Kitobni o'qish: «Трёхглавое чудо»
Буря, как обычно, гремела в небе, разрывая его пронзительным грохотом и, казалось, соревновалась с Цербером в громкости. В воздухе висел пепел: он медленно ложился на землю и снова поднимался от вихрей, бушующих в незримом для человека пространстве. Это мог бы быть обычный день в Аиде, такой же, как миллиарды дней до этого: мрак, ужас и кошмар, оглушительный лай пса, слюна которого прожигает всё, до чего коснётся. Врата были исцарапаны тупыми когтями; на них виднелись мощные следы клыков – следы несокрушимой ярости. Казалось, что выхода и входа здесь действительно нет, но всё когда-то бывает впервые.
Вдалеке появилось какое-то свечение. Дремавшие головы Цербера тут же проснулись и уставились на непонятный свет. Кто это идёт? Что это может быть? Из-за пепла ничего не было видно, а источник тем временем становился всё больше и ярче. Страж ждал, пока путник подойдёт ближе, потому что сам не мог далеко отойти от ворот. Свет шёл очень медленно, но уверенно. Наконец показался человеческий силуэт.
Глаза Цербера тут же налились кровью; трёхглавый пёс рванулся навстречу человеку. Цепи, которыми он был привязан, издали громкий стальной лязг, так что пепел вокруг взлетел, а вихри отдалились. Нужно было прогнать пришельца и не дать ему войти в ад: он был жив, а значит, дорога туда была закрыта. Разъярённый лай раздался на весь Аид, так что трещали стены в самом Тартаре. Души, блуждавшие в аду, были в ужасе: никогда ещё Цербер не лаял так громко. Что это могло быть? Своим рыком и лаем страж заглушил даже бурю. Доброе знамение? Новый герой? Или нечто, что могло быть ещё хуже Цербера? Никто не знал, что происходит за вратами ада.
Цербер надрывался, из его пасти сочилась ядовитая слюна, пепел летел в разные стороны от его ярости; человек становился всё яснее и чётче, он почему-то не проваливался в пучины пепла. И вот, почти вплотную подбежав, пёс увидел маленького по сравнению с собой человека. Тот не был похож на Геракла или олимпийского бога, но на него нельзя было долго смотреть. Все три головы Цербера отвернулись от пришельца, а громкий лай прекратился; буря тоже успокоилась, и пепел впервые осел. Адский пёс стоял неподвижно.
Bepul matn qismi tugad.