Kitobni o'qish: «У радости тысяча имен. Как полюбить этот мир со всеми его недостатками»

Name: У радости тысяча имен. Как полюбить этот мир со всеми его недостатками
ISBN: 978-5-04-189573-0

Shrift:

Byron Katie with Stephen Mitchel A THOUSAND NAMES FOR JOYl

Copyright © 2007 by Byron Kathleen Mitchell This translation published by arrangement with Harmony Books, an imprint of Random House, a division of Penguin Random House LLC and with Synopsis Literary Agency

Вступительное слово

Данная книга – портрет пробужденного ума в действии. И отклик Кейти Байрон на Дао Дэ Цзин, классическое произведение китайской философии, признанное мудрейшей книгой всех времен и народов.

Лао-цзы, автор Дао Дэ Цзин, мог жить в VI веке до н. э., а мог быть всего лишь вымыслом, легендой. Я обычно представляю его старцем с длинной белоснежной бородой, в потрепанных одеждах. Он вдумчиво молчалив, доброжелателен и спокойно созерцает бесконечные пути, ведущие людей к несчастьям. Во многих стихах Дао Дэ Цзин мудрец Лао-цзы говорит о себе как о Мастере – зрелом человеке, который существует вне мудрости и святости и овладел жизнеутверждающей, искупительной силой здравомыслия.

В фигуре Мастера нет ничего возвышенного или мистического. Он (или она) всего лишь человек, знающий разницу между реальностью и представлениями о реальности. Мастером может быть кто угодно – простой механик, доктор наук, управляющий банком или бездомный. Он ничем не отличается от обычных людей, кроме одного – Мастер не желает того, чтобы его жизнь в данный момент была другой, нежели она есть.

Таким образом, он пребывает в гармонии с миром, добивается желаемого, не прилагая чрезмерных усилий, сохраняет спокойствие в любой ситуации и абсолютно спонтанно делает добро себе и другим. Мастер – это вы, но познавший силу своего разума.

А теперь несколько слов об авторе книги. Байрон Кэтлин Рейд (или Кейти, как все ее называют) впала в глубокую депрессию, когда ей было немного за тридцать. Она жила в маленьком городке в пустыне южной Калифорнии, была деловой женщиной и матерью. Почти десять лет Кейти провела в метаниях между паранойей, гневом, самобичеванием и постоянно находилась во власти мыслей о самоубийстве. На протяжении двух последних лет она просто не выходила из своей спальни. А потом, февральским утром 1986 года, Кейти вдруг осознала одну простую истину, изменившую ее жизнь. В буддийской и индуисткой традициях для подобного опыта существует несколько разных названий. Сама Кейти называет его «Пробуждение к реальности». В одно мгновение, говорит она, я поняла, что страдала, когда верила своим мыслям. Перестав верить им, я перестала страдать. И это верно для любого человека. В простоте данного утверждения кроется наша свобода. С его помощью я пришла к выводу, что страдать необязательно. И обрела в себе источник радости, который никогда не иссякнет. Такой же источник есть в каждом человеке, всегда.

Очень скоро слухи о «лучезарной леди» распространились по Барстоу, родному городу Кейти, и люди начали искать встреч с ней. Они хотели узнать, как можно обрести присущую Кейти свободу. И очень скоро она убедилась, что людям не столько нужно ее личное присутствие, сколько возможность самим испытать пережитый ею опыт. Метод самопознания Кейти, который она называет «Работа», является словесным выражением безмолвных вопросов, возникших в ее сознании тем судьбоносным февральским утром. Методика Кейти простая, но чрезвычайно эффективная. Чтобы заняться «Работой», достаточно вооружиться ручкой и листом бумаги. И открыть свой ум для нового опыта. После того как стали распространяться слухи об удивительной духовной трансформации людей, попробовавших «Работу», Кейти начали приглашать представить свою методику широкой публике. Сначала она проводила свои семинары в Калифорнии, потом по всей Америке и в Европе. А теперь имя Кейти Байрон знает весь мир.

Вот уже пятнадцать лет Кейти путешествует по миру и рассказывает о «Работе» сотням тысяч людей на лекциях, семинарах, в больницах, тюрьмах, церквях, в офисах крупных компаний и общественных организаций, в университетах и школах, на воскресных курсах, а также на своих девятидневных курсах, посвященных методике «Работы».

Кейти мало знакома с классическими философскими произведениями. До нашей встречи она даже не слышала о Дао Дэ Цзин. Но зато этой удивительной женщине известно многое о радости, спокойствии и работе ума. О том, как он способен сделать нас жалкими и несчастными или как с его же помощью мы можем стать свободными. Поэтому Лао-цзы для Кейти своего рода коллега, человек, сотни лет назад занимавшийся тем же, что и она. И несмотря на то, что Лао-цзы давно уже нет в живых, для Кейти он – собеседник. Поэтому ее книга воспринимается как разговор двух Мастеров. Продолжая, подобно Лао-цзы, рассуждения на тему спокойствия ума, Кейти в своей книге рассматривает основополагающие принципы Дао Дэ Цзин, но только более многогранно, учитывая влияние разных обстоятельств.

Вот как родилась эта книга. Когда я впервые увидел Кейти, то был до глубины души поражен ее открытостью и мудростью, которая казалась чем-то едва осязаемым, прозрачным. В том, что касалось интеллекта, она была абсолютным ребенком: Кейти мало читала и ничего не знала о буддизме, даосизме и прочих духовных традициях. Она опиралась только на свой собственный опыт. С ее уст порой слетали удивительные по глубине слова, очень сильно напоминавшие отдельные цитаты из Сутр или Упанишад. Причем Кейти даже не осознавала, что их мог произносить кто-то до нее. На заре нашего брака я, движимый обычным любопытством, начал зачитывать ей отрывки из книг великих духовных учителей: Лао-цзы, Будды, мастеров Дзен, Спинозы и других. (Кейти называла их всех «твои усопшие друзья».) Она внимательно слушала все, что я ей читал, кивала в знак согласия или говорила: «Это точно» или «Именно так и есть!». А иногда, к моему глубочайшему удивлению, Кейти высказывалась примерно так: «Все это правильно, но до определенной степени. Я бы сказала иначе…»

В конце концов я прочел Кейти мой перевод Дао Дэ Цзин, от первой до восемьдесят первой главы, и записал ее отклики на каждую из них. Именно они стали черновым материалом для этой книги. Иногда я настаивал на том, чтобы Кейти давала свой комментарий к каждой прочитанной фразе. Но чаще она концентрировалась на каком-то одном отрывке или развивала мысль, прослушав всего пару строк из той или иной главы. (Эпиграфами к каждой из глав стали цитаты из Дао Дэ Цзин, которые лучше всего отражают то, о чем говорила Кейти.) Также я просил ее конкретизировать или расширять некоторые идеи или подталкивал ее мысль в направлении, которое казалось мне важным и интересным. Временами Кейти просто не отвечала на мои вопросы, касавшиеся отдельных отрывков. И тогда у меня возникало ощущение, будто я спрашиваю у рыбы, что для нее значит жить в воде. Я предложил Кейти конкретизировать понятия «прекрасный» и «уродливый», поскольку я, например, обожаю Моцарта и не воспринимаю рэп. Это, кроме прочего, помогло ей определить и прокомментировать понятие «шум», которое находится за пределами ее восприятия реальности.

Когда мы впервые заговорили о тексте Дао Дэ Цзин, Кейти спросила меня, что означает «Дао». Я объяснил, что буквально это слово означает «Путь» и используется для обозначения гармоничной, целостной реальности или, в ее терминологии, того, что есть.

Кейти была в восторге. «Только я не понимаю, что значит „гармоничная“, „целостная“ реальность», – промолвила она. – Для меня реальность проста и абсолютно лишена каких-либо тайн. Реальность – то, что ты видишь перед собой. То, что с тобой происходит в данный момент. Когда ты пытаешься спорить с ней, то проигрываешь. Человек, который не способен любить то, что есть, причиняет себе постоянную боль. А я больше не хочу быть мазохисткой».

Я познакомился с Дао Дэ Цзин в 1973 году и стал изучать ее более внимательно в 1986-м, когда приступил к работе над ее переводом. Я ценю эту книгу, как никакую другую в мире, поскольку многим ей обязан и знаю ее силу. (Один мой друг рассказал мне, как в юности справился со своими эмоциональными проблемами благодаря тому, что от корки до корки прочел Дао Дэ Цзин в моем переводе со всеми комментариями и потом неоднократно перечитывал ее в течение года.) Очень приятно осознавать, что существует такой вот учебник искусства жизни, книга мудрая и практическая одновременно. Но одно дело – прочесть о том, как жить в гармонии с обстоятельствами или даже понять, что это означает, и действительно принимать вещи такими, как они есть.

Даже самая мудрая из книг не способна наделить нас собственной мудростью. Поэтому, читая самые глубокие и разумные слова, с одобрением кивая головами на высказывания вроде «Не пытайся контролировать свою жизнь», «Живи в настоящем», «Воспринимай мир как свое „Я“», «Отпускай проблемы», «Доверяй существующему порядку вещей», мы остаемся наедине с простым вопросом: как этого достичь?

Кейти уже написала две книги о том, как прекратить страдание, разобравшись с мыслями, которые заставляют нас страдать. Мыслями, противоречащими реальности. Никто из нас не умеет просто отпустить неприятную ситуацию, но каждый в состоянии научиться исследовать свои негативные, тревожные мысли. Например, если вы огорчены или подавлены, и вам кажется, что отделаться от этого тягостного чувства невозможно, исследуйте свои мысли, которые утверждают: «Мое положение ненадежно», «Я никогда не смогу сделать это», «Она не должна была бросать меня», «Я слишком толстая», «Мне нужно больше денег», «Жизнь несправедлива». И, разобравшись с ними, вы больше никогда не будете прежними. Потом вы сами решите, делать ли вам что-то в вашей ситуации или лучше оставить все как есть. Но очевидно одно: ваша жизнь после подобного опыта прояснится, вы почувствуете умиротворение и уверенность в себе. Ваш ум очистится, и реальность начнет свободно проявляться через вас – без усилий с вашей стороны, но с радостью и добротой, о которых Лао-цзы писал в своей книге. И хотя реальность нельзя описать словами, Кейти говорит, что у радости тысяча имен. А поскольку все мы неотделимы от реальности, то радость, по сути, является основой нашей сущности.

Под словом «исследование» в последующих главах Кейти подразумевает «Работу». Которая состоит из четырех вопросов и того, что Кейти называет «разворотом», или же способом пережить противоположное тому, во что вы верите. Вот эти вопросы:

1. Это правда?

2. Можете ли вы абсолютно точно знать, что это правда?

3. Как вы реагируете, когда появляется эта мысль?

4. Кем бы вы были без этой мысли?

Когда вы впервые сталкиваетесь с этими вопросами, они могут показаться мало вразумительными. Единственная возможность понять, как они работают, – задать их себе. Но, даже просто наблюдая за тем, как другие люди задают себе эти вопросы, вы получите намек на их силу или же сможете ощутить ее во всей полноте. Если вы отвечаете на вопросы искренне, они оживают и как будто отражают ту истину, которую мы не замечаем, оглядываясь по сторонам. На следующих страницах вы познакомитесь с несколькими подробными примерами того, как другие исследовали свои негативные мысли под руководством Кейти, которая, несмотря на меткие и порой колкие комментарии, полна искренней любви к людям. (Вы можете ознакомиться с детальными инструкциями по выполнению «Работы» в приложении, прочесть книгу «Любить то, что есть» или посетить веб-сайт Кейти www.thework.com.)

Методику «Работы» окрестили селф-хелпом, но она гораздо шире. Работа – это самоосознание, которое ведет к прекращению страданий. Когда мы сами исследуем мысль, причиняющую нам боль, то понимаем, что она не является истиной. Мы устанавливаем причину и видим следствие такой мысли, трезво смотрим на то, сколько боли или неудобств причиняет нам вера в ее истинность. А потом мы заглядываем в пустое зеркало и видим мир за нашими представлениями о мире. Мы понимаем, какой станет наша жизнь без этой мысли. И, в конце концов, переживаем опыт, противоположный тому, в который так упрямо верили. Глубоко исследуя свои негативные мысли, мы лишаем их силы и дальше причинять нам боль. А со временем подобные мысли вообще перестают посещать нас. «Я не отгоняю от себя неприятные мысли, – говорит Кейти. – Я подхожу к ним с пониманием. И они сами покидают меня».

Да, несомненно, глубокое исследование своих мыслей – задача не из легких и требует смелости, особенно если уже ощущаешь эти мысли как неотъемлемую часть себя. В своей книге «Тысяча имен радости» Кейти дает читателям превосходную возможность убедиться в том, какая упоительная свобода открывается благодаря исследованию своих мыслей. Как вы уже, наверное, поняли, данная книга намного больше, чем просто комментарии к Дао Дэ Цзин. Это возможность проникнуть в глубины своего существа и узнать больше о жизни женщины, которая вот уже двадцать лет живет так, как учил Лао-цзы. Глубокая, наполненная радостью мудрость Кейти не просто теория, а живая и эффективная методика работы с мыслями. Именно благодаря этой мудрости книга получилась настолько яркой и убедительной. «Тысяча имен радости» – портрет невозмутимо жизнерадостной женщины. Она умеет радоваться жизни в любой ситуации: танцует ли она со своей новорожденной внучкой на руках или обнаруживает, что ее дом ограбили, стоит ли лицом к лицу с преступником, который собирается лишить ее жизни, или же просто идет на кухню. Она с одинаковым спокойствием и жизнерадостностью узнает о том, что слепнет, больна раком или провалила тест на то, насколько она потрясающая любовница. Книга Кейти не просто описывает состояние пробужденного ума и повествует о том, как спокойно воспринимать любые обстоятельства. Она дает вам возможность самим понять и прочувствовать эти состояния.

Наверное, вы уверены в том, что свобода, доступная просветленным мудрецам и духовным учителям древности, недостижима для современных людей, и тем более для вас. Книга «Тысяча имен радости» заставит вас поверить в обратное.

Стивен Митчелл

Примечание: Хотя классический китайский текст и лег в основу моей книги «Дао Дэ Цзин в новом переводе», вам нет необходимости знакомиться с первоисточником, чтобы наслаждаться книгой Кейти. Но несмотря на то, что «Тысяча имен радости» должна читаться как самостоятельный текст, каждая из ее глав имеет отношение к соответствующей главе моей книги. Поэтому желательно все-таки читать их параллельно.

У радости тысяча имен

Введение

Дао Дэ Цзин – необыкновенно точное описание ума, который пребывает в гармонии с обстоятельствами. Древний Китай, современная Америка – какая, собственно, разница? Время и пространство не имеют значения.

Когда вы не верите своим мыслям, жизнь становится легкой и непринужденной, не требующей усилий, инертной. Мой опыт говорит мне о том, что смятение и есть страдание. Замешательство возникает, когда вы пытаетесь спорить с тем, что есть. Когда вы точно знаете, каким именно должно быть то, чего вы хотите. Поэтому, желая чего-то, сильно отличающегося от того, что есть, вы действительно испытываете замешательство.

Исследуя свои мысли, вы понимаете, как приверженность некой идее или убеждению заставляет вас страдать. Покой – естественное состояние нашего ума. Когда на его горизонте появляется мысль, покой нарушается. Затем мысль прочно обосновывается в уме, вы верите в нее, и покой исчезает. Вы замечаете в себе напряженность, близкую к стрессу. И это ощущение говорит о том, что вы сопротивляетесь реальным обстоятельствам, поверив своей мысли. Другими словами, бросаете вызов реальности.

Но когда вы начинаете исследовать мысль, которая за всем этим стоит, вы понимаете, что она не истинна. И снова оказываетесь за рамками придуманной вами истории. Ее иллюзорный мир рушится в свете осознания, и остается только то, что есть на самом деле. Спокойствие – это вы такие, какие есть, без всякой выдуманной истории. И так до тех пор, пока не появляется следующая гнетущая мысль. Но если вы приучите себя исследовать каждую свою мысль, то со временем этот процесс станет естественным. Вы будете осознанно воспринимать любую появляющуюся мысль.

Когда в Дао Дэ Цзин упоминается «Мастер», то речь идет всего-навсего о человеке со спокойным умом, который любит то, что есть. В этой книге я часто использую слово «мастер», поскольку оно присутствует в Дао Дэ Цзин, правда, с местоимением «она», потому что все, о чем пойдет речь, – мой личный опыт. Однако обычно я не часто прибегаю к словам «мастер» или «учитель». Ведь тогда получается, что не все мы можем быть наставниками и учителями. А это неправильно. Каждый из нас наделен мудростью в равной мере. Один человек не может быть мудрее другого. И, в конце концов, никто не сможет стать для вас лучшим учителем, чем вы сами.

Я не даю советов. Каждый из вас сам знает свой путь, и я доверяю вам. На протяжении сорока трех лет я не имела ни малейшего представления о моем пути. Пока в один прекрасный день не нашла его. Или, может быть, просто стала достаточно открытой для того, чтобы мой путь меня нашел. Поэтому я верю в вас и знаю – вы тоже способны обрести свой путь. Никто не лучше и не хуже другого.

Не существует гуру, способных по мановению волшебной палочки сделать вас просветленными. Но если духовный наставник – это человек, который доволен жизнью, не спорит с реальностью, движется по жизни радостно и без усилий, принимая вещи такими, какие они есть, тогда, кто знает, может быть, я и есть такой наставник.

Я открыта любым мыслям, любому опыту, который несет мне жизнь. Я исследовала свои мысли и пришла к выводу, что они ничего не значат. Я свечусь изнутри радостью понимания. Мне известно страдание, я познала радость, и я знаю, кто я есть. Я есть то же, что и вы, даже если пока вы еще этого не осознали. Прекрасно, когда у тебя нет истории, нет прошлого и будущего, тебе не о чем волноваться, нечего делать, некуда идти и некем быть.

1

Дао, о котором можно рассказать, не есть вечное Дао

Невозможно передать реальность словами. Пытаясь сделать это, вы ее ограничиваете. Вы втискиваете ее в рамки существительных, прилагательных и глаголов и тем самым отрезаете себя от вечного потока. Дао, о котором можно поведать, не есть вечное Дао, поскольку попытки рассказать о нем ограничивают его временем. Оно перестает существовать при самой попытке дать ему некое имя. Как только вы даете чему-то название, оно перестает быть вечным. «Вечный» означает свободный, лишенный границ, не имеющий места во времени и пространстве, существующий без преград.

Не существует названия и для той, которая сейчас сидит в кресле. Я – опыт вечного. Даже при мысли «Бог» все замирает и воплощается во времени. И точно так же, как я своей мыслью создала «Бога», я создаю и «не Бога». Механизм замещения один и тот же – подумав «дерево», вы создаете «дерево» и «не дерево». Пока нет названий, в мире не существует вещей, он лишен смысла.

В мире, где нет слов и вопросов, царит мир и покой. Тот покой, та радостная тишина, в которой на каждый вопрос уже существует ответ. В этом мире, предшествующем словам, есть только одна реальность, неделимая, неосознаваемая, уже существующая. Все вещи, явно отделенные друг от друга, не могут быть реальными, поскольку ум уже дал им наименования. Когда мы понимаем это, нереальное становится прекрасным, ведь нет ничего, что могло бы угрожать реальному. Я никогда не рассматриваю вещи отдельно друг от друга и не ограничиваю их названиями – «дерево», «ты» или «я». Все они только в моем воображении, независимо от того, верю я в них или нет.

Стремление дать всему название лежит в основе существования всех тех конкретных вещей, составляющих иллюзорный мир, мир сновидений. Первый сон – оторвать часть от целого и назвать ее «дерево». Я называю это «мышлением первого поколения». Затем одна мысль порождает другую, и так получаются «большое дерево, красивое дерево, дерево, под которым я хотел бы посидеть, дерево, из которого получится отличная мебель, дерево, нуждающееся в спасении». И сны продолжают сменять друг друга. Ребенку требуется всего мгновение, чтобы уйти в мир снов, погрузиться в сны о мире. А вам понадобится одно мгновение, чтобы усомниться в снах, разрушить чары и быть благодарным Дао за все – дерево и не дерево, мир и не мир.

Когда ум верит в то, о чем думает, он дает названия тем вещам, которые не имеют названия, тем самым пытаясь сделать их реальными с помощью имен. Ум верит в реальность имени и в то, что сам он отделен от внешнего мира. Подобное убеждение ума – иллюзия. Весь мир – всего лишь проекция. Когда ты загнан в угол и напуган, мир кажется враждебным; а если ты любишь то, что есть, весь мир кажется наполненным любовью. Внутреннее и внешнее всегда совпадают. Они – отражение друг друга. Мир – это зеркальное отображение нашего ума.

Когда вы не верите своим мыслям, вы свободны от первозданного желания видеть реальность не такой, какой она является. Вы осознаете бессловесное, немыслимое. Вы понимаете, что любая тайна – плод вашего собственного творчества. На самом деле никаких тайн не существует. Все так же ясно, как день. Все просто, потому что за этим ничего нет. Просто еще одна история, которая рождается сейчас. И только.

В конце концов «тайна» равна «воплощению», если просто смотреть под другим углом. Весь мир – оптическая иллюзия. Он – это вы, обезумевшие и жалкие, или вы, счастливые и умиротворенные. В конце концов «желание» равно «не желанию». Желание – дар, умение подмечать. Все в жизни происходит для вас, а не с вами.

Я тщательно исследовала свои мысли и пришла к выводу, что спорить с реальностью – безумие. Я всегда хочу одного: пусть происходит то, что происходит. Например, моя мать, которой уже девяносто лет, умирает от рака поджелудочной железы. Я ухаживаю за ней, готовлю и убираю, сплю рядом с ней, живу в ее доме двадцать три часа в сутки (только на один час муж забирает меня на утреннюю прогулку). Так продолжается уже месяц. Порой мне кажется, что ее дыхание – пульс моей жизни. Я купаю ее, подмываю, как младенца, я даю ей лекарства и чувствую огромную благодарность. Как будто это я сама умираю от рака и последние дни сплю, смотрю телевизор, разговариваю и пью самые замечательные болеутоляющие таблетки из всех.

Я восхищаюсь красотой и совершенством ее тела, моего тела. И в последний день жизни моей матери, когда я буду сидеть у ее кровати, дыхание ее прервется, но я знаю: это всего на мгновение. И через некоторое время дыхание снова прервется, и я знаю – наши глаза закроются, и через мгновение матери не станет. Я пристальнее всматриваюсь в глаза, которые покинул ум, бессмысленные глаза, глаза без ума. Я жду каких-то изменений. Я жду, когда же в этих глазах покажется смерть, но ничего не меняется. Моя мать сейчас такая же, какой был всегда. Мне нравится моя история о ней. А как еще она могла существовать?

Мужчина приставляет дуло пистолета к моему животу, отводит курок и глухо произносит: «Я убью тебя». Я шокирована тем, насколько серьезно он воспринимает свои мысли. У той, которая отождествляется со мной, сама мысль об убийстве вызывает чувство вины, поскольку убийство обрекает на страдания. Поэтому я прошу его, настолько мягко, насколько могу, не делать этого. Я не говорю ему, что думаю не о своем, а о его страдании. Но он отвечает мне: «Я должен тебя убить», и я его понимаю. Я помню, как еще в своей старой жизни я тоже хотела делать какие-то вещи. И поэтому благодарю его за то, что делает для меня все возможное. И отмечаю, как сама удивляюсь. И вот так она умирает? Так кончается ее история?

И пока радость жизни наполняет меня, я, как чудо, ощущаю то, что моя история до сих пор продолжается. Мы никогда не можем знать ее конца, даже если она кончается прямо сейчас. Меня трогают небо, облака и посеребренные лунным светом деревья. Я радуюсь тому, что не упущу ни одного момента, ни одного вдоха этой потрясающей жизни. Я спокойно жду. И в конце моего ожидания он не нажимает на курок. Он не поступает так с собой.

И то, что мы называем «плохим», и то, что считаем «хорошим», происходит из одного источника. И источник этот, из которого происходит все сущее, Дао Дэ Цзин называет «Тьма». Какое прекрасное название (если нам вообще нужно давать названия вещам)!

Тьма – наш источник. В конце она поглотит все. Сущность тьмы – любовь, хотя в своем невежестве мы награждаем ее такими эпитетами, как «страшная», «ужасающая», «непроглядная», «невыносимая». Мы испытываем стресс, поскольку верим в воображаемый образ тьмы. Мы представляем ее чем-то чуждым, далеким и проецируем на нее свой страх и замешательство. Но в реальности тьма всегда щедра и великодушна.

Что такое «тьма во тьме»? Это ум, который ничего не знает. И этот не-знающий ум – центр Вселенной. Он сам – Вселенная, и за его пределами нет ничего. Тьма – ключ к пониманию всего сущего. Познав тьму, мы приходим к осознанию своей неразрывной связи со всем, что есть. Никакое название, никакая мысль не может служить выражением истины в ее полном смысле. Любые наименования и мысли условны и изменчивы. Полностью доверять можно только невыразимой и непостижимой тьме. Она никогда не меняется. И она великодушна. Когда вы осознаете это, вам станет весело и легко. Вы поймете – ни в жизни, ни в смерти нет ничего таинственного и устрашающего.

2

Когда люди считают одни вещи хорошими, все другие вещи становятся для них плохими

Когда люди верят в свои мысли, реальность для них делится на две противоположности. Они полагают, что только определенные вещи красивы. Но для чистого ума все в мире прекрасно по-своему. Только уверовав в собственные мысли, вы делаете реальное нереальным. Если вы не делите реальность на категории, давая каждой из них имя и полагая, что эти имена реальны, как вы можете отрицать что-либо или считать одну вещь более ценной, нежели другая? Работа ума заключается в одном: ему во что бы то ни стало нужно доказать истинность своих измышлений. И делает он это при помощи суждений о том или о другом, или сравнивая одно с другим. Как может быть нечто хорошим для ума, если он может доказать превосходство данного предмета, только сравнивая его с другим? А без доказательства истинности как может существовать то или это?

Например, если вы считаете, что только музыка Моцарта достойна восхищения, то в вашем мире нет места рэпу. Разумеется, вы определились со своим мнением, но другие люди того же самого мнения о рэпе. Как вы реагируете, когда верите в немелодичность, ограниченность рэпа? Вы в гневе стискиваете зубы, когда слышите эту музыку. А если вы родители или дедушки с бабушками подростков, слушающих рэп постоянно, то жизнь ваша превращается в камеру пыток. Мне нравится, когда в моем уме есть место и для рэпа, и для Моцарта. Я вообще не считаю какие-либо звуки шумом. Для меня противоугонная сирена автомобиля также мелодична, как пение птиц. Потому что все это звуки Бога. А ум по своей природе бесконечен. Поэтому если вы усомнитесь в своих убеждениях и подвергнете их тщательному исследованию, то сможете видеть прекрасное во всем. А ваш ум станет собой – открытым и свободным. И это не философия, а реальность.

Уверовав в то, что кто-то поступает плохо, как можно увидеть в его действиях положительное зерно? Особенно если оно даст ростки только годы спустя? Как вы можете признавать всех людей равными, если считаете кого-то плохим? Мы все учим друг друга на примере собственных жизней. Слепой пьяница может стать лучшим примером того, почему не нужно пить, нежели набожный трезвенник. Никто из нас не лучше и не хуже другого. Никто из ныне живущих не лучше и не хуже тех, кто жил до нас.

Ум, не сомневающийся в своих суждениях, делает мир очень маленьким и опасным. Такой ум должен продолжать наполнять мир плохими поступками и никудышными людьми, тем самым приумножая свои страдания. То плохое, что с вами было, уже случилось, и случилось в прошлом. А это значит, его не существует в настоящем. О плохом напоминает только гнетущая мысль, засевшая в вашем в уме.

Полезные вещи, вредные вещи; хорошие люди, плохие люди… Эти противоположности приобретают вес, только если вы начинаете сравнивать. А может быть, все то, что кажется вам плохим, вы просто еще недостаточно отчетливо разглядели? В реальности – такой, какая она есть, – каждая вещь и каждый человек находится в недосягаемости для чьих-либо суждений.

Как только вы перестаете верить своим мыслям, вы действуете, ничего для этого не предпринимая, поскольку другой возможности просто нет. Вы видите, что все ваши мысли о себе как о том, кто выполняет действия, не являются истиной. Я наблюдаю за тем, как рука, которую я называю моей, тянется к чашке с чаем. В ее движении столько ума, она так целеустремленно движется по воздуху, приближается к чашке, пальцы берутся за ручку, рука поднимает чашку, подносит ее к губам, слегка наклоняет, чай перетекает в рот – блаженство. И все эти действия выполняю не я. Их выполняет кто-то другой, находящийся за рамками истории моего «Я».

Какие-то вещи происходят, и Мастер отпускает их, поскольку они уже в прошлом. И такое умение отпускать вовсе не проявление святой кротости. Прежде всего, отпуская, Мастер заявляет о том, что ей лично ничего не принадлежит.

Как же ей не отпускать всего, если оно существует только в виде историй о прошлом или будущем? У нее есть только то, что она считает своим, а значит, у нее нет ничего и она ни в чем не нуждается. Она действует и ждет чуда того, что есть, не ожидая ничего, способного испортить сюрприз. Когда работа сделана, она тут же забывает о ней, поскольку здесь нечего помнить. Все сделано, все прошло. Мастер не может видеть несуществующего. Работа сделана хорошо или плохо? Какой глупый вопрос! Она оказала глубокое влияние или не дала никакого эффекта? Как будто это касается Мастера! Будет ли что-то длиться вечно? Продлится ли оно хотя бы мгновение?

3

Практикуйте недеяние, и все станет на свои места

Переоценивая великих, вы недооцениваете самих себя, не видите собственного величия. Любое качество, которое вы цените в других, всего лишь то, что вы видите, а значит, оно исходит от вас. Вы недооцениваете себя, когда переносите его на другого человека, тем самым отделяя качество от его источника. Вы можете сколько угодно восхищаться милосердием Иисуса и мудростью Будды, но какое добро эти качества могут принести вам, пока вы не обнаружите их в себе самом?

Ум всегда стремится к значимости. Но, проецируя желанные качества на других, обкрадывает себя. Ум начинает искать во внешнем мире то, чего ему, по собственному убеждению, недостает. Но его поиски обречены на провал. Ум так и не находит того, что ищет.

Мастер просто живет. Жить – значит готовить, мыть посуду, отвечать на звонки или электронные письма, ходить за покупками, работать, отвозить детей в школу, кормить собаку. То есть сосредоточиться на том, что делаешь в данный момент, не думая о прошлом и не заглядывая в будущее. Она не опустошает умы людей. Не это ее цель (даже если бы подобное было возможно). Мастер помогает людям жить свободно, освободив ум от навязчивого стремления все знать, все планировать, все понимать. И людям нравится такая легкость бытия, им приятно жить с легким сердцем. Они начинают замечать, где они в данный момент и кто они. Люди смотрят в чистое зеркало жизни, не затуманенное их стрессовыми, негативными мыслями.

Я готовлю салат. И вижу перед собой яркие цвета. Я протягиваю руки к тому, что привлекает меня. Красный! И я тянусь к буряку. Оранжевый! Я беру морковь. Зеленый! И моя рука тянется к шпинату. Я ощущаю его гладкость, чувствую грязь на стеблях. Фиолетовый! И я беру капусту. Вся жизнь в моих руках. Нет ничего лучше, чем готовить салат, смешивая зеленое с красным, оранжевое с фиолетовым, хрустящее с сочным, богатое, как кровь, и ароматное, как земля. Я приближаюсь к высшей точке блаженства, когда начинаю нарезать овощи.

И когда мне начинает казаться, что жизнь хороша и просто не может быть лучше, звонит телефон. И жизнь становится еще прекраснее! Я обожаю музыку телефонного звонка. И когда я иду к телефону, раздается стук в дверь. Кто бы это мог быть? И я иду к двери, наполненная данным мне счастьем чувствовать аромат овощей, слышать звонок телефона. И я не прилагаю никаких усилий, чтобы поймать это счастье. Я просто иду к двери. И чувствую пол подо мной, его надежность. И он не жалуется, что я топчу его ногами. Наоборот: он отдает мне себя без остатка. Когда я ложусь на пол, то чувствую его прохладу. Очевидно, мне пора немного отдохнуть. Пол принимает меня безоговорочно и не проявляет нетерпения, когда я давлю на него своим телом. И когда я поднимаюсь, он не упрекает меня: «Ну что же ты! Ляг обратно! Ты покинула меня! Ты провинилась передо мной! Почему ты не поблагодарила меня? Ты неблагодарная, Кейти!»

Я – это я. Происходит то, что происходит. Есть то, что есть. Кто-то стучит в дверь, телефон звонит, салат ждет, пол отпустил меня – жизнь прекрасна. Реальность проявляется независимо от нашего желания, принося с собой еще больше красоты, роскоши, неожиданных сюрпризов, чем мы могли бы представить. Ум, живущий своими желаниями, требует, чтобы тело тоже следовало им. А как еще он может отразить первоначальную причину?

Гнев, печаль, разочарование говорят о том, что мы находимся в состоянии войны с реальностью. Даже получая желаемое, мы хотим, чтобы так было всегда. Но это невозможно. Так не бывает! А поскольку жизнь – проекция ума, а ум полон противоречий, ни о каком спокойствии не может идти речи. Но если мы позволяем жизни течь свободно, подобно воде, то сами становимся этой водой. И понимаем, что жизнь щедра и дает нам даже больше того, чем нам нужно.

Я просыпаюсь по утрам и вижу совсем плохо. Еще вчера вечером я могла видеть лучше, но теперь перед глазами все плывет, как будто я смотрю на мир сквозь запыленное стекло. (Недавно мне поставили диагноз – прогрессирующее заболевание роговицы, называемое дистрофией Фукса. Процесс необратим, и за последний год мое зрение значительно ухудшилось.) Сегодня я проснулась в гостиничном номере, мне надо принять душ, почистить зубы и собраться. Где же чемодан? А, так вот же он; мои руки знают, как его отыскать. Мир кажется серым, но сквозь эту пелену я еще могу различать предметы, их цвет, различия, структуру. Я вижу достаточно, чтобы найти халат.

Я ощупью иду в ванную, нахожу зубную пасту и щетку, сжимаю тюбик. О! Я выдавила слишком много пасты. Похоже, моим зубам сегодня нужен дополнительный уход. Затем я ступаю в душ. Нужно разобраться с тем, как устроена эта душевая – где кран с горячей водой, в какую сторону нужно повернуть рычаг, чтобы вода шла не через кран, а поступала в душ. А теперь проверить, лежит ли край шторки от душевой внутри кабины, иначе вода будет просачиваться на пол. Куда-то запропастилась крышка от моего шампуня. Может, она где-то на полочке? Или ее смыло в водосток? Он был открыт или закрыт? Ощупью нахожу крышечку на полу душевой. Теперь нужно налить в ладонь достаточное количество шампуня. Впрочем, его никогда не бывает слишком много или недостаточно. Любое количество подходит! Из душа течет горячая вода, все получилось. Меня переполняет чувство благодарности. Я выхожу из душа и ступаю на… коврик или свой халат?

С макияжем все гораздо интереснее. Я пользуюсь тремя средствами: тушью для ресниц, румянами и помадой. Я прилагаю максимум усилий, чтобы наложить макияж как следует. Ну вот, я закончила. Мое лицо готово. Оно сделает свое дело. «Дорогой, эти вещи сочетаются друг с другом? Подскажи, какого цвета кофточка – коричневая, черная или синяя?» Стивен помогает мне подобрать одежду, и я доверяю его взгляду. Сегодня у меня интервью. Я рада, что благодаря Стиву знаю, куда нужно идти. Я следую за ним без лишних слов, просто повторяю его действия – вот дверная ручка, вот ступеньки, а вот уже и холл. К полудню у меня перед глазами проясняется, и я сама могу видеть, куда идти. Мне нравится, как все происходит. Я люблю то, как утро подготавливает меня к новому дню. И то, как потом, среди дня, мое зрение проясняется и я начинаю более отчетливо видеть все, что еще пару часов назад было подернуто дымкой.

4

Дао подобно вечной пустоте, которая наполнена бесконечными возможностями

Мы можем назвать Дао «реальностью». А можем назвать «умом». Ум – наш естественный, неисчерпаемый ресурс. Как только ум перестает верить мыслям, он становится бесконечным. Тогда он напоминает бездонный колодец, из которого можно без конца черпать воду жизни. Бесконечный ум полностью открыт и видит, что нет ничего истинного. А потому наполнен безграничным числом возможностей, которые нам даже трудно себе представить.

Лао-цзы говорил: «Я не знаю, кто дает этому жизнь». А вот я знаю. Чудо происходит, когда ваш ум открывается и выходит за пределы того, что, как вам кажется, вы знаете. И тогда все, лежащее за гранью познанного, существовавшее до Бога, изливается на вас, подобно дару. И этому чуду нет конца.

5

Дао не разделяет реальность на два полюса. Оно дает жизнь как хорошему, так и плохому

Тьма, пустота, бесконечное пространство, в которое так боится вторгаться наш ум, на самом деле есть начало жизни. Оно есть лоно всего сущего. Полюбите его, и сквозь тьму забрезжит луч света. Дао не разделяет реальность и заключает в себе тьму и свет. Они равны между собой.

Мастер тоже не делит все на два полюса. Она влюблена в реальность, которая включает в себе не только плохое, но и хорошее, обе стороны сущего. Мастер с радостью принимает все. И находит все в себе: любые грехи и божественную святость. Она не воспринимает святых как святых, а грешников как грешников. Для нее все они просто люди, которые страдают или счастливы, верят своим мыслям или нет. Мастер не видит никакой разницы между состояниями сознания. Для нее ум в состоянии блаженства и обыденный ум – одно и то же. Одно состояние ничем не лучше или выше другого. Не к чему стремиться и не от чего отказываться. Существует только одно, единое целое. И неважно, как вы пытаетесь отделиться от него, поскольку это невозможно. Вера в негативные, стрессовые мысли – попытка разорвать связь с единой реальностью. Потому это так неприятно.

Источник страданий – наш ум. Страдания не имеют ничего общего с физическим состоянием или жизненными обстоятельствами человека. Вы можете испытывать сильную боль, при этом абсолютно не страдая. Откуда вы знаете, что вам должно быть больно? Вы знаете, поскольку такова реальность. Жить без истории, вызывающей стресс, любить то, что есть, даже когда вам больно, – настоящее блаженство. А вот испытывать боль и верить в то, что больно быть не должно, – сущий ад.

На самом деле боль – наш друг. Я не хочу избавляться от боли, если чувствую ее. Боль – приятный гость, поскольку длится она ровно столько, сколько хочет. (Однако это не означает, что я не могу принять «Тайленол» или другое обезболивающее.) Даже боль всего лишь проекция ума: она всегда проявляет себя, когда вы о ней думаете. Но скажите, разве вашему телу больно, когда вы без сознания? А когда у вас что-то болит, и вдруг звонит телефон – звонок, которого вы ждали, – мысленно вы концентрируетесь на звонке, и боль отступает. Меняются ваши мысли, и ваше физическое состояние меняется вслед за ними.

Мой друг из Израиля полностью парализован. Он привык считать себя жертвой и имел тому все подтверждения – в этом ум непревзойденный мастер. Мой друг был уверен – жизнь обошлась с ним несправедливо. Но занявшись «Работой», он понял, что реальность всегда такая, какой должна быть. И теперь у него нет проблем. Он счастливый мужчина с парализованным телом. Он не прилагал никаких усилий, чтобы изменить свое ощущение реальности. Просто занялся исследованием своих мыслей, ставил вопросы к ним, и состояние его ума изменилось.

Подобную свободу могут обрести и те люди, которые потеряли своих близких – мужа, жену или детей. Мир, полный страданий, всего лишь плод ума, уверенного в своей правоте. Однажды я проводила «Работу» с заключенными, отбывающими пожизненное наказание в тюрьме Сен-Квентин за убийства, изнасилования и другие тяжкие преступления. Я попросила их для начала записать все мысли, которые вызывали в них зло или негодование: «Я злюсь на ________, потому что ________». А затем предложила им по очереди прочесть свое первое утверждение. Один из них буквально трясся от злости, когда читал свое: «Я злюсь на свою жену за то, что она устроила пожар в нашей квартире, и моя дочь погибла». Прошли годы, а он все еще горел в аду ненависти, боли утраты и отчаяния. Но то был необычный человек. Он хотел знать правду и искренне стремился к этому.

Позднее, на том же сеансе «Работы», он прочитал свое второе утверждение: «Я хочу, чтобы моя дочь была жива». И я задала ему второй вопрос: «Ты можешь абсолютно точно знать, что это правда?» Он углубился в себя, чтобы найти ответ, и его осенило. «Нет, – уверенно ответил он. – Я не могу знать этого наверняка». Тогда я задала следующий вопрос: «Ты дышишь?» – «Да, конечно», – подтвердил он, и вдруг его лицо просияло. Так этот человек наконец-то осознал – чтобы быть живым, ему не нужна его дочь. Он понял – несмотря на ярость и отчаяние, с которыми он жил, жилось ему достаточно неплохо. И более того, он не может с абсолютной уверенностью утверждать, что было бы лучше для его девочки. Слезы радости, которые полились из его глаз, тронули меня до глубины души. Я чувствовала гордость от того, что сижу рядом с этим удивительным человеком. А сделал он всего лишь одно – усомнился в своих убеждениях и осознал их тщетность.

6

Пустое, но неисчерпаемое, Дао дает жизнь бесконечным мирам

Другими словами, наш ум дает жизнь всему – тому и этому, потерям и огорчениям, добру и злу. Изначально Дао совершенно и неисчерпаемо в своей способности создавать то, что есть. Когда мы верим своим мыслям, вместо того чтобы доверять реальности, наша жизнь превращается в бесконечную драму неугомонного эго.

Пока покоя нет внутри вас, в мире его тоже не будет, поскольку вы – это мир, вы – земля. История земли – то, что происходило на ней и за ее пределами. Когда ночью вы погружаетесь в сон без сновидений, это мир? Нет, пока вы не проснетесь и не почувствуете свое «Я». С появлением «Я» начинается ваш фильм о том, кем вы себя считаете. Но если вы усомнитесь в привычных мыслях о себе, то ваше кино станет таким, как есть, – без купюр и дополнений. Запасайтесь попкорном, потому что вот оно, начинается!

Я живу в полноте и целостности бытия. Все мы живем, хотя можем и не осознавать этого. Я ничего не знаю, мне ни о чем не нужно раздумывать, нечего выяснять. Я оставила в прошлом сорок три года размышлений, которые не привели ни к чему, и теперь существую в реальности не-знающего ума. И жизнь моя спокойна и радостна. Я испытываю подлинное удовлетворение, наблюдая за тем, как все разворачивается передо мной без моего участия и составляет меня.

7

То, что никогда не рождалось, никогда не умрет

Что такое смерть? Как мы умираем? И кто сказал, что мы вообще рождались? Существует лишь жизнь мыслей, которые не подвергаются сомнению. Есть только ум, если уж на то пошло. После того как вы подумали: «Я скоро умру», куда пошла эта мысль? Разве не все последующие ваши мысли являются, по сути, единственным подтверждением мысли о смерти? Кем бы вы были без вашей истории? Мир начинается с «Я», «Я – есть». Например, «Я женщина, которая сейчас почистит зубы и отправится на работу» и так далее и тому подобное. Так мир постепенно все больше разрастается за счет новых и новых историй. «Я – есть» – усомнитесь в этом.

На каком-то из утверждений мир заканчивается. Но ровно до тех пор, пока ум не вернется назад, к тому, что осталось, и не начнет исследовать новое утверждение. Продолжаем ли мы существовать после смерти? Научившись ставить вопросы к своим мыслям, заглядывая в себя достаточно глубоко, вы поймете – то, чем вы на самом деле являетесь, существует за пределами жизни и смерти.

Ум, чья деятельность подвергается сомнению, перестает постоянно что-то искать. Он свободен и не знает границ. Он понимает – раз он никогда не рождался, то значит, никогда не умрет. Такой ум бесконечен, поскольку у него нет собственных желаний. Он ничего в себе не держит. Он лишен условностей, непрерывен, бесстрашен, неутомим, не знает ограничений. Он отдает – такова его природа. Но поскольку каждое существо – это драгоценное отражение его естества, ум не только отдает, но и всегда получает, отдавая себя самому себе.

Косный, не сомневающийся ум – единственная смерть, и смерть мучительная. Ум, который верит в то, о чем он думает, живет, не выходя из глухого тупика. Он разочарован, не знает надежды, всегда стремится найти выход из положения, а находит очередной глухой тупик. И каждый раз, когда решается одна проблема, на смену ей сразу же возникает другая. Ум, не сомневающийся в себе, живет во власти старых историй, подобно динозавру, который жует одну и ту же пожухлую траву.

Когда в 1986 году я пробудилась к реальности, я обнаружила в себе все те стрессовые истории, которые издревле волновали человечество. И решила, что я просто обязана развенчать каждую из них. Я была тогда мировым разумом. И, разбираясь с очередной историей в себе, я одновременно развенчивала ее для всего мира, поскольку существует только один мыслящий.

Мастер всегда находится позади, в позиции ученика. Она наблюдает, отмечает, переживает, осознает и всегда вовлечена в реальность – такую, какая она есть. Именно так ей удается быть выше любой из проблем. Для нее нет ничего ненужного и неприемлемого. Она ни от чего не отказывается.

Она отстранена от всего происходящего в том смысле, что когда нечто происходит, значит, так ей было нужно, и если что-то минует, значит, так тоже было нужно для нее. Ее устраивает абсолютно все. Она влюблена в любое событие – случается оно или проходит. Она пребывает в единстве с любым поворотом реальности. Она смотрит и видит, как покачивается на ветру ветка дерева, и понимает – это не правда. И будучи неотделимой от того, что видит, сама становится веткой, качающейся на ветру. А услышав грохот мусоровоза, превращается в этот звук и трепещет от радости и благодарности.

И зачем ей бояться смерти, если мир начинается с нее и заканчивается на ней – прямо сейчас.

8

Высшее благо подобно воде, которая питает все живое, не прилагая для этого усилий

Высшее благо, чистый ум подобен воде. Он ищет для себя низины, тихие, укромные места, которыми люди обычно пренебрегают. Чистый ум прозрачен, он искрится и беспрепятственно проникает всюду. Как и вода, он глубок, прекрасен и питает все живое изнутри, даже не прилагая усилий.

По природе своей чистый ум тяготеет к скромности, смирению. Ему по душе тихие низины. Он предпочитает быть среди публики, нежели на сцене (хотя находиться в центре внимания ему тоже нравится). Чистый ум находит свое место у ног всего сущего, поскольку он и есть все сущее. В благодарность за то, что воплощает всю красоту жизни, он преклоняется перед величием того, что мы называем камнем, кустом, муравьем, травой или бродягой. Чистый ум видит себя птицей, парящей над головой. И хотя он не умеет летать, но все равно отмечает полет птицы.

Когда ум чист, жизнь становится очень простой. У меня появилась мысль встать и помыть посуду. И почувствовала, как с этой мыслью меня охватил приятный трепет. C почти детским воодушевлением я отправляюсь на кухню. Подхожу к мойке, открываю кран. Чувствую, как вода струится по рукам. Выдавливаю на губку немного средства для мытья посуды. Потрясающе!

Дело вовсе не в мытье посуды как таковом. Я получаю удовольствие, когда беру в руки грязную тарелку, обтираю ее губкой с моющим средством и вижу, как пена и вода постепенно смывают жир, тарелка снова становится идеально чистой, сверкающей и может снова служить. Все меняется. Я никогда не знаю наперед, что произойдет. Если не веришь мыслям о будущем, то не отделяешь себя от настоящего – тарелки, которую моешь, воды, моющего средства, мира пены и сияющей чистоты.

И хотя чистый разум наслаждается музыкой своих мыслей, когда перемещается от кресла к мойке, но отмечает – даже те восхитительные, прекрасные мысли, которые еще остались в нем, тоже неправда. Музыка мыслей – всего лишь звуковая дорожка, бессмысленное, вечное сопровождение разворачивающейся перед нами жизни. Кому придет в голову воевать со звуковой дорожкой? Каким безумцем надо быть, чтобы противостоять этой простоте? Итак, последнее суждение: тело поднимается и движется к мойке, берет в руки тарелку, мыльная пена и вода смывают жир, остается сияющая чистота. Прекрасная история! И в ней вся жизнь. По сути, она сама – жизнь.

Я счастлива, что мне уже 63 года, я вешу 65 кг, и на моем лице появляются складки и морщины. Я рада, что я не умнее, чем я есть. И мне нравится, что иногда, просыпаясь утром, я почти ничего не вижу – только смутные очертания окружающего мира. Я наслаждаюсь тем, что делают мои руки, каждым движением своего тела, тем, как я дышу. Мне нравится вид, которым я любуюсь сейчас из своего окна; целостная картина, открывающаяся взору: деревья, небо, газон, кирпичная труба, бугенвилея, вывеска на соседнем здании «Дом продается», забор, канал, плавающие по воде утки. Для меня все это неразделимо!

Мне нравится, что когда я поднимаюсь по лестнице, мои ноги движутся не слишком быстро, но и не медленно, они ступают ровно и точно и делают каждый шаг, руководствуясь своей, только им подвластной мудростью. Как удивительно отточено каждое их движение! Мои руки сами тянутся к перилам лестницы, без какой-либо конкретной мысли или причины. Ноги переступают вверх по ступеням, руки скользят по перилам, голова приподнята, взгляд направлен вверх – любуется радугой на стенах. Ничто не может сравниться с этими мгновениями!

Зачем мне становиться вами или кем-то другим, если мы все можем подниматься по лестнице, двигаться и стоять по-своему? У каждого из нас есть возможность быть собой, любить себя и быть собой довольным. Так зачем тогда равняться на кого-то или с кем-то соперничать? Сравнивать себя с другими – значит верить в то, что у вас получится сделать чье-то прошлое своим будущим. Гораздо проще оставаться самим собой. (Как будто можно быть кем-то еще?)

9

Сделай работу, затем отступи в тень. Это единственный путь к безмятежности

Между всеми вещами существует естественный баланс. Если вы бросаетесь из крайности в крайность, жизнь милостиво возвращает вас обратно в состояние равновесия. То, что поднимается вверх, должно опускаться вниз, а то, что опустилось вниз, обязательно поднимется вверх. Верх и низ – разные аспекты одного и того же явления.

То же самое касается и понятий внутри и вовне. Большинство людей считают миром то, то находится вокруг них. Они проживают жизнь задом наперед, стремясь к безопасности и признанию, считая, что, заработав больше денег или добившись авторитета в чьих-то глазах, они смогут стать счастливыми раз и навсегда.

Когда я занимаюсь своим делом, мне даже не нужно отступать в тень, поскольку все то, что я делаю, не принадлежит в первую очередь мне. Мне ничего не принадлежит. Все приходит и уходит. Путь к безмятежности открыт.

10

Вы можете отвлечь свой ум от постоянных блужданий и держаться первичной целостности?

Когда вы перестаете верить своим мыслям, вы становитесь неотделимыми от того, что есть. Вы – это все. И только ум, цепляющийся за свои мысли, уверен: человек – это «Я» в телесной оболочке.

Что такое первичная целостность? Стул-рука-чашка-окно-небо, существовавшие раньше «стула», «руки», «чашки», «окна», «неба». К целостности не нужно возвращаться, поскольку вы никогда ее не покидали. Да и как бы вы могли уйти от нее? И куда бы вы тогда двигались? Центр Вселенной там, где вы, и он – повсюду. В нем начало и конец, красота тьмы, торжество небытия. Поэтому только центр реален. Когда вы поймете это, вы осознаете, что даже в целостности нет необходимости.

Это сродни тому, чтобы влюбиться в самого себя. Ничего не нужно делать, никем не нужно быть, никакой ответственности, никакого смысла, ни страданий, ни смерти. Вы больше не верите в себя, как в отдельную, далекую от всего полярность, и перестаете ощущать себя крошечной частицей Мироздания, которая прикладывает грандиозные усилия, дабы доказать свою правду. Осознав, что вы никогда не теряли первичной целостности, вы понимаете – я никогда не рождался, а значит, никогда не умру.

Так появляется необычайная гибкость мышления! У вас вырабатывается иммунитет к любым идеям, которые вам навязывает ум, пытаясь отвлечь вас от реальности. Вы перестанете испытывать разочарования и огорчаться. Я обанкротился? Не беда! У меня рак? Не страшно! Муж хочет бросить меня? Хорошо! Решил остаться? Тоже хорошо! Почему бы, собственно, всегда не говорить реальности «да», если вы в нее влюблены?

Какое событие может произойти со мной, чтобы я не приняла его всем сердцем и с радостью? Я не знаю, как будет лучше для меня, для вас и для мира. Я не стремлюсь навязать свою волю вам и кому бы то ни было еще. Я не желаю вас менять, совершенствовать, обращать в новую веру, помогать вам или исцелять вас. Я просто принимаю вещи такими, какие они есть. В этом суть истинной любви. Лучший способ повести за собой людей – дать каждому из них найти собственный путь.

Однажды – прошло уже несколько лет после того, как я открыла для себя «Работу», – мои сыновья вдруг устроили драку в гостиной. Я сидела на софе, неподалеку от них. А они, двое взрослых, сильных парней, катались по полу, от души колотили друг друга и кричали мне: «Мама, мама, скажи ему, чтоб прекратил!» А я смотрела на них и видела двух молодых мужчин, которые таким способом старались найти общий язык. Поскольку, наверное, просто не знали, как это сделать по-другому. Я сидела там, любуясь ими и любя их всей душой, но даже не помыслила о том, чтобы вмешаться. Я ничего не делала, никак не реагировала. Вдруг они заметили это и перестали драться. И я была счастлива, что они нашли свое решение. С того дня мои сыновья не дрались больше ни разу.

11

Мы работаем с бытием, используя для этого небытие

Как только ум осознает свою природу, он перестает идентифицировать себя со своими мыслями. Благодаря чему в нем появляется больше свободного пространства. Зрелый ум способен принять любую идею; ему не грозят противоречия и конфликты, поскольку он знает – им невозможно препятствовать. Когда уму нечего защищать, не с чем себя ассоциировать и нечего оберегать, он может устремляться куда угодно. Ему нечего терять, поскольку для него не существует ничего первостепенного. Проникая в свою природу и познавая ее, он вызывает у нас счастливый смех или слезы благодарности.

Каждое мгновение я становлюсь свидетелем того, как все устремляется ко мне и исходит от меня. Я – центр всего сущего. Я слышу мнения и идеи, и поскольку не имею «Я», с которым они могли бы ассоциироваться, я принимаю их все как неотъемлемую часть бытия. А все, что исходит от моего опыта, устремляется в небытие, растворяется в нем, чтобы через время проявиться вновь. Я принимаю все, осознаю это, затем информация стирается, и все, исходящее от меня вовне, – всего лишь небытие, кажущееся бытием. Как только вы понимаете, что вы – никто, вам становится хорошо и комфортно со всеми, какими бы отчаянными или обездоленными они ни казались. Нет такого страдания, которое я не могла бы пережить, зная – оно уже разрешилось. И осознавая – я всегда встречаюсь с самой собой.

Когда мы сомневаемся в том, во что верим, мы начинаем понимать, что мы не те, какими представляем себя в мыслях. Подобная трансформация – плод бесконечной полярности ума, которую мы редко испытываем, поскольку наш ум, ориентированный на «Я – знаю», всегда стремится все держать под контролем. Но как только мы начинаем исследовать свои мысли, наш мир меняется. Ведь мы работаем с проектором – умом, – а не с тем, что он проецирует. И мы теряем свои привычный мир – такой, каким его понимали. И с каждым новым исследованием мыслей реальность становится к нам добрее.

Вопросы во время исследования задает нейтральная часть ума, его центр, из которого легко переключиться с одной полярности на другую. Нейтральная часть ума предлагает запутавшейся, закоснелой полярности «Я – знаю» возможность открыться иной полярности, владеющей разумными, ясными, полными любви ответами на все вопросы ума, ориентированного на «Я» и «знаю». У нейтральной части ума нет мотивов или желаний, для нее не существует понятий «должно – не должно». Она – всего лишь мост, соединяющий две полярности. Так, наш образованный, интеллектуальный ум «Я – знаю» растворяется в полярности мудрости. И остается единый, неделимый, абсолютно здравый и свободный ум. Разумеется, все это не более чем метафоры, поскольку ум у нас только один. Понять нужно одно: закрытый ум не дает раскрыться сердцу. Но если ум открыт, сердце тоже открывается. Поэтому, если хотите, чтобы ваше сердце стало открытым, начинайте исследовать свои мысли.

Задавая вопросы к своим мыслям, вы отдаляетесь от своей истории. Кем бы вы были без нее? Узнать об этом можно, исследовав свои мысли. Не существует вашей истории, как не существует истории, ведущей к вам. Любая история уводит вас от самих себя. Поскольку вы – это то, что существовало прежде любых историй. И вы – то, что остается после того, как история становится понятной.

Жизнь по другую сторону исследования настолько проста и очевидна, что предвидеть ее заранее просто невозможно. Все кажется совершенным – именно таким, каким и должно быть. Здесь не нужны надежда и вера. Земля превращается в Небеса, к которым вы так давно стремитесь. Изобилие здесь никогда не иссякает. Оно вечно.

Вот стол. А это пол. На полу коврик. А там окно. За окном – небо. Небосвод! Я могу без конца воспевать мир, в котором живу. На то, чтобы описать одно мгновение, одно это сейчас, может понадобиться целая жизнь. А ведь оно даже не существует за пределами моей истории! Разве не прелестно? Когда знаешь, кто ты на самом деле, самое замечательно в этом – постоянное ощущение благодати, благодарности за неиссякаемое изобилие бытия. Меня переполняет благоговение перед его великолепием и щедростью. И для того чтобы наслаждаться этим изобилием, я не делаю ровным счетом ничего. Просто наблюдаю и отмечаю все.

Лакмусовой бумажкой для проверки степени самосознания служит непреходящее состояние благодарности. К ней не нужно стремиться, ее невозможно обрести. Благодарность приходит сама и захватывает вас целиком. Она настолько широка, что ее невозможно скрыть или приуменьшить. По-другому состояние благодарности можно описать как «ум, влюбленный в себя». Это полное приятие себя, удовлетворенность собой, которая отражается в настоящем и обуславливает полное слияние с реальностью момента. Если вы проживаете жизнь, исходя из благодарности к сейчас, то вы возвращаетесь домой, к себе.

12

Мастер видит мир, но доверяет своему внутреннему видению

Мастер отмечает цвета внешнего мира, его звуки, запахи и мысли. Поскольку все они лишь отражение ее ума и осознание этого настолько явно и бесспорно, Мастер никогда не обманывается. Что не имеет начала, не может иметь конца. Мастер понимает – непостижимое благо дает начало всему сущему. И доверяет этому. Для Мастера не существует «внутри» или «снаружи». Для нее все – лишь проявление счастливой бесконечности собственного ума.

Мастер наблюдает за тем, как все приходит и уходит. Поскольку в природе всех вещей появляться и исчезать, с ее позволения или без него. Так почему бы просто не насладиться представлением? Ведь оно так прекрасно! Без чего-то, какое удовольствие быть ничем?

13

Любите мир как себя и сможете принять и полюбить все сущее

Когда вы любите то, что есть, становится очевидно: мир – всего лишь ваше зеркальное отражение. Но как полюбить то, что есть? Это «как» оставалось загадкой до настоящего момента. А теперь стало абсолютно ясно – для этого достаточно просто исследовать свои негативные, стрессовые мысли. И тут на помощь приходит «Работа!» Четыре вопроса и разворот помогут вам углубиться в себя, насколько вам будет угодно.

Люди уверены – чтобы стать свободными, они должны достичь просветления. При этом никто не догадывается, что собой представляет это самое просветление. Да, о нем можно прочитать в текстах священных писаний. Разные гуру и ламы утверждают, что достигли его. Однако это не более чем идея, история из прошлого. Правда же заключается в том, что никакого просветления на самом деле не существует. Никто не может оставаться просветленным пожизненно, поскольку тогда идея превращается в историю из будущего. Просветление возможно только в настоящем, сию минуту. Веришь своим стрессовым мыслям? Значит, до просветления тебе далеко. Понимаешь, что твои мысли не являются истиной? Тогда в этот момент ты достиг просветления. Все более чем просто! Тут на ум приходит следующая мысль, и неизвестно, останешься ли ты просветленным или перестанешь быть им на мгновение.

Я обнаружила, что у меня не возникает новых стрессовых мыслей, поскольку я сразу же их перерабатываю. Люди изо всех сил стараются «отпускать» негативные мысли. Но это сродни тому, чтобы вытолкать на улицу собственного ребенка, заявив ему: «Ты мне не нужен!» Раньше я уходила в пустыню, дабы уйти от мира. Но он все равно оставался со мной, в моей голове – каждая мысль, каждый миг, который я пережила. Я стремилась отделаться от мыслей, присущих любому человеку. Но мысли не более индивидуальны, чем телепрограмма, которую смотрят все. И я обнаружила, что независимо от национальности, культуры или расы люди по всему миру страдают, поскольку верят одним и тем же стрессовым мыслям: «Моя мама не любит меня», «Я недостаточно хороший (или хорошая)», «Я толстая», «Мне нужно больше денег», «Мой муж должен относиться ко мне с пониманием», «Моя жена не имела права меня бросать», «Мир нуждается в спасении». Разумеется, я ни за что не стану просить людей перестать верить своим мыслям. Поскольку это не только нехорошо, но и невозможно. Ведь каждый верит в то, во что верит. Мы не можем не верить своим мыслям, пока сами не усомнимся в них. Именно так все и происходит.

Люди часто интересуются, не просветленная ли я, и я обычно отвечаю им так: «Мне ничего об этом не известно. Я просто женщина, знающая разницу между тем, что причиняет боль и тем, что не несет никакой боли». Я та, которая хочет только того, что есть. Моя свобода в умении принимать, как друзей, самые разные идеи, мысли и события.

«Работа» в действии. Дислексия

Примечание: Данный диалог и следующие три, с которыми вы познакомитесь дальше, происходили перед аудиторией более чем в 350 человек. Мужчины и женщины, сидящие перед Кейти на сцене, заполнили рабочий листок «Выскажи суждение о ближнем» согласно следующей инструкции: «Заполните рабочий листок. Пишите о человеке, которого еще не простили на все сто процентов. Но пока ничего не пишите о себе. Старайтесь использовать короткие, простые предложения. Пожалуйста, не сдерживайтесь – будьте таким же придирчивым и дотошным, как обычно. И не старайтесь казаться духовным или добрым». В ответах Кейти четыре вопроса и призыв к развороту напечатаны полужирным шрифтом. (Ищите образец рабочего листка и инструкции по выполнению «Работы» в приложении.)

Когда вы впервые столкнетесь с «Работой» как читатель или как зритель, данная методика может показаться вам неприятной и даже тревожной. Кейти видит каждого человека свободным. Поэтому ее глубокое сострадание, не знающее жалости, производит гнетущее первое впечатление на тех, кто привык жалеть себя или других. Кейти говорит: «Считайте, что я – ваше сердце». И продолжает: «Позволив мне войти в ваш внутренний мир, вы делаете меня той глубиной, голоса которой вы обычно не слышите. Ваши убеждения заглушают его. Мне пришлось стать этим голосом, чтобы вы наконец-то услышали его глубоко внутри. Я – это вы на другой стороне исследования. И несмотря на то, что я сейчас нахожусь здесь, перед вашими глазами, на самом деле я – голос, звучащий внутри вас».

Также важно помнить, что все участники процесса – Кейти, человек, выполняющий «Работу» с ее помощью, и публика – преследуют одну и ту же цель. Все хотят докопаться до истины. Если Кейти и может поначалу показаться бесчувственной по отношению к кому-то, то, присмотревшись повнимательней, вы поймете – она высмеивает не страдания человека, а ту мысль, которая причиняет ему эти страдания.

Вы также заметите, что Кейти очень искренне и непринужденно проявляет нежность. Это раздражает многих людей (особенно жителей Нью-Йорка). Одна из читательниц книги «Любить то, что есть» возмущалась, дескать, если бы ей захотелось увидеть женщину, которая называет каждого встречного «дорогой» или «милый», то далеко ходить бы не пришлось – таких полно на стоянке грузовиков в Оклахоме. Для этой дамы подобные проявления нежности со стороны Кейти звучали неискренне и банально; для самой же Кейти они естественны, как воздух, и абсолютно искренни. Она любит каждого, кто встречается на ее жизненном пути.

Стивен Митчелл

Питер (вручая Кейти рабочий листок): Я страдаю дислексией, поэтому, чтобы заполнить этот листок, мне пришлось прибегнуть к помощи друга. Он читал мне вопросы, а я диктовал ему свои ответы на них. Не могли бы вы сами прочитать мои ответы, которые он записал?

Кейти: Разумеется. (Читает с рабочего листа Питера.) Я очень злюсь оттого, что не могу читать и писать. Меня раздражает моя дислексия, поскольку из-за нее мне трудно не только читать и писать, но также общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать.

Питер: Это особенно трудно в современном мире.

Кейти: Да. Так значит, тебе хочется уметь читать и писать? Правильно?

Питер: Да, чтобы общаться с кем-то, кто не рядом со мной в данный момент.

Кейти: Нужно ли тебе читать или писать, даже по этой причине? Это правда?

Питер (после короткой паузы): Нет. Наверное, нет.

Кейти: Сколько тебе лет?

Питер: Сорок три.

Кейти: Выходит, ты отлично обходился без этого все сорок три года.

Питер: Не знаю, подойдет ли в данном случае слово «отлично».

Кейти: Ладно, если не касаться мыслей, как себя чувствует твое тело?

Питер: Мое тело в полном порядке.

Кейти: Но не твои мысли. Ты нормально справлялся с проблемой все эти годы?

Питер: Да. Но я испробовал все возможные обучающие методики, чтобы научиться читать и писать.

Кейти: Тебе нужно уметь читать и писать – это правда?

Питер: Вообще-то, нет. Я нормально обхожусь и без этого.

Кейти: Рада слышать. Почувствуй это, милый. Сорок три года тебя все устраивало, только твои мысли иногда подливали масла в огонь. Кстати, у тебя отличные ботинки.

Питер: Я их сделал сам. (Шквал аплодисментов в зале.)

Кейти: Люди, которые умеют читать и писать, нечасто так здорово работают руками. (Смех в зале.)

Питер: Я в курсе.

Кейти: Мы слишком заняты тем, что пишем и читаем. (И снова смех в зале.)

Питер: Дело в том, что мой ум работает не в двухмерной, а в трехмерной плоскости.

Кейти: Как ты реагируешь, когда веришь мысли «Мне нужно уметь читать и писать?» Но не можешь, потому что страдаешь дислексией?

Питер (со слезами на глазах): Мне стыдно. Я чувствую себя не в своей тарелке. В современном обществе умение читать и писать – норма. Это причиняет мне боль.

Кейти: Хорошо, приведи мне хотя бы одну спокойную причину, по которой тебе нужно уметь и читать, и писать. Ну, по крайней мере читать или писать.

Питер: У меня есть сын. Ему десять лет. Было бы здорово, если бы я мог помогать ему с домашним заданием.

Кейти: Неужели? Можно вполне обойтись и без этого! (Смешки в зале.)

Питер: Вы правы.

Кейти: Такое впечатление, что тебе просто нужна дополнительная работа. А если говорить о твоем сыне, то реальность оставляет его наедине с важной проблемой. Она делает его целиком и полностью ответственным за то, чему он научится. Поскольку научиться чему-то он может только самостоятельно. Поэтому я не принимаю твою причину. В ней нет спокойствия. Ты расстраиваешься, у тебя на глаза наворачиваются слезы. Приведи мне действительно умиротворяющую причину. Заставь меня поверить, что тебе нужно уметь читать и писать.

Питер (после долгой паузы): Ничего не приходит в голову.

Кейти: Тогда почему ты так упорно веришь в то, что тебе нужно уметь читать и писать? Это неправда. И ты сам говорил мне: «Я неплохо обхожусь без этого». Ты нормально прожил сорок три года, не умея читать и писать. Чтобы чувствовать себя хорошо, быть талантливой личностью или хорошим отцом, тебе совсем необязательно читать и писать. Итак, я снова спрашиваю тебя – назови мне хотя бы одну спокойную причину, по которой тебе это нужно? Ведь должна же она быть?

Питер: На самом деле причин держаться за эту мысль нет.

Кейти: Значит, если я правильно поняла, ты веришь мысли «Мне нужно уметь читать и писать», чтобы страдать?

Питер: Да, вы правы.

Кейти: Если хочешь страдать и дальше, милый, продолжай верить в эту ложь. «Мне нужно уметь читать и писать». А теперь разверни-ка эту фразу? Что получается?

Питер: «Мне не нужно уметь читать и писать». Мне это больше не нужно, поскольку я уже нормально живу и без умения читать и писать.

Кейти: Да. Добро пожаловать к истине. А теперь назови мне три причины, которые делают твою жизнь лучше, даже несмотря на то, что ты не можешь писать и читать.

Питер: Хммм… Ну, я не читаю газет и потому не расстраиваюсь по поводу всей той ерунды, о которой в них пишут. (В зале раздаются аплодисменты.) Я использую свое воображение и творческие способности, чтобы доставлять себе радость и развлекаться.

Кейти: Ты назвал две причины. Почему твоя жизнь становится лучше от того, что ты не умеешь читать и писать?

Питер: У меня масса свободного времени.

Кейти: Так, хорошо, у тебя освобождается много времени.

Питер: Благодаря этому мне не нужно забивать себе голову политикой и всеми теми ежедневными проблемами, которые, на мой взгляд, приводят людей к стрессу. Поэтому, да, мне действительно лучше жить без этих навыков… В конце концов, уметь читать и писать совсем необязательно. Я могу нанять людей, которые будут делать это за меня.

Кейти: Да, ты можешь нанять людей, которые смогут читать и писать за тебя. Или просто попроси нас об этом.

Питер: Верно.

Кейти: Ты уже попросил меня прочесть твой рабочий листок. И я согласилась.

Питер: Правильно. Люди звонят мне в офис, чтобы договориться о встрече, и…

Кейти: В офис? Разве у человека, который не умеет читать и писать, может быть свой офис?

Питер: Хммм… У меня он есть.

Кейти: Итак, милый, если другие люди будут читать или писать за тебя, то ты сможешь заниматься чем-то другим. Ты сможешь свободно давать выход своей творческой энергии. Попросив других почитать или написать что-то за тебя, ты действительно получаешь массу свободного времени.

Питер: Но это так унизительно спрашивать кого-то, как пишется то или иное слово, а тебе говорят: «Как можно этого не знать? Ты что, идиот?»

Кейти: Ну, и что бы ты им ответил?

Питер: «Нет».

Кейти: В точку! (В аудитории раздается смех.) У тебя возникают проблемы со словом «нет»? У тебя есть проблемы с истиной?

Питер: Мне это начинает нравиться все больше и больше.

Кейти: Тогда, дорогой, ты сейчас будешь на месте зловещего мира, людей, которые говорят: «Ты что, идиот?» Стань этим миром. А я стану добрым, честным, простым парнем-дислексиком. Я стану тобой. Идет?

Питер: Договорились.

Кейти: «Привет… Не могли бы вы прочесть это для меня?»

Питер: «А почему ты не можешь прочесть сам? В чем дело?»

Кейти: «Вообще-то у меня дислексия…»

Питер: «А что это?»

Кейти: «Спасибо, что интересуетесь. Я не могу читать. Я вижу слова перевернутыми или в обратном порядке. Слова не имеют для меня значения. Мой мозг не воспринимает их, поэтому я не могу читать. Я перепробовал все обучающие методики, люди пытались обучить меня читать, но все напрасно. Так уж устроен мой мозг».

Питер: «Наверное, ты просто чертов дебил».

Кейти: «Ну, знаете, мой интеллект достаточно высокий. Так вы поможете мне это прочитать?»

Питер: «Нет, я не буду за тебя читать. Это твои проблемы, дружище».

Кейти: «Ладно. Спасибо». А теперь я пойду и попрошу об этом кого-то другого. И не стану говорить ему о том, что это не проблема, поскольку я не хочу, чтобы для меня читал не тот человек. Так я смогу понять, кто не намерен помогать мне с чтением. Отсеять всех, кто не хочет мне помочь. Ведь не хочешь же ты, чтобы для тебя читал не тот человек. Может быть, у него тоже какая-то проблема с дикцией, кто знает? Итак, «ты неполноценный», это правда? Если смотреть с такой точки зрения, то дислексия для тебя – дар или серьезный недостаток? Как ты считаешь? Только честно.

Питер (кричит): Я всегда считал дислексию своим самым ужасным недостатком. И вот сейчас я впервые начинаю видеть ее в другом свете.

Кейти: Никто, кроме другого человека с той же проблемой, не может знать, через какой ад ты прошел. Люди не понимали тебя, оскорбляли и унижали, считая упрямым ослом и тупицей, а не дислексиком. А ты пытался изо всех сил научиться читать и писать, выворачивал себя наизнанку ради навыка, которым не можешь овладеть. Это и есть ад!

Питер (кричит): Да, дислексия преподнесла мне не один дар, но иногда то плохое, что с ней связано, переполняло меня, и я просто не замечал хорошего.

Кейти: И наказание, снова и снова, а после страх, что кто-то узнает.

Питер: Да, во взрослой жизни я продолжал подвергать себя тому наказанию, через которое вынужден был пройти в школе.

Кейти: Учителя ставили тебя перед всем классом и заставляли делать то, чего ты не можешь.

Питер: Они говорили: «Почему ты не можешь прочитать эту главу перед классом?» А я при этом чувствовал себя маленьким и ничтожным (соединяет вместе указательный и большой пальцы и показывает присутствующим).

Кейти: Ты верил в то, что обязательно должен уметь читать, но ты не мог и потому чувствовал себя изгоем, не таким, как все.

Питер: Да. Потому что в обществе умение читать считается само собой разумеющимся.

Кейти: Кто считает это само собой разумеющимся? Разверни свое высказывание и увидишь, что так считаешь ты, мой ангел. Итак, вернемся к нашему вопросу – считаешь ли ты дислексию даром или серьезным недостатком… Какой ты видишь истину? Меня интересует не позиция твоего ума, выдающего желаемое за действительное, а простая и ясная истина. Так что же такое дислексия – дар или проклятие?

Питер: Я начинаю видеть в ней дар.

Кейти: Мне нравится, что ты понимаешь это. Ты испытал нечто по-настоящему прекрасное.

Питер: Да, но на это ушло немало времени.

Кейти: Твое озарение, дорогой, сэкономит тебе массу времени. Оно сделает тебя абсолютно свободным. У тебя будет вдоволь того, о чем мечтают другие люди: свободного времени. А это великолепно! Люди будут читать за тебя длинные скучные документы и пересказывать тебе их сокращенную версию.

Питер: Правильно. Все так и есть.

Кейти: «Ты неполноценный» – это правда?

Питер: Иногда мне кажется, что да.

Кейти: Итак, я спрашиваю тебя прямо сейчас: «Ты неполноценный» – это правда? «Не уметь читать и писать – значит быть неполноценным» – это правда? Я не говорю о том, как это воспринимает мир. Меня интересует твое мнение.

Питер: Ладно, если вы не имеете в виду мнение окружающих, то я, пожалуй, отвечу на ваш вопрос «нет».

Кейти: Почувствуй то, что говоришь! Мир будет навязывать тебе свое мнение о многих вещах, но ты ведь знаешь, как далеко это может зайти.

Питер: Знаю. Но когда ты стоишь в очереди к кассе в супермаркете, не можешь расписаться на чеке, а женщина сзади торопит: «Вы не могли бы побыстрее?» Ты начинаешь нервничать, и…

Кейти: Как ты думаешь, каким должен быть ответ?

Питер: Воспользуйся кредиткой! (Питер, Кейти и публика в зале смеются.)

Кейти: «Ты неполноценный» – это правда?

Питер (улыбается): Нет! (Снова слышится смех.) Более того, я чрезвычайно талантливый человек.

Кейти: Твоя правда. Так что же ты выберешь – свой талант или умение читать и писать? Если бы тебе пришлось выбирать, чему бы ты отдал предпочтение?

Питер: Трудный вопрос. Мой младший брат занимается молекулярной генетикой.

Кейти: Ты снова скромничаешь! (Смех в зале.)

Питер: Скромничаю? Возможно. Но он обнаружил ген, вызывающий остеопороз.

Кейти: Итак, если бы выбирал между умением читать и тем, что умеешь ты, то…

Питер: Бывали дни, когда я готов был дать отрубить свою правую руку, только чтобы уметь читать!

Кейти: Трудные, видать, были деньки! (Смех в зале.) Но я спрашиваю тебя сейчас, сию минуту. Потому что только сейчас имеет значение. Наша жизнь – это сейчас. Здесь и сейчас! Итак, я прошу тебя в данный момент сделать выбор между умением читать и писать и тем, что ты имеешь. А именно твоими талантами, интеллектом… Всем тем, что составляет твою личность!

Питер: Нет, такой выбор мне сделать трудно.

Кейти: Тогда посиди немного. (Длительная пауза.) Разве ты не любишь себя таким, какой ты есть?

Питер: Люблю.

Кейти: И я тоже.

Питер: Благодарю.

Кейти: Знаешь, люди, которых я упоминала, ну, те, что не понимают твоих проблем, относятся к тебе нетерпимо… В общем, я была такой же, как они. По отношению к собственной дочери. Она тоже страдает дислексией.

Питер: А вы стерва! (Смех в зале.)

Кейти (кивает головой): Да. (Пауза.) А знаешь, кто такая стерва? Женщина, которая верит своим мыслям. Настоящая невежда! Итак, тебе остается просто любить нас таких, пока мы тебя не поймем. Но при одном условии: если ты хочешь быть счастливым.

Питер (со слезами на глазах): Благодарю вас.

Кейти: Не стоит благодарности. (Пауза.) Я целыми днями просиживала над своей дочерью, заставляя ее читать снова и снова, пока не доводила ее до слез. Ее учителя советовали мне это, и я верила им.

Питер: Я прошел то же самое. Мой брат играет во дворе, а я прикован к столу и вынужден делать то, что мне никак не дается… А взрослые зудят: «Пока не прочитаешь или не напишешь, из-за стола не поднимешься! Сделай это, а потом будешь заниматься всем, чем захочешь».

Кейти: И тебе не оставалось ничего иного, как размышлять над их словами. И казалось, что тебе чего-то не хватает, ты не такой, как все, а на самом деле то был дар! Непонимание, с которым окружающие относились к тебе, было даром. И я в свое время проявляла такое же непонимание, как мать дислексика. И моя дочь подпала под его пагубное влияние, поскольку я внушила ей: «Ты должна уметь читать!» Хотя на самом деле она не могла этого. Но я верила, что она должна, и она верила, поэтому мы обе были неполноценными. А потом мы с ней начали сомневаться в своих мыслях и ставить к ним вопросы. И знаешь что? Она такая умница! Когда мне нужна помощь, я обращаюсь к ней. Она удивительная! Она видит вещи, которые не всегда могу увидеть я.

Питер: Да, мы это можем. Можем!

Кейти: Хвала Всевышнему, что в мире есть дислексики. И если у вас получится преодолеть свои комплексы, то все мы, окружающие, будем в выигрыше. А сделать это можно, усомнившись в том, во что мы заставляли вас поверить. Поскольку истина находится только внутри вас самих. Итак, (читает с рабочего листка Питера), я очень злюсь оттого, что не могу читать и писать. Меня раздражает моя дислексия, поскольку из-за нее мне трудно не только читать и писать, но также общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать.

Питер: Мне действительно трудно читать и писать из-за дислексии.

Кейти: Да, когда не можешь ни читать, ни писать, это действительно трудно! (Смех в зале.)

Питер: Все равно что подниматься в гору, до вершины которой никогда не доберешься.

Кейти: В точку! Но так было сорок три года. Теперь тебя это не касается. Люди спрашивают: «Не можете ли вы выписать чек?» И ты отвечаешь: «Нет». А если можешь, но не быстро, на вопрос «Не могли бы вы писать быстрее?» спокойно говоришь: «Извините, нет. Я дислексик». Спрашивая тебя, люди хотят знать правду. А кто, если не ты, научит их принимать ее? «Я дислексик… Я не могу писать. Вы можете, а я – нет. Поэтому не поможете ли вы мне выписать чек?»

Питер: Удивительно, скольким способам компенсировать свое неумение я научился. Вот, к примеру, моя чековая книжка. (Протягивает ее Кейти.)

Кейти (просматривая чековую книжку): Боже, это просто прелесть! Прелесть! (Показывает ее залу.) У него здесь записано произношение цифр от одного до тысячи. Он может просто списывать их, пользуясь своей маленькой шпаргалкой. Вот «один, два, три, четыре, пять шесть… десять, двадцать, тридцать, сорок… шестнадцать, семнадцать… сто, тысяча»… Если в зале есть дислексики, попросите Питера показать вам его чековую книжку. И это не просто цифры от одного до тысячи. Они записаны в три ряда плюс два числа. Гениально! А я вынуждена сама писать цифры от одного до тысячи, думать над произношением. Это мой крест!

Питер: Мне пришлось действительно туго, когда я заполнял рабочий листок, поскольку здесь никуда не денешься от фонетики. Например, у меня появлялась мысль, но пока я раздумывал над произношением и написанием слов, мысль улетучивалась. Это очень сильно мешало мне сосредоточиться и быстро заполнить Листок. Поэтому пришлось просить близких заполнить его за меня. И потом, мне хотелось, чтобы все было написано разборчиво.

Кейти: Очень здорово, когда ты просишь своего сына писать за тебя. Потому что это дает многое ему. И, разумеется, тебе. Значит, ты просишь кого-то писать за тебя или записываешь нужный текст на магнитофон.

Питер: Какое-то время я именно так и делал.

Кейти: Хорошо. Главное, поймать ту мысль, в которую ты веришь. Необязательно держать в голове весь рабочий листок. Если ты думаешь «Я неполноценный», просто сосредоточься на этой мысли. Наблюдай, как все другие твои мысли кружат вокруг этой фразы, пытаясь подтвердить ее. Но старайся удержать внимание на ней. А затем начинай задавать к ней вопросы. Итак, (читает с рабочего листка Питера) «мне трудно писать, читать, общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать». Это правда?

Питер: Да.

Кейти: Ты просишь кого-то делать это за тебя?

Питер: Да, моего десятилетнего сына.

Кейти: «Мне трудно писать, читать, общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать». Это правда?

Питер: Да, когда рядом никого нет.

Кейти: А когда рядом кто-то есть?

Питер: Хмм… пожалуй, нет.

Кейти: Значит, иногда это трудно. Но когда ты просишь кого-то помочь тебе или нанимаешь для этого человека, вместо того чтобы делать самому, это совсем не трудно. Итак, давай-ка развернем последнюю фразу и посмотрим, что выйдет. «Мне трудно писать, читать, общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать». А теперь развернем: «Мне не трудно…»

Питер: «Мне не трудно писать, читать, общаться, пользоваться Интернетом, электронной почтой, работать».

Кейти: Что ты чувствуешь при этом?

Питер: Мне нужно переступить через свою гордость.

Кейти: Зачем? Можешь продолжать страдать.

Питер: Я… Я собираюсь переступить через свою гордость.

Кейти: Да, милый, у тебя нет времени на гордость! Тебе нужно пользоваться Интернетом, электронной почтой, заниматься работой. Ведь ты этого хочешь! А гордость слишком дорого стоит. И к тому же в ней нет ничего хорошего, от нее никакой радости. Ты прошел через многое за эти годы, поэтому будь очень добрым и внимательным к себе, не жалей времени на себя. И занимайся «Работой» всякий раз, когда усомнишься в том, а стоит ли просить другого человека помочь тебе. Или когда почувствуешь непреодолимую дистанцию между собой и другим человеком, кем бы он ни был. Выполняй «Работу», если что-то мешает тебе попросить о помощи.

Питер: Договорились.

Кейти: Потому что все это сдерживает тебя. Ты должен работать над всеми мыслями, которые, по-твоему, мешают тебе попросить другого человека о помощи. Дескать, «Они подумают, что я умственно отсталый», «Они откажутся мне помочь». А ты возьми и спроси их: «Вы считаете меня дурачком?» Скажи и посмотри, что получится. Это будет стоит тебе гордости, а гордость означает боль. Поэтому ты всего лишь пожертвуешь своей болью.

Питер: Вы правы. Я действительно очень хочу отделаться от навязчивого чувства уязвленной гордости.

Кейти: Да, именно так. Просто забудь о ней. И спасибо тебе, дорогой.

Питер: Благодарю вас, Кейти.

14

Невидимое, не имеющее имени, оно возвращается в небытие

По сути, то, что реально, невозможно ни увидеть, ни услышать, ни потрогать, ни понять. Мы видим образы, слышим звуки и реагируем на тот мир, который создан нашим воображением. Все, что окружает нас, не более чем проекция нашего же ума. Мы создаем все это, мы же даем каждой вещи название и наделяем каждую определенным смыслом, потом ищем для нее новый смысл, и так до бесконечности. Мы прибавляем к реальности «что», затем – «почему». И во всем этом – мы. Первичное смывает волной нового, которое на самом деле уже давно устарело. Ведь мысль всегда стремится уничтожить все за своими пределами.

Ум настолько могуществен, что может поднять воображаемый кулак и бить им по стене. При этом ум будет верить – вы тот самый человек, которому принадлежит кулак. В своем невежестве ум пытается сделать свой воображаемый мир как можно более явным, для этого наделив его категориями пространства и времени.

Способность ума творить, по сути, прекрасна. Вот только наш ум очень часто ведет себя как террорист, создавая пугающий, недобрый мир. Если он кажется вам именно таким, советую тщательно исследовать свой кошмар. И неважно, что ум начинает спрашивать себя «Это дерево – правда?» или «Это я – не так ли?». Мир, порожденный нашим умом, можно с легкостью вернуть в ту исходную точку, откуда он вышел. Именно ваша привязанность к иллюзорному миру заставляет вас страдать.

Ум не в состоянии постичь «небытие», «абсолют» – тот источник, из которого проистекает все сущее, первоначальный не-мир. Однако, давая ему название «небытие», мы делаем его таким же ложным, как и воображаемый мир. Нельзя назвать его «небытием», поскольку он существовал прежде любых слов.

«Небытие», «ничто» страшны для мира отраженной мысли своей непостижимостью. Ум пугается, когда осознает, что не в состоянии постичь или контролировать бытие, породившее его. Ум обречен на смерть, если не ассоциирует себя с телом, с «Я». Но смерть для никого никогда не наступит. То, что никогда не существовало, не может умереть.

Но наступает момент, когда ум обнаруживает, что свободен от всяческого контроля и бесконечно счастлив. Так в конце концов он влюбляется в непознанное. И наконец успокаивается. С этого момента ум больше не верит мыслям и всегда пребывает в состоянии покоя – что бы ни происходило.

15

Хватит ли у вас терпения дождаться, пока песок осядет, и вода не станет чистой? Сможете ли вы бездействовать до тех пор, пока верное действие не возникнет само собой?

Мастер не ищет удовлетворения, поскольку она и так наполнена до краев и не сможет вместить в себя ни капли больше. Когда у вас есть то, чего вы хотите, когда вы – это то, что вам нужно, вам нет смысла искать что-то за переделами себя. Искать – значит, удаляться от осознания своей наполненности, приятия жизни такой, какая она есть. И даже в минуты настоящей, сильной боли вы не чувствуете, что вам чего-то недостает. Реальность всегда добра. Все происходящее всегда к лучшему. Любой опыт нужен нам – вы осознаете это с особой ясностью после того, как проведете исследование своих мыслей.

У меня есть друг. Его жена ушла от него к другому мужчине. До этого он уже некоторое время занимался «Работой», поэтому вместо того, чтобы огорчиться или удариться в панику, он начал исследовать свои мысли: «Она должна была остаться со мной – это правда? Я не могу знать наверняка. Как я реагирую, когда верю этой мысли? Я сильно переживаю. Кем я буду без этой мысли? Я снова стану относится к моей жене с любовью и буду желать ей только добра и счастья».

Мой друг действительно хотел знать правду. Задавая вопросы к своим мыслям, он выяснил для себя нечто очень ценное. «В конце концов, – подытожил он. – Я смог относиться к поступку моей жены как к чему-то неминуемому, поскольку так оно, по сути, и было. Когда она абсолютно искренне говорила мне, что полюбила другого и уходит к нему, она поступила правильно, не пощадив моих чувств. Было удивительно слушать о том, что она испытывает, и не принимать этого близко к сердцу. Должен признать, я испытал тогда чувство настоящего, полного освобождения». Жена моего друга переехала к своему новому возлюбленному, и друг искренне рад за нее, поскольку ему не хотелось, чтобы она продолжала жить с ним не любя. Через несколько месяцев в ее отношениях с новым мужчиной наступил кризисный момент, и она остро нуждалась в дружеском плече. И пошла за советом и поддержкой к своему лучшему другу – бывшему мужу. И они спокойно обсудили проблему и все возможности решить ее.

Тогда она решила, что ей нужно иметь место, где она могла бы уединяться на время и обдумывать сложившуюся ситуацию. И через время, после нескольких взлетов и падений в отношениях с новым возлюбленным, она снова вернулась к моему другу. То время, пока длилась эта драма, он подвергал анализу любые мысли, которые причиняли ему огорчение, боль, вызывали страх, то есть приводили к конфликту с реальностью. И всякий раз благодаря такому исследованию мой друг благополучно возвращался к спокойному и жизнерадостному состоянию ума. Он пришел к выводу, что единственная его проблема – негативные мысли, которым он верит. Так, поступок его жены дал моему другу все необходимое, в чем он нуждался, чтобы обрести свободу.

Я часто повторяю, что если бы я нуждалась в молитве, она была бы такой: «Господи, избавь меня от желания любви, одобрения или признания. Аминь!» Разумеется, никакой молитвы у меня нет, поскольку я не нуждаюсь ни в чем, кроме того, что имею. Я знаю, какой благодатной и щедрой может быть жизнь. Зачем же мне молить о чем-то, если оно все равно не будет превосходить того, что само приходит ко мне? Бог – всего лишь иное название реальности. Она целостна, совершенна и наполняет меня невыразимой радостью. Поэтому у меня не возникает даже мысли о чем-либо просить.

Но если бы я все еще верила своим мыслям, то молилась бы в первую очередь об одном: я просила бы избавить меня от желания любви. Поскольку оно не вызывает ничего, кроме замешательства, волнения и страданий. Желание любви сводит на нет ваше осознанное отношение к реальности. Попытки искать что-то вовне, за пределами себя, причиняют одну только боль, поскольку иметь это все равно невозможно. Я говорю «невозможно», подразумевая под этим одно: желая любви, вы даже не знаете, чего, собственно, ищете. Если бы вы понимали, чего хотите, необходимость в поисках отпала бы сама собой. Но из-за того, что вы думаете, будто знаете, как выглядит любовь, представляете, какой она должна и не должна быть, она становится для вас невидимкой. Вы слепо ищете того, чего просто не существует. В своих бесконечных поисках счастливого конца вы просите, вы умоляете, вы заискиваете и выполняете другие эмоциональные кульбиты. Но только поиск истины внутри себя приведет вас к любви, которую невозможно утратить, – любви к реальности. И когда вы найдете ее, вашей естественной реакцией станет полное приятие всего, что есть.

То была бы моя единственная молитва, поскольку ответ на нее положил бы конец времени и пространству. И принес бы в мою жизнь энергию чистого, бесконечного ума, свободного в своем могуществе и доброте. Когда вы перестаете искать любви, вам больше ничего не остается делать, и вы испытываете ощущение законченности бытия, его полноты, которое не зависит от вас и ваших усилий. С вами происходит гораздо больше того, что вы могли бы ожидать, – и происходит как бы само собой.

Когда я не ищу одобрения у окружающих, я не нуждаюсь в одобрении, поскольку я сама – одобрение. И когда я с помощью исследования пытаюсь передать вам это, я выражаю вам свою любовь. Я хочу, чтобы вы одобряли то, что есть. И это любовь, которая ничего не станет менять, поскольку уже располагает всем необходимым. Она сама – это все, что ей нужно. И она такая, какой должна быть.

16

Погрузившись в чудеса Дао, вы сможете принять все, что уготовила для вас жизнь. И будете готовы к приходу смерти

Вам не под силу опустошить ум от мыслей. Это так же невозможно, как осушить океан. Как бы мы ни старались отогнать от себя мысли, они возвращаются. Такова реальность.

Но мысли – не проблема, если относиться к ним с пониманием. Зачем стремиться опустошить свой ум от мыслей, если ты не находишься в состоянии войны с реальностью? Я люблю мои мысли. И когда у меня появляется любая стрессовая мысль, я знаю, как исследовать ее, чтобы вернуться в состояние спокойствия. Мне на ум может прийти даже самая страшная мысль, и я встречу ее с радостью. У вас может быть хоть десять тысяч мыслей за минуту, но если вы не верите им, ваше сердце спокойно.

Первоначально стрессовая мысль принадлежит нашему «Я». А до нее в сознании царило спокойствие. Мысль рождается из ничего и мгновенно возвращается туда, откуда пришла. Если вы понаблюдаете за тем, что предшествовало мысли, было между двумя мыслями и следовало за любой из мыслей, то увидите только пустоту. Это и есть пространство незнания, наша истинная природа. Оно является источником всего, заключает в себе все: жизнь и смерть, начало, середину и конец.

Пока мы не осознаем, что смерть ничуть не хуже жизни и всегда приходит в свое время, мы склонны брать на себя роль Бога, который решает, кому и когда лучше уйти, причиняя себе тем самым только боль и страдания. Когда мы мысленно противимся тому, что есть, то переживаем состояние разъединения и испытываем грусть. Так происходит всегда. Такова наша природа.

У меня есть подруга. На протяжении нескольких лет она честно занималась исследованием своих мыслей и пришла к пониманию того, что мир – всего лишь отражение ума. Она была за мужчиной, который был единственной любовью ее жизни. И однажды вечером, когда они, как обычно, сидели рядом на софе, он вдруг обмяк и скончался от сердечного приступа у нее на руках. Но после первоначального шока и потоков слез она стала искать в себе прежнее горе, а его не было. Неделями она пыталась найти в себе хотя бы его отдаленные признаки, поскольку одна из подруг сказала, что горе – неотъемлемая часть душевного исцеления. Но ощущала только внутреннюю целостность: в ней самой ничего не изменилось. Теперь, после смерти любимого человека, она осталась такой, как была при его жизни.

Она рассказывала мне, что к каждой возникающей в сознании печальной мысли она сразу же задает вопрос: «Это правда?» И буквально мгновенно видит разворот, который развеивает ее печаль, заменяя ее чем-то более истинным. Так, утверждение «Он был моим лучшим другом, а теперь мне не с кем даже поговорить» превращается в «Я – свой лучший друг и всегда могу поговорить с собой»; а «Мне не хватает его мудрости» становится «Мне хватает своей мудрости». Моя подруга понимает – она не может нуждаться в мудрости мужа, поскольку она сама – мудрость. Все, что, по ее мнению, она находила в нем, есть в ней самой. Поэтому между двумя состояниями – с ним и без него – нет никакой разницы. К тому же, благодаря правильному развороту, моя подруга осознала: муж – это она сама, а значит, он не мог умереть. Без истории о жизни и смерти, говорит она, существует только любовь. И ее любимый всегда с ней.

17

Мастер не говорит, она действует. И когда ее работа окончена, люди удивляются: «Поразительно, как мы смогли сделать все сами!»

Мне нравится быть невидимкой. Я не несу ни перед кем никакой ответственности, мне никого не нужно спасать или учить. Я сама всегда ученик – открытый новому и радостно встречающий любой опыт. Я постоянно наполнена чем-то прекрасным. Я – бездонное вместилище для все новых и новых впечатлений. И если бы у меня появилось какое-то чувство ответственности перед вами, то направлено бы оно было на то, чтобы помочь вам отыскать вашу собственную истину. Вы чувствуете ее, осознаете ее и выражаете ее вслух, а я просто присутствую при этом. И становлюсь для вас перстом, который указывает вам прямо на вас. Вы – часть моего существования, по крайней мере, до тех пор, пока вы верите в собственное существование.

Одна моя подруга пережила опыт так называемых околосмертных переживаний. По ее словам, она должна была уже подняться на Небеса, но в последний момент ее вернули обратно на землю, дабы она спасла всех нас. Заметьте, не спасла сначала себя, а потом нас, хотя это более разумно и в порядке вещей. В Будде мне больше всего импонирует то, что он познал, как спасти одного человека – самого себя. Вспомните инструкцию в самолете на случай, когда давление понижается при взлете или посадке: сначала наденьте маску на себя и только потом на своего ребенка.

Я знаю, каково это – попасть на небо и не оглядываться назад, на землю. И также мне хорошо известна тщеславная уверенность некоторых людей в том, что человечество нуждается в спасении. Если я могу войти в свет, то сможете и вы. И никакие призывы вроде «Да вот же он, там! Следуйте за мной!» не помогут. Сначала вы делаете это, и только потом мы следуем за вами. А любые душеспасительные разговоры не имеют смысла.

Я никогда не видела себя в роли «духовного наставника». Хотя вы, разумеется, можете задавать мне вопросы. И я отвечу на них, вы услышите то, что я, по-вашему, сказала, и станете свободными (или не станете). Я – всего лишь ваша проекция. Я для вас не больше и не меньше, чем просто ваша история обо мне. Вы рассказываете себе историю о том, какая я удивительная или, может быть, ужасная. Вы представляете меня просветленной сущностью, всезнающим гуру, всевидящей богиней-матерью, эксцентричной провидицей в духе эпохи нью-эйдж или просто видите во мне доброго друга. Вы сами создаете меня или же сами отнимаете меня у себя.

Все, что я могу вам предложить, – это четыре простых вопроса и разворот, которые помогут вам перестать ассоциировать себя с «Я». Люди говорят: «Я такой-то и такой-то, я существую, я настоящий». И хотя я уважаю их мнение, сама никогда не поверю в подобное. Поскольку мы не такие, какими видим себя. Мы всего лишь проецируем на окружающий мир наши представления о себе. И когда люди начинают искренне отвечать на вопросы, которые ставят к своим мыслям, им удается оторваться от придуманной истории о себе, от страха перед реальностью, какой они себе ее воображают. И постепенно, отделяя себя от своего прежнего кошмара, они осознают – даже мечты о чем-то прекрасном – неправда. Так они приходят к пониманию своей истинной природы – мудрой, бесконечной и свободной.

Люди могут заниматься исследованием своих мыслей когда и где угодно – хоть каждый день во время завтрака, сводя на нет меня как руководящее звено процесса. И тем самым наделяя меня еще большей силой – быть равной вам в способности обрести душевный мир. Это самый здоровый сценарий, который только может существовать. И благодаря ему упраздняется фигура учителя, наставника. Разве учителя не великолепны до тех пор, пока вы не рассмотрите их чистым взглядом зрелого ума?

Мне нравится, когда моя работа упразднена! Зачем мне нужно, чтобы вы считали меня мудрой или святой? Что мне это даст, кроме еще одной, новой истории? К каким бы выводам я ни пришла, они только мои; вам они ровным счетом ничего не скажут. Но даже если бы я могла каким-то образом передать вам свое понимание вещей, поступая так, я заявила бы: «Вы на это не способны. Я сделаю все за вас». Другими словами, я учила бы вас зависимости и внушала бы вам веру в то, что ответы на вопросы лежат где-то вне вас самих. Поэтому у меня нет для вас ничего, кроме вопросов.

18

Когда великое Дао забыто, появляются благочестие и набожность

Я люблю правила, планы, религии и учения за то, что человек может на какое-то время увлечься ими и чувствовать себя в безопасности. Но лично я не следую никаким правилам, поскольку мне они не нужны. Есть определенный порядок вещей, существовавший во все времена. Согласно ему все течет и меняется, пребывая в незыблемой гармонии. Я – эта гармония, и вы – тоже.

Не знать – единственная возможность понять, куда двигаться дальше. Именно так я открыла для себя то направление, по которому движется моя жизнь. Почему я должна сопротивляться спонтанности и красоте разворачивающейся передо мной реальности? И пытаться подогнать ее под искусственный порядок вещей?

Цели, правила и весь мир, поделенный на плохое и хорошее, вторичны. Я понимаю стремление некоторых людей жить по правилам. Они считают, что, не соблюдая правил, не смогут контролировать свою жизнь. Если бы не было правил, думают они, весь мир погрузился бы в хаос и каждый творил бы что ему вздумается. На мой взгляд, глубоко набожные люди таким образом просто пытаются победить страх перед непредсказуемостью мира. Им спокойнее считать такой порядок вещей всего лишь одним из проявлений великой мудрости Творца. Они уверены – и мир, и ум нуждаются в определенности, структуре. И мне нравится, как эта структура работает для них (если работает).

Я много времени провела одна в пустыне. Я просто шла, не зная куда. Я шла только прямо, даже если тропа отклонялась вправо или влево. Я понимала, что не могу заблудиться. Часто я не знала, где нахожусь и как вернуться к знакомому месту. Но я была уверена – куда бы я ни забрела, я буду там, где и должна быть в данный момент. И это не теория, а сущая правда. Если я начну думать, что должна делать то-то и то-то вместо того, чем занимаюсь сейчас, то просто сойду с ума.

Однажды, когда я гуляла по пустыне с друзьями, мы наткнулись на зеленую гремучую змею Мохаве, вид очень редкий для той местности, в которой мы находились. Змея свернулась кольцом неподалеку от нас – огромная, толстая и великолепная. И всем своим видом как будто говорила: «Посмотрите, вот и я». Я помню, как указала на змею, предложив друзьям обойти вокруг нее. Их реакцией был страх, поскольку они находились в плену истории о ядовитых змеях, которая не давала им разглядеть красоту Мохаве. Когда мы все же двинулись в ту сторону, где, свернувшись, лежала змея, она поступила мудро и поспешно уползла от нас. На месте змеи могло оказаться что угодно – песок, божество пустыни, скрытый водяной источник. Потому что Земля для нас, как мать – спокойная, недвижимая и безграничная в своей искренности и доброте.

Находиться в пустыне одному – значит осознать абсолютность покоя и уединения, познать положительную природу пустоты. За весь день ни единого звука – просто километры однообразия. Когда вы одни в пустыне, воображение наделяет ее бесконечной широтой. А ночью под темным безлунным небом, посреди первозданной тишины и ароматов, ложась на песок, вы даже не представляете, что может оказаться под вами – змея или кактус? Вы просто лежите и ждете, смотрите на звезды, ощущая под собой твердость и прохладу песка, и понимаете, что ум не в состоянии постичь комья песка под вашими ногами или плечами.

Затем приходит мысль о времени. Сколько сейчас – полночь? Пять дней спустя или уже целых пять лет? И кто я? Та, что интересуется, кто она такая? И улыбка от осознания того, что ты ничего не можешь знать и ни о чем не волнуешься, а спокойно наслаждаешься прелестью текущего момента. Никакая выдуманная жизнь не в силах соперничать с красотой небытия, его бесконечностью и непостижимой тьмой.

Земля пустыни стала моим лучшим учителем. Она не пытается казаться не такой, какая она есть. Я сидела и лежала на ней, при этом она оставалась неподвижной, не спорила со мной и не жаловалась. Земля просто отдает, без всяких условий, незаметно. И так обнаруживает свою любовь. Она никогда ни от чего не воздерживается, не идет на компромисс. Земля говорит порывами ветра, каплями дождя, шуршанием песка, молчанием камней – теми звуками, которые издают ее творения.

Она просто поет свою песню, лишенную какого-либо смысла. И продолжает отдавать, не рассчитывая получить что-то взамен. Она поддерживает нас всю нашу жизнь. И даже если мы бросим на нее консервную банку или отравим почву химическими удобрениями, или сбросим на землю бомбу, она все равно полна безусловной, всеобъемлющей любви к нам. Она продолжает отдавать себя. Она – пробудившаяся я. И она – это каждый из вас.

19

Отбросьте святость и мудрость, и станете во сто крат счастливее

Вы сами – та мудрость, которую вы ищете. А исследование – способ, с помощью которого можно открыть ее в любое время. Мой опыт говорит о том, что нет людей очень и не очень мудрых. Все мы в равной степени владеем мудростью. И это та свобода, которой я наслаждаюсь. Но если вам кажется, что у вас проблема, возникает замешательство. И вы снова отдаляетесь от мудрости.

Божья воля и ваша воля – едины, отдаете вы себе в этом отчет или нет. Во Вселенной не существует ошибки. Данное понятие возникает только в том случае, если мы начинаем сравнивать то, что есть, с тем, чего на самом деле нет. Когда в уме нет истории, мир совершенен. В нем нет ошибок. В 1986 году незнакомые люди, наслышавшись обо мне, приходили к моему дому, а многие даже молитвенно складывали перед собой руки, кланялись и говорили «Намасте»¹. Я никогда раньше не слышала ничего подобного – люди не произносят «Намасте» в Барстоу, моем родном городке рядом с пустыней. И поскольку в английском языке «Намасте» и No mistake (Нет ошибки), созвучны, я думала, что они говорят «Нет ошибки», «Нет ошибки». И поражалась тому, какие мудрые люди приходят к моему дому поприветствовать меня.

Все сущее подчинено совершенному порядку. А «святость» и «мудрость» всего лишь понятия, отделяющие нас от нашего естества. Мы считаем, что существует некий идеал, к которому мы обязаны стремиться. Как будто Иисус мог быть более святым, а Будда – более мудрым, чем каждый из нас сейчас. Кем бы вы были без вашей истории о себе? Тяжело иметь идеалы, которых можно достичь только в будущем. Будущем, которое никогда не наступит. Когда вы перестанете верить мыслям о том, что вам нужно чего-то достичь, мир станет к вам гораздо добрее.

И грех тоже не более чем понятие. Подумайте о самом ужасном проступке, который вы совершили. Постарайтесь как можно глубже погрузиться в это воспоминание с точки зрения того человека, которым вы были в то время. При том вашем ограниченном понимании ситуации разве не поступили вы наилучшим образом? И как бы вы могли поступить иначе, если верили тогда в то, во что верили? Достаточно углубившись в воспоминания о пережитом опыте, вы поймете – поступить по-другому было просто невозможно. Возможность иного исхода – всего лишь ваша мысль сейчас о том, что могло произойти тогда, воображаемое прошлое, которое вы сравниваете с реальным прошлым, хотя и оно, по сути, вымысел.

Каждый из нас делает все, что может. Поэтому, если вы обидели кого-то, покайтесь и поблагодарите этот опыт за наглядный пример того, как не нужно поступать. Никто и никогда не обидел бы другого человека, если бы не находился в постоянном замешательстве. Все страдание на этой планете – от нашей внутренней неуверенности и неопределенности.

Как-то я гуляла по Дублину с католическим священником, который был большим поклонником «Работы» и сам регулярно ею занимался. Мы подошли к собору, и мой спутник предложил мне зайти внутрь. Когда мы осматривали внутреннее убранство собора, он показал мне на небольшую будку и сказал: «Это исповедальня. Не хотите ли войти?» Мне показалось, что это важно для него, и я ответила: «Разумеется». Священник занял свое место внутри исповедальни, а я присела перед окошком снаружи и… озадаченно подумала: «А в чем, собственно, я могу исповедаться?» Я долго копалась в себе, но так и не нашла ничего стоящего – для исповеди. Но нечто все-таки произошло: мой спутник, священник, сам стал исповедоваться передо мной. И потом, уже покинув собор, мы начали исследовать каждый из его воображаемых грехов с помощью четырех вопросов, затем сделали для каждого утверждения разворот, и мой приятель-священник признался, что сбросил с души тяжелый груз.

Каждый занимается своим делом. Ни один человек не может быть более ценным, чем другой. Все то ужасное, что происходит в мире, на самом деле прекрасный учитель. Ничто не происходит по ошибке, ни в чем нет недостатка. Мы всегда стремимся получить то, что нам нужно, а не то, что мы считаем необходимым для нас. И со временем начинаем понимать – мы нуждаемся только в том, что имеем, но не в том, чего желаем. И так постепенно мы начинаем хотеть только того, что есть. Благодаря чему всегда преуспеваем. Независимо от обстоятельств.

20

Само по себе «Я» не обладает ничем

Не бывает взлетов без падений. Не может быть лева без права. В этом суть двойственности реальности. Если у вас есть проблема, то уже должно быть и ее решение. Вопрос в том, хотите ли вы решить свою проблему, или вам удобнее, чтобы она длилась бесконечно? Решение всегда есть. И задача «Работы» – помочь вам отыскать его. Запишите свою проблему, задайте к ней четыре вопроса, сделайте разворот и получите решение. Каждая мысль изначально конечна. И в этом наше благословение! Нет мысли, нет проблемы. Невозможно иметь проблему, сначала не поверив мысли, которая ей предшествовала. Понять эту нехитрую истину, – значит сделать огромный шаг навстречу душевному покою.

Также я заметила, что лично мне ничего не принадлежит. Стивен надевает мне на палец обручальное кольцо со словами: «Постарайся поносить его хотя бы месяц». Это его маленькая шутка. Просто однажды он уже подарил мне очень дорогой подарок, который я на другой же день отдала малознакомому человеку. Ему очень понравилась вещь, и я решила – ему она нужнее. Стивен понимает, что те чувства, символом которых служит обручальное кольцо, навсегда мои. Но само по себе кольцо мне не принадлежит – я ношу его до тех пор, пока оно со мной. Например, два года назад я отдала свое кольцо приятному неженатому мужчине, которого мы со Стивеном очень любим. Но он почему-то отдал мне кольцо обратно. Поэтому оно все еще здесь, на моем левом безымянном пальце, спустя пять лет. И, по мнению Стивена, это почти чудо. Как я вообще могу чем-то владеть? Те или иные вещи приходят ко мне только тогда, когда я в них нуждаюсь. И остаются со мной до тех пор, пока нужны мне. То есть я знаю, что владею вещами, только пока в них есть нужда.

Всему свой срок. Если что-то подходит к концу, значит, так должно быть. Все мы знаем, когда наступает этот момент, и можем отнестись к нему с уважением или игнорировать его. Когда моя рука тянется за чашкой чая, я предвкушаю, как выпью ее целиком. Хотя на самом деле могу сделать один, три или десять глотков, а могу действительно выпить весь чай. Друг дарит мне подарок, я его принимаю. И как только подарок перешел ко мне, он больше мне не принадлежит – я могу отдать его кому-то другому или подержу у себя какое-то время.

Однажды, когда я была в Нью-Йорке, я забыла в ресторане свою сумочку. Я испытываю приятное волнение всякий раз, когда происходит нечто подобное. И тогда я тоже думала о своей самой любимой сумочке и о человеке, который найдет ее со всем содержимым – бумажником с деньгами, кредитными картами, ежедневником, ручками, кремом для рук, помадой, глазными каплями, ниткой для зубов, шоколадным батончиком, фотографиями внуков и отличным новеньким мобильником. Это так здорово – отдавать совершенно незнакомому человеку то, что у тебя есть. И осознавать – давать так же приятно, как иметь. По сути, отдавать и иметь – одно и то же. (Хотя это не означает, что я не заблокирую свои кредитные карточки.) И мне абсолютно ясно – сумочка должна была принадлежать какой-то другой женщине. Почему я так считаю? Да потому что моя сумочка уже у нее. А в моем мире не бывает совпадений. Как только ты начинаешь любить то, что есть, твоим страданиям приходит конец.

21

Ум Мастера всегда пребывает в единстве с Дао

Для меня имя Бога – реальность. Я называю реальность «Богом», поскольку она правит нами. Есть только то, что есть. Причем все это существует во вполне ощутимой, физической форме – стол, стул, туфля на моей ноге, волосы и так далее. Я люблю Бога. Он такой очевидный и мощный. Мы целиком и полностью зависим от него. У нас нет права голоса, дабы спорить с тем, что есть. Реальность не нуждается ни в нашем мнении, ни в нашем одобрении. Ей можно полностью доверять.

Вы можете быть уверены – реальность хороша такая, какая есть, поскольку, начиная спорить с ней, мы испытываем только замешательство и разочарование. Любая мысль, вызывающая стресс, противоречит реальности, спорит с ней. И все подобные мысли всего лишь вариации на тему: «Все должно быть по-другому, не так, как есть?» «Я хочу…», «Мне нужно…», «Он должен…», «Она не должна…». Мы причиняем себе боль, пытаясь противоречить тому, что есть.

«То, что есть» – история прошлого. А прошлое есть прошлое. Оно прошло, и ничего с этим поделать невозможно. Можно только попытаться поспорить, хотя разумнее будет спросить себя: «Что мне делать дальше?» Прошлое – наш учитель. Оно благожелательно к нам, поскольку оно миновало. До тех пор пока люди живут, не подвергнув прошедшее исследованию, они продолжают жить в прошлом. Но даже не в прошлом как таковом, а в своей истории о прошлом. Так они теряют настоящий момент, то есть свое настоящее будущее. Я никогда не знаю, что должно произойти. Но сейчас я знаю одно – это здорово!

Люди посвящают свою жизнь целиком тому, чтобы изменить прошлое. А сделать этого нельзя! Мысли о том, каким бы могло быть прошлое, бессмысленны и причиняют страдания. «Моя мать должна была любить меня», «Мой ребенок не заслуживал смерти», «Холокоста не должно было быть». Сравнивать реально произошедшее с тем, что, по-вашему, должно было произойти, – значит вести войну с Богом. (Слышать об этом тяжело, особенно если живешь во власти понятий «добро и зло».) Некоторые люди даже считают грусть и страдания проявлением верности. С их точки зрения, не страдать вместе с любимыми и по ним – совершить предательство по отношению к дорогим и близким. По мне, это чистой воды безумие.

Если мой ребенок умер, значит, такова реальность. Любые попытки спорить с ней оборачиваются внутренним адом. «Она была слишком молода, чтобы умереть», «Я так и не увижу, как она растет», «Я должна была ее спасти», «Я была плохой матерью», «Бог несправедлив». Но как ни думай, смерть дочери – реальность. И как бы мать ни пыталась спорить с ней, реальность не изменится ни на йоту. Будет только то, что уже произошло.

Реальность нельзя изменить ни молитвами, ни мольбами, ни причитаниями. Не поможет и самобичевание, поскольку мы не имеем власти над реальностью. Единственная власть, которая нам дана, – задавать вопросы к своим стрессовым мыслям, разворачивать свои утверждения и прийти к подлинной причине того, почему смерть ребенка равна его жизни, а в конечном итоге она даже лучше – для вас и вашей девочки. Подобное требует абсолютно открытого ума. И только открытый ум может быть настолько изобретательным, чтобы избавить вас от боли, которую вызывают попытки противоречить реальности. Открытый ум – единственная возможность обрести внутренний мир. Пока вы уверены, что знаете, как должно было быть, а чему происходить не стоило, вы пытаетесь манипулировать Богом. А это верный путь к несчастливой жизни.

Реальность – такая, какая она есть, именно такая, а не иная, каждое ее мгновение – несет добро. Наш взор затуманивает только выдуманная нами история о реальности. Именно она загораживает от нас истину и ведет к уверенности в том, что мир жесток и несправедлив.

Я иногда говорю, что человек полностью отдаляется от реальности, когда начинает верить в неизбежность и оправданность страданий. Так он становится абсолютным чемпионом по страданиям, взращивая и лелея их в себе. Глупо верить в то, что страдания вызваны чем-то находящимся за пределами ума. Чистый ум никогда не страдает.

Такое просто невозможно. Даже если вы испытываете сильную физическую боль, даже если умер ваш любимый ребенок или вас и вашу семью отправили в Освенцим, вы не страдаете до тех пор, пока не поверите своим неправдивым мыслям. Я люблю реальность. Поэтому я люблю то, что есть, таким, как оно есть. Я открыта для любого опыта и переживаний.

Я не говорю, что люди не должны страдать. Без страданий невозможно обойтись, поскольку они – часть реальности. Если вы чувствуете беспокойство, грусть, замешательство или ощущаете себя подавленным и беспомощным, значит, такова ваша реальность сейчас. Считать по-другому – спорить с реальностью. Но если вы, к примеру, грустите, обратите внимание на то, что ваша грусть всего лишь следствие предшествовавшей мысли. Определите ее, запишите на бумаге, исследуйте ее во имя любви к истине, а затем разверните. И увидите – причина вашей грусти в вас самих. Никто не виноват в том, что вы грустите. Только вы способны избавить себя от грусти. А это уже отличная новость!

22

Если хочешь быть наполненным, позволь себе стать пустым

Быть пустым, смиряться, жить в гармонии с Дао – это не какая-то возвышенная цель, которой можно достичь только после нескольких лет духовной практики. Когда вы действительно углубляетесь в себя во имя любви к истине и подвергаете исследованию хотя бы одно ведущее к стрессу убеждение, ваш ум становится немного более открытым и чистым. И вы начинаете понимать, что никакого объективного мира не существует. Он – всего лишь проекция ума. Вы живете не в мире, а в своей истории о нем.

Мы хотим быть прекрасными, благородными людьми, но когда что-то идет не по-нашему, мы подыскиваем для себя другую цель – разумеется, во имя блага. Если мы работаем со своим умом-проектором, то в конце концов начинаем жить в атмосфере ясности и доброты. Возможно быть добрым все время, а не только периодами. Так мы всегда полны энергии и сил, чтобы служить другим людям.

До тех пор пока вы верите негативным представлениям о каком-то человеке («Он эгоист», «Она надменная», «Он не должен делать того», «Ей не следовало делать этого»), вы проецируете их на всех окружающих – мужа или жену, родителей и детей. И если люди не оправдывают ваших ожиданий или не разделяют ваших священных убеждений, вы будете продолжать видеть их в черном свете, пока рано или поздно не сможете отнестись к ним с пониманием. И это не моя выдумка, а реальность. Мы воспринимаем людей не такими, какие они есть, а такими, какими мы их себе представляем.

Когда вы по-настоящему любите себя, то у вас не получится проецировать вовне убеждение, что другие люди вас не любят. Перед началом семинара я часто обращаюсь к слушателям с такими словами: «Выходя к вам, я уже знаю – каждый из вас любит меня. Просто он пока еще этого не осознает». Обычно подобное высказывание вызывает у них радостный смех. Людям приятно, что можно так легко ощутить себя любимым, и они, пусть даже на мгновение, но понимают – это не зависит ни от кого, только от них самих.

Если вы говорите, что любите своего мужа, какое отношение это имеет к нему? Вы просто высказываете ему свое отношение. Вы рассказываете ему историю о том, какой он красивый, удивительный и сексуальный. И любите не его, а свою историю о нем. Вы проецируете его вовне, как свою историю. А потом, когда муж не оправдывает ваших ожиданий, вы рассказываете историю о том, какой он злой, эгоистичный, как он пытается вас контролировать. И я снова спрашиваю вас – какое отношение она имеет к нему?

Если мой муж говорит мне: «Я тебя обожаю!» – я думаю: «Отлично!» Мне нравится, что он считает меня воплощением своих грез. Как он, должно быть, счастлив в эти минуты! Но даже если бы он подошел ко мне и произнес: «Тот день, когда я женился на тебе, был самым горьким в моей жизни», то какое отношение его слова имеют ко мне? Значит, в данный момент его мечты печальны, и я думаю: «Бедный мой! Ему, должно быть, снится кошмар. Ну ничего, скоро он проснется». И ничего личного! Как его история может касаться меня? Я люблю его! Но когда он говорит обо мне что-то, не совпадающее с моим ощущением себя и моим опытом, я просто спрашиваю: «Дорогой, что я могу для тебя сделать?» Если я могу ему помочь, я помогаю. А если то, о чем он просит, неправда для меня, я не делаю ничего. И он остается наедине со своей историей.

Никто и никогда не сможет понять вас. Осознав это, вы становитесь свободными. И даже если мы очень хорошо понимаем кого-то, то понимаем мы всего лишь нашу историю о человеке. В конечном итоге не существует никакого понимания, кроме нашего собственного.

Если вы не любите какого-то человека, вам больно, поскольку сущность каждого из нас – любовь. Невозможно заставить себя любить. Но, полюбив себя, вы автоматически полюбите и другого человека. Точно так, как невозможно заставить себя полюбить всех нас, нельзя принудить себя нас не любить. Все это не более чем ваши проекции.

Когда вы кого-то любите, сама мысль «Ты должен (или должна) любить меня» вызывает у вас улыбку. Вы чувствуете, насколько от подобной мысли веет высокомерием? «Мне наплевать, кого ты хочешь любить. Ты должен (должна) любить меня, и я пойду на все, чтобы так и было». Подобное отношение абсолютно противоречит любви. Если я считаю, что мой муж должен меня любить, я сошла с ума. Чье, вообще, это дело, кого он любит? Конечно же, его. Мне нужно знать только те развороты, которые получаются из утверждения: «Он должен любить меня». А именно: «Я должна любить себя» и «Я должна любить его». Пусть сам он любит кого ему будет угодно. История о том, кого на самом деле должен любить мой муж, уводит меня от осознания того, что я сама люблю себя. Любить меня – не его дело, а только мое.

Вы ничего не в силах поделать с любовью. Вы можете только испытывать ее. Такой близости, как с самим собой, вы не испытаете ни с одним человеком. Вы можете обнимать его, целовать его, заботиться о нем, ласкать его, кормить, отдавать ему свои деньги и свою жизнь, и это не будет любовью. Поскольку любовь не то, что можно продемонстрировать или доказать. Она – это вы сами. Любовь – не действие или поступок. Она слишком безгранична и могущественна для того, чтобы на нее можно было как-то повлиять. Если ваше сердце открыто переживанию любви, вы перестанете быть тем, кем себя считаете. И для вас больше не будет никого другого. Любовь сметет все на своем пути.

Отдавшись любви, вы теряете целый мир – такой, каким его представляете. Любовь захватывает вас целиком. Она алчет заключить в себя все и не оставить ни тени себя миру. Все остальное отпадает. Вы становитесь похожими на дерево, которое сбрасывает листья по осени. И это так прекрасно! Нам больно, когда мы отрицаем любовь. Ограничение – одно из проявлений эгоизма. Нет ничего такого, чем бы вы не могли поделиться с ближними, если бы не боялись этого. Разумеется, невозможно быть щедрым наперед. Но приняв свои мысли с пониманием, вы осознаете, что на самом деле вам нечего терять. Поэтому со временем у вас не возникает желания защитить свое. Отдать все, чем вы владеете, становится для вас приоритетом.

Настоящая любовь у вас может быть только с самим собой. Я замужем за самой собой, и именно это я проецирую на окружающих. Поэтому я люблю вас всем сердцем, но вам не нужно разделять мою любовь или как-то на нее реагировать. А значит, «Я люблю тебя» не имеет никакой мотивации. Разве не здорово? Я могу любить вас безраздельно, и вы ничего не в силах с этим поделать. Вам не удастся лишить меня той близости, которой я наслаждаюсь с каждым из вас.

1.Намасте – индийское приветствие, произошло от слов «намах» – поклон и «те» – тебе. В широком смысле означает: «Божественное во мне приветствует и соединяется с Божественным в тебе». – Прим. пер.

Bepul matn qismi tugad.