мир боли и измождения. Но магия капитана, мягко проникла в меня и помогла справиться. Капитан снова дал ровно столько силы, сколько потребовалось для восстановления.

Я злилась на себя и не верила, что это действительно произошло. Я взяла и сказала капитану, что его присутствие волнует меня. Небеса, это просто невероятно! Что он теперь подумает обо мне? Что я малолетняя дурочка, которая пребывает в грезах, вместо того, чтобы заниматься делом? Он посмеется надо мной, это очевидно. Как могла я снова так налажать? Я не находила себе места и бродила по комнате, с тех пор как смогла встать на ноги. Никто ни о чем меня не спрашивал и правильно делал. Я способна была выместить свой гнев на ком угодно. Весь остаток ночи, я металась как безумная. К утру я решила, что полностью погружусь в предстоящие события и выброшу это недоразумение из головы. Если сделать вид, что ничего не произошло, можно самой в это поверить.

Еще пять дней ушло на изучение книг и магических свитков. Кронус готовился к ритуалу, собирая по крупицам заклинание Распада. Он говорил, что очень важно предусмотреть все. Заклинание воскрешения, маг знал очень хорошо, но чтобы уничтожить монстров, нужно изменить несколько слов и нужно четко знать какие это слова и когда их нужно произносить. Маги суетились вокруг Кронуса и постоянно корректировали свои роли в этом действе. Когда они, наконец, договорились, магистр решил перейти на ночное время и пробовать расставлять магов, кристаллы и свечи. Он постоянно дополнял список, необходимых трав и кристаллов. Я заметила, что магистр очень волновался, и попыталась его поддержать, но он лишь отмахнулся и велел заниматься своими делами.

Приближающаяся ночь ритуала угнетала, и страх пронизывал меня насквозь. Когда до всего этого безумия оставалось два дня, я попыталась связаться с капитаном, но он не пришел на мой зов.

Двадцать вторая глава

В ту ночь мне снился кошмар. Я была в лесу, во тьме кромешной. На расстоянии вытянутой руки невозможно было что-либо разглядеть, лишь легкий шелест листьев на ветру. Я шла на ощупь от дерева к дереву, и не испытывала страха, скорее нарастающую тревогу и беспокойство. Я шла так несколько минут и вдруг наткнулась на что-то, лежащее на земле и, не задумываясь, присела. Дрожащими руками, я ощупывала предмет и очень быстро поняла, что это тело человека, довольно крупного. Сердце замерло в нехорошем предчувствии. Моя ладонь коснулась лица и первое, что я ощутила, это щетина и то насколько холодным оно было. Пальцами я нащупала странную шероховатость на щеке и провела по ней, постепенно осознавая, что это шрам. Человек, несомненно, был мертв, как только я поняла, кто это, закричала.

Выбираясь из сна я ощущала, как бешено бьется сердце и как мерзкий липкий пот неприятно холодит спину. Было еще совсем рано, но маги уже встали, все они выглядели нервными и напуганными. Сегодня ночью мы совершим ритуал, а с капитаном связаться так и не удалось. Он был полностью закрыт от меня, и понять где он и что с ним, не представлялось возможным. Этот кошмар пробудил все мои тревоги. Я боялась, что с Аароном что – то случилось, и ни о чем больше думать не могла. Мой взгляд перехватил магистр и вопросительно приподнял брови, но я отрицательно покачала головой, давая понять, что капитан и этой ночью не пришел. Кронус тоже беспокоился.

– Будем надеяться, дитя, что у советника есть веская причина не отвечать на твой зов, – печально сказал он. – Я уверен, что с ним все хорошо. Нам нужно позаботиться о себе. Сегодня мы либо совершим чудо, либо все погибнем.

Я не боялась за себя, вдруг, отчетливо осознав, что если буду знать, что Аарон жив, моя судьба не будет так страшить меня. Это знание было настолько очевидным и простым, что я перестала отгонять от себя мысли о капитане. В детстве, глядя на Алессандру и ее мужа, я считала, что это такие глупости, отдавать кому – то свое сердце без остатка и с трепетом ждать ответного чувства. Я собиралась стать стражем уважаемого члена совета и думала, что любовь и привязанность недопустимы, для таких как я. Но встретив советника Норда, впустила его в свое сердце и выпускать уже не хотела. Я сожалела лишь о том, что не увижу его невероятно синие глаза и не смогу познать прелесть первого поцелуя, хотя глупо было думать, что он бы мне его подарил. Сейчас, зная свое будущее, я не боялась мечтать и позволила своей фантазии несколько минут жить свободно. Каково это коснуться его лица и запустить руки в густые черные волосы? Каково ощутить его прикосновения к моему телу? Я закрыла глаза и отпустила свои желания на волю, не скрывая и не тая их от самой себя. Передо мной возникло лицо капитана, и мой взгляд скользнул к его губам. Я решилась провести по ним пальцем и ощутила их мягкость и тепло. В моих мечтах капитан улыбнулся и привлек меня к себе. Мои руки легли на его грудь и почувствовали стальные мышцы, я хорошо помнила, как это тело выглядит без рубашки и залилась краской. Он смотрел на меня нежным взглядом и старался прижать как можно крепче. Волнение и трепет поглотили меня, а потом жар из сердца начал спускаться ниже. О небеса! Да что же это со мной? Как хорошо, что капитан не ощущает этого сейчас! Или все же может? Возможно, то что я не чувствую его, совсем не означает, что он не способен уловить мои эмоции. Ну, надо же быть такой идиоткой! Нужно было выставить щит, небеса, как же стыдно!

Я вскочила с места и схватила ведра. Нужно занять себя делом, дойти до Леи и поговорить с ней. Выйдя из комнаты я поздоровалась с Притом и Зейном, которые как всегда добродушно улыбались. Удивительно, что эти два человека оставались такими открытыми и бесхитростными, в таком-то месте.

– Привет, крошка! – улыбнулся Прит. Я улыбнулась в ответ. Эти двое относились ко мне лучше, чем парни в школе, а ведь их задачей было держать меня в плену. В них было больше тепла и сочувствия, чем в моих инструкторах.

Я шла по коридорам, привычной дорогой. В купальне умылась и подставила лицо под холодные струи воды. Мне нужно было остыть и выбросить из головы мечты о капитане. Сейчас они были неуместны и лишь отвлекали от предстоящего действа.

Спустившись к Лее, я поведала ей наш план.

– Вы что с ума сошли? – в ужасе прошептала она.

– Я никогда тебя не спрашивала, откуда ты родом? – поинтересовалась я, резко меняя тему.

– Из Ессении.

– У тебя осталась семья?

– Нет, совсем никого, – недоумевала она.

– Ты хотела бы, чтобы монстры правителя Хорна уничтожили Ессению? Чтобы они убивали всех, кого ты знаешь. У тебя наверняка дома есть друзья?!

Лея в страхе закрыла лицо руками, но быстро взяла себя в руки и твердо сказала:

– Оставь меня здесь!

– И речи быть не может! – зашипела я.

– Я лишь балласт, ты потратишь время, которое могла бы уделить спасению всех остальных. Мои цепи крепко вбиты в эту стену. – В подтверждение своих слов, Лея дернула руками, и оковы противно звякнули о камень.

– Этот вопрос даже не обсуждается. Будет только так, как я сказала, и никак иначе. – Видимо, Лея увидела в моих глазах непреклонность и поняла, что спорить бесполезно.

– Тогда возьми меня с собой, я помогу уничтожить охрану и буду биться рядом с тобой, спасая магов, – бойко заявила она. Я улыбнулась и взяла ее за руки.

– Лея, ты не воин!

– И что с того? Благодаря зельям магистра, которыми ты меня поила, мои силы восстановились, а раны почти зажили. – Она горько усмехнулась, осматривая свое тело. – Конечно, у меня осталось целое море шрамов, но они же не болят. Я достаточно сильна, чтобы дать отпор.

– Я не сомневаюсь в этом, но одной мне будет проще проскользнуть и если что – то пойдет не так, я не буду отвлекаться на твою безопасность, – как можно мягче объяснила я. Лея опустила голову и заплакала.

– Я хочу быть полезной. Ты так много сделала для меня и так рисковала, приходя сюда, – всхлипывала она.

– Будь полезной, сделай так, чтобы мои старания не были напрасными. Возвращайся домой и живи полной жизнью! – снова улыбнулась я.

Какое-то время мы еще поспорили, а потом даже посмеялись, и я пошла обратно.

Несколько прошедших ночей подряд, Кронус устраивал что-то вроде репетиций, расставлял кристаллы и магов по кругу, и громко читал свои древние книги. Я ходила за водой, а маги варили зелья, мы сливали их во фляжки, которые висели у каждого на поясе, там обычно находилась вода, но мы научились пить из общих сосудов. Все это создавало видимость проведения ритуалов, и нужно было для охраны, чтобы сегодняшние наши действия их не удивили.

Сразу после ужина, мы разместились прямо на земле и устроили последнее совещание. Люк стоял у дверей и прислушивался.

– Балти, ты останешься незадействованным. Твоя задача дать нам восстановительные зелья после ритуала, – сказал магистр и посмотрел на мага, которого я хорошо знала. Кронус излечил его последним и потратил много сил. Балти чуть не утратил разум окончательно, но магистр совершил чудо, однако маг меня уже не узнавал. – Каждый из вас знает, где он должен стоять и какую часть заклинания проговаривать. Уничтожить всю армию правителя сразу, мы не сможем, это погубит и нас. Мы будем действовать постепенно, двигаясь от одной группы мертвых к другой. Когда будут уничтожены все монстры, я завершу ритуал, что спровоцирует выброс энергии, которая должна отключить нашу охрану. Затем, мы двинемся по тоннелям к точке встречи с Люком и Леей. Мальчик покажет дорогу к выходу, где нас будет ждать Эйвери. Рабы, которые смогут выжить двинуться к другому выходу, чтобы разделить охрану, и каждый станет сам по себе. Снаружи, мы снова объединим силы, и я переброшу нас в Турию.

Все согласно закивали, а потом разошлись по местам. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Еще немного и я встречусь со смертью лицом к лицу. Только бы успеть выполнить свою часть плана. Буквально пару дней назад мы с магистром придумали диверсию и передали ее план кузнецу. К нашей радости, система пещер здесь не была придумана людьми, а создана природой. Самое большое помещение, которое могло вместить в себя большое количество гвардийцев, располагалось в достаточном отдалении от всех остальных. Из него сделали что-то похожее на столовую. Только два раза в день, большая часть пещерной стражи отправлялась туда, оставляя свои объекты мало защищенными. Для меня это был шанс. Кронус создал взрывную смесь, которая поможет мне перекрыть узкий проход к столовой и задержать охрану. Это я должна буду сделать после посещения «могильника».

– Подойди ко мне, Эйви, – мягко попросил магистр, приглашая меня к столу с приготовленными зельями. – Выпей это.

Я посмотрела на пузырек с густой жидкостью песочного цвета, пахла она не очень…

– Это зелье, позволяющее нам говорить мыслями. Его действия должно хватить на пару часов. Оно горькое и вызовет приступ головной боли, но мы должны остаться на связи, если что – то пойдет не по плану. – Я взяла пузырек и выпила одним глотком. Ну и гадость. Голова закружилась, но боль была не сильной, терпеть ее не сложно. – Я верю в твои силы, моя девочка. Открой свой разум и ничего не бойся. Будь осторожна.

Магистр обнял меня, и я позволила себе мгновение понежиться в заботливых руках. Люк дотронулся до моего плеча.

– Пора. – Я не увидела в его глазах страха, лишь решимость и отвагу. Это придало мне сил.

Мы с мальчиком распределили инструменты и спрятали их под рубашками, заткнув за пояс. В моей фляжке плескалась густая смесь, которая поможет устроить взрыв. Мы замерли у выхода и посмотрели друг на друга, я подмигнула Люку и открыла дверь. Шон и Кром сидели на полу и тихо разговаривали. Кром поднял на нас взгляд, и, увидев ведра, снова опустил. Шон, даже не оглянулся. Сердце гулко колотилось в груди. Я старалась не радоваться первому успеху, чтобы не спугнуть удачу.

Пока мы шли по коридору, я решила испробовать мысленное общение, чтобы потом на него не отвлекаться.

«Магистр!» – подумала я.

«Не так громко, дитя. Я уже стар для таких воплей». – Мягко ответил маг.

«Я поняла, постараюсь. Я просто хотела попробовать» – уже тише сказала я.

«Не трать энергию зря. Мы начинаем» – ответил Кронус и замолчал.

Я вознесла глаза к потолку и пожелала нам всем удачи. Мы с Люком добрались до пещеры, где была Лея, и провозились с ее кандалами немного дольше, чем планировали. У мальчика во фляге, было снадобье для девушки. Она слишком долго не стояла на ногах. Магистр постарался предусмотреть всё. Лея осушила флягу и попыталась подняться.

– Я ощущаю такой прилив сил, что, кажется, могу бежать,– восторженно сказала она.

– Это ненадолго, спешите. – Я подтолкнула их к выходу. – Доберись до Криста и через полчаса вели им начинать.

Люк кивнул и потащил Лею за собой. Я надеялась, что успею обезвредить охрану в «могильнике». Украдкой передвигаясь по тоннелям, я очень надеялась, что время ужина поспособствует тому, что я никого не встречу на пути. Внутренняя тревога просто убивала меня, но приходилось отгонять ее прочь, чтобы не сойти с ума от страха. Я волновалась за Люка и рабов. Мальчику нужно подать сигнал и вернуться к месту встречи с магами. Мои ладони вспотели, а ноги подкашивались, мне впервые было настолько страшно.

Я добралась до площадки и заглянула вниз. Из самого «могильника» был только один выход, не считая этой площадки наверху, и возле него осталось только три охранника. Они сидели на земле и разговаривали. Вернувшись назад, я прошла другим тоннелем, уходящим вниз, и подобралась к входу в «могильник». Я взяла ведра, которые принесла с собой и успела наполнить, и медленно вылила воду в проем. Затаив дыхание, прижалась спиной к стене. Через некоторое время, послышались шаги, мое сердце замерло, в горле пересохло. Один из охранников появился из проема, он шел, пригнувшись, внимательно рассматривая мокрый след. Я тихо подошла сзади, накинула ему на шею свой пояс и резко сдавила. Мне повезло, что первым вышел не самый крупный страж, и я быстро его вырубила. Он осел, потеряв сознание, я взяла его под руки и оттащила подальше от проема, а потом забрала у него нож. Второго стража, вышедшего проверить, что случилось, ожидала та же участь. За третьим я отправилась сама.

Войдя в «могильник» я увидела охранника, встававшего с земли. Он кинулся на меня, но я увернулась и выставила нож. Страж сделал выпад, собираясь схватить меня обеими руками, я пригнулась и, схватив его за руку, заломила ее ему за спину, он вскрикнул. Мой выпад ногой под его колено , заставил стража осесть, и я довершила атаку ударом рукояткой ножа прямо в висок. Услышав тошнотворный хруст, я застыла. Удар получился слишком сильным, этого я не ожидала. Я так боялась, что он очнется слишком быстро, что просто не рассчитала силу. Внезапно стало жутко, ведь я впервые убила человека. Тошнота подступила к горлу, и я попятилась. О, небеса! Я знала, что рано или поздно, это случилось бы, я обучалась этому, но даже не представляла как тяжело забирать жизнь.

Я села на пол и посмотрела на человека, которого убила. Его застывшее бледное лицо будет преследовать меня до конца дней. Вдруг, раздался звук, похожий на взрыв и ряд монстров, стоящих ближе всего ко мне, разлетелся на куски, а потом еще один и еще один. Магистру удалось. А потом я услышала крик у себя в голове:

« Эйви, убирайся из могильника. Хорн здесь. Все пропало!» – кричал Кронус.

Я не поверила своим ушам.

«Магистр, что произошло?» – в панике спросила я.

« Он пришел посреди ритуала и увидел, что маги здоровы…, я…, я…»

« Магистр! Магистр!»

« Я не смогу пока говорить, это отвлекает. Еще немного и правитель поймет, что происходит. Уходи на место встречи и жди. Я придумаю что – нибудь!» – сказал магистр и затих.

Я в ужасе закрыла глаза и заставила себя дышать ровнее. Маги уничтожили едва ли половину монстров, но может, еще не все потеряно?! Из проема послышался шум, и я увидела рабов несущихся по тоннелям. Восстание началось. Уничтожать не живых вручную было бессмысленно, мне не хватило бы на это и суток, я бросилась к выходу, но на полпути замерла. Я услышала вдох, такой громкий и глубокий, что меня обдало ветром. Медленно оглянувшись, я поняла, что монстры ожили. Маги все же вдохнули в них жизнь! Пора уносить ноги.

Я уже бежала по коридорам сломя голову, когда услышала мысли магистра:

« Эйви, прости детка. Мне пришлось завершить ритуал, так как задумал Хорн. Я не хотел, но выбора не было. Взрыв энергии все – таки произошел, и правителя вместе со стражей ненадолго вывело из строя. У нас мало времени. Мы бежим к месту встречи»

« Я поняла, магистр. Я тоже уже недалеко от выхода. Буду ждать вас там».

Я осознавала, что план наш провалился, но это не значило, что магов не нужно вернуть в Ессению. Возможно, вернувшись домой, общими усилиями, они найдут способ уничтожить остатки магического войска. Без магов у Ливитии не было ни единого шанса выстоять в этом противостоянии.

Суматоха вокруг немного сбивала с толку, но мне необходимо было попасть в тоннель, ведущий в столовую, пока и туда не донеслись звуки восстания. Конечно, после взрыва, в коридорах останется еще достаточно гвардийцев, но всё же не все. Домчавшись до нужного поворота, я мысленно поблагодарила старшего инструктора за тренировки и за то, что мне не приходится сейчас глотать ртом воздух. Стянутая с пояса фляжка ходила ходуном в дрожащей руке, если сделаю что-то не так, сама подорвусь. Очень осторожно я полила стены и пол смесью и отошла. Порошок, что лежал в кармане, соприкасаясь с варевом Кронуса, давал разрушительный эффект. Зажав его в ладони, я собиралась с мужеством, и в этот момент из «столовой» показался гвардиец. Крепкий молодой мужчина замер, увидев меня. Он мигом оценил обстановку и глаза его вспыхнули гневом.

– Что ты задумала маленькая дрянь? – спросил он, делая осторожный шаг по направлению ко мне.

Сердце пропустило удар, одолеть его будет не просто. Что ж, кажется, я когда – то хвалилась своей ловкостью и скоростью? Самое время доказать самой себе, что это не просто слова. В руках гвардийца сверкнул нож, он покосился на мой зажатый кулак, а потом наши взгляды встретились. Дальше все происходило как во сне. Он метнул нож и я, уклоняясь, сместилась в сторону, а, потом, не желая тратить драгоценное время, подпрыгнула, разжимая кулак. Порошок распылился не совсем так, как я планировала, но все же угодил большей частью прямо на смесь. Кронус предупреждал, что времени у меня почти не будет, поэтому я тут же кинулась животом на пол и прикрыла голову руками. Падая, я успела заметить растерянное лицо стража. Похоже, он совсем не понимал, что происходит. Может он думал, что в моей руке тоже нож? Оглушительный взрыв не заставил себя ждать, сверху посыпались камни и некоторые из них довольно сильно припечатали меня.

Не дожидаясь, когда осядет пыль, я вскочила на ноги и понеслась прочь, лишь раз обернувшись. Проход позади был завален. Хвала небесам!

Я выбежала к тоннелю, ведущему прочь из пещер, и притормозила. Прижавшись к стене, стала приближаться к повороту, за ним было всего два охранника. Собравшись с духом, я уже готова была выйти, но чья – то рука опустилась на мое плечо. Я резко развернулась, вскинув нож, и увидела Криста:

– Нужна помощь? – спросил он.

– Как ты здесь оказался? Ты разве не должен выводить своих людей? – удивилась я.

– Я выпустил рабов, что уцелели, и вернулся сюда. И кажется вовремя.

– Спорить не стану и от помощи не откажусь, – облегченно сказала я. Крист медленно заглянул за угол.

– Твой – справа, – сказал он и шагнул в проем. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Тот, что справа, был ниже и худощавее. Кузнец явно выбирал по весовой категории. Стражник двинулся на меня и усмехнулся. Мне захотелось стереть эту улыбочку с его лица. Я сделала несколько быстрых шагов ему навстречу и, подпрыгнув, ударила ребром ладони в горло. Он согнулся и начал хрипеть, а я не став терять времени нанесла ему удар по голове, камнем, что валялся неподалеку. Охранник потерял сознание. Когда я повернулась, чтобы посмотреть как там Крист, то увидела, что он стоит над телом второго стража и наблюдает за мной.

– Совсем неплохо, – заключил он и улыбнулся. – Твое телосложение весьма обманчиво.

– Я не в первый раз это слышу.

– А что ты будешь делать, когда этот коридор заполнится стражами? – На лице его было искреннее любопытство.

– Буду отбиваться, сколько смогу, чтобы маги ушли как можно дальше, – твердо глядя ему в глаза, ответила я. Другого ответа у меня нет.

– Ну что ж, думаю вместе, мы сможем дать им чуть больше времени.

Я была благодарна кузнецу, но не знала, как выразить это словами. Кажется, он итак все понял. Крист присел возле охранника и стал собирать его оружие, я поступила так же. В моих руках оказался еще один нож, меч стража для меня был бесполезен. Через некоторое время мы услышали шум и приготовились.

«Эйви, мы близко. Как обстановка?»

«Все готово, магистр. Я слышу вас», – облегченно выдохнула я.

Еще через мгновение маги и Люк с Леей выбежали из тоннеля. Лея сразу кинулась ко мне, и я с удовольствием обняла ее.

– Я рада, что все живы, но вам нельзя терять время, магистр. Отправляйтесь как можно дальше и перемещайтесь в Турию, – сказала я Кронусу.

– А ты? – изумился старик.

– Я останусь и задержу охрану насколько смогу, – ответила я.

Кронус внимательно посмотрел на меня, сердце сжалось.

– Ты задумала это с самого начала, правда? А я, глупый старик, даже не предполагал, – сокрушенно сказал магистр.

– Это единственный способ помочь вам выбраться, – мой шепот был едва слышен.

– Это не справедливо. Ты так молода и у тебя вся жизнь впереди…

– Но, что это будет за жизнь, если Хорн победит? – спросила я магистра. Он понимающе кивнул и обнял меня.

– Я обещал Аарону, защитить тебя, – прошептал он.

– Капитан все поймет, магистр. Он поступил бы так же, – ответила я, выпуская старика из объятий. – А теперь уходите, быстро.

Маги побежали к лесу, а Люк, прежде чем броситься за ними сказал мне:

– Я буду рассказывать истории о тебе Эйвери.

– Можешь приврать немного, – улыбнулась я.

– Если только про твой рост, – засмеялся мальчик, а потом побежал за Леей и остальными.

А потом началась настоящая неразбериха, охранники стали выбегать из тоннеля, а мы отбивались. Мы бились отчаянно и уже успели получить легкие ранения, когда из тоннеля выскочили Прит и Зейн. Они мгновенно оценили обстановку и встали на нашу сторону. Крист удивился и слегка замешкался, поэтому пропустил удар соперника и упал на колени. Зейн оттащил Криста подальше и занял его место. Я почти выбилась из сил и заметила, что нескольким стражам все же удалось выскочить из пещеры.

– Прит, Зейн! – позвала я. – Бегите следом за стражей и помогите магам. Не дайте гвардийцам догнать их.

– Сделаем, – ответил Прит и растворился в ночи. Зейн, отправился за ним.

Я понимала, что долго не продержусь, охраны здесь слишком много, можно сказать, четверть «живой» армии Хорна. Нас бы уничтожили быстрее, если бы часть стражи не кинулась за рабами.

Из проема появились Шон и Кром. Я поняла, что смерть пришла ко мне, эти двое уж точно не выпустят меня отсюда. Шон вышел вперед и хищно посмотрел на меня. Он знал, чем закончится битва, я тоже. Крист дрался с двумя стражами и не видел меня. Я вышла навстречу Шону, пора принять свой конец, все же это лучше, чем висеть на цепи у Хорна. Шон наслаждался процессом, он кружил вокруг меня как хищник, вокруг добычи. Я сделала выпад, но он предугадал его, сильно ударив меня по ноге своим сапогом. Я упала на пол и не смогла сдержать крик, одним ударом он сломал мне ногу. Когда я увидела, что он надвигается на меня, то начала отползать. Сил отбиваться уже не было, я вымоталась, стараясь задержать погоню. Шон это понял и не торопился, он подошел и занес надо мной меч.

– Я обещал, что когда увижу тебя вновь, то не оставлю в живых, – злорадно сказал он. – Твой план провалился, маленькая гадина. Я наблюдал за тобой и понял, что ты что – то замышляешь. Правитель не сразу поверил мне, но все же, мы успели остановить тебя.

Я не хотела отвечать и приготовилась к тому, что меч опуститься на меня со всей силой Шона. Но внезапно между нами появился волк. Я не поверила глазам и стала озираться по сторонам. Шон тоже замер. В пещеру вошел старший инструктор Норд со своей командой, и, увидев меня, не сдержал свои чувства. Меня заполнили тревога, беспокойство и печаль, а потом невероятное облегчение. Если бы я стояла, то эти эмоции точно сшибли бы меня с ног. Я думаю, капитан тоже ощутил мою радость от того, что он жив. Все это произошло за считанные секунды и инструктор, вслед за своими людьми бросился в бой. Я лежала и наблюдала за действиями своих друзей, когда рядом со мной присела Клай. Эш тоже держался неподалеку.

– Ты в порядке, Эйв? – обеспокоенно спросила она.

– Как вы здесь оказались? – спросила я. – Что ты здесь делаешь, и Эш?

– Советнику нужно было больше людей, мы даже не раздумывали. – С этими словами она встала и кинулась в атаку на вновь прибывшего стража.

– Нужно подниматься, сестрёнка, – услышала я голос Маркуса. – Мы будем отступать в лес.

– У меня сломана нога, но я смогу идти, опираясь на кого – нибудь из вас.– Мне было горько от того, что я настолько беспомощна.

– Я могу нести тебя, – улыбнулся Маркус.

О небеса, этот парень никогда не унывает. Я впервые видела Маркуса в настоящем бою, это зрелище захватывало дух. У него многому можно научиться. Мое сердце ликовало от того, что эти люди пришли за мной, что некоторые из них даже стали мне семьёй. И я улыбнулась Маркусу в ответ. И вдруг, из – за его спины вырос Хорн и схватил моего друга за горло, надавив со всей силой. Я застыла в ужасе.

– Всем стоять. – Во всю мощь своего голоса прокричал правитель и все вокруг замерли. Гвардийцы медленно отошли за спину правителя и опустили мечи. Я не могла оторвать глаз от Маркуса, который висел в руке у Хорна и из последних сил пытался отбиться. Хватка правителя Гвардии была чудовищно сильна. Мой друг медленно задыхался и стремительно терял силы.

– Мы сейчас выйдем отсюда Хорн, и ты не будешь чинить нам препятствия, – ровным голосом сказал старший инструктор. Он и его команда, встали рядом со мной.

– Не тебе ставить условия, Норд. – Правитель посмотрел на меня и сделал приглашающий жест. – Я не верил своему лейтенанту, что ты не так проста, а теперь вижу, что он был прав. Это даже интересно. Ты пойдешь со мной.

Я инстинктивно подалась назад, вцепившись в Кая. И почувствовала напряжение Аарона.

– Она. Никуда. С. Тобой. Не. Пойдет, – выделяя каждое слово, сказал капитан.

– Пойдет, если не хочет, чтобы ее подруга заняла место рядом со мной, – улыбнулся правитель. Перед глазами возникла Лея, такой, как я нашла ее несколько недель назад. Я увидела как Эш и Клай взялись за руки, и поняла, что выбор очевиден.

– Ты и твоя команда, можете убираться отсюда, – сказал Хорн капитану, все еще удерживая Маркуса. – Передай Истиану, что видел здесь и скажи, что я скоро приду со своей армией и сотру Ессению с лица земли.

– Я заберу обеих девушек с собой, – жестко сказал Норд, понимая, что все мы здесь умрем сегодня.

– Я согласна, – крикнула я, и сразу ощутила боль и гнев капитана. Я посмотрела на него и кивнула. Мы оба понимали, что это единственный выход. И снова повернулась к Хорну. – Я согласна.

– Это правильное решение.

– Отпустите его, – сказала я, указывая на Маркуса. – Отпустите, и я пойду с вами.

– Ты пойдешь со мной в любом случае, – ответил Хорн, хищно усмехнулся и свернул Маркусу шею.

Мой мир рухнул. Я закрыла лицо руками и закричала во все горло. Небеса, я готова висеть на цепи этого ублюдка, до самой смерти, только, пожалуйста, пусть это будет не правдой. Мой милый, мой дорогой друг. Эш бросился к брату и, не веря своим глазам, стал звать его по имени. Мое сердце разорвалось на части и никогда уже не сможет стать прежним. Я ползла к другу, волоча сломанную ногу и заливаясь слезами. Схватив его, еще теплую руку, я прижалась к ней губами. Это не правильно, это не может быть правдой. Это не правда, не правда, не правда…

Сильная рука схватила меня за волосы и оттащила от Маркуса. Я кричала и отбивалась здоровой ногой, пытаясь пнуть Шона, волочившего меня. Он ударил меня в лицо, но я даже не почувствовала боли. Горе сломило меня, и я перестала двигаться. Перед глазами стояло лицо друга. Слезы выжигали дорожки на моих щеках, и вопль отчаяния поднимался из груди. Хорн заберет меня и убьет медленно, но мне было уже все равно.

Двадцать третья глава

Внезапно, меня пронзил всесокрушающий гнев капитана, он смешался с моим, создав невероятный поток энергии. Я схватилась за голову, пытаясь закрыться от множества громких звуков и сильных запахов. Все мои чувства обострились. Я слышала, как тихо всхлипывает Эш, но этот звук казался мне оглушающим, как колокольный звон. Вокруг, снова было сражение, и удары мечей громко стучали в мой мозг. Это было невыносимо. Шона отбросило от меня, и я упала. Я каталась по полу и выла от боли в глазах и смешения резких запахов. Краем глаза я заметила, что капитан тоже лежит на земле и корчится от боли.

«Что это. Небеса! Что же это такое?» – подумала я.

«Что случилось, дитя?» – услышала я мысли Кронуса, значит, связь еще не прервалась.

«Моя голова…, мой слух…, и зрение, а этот запах… Я не в силах это терпеть» – простонала я.

«О, Небеса! Коснись волка, коснись его срочно…» – кричал магистр.

«Которого?»

«Кая! И пусть Аарон тоже коснется»

«Что происходит, магистр?»

« Не трать время на вопросы».

Я откинулась на спину и перевела дух, а потом позвала:

– Кай! Кай!

Волк тут же оказался рядом, я схватила его за шерсть и мгновенно провалилась в пустоту. Все чувства разом отказали мне, слух зрение и обоняние покинули меня. Чья-то прохладная ладонь легла на мое лицо и словно вывела меня из этого кошмара. Передо мной был капитан. Он тяжело дышал и выглядел растерянным, одной рукой он держал Кая, а другой касался меня. Я напрягла слух и услышала, как бьются сердца всех, кто находился здесь. Потом присмотрелась, и разглядела веснушки на лице Эша, сидевшего достаточно далеко от меня. Подобное, кого угодно собьет с толку, чего уж говорить обо мне. Откуда взялась эта способность отключать и включать чувства?

– Эйви, вставай. Нужно уходить, – сказал Норд, поднимая меня с пола. Я была все еще настолько ошарашена, что даже не заметила, как моя нога исцелилась.

– Что это было, Аарон? – спросила я, цепляясь за его руку.

– Сейчас некогда разбираться, нужно выбираться отсюда.

Мы огляделись и увидели, как наши друзья из последних сил держат оборону. Совсем рядом Шон приходил в себя.

«Нужно забрать тело Маркуса и уносить ноги» – услышала я в своей голове голос капитана, и резко остановилась.

– Я слышу! Слышу ваши мысли! – Я безошибочно поняла, что капитан не произносил этого вслух.

Инструктор Норд замер.

«Как такое возможно?»

«Я ничего не понимаю, что с нами? Вы тоже видите четче и слышите острее?» – я посмотрела в глаза капитана с мольбой.

«Да, но искать ответы действительно не время», – твердо сказал Норд.

Он потащил меня к выходу, но навстречу выскочил гвардиец. Капитан, не выпуская моей руки, отражал удары и делал выпады. Схватка была недолгой. Клай пыталась поднять Эша и держала оборону вокруг него и тела Маркуса. Рядом с ней сражался Трентон, его глаза были пусты, как высохшие озера. Нокса и Криста оттеснили к выходу, каждый бился с двумя охранниками сразу. Я вырвалась из хватки капитана и кинулась на помощь Ноксу.

Через несколько минут, я услышала оглушительный свист. Все обернулись на него. Правитель Хорн стоял, скрестив руки на груди, и улыбался, а позади него стояла армия из «могильника».

– Итак, советник. Мы вернулись к началу. Мне всегда казалось, что вы разумный человек, а значит, в состоянии оценить обстановку. Вас шестеро. За моей спиной бессмертное войско. Вы можете спасти своих людей и передать мое послание Истиану, а можете погибнуть здесь. Меня устроит любой исход, – со скучающим видом, заявил Хорн и перевел взгляд на меня. – Однако малышка останется со мной.

Рука капитана крепко сжала мою, а я даже не заметила, как он подошел.

«Уводите людей, Аарон» – я вцепилась в пальцы инструктора.

«Я не оставлю тебя здесь. Я не отдам тебя ему» - меня накрыла волна отчаяния и тоски, капитан не выставил щиты, и я ощутила его эмоции.

«Аарон, вы нужны Ессении. Вы должны вернуться и сообщить правителю, что случилось. Моя жизнь не стоит того. Ваш долг проследить, чтобы маги вернулись и нашли способ уничтожить войско Хорна. Спасите мой дом, спасите СВОЙ дом» – с этими словами я посмотрела в омут невероятно синих глаз и увидела в них столько страдания, что сердце мое заныло. «Я знала, на что иду и ни о чем не жалею».

Я нехотя отпустила руку капитана и шагнула в направлении Хорна.

– Эйви! – в ужасе прошептала Клай.

– Все хорошо, Клай, – мягко сказала я.

– Передай Истиану, что у него есть время подумать. Я советую даже не пытаться противостоять мне, а сразу присягнуть на верность. Я дам вам пару дней форы и у вашего правителя будет возможность принять правильное решение, – самодовольно сказал Хорн.

– Я заберу тело своего воина, – споткнувшись на слове «тело» проговорил капитан. Я ощутила его боль, как свою собственную, хотя Аарон пытался держать это чувство в узде, и я понимала почему. Свою скорбь он гвардийцам не покажет.

– Это как знаешь, – ответил Хорн. – А теперь убирайтесь!

Я стояла и смотрела, как мои друзья подняли тело Маркуса и понесли к выходу. Каждый из них уходя, взглянул на меня, и я была благодарна. Когда остался лишь капитан, Шон схватил меня за руку и потащил за собой.

«Держись! Цепляйся за жизнь и борись изо всех сил. Ты нужна мне живой. Помни! Даже когда будет невыносимо, помни об этом. Выживи, молю, только выживи» – донеслись до меня слова капитана. «Обещай мне!»

«Обещаю» – я не знала, почему так сказала, ведь сдержать слово будет невозможно. Я хотела, чтобы он ушел и живым добрался до замка, если для этого нужно солгать, пусть будет так.

Шон тащил меня по тоннелям, а я не сопротивлялась, не видела смысла. Путь был неблизким и вывел нас в большую пещеру, в которой я ни разу еще не была. Обстановка явно говорила, что это покои правителя. В центре стояла огромных размеров кровать, справа большой стол с множеством стульев, а левая стена вызвала во мне волну отвращения. На этой стене висели цепи и кандалы, плетки и всевозможные орудия пыток, я невольно поежилась. Мне пришлось заставить себя думать о том, что мои друзья выбрались, что они в безопасности и что это самое главное. Я хотела погреться в эмоциях капитана, но наткнулась на стену, он закрылся от меня. Пустота и одиночество поползли холодком по позвоночнику, и я сжала руку в кулак, вспоминая теплые пальцы Аарона.

Хорн повернулся к нам и сказал:

– Ты удивила меня, маленькая мышка, – голос его звучал сладко, и это казалось еще более омерзительным. – Ты не обычная девочка и это делает тебя еще интереснее для меня. Шон, оставь нас.

Громила ухмыльнулся и вышел. Я сжалась в комок, когда правитель стал приближаться ко мне. Он шел медленно, явно наслаждаясь моим ужасом.

– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого. Тебе даже понравится. Ты будешь молить меня не останавливаться. Я долго искал такую крепкую и выносливую и при этом удивительно женственную, – обходя меня по кругу и рассматривая с головы до ног, вкрадчиво проговорил правитель. – Ты мне подходишь.

Он взял меня за плечи и подтолкнул к кровати. Кровь застыла в жилах от страха, пальцы похолодели. Я знала, что это! Знала, черт возьми! Как снова пройти через подобное? Как не сломаться и не сойти с ума? Почему-то подумалось о капитане. Если я выживу и снова увижу его, какими глазами он посмотрит на меня? Кем стану я в его глазах?

– Тебя умоют и приведут в порядок, а вечером мы повеселимся, – сделал попытку улыбнуться Хорн, однако это лишь обезобразило его лицо, и я отшатнулась.

В покои вошли несколько женщин, которые вероятно прислуживали ему. Они были худыми и затравленными. Две из них подошли ко мне, не поднимая глаз, и осторожно взяли за руки. Их движения были скованными. Я стояла, не в силах пошевелиться, а они мягко пытались увести меня за собой. Одна из них крепче сжала мою руку, и я от неожиданности поморщилась. Хорн тут же подлетел к нам и с размаху ударил женщину по лицу, она не удержалась на ногах и рухнула на пол. Я кинулась к ней и помогла подняться:

– За что вы ударили ее? – в бешенстве закричала я.

– Они должны знать, как обращаться с тобой. Ты принадлежишь мне, и никто кроме меня не может касаться тебя, – его глаза лихорадочно блестели, и я снова убедилась в том, что он болен.

– Но она не сделала мне больно, – попыталась объяснить я.

– Это не важно, – мгновенно разозлившись, рявкнул правитель.

Женщины вздрогнули как по команде и склонили головы, демонстрируя смирение. Эта жуткая сцена ошарашила меня.

– Куда мне нужно идти? – Вопрос был адресован ближайшей из служанок, и она указала мне на выход. Я решили идти сама, пока Хорн не забил их здесь до смерти.

Женщины привели меня в купальню, недалеко от покоев правителя. Она была похожа на ту, в которой я бывала, но здесь было значительно светлее и теплее. Служанки правителя мыли, чистили и приводили в порядок мое тело и волосы. Я пыталась сопротивляться и говорила, что в состоянии искупаться сама, но они так дрожали от страха, что мне пришлось смириться. Мне было неуютно от того, что кто – то касается меня и видит обнаженной, но я не могла позволить, чтобы им досталось за неповиновение. Обтерев и обсушив меня, девушки привели меня назад. В покоях никого не было, и я облегченно выдохнула.

– Не беспокойтесь, до вечера его не будет. Он еще долго будет заниматься ущербом, который вы нанесли ему, – шепотом проговорила одна из девушек. Я посмотрела на нее и увидела поддержку и сочувствие. Каждая из них знала, зачем я здесь. Присмотревшись, я поняла, что они не из Гвардии. – Правитель невероятно зол, что вы забрали Лею. Он хотел, чтобы она умерла, как и все до нее.

– Я рада, что хотя бы это нам удалось, – опустив голову, ответила я. – Его армию мы так и не уничтожили.

– Вы освободили рабов и истребили добрую половину его монстров, – восхищенно сказала другая.

– Но оставшаяся половина вот – вот двинется в сторону Ессении.

– И все же это половина, а не целое войско! – Я снова посмотрела на этих женщин и увидела радость в их глазах. Они живут здесь как бесправные рабыни, но умеют находить хорошее там, где его нет. Они сложили мои вещи в сумку, которую я оставила в прежней комнате, и нарядили меня в платье цвета закатного неба. Оно было очень узким и сидело на мне как перчатка, очень сковывая движения. Волосы мои, остались распущенными.

Ощущение безысходности навалилось непосильным грузом, заставляя меня забиться в ближайший угол и слиться со стеной. Я старалась не думать о том, что ждет меня вечером, а лишь надеялась, что умру быстро. Может, стоит попробовать, как с Браем? Попытаюсь разозлить Хорна настолько, чтобы желание убить меня перевесило все остальные. Другого варианта я не находила.

День был чудовищно длинным, и предвкушение ужаса уничтожало меня. Меня два раза покормили, но аппетита не было, поэтому я съела совсем немного и только для того, чтобы служанкам не досталось еще и за это. Когда Хорн вернулся, я сидела все в том же углу. Он буквально влетел в покои, и одного взгляда мне стало достаточно, чтобы понять, что он взбешен.

– Ты! – выкрикнул он, указывая на меня пальцем. Глаза его пылали, а ноздри в гневе раздувались. Судя по всему, он оценил, наконец, масштабы, разрушений. Я неосознанно попятилась. – Ты проникла сюда обманом и уничтожила половину моей армии. Ты завалила проход в столовую и мои солдаты до сих пор его разгребают! Ты вызволила магов, на которых у меня еще были планы! Мне следовала догадаться, что ты шпионка. Еще тогда на балу, когда ты танцевала с советником. ОН подослал тебя, но заплатишь за это всё ТЫ!

Он метался по «комнате» и источал ярость. Меня не пугал его гнев, даже немного радовал, ведь нам удалось расстроить его планы. Меня до дрожи пугали последствия этой ярости. Человек, который способен сделать настолько страшные вещи, как с Леей, просто из похоти, не может не вызывать настоящей паники. Хорн подошел ко мне максимально близко и прошептал:

– Ну что, маленькая мышка, поиграем? – Он схватил меня за руки и рывком бросил на кровать. Я начала отползать к стене и прикрываться руками.

– Это хорошо, что ты боишься меня, это правильно. – Он снял военную куртку и оружие. Когда рубашка слетела с его плеч, страх схватил меня за горло. Лея говорила мне, что Хорн не способен обидеть меня как мужчина, но это не означало, что он не попытается.

Он подошел ближе и уперся ладонями в кровать, приближая свое лицо ко мне. Непроизвольно я выставила ногу и хотела его ударить, но он ее перехватил и с силой дернул, подтаскивая меня под себя. Я начала ерзать и вырываться. Хорн навалился на меня всем весом и, схватив за руки, завел их мне за голову, я извивалась и брыкалась, стараясь не позволить ему дотронуться до меня. Мне стало по – настоящему жутко от мысли о том, что из всех правил бывают исключения. А вдруг он справится со своим мужским бессилием? Что если он одолеет меня? Сердце сжалось в приступе паники.

Внезапно, мои глаза обожгло огнем, и я почувствовала капитана в своей голове. Я ощутила его ярость и глубочайшее отчаяние, а потом он поделился со мной силой, благодаря которой я смогла вырваться из лап правителя и ударить его кулаком по лицу. Он только усмехнулся, когда кровь хлынула из носа. Я отползла от него и собралась спрыгнуть с кровати.

– Это хорошо, что ты такая прыткая. Это мне нравится. – Он снова схватил меня за ноги и потащил к себе ближе.

Во мне клокотал гнев Аарона, он давал мне энергию, но и ее было недостаточно. И я, и капитан исчерпали свои силы в битве, мы не могли объяснить, что случилось с нами там, у выхода, но это событие отняло у нас возможность сопротивляться натиску Хорна. Аарон, тоже понял это и попытался отдать мне все свои силы без остатка, но я, предугадав его желание, выставила щит. Ладонь правителя со звоном обрушилась на мое лицо. В голове зазвенело от боли, рука непроизвольно потянулась к щеке.

– Ты довольно сильна, но я это исправлю. – Мне повезло, что правитель не заметил, что я выдохлась. Он встал с кровати и отправился к стене «пыток», к одной из цепей был привязан мешочек и когда Хорн коснулся его, внутри что – то зазвенело. Правитель достал небольшой пузырек и повернулся ко мне. – Это сделает тебя покорной и поможет расслабиться.

Я в ужасе бросилась прочь, но в два прыжка Хорн настиг меня и прижал к стене. Он железной хваткой взял меня за челюсть и надавил, заставляя открыть рот. Жидкость полилась в горло, обжигая его, я закашлялась, но Хорн закрыл мне рот ладонью, чтобы ни капли не выплеснулось наружу.

– А теперь подождем буквально пару минут, – сказал он.

Комната поплыла перед глазами, голова закружилась и тошнота подступила к горлу. Я начала оседать. Хорн подхватил меня и повалил на кровать. Ужасно хотелось сорваться с места и бежать прочь, но тело не слушалось меня. Он разорвал мое платье, и я ясно увидела желание в его безумных глазах. Мое тело ощущало каждое его прикосновение, но никак не могло отреагировать на них. Я заскулила у себя в голове, слезы покатились из глаз, и я закусила губу, чтобы ни один звук не доставил удовольствия этому мерзавцу. У себя в сознании я уже рыдала и звала на помощь.

Внезапно все изменилось, и я уже сидела на коленях в рваном платье и рыдала. Я почувствовала чьи – то руки на своих плечах и дернулась, пытаясь увернуться.

– Тише, Эйви, тише. Это я. – Голос Аарона показался настолько нереальным, что возникли сомнения в моем душевном здоровье.

Я подняла голову и увидела капитана, его глаза, наполненные болью, смотрели прямо на меня. Я рванулась к нему, но почувствовала, как разорванное платье расходится в разные стороны, обнажая мое тело. Я резко остановилась и, запахивая две половины платья, снова отползла назад. Я уже не понимала где я и что правда из того, что я вижу.

– Ты настоящий? – спросила я капитана.

– Нет, Эйви. Я в твоем сне. Правитель чем – то опоил тебя, и ты находишься на грани между сном и явью. Это позволило мне прийти на твой зов.

– Я чувствую его, Аарон, чувствую его руки на себе. – Капитан, дернулся как от удара, его лицо исказила злость.

– Я не должен был оставлять тебя там! – сокрушенно воскликнул он. – Я не имел на это права. А теперь я здесь, среди друзей и магов, а ты там совсем одна и это чудовище делает с тобой все, что ему хочется.

Аарон встал на ноги и вцепился в голову руками. Я видела, что он винит только себя и это убивало меня.

– Аарон, – тихо позвала я. Капитан обернулся.– Ты должен идти дальше, твой долг, как можно скорее добраться до Ессении. Нужно эвакуировать людей подальше от границы. Я справлюсь, я выдержу. Я смогла пережить подобное в тринадцать лет, смогу и сейчас. Тогда я была совсем одна, а сейчас ты сможешь дать мне сил.

Забота о нём отвлекала меня от того, что происходило в пещерах. Я чувствовала, что правитель исследует мое тело руками и языком, но присутствие капитана облегчало мои муки. Я невольно сморщилась, когда ощутила руки Хорна на своей груди, непроизвольно сделав защитный жест и прикрывая тело. Капитан, увидев мое движение, все понял и отвернулся.

– Аарон, – снова позвала я. – Помоги мне. Помоги пережить это.

Норд резко развернулся и не раздумывая ни секунды опустился на пол рядом со мной.

– Что я могу сделать? – спросил он, глядя мне в глаза.

– Прикоснись ко мне, – слова мои прозвучали едва слышно. Аарон удивился, но потом в глазах промелькнуло понимание, и он притянул меня к себе. Я утонула в ласковых руках. Аарон мгновенно окутал меня своим теплом и крепко прижал к своей груди. Он усадил меня к себе на колени, и я свернулась на его руках, стараясь полностью спрятаться от внешнего мира. Я прижималась щекой к его груди и слушала биение родного сердца. Сначала оно колотилось с невероятной скоростью, но постепенно замедлилось, успокаивая меня. Капитан гладил меня по волосам и слегка покачивал на руках. Я погрузилась в него полностью, и мне не хотелось выбираться из этого теплого убежища.

А потом снова вспышка и руки Хорна блуждают по моему телу. Я содрогнулась и в слезах подняла глаза на капитана.

– Не думай о нем, не думай. Смотри на меня, только на меня. Я здесь, с тобой. Я рядом, чувствуешь? – Аарон взял мое лицо в свои ладони и заглянул в глаза. Я мгновенно утонула в этих синих озерах, полных нежности. Сердце пропустило удар, и я больше не видела ничего вокруг. Капитан склонился ко мне и коснулся губами моих слез, он собирал их одну за другой, не выпуская мое лицо из рук. А потом, оторвавшись лишь на мгновение, чтобы увидеть в моих глазах согласие, он приник к моим губам жарким поцелуем. Счастье переполнило меня, в этот миг я поняла, что все встало на свои места и только эти губы должны меня целовать. Они были мягкими и теплыми. Поцелуй сначала был робким и неспешным, но ощутив мое счастье, капитан стал настойчивее. Я почувствовала, как его щиты дают трещину, а затем и вовсе исчезают. Нас поглотило общее нетерпение, желание ясно читалось в его глазах.

– Не отпускай, пожалуйста, не отпускай меня, – прошептала я и с мольбой в глазах начала раскрывать разорванное платье. Страх на секунду завладел мной, но я не могла позволить себе бояться. Аарон понял, о чем я прошу и не колебался. Он взял обе части моего одеяния и медленно спустил их, обнажая плечи и грудь. Я задрожала, но не от страха или ужаса, а от желания. Мне было жизненно необходимо, чтобы он коснулся меня. Когда платье было уже спущено до поясницы, Аарон помог мне лечь, и провел дорожку из поцелуев от левого уха и до пупка. Каждый поцелуй заставлял меня выгибаться ему навстречу. Я запустила руки под его рубашку и сняла ее, я хотела ощутить его тепло всем телом. Когда его руки коснулись моей груди, я застонала, этот звук вызвал в нем новую волну страсти, и я совсем потеряла голову.

Но вдруг, я почувствовала, как правитель Хорн ударил меня по лицу. Я дернулась в руках у капитана, и кровь полилась изо рта. А потом удары посыпались с новой силой, и я вжалась в грудь Аарона. Он прижимал меня все сильнее и сходил с ума от бессилия.

– Он злится. Он не смог пробудить свою мужскую силу и теперь злиться на меня, – проговорила я.

Через несколько минут все стихло, и Хорн перестал избивать меня.

– Он ушел, оставил меня на кровати и ушел, – прошептала я.

Капитан молчал и не выпускал меня из рук. Я знала, что мне придется отпустить его, но хотела еще немного побыть в безопасности. Я очнусь и прочувствую все, что произошло еще раз, да и головную боль, от совместного сна, тоже никто не отменял. Я неловко отстранилась и вновь натянула остатки своего наряда. О, небеса! Мы чуть было не перешли все границы. Это было как ураган, который заставил меня позабыть обо всем на свете.

– Как ты? – смущенно спросил капитан. Я ощутила его растерянность и стыд, горечь и чувство вины. – Это помогло?

Дыхание перехватило, от его слов, глаза тут же наполнились слезами и я отвернулась. Он хотел лишь помочь мне забыться, он чувствовал свою вину за происходящее. Я тут же выставила щит и скрыла от него свою боль.

– Спасибо вам, Аарон. Вы помогли мне пережить этот кошмар, но я должна вернуться. Правителя нет, и я хотела бы привести себя в порядок, – опуская глаза и сгорая от стыда, сказала я. То, что произошло между нами сейчас, напугало меня. Я попросила его до меня дотронуться, это было непозволительно. Он был вынужден помочь мне, чувствуя себя виноватым.

– Он не смог изнасиловать тебя, – с трудом выговаривая слова, произнес капитан. – Это означает, что он начнет тебя пытать.

– Я знаю и готова к этому, – солгала я. – Пытки не пугают меня, мне повезло, что насилие не удалось. Я родилась под счастливой звездой.

– Я буду отдавать тебе силы, чтобы ты смогла продержаться, – твердо сказал Аарон, но я успела заметить, как сжались его зубы, после того, как я сказала о везении.

– Об этом не может быть и речи. Вам нужны силы. Я смогу выстоять! Данное вам слово нарушать не собираюсь. – Я была настроена решительно, лишь бы не позволить ему тратить на меня энергию. – Я выставлю щит, если вы попытаетесь помочь мне, и тогда вы не будете знать, что со мной происходит

– Это не честно! Ты хочешь, чтобы я просто стоял в стороне и смотрел, как он убивает тебя? – возмутился Аарон.

– Я справлюсь!!! Он не станет убивать меня быстро, а я попробую придумать, как сбежать. Я смогу, поверьте в меня! – умоляла я.

– Я верю в тебя! Но я же не …

– Хватит об этом, Аарон, – прервала я его. – Это бессмысленный спор. Мне пора возвращаться. Я прошу вас лишь об одном, приходите иногда, чтобы рассказать о том, что происходит.

– Я восхищаюсь тобой, Эйвери! – вдруг, очень тихо сказал капитан. – Я горжусь тем, что судьба свела меня с тобой. Я горжусь тобой!

С этими словами он растворился, а я собралась с мыслями и выплыла из сна. На кровати Хорна тело мое было совсем обнажено и покрыто уже созревающими синяками и ссадинами. Я ощущала слабость и ноющую боль во всем теле, но голова от пробуждения не болела. Сила Аарона осторожно проникала в меня, но ненавязчиво, словно прося разрешения. Я приняла совсем немного и выставила щит.

Когда я поднялась и оделась, Хорн вернулся. Он, молча, оттащил меня к стене и приковал цепями. Через некоторое время к нему в покои стали приходить воины, и они совещались почти до самого утра. Я, то проваливалась в дрему, то просыпалась, тело ныло и зудело от того, что я сидела в неудобной позе и не могла ее поменять. Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем Хорн принял решение о наступлении, дал сутки на сборы и распустил свой совет. Правитель проводил всех своих приближенных и рухнул на кровать, через несколько секунд он уже спал.

Двадцать четвертая глава

Я сидела на цепи и изнывала от жажды. Руки сводило от отсутствия возможности сменить позу. Тело ныло от побоев, на лице запеклась кровь, и щека ужасно чесалась. Я подумала о Лее, которая просидела так гораздо дольше меня и заставила себя не ныть и не жаловаться. Правитель спал сном младенца уже несколько часов. Его никто не тревожил.

У меня было достаточно времени, чтобы подумать. Порадоваться за друзей, которым удалось уйти и понадеяться, что Кронус найдет выход. А еще я думала о Маркусе. Сердце болезненно сжималось и слезы сами собой текли из глаз. Перед глазами все время стояло его улыбающееся лицо, а потом бледное и мертвое. Я никогда прежде не встречала человека более жизнерадостного и веселого. Рядом с ним всегда было легко и уютно. Маркус первым принял меня и поддержал, он стал мне братом. Я все еще не могла поверить в то, что его нет. Если бы можно было что – то изменить, я бы не раздумывая, поменялась с ним местами.

Не думала я только о капитане, точнее изо всех сил старалась. То, что произошло между нами, выжгло огромную дыру в моей душе. Воспоминания о том, как его губы касались моего обнаженного тела, постоянно всплывали, заставляя мое сердце биться чаще. Я убеждала себя в том, что капитан просто хотел помочь, что чувств ко мне он не испытывает и все это самообман. Но, то, что говорил мой разум, сердце усердно отрицало. Прикосновения, пылающий взгляд и горячие губы Аарона говорили мне о другом. Просто страшно было поверить, что такой человек, как советник Норд, мог воспылать чувствами к такой как я.

Служанки Хорна принесли немного воды и еды.

– Не кормить! – послышался грозный голос со стороны кровати. Мы все вздрогнули и повернулись на голос. Правитель лежал и смотрел прямо на нас. – Только вода.

Девушки забрали еду и бесшумно удалились. Хорн поднялся и потянулся. Его мощное тело поднялось над кроватью, и я содрогнулась. Мерзавец буравил меня взглядом. На мне было все то же платье, разорванное пополам и уже почти ничего не прикрывающее. Длинна цепей не позволяла мне дотянуться и хоть как-то закрыться от глумливого внимания.

– Как спалось, мышка? – ехидно спросил он. – Завтра на рассвете, мы выступаем, ты пойдешь со мной. Когда я доберусь до замка, вышлю твое искалеченное тело в подарок советнику Норду. Я думаю, ему понравится.

Я почти весь день просидела на цепи, пока правитель организовывал сборы. Переход через Гвардию, с таким огромным войском будет не быстрым, даже если взять в расчет, что его монстрам не нужны отдых и пища. Советники и приближенные Хорна сновали туда – сюда с планами и предложениями, но правителя ослепила слепая злоба, он не слушал дельные предложения и отмахивался от советов. Решив, что большого войска ему вполне достаточно, он собирался просто идти в лоб. Я наблюдала за ним и все больше убеждалась, что его здоровье не в порядке. Он легко переходил от злости к смеху и обратно, часто приходил в движение неожиданно. Жесты его были нервными и дерганными. Такие люди бывают крайне опасны, очень сложно понять, чего от них ждать в следующую минуту. Он сидел за своим столом и обедал вместе с несколькими воинами, а потом, неожиданно вскочил и подошел ко мне, захватив свою тарелку. Он сел прямо напротив и стал есть, не отрывая глаз от моего лица. Я испытывала голод, ощущая запах издалека, но теперь желание подкрепиться стало невыносимым. Я твердо знала, что молить о пище никогда не стану, но мой желудок сам выдал мои желания. Хорн только рассмеялся.

На рассвете мои оковы сняли, и я испытала чудовищную боль, опуская их. Слезы, которые я отчаянно пыталась сдержать хлынули из глаз, но стон я все же проглотила. Уже победа! Шон внимательно наблюдавший за мной, дал мне минуту, чтобы прийти в себя, а потом снова связал руки и закинул к себе на плечо. Сегодня он ни слова мне не сказал и не пытался шутить, просто вынес из пещер и уложил на дно одного из обозов. Хорн снова дал мне зелье, которое лишало меня сил и отупляло сознание. Я лежала на полу и пыталась передать весточку капитану. Мне было неизвестно, на каком расстоянии действует мысленная связь, а впускать Аарона в свои сны, я была не готова. Я провозилась довольно долго, пытаясь выставить щит и одновременно достучаться до сознания Норда. Моя голова болела, и мысли путались от усердия, но ничего не вышло.

Путешествие было крайне утомительным. Обоз сильно трясло на дорогах и тело мое билось обо все, что меня окружало. На жестком полу, да еще и со связанными руками, было ужасно неудобно, а спустя пару часов еще и чертовски больно. Когда войско разбило лагерь на ночлег, меня вынесли, словно тряпичную куклу, и посадили к дереву. Я понемногу приходила в себя и жадно глотала свежий воздух.

– Она хитрая и ловкая, правитель, – услышала я голос Шона неподалеку. – Зря вы позволили ей остаться вне шатра.

– В ней столько зелья, что она не сможет вспомнить, как ее зовут. Можешь не волноваться, лейтенант, – сурово ответил Хорн и удалился в свою палатку.

Лицо Шона исказила гримаса недовольства, он явно был не согласен с решением своего хозяина.

– Я хочу, чтобы ты знала, – сказал он мне, присаживаясь на корточки прямо напротив. – Ты меня не проведешь, я не так прост и наблюдаю за тобой. Попробуй выкинуть какой-нибудь фокус, и твоя смерть не будет быстрой.

Ответить сил не было, но он и не ждал. Меня ненадолго оставили одну. Я почувствовала чье – то присутствие и обернулась. Что – то теплое и родное почудилось мне, я не могла объяснить себе это наваждение, но была уверена, что рядом со мной друг. Уже стемнело и, вглядевшись в вечерний сумрак, среди деревьев и низкорослых кустарников, я увидела два горящих глаза, которые смотрели прямо на меня. Сначала, я отпрянула, но спустя мгновение меня озарило. Кай! Видимо, капитан оставил его со мной и не потрудился предупредить. Я готова была рыдать и смеяться одновременно. Когда я снова посмотрела во тьму, глаза исчезли.

Спустя некоторое время меня привели в шатер Хорна. В ее центре, прямо в землю, был вбит железный кол, к которому крепилась цепь. На конце этой довольно длинной цепи болтался металлический ошейник. Когда стража правителя защелкнула железный обруч вокруг моей шеи, Хорн снова дал мне зелье. Оковы, тяжелые и холодные, больно впивались в кожу.

Правитель освежился и собрал совет. Я слышала все, о чем они говорили, но этот факт ничуть не смущал Хорна. Он понятия не имел, что я могу передать эту информацию. О магии Норда и нашей связи не знал никто, даже люди капитана.

– Правитель, я не оспариваю тот факт, что наше войско превосходит армию правителя Истиана, но настаиваю на том, чтобы часть наших людей, во главе с Капитаном Шоном Кроутсом отправилась по реке. Это будет неожиданный ход и позволит нам подступить к столице с двух сторон.

Река Антиолия пересекала все земли Ливитии и была полноводной. Если они двинуться по воде, у Ессении вообще не будет шансов. Этот спор, видимо продолжался не один день и советник, что настаивал на проникновении с двух сторон, был крайне настойчив.

– Ты не оставишь меня с этим вопросом, верно Стром? – Хорн задумался на минуту, но вероятно, сегодня у него был день небольшого просветления. Он казался спокойным и расслабленным. – Хорошо, будь по-твоему. Я не вижу в этом смысла, и если твой замысел провалится, я посажу тебя на угли голым задом.

Правитель проговорил это совершенно спокойно, но и его тихого голоса оказалось достаточно, чтобы Стром громко сглотнул.

– У нас около сотни кораблей, они вместительны и быстроходны. Можно отправить часть армии до небольшого города Силия. Этот городок находиться как раз там, где Антиолия делает большой поворот на Оурэлию. Можно захватить город и обосноваться там, до тех пор, пока наша сухопутная армия не подоспеет. Если передвигаться ночью, то эффект неожиданности, может сыграть нам на руку. Истиан просто не успеет собрать войско, чтобы отвоевать Силию обратно. Когда он поймет, что произошло, будет поздно собирать армию, – проговорил Стром.

– В твоих словах есть смысл. – Правитель повернулся к Шону. – Возьми треть армии и отправляйся в Рамт. Я передам через тебя приказ капитану Соту, чтобы он за два дня подготовил корабли. Ты понял замысел советника Строма?

– Да, сэр.

– Прибудешь в Силию под покровом ночи не позднее чем через две недели и будешь ждать послания от меня. Не высовывайся раньше времени, сиди тихо. Дальше Силии войска не продвигай. Было бы идеально, если бы Истиан, как можно дольше не знал о вашем прибытии. Сможешь не позволить жителям отправить весточку королю?

– Если город, действительно небольшой, то можно постараться. Я подумаю над этим, правитель. – Шон, казался невероятно довольным, оказанной честью.

Я слушала с замиранием сердца. Этот план не должен осуществиться. Я обязана любым способом передать информацию капитану. Если не получится сегодня связаться с Аароном, попробую передать записку с Каем.

Но, когда все совещания закончились и правитель поужинал, моим желаниям не суждено было исполниться. Настроение Хорна было на подъеме, и он решил вспомнить обо мне.

– Ну что мышка, как тебе путешествие? Не заскучала? – Он медленно подошел ко мне и подергал за цепь. Ошейник несколько раз неприятно ударил меня по горлу, и я вцепилась в него руками. – Как ты думаешь, не повторить ли нам нашу игру?

Я в ужасе попятилась, но правитель крепко держал цепь, и далеко отползти мне не удалось. Я была уверена, что после прошлой неудачной попытки, Хорн не будет пытаться меня изнасиловать, но у него были другие планы. Правитель схватил меня за волосы и потащил к своей лежанке. Он опрокинул меня на одеяло и потянулся за пузырьком.

– Голод ослабил тебя, но ты еще можешь выпустить коготки, – проговорил Хорн, ухмыляясь. – Я дам тебе совсем немного, чтобы ты не отключилась. Мне необходимо, чтобы ты смотрела на меня и чувствовала все, что я буду делать.

Я захлебнулась ужасом, и липкий страх пополз по коже, но вспомнила о капитане и изо всех сил постаралась овладеть собой. Он мгновенно ощутит мои эмоции и догадается о том, что происходит. Пришлось выставить щит, как только его магия коснулась меня. Я не смогу больше пройти через это вместе с Аароном. Видеть, как чувство вины съедает его изнутри, было невыносимо. Я попробую справиться сама. Если небеса будут на моей стороне, то у Хорна снова ничего не получится.

Крепко удерживая щит, я проглотила зелье и покорилась судьбе. Правитель снял куртку и склонился надо мной. Его руки скользили по моим ногам, задирая простое платье, в которое перед отъездом нарядили меня его служанки. Как противно было просто лежать и не иметь возможности дать отпор. Я громко кричала у себя в голове, пытаясь заглушить мысли о том, что делал Хорн. Я почувствовала, как слезы покатились из глаз, и разозлилась на себя. Он не должен видеть моих слез. Очень тяжело было удерживать щит уплывающим сознанием, но я держала. Аарон сейчас должен думать о другом, жалость ко мне будет его только отвлекать.

Хорн спустил мое платье с плеч и оголил грудь, уткнувшись лицом мне в шею. Я мысленно придумывала десятки вариантов, как могла бы убить его, если бы не неподвижность. Омерзительно чувствовать его язык на моей ключице и между грудей. В прошлый раз, когда Аарон был рядом, я не ощущала этих прикосновений, потому что рядом с капитаном все прочее не существовало. Сейчас, я была совсем одна и справлялась с этим унижением как могла. Правитель исследовал мое тело снова и снова, и начинал злиться.

В какой – то момент, осознав, что он все так же беспомощен, Хорн вскочил на ноги и опрокинул стол. Я лежала и смотрела как этот зверь, рычал и крушил все в своей палатке. Потом он резко дернул за цепь, и я слетела с кровати, больно ударившись плечом и бедром. Мое горло обожгло, и струйка крови потекла по шее. Железный ошейник содрал кожу и на время перекрыл доступ воздуху. Я лежала на полу и не могла помочь сама себе, но в душе я ликовала. Я начала смеяться, сначала тихо, а потом все громче и громче, смеялась и не могла остановиться, слезы и смех превратились в истерику, но Хорн этого уже не увидел, его в шатре не было. Когда истерика прекратилась, я провалилась в беспокойный сон.

Я очнулась там же, где и оставил меня правитель. Сев и осмотревшись, я увидела Хорна, он спал поверх одеяла, прямо в одежде. Рядом со мной стояла кружка с грязной водой. Не обращая внимания на вкус, я осушила ее в два глотка. Мне необходимо связаться с капитаном, до того как мы отправимся в путь и правитель снова даст мне зелье. Я решила испробовать вариант с Каем. Подкравшись к ближайшей стене палатки, я тихо позвала.

– Кай. Кай. – Мне казалось, что я спятила и от того делаю что – то ненормальное, но попробовать стоило.

Через несколько секунд я заметила лапу, Кай просунул ее под полог шатра.

– Кай! Ты сможешь отнести записку капитану? Это очень важно, – прошептала я. Кай поскреб землю. Я не поняла, что это означало. – Кай, отнеси весточку инструктору.

Я повторяла снова и снова, а волк лишь скреб лапой землю. Я бессильно опустила руки и коснулась лапы волка. В тот же миг, я почувствовала присутствие капитана.

«Капитан!» – окликнула я.

«Эйвери? Это ты? Как ты смогла? Где ты?» – спросил Аарон.

« Это Кай, я коснулась его и услышала вас. Мне нужно сообщить вам очень важную новость. Хорн отправляет часть войска по водам Антиолии. Не позднее чем через две недели его флот достигнет Силии, они осядут там, чтобы дождаться основных сил правителя» - Я проговорила все это и радостно выдохнула.

« Я слышу тебя, Эйвери. Это очень ценные сведения, спасибо. Я доложу о них правителю Истиану, как только мы прибудем в столицу»

«Где вы сейчас?» – спросила я.

«Мы встретились с Корнуэлом и Рантом в Картике и уже вместе отправились к границе. На рассвете я поскачу один, чтобы как можно скорее добраться до столицы» - Ответил капитан. Его голос в моей голове будоражил кровь, и я снова проверила щиты, чтобы ни одна невольная эмоция не добралась до его сознания.

« Я рада, что смогла сообщить вам о том, что услышала. И спасибо, что оставили Кая».

«Я не хотел, чтобы ты была совсем одна. Да и Кай не возражал» – грустно сказал Аарон. «Как ты? Я уловил сегодня страх, но ты быстро закрылась. Почему ты не позволила помочь тебе?»

«Вы уже один раз сделали то, чего не стоило. Я сама попросила, и это было непозволительно, вы не смогли отказать мне из жалости и чувства вины. Это излишне, я справлюсь. Я говорила вам об этом. Я проявила слабость, больше этого не повторится, капитан Норд» – я говорила эти слова и из последних сил удерживала щит. Моя боль прорывалась наружу, и управлять ею становилось все сложнее.

« Эйвери, ты не понимаешь,… я согласен, что делать этого не стоило, но моя вина…» – этих слов мне было достаточно, чтобы понять, что он жалеет о случившемся и я была права.

«Простите капитан, я не могу больше говорить. Мне пора» - и я выпустила лапу Кая из своих рук, а потом дала волю слезам.

Слабость, отчаяние и боль навалились на меня, и я сдалась. Последняя пара месяцев, была очень насыщенной, и я устала, просто устала. Переезд в столицу и попытки Брая снова меня унизить, потом восстановление и новые тренировки, затем изнурительное путешествие и жизнь в пещерах, это сражение и вот теперь, снова путешествие. Ко всему этому можно добавить эмоциональную составляющую – проникновение в мои эмоции, Лея и Маркус, а теперь еще и эти чувства к капитану, которые я открыла в себе. Я сама не понимала, каким образом еще держусь.

Мы путешествовали уже несколько дней, шесть или семь, трудно точно сказать. Хорн меня больше не трогал, но постоянно опаивал зельями, то снотворными, то лишающими сил. Я почти все время пребывала в состоянии бессилия и потеряла счет времени. Иногда, когда правитель был в ужасном настроении, он просто бил меня или не кормил. За это время, еду я видела раз пять или шесть, и были это сущие крохи, не позволяющие организму набраться сил.

Однажды, когда действие зелья уже проходило, а нового мне еще не дали, я решила позвать Кая. Мы остановились на ночлег, и я сидела возле дерева, Хорн собрал совещание по поводу дальнейшего пути. Они никак не могли решить заходить ли им в Рамт или сразу двинуться к границе. Я воспользовалась моментом и окликнула волка, он не заставил себя ждать. Ухватившись за его лапу, я позвала инструктора.

«Капитан!»

«Эйвери! Я рад тебя слышать! Как ты?» - обеспокоенно спросил Аарон.

«Со мной все более или менее хорошо, меня все время опаивают зельем, и я не могу шевелиться и не всегда пребываю в сознании».

Несколько, показавшихся мне бесконечными, секунд была тишина, а потом капитан заговорил снова:

«Я очень ждал, когда ты снова сможешь поговорить со мной. Рядом со мной Кронус, которому я передал твои слова. Магистр говорит, что при первой возможности, ты должна найти траву Мелеха и жевать ее. Она нейтрализует действие зелья».

«Я знаю этот сорняк, он здесь повсюду, спасибо вам обоим» - я словно почувствовала, как капитан поморщился. « Вы уже добрались до столицы?»

«Да, я в замке и Кронус пожелал поехать со мной. Он очень устал от такого путешествия, но ему было необходимо увидеть правителя и сообщить о масштабах бедствия. Мы ошарашили Истиана и надо сказать, он не сразу поверил, что Хорн решился на этот шаг. Мы эвакуируем жителей приграничных городов и поселений, но многие не хотят бросать свои дома»

«А как дела с Силией?» - поинтересовалась я.

«Мы собираем армию сейчас. Часть ее разместится в самой Силии в домах горожан, а другая во главе со мной, отправится на границу. Мы не располагаем такими ресурсами и обратились за помощью к правителю Орсии, это угроза для всех нас и Мориан мобилизует своих людей. Он отправит нам в помощь столько людей, сколько сможет, но они придут не раньше чем через десять дней. Я предложил использовать флот, так будет быстрее, но и на это понадобиться время» - рассказал капитан.

«А что говорит Кронус? Есть возможность уничтожить не живых?»

«Он изучает древние книги и свитки, но пока результатов нет»

О небеса! Я так хотела быть там и принимать участие во всех действиях, но мне приходилось сидеть здесь и страдать от бессилия.

«Эйви!» - позвал капитан, видимо я надолго замолчала.

«Я здесь».

«Ты постоянно закрыта от меня, и я не знаю, что происходит. Это чертовски нервирует. Магистр все время спрашивает о тебе, но я ничего не могу сказать, ты не пускаешь меня» - тихо проговорил Аарон. Я сжала зубы, чтобы не придумать себе что– нибудь невероятное и не размечтаться, напоминая себе, что со стороны капитана это просто чувство вины.

«Я справляюсь капитан, спасибо. У меня появились кое – какие мысли, но пока я не стану их озвучивать» - у меня действительно вырисовывался план, я не хотела больше сидеть на цепи и покорно ждать. «Вы не могли бы спросить магистра, как быстро я смогу восстановиться, если начну жевать Мелех».

« Кронус говорит, тебе нужна пара дней, но все зависит от степени твоей истощенности, как физической, так и эмоциональной» – ответил Норд, спустя минуту.

Я заметила, что совещание закончилось, и советники стали расходиться, значит, у меня всего минут пять, чтобы собрать траву.

«Мне пора, капитан. За мной придут скоро и мне нужно найти Мелех» – я уже хотела отпустить Кая, но услышала голос Аарона.

«Эйви!» – мое сердце замерло. «Я не могу чувствовать твои эмоции, с помощью нашей связи, и наблюдать за тем, что творится с тобой, но я могу использовать собственное чутье, чтобы понять, что ты на грани. Я умоляю тебя, держись. Сохрани свою жизнь для меня, я прошу!» – и он замолчал. Я отпустила лапу волка и застыла. Его последние слова согрели душу, но я вновь не позволила себе мечтать. Трава росла буквально под рукой, и мне не трудно было оборвать всю, что окружала меня. Я довольно быстро устала, поражаясь, что такие простые движения отнимают у меня столько сил. Дали о себе знать голод и почти полное отсутствие движения. Я набрала, сколько смогла и тут же засунула в рот. Трава была немного кислой, но в целом, вполне съедобной.

Когда меня вернули в палатку, я поняла, что Хорн решил зайти в Рамт, что задержит армию на два или три дня. Мой план был прост, я буду есть траву и делать вид, что сил во мне по прежнему нет. Иногда, сразу после ужина, правитель выходит к своим капитанам и остается немного еды, я могла бы брать чуть-чуть и набираться сил. Думая, что я беспомощна, Хорн будет оставлять меня одну, как делает всегда, это поможет мне добыть все, что нужно для побега.

Еще три дня, я осуществляла свой план. Жевала траву и набиралась сил. Притвориться немощной, было не сложно, ибо приближаясь к Ессении, правитель все меньше обращал на меня внимания. Он говорил только, что когда мы доберемся до столицы, он медленно и мучительно убьет меня, а тело отправит Норду. Я была одержима желанием бежать, и мне стало чуть легче справляться с положением, в котором я оказалась.

Мы прибыли в Рамт, портовый город, за пределами которого, начиналась огромная пустошь Горести. Войдя в город, мы направились сразу в резиденцию главы города. Там меня отвели в комнату, которую предоставили Хорну и оставили одну. Через некоторое время, я начала исследовать комнату и искать способы бежать. Здесь было большое окно, но оно располагалось высоко над землей, значит, нужно добыть веревку или сделать ее самой. Я могла бы легко спуститься. Окно выходит на небольшую площадь, миновав которую, я попаду в плохо освещенный проулок.

Вечером, глава города организовал прием по случаю прибытия самого Хорна. Меня вымыли и одели. Я посмотрела не себя в зеркало и ужаснулась, мои кости выпирали, и тело потеряло округлые формы. Волосы поблекли, щеки впали, а глаза стали еще больше. На меня смотрела несчастная девушка, утратившая былую привлекательность.

Хорн надел мне на шею кожаный ошейник и пристегнул к нему кожаный ремешок. Он водил меня по бальному залу словно собаку, выставляя напоказ свою власть надо мной. Люди смотрели на меня полными презрения глазами, некоторые даже смеялись. Неужели среди стольких людей, я не увижу ни единого взгляда сочувствия или жалости? Они не были мне нужны, просто так страшно понимать, что вокруг меня одни чудовища. Какая низость. На душе стало тошно и ужасно захотелось испариться, просто исчезнуть с лица земли и не видеть этих лиц и не слышать этот омерзительный смех. В груди бушевала буря, порожденная гневом и негодованием. Помогало лишь то, что я знала, что сбегу.

Правитель слушал хвалебные оды и лицемерные комплименты, вливая в себя вино. Каждый здесь, считал своим долгом подойти и похвалить Хорна. Я слушала и мечтала запить водой эти сладостные речи. Когда мой пленитель присаживался в кресло, мне приходилось опускаться к его ногам, поскольку Хорн не позволял возвышаться над ним. Несколько раз мне наступили на руку. Изображать из себя обессиленную мне не было нужды, этот «пир» просто убивал меня. В этот вечер я не раз вспомнила слова Кронуса об уготованных мне горестях. Люди, окружавшие меня, все больше пьянели и все больше сходили с ума. Некоторые щипали меня, толкали, тыкали пальцами или же откровенно лапали. Хорн громко смеялся, дергая меня за ошейник. И этот человек не позволял меня трогать несчастным служанкам? Мне казалось, что эта пытка никогда не закончится, но я, ни разу не подняла на Хорна своих глаз, чтобы, не допустите небеса, он не заметил в них всю мою боль и отчаяние. Приходилось стискивать зубы и впиваться ногтями в кожу, чтобы не закричать.

Мы вернулись в покои глубокой ночью. Правитель напоил меня зельем, дождался, пока оно подействует, и быстро ушел. Я выждала немного и решила действовать. За все это время, настолько благоприятного момента еще не было. Я собрала в сумку все, что могло пригодиться, немного еды и фляжку с водой. Снять ошейник не составило труда. Из штор получилась отличная веревка, которую я перебросила через подоконник. Еще, открывая окно, мне уже хотелось кричать во все горло от радости и предвкушения свободы, но шорох в коридоре отвлек меня. Я резко обернулась и расслышала негромкие голоса, если кто-то войдет сюда, мне конец. Я простояла несколько минут, затаив дыхание, пока не поняла, что говорившие прошли мимо, а затем выскользнула наружу. Шторы были надежно закреплены, и спустилась я быстро. Азарт и страх подгоняли меня. Я неслась через площадь в проулок, понимая, что стоит только добраться туда, и я исчезну в тени.

Под покровом ночи, я осторожно переходила от дома к дому, стараясь внимательно следить за патрулями, выставленными по городу. И только добравшись до окраины города, я смогла хоть немного расслабиться и сбросить с себя напряжение. Хорн, настолько уверенный, что я неподвижна и ослаблена, просто утратил бдительность. Эти сладостные речи и алкоголь, убедили его в том, что равных ему нет. Не нужно было иметь с ним особой связи, чтобы понять, что он ощущал себя всемогущим. Это тоже опасная черта, но сегодня она сыграла мне на руку.

Я направилась в самую глубь пустоши и вдруг, услышала шорох позади. Моя кровь застыла в жилах, но я каким-то образом ощутила, что опасности нет и, что позади меня друг и успокоилась. Кай! Он нагнал меня.

– Привет, мой друг! – Я обняла волка и уткнулась в его шерсть. Кай быстро оторвался от меня и побежал дальше. Он прав, нужно уносить ноги, пока темно.

Поход был тяжелым. От постоянного голода и неподвижности, я быстро уставала, шли мы медленно. Кай терпеливо возвращался за мной. Через два дня, я с трудом переставляла ноги. Еда закончилась, и воды осталось лишь на раз. Мы встретили только один пригодный для питья водоем и наполнили флягу, но и она заканчивалась. Днем было холодно и сыро, а ночью я промерзала до костей. Кай ложился со мной и согревал меня как мог. Пустошь была могилой для того, кто не запасался едой и водой. На третий день пути я не могла заставить себя шевелиться, Кай постоянно возвращался и подгонял меня. Мое сознание начало играть со мной, посылая галлюцинации, и зрительные, и голосовые. Мне казалось, что я теряю рассудок. Я знала, что на пути будет поселение, оно не большое, но я могла пополнить запасы. Самым сложным было добраться туда.

Ночью, когда до поселения оставалось половина дня пути, я осознала, что идти дальше не смогу. Я лежала, обнимая волка, и слушала голос, который звал меня. Я знала этот голос, и он был дорог мне, но вспомнить, чей он не удавалось. Снова разум издевается надо мной. Кай пошевелился, и я увидела вспышку, перед глазами возникло лицо капитана, и я поняла, что это его голос звал меня.

«Эйвери! Где ты?»

«Я в пустоши…, я сбежала …,но сил идти больше нет» – я не могла произнести больше ни слова, сознание ускользало от меня.

«Держись! Пожалуйста, держись!»

Это последнее, что я услышала. Мой разум уплывал, но мысли мои цеплялись за капитана. Я так хотела оказаться рядом с ним, где бы он ни был. Я хотела еще раз увидеть его глаза и прикоснуться к нему, желание было настолько отчаянным, что я назвала его имя вслух. А потом перед глазами все замелькало и закружилось, я проваливалась во тьму, и уцепиться было не за что.

Мощный всплеск энергии ворвался в мою голову и заставил распахнуть глаза. Я оказалась в комнате капитана во дворце, и как только я это поняла, опустилась на колени, продолжая держать Кая. Капитан стоял спиной ко мне. Если это очередная галлюцинация, я не желала ее покидать и прошептала :

– Аарон…,– получилось еле слышно, но он обернулся.

– Эйви! – закричал он, бросаясь ко мне. Он подхватил меня как раз вовремя, я снова проваливалась в забытье. Последнее что я увидела, были глаза синие, как небо.

Двадцать пятая глава

Я очнулась, как мне показалось, ночью. За окнами шумел дождь и в комнате был полумрак. На столе капитана, горело несколько свечей. Я приподнялась на локтях и прислушалась к своему телу. Голова немного гудела и на шее была повязка, кто-то обработал рану, оставленную ошейником. Меня не мучили ни усталость, ни голод, в целом все было не плохо. Я попыталась встать, но голова закружилась, и пришлось снова опуститься на подушку.

Услышав шорох, я повернулась и увидела капитана. Он полулежал на маленькой софе и дремал, его крупное, высокое тело едва помещалось там. Я не могла отвести от него глаз. Пока он спит, можно откровенно любоваться им. Как так получилось, что за столь короткий срок, этот взрослый, умный, честный мужчина стал мне так дорог? Я вновь, поймала себя на мысли, что хочу прикоснуться к нему, и не удержалась. Не обращая внимания, на легкое головокружение, я встала и медленно подошла к софе. Рука сама потянулась к его голове. Еле заметным движением, я коснулась его волос, и совсем не удивилась, ощутив насколько мягкими они были. Но и этого мне оказалось мало, совсем осмелев, я провела пальцем по его скуле. Сердце словно споткнулось, когда капитан распахнул глаза. О небеса! Как стыдно. Я отшатнулась, но не очень ловко, запутавшись в длинной ночной рубашке, я оступилась и приземлилась на пятую точку, сверкая голыми ногами.

– Рекрут, вам помочь? – не скрывая веселья, спросил капитан.

– Спасибо, я сама могу подняться, – обиженно пробурчала я. Это же надо было так сглупить! Ну, неужели не могла держать себя в руках? Еще немного поборовшись с ночнушкой, я поднялась и, бормоча ругательства, направилась к кровати. Я залезла под одеяло и укрылась с головой, понимая, насколько глупо это выглядит, но ничего не могла с собой поделать.

– Я рад, что ты очнулась, – сказал Норд. – Два дня ты была без сознания. Кронус сказал, что это от истощения, нервного и физического. Магистр дает тебе зелья и говорит, что если ты полежишь пару дней, то восстановишься полностью.

– Как я оказалась здесь? – выныривая из своего укрытия, спросила я.

– Не знаю. – Капитан уже стоял в полный рост рядом с кроватью. – Ты просто появилась в моих покоях. Что последнее ты помнишь?

Я вспомнила, что перед тем как оказаться здесь, подумала о капитане и о том, как хочу его увидеть и залилась краской. Говорить ему об этом, наверное, не стоило.

– Ничего такого. Просто я лежала на земле, обнимая Кая, и думала о…, ну, в общем, я думала о…,– я никак не могла подобрать правильное слово.

– О доме? – всматриваясь в мое лицо, подсказал Норд.

– Именно, о доме. Это все, что я помню.

– Ты голодна? Я могу принести тебе чего – нибудь перекусить. – Стоило капитану заговорить о еде, как мой желудок скрутило в узел, и он заурчал.

– А вы не знаете, свежий хлеб уже подошел, или еще слишком рано? – Смущенно спросила я.

Аарон улыбнулся.

– На улице темно, потому что пасмурно. На самом деле уже утро и время завтрака давно прошло, – мягко сказал он. – Я схожу, поищу что-нибудь, и пришлю Кронуса. Он велел сообщить, сразу, как ты проснешься.

Капитан потянулся, разминая затекшее от неудобной позы тело, и вышел за дверь, оставив меня одну. Воспоминания подкрались неожиданно. Я, вдруг, вспомнила, как Маркус вошел в эту комнату, а я так же лежала на кровати и шутила над ним. Сердце защемило, и глаза наполнились слезами. Я бы все отдала, за то чтобы увидеть его улыбку. Я старалась не плакать и переживать горести стойко, но пролить слезы в память о друге, не казалось мне слабостью. Я думала об Элен и семье Маркуса, когда вошел Кронус.

– Здравствуй, дитя. Я рад, что ты проснулась. Как самочувствие? – присаживаясь на край кровати, задал вопрос маг.

– Я прекрасно себя чувствую, магистр. И тоже очень рада вас видеть.

– Я слышал, что ты не соблюдала пастельный режим? – напуская на себя суровый вид, поинтересовался Кронус.

– Уже нажаловался? Вот же болтун! – сложив руки на груди, проворчала я. – Вот надо было ему рассказывать, что я подходила к нему спящему! Я просто убрала соринку с его лица…, ничего особенного.

Брови магистра поползли вверх.

– Капитан сказал лишь то, что ты вставала, а зачем ты это сделала, он не уточнял. – Я залилась краской. Да что же это за утро такое?! Кронус засмеялся. – Конечно, дитя мое, что в этом такого? Ты права.

Когда капитан вернулся, магистр все еще хохотал, а я сердилась. Аарон подошел ко мне и поставил еду мне на колени. От запаха свежего хлеба, я засияла.

– Как вы добыли это чудо? Горячий хлеб? Но ведь вы сказали, что завтрак прошел, – удивилась я.

– Капитан, каждое утро просит печь хлеб дополнительно, на тот случай, если ты проснешься, – сказал магистр. Я застыла, так и не донеся кусок до рта.

– Просто я знаю, что ты любишь свежий хлеб, – сказал Норд и отвернулся. В дверь постучали, капитан пошел открывать, и через мгновение в комнате собралась вся команда, а с ними Эш и Клай. Подруга сразу бросилась ко мне, и я с радостью обняла ее.

– Я так счастлива, что ты вернулась! – прошептала Клай.

– Я собрал вас здесь, потому что магистр, сообщил, что у него есть новости, – прервал нас капитан. После того как все уселись, Кронус взял слово.

– Я долго изучал древние свитки и обнаружил кое – что интересное. Есть надежда, что мы сможем уничтожить остатки армии Хорна, вот только времени у нас совсем мало. – Я прервала свой завтрак и заметила, что все остальные тоже замерли в предвкушении. – На севере, есть поселение, в котором живет один мой старый знакомый маг. Он ужасно сварливый старик, но владеет древним кристаллом, который понадобится мне для заклинания. В этом кристалле осталось еще немного древней магии, только добыв его, мы сможем говорить хоть о каких-то шансах против бессмертных. Однако, кроме очевидных, есть еще одна трудность. Мой старый друг вряд ли так просто расстанется со своим кристаллом.

– Мы можем вернуть его ему, как только он станет нам не нужен, – сказала я.

– Проблема в том, что после заклинания подобной мощи, магия покинет кристалл и больше от него толку не будет. Убеждать старого мага придется иными способами.

– А где именно на севере живет этот маг? – спросил Аарон.

– В Морозных скалах.

– Я готов послать туда людей, но время действительно не на нашей стороне. Как им попасть туда, до наступления Хорна, и к тому же вернуться? До морозных скал, дней десять пути, они просто не успеют вовремя, – сказал капитан.

– Это невозможно! – Корнуэл отрицательно махнул головой. Я услышала его голос и сердце сжалось. Он так похож на Маркуса, только глаза не такие веселые и жизнерадостные. Я потеряла друга, но каково это потерять брата? К тому же близнеца.

– Я отправлю вас с помощью Духа, – сказал Кронус, глядя в глаза капитану. Я увидела немой вопрос на лицах собравшихся. Они не понимали о чем речь, ведь никто из людей капитана до сих пор ничего не знали о его магии.

– Нас? – спросил Аарон. – Я не могу отправиться туда. Я должен возглавить войско и сражаться бок о бок со своими людьми.

– Но, кроме вас троих никто не сможет сделать это быстро! Ни один человек, не сможет добраться до мага и вернуться в срок. Это невозможно! – воскликнул магистр.

– Как я могу покинуть свою армию в тяжелое время? – не унимался капитан.

– Если ты не добудешь кристалл, мы все погибнем. Армия Хорна бессмертна и бесчисленна! Уничтожив не живых, мы сможем противостоять людям правителя Гвардии. Мальчик мой, это единственный способ победить.

– О ком, помимо меня вы говорили Магистр? – сдался капитан, но мне показалось, что он уже знал ответ.

– О Кае и Эйви! – пояснил магистр.

– Она никуда не пойдет! – отрезал капитан, и я чуть не подавилась куском хлеба.

– Мы обсудим это минутой позже, – перебил его магистр. – Поскольку вопрос о кандидатуре решен, ты должен оставить распоряжения своим людям.

– Нокс! – рявкнул Норд. – Ты и старшие братья Стэлз, поведете часть армии на границу и будете держать оборону, столько сколько сможете. Рант и Эш, вы отправитесь в Силию и будете ждать флот Хорна. У нас не больше недели, чтобы занять необходимые позиции. Клай, ты вернешься в совет и возглавишь безопасность двора, Амалия тебе поможет. Твоя задача, вовремя увезти королевскую семью, если армия Хорна подберется слишком близко. Вся дворцовая охрана на тебе. А я и Кай, отбудем в северное поселение, сразу после разговора с правителем Истианом.

Я лежала и слушала распоряжения капитана, пораженно открыв рот. Выходит он меня вообще в расчет не берет? В его планы не входит использовать меня как воина. Я тихо закипала. Капитан инструктировал своих людей, давая подробные распоряжения. Клай, моя верная подруга, стояла и безропотно слушала указания. Как она вообще попала в команду капитана?

– Аарон! Эйви пойдет с тобой. Без нее ты не справишься. Тебе нужна ее сила и то, что образует ваш союз! – осторожно подбирая слова, вернулся к разговору маг.

– Я вполне справлюсь и без нее! – сказал капитан.

Я не выдержала и резко вскочила с кровати.

– Похоже, это не только вам решать! – сквозь зубы проговорила я. – Я тоже имею право голоса!

– Не имеешь! Я капитан и мне решать, что ты будешь делать! – повысив голос, сказал Норд. – Сейчас, ты залезешь обратно в постель, и не будешь показывать даже носа!

– Я должна идти с вами! Я вполне здорова! – не унималась я.

– Даже не думай!

– Кто я, по-вашему? Я что не заслужила даже каплю доверия? – Сдерживать возмущение и обиду стало почти невозможно, в прочем, как всегда.

– Дело вовсе не в доверии. Ты только что вернулась из опасного путешествия и еще слаба. – Не уступал мне инструктор. Вся команда застыла, наблюдая за этим спором, но никто не рискнул вмешаться. Клай, сделала попытку остудить меня, но вовремя поняла, что в этот разговор лучше не лезть.

– Вы не сможете использовать силу Духа без меня! Это же и кретину понятно! – закричала я.

Я увидела, как лицо капитана заволокла ярость, он сжал кулаки.

– Вон! Все вон отсюда! – зарычал Норд, глядя мне в глаза. Я поежилась и поняла, что будет буря. Команда Норда, во главе с Кронусом, тихо вышла за дверь. Я тут же ощутила себя маленькой и беспомощной. Глаза капитана полыхали. – Я не желаю больше спорить с тобой! Я свяжу тебя и приставлю охрану, если ты посмеешь ослушаться меня.

Слова капитана непроизвольно всколыхнули воспоминания. Я увидела себя на цепи в шатре, а потом попытки Хорна изнасиловать меня, ошейник на балу, голод и презрение. Картинки в голове были настолько яркими, что меня скрутило. Капитан стоял с таким выражением на лице, словно его окатили ледяной водой. Он видел! Тоже видел эти образы. Он каким -то образом вместе со мной смотрел в мои воспоминания. Я попыталась закрыться, но было поздно. Аарон схватился за стол и, вложив всю свою злость, перевернул его. Хорошо, что он зажег свечи по всей комнате, когда вошли его люди, иначе мы погрузились бы во мрак.

– Это животное посадил тебя на цепь? – закричал капитан. От вспышки его гнева я сжалась в комок. Мне нужно было отвлечь Аарона от мыслей об этом.

– Мы сейчас говорим не об этом! – набравшись смелости, сказала я. – Мы говорим о том, что я должна пойти с вами. Дух, что бы это ни было, сила, которая работает лишь, когда мы вместе. Неужели вы не хотите принять очевидные вещи?

– Я не могу допустить, чтобы ты снова попала в беду! Как ты не можешь понять?! – все еще злился капитан.

– Ваше чувство вины не уместно! Я воин! Я тренировалась несколько лет, чтобы попасть сюда. Я сама согласилась на поездку в Гвардию! И даже после того как Хорн обратил на меня свое внимание, я все равно пошла на это. Потому что ЗНАЛА, на что шла, капитан! Вы не должны испытывать вину за то, что я пережила. Это мой долг! Не меньше чем ваш!

– Я виноват перед тобой! Я не должен был отдавать тебя ему. Этот человек болен и то, что ты вынесла, просто убивает меня! Я видел, сколько боли тебе приносили его домогательства! Я был там! Ты не забыла? И я поступил не лучше, я не должен был позволять себе…

Острая боль пронзила сердце. Я не хотела слушать о том, что он жалеет о случившемся, что прикосновения ко мне были ошибкой.

– Я сама просила вас об этом! – выплеснув свои чувства, прокричала я. Я больше не держала свою обиду и боль, я открылась ему полностью. – Я хотела этого! Только ваши прикосновения могли заглушить мою боль. Только ваши глаза и руки способны залечить мои раны! Вы спасли меня тогда! Я подумала, что вы тоже хотите быть со мной, что вы испытываете ко мне что – то похожее на мои чувства, но ваши действия были лишь жалостью. Думая об этом, я чувствую себя идиоткой!

Я подняла глаза на капитана, и смело посмотрела на него. Он явно был сбит с толку. Мои слова постепенно доходили до его сознания, и я ощутила волну его эмоций. Это были сначала растерянность и смятение, затем смущение и волнение, и наконец трепетная радость. Он улыбнулся и сказал:

– Я люблю тебя, идиотка.

Мой мир взорвался и засиял тысячью звезд. Я не поверила своим ушам и подумала, что может это разум снова играет со мной. Капитан подошел ко мне вплотную, взял мое лицо в свои ладони и прошептал:

– Ты невыносимая, необузданная, упрямая и своенравная! Порой ты доводишь меня до бешенства, и я хочу крушить все вокруг. – Он легко коснулся губами моей щеки, сначала одной, потом другой. – Но при этом ты сильная, преданная, добрая и чувственная! Я столько лет наблюдал за тобой и был поражен тем насколько ты стойкая. Когда я познакомился с тобой лично, ты обескуражила меня и окончательно перевернула мою жизнь.

Я не в силах больше уместить в себе это счастье, поднялась на носочки и поцеловала этого упрямца. Аарон прижал меня крепче и жадно ответил на поцелуй. В эту минуту слова были лишними. Мы сняли все защитные щиты и чувства, которые были спрятаны в глубинах наших душ, нашли выход. Я стояла босая, в ночной рубашке и изо всех сил прижималась к мужчине, которого любила. Его горячие губы и нежные руки, заставляли мое тело трепетать. Волна желания прошла по всему телу и сосредоточилась где – то внизу живота. Аарон мгновенно почувствовал это и приглушенно зарычал, подхватывая меня на руки. Он положил меня на кровать и навис надо мной. Я ничего еще так не хотела в жизни, как близости с ним.

Внезапно он остановился и посмотрел в мои глаза. Я ощутила бурю эмоций, которая родилась в нем, это сомнение, горечь и страх сделать мне больно.

– Я верю тебе, – прошептала я, открывая ему свои чувства. – Я не боюсь. Ты чувствуешь?

Аарон кивнул, не отрывая взгляда от моих глаз.

– Все так, как должно быть. Я хочу этого. – Моя счастливая улыбка должна была рассказать обо всем лучше меня. – Я люблю тебя!

Больше его ничего не сдерживало. Мы наслаждались друг другом неистово и жадно. Я никогда не была с мужчиной по своей воле, я не знала прелести ласк и истинной страсти. Но рядом с Аароном, я понимала, что нет ничего прекраснее его прикосновений. Он был и нежным и дерзким, обращаясь со мной очень бережно. Каждая клеточка моего тела вспыхивала томительным огнем, упиваясь его ласками. Я сама не понимала, как пройдя через насилие и грубость, я смогла так легко довериться мужчине и захотеть отдать ему всю себя без остатка.

После того, как мы насытились любовью и лежали прижавшись друг к другу, я подняла голову и заметила, что капитан глубоко задумался, перебирая мои волосы.

– Что тревожит тебя? – спросила я.

– Я вспомнил рисунок, что нарисовал для тебя…

– Который? – Мой вопрос заставил его посмотреть мне в глаза и улыбнуться.

– Наверное, оба. Я назвал их «Надежда».

– На первом рисунке ты нарисовал меня? – Я села, поджав под себя ноги и завернувшись в одеяло.

– Да. Я мечтал о том, чтобы ты ждала моего возвращения.

– А я и ждала, – тихо проговорила я, нервно теребя одеяло. – Только ты вернулся и мы поссорились.

Капитан тоже сел, только прикрываться одеялом не стал, и оно спустилось до самых бедер, это здорово отвлекало.

– Мы просто не поняли друг друга. Как я уже говорил, я боялся, что ты могла подумать, будто я причиню тебе вред. Сама мысль об этом претила мне. Я сходил с ума каждый раз, вспоминая, что произошло с тобой. – Глаза Аарона стали печальными.

– А я боялась, что когда ты узнаешь об этом, то станешь меня презирать. Ведь я была испорчена и…

– Не смей так говорить, Эйви! Даже не намекай на это, – возмутился он. – Я восхищаюсь твоей стойкостью и смелостью. Ты пережила это и не утратила человечности, твое сердце не зачерствело и не ожесточилось. Я понимаю, за что Маркус так любил тебя и завидовал ему, потому что он мог так легко находиться с тобой рядом. Правда я думал, что и ты любишь его. – При упоминании имени друга, капитан опустил глаза.

– Ты проницательный человек и очень внимательный. Ты видишь чувство, но не распознаешь суть. Маркус действительно любил и собирался жениться. Но не я была его возлюбленной, а Элена Нокс. Он был влюблен в нее несколько лет, но лишь после моего появления осмелился признаться. И ты прав, я любила его и с радостью поменялась бы с ним местами. Он был первым, кто за долгие годы отнесся ко мне по дружески. – Воспоминания о Маркусе больно ранили, и я снова прильнула к груди Аарона. – Как его семья? Как Корнуэл?

– Очень тяжело было сообщить ему, но когда мы добрались до Картики, он уже чувствовал, что произошло непоправимое. Связь между близнецами действительно очень сильна. Корн, держит боль в себе, как и Трент. А вот Эш был совсем плох и если бы не Клай, мы бы не смогли его привести в чувства, – сказал капитан.

– А ты? Как ты? – я спросила его, понимая, что свою боль он оставил только для себя.

– Маркус был моим другом и первым помощником. Его неукротимая жажда жизни, заражала всех вокруг. Рядом с ним, можно было пережить что угодно. Когда я увидел, как Хорн сломал ему шею, во мне что – то оборвалось. Меня словно поглотила тьма, да еще после этого мне пришлось оставить тебя там, – сказал Аарон, тяжело вздыхая, и зарылся лицом в мои волосы. – Это чудовище водило тебя на цепи как зверюшку и морило голодом.

– Все уже позади, я здесь, с тобой, – мягко сказала я. – Знаешь, о чем я на самом деле думала, когда лежала на земле в пустоши?

– Ты сказала, что о доме.

– Нет. Я думала о том, что хочу увидеть тебя и оказаться рядом с тобой, где бы ты ни был. В сущности, я не обманула тебя, ты и есть мой дом. – Я заглянула в лицо любимому.

– А ты мой! – Аарон спустился на подушку и положил меня рядом с собой. Мы забыли на время о том, что надвигается война и всем нам грозит смерть. Еще немного понежившись в объятиях друг друга, мы все же поднялись. – Я должен быть на аудиенции у правителя через час, а ты оставайся и поспи еще.

– Аарон! Мы же договорились на счет похода в Морозные скалы? – спросила я, обратив внимание, что он не спускает с меня глаз, пока я вылезаю из под одеяла и надеваю его рубашку. Моих вещей здесь не было, и рубашка нужна была, чтобы хоть как – то прикрыться.

– Теперь я не оставлю тебя одну, – твердо сказал он. – Сколько бы нам не отвела судьба, я хочу провести это время с тобой.

Я счастливо улыбнулась и в чувственном порыве бросилась к нему. Аарон поцеловал меня крепко и нехотя отстранился.

– Мне нужно дать несколько распоряжений и собрать совет. А ты дождись меня здесь и мы пойдем к магистру, пусть объяснит, что именно нам предстоит.

– А как мне добыть свою одежду? – спросила я, указывая на свои голые ноги.

– А зачем? Мне и так нравится, – ухмыльнулся Аарон, и я шутливо стукнула его кулаком в грудь. – Я зайду за твоими вещами, после встречи с правителем Истианом.

Оставшись одна, я решила немного подремать. Спала я всего пару часов, а потом захотела принять ванну. Возможно, уже через неделю мы все погибнем, а в ближайшие дни мне предстоит новый поход. Я наслаждалась до тех пор, пока вода совсем не остыла и вышла из купальни, завернувшись лишь в тонкую простыню. Капитан сидел за своим столом и широко улыбнулся, увидев меня. Я смутилась и крепче прижала к себе намокшую ткань.

– Тебе незачем стесняться меня, Эйви, – медленно подходя ко мне, сказал Аарон. – Я знаю каждую клеточку твоего тела, каждую родинку и каждый шрам. Ты прекрасна!

Мне трудно было поверить в его слова. Чем я заслужила такую любовь и преданность?

– Я чувствую твою неуверенность, милая. Напрасно ты сомневаешься в себе. – Коснувшись моего подбородка, он нежно поднял мое лицо. – Я твой, весь без остатка. И ты теперь принадлежишь мне, мы вместе и это не изменить.

Я почувствовала, что он не обманывает меня и, что мы действительно принадлежим друг другу.

– Как команда? – захотела я сменить тему и заодно понять, что им известно.

– Все всё поняли, особенно после того, как мы исчезли на несколько часов. Кроме Трента, все благоразумно помалкивают, если не считать редких ухмылок. А вот старший из Стэлзов, не упускает момента отвесить какую – нибудь шутку на этот счет. – Улыбнулся капитан. Эти люди прошли с ним через многое и кроме уважения испытывали еще и любовь к своему командиру. Отношения в команде были легкими и добродушными.

– Трентон умеет шутить? – изумилась я, пытаясь надеть форменные брюки.

– Он мало говорит, но чувство юмора Маркусу досталось именно от него. – Аарон замер. Раны от потери друга были еще совсем свежими. Капитан стал очень серьезным. – Эйви!

– Да?

– У меня есть кое – что для тебя. – Капитан прошел к сундуку, который стоял у стола и достал оттуда что – то завернутое в черную ткань. Он подошел ко мне и протянул сверток. Я взяла его и развернула, это был великолепно сделанный меч, маленький и легкий. Он идеально подходил для меня и лег в мою ладонь так, будто для нее и предназначен. Я ахнула от такой красоты. – Это принесли вчера. Маркус заказал его для тебя, он собирался обучить тебя владению мечом. Это было его навязчивой идеей, после того как мы нашли тебя в городе.

Маркус! Мой дорогой друг! Я села на колени и прижав к себе меч, заплакала. Это были слезы в память об ушедшем друге, горькие и полные тоски. Аарон обнял меня и прошептал:

– Я убью Хорна собственными руками. Даю тебе слово!

Двадцать шестая глава

– Ты научишь меня? – спросила я Аарона, после того как полностью оделась и успокоилась. – Научишь меня пользоваться им? Если останемся живы, конечно.

– Научу, – задумчиво ответил капитан. – А сейчас собирайся, мы идем в город. Сегодня Мэл собирает всю команду у себя на ужин. Она хотела увидеть тебя. Другого времени может не быть, завтра мы отправимся в Морозные скалы.

– Уже завтра?

– Правитель Истиан будет ждать нас на рассвете у себя, а затем мы выдвинемся в путь.

– Я буду говорить с ним? – испугалась я.

– Он будет говорить с тобой! – усмехнулся Аарон. – Мы обсудим все необходимые вопросы и получим наставления. Не бойся, правитель добрый и мудрый человек.

– Это я знаю, но он же ПРАВИТЕЛЬ!

Капитан ничего не ответил, а лишь улыбнулся, и мы вышли из комнаты. Вечер был теплым и на удивление тихим. Когда мы вышли за пределы дворцовых ворот, капитан взял меня за руку, и этот жест казался таким естественным. Мы медленно брели по улицам, непривычно пустым, и не разговаривали, этого и не требовалось. Наши щиты были сняты и мы понимали друг друга без слов. Каждый из нас наслаждался минутами уединения и покоя.

– Что это Мэл задумала собрать всех? – Почти у самого дома Ноксов, спросила я.

– Завтра утром, мы все отправимся к местам своего назначения, и никто не знает, сможем ли вернуться. По такому случаю Мэл приготовила свои чудесные пироги.

Нам открыла Элен, я едва узнала ее. Передо мной стояла совсем не та девушка с россыпью веснушек и живыми добрыми глазами. Лицо бледное и осунувшееся заставило мое сердце сжаться. Глаза ее потухли, вместе с Маркусом из них ушла жизнь. Элен слабо улыбнулась:

– Эйвери! Я так рада тебя видеть, – искренне сказала девушка, и хотя на лице ее была улыбка, глаза она не затронула.

Элен опустила взгляд и заметила наши сомкнутые руки, я резко выдернула свои пальцы из ладони Аарона. Меня тут же кольнуло чувство вины за то, что обрела счастье, а она не успела насладиться своим.

К нам вышла Мэл, она тоже изменилась, но не утратила своего тепла и душевности.

– Дети мои, проходите. Я рада, что ты вернулась детка, – проговорила она, притягивая меня к себе.

Мы вошли в гостиную, и кто – то врезался в меня, чуть не сбив с ног.

– Эйви! – Глаза Люка горели восторгом. Я была безумно рада его видеть. Мне стало стыдно, что за всеми этими событиями, я совсем забыла спросить о нем и Лее, которая, кстати сказать, тоже была здесь. – Мы теперь живем здесь, и Мэл заботится о нас. А Прит и Зейн теперь служат под командованием старшего инструктора, а Крист служить не захотел, он пошел в королевскую кузницу. Они тоже придут, и ты сможешь сама все у них узнать.

Мальчик счастливо тараторил, делясь новостями и чрезвычайно радуя меня. Даже представить не могла, насколько буду счастлива видеть его таким. Он рассказывал, как хорошо им живется под крылом у Ноксов и как прекрасно Мэл заботится о них. Лучшей семьи ему не найти. Этот разговор мог бы затянуться надолго, если бы Клай не подошла ко мне и не отвела в сторону.

– Поболтаем, пока все не собрались? Как ты себя чувствуешь? – спросила подруга обеспокоенно.

– Спасибо, Клай, все в порядке. Все зажило и усталости как небывало,– успокоила я ее и решила задать вопрос, мучивший меня так долго. – Как ты попала в отряд Норда?

– В ту ночь, когда вас с магистром забрали, капитан пригласил нас с Эшем присоединиться к команде, чтобы сопроводить до границы. Советник Кастол не возражала, – пожала плечами Клай, пытаясь скрыть свою радость от того, что сам Волк с севера выражает ей доверие.

– А как вы оказались в Гвардии? – задала я еще один, изводящий меня вопрос.

– Когда ты изложила свой план капитану, кстати, мы все до сих пор не поняли, что это за заклинание на вас наложено и как оно работает, он долго метался, понимая, что это самоубийство. А потом просто пришел и сказал, что мы отправляемся за вами. Твоя карта позволила ему найти нужный вход, и мы пришли вовремя. – Я задумалась, видимо после того как принял решение отправиться в Замкнутые горы, капитан закрылся от меня и не отвечал на мой зов. Он не хотел, чтобы я знала о его намерении. – Ну, а что ждало нас там ты и сама помнишь.

– Как Эш? – мы обе знали, о чем именно я спрашиваю.

– Немного лучше, но эта рана не затянется никогда. Первые дни он не ел и почти не спал, а потом капитан о чем – то поговорил с ним и Эш пришел в себя, насколько это возможно, – пояснила Клай и мы обе посмотрели на Эша. Он сидел на диване и мирно беседовал с Леей.

– Ты решила остаться в отряде Норда?

– До тех пор пока все это не закончится. Отряд заметно увеличился и капитан каждому нашел занятие. Двое гвардийцев, что пришли с нами, очень хорошо вписались в отряд.

Словно услышав свои имена, в комнату вошли Прит и Зейн, а за ними и Крист. Кузнец отыскал меня глазами и тут же двинулся навстречу.

– Привет, чудачка! – усмехнулся он. – Неплохо выглядишь, для пленницы спятившего ублюдка.

Вот так приветствие! Но я не обиделась, еще там в пещерах, я поняла, что представляет из себя этот парень. Он говорил, что думает и был предельно честным с окружающими, эти качества, плюс веселый нрав, очень располагали к себе.

– Здравствуй Крист. О чем ты! В обществе этого «спятившего ублюдка» было не так плохо. Я много времени проводила на воздухе и даже была на приеме, – пошутила я. Но капитан, подошедший к нам, этой шутки не оценил.

– Мэл, зовет всех к столу, – сказал он и взял меня за руку. – Шутить о том через что ты прошла не весело, Эйви, тем более, что остальные не в курсе, какое именно наслаждение принес тебе этот прием.

Последние слова капитан произнес только для меня, и я захотела поспорить, но не стала портить вечер. Мы прошли к столу, и Мэл взяла слово:

– Я рада, что все мы здесь собрались сегодня. Я благодарю вас за то, что пришли. Знаю, что впереди нас ждут нелегкие испытания и уже завтра, каждый из нас будет в опасности, но сегодня мы еще здесь и у нас есть прекрасный повод собраться. Эйви! – Она повернулась ко мне. – Девочка моя, ты не так давно вошла в нашу жизнь, но уже прочно поселилась в моем сердце. Твои родители далеко и не могут сказать тебе, что гордятся тобой. Я возьму эту ответственность на себя, милая. С днем рождения! Мы знаем, что он был две недели назад, и все – таки решили не обходить его стороной.

Мэл заключила меня в по отечески крепкие объятия. Я встретилась взглядом с Аароном, его глаза сияли. Счастье, тепло и уют поглотили меня, здесь я обрела новую семью. Все члены команды по очереди обратились ко мне с поздравлениями, Нокс обнял, Рант и Корн похлопали по плечу, а Трент даже улыбнулся. Для меня это было самым лучшим подарком, они приняли меня. Эти жесты и взгляды были первыми проявлениями внимания ко мне и это дорогого стоило. Люк подарил мне фигурку волка, вырезанную из дерева, женщины семьи Нокс чудесное платье, а Лея сделала своими руками прекрасное украшение из разноцветных камней. Я не ожидала такого праздника и смутилась окончательно.

«Мой подарок получишь дома» – услышала я в голове голос капитана. Он едва заметно коснулся моей руки, и я тут же вспыхнула.

Мы расселись по местам, за столом, и Мэл подала прекрасное жаркое. Ужин был легким и веселым. Я наблюдала за этими людьми и поняла что, не считая, вновь прибывших, команда Норда собиралась здесь частенько. Они шутили и смеялись, вспоминая забавные случаи. Здесь в этой комнате, среди этих людей, я больше не чувствовала себя чужой.

После ужина, Мэл принесла пироги и я думала, что ни крошки не смогу поместить в себя, однако два больших куска исчезли там же где и мясо.

«Мне нравится твой аппетит»– засмеялся в моей голове Аарон.

«Просто Мэл прекрасно готовит, а эти пироги сводят меня с ума. Как только Элен остается такой стройной, учитывая кулинарные способности ее матушки?» – пробурчала я в ответ.

«Может она просто знает меру?»– после этих слов я возмущенно посмотрела в лицо любимого и увидела лишь добродушную улыбку. «Не переживай, я буду любить тебя и толстушкой».

Мы просидели в гостях еще пару часов и, поблагодарив хозяев, распрощались. Аарон привел меня в свои покои, где Кай ждал нас, посапывая на софе.

– Магистр сам придет к нам?– Поинтересовалась я. – Я думала, что он ждет нас у себя.

– Он сказал, что у меня будет удобнее, – пожал плечами капитан.

Кронус не заставил себя долго ждать, он пришел почти сразу за нами. Маг выглядел усталым и озабоченным, пройдя в комнату, он задумчиво опустился на софу, легким жестом сгоняя оттуда волка. Кай фыркнул недовольно и переместился на кровать.

– Я нашел все имеющиеся записи о магии Духа, скажу сразу, их немного. – Мы с Аароном сели рядом с магом прямо на пол. – Это очень древняя сила, пришедшая к нам с севера, ее сердцем является волк. Насколько я смог понять, Кай нашел тебя не случайно, мой мальчик. Он сам пришел с севера, и ты родом из тех краев. Твой волк потомок древней стаи, которую местные жители называют « Тапитос», что на их коренном наречии означает «мудрый». Эти волки появляются лишь во времена большой смерти, перед войной или стихией. Кай почувствовал тебя, но ты не пользовался своей силой и магия волка спала. Когда вы встретились тебе было тринадцать и ты обучался у меня, дух проснулся, но не найдя магической подпитки, затаился. Твоя магия росла, но ты отвергал ее и древняя сила не находила выхода. Встреча с «кауной», пробудила ее окончательно, сейчас она требует действий.

– Кауна? Что это, магистр? – спросила я.

– «Кауна» – означает суженная, избранная или попросту вторая половина. – Ответил маг, глядя на наши сцепленные руки. – Ты Эйвери, его «кауна», а он твой «науко», в сущности это одно и то же, просто применяется к разным полам. – Голос магистра звучал устало. – Эта магия крайне опасна и невероятно сильна. Для ее использования вы должны стать единым целым. Чтобы она вошла в полную силу, вы должны «освободить свои сердца и снять бремя». Это дословно, так сказано в древнем писании.

– Что дает эта сила? Чем она опасна? – спросил Аарон, крепче сжимая мою руку.

– Она делает вас троих единым целым. Кай является связующим звеном. Ваши способности дополняют друг друга и дают мощную энергию.

– Но во мне нет магии. Как я могу быть частью этого? – изумилась я.

– Ты в данном случае, его якорь. Ты удерживаешь его от безумия и тягот этой мощи. – Кронус заметил наши удивленные лица и пояснил. – Любая магия несет за собой последствия, а такая мощная тем более. Если есть что-то не хорошее на душе – это верный путь во тьму. Вам необходимо освободиться от боли, страхов или вины, если таковые есть. Магия будет усиливать эти чувства, и преобразовывать во зло. Плюс такая мощь – это еще и невероятный соблазн. Огромная сила, позволяющая вам видеть, слышать, осязать и обонять как волки, может сделать вас непобедимыми. Вы чувствуете и понимаете друг друга, вы можете в один миг оказаться рядом, лишь пожелав этого. В старых свитках само слово Дух используется как…,– Кронус попытался подобрать правильное слово, – как удар или вспышка. Это, похоже, намек на основную силу, которую дает магия волка. Но в ней я еще не разобрался окончательно.

– Если подытожить, то Дух может опьянить меня своей силой и обратить во зло, а Эйви должна удержать меня от этого? – отрешенно спросил Аарон. Он уже не ждал ответа, мысли его были далеко.

– В общем да, – скорее для меня, чем для капитана, ответил маг, – твоя вера в него, в его благородство и силу воли, должны стать опорой для вас обоих.

Я слушала, не скрывая своего удивления. Это, просто, какое – то безумие. Все это не помещалось в моей голове, я встала и начала ходить по комнате. Как же мне удалось влезть во все это?

– Калон, мой старый знакомый, к которому вы отправитесь, гораздо старше и мудрее меня. Он наверняка знает больше. Его характер просто невыносим, но он справедлив и проницателен, – словно извиняясь, продолжил магистр.– Просто так он не отдаст кристалл. Вам нужно убедить его. Калон сразу поймет, кто вы и какой силой обладаете, если сможете его расположить к себе, он окажет неоценимую помощь.

– Как мы доберемся до него? – задал вопрос капитан.

– Дух волка перебросит вас. Один из вас должен четко представлять либо место, либо человека к которому нужно попасть. Ближе всего к Морозным скалам Контия. Дальше пойдете пешком. Это займет два или три дня, пробудете день у Калона и назад. С учетом всех непредвиденных ситуаций, у вас всего неделя на путешествие.

– Хорн был в Рамте еще четыре дня назад. На переход такого войска к нашим границам ему понадобится дней десять, может двенадцать. Да, ты прав Кронус, у нас не больше недели, – тоже поднявшись с пола, рассуждал Аарон. – Мы отправимся завтра с утра, сразу после аудиенции у правителя. Я поручил Мэл и Ноксу подготовить нам припасов и теплую одежду, но немного, так как дома я смогу пополнить их.

– Дома? – застыла на месте я.

– Дома. Я же родом из Контии, там живет моя семья. Это место я буду представлять, когда мы переместимся, – спокойно ответил Аарон.

– Я окажусь у тебя дома? Но я думала, что ты из Орсии, ведь Басс был орсийцем.

– Верно, мой отец был из твоих земель, но моя мама Ессенианка и когда начались беспорядки, отец отправил ее к родителям в Контию, там я и родился. Северных земель почти не коснулись разрушения войны, и там было относительно безопасно.

Я только что узнала о разрушительно губительной магии, которая способна уничтожить все на своем пути, но напугала меня встреча с семьей капитана. Мои ладони, буквально похолодели от ужаса. Я встречусь с его мамой? Это повергло меня в шок. Что скажет она обо мне, примет ли выбор сына или он не поведает ей обо мне всю правду. Погружаясь в эти мысли, я уже не слушала обсуждения мужчин и не заметила как после окончания беседы, Кронус ушел.

– Эйви! – позвал Аарон.

– А! Что ты спросил? – растерялась я, понимая, что капитан звал меня уже не в первый раз.

– О чем ты так задумалась? Что так напугало тебя? Я чувствую бурю эмоций, которые мечутся в тебе как безумные, стремительно сменяя друг друга. Я чувствую, но не могу понять, что именно ввергло тебя в такое состояние. Что страшит тебя «кауна»?

– Ты назвал меня «кауна»? – смутилась я.

– А тебе не нравится? По-моему очень подходящее слово и звучит как надо.

– Пожалуй, мне нравится. Из твоих уст это звучит очень ласково, – улыбнулась я.

– Ты не ответила на вопрос о том, что испугало тебя.

– Мы встретимся с твоей семьей, – еле слышно пробормотала я.

– Да и что? – не понял Аарон.

– Ну, я не знаю, как отнесется ко мне твоя мама…, и я же пока даже сама не знаю, как мне смотреть на наши отношения…, и я не знаю, как быть…,– залепетала я.

Внезапно, я услышала смех и резко подняла голову. Капитан от души смеялся и никак не мог остановиться.

– Что смешного я сказала? – рассердилась я.

– Ты та, кто вынес столько тягот, та, кто первой ринулась в почти самоубийственный поход в Гвардию, та, кто помогла уничтожить часть армии правителя Хорна, та, кто освободила рабов и попала на цепь к чудовищу, та, кто невероятными усилиями выжила во всем этом! Ты – боишься моей мамы? – искренне изумился Аарон.

– Это совсем другое, Аарон. Все через что я прошла не способно причинить боль моему сердцу. А вот, если твоя матушка не одобрит твой выбор и посчитает, что я не та, кто тебе нужен, это разобьет его вдребезги. – Говорить об этом было трудно, но раз уж мой мужчина так хорошо чувствует мои эмоции, мне ничего не оставалось, как объяснять их природу.

– Это глупо, Эйви! Выброси это из головы. Ты не просто понравишься моей маме, она полюбит тебя. – Подойдя ко мне, совсем близко сказал капитан. Я отвернулась, пряча глаза от его внимательного взгляда.

Аарон подошел еще ближе и прижался грудью к моей спине, обнимая нежными руками.

– Ты моя кауна. Помнишь, что это значит? Моя избранная, моя половинка. Увидев, как сильно ты дорога мне, моя матушка станет счастливейшей из женщин, – прошептал он и коснулся губами мочки моего уха

Тело моментально откликнулось на его прикосновение. Почувствовав мою реакцию, Аарон продолжил, осыпая поцелуями мою шею. Я перестала что – либо соображать, когда его руки спустились по талии к моему животу и стали медленно подниматься к груди. Я ощутила дрожь во всем теле и развернулась к нему лицом. В глазах Аарона я увидела желание и тут же почувствовала, как оно ворвалось в меня, когда он снял щит. Мое собственное возбуждение было велико, но когда я ощутила его страсть, что – то внутри взорвалось феерией чувств. Он опустил руки к моим ягодицам и приподнял меня, прижимая к себе как можно крепче, я обхватила ногами его тело.

В два шага Аарон преодолел комнату и положил меня на кровать, Кая на ней уже не было. Желание снять все с себя и почувствовать его горячее тело стало непреодолимым, и я застонала. Шквал наших совместных эмоций просто обескураживал, и что бы ни происходило вокруг в эту минуту, мы бы уже не смогли остановиться. Это было похоже не безумие и я позволила себе утонуть в нем. Я не уверена, что хоть какая – то деталь нашей одежды осталась цела, но нам было все равно.

Горячие губы Аарона добрались до моей груди, и я вцепилась в простыни обеими руками, выгибая спину ему навстречу. Я наслаждалась его теплом и ласками, стараясь не уступать ему в нежности.

Когда все закончилось, и я отдыхала на его груди, он сказал:

– Если бы я мог, то спрятал бы тебя от всего этого, но ты ведь не позволишь. Да и с приходом армии Хорна, спрятаться будет невозможно. Мне хотелось бы уберечь тебя от многого, но я не в силах.

– Меня не нужно прятать, Аарон. Я хочу пройти через это вместе с тобой. Я твоя кауна, помнишь? – Я погладила его по руке и теснее прижалась к горячему телу. – Кстати, это и был твой подарок?

– Что это? – усмехнулся капитан. Я залилась краской. – Не устану смущать тебя, лишь бы видеть, как ты краснеешь. Нет, это не было основным подарком, хотя входило в мои планы.

Аарон поднялся с кровати и, не потрудившись одеться, подошел к столу. Взяв какой – то свернутый листок бумаги, он вернулся ко мне.

– Что это? – спросила я, принимая от него подарок.

– Разверни.

Я сделала, как он сказал, и ахнула, это был рисунок, сделанный рукой капитана. С бумаги на меня смотрела моя семья. Лица были счастливыми и именно такими, как я вспоминала чаще всего. Мое сердце замерло и, кажется, я забыла, как дышать. Отец, смотрел на меня своими теплыми глазами, мама и сестра улыбались. Братишка, слегка запрокинув голову, смеялся. Я так скучала по ним и даже не надеялась увидеть вновь.

– Но как? – только и смогла вымолвить я, посмотрев на Аарона.

– Когда Дух стал сильнее, я видел их в твоих снах. Это были вспышки, которые я не мог объяснить себе и не понимал, что это за видения. А потом, когда ты появилась в моей комнате и лежала в забытьи, я увидел их лица четче и понял, что это твоя семья. Я нарисовал их для тебя в ту же ночь.

– Я люблю тебя, старший инструктор Норд. – Что еще я могла сказать этому невероятному мужчине, перевернувшему всю мою жизнь.

Двадцать седьмая глава

Я проснулась с непонятным чувством тревоги. За окном шумела гроза, редкие вспышки молнии мрачно освещали комнату. Из открытого окна тянуло прохладой, и я поежилась.

– Нет…, отец, не надо, – услышала я и обернулась. Аарон метался в кровати и что – то бормотал. Он был весь покрыт потом. – Кайл берегись…

Аарон затихал и снова бормотал, вспоминая Маркуса и Грэга, а потом заговорил обо мне. Я попыталась его разбудить, но у меня ничего не вышло. Он был в ужасе от того, что видел во сне. Молния, вспыхнув за окном, осветила лицо капитана и я вздрогнула. Его глаза были открыты, и чернота поглотила их. В комнате снова стало темнее, и я успокоила себя тем, что это могло привидеться мне.

Когда кошмар закончился, Аарон, все еще не проснувшись, провел рукой по моей половине кровати. Похоже, он искал меня. Я легла обратно и его руки тут же обхватили меня и притянули к себе ближе, через несколько минут дыхание Аарона выровнялось, и он уже крепко спал. Я еще долго не могла уснуть, думая о том, что же видел во сне Аарон. Он все время повторял имена тех, кого потерял. Возможно, он считал, что во всех этих смертях есть его вина, но это абсурд.

Проснулась я совсем не выспавшейся и усталой. Капитан уже не спал, он стоял у окна и был похож на застывшее каменное изваяние. Я выбралась из кровати и, завернувшись в одеяло, подошла к нему. Аарон никак не отреагировал на мое появление, возможно, слишком глубоко задумавшись. Я заглянула ему в лицо и тут же отпрянула. Его глаза были пусты, такими пронизывающе холодными я их еще не видела, невероятная озерная синева превратилась в лед. Я попыталась почувствовать его, но он был полностью закрыт.

– Одевайся, правитель не должен ждать. У тебя десять минут. – Голос был подобен глазам, холодным и отстраненным. От его тона что-то тревожное кольнуло в сердце.

– Что – то случилось? – робко спросила я. И когда не услышала ответа, решила повторить попытку. – Ночью ты метался, у тебя был кошмар…

– Я велел тебе поторопиться. Мы не должны из-за пустой болтовни опаздывать на аудиенцию – Его слова задели меня, это было не справедливо.

Я развернулась, и начала собирать свои вещи. Пришлось искать среди них уцелевшие, те, что уже невозможно было носить, я просто выбрасывала. Быстро не получалось, руки нервно тряслись. Мне никак не верилось, что только несколько часов назад, мы были так близки, а сейчас капитан говорит со мной как с чужой. У меня сложилось впечатление, что если бы он мог, он бы вообще вытолкал меня за дверь. Это причинило боль. Капитан вздрогнул, и я мгновенно выставила щит.

Через несколько минут я была готова и мы вышли из комнаты. Я держалась немного позади и старалась не смотреть на Аарона. Поведение капитана сбивало с толку. Что могло так изменить его настроение?

Я ужасно нервничала из – за встречи с правителем. Накануне, когда думала об этом, надеялась, что Аарон поддержит меня, но теперь не стоило и рассчитывать. Вероятно, он почувствовал мой страх, потому что возле дверей в тронный зал, Аарон резко развернулся ко мне, и я увидела сожаление в его глазах.

– Прости Эйви. Я был груб, это не повторится. Я не знаю чем оправдать свою злость, но надеюсь на твое прощение. Я сам не свой сегодня, возможно, это усталость. – Он провел рукой по волосам и с надеждой заглянул в мои глаза. Я точно знала, что слова его искренни. Есть все же хорошие стороны у магии волка.

– Я не обижаюсь, Аарон. Немного беспокоюсь, но не обижаюсь, – улыбнулась я. – А теперь, давай пройдем через это вместе.

Аарон улыбнулся в ответ, но как – то вымученно, печально. Может, это и правда усталость. Капитан позволил мне сделать глубокий вдох и собраться с мыслями, прежде чем открыл тяжелые двери. Мы медленно вошли в тронный зал, и правитель поднялся со своего кресла.

– Советник Норд, я рад видеть вас. И вас, рекрут. – Правитель Истиан посмотрел на меня своими теплыми карими глазами. Я изобразила что-то вроде поклона и застыла. – Я очень много слышал о вас и горд, что в рядах моей армии есть такие люди. Ваша отвага делает вам честь, рекрут.

– Благодарю вас, – осипшим от страха голосом, проговорила я.

– Аарон, расскажи мне о ваших планах, – обратился правитель к капитану.

Инструктор четко и обстоятельно поведал о том, куда и зачем мы отправляемся. Я слышала много рассказов о том, что Истиан и его супруга относятся к Аарону, как к собственному сыну, однако здесь и сейчас передо мной были не родственники, а истинный правитель и один из лучших его воинов. Эти два человека вызывали не просто уважение, а какое-то трепетное благоговение.

– Есть хоть какая – то надежда, что это спасет всех нас?– спросил правитель, и в глазах его застыла мольба. Передо мной был не просто правитель страны, а человек истинно любящий свой народ и жаждущий сделать все возможное для его благополучия.

– Я не буду давать ложных надежд, правитель, но Кронус утверждает, что у нас есть шанс договориться с Калоном. – Аарон не опустил глаза, не пытался лукавить или приукрашивать положение дел. – Я поручил своим людям продолжать перевозку мирных жителей вглубь страны. Войска Мориана должны прибыть на подмогу в скором времени. – Капитан подошел к столу, где была разложена карта, и продолжил вводить правителя в курс дела. – Я отправил четыре тысячи солдат в Силию, встречать флот Хорна. Большими ресурсами, к сожалению, мы не обладаем. Часть нашего войска уже в пути к границе и будут держать оборону там. Но армия Хорна гораздо многочисленнее нашей, и спасти нас может только чудо. Вот почему, нам просто необходимо добыть этот кристалл.

– Спасибо за честность, советник. Мы, в свою очередь, будем стараться изо всех сил продержаться до твоего возвращения. – Истиан посмотрел на меня. – Я надеюсь, что вы присмотрите за ним, рекрут.

– Обещаю, – сказала я, уловив тревогу в голосе правителя.

Я покидала тронный зал с тяжелым сердцем. Истиан надеялся на нас. Вся Ессения надеялась на нас. До самых покоев магистра я не проронила ни слова. Кай нагнал нас на середине пути.

– Элен принесла ваши вещи. Они с Мэл приготовили вам теплую одежду, обувь и провизию на пару дней. Поскольку это первый ваш переход, вы не сразу можете оказаться там, где нужно. – Мы взяли сумки и перекинули их через плечи, чтобы освободить руки. Магистр тем временем продолжил:– Снимите щиты и сконцентрируйтесь, постарайтесь почувствовать друг друга как единое целое. Ощутите магию внутри себя и примите ее, она должна заполнить вас полностью.

Я постаралась сделать все, как велел магистр, и открыла свое сознание. Я почувствовала, как магия проникает в меня и наполняет собой каждую клеточку моего тела. Запахло лесом. Я ощущала, как погружаюсь в сознание Аарона и замешкалась, но капитан открылся для меня, и я отправилась дальше. Я видела его свет и доброту, искренность, честность, преданность и любовь. Его душа сияла открытым огнем, приглашая меня присоединиться к нему. Но внутри зарождалась и тьма, я видела ее, она была похожа на маленький росток, что тянется к свету. Я не придала этому значения, в каждом из нас есть тьма, и мы сами выбираем, что именно с ней делать, растить дальше или же затолкать поглубже. Сразу стало ясно, что объединение наших душ полностью завершилось, когда мы оба снова корчились на полу от нестерпимой боли в голове. Все наши чувства опять обострились.

– Коснитесь Кая. – Мне показалось, что Кронус прокричал эту фразу мне прямо в ухо. Я протянула руку и стала искать волка, он сам подошел ко мне и, почувствовав его шерсть под пальцами, я поняла, что боль ушла. – В пути постарайтесь научиться владеть этими умениями, ведь вы можете не испытывать боль каждый раз соединяясь. Старайтесь поддерживать этот свет в ваших душах и силы будут проявляться по мере необходимости. На сегодняшний день, я больше ничем не могу вам помочь. Если бы у нас было больше времени, то мы смогли бы потренироваться, но приходится работать с тем, что у нас есть.

Мы с Аароном сидели на полу и пытались отдышаться. И почему все, что связано с магией, настолько болезненно?

– Это запредельно, магистр. Сначала я ощущал эмоции Эйви, потом видел ее глазами, позже мог слышать ее мысли, а теперь это! – Я чувствовала, что все изменения, что происходили с нами, чертовски пугали Аарона. Его пугала собственная магия. – Если я не смогу контролировать себя, то ей негде будет скрыться от меня.

– Я не хочу скрываться от тебя, – мягко сказала я.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь! – взорвался капитан. – Если я захочу, то буду слышать твои слова, с кем бы ты ни говорила, где бы ты ни была. Я смогу видеть все, что ты делаешь в любое время и на любом расстоянии.

Я снова увидела проступающую тьму в глазах Аарона. Я кожей ощущала, как тьма, тот маленький росток, поднимается, желая расти и заполнить собой все внутри капитана.

– Мы научимся управлять этим. Не сразу возможно, но у нас получится. И почему ты говоришь только о себе, я ведь тоже все это могу, – настойчиво сказала я.

– Это другое! Ты вынуждена это делать, а я не могу этим управлять, потому что это часть меня и это моя магия, делает подобное с нами!

– Как ты не понимаешь, Аарон, лишь потому, что это твоя магия, ты можешь управлять ею! И это Ты будешь решать, на что ты готов пойти, а что останется за пределами твоих способностей! – я пыталась достучаться до него, но сейчас он не способен услышать меня, ему мешал страх, страх погубить нас.

– Не о том ты думаешь сейчас, мой мальчик. – Магистр подошел к капитану и положил ему руку на плечо, заглядывая прямо в глаза. Взгляд Аарона начал проясняться. – Ты научишься держать свою магию под контролем, а твоя кауна поможет тебе в этом. Веры в тебя в ней даже больше чем в тебе самом.

Капитан посмотрел на меня, и я поняла, что он успокоился, но был обескуражен. Он сам не понимал, откуда взялась эта внезапная вспышка гнева. А он, как и многие, не любил не понимать, что с ним происходит.

– Нам пора, – сказал он мне, прекращая все разговоры и отходя от магистра. – Что нужно делать?

– Коснитесь волка и друг друга. – Мы сели возле Кая и сделали, как сказал маг. – А теперь, Аарон, подумай о доме. Представь лицо матери и вспомни что-нибудь из детства.

Через мгновение, открыв глаза, я поняла, что у нас получилось. Мы оказались на лугу, покрытом разноцветным ковром из цветов.

– Не совсем, то чего я хотел, – задумчиво сказал Аарон.

– Где мы?

– Примерно в трех часах пути от моего дома.

– Почему мы оказались именно здесь? – рассматривая прекрасные цветы, спросила я.

– Это первое воспоминание, которое возникло в моей голове. Здесь мы с мамой часто бывали, она очень любит цветы. И здесь я видел ее в последний раз.

– Когда это было?

– Около года назад, – с сожалением ответил Аарон. – В последнее время дел при дворе было много и я не смог приехать на день рождения сестры.

Мы шли через луг, и я вдыхала аромат цветов, наслаждаясь красотой этого места. Я рада, что мы не сразу оказались в поместье семьи Аарона, мне нужно было немного времени, чтобы подготовиться. Видимо, Аарон ощутил мою радость:

– Что тебя так радует? – спросил он и я смутилась. Как признаться ему, что я как можно дольше не хотела бы встречаться с его матушкой. Я любила его всем сердцем, но это вовсе не означало, что его матушка примет меня с распростертыми объятьями.

– А можем мы пока не говорить твоим близким, что мы вместе? – с надеждой спросила я.

– Это еще почему? – Аарон остановился и посмотрел мне в глаза. – Ты все еще боишься? Эйви! Я прошу тебя, успокойся. Ты моя избранница и я хочу, чтобы моя семья уже успокоилась с вопросом о моей женитьбе.