Kitobni o'qish: «Варяг Союза Фронтеры»

Глава 1

Космический корабль «Ифсанэ», голубоватым неоном и стремительным силуэтом напоминающий звездный перехватчик, на деле оказался обычным гражданским тихоходом. Даже при полной тяге обоих маршевых двигателей транспорт тащился медленно, будто старый разряженный электромобиль на крутом подъеме. Истребителям сопровождения то и дело приходилось сбрасывать скорость и ломать строй, чтобы не уйти далеко вперед. Каждые десять-пятнадцать минут грозные «Рапторы», словно сторожевые псы, замирали в пространстве, дожидаясь, пока «очень важная персона» соизволит догнать конвой.

Граница Конфедерации Объединенных Наций осталась далеко за кормой. Впереди простиралась Фронтера — безжизненная, безмолвная пустыня на стыке нескольких независимых систем. Когда-то хозяйка десятка планет и сотни лун оранжевая звезда-гигант Ханум была слишком гостеприимной, притягивая к себе бесчисленное количество космических странников. Случайно залетевшие кометы и астероиды навсегда становились пленниками массивной звезды. Сталкиваясь друг с другом и с планетами, они, как буйные гости, все больше засоряли систему, нарушая покой и выверенное миллиардами лет космическое равновесие. В один прекрасный момент уставшая Ханум захотела побыть в одиночестве. Своими гравитационными объятиями она разрушила собственные планеты, превратив эту звездную систему в безжизненный мир кружащихся в вечном танце камней. Теперь здесь затухают даже радиоволны, теряясь среди богатых ресурсами глухих астероидных полей.

Граница Конфедерации Объединенных Наций осталась далеко за кормой. Впереди простиралась Фронтера — безжизненная, безмолвная пустыня на стыке нескольких независимых систем. Когда-то хозяйка десятка планет и сотни лун оранжевая звезда-гигант Ханум была слишком гостеприимной, притягивая к себе бесчисленное количество космических странников. Случайно залетевшие кометы и астероиды навсегда становились пленниками массивной звезды. Сталкиваясь друг с другом и с планетами, они, как буйные гости, все больше засоряли систему, нарушая покой и выверенное миллиардами лет космическое равновесие. В один прекрасный момент уставшая Ханум захотела побыть в одиночестве. Своими гравитационными объятиями она разрушила собственные планеты, превратив эту звездную систему в безжизненный мир кружащихся в вечном танце камней. Теперь здесь затухают даже радиоволны, теряясь среди богатых ресурсами глухих астероидных полей.

Теперь каждый караван бывшей республики Акрам, идущий к станции зарядки, требует боевого охранения. Капитан-лейтенанта Керима Челика, ведущего конвой, это ничуть не беспокоило. Он знал — пилоты Союза Фронтеры не трогают пассажирские суда. В очередной раз погасив скорость, Керим позволил себе отвлечься. Он откинулся в кресле, на секунду зажмурился и снова открыл глаза, стараясь запечатлеть в памяти картину. Богатая россыпь холодных звезд, как бриллианты на бархате. Яркие сочные туманности — красные, синие, фиолетовые — размазанные кистью невидимого художника по черному холсту. Знакомые брутальные силуэты «Рапторов», застывших в ожидании в почти идеальном строю. Его звено. Его крыло. Его жизнь.

Все это скоро станет воспоминанием. Потому что пора. Потому что возраст. Потому что выслуга. Возможно, он даже будет скучать... Но позже. А сейчас кап-лей Челик ведет свой последний конвой. «Нет-нет, крайний. Последний же только путь!»

— Селям, Керим-паша, — раздался в канале дальней корабельной связи молодой дерзкий голос. Это ведущий второго звена Батур, ученик Керима. От скуки он выписывал в пространстве на своем истребителе гигантские восьмерки. — Руку даю, ты сейчас глазеешь на звезды и размазываешь по лицу сопли умиления! Уже придумал, чем займешься на пенсии?

— Не фамильярничай, второй лейтенант Батур, — спокойно, с нотками металла в голосе ответил Челик. — Если хочешь официоза, обращайся, как велит устав — капитан-лейтенант Керим-бей. И встань в строй, покажи правильный пример своим подопечным!

— Да ладно тебе, не бубни, уважаемый, — Батур рассмеялся. — Я же в шутку. Серьезно, что будешь делать в отставке?

Керим задумался. Взгляд скользнул по консолям управления, по потертой рукоятке штурвала, по едва заметной трещине на мультимониторе навигационного компьютера.

— Куплю дом на берегу моря, на Инжи. Выберу какой-нибудь тихий остров, где есть пляж, пахнет солью и водорослями. А может, наоборот, открою отель. Для таких, как ты — молодых, шумных, с деньгами и без мозгов.

— Будешь облизывать туристов и жить на бакшиш? — в голосе Батура засквозил неприкрытый сарказм. — Валяй! А я займу твое место и буду служить флоту Великого Султана. Чувствуешь разницу?

Керим вздохнул. Понятно, куда клонит юнец. Новая идеология, новый флаг, новый устав. Акрам больше не республика — Великий Тюркский Султанат. Для таких, как Батур — это следующий шаг эволюции. Для Керима — предательство.

— Для меня Акрам был и останется парламентской республикой, — тихо, но твердо сказал он. — Я не разделяю идеи Гюрхана. Очень многие не разделяют.

Он отыскал глазами «Раптор» ученика — тот, наконец, перестал виражить и выровнял машину. Но не согласно ордеру, а вплотную к истребителю ведущего, будто пытаясь заглянуть к нему в кабину. «Юнец слишком многое себе позволяет. Надо бы приструнить. А будет ли он слушать старика, который уже почти в отставке?»

— Второй лейтенант Батур! — строго гаркнул Челик в микрофон. — Опасный пилотаж! Встать в строй!

— Ну вот, опять бубнишь, — насмешливо проворчал Батур. — Эту калошу еще пару минут ждать, успею. Эй, «Ифсанэ», подкинь дровишек, сколько можно! Не думал остаться на службе, Керим-бей?

— Я уже слишком стар.

— Синтекс творит чудеса! Он повышает выносливость к перегрузкам и ускоряет реакцию! Посмотри, в какой форме Великий Султан, а ведь он гораздо старше тебя!

— Угу... И глаза зеленые, как у кошки, — угрюмо буркнул Челик.

— Не кошки, а тигра! Цвет глаз — это просто побочка...

— Синтекс делает вас наркоманами, Батур! Твой Султан — наркоман!

— Не обижайся, Керим-паша, но ты просто глупый старик, — рассмеялся молодой лейтенант.

— Много лет назад я сел в кабину пилотом флота Акрама. Тогда мы не принимали синтетическую дрянь перед вылетом, вместе с сербами патрулировали Фронтеру, защищали рудокопов и мирные караваны от лихих людей. Теперь все изменилось. Адмирал стал султаном, пилоты — наркоманами, друзья — врагами.

— Златибор первый начал войну! — заносчиво выкрикнул Батур.

— Мы забрали у Златибора Фронтеру, ее астероиды! Для них это единственный источник дохода. Все можно было уладить дипломатическим путем. Твой обдолбанный Великий Султан решил... — Керим вдруг замолк. Он уже много раз слышал про застенки бостанджи.

— Вай, Керим-бей, — расхохотался Батур. — А ты, оказывается, неблагонадежный старик! Ха-ха! Может, донести на тебя, а?

— Донесешь, когда вернемся в Акрам. А сейчас встать в строй! — неожиданно для себя, грозно рявкнул Челик. Постоянные насмешки дерзкого мальчишки начинали раздражать.

— Успокойся, я пошутил, — лейтенант, наконец, занял место ведущего второго звена согласно ордеру. — Слышал новости? Высший ученый совет почти закончил исследование «Сумрачного Халифа». Говорят, у нас будет много новых технологий...

— Говорят... — Керим хотел закончить фразу любимой поговоркой своего старого наставника про Москву и кур, но передумал, вспомнив шутку Батура про донос. — Вполне возможно, что «Сумрачный Халиф» — это никакой не ксенотех, а мистификация, чтобы дать людям надежду. А еще предлог, чтобы закрыть Фронтеру. Не все в это верят.

— И зря. Благодаря «Сумрачному Халифу» у нас есть синтекс и «Черный охотник».

— Нет никакого «Черного охотника», Батур! На «Приштине» произошел технический сбой!

— Говорю же — «глупый старик». Акрам на грани технологического прорыва. Скоро у нас будет технология входа в гиперпространство без использования кристалла Белова. Представь, нам сейчас не нужно было бы тащить на станцию зарядки этот... сундук. Раз, и мы уже в Акраме!

— Угу, — сухо отозвался он. — Допустим, это «Ифсанэ» в Акраме. Наши «Рапторы» прыгать не умеют. Истребители охранения ты на веревочке потащишь?

— Да не нужно будет никакое охранение, старый осел, — негромко хихикнул Батур.

— Тогда что будет делать ведущий группы истребителей прикрытия второй лейтенант Батур? — Керим удовлетворенно хмыкнул в усы. Ловко подловил.

— Я стану пилотом «Черного охотника», — нисколько не смутившись, парировал юнец. — Буду охотиться на корабли в гиперпространстве!

— Опять за свое... Это сказки Шахерезады, — фыркнул Челик. — Невозможно перехватить корабль в гипере — это физика!

— Ага, расскажи это сербам! Еще говорят, у нас будет технология нанитов — они будут чинить системы корабля прямо в бою, используя свою начинку, как запчасти! Какой там Златибор, даже Конфедерация не догонит нас в таком технологическом отрыве! Никто не посмеет встать на пути Великого Султаната!

Керим закрыл глаза. Все же пословица «говорят, в Москве кур доят!» была бы сейчас очень к месту...

— Батур, — прервал он мечтания юнца. — Транспорт на подходе. Подравняй свое крыло — растянулись слишком...

— Принял, Керим-паша.

Пропустив вперед «Ифсанэ», истребители охранения снова дали ход. Едва заметная перегрузка мягко толкнула Керима спинкой кресла, нежно уложила голову на подголовник — знакомое, почти родное ощущение. Старый пилот невольно заулыбался, разрываясь между радостью и тихой грустью. Радостью — от привычного чувства полета в кабине любимого «Раптора», с легкой вибрацией от двигателей и звездами за бронестеклом. И грустью — от понимания, что это, возможно, в последний раз... «Нет-нет, крайний! Последним бывает только путь!»

— Это «Рейнджер», — раздался будничный голос в канале дальней корабельной связи. — Наблюдаю шесть отметок, идут параллельным курсом! Идентифицировать не могу, на «свой-чужой» не отвечают!

Керим бросил взгляд на монитор сканера — пусто. Естественно. «Рейнджер» — корабль радиоэлектронной разведки и борьбы, его сенсоры видят в десятки раз дальше стандартного навкома.

— Это ведущий! Разведка, дай свет!

На экране послушно засветилась тактическая карта сектора. Зеленые точки — конвой, серые — неопознанные. Гости шли слева по курсу на пределе радиуса обнаружения.

— Серые. Без транспондеров. Может быть, их патруль? — тихо сказал он. Скорее, для самого себя. — Они же не нападают на пассажирские корабли?

Шесть отметок ожидаемо окрасились в красный — «Рейнджер» классифицировал цели. Легкие «Кроны», рабочие лошадки Фронтеры. Без сомнения — идут борт в борт. На консоли тревожно замигала иконка дальней корабельной связи. Несколько раз глубоко вдохнув, чтобы унять волнение, Керим принял вызов:

— Ведущий группы боевого охранения капитан-лейтенант Челик на связи. Это пассажирский конвой, парни. Насколько я помню...

— Добар дан... Или мерхаба. Говорит ведущий эскадры Союза Фронтеры, — раздался в канале хрипловатый голос с сильным славянским акцентом. — Давай сразу начистоту — никакой не пассажирский. Нам известно, что вы сопровождаете спецборт с очень важной персоной. Пусть этот дорогой красивый корабль застопорит ход и пустит на борт мою абордажную команду. Мы не пираты. Мы — солдаты. Нам нужна девочка, остальных не тронем. Слово офицера.

— Если ты солдат, то знаешь, что такое устав. И должен понимать, что я не приму твое предложение, — Челик постарался, чтоб его голос звучал ровно. — Давай начистоту. Шестерка «Крон» никак не выстоит против двух четверок «Рапторов». Как бы ни были хороши пилоты Фронтеры — без шансов, простое техническое превосходство. Сделаем так — мы просто пойдем своим курсом, а вы своим.

— Кап-лей Челик! Я, как и ты, тоже полжизни отдал флоту. При всем уважении к уставу... ни нам, ни вам не нужны потери. Еще раз повторяю — никто не пострадает. Мы даже транспорт не заберем. Нас интересует один-единственный пассажир на борту. Знаешь, зачем она Гюрхану?

— Как кадровый офицер кадровому офицеру — уходите с миром!

— Челик-бей, ты же старый летун, а не султанский пес! Не усложняй. Отдай девочку – и все это останется помехой в эфире!

Керим перевел взгляд на сканер, посмотрел на отметку своего ученика, на мгновение замер... и переключил канал.

— Первое звено, занять левый пеленг по ходу конвоя. Огонь не открывать, пушки корабельной обороны на максимальную мощность. Приготовиться к отражению ракетной атаки! Когда закончатся ракеты, серые отойдут — плазмометами нашу броню не пробить. Второе звено — занять верхний эшелон! Батур, транспорт на тебе!

— Так точно, командир, — молодой лейтенант послушно выстроил своих подопечных на упреждение абордажа. — «Ифсанэ», опять отстаешь! Полный вперед! Шевелитесь уже, недоумки!

Эскадра Союза Фронтеры сменила курс и стремительно пошла наперехват, быстро сокращая дистанцию. Томительно потянулись секунды ожидания. Вдруг первые три «Кроны» дали ракетный залп и выстроились в боевой порядок. Почти следом вторая тройка повторила их маневр, заняв пеленг на пределе дистанции поражения. Серые отстрелялись наспех и неприцельно. Краем глаза Керим отметил, как турели его звена без труда уничтожают немногочисленные ракеты, они вспыхивали одна за одной, как фейерверки на фоне черного космоса. «И это все? Бой окончен? А гонору-то было...» — задиристо полыхнуло в голове старого пилота.

Некоторое время две боевые группы следовали параллельными курсами. Периодически серые меняли построение, всем своим видом показывая, что готовы пойти в атаку, но при этом сохраняли безопасное расстояние. Судовой хронометр размеренно отсчитывал минуты, а пилоты Фронтеры все никак не решались перейти к активным действиям. Самое интересное — время в данной ситуации играло против них. С каждым мгновением конвой неумолимо приближался к нейтральной территории — границе сектора безопасности станции зарядки.

— Смотри, Керим-паша! У нас, похоже, серый эскорт, — засмеялся в наушниках Батур. — Сербы — трусливые ослы!

— Не расслабляйся, два-лей! Они что-то выжидают! Или кого-то, — Керим окинул взглядом окружающее пространство, отметив безупречный строй ярких точек своего конвоя. — Или неопытные совсем попались...

— Меньше, чем через час мы покинем пояс астероидов и выйдем в открытое пространство. Там у них вообще шансов не останется, — продолжал бахвалиться юнец. — Если, конечно, «Ифсанэ» снова не потеряет хода! Зачем вообще Фронтере сдалась эта девчонка?

Словно прочитав его мысли, эскадра серых вдруг прекратила преследование. Перестроившись в походный ордер, красные отметки стремительно поползли к краю экрана.

— Ну, вот и все. Благоразумие победило, — облегченно выдохнул Челик. — Первое и второе звено, занять походный ордер! «Ифсанэ», самый полный вперед! Скорость не снижать, курс прежний! Приказываю срочно покинуть район перехвата!

— Подожди, Керим-бей, — возмутился Батур. — Куда мы так спешим? Это же «Кроны»! Позволь второму звену тоже пострелять! Дай добро догнать шакалов?

— Отставить, держать строй! Пилоты Союза вышли из боя! Фронтера их вольница, да и нам этот контакт ни к чему!

— Вай, капитан-лейтенант, — не унимался Батур. — Ты проявляешь милосердие к врагу! Ты позволяешь ему усомниться в могуществе нашего флота! Они напали на пассажирский конвой и должны быть наказаны! Прошу добро на преследование и свободную охоту, или я подам рапорт о твоей неблагонадежности!

Керим поморщился и бросил беглый взгляд на монитор сканера — красные точки стремительно жались к краю. Завтра он, Керим Челик, уйдет в отставку. Этот вылет останется в прошлом, как и сотни других. Батур станет ведущим группы охранения и будет сам принимать решения. Черт с ним, пусть нарисует пару крестиков на борту. «Ифсанэ» все равно еле ползет...

— Достал ты меня, выскочка. Даю добро. Зону видимости «Рейнджера» не покидать! Догнал — пострелял — сразу назад! Приказ ясен?

— Так точно, Керим-паша, — не дожидаясь окончания фразы, истребители второго звена синхронно сделали левый разворот и на форсаже легли на курс преследования. — Спасибо тебе, уважаемый!

Красные отметки на сканере снова стали серыми — вышли из радиуса классификации. Неожиданно Керима накрыло неприятное предчувствие. Не нужно было отпускать. За своих он не переживал — четыре тяжелых «Раптора» под руководством ученика легко подавят шесть легких «Крон» с пустыми ракетными подвесами. А вот напрасная смерть шестерых неопытных пилотов Союза Фронтеры навсегда останется на его совести. С таким грузом не так-то легко уйти на покой. Отозвать второе звено? Батур не послушает, он жаждет крови. Еще и рапорт подаст. А что может Керим Челик?

Керим Челик пошел на флот, чтобы защищать. Чтобы спасать, а не убивать зеленых мальчишек за чужие амбиции.

— Второй лейтенант Батур! Я не наблюдаю отметок, ты слишком далеко! Немедленно лечь на обратный курс! Как принял?

Тишина...

— Лейтенант Батур! Не смей игнорировать приказ ведущего! Приказываю вернуть звено в строй! Отвечай!

Тишина...

— Батур, чтоб тебя волки съели, я вижу тебя в сети! Назад, живо!

— ...пилотов... подбит! ...вторяю... — голос Батура прервался, растворившись в шуме помех.

— Это «Рейнджер», — вклинился голос пилота корабля поддержки. — Фиксирую сигнатуру постановки помех! Повторяю — фиксирую признаки радиоэлектронной борьбы!

Сердце Керима екнуло и нервно забилось. «Это ловушка! Молодой Батур купился, как последний салага! Нет... Это я, старый осел, как последний салага!»

— Батур! Ответь ведущему!

Тишина. Только шум помех. Керим физически почувствовал, как на него устремились взгляды остальных пилотов в ожидании приказа.

— Первое звено, слушать мой приказ! Боевой разворот на... — он осекся, вспомнив про свою первоочередную задачу. — Отставить! Левый пеленг по ходу конвоя! Прикрываем транспорт. «Рейнджер»! Лечь на курс ожидания, сканировать пространство непрерывно, транслировать всем кораблям!

— Говорит капитан «Ифсанэ», — вмешался голос с транспорта. — Капитан-лейтенант Керим-бей, нельзя оставлять конвой без «Рейнджера»! Мы ослепнем!

— Специально для капитана спецборта, — Челик усилием воли придал голосу спокойствие. — До станции зарядки у Ханум чуть менее четырех часов хода, если поторопимся. Там я готов выслушать все ваши возражения. А сейчас я ведущий конвоя, извольте выполнять мои указания!

— Это «Рейнджер», — голос пилота изменился. — Наблюдаю четыре отметки. «Кроны», идут курсом преследования. Быстро догоняют. Прошу добро вернуться в строй!

— Как?! — Керим в сердцах ударил ладонью по экрану навкома, чуть увеличив злополучную трещину. — Почему снова «Кроны»? Где мое второе звено? Разведка, я не вижу зеленых маркеров!

— Докладывает «Рейнджер», — в голосе пилота корабля поддержки проявились нотки паники. — Наблюдаю еще три засвета... Не идентифицированы. Разрешите прекратить активное сканирование, я свечусь, как рождественская елка...

— «Рейнджер», это ведущий! Эти три маркера... Это ведь Батур?

— Отрицательно, кап-лей! Это Су-100! Ланет олсун, это тройка русских «Беркутов»! Разрешите завершить сканирование и срочно вернуться в походный ордер?

В этот момент Керим все понял. Понял, что потерял второе звено и сейчас лишится «Рейнджера». Понял, что провалил охрану своего последнего конвоя.

— ...«Рейнджер»! Я атакован! Повторяю, я атако... — красные отметки на экране исчезли. Их некому стало подсвечивать.

Против старой «Кроны» тяжелый «Раптор» — серьезный противник. Против маневренного «Беркута» — неповоротливая мишень. Керим глубоко вздохнул. Преодолел дрожь в груди. Ударил ладонью по кнопке «SOS».

— Спецборт «Ифсанэ»! Тебе необходимо уйти с маршрута! Найди безопасное место и ложись в дрейф в режиме глухой радиомаскировки! Я бы укрылся в поясе астероидов неподалеку! Повторяю — смени курс, по старому вектору тебя легко найдут! Не нужно идти на станцию зарядки! Как принял?

— «Ифсанэ» на связи, принимаю ясно и четко. Ведущий, у меня вопрос. Разве вы не сможете обеспечить нашу безопасность?

— Сделаем все, что в наших силах, — сквозь зубы процедил Керим. «Вчетвером против семи».

— Еще кое-что. Когда нас найдут? Вы же в курсе, кто у нас на борту?

— Я только что отправил пакетом судовой журнал вместе с сигналом «SOS». Уверен, флот Акрама прибудет в кратчайшие сроки. Хватит вопросов. Радиомаскировка!

Челик несколько раз глубоко вдохнул, впитывая запах кондиционированного, слегка пахнущего пластиком воздуха. Последний раз. Последний бой. Он захлопнул забрало шлема.

— Первое звено. Построение в карусель. Огонь по готовности. На вираж не выходить, в маневренный бой не вступать, держать плотность огня. Прикрывайте друг друга! — он сделал паузу. Посмотрел на монитор сканера. На четыре зеленые точки в центре. На красные, что неумолимо приближаются, охватывая добычу, словно стая волков. — Для меня было честью служить с вами, друзья...

Глава 2

Едва «Спартанец» вынырнул из гиперпространства в зоне выхода, его сразу перехватило патрульное звено тюркских «Аспидов».

— Мерхаба, варяги! Это военный патруль флота Великого Султана, капитан-лейтенант Шахин-бей! Быстро назовите себя, маршрут и цель вашего прибытия!

— Это «Спартанец», контракт шесть-восемь-четыре-раз, в трюме груз для торговой станции «Злата Обала», — не меняя позы, будничным голосом отрапортовала Кира. — Идем курсом на Ханум, нужно подзарядиться.

— Все верно, «Спартанец». Курс и скорость не менять, сканирую трюм!

Консоль навкома на мгновение озарил красный сполох. Затем еще и еще один. «Ну, уж слишком тщательно... Снизу еще загляни...» — лениво подумал Максим, перебирая кончиками пальцев по рукояти управления. Им предстоял многочасовой перегон через неспокойную Фронтеру с разряженным кристаллом Белова, лишнее промедление пилота совсем не радовало.

— Не вижу ничего запрещенного, — видимо, сканирование не удовлетворило любопытство ведущего патруля. — Вы входите в карантинную зону, мадам! У нас тут, знаете ли, война! Застопорите ход и примите на борт моих людей для досмотра!

Кивнув Лехе, Макс перегнулся через подлокотник и встретился с таким же непонимающим взглядом Киры. Девушка удивленно пожала плечами. Требование запустить на борт тюркский осназ — это что-то новое.

— Отрицательно, капитан-лейтенант Шахин-бей, — она поудобней устроилась в капитанском кресле посередине рубки и снова принялась изучать свои холеные ногти. — У независимых систем нет права на досмотр кораблей с транспондером Конфедерации Объединенных Наций. Сканирования трюма более чем достаточно.

— «Спартанец», вы входите в опасную зону! Для прохождения Фронтеры гражданским судам необходимо боевое охранение! Требую встать на рейд в зону ожидания...

— Спасибо, мы как-нибудь сами, — потеряв терпение, Кира хлопком выключила ДКС, беззвучно, одними губами, проворковала по слогам «ОТ-ВА-ЛИ» и одарила лучезарной улыбкой Максима и Алексея. — А чего ждем, мальчики? Полный ход!

— Принято, дружка, — Леха придвинул консоль и в предвкушении потер ладони. — Похулиганим.

— Ты уверена? «Аспиды» быстрые и с ракетами, — с сомнением в голосе уточнил Климов, искоса взглянув на девушку. — А если преследовать будут?

— Не будут, — отмахнулась она. — Это Фронтера. В зоне выхода у тюрков крейсер на рейде, они из-под главного калибра носа не высунут. Парни, у нас контракт на доставку! Успеем до сегодня — с меня пиво!

— Ну че, погнали? — Бабич улегся на ложемент, вцепился в страховочную скобу и вопросительно посмотрел на Максима. — Давай, Максыч, жми уже! Прокати с ветерком!

— Как скажешь, — ухмыльнувшись его самоуверенности, Климов дал полную тягу и чуть притопил кнопку форсажа.

Пульсирующий гул четырех маршевых двигателей усилился и изменил тональность. Гарнитура БКС негромко ойкнула голосом Анжелы, когда кресла дружески хлопнули людей по спине, будто настаивая — «откинься назад, смотри, как удобно». Макс с удовлетворением отметил, как бодро растут циферки скорости, и стремительно уплывают назад отметки тюркского патруля, все еще ползущего прежним ходом.

Спустя некоторое время перегрузка спала — «Спартанец» набрал крейсерскую скорость. Истошный вой пульсаров стих, рубка снова наполнилась монотонным размеренным рокотом. Сквозь приглушенный свет пилотской кабины Максим задумчиво рассматривал на экранах обзорных перископов незнакомую звездную сферу. Она казалась чужой, совершенно неузнаваемой.

Опытный пилот всегда отыщет на черном фоне знакомую россыпь созвездий почти из любой точки исследованного космоса. Здесь не было знакомых ориентиров — целых четыре пояса астероидов местной хозяйки Ханум, постоянно находясь в хаотично-закономерном движении по своим орбитам, ежечасно видоизменяли общую звездную карту. Миллиарды маленьких, больших, гигантских астероидов и даже планетоидов то зажигались, то гасли, уходя в тень своих соседей, то переливались разными цветами, отдавая глазу отраженный свет центральной звезды.

Лететь на колоссальной скорости через такие естественные преграды даже для небольшого корабля — задача экстраординарная. Только благодаря навигационному компьютеру «Спартанец» уверенно уворачивался от то и дело пересекающих курс космических странников.

— Ску-учно. Слышь, Кирка... А может, отпуск? — закинув руки на затылок, лениво бросил Бабич. Отдышавшись после перегрузки, он полулежал в пилотском кресле в ожидании своей очереди нести вахту.

— Леха, мы же договорились, берем отпуск после каждого пятого контракта, — восседающая на капитанском кресле Кира даже позы не сменила. — У нас по счету только четвертый.

— Да? А я че-то уже устал...

— Лешка, мы последний месяц только на доставках работаем. Ты когда последний раз «Ратник» надевал, осназ? — она многозначительно развела руками. — Где ты устал-то?

— Я тебя умоляю, дружка! На доставках? — Леха даже приподнялся на локте, чтоб заглянуть ей в лицо. — Мы по таким секторам мотаемся, куда ни одна служба доставки не летает. Варяги — и то не все ходят. Вот сейчас — Фронтера. Скажи, что мы везем на «Злата Обала»?

— Все как обычно. Алкоголь и медикаменты, — Кира с грацией большой кошки потянулась и слегка зевнула, прикрыв лицо ладошкой. — Мы всегда возим в приграничье бухло и медикаменты. Все согласно ордеру.

— Серьезно? А заказчик кто? Кирка, чтобы возить провизию на край света, Генштаб Флота не нанимает варягов!

— Ну, знаешь... Есть такие сектора в космосе, куда варяги — и то не все ходят. Это твои слова, — ухмыльнулась она. — Лика, что там по курсу? Далеко обходить?

— Нормально. Как по встречке летим, только скорость космическая, — сонно протянула Кортес из своего закутка в носу рубки.

У нее теперь был самый настоящий штурманский пост — просторный, в самом защищенном отсеке корабля, за третьим шпангоутом. Там было настолько уютно, что девушка проводила в компании «Андромеды» почти все свободное время, иногда выбираясь в кубрик на покушать и в каюту на подремать.

— Вы мне, амигос, лучше вот что скажите — на этой «Злата Обала» магазины-то приличные есть? Я хоть не задаром нас через эти каменные дебри волоку?

— Анжелка, мы же договорились, новый сарафан только после каждого пятого контракта, — Алексей почти точно воспроизвел недавний тон Киры. — У нас только четвертый, мне твоя подруга сказала.

— Санта-Мария, побре де ми! — вспыхнула Кортес испанским темпераментом. — Бедная Анжелика! Ну почему она влюбилась в этого мужлана Леху?! Ну почему не в красавца Пабло?! Или хотя бы в Максима?!

— Эй, Максима не тронь, — мимоходом вставила Кира, перебирая пальцами по капитанскому пульту. — Кудри выдеру!

— Почему ты, ми амадо? Можешь мне сказать? — пропустив замечание мимо ушей, продолжала она. — Это тебе только на пляже валяться и пиво пить! А я испанка! Мне нужны наряды! Мне нужно общение! Мне нужно... Ты вообще обещал меня в Мадрид свозить, на Землю! Свозил? Ползи сюда и быстро целуй свою терпеливую жену!

— Полегче, любимка, а то Максыча зацепит, — шутливо прикрывшись руками от словесной очереди, рассмеялся Леха. — Сейчас моя вахта будет. Потом прямо всю зацелую, обещаю! Как там правильно? Те аморе?

— Те амо! Амор — любовь! «Аморе» — это на итальянском, зубр толстокожий, — успокоилась Анжела так же быстро, как и завелась. — Про магазины мне ответит кто-нибудь?

— Лика, «Злата Обала» — бывшая орбитальная крепость. Довольно старая, двухпалубная. Все, что там есть — это несколько гостевых кают и бар со столовкой-рестораном. Это не считая служебных помещений на причальной палубе, — Кира кокетливо наморщила носик. — Максим, ты сменился уже? Скажи мне что-нибудь хорошее, можно тоже по-испански. Тут так одиноко в этом огромном кресле...

— Плохое место, — невпопад бросил Климов, передав управление Алексею. — Много пилотов погибло...

— В моем кресле? Ты дурак, что ли? — изменившись в лице, воскликнула она.

— По маршруту в навкоме пробежался. Вот эти скопления обломков, желтые треугольники, это...

— Подбитые корабли? — перебила его как всегда нетерпеливая Кортес. — Я тоже видела. Пять кораблей вдоль нашей траектории.

— Это не корабли, Анжела. Это могильники. Обломки на сотни километров. Десятки кораблей, сотни пилотов... И это не пираты с контрабандистами. Зачем здесь война? За ресурсы? Да тут их вон сколько, на миллионы лет хватило бы...

— Не все так просто, амиго, — понизив тон, она выглянула из своей кабины. — Златибор и Акрам раньше были друзьями. Сербы добывали руду и строили корабли, тюрки держали экономику на продовольствии и туризме. Их сводные флоты патрулировали сектор. Идеальное соседство. «Сумрачный Халиф» стал переломным моментом... Слышал про него?

— Было что-то, — отмахнулся Макс. — Якобы неопознанный объект, якобы внеземного происхождения, якобы потерпел крушение и был подобран патрулем флота Акрама. «Сумрачный Халиф», вся желтая пресса с ума сходила. Не верю.

— О-о! А когда я сказала, что не верю в колыбель человечества, вы меня на смех подняли?

— Анжелка, люди уже столько лет в космосе! И до сих пор никого, кроме сарацинов, не встретили, не говоря уже о ксенотехе! Если бы где-нибудь кто-то нашел след внеземной цивилизации, научный флот Конфедерации давно бы...

— Если бы независимая система Акрам захотела поделиться! — выставила вперед ладонь Анжела. — Но она не захотела! Тюрки объявили Фронтеру карантинной зоной, закрыли сектор и направили сотни рейдовых групп в поисках других артефактов. Златибор это не устроило, для него богатые астероидные пояса — единственный источник дохода. Благодаря практически неограниченным ресурсам и навигаторам — бывшим старателям, хорошо знакомым с непростой лоцией сектора, сербы достаточно быстро вытеснили тюрков из Фронтеры. На фоне неудачной военной кампании в Акраме вспыхнул переворот. Верховный Адмирал Гюрхан Оздемир захватил власть, распустил парламент и объявил себя Великим Султаном. Внешняя политика бывшей республики резко изменилась, и вот тут уже началась настоящая война!

— Так Златибор победил или нет? — уточнил Максим.

— Поначалу — да, — увлеченно продолжила испанка. — Случился инцидент, перевернувший расклад сил. Пропал без вести первый борт сербов «Приштина», а вместе с ним — председатель Верховной Влады Лука Новаш. Корабль ушел в гипер и исчез. В связи с гибелью Новаша система перешла под управление Народной Скупщины.

— Тоже читал. Гибель «Приштины» — технический сбой. Сверхдальний прыжок, навком глюканул, — отозвался Алексей из кресла второго пилота.

— Это не ты читал, это я тебе рассказывала! Вечно не слушаешь, ми амадо, — фыркнула она. — Так вот, к несчастью для сербов, аналогичным образом начали пропадать их корабли снабжения.

— Вот так сразу? Износ оборудования? Диверсия? — Макс всем телом подался вперед, увлеченно слушая всезнающую Кортес.

— Трудно сказать, амиго, корабли-то исчезли. Но факт остается фактом — логистика была разрушена, флот разбит, и сербам пришлось отступить. Однако безоговорочная победа не принесла желаемого результата — разрозненные силы Златибора и других независимых систем объединились в Союз Фронтеры и выступили против Султаната. Началась каперская, партизанская война. Из-за постоянных налетов тюрки не могут организовать ни поиск артефактов, ни нормальную добычу ресурсов, ни снабжение колоний. Даже вынуждены были частично снять блокаду с системы Златибор. Эн отрас палабрас... Иными словами, сектор принадлежит Султанату, патрулируется Султанатом, но кораблей сербов в системе на порядок больше.

— А Конфедерация Объединенных Наций? — удивленно спросил Максим. — Почему КОН осталась в стороне? Пара-тройка космонесущих крейсеров во Фронтере решила бы проблему на раз-два!

— Потому что ни Великий Султан Акрама, ни Народная Скупщина Златибора не запросили помощи официально, — вставила молчаливая до этого момента Кира. — Ты забываешь, что у нас нет права диктовать свои условия независимым системам. Тем более, использовать Военно-Космический Флот.

— Но здесь другое дело. Это же война! — он посмотрел на подругу и развел ладони в стороны. — Прямой повод воспользоваться Уставом КОН, пункт «Миротворческие миссии и политика принуждения к миру»!

— А я все гадаю, когда в нем военлет заговорит, — невозмутимо вскинула брови Кира. — Подскажи, сколько у нас крейсеров болтается по приграничным секторам? Решили они проблему пиратства? Или наркоторговли? Или контрабанды?

— А как же всевидящее око военной разведки? — с ехидцей парировал Максим. — Где же всемогущая ГРОЗА?

— Милый, поверь, она работает и там, и там. И плотно работает. И вообще... — она укоризненно посмотрела в сторону штурманской кабины — испанка моментально скрылась за спинкой своего кресла. — Я даже не знаю, за что тебя заругать, Анжела. За то, что выдаешь слухи вместо фактов или за разглашение секретной информации? Чего спряталась? То рот не закрывается, то вдруг молчание ягнят...

— Кира, ну так ведь все свои же, — робко откликнулась Кортес. — Все, что я рассказала, есть в общедоступных источниках.

— Знаю я твои общедоступные... Да ладно, шучу я, — снисходительно выпалила Кира и перевела взгляд на Климова. — Максим, ты мне что-нибудь хорошее сказать собираешься? А то на Лику заругаюсь!

— Прости, Кир. Настроение что-то не то, — откликнулся он, выбираясь из кресла. — Я в кубрик, чайку попью. Пойдешь со мной?

— Пойду, — девушка махнула рукой. — Не целуешь — хоть чаем напоишь...

— Не пойдет, — неожиданно отрезала Анжела из своего закутка. — Амига, посмотри, сбросила тебе на планшет. Только что по каналу варягов прошло.

Вставшая было Кира послушно опустилась обратно, виновато подмигнув Максу. Тот, подумав секунду, тоже вернулся к своему месту и присел на подлокотник. Алексей обернулся, обвел глазами друзей, пожал плечами и вернулся к управлению.

Несколько минут Кира внимательно изучала экран. Первым не выдержал Максим.

— Кир, что там? — нетерпеливо спросил он.

— Максыч, знаешь, что такое интрига? — ухмыльнувшись, бросил Леха. — Завтра расскажу!

— Да иди ты, — хлопнув друга по плечу, Климов снова посмотрел на Киру. — Хорош уже, девчонки! Что случилось-то?

— Давно? — проигнорировав его реплику, поинтересовалась она у Анжелы.

— Меньше часа, — коротко, по-военному, отчеканила испанка. — Там корпуса не остыли еще.

— Далеко?

— Прямо по курсу. Минут сорок, час до точки контакта!

— Кто-то еще?

— Нет, амига. Есть два варяга. Один в Акраме. Другой здесь, у Ханум, готовится к прыжку. Оба в отказ.

— Ну что, экипаж? Нужно посоветоваться, — Кира обвела взглядом пилотскую кабину. Максим заметил в глазах девушки знакомый озорной огонек.

— Внимательно, — буркнул Алексей. Климов кивнул — «Продолжай».

— Только что, меньше часа назад, пилоты Союза Фронтеры напали на конвой Султаната. Боевое охранение уничтожено. Транспорт с очень важной персоной на борту серые упустили. Уходя от преследования, спецборт нырнул в ближайшее поле астероидов и ушел в глухую радиомаскировку. Никакие средства обнаружения в поиске не помогут. Корабль гражданский, построен на верфях Акрама, так что на радиобуй тоже не рассчитываем. Судя по тишине в сети, ни тюрки, ни Фронтера обнаружить его не могут. Теперь загадка — а мы сможем его отыскать? — она в упор посмотрела в глаза Макса, этот вопрос в первую очередь предназначался ему.

— Какие зацепки? — ровным тоном спросил Климов.

— Мы знаем точное место и время перехвата, борт — тюркский «Ифсанэ», дорогая прогулочная яхта. Мы также знаем, кто был на борту. Это, внимание — Айлин Гюнес, племянница Великого Султана.

— Да ладно! — почти одновременно выдохнули Алексей и Максим.

— Шоколадно. Девчонка учится где-то в Евросоюзе, дядя Гюрхан на родину вызвал, — Кира не сводила глаз с Максима. — Мы сможем найти «Ифсанэ»?

— Даже не знаю, — он пожал плечами. — А что, большая премия?

Она быстро переглянулась с испанкой и обеими руками показала девять пальцев.

— Там число девятизначное! А теперь, Максим, пожалуйста! Мы сможем? Найти? Корабль?

— Максыч, не томи! — в своей манере вклинился в разговор Бабич. — Мы уже который месяц доставками занимаемся, а тут настоящая работа! Давай, друже, скажи, что сможем!

— Ну, в общем-то, есть один способ, — задумчиво протянул Макс. Вся остальная команда облегченно выдохнула. — Способ не очень, сразу говорю. Но поисково-спасательная служба его иногда использует. Называется пэ-пэ-эн — «полетай, подумай, найди».

— Впервые слышу, — недоверчиво бросила Кира.

— А, точно! Я где-то в сети читала! — снова перебила темпераментная Кортес. — Это когда один опытный пилот ставит себя на место другого пилота, пытаясь предугадать его действия. Короче, гадание на кофейной гуще. Люди все разные, думают по-разному...

— ...но летать и принимать решения учатся примерно одинаково! По крайней мере, военлеты, — в свою очередь оборвал испанку Максим. — Дай мне вводные на консоль, я попробую. Но вообще, Анжела права — кофейная гуща надежнее.

Усевшись поудобнее, Климов просмотрел вводные данные, полистал карту сектора с нанесенными на нее отметками и на несколько секунд задумался. Присев на самый край кресла и уперевшись локтями в колени, Кира все это время не спускала с него глаз. Анжела тоже выбралась из своего закутка и уселась вполоборота. Даже Алексей напрягся, будто приготовился по команде выполнить сложный и опасный маневр.

Наконец, Макс смахнул с экрана схему патрулей и маршрутов Фронтеры и откинулся на спинку.

— Ну что я могу сказать? Решений тут немного. Борт однозначно во втором поясе астероидов. Крупная летабла глубоко в камни не полезет, это рискованно, да и посудина там, как я понял, невоенная. Что бы сделал я? — он принялся загибать пальцы. — Вариант раз — найти достаточно крупный астероид и встать в его тени, снизив до минимума возможность визуального обнаружения. Задача, так скажу, непростая. Это второй пояс, скорость вращения по орбите относительно высокая. На рейд не встать — чтобы оставаться в тени, нужно все время двигаться, факелы маневровых демаскируют опять же. Маловероятно. Вариант два — найти достаточно крупный астероид...

— Повторяешься? — капитанским тоном поинтересовалась Кира.

— ...крупный астероид или планетоид, заземлиться в тени кратера или горного хребта... Хотя какая там тень, — нисколько не смутившись, продолжил Максим. — Лечь на броню, как на флоте говорят. Требуется виртуозное мастерство пилотирования, особенно с учетом хрупкой гражданской скорлупки. Слишком опасно, поэтому тоже маловероятно. Вариант три — дать самый полный вперед и пойти... обратным курсом вдоль самой границы пояса. Маневрировать, так сказать, на поверхности, в надежде проскочить мимо связанных боем противников. Нужны стальные яйца плюс отсутствие у Союза Фронтеры кораблей радиоэлектронной разведки. Если сенсоры потеряли объект, найти даже очень большой корабль в одном кубическом парсеке космоса... Считаю эту версию самой надежной. Я бы так поступил. Так что шансы у нас призрачные.

— Ну и как нам его найти? — после короткой паузы слегка разочарованно спросила Кортес.

— А никак. Я же сказал про кубический парсек? В конечном итоге «Ифсанэ» все равно пойдет к станции зарядки, иначе ему в Акрам очень долго ползти придется. Самый надежный расклад — ждать его там.

— Анжелка, скорми «Андромеде» схему и данные навкома по поясу астероидов, пусть поищет что-нибудь достаточно крупное, — вернувшись в привычную позу, скомандовала Кира. — Раз шансы невелики, нечего и время терять. Берем в разработку первую и вторую версию, это хотя бы по пути. Пройдем точку последнего известного местоположения спецборта и чуток нырнем в астероиды.

— Нырнем? — улыбнулся Климов. Почти рассмеялся. Леха понимающе посмотрел на друга: бывший пилот тягача точно знал, что такое пояс астероидов. — На «Спартанце» нырнем? А насколько «чуток»? Кир, ты хоть понимаешь, что такое на ручке сквозь поток? Да там даже на минимальной скорости...

— Ну, вы же, мальчики, справитесь? — не терпящим возражений голосом отрезала она. — Вы же у меня асы! Лика, поможешь ребятам?

— Не вопрос, подруга, — на удивление спокойно откликнулась испанка. — Я как раз новый алгоритм уклонения написала, нужно проверить. Кальменсе, амигос, через игольное ушко проведу!

— В смысле «написала»? В смысле «проверить»? Ты его на нас проверять хочешь? — широко раскрыв глаза, выдохнул Леха.

— А где я его еще проверю, амадо? — нырнув в штурманскую кабину, прощебетала Анжела. — Макс, выйди из навигации, я обновлю!

— Слышь, Максыч, — негромко позвал Алексей. — А мы это... С ее алгоритмом... Реально справимся?

— Прорвемся, Леха. Что там алгоритм, голова-то есть. Мы в академии на сушках сквозь кольца Сатурна прыгали, — так же негромко откликнулся ставший серьезным Максим. Вид плотного потока беспорядочно кувыркающихся камней на экране перископа по правому борту вызывал нервный трепет. — Эскадра с боевого не уходит...

Глава 3

Навигационный компьютер раздраженно выбросил предупреждение, когда на сканере вспыхнула пятерка идущих встречным курсом нераспознанных целей.

— Наблюдаю пять отметок, — торопливо начала доклад Кортес.

— Вижу. Серые, без транспондеров. Классификация? — оборвал Макс.

— Да, без транспондеров. По сигнатуре выхлопа — четыре «Кроны» и одно крупное судно. Транспорт.

— Идут наперехват?

— Никак нет, сменили курс, обходят. Выслали нам пакет, — Анжела выглянула из-за спинки. — Кира, я принимаю?

— Принимай, что уж там, — лениво откликнулась Кира, чуть приподнявшись в кресле.

— Дословно: «Варяги! Присоединяйтесь к флоту Союза Фронтеры! Космос должен быть свободным! Ливе, Фронтера!»

— И все? — она удивленно вскинула брови.

— Да. Очень короткое сообщение, — кивнула испанка.

— А дальше?

— Уходят встречным курсом.

— Ну и пусть уходят, — Кира удовлетворенно откинулась назад.

— «Крона» хорошая машина, — задумчиво выдал мысль Леха, покосившись на друга. — У нас в рудниковой компании вся безопасность на «Кронах» летала.

— «Крона» — так себе машина, — со знанием дела отрезал Максим. — В броне только капсула жизни, остальной корпус фольга, оружие плазма, кинетики нет, на подвесе одна ракета. Истребитель дешевый и в обслуживании очень простой, потому и используется, в основном, в коммерческих конторах. Для экономии бюджета. «Кроны» даже лиходеи не любят...

Уже почти час «Спартанец» на крейсерской скорости шел возле самой кромки пояса астероидов, изредка уклоняясь от летящих поодаль камней. Нужно было наверстать время, прошедшее с точки перехвата до момента, когда «Ифсанэ» был официально потерян. За это время пояс вместе с возможным местоположением спецборта ощутимо сдвинулся по своей орбите вокруг Ханум.

Наконец Анжела скомандовала — «Вамос!» Несмотря на возражения Киры, пилотам пришлось сильно сбросить ход, выровнять его со скоростью потока, когда громоздкий кораблик аккуратно погрузился в несущийся космический камнепад. Теперь на обзорных перископах справа и слева от борта на расстоянии «рукой подать» беспорядочно кувыркались огромные, иногда размером с самого «Спартанца», серые глыбы. Поначалу Максима это соседство сильно нервировало — одно дело идти в тесном строю космических истребителей, и совсем другое — посреди непредсказуемых каменных валунов. Однако уже через десяток минут обоих пилотов охватил азарт. Разогнавшись и обгоняя один астероид за другим, жмурясь от неприятного шелеста космической пыли по навесному бронированию, они сопровождали маневры короткими комментариями типа «О, большой был!», «Красиво обошли!» или «Не-не, туда не полезем». Обычно разговорчивая Кортес совсем замолчала — слившись в одно целое со своей «Андромедой», она филигранно просчитывала траекторию и подсвечивала пилотам безопасные коридоры. Кира в своем капитанском кресле, казалось, даже не замечает болтанки. Она напряженно вглядывалась в проносящиеся по экранам базальтовые глыбы, пыталась раньше сканеров разглядеть потерянный борт.

Примерно через час адская гонка наскучила экипажу. Максим уже порядком утомился — ломило спину, от напряжения ныли запястья. Не отвлекаясь от управления, он снизил скорость, приблизительно выравнявшись с потоком. Краем глаза заметил, как взмокший Леха наспех показал ему большой палец — второй пилот тоже вымотался до предела. Пропустив несколько некрупных ударов, «Спартанец» лишился пары тонн навесной брони, камне-пылевая эрозия до металла ободрала краску по носу и бортам корабля, но в целом старый каботажник на все сто оправдывал свою родословную космического старателя.

В рубке уже царила атмосфера отчаяния, хотя никто и не подавал вида. Напротив, иногда Климов бросал что-нибудь ободряющее, вроде «во-он за тем булыжником сейчас найдем, сто пудов», а Алексей в свою очередь вторил «не, не за этим, вот за тем будет». В целом варяги уже смирились с мыслью, что племянницу султана им не найти. Словно прочитав невеселые мысли остального экипажа, Кира устало откинулась на спинку кресла и уверенно скомандовала:

— Так, мальчики. С нас довольно. Выныриваем, пока безопасно. Вон там просвет есть, я без навкома вижу. Зря только время потеряли... Макс, сбрасывай скорость, выходи из потока.

— Подожди, амига, — неожиданно возразила Кортес из своей кабинки. — Это не просвет, это... Тень? Это полынья! Это большая... Нет, огромная полынья! Секунду, гравиметры ложатся...

— Что там, Анжелка? — Максим уже без подсказки разглядел на экране перископа тонкий, светящийся в черной пустоте серп полумесяца.

— Диос мио! Это планетоид! Настоящая маленькая планета! На карте его нет! Амигос, мы отрыли новый мир!

— Ага, вижу, — Кире почти удалось изобразить равнодушие. — А что за желтоватый ореол вокруг? Атмосфера?

— Атмосфера, Кира! Это настоящее небесное тело с атмосферой! Макс, Леха, вы чего молчите? — не унималась Анжела. — Давайте ему название дадим! Спартан? Нет, Спарта?

— Да как хочешь, так и обзови, ты же первооткрыватель, — устало откликнулся Макс. — Варяг-капитанша, нам-то с Лехой что делать?

— Да, Кир, командуй! А то мы с Максом уже того! Выдохлись маленько! Как на байке по оврагу... — поддержал друга Алексей.

— Подождите, парни, не торопитесь. Анжела, дай мальчикам безопасный коридор!

— Как назло, ничего в голову не приходит! Кира, ну подкинь хоть пару идей! Как бы ты назвала? — испанка так вошла в роль первооткрывателя, что не услышала подругу.

— Лика, найди безопасный маршрут! — чуть повысила голос Кира. Она уже не скрывала возбуждения.

— Да-да, сейчас. Только планету в каталог сектора добавлю...

— Отставить! — резко скомандовала она. И уже спокойно добавила. — Если бы нужно было, сербские навигаторы уже добавили бы. В секторе идет война, не забыла?

— А мы, значит, на стороне Златибора? — усмехнувшись, негромко уточнил Макс.

— А мы сейчас ни на чьей стороне, милый. Мы варяги, — коротко огрызнулась девушка. — Лика, найди проход! Нужно выйти на его орбиту.

— Кир, я бы не стал. Тебе только кажется, что пространство там свободно, — с сомнением протянул Климов. — На орбите, скорее всего, куча осколков — это же полынья в поясе астероидов. Мы с Лехой можем и не вывезти...

— Нет там ничего, орбита чиста. Даю коридор, — немного обиженно отрапортовала Кортес. — Слишком мала гравитация, примерно одна десятая. Планетоид не может долго удерживать атмосферу. В перигелии Ханум разогревает поверхность, превращая дневную сторону в один сплошной гейзер — газовая оболочка насыщается и расширяется, притянутые гравитационным полем мелкие частицы тормозятся и оседают на поверхности. Затем она остывает и ее плотность уменьшается. Так и образовалась полынья. И да, сейчас мы только что пересекли афелий, в тени чертовски холодно.

— Молодец, Лика. Парни, выходите на орбиту, — Кира нервно поерзала в кресле. Затем спросила как будто в пустоту: — Как думаешь, есть у нас шансы найти там «Ифсанэ»?

— Возможно. По времени бьет, других планетоидов мы не заметили, — сдержанно допустил Максим, когда «Спартанец» вынырнул из гущи камней в просторную полынью.

— Вряд ли, — уверенно сказал Бабич. — Слишком просто. Пролетали мимо, случайно наткнулись на полынью, случайно открыли планету, и нашли корабль. Так не бывает. Че-то многовато случайностей, вы не находите?

— Мда... Ответ Максима мне больше понравился, — все так же в никуда бросила Кира. — На дневной или на ночной стороне искать?

— Конечно, на темной. На дневной сейчас, наверное, пекло, — Макс медленно провел рукой вдоль границы дня и ночи планетоида, висящего на носовом экране. — Надо сначала на орбиту выйти — может, они в тени, в точке Лагранжа висят...

— Диос мио, но ло вас а креер! — неожиданно громко воскликнула Кортес. — Вы не поверите, я его нашла!

— Как? — одновременно выдохнули Кира и Максим. Леха снисходительно взглянул на обоих.

— По тепловому излучению! На темной стороне холодно. Яркое пятно — очень теплый объект!

— Да мало ли что это. Перевалочная база рудокопов, например, — пробормотал он.

— Я его только что лидаром светанула, он мне таким чистеньким титанитом ответил, — почти пропела зараженная энтузиазмом Анжела. — Это корабль, ми амадо! Это гражданский борт без антилидарного покрытия!

— Попробуй связаться, — осторожно попросила Кира.

— Пробовала, не отвечают. В режиме радиомаскировки только пилоты могут вызов принять. Если только...

— Если только что? — уточнила она.

— Если только пилоты там все еще живые, — закончил мысль супруги Алексей.

— Так, Леха, завязывай со своим пессимизмом! Лика, проложи ребятам маршрут!

— Си, амига, даю коридор. Я синхронизирую орбиту и подвешу нас прямо над ним. Предупреждаю, орбита низкая, а повиснем мы еще ниже...

Негромко пробасив маневровыми, «Спартанец» начал торможение. Темный диск планетоида с тонким просветом ярко освещенной кромки уже заслонил в перископах почти все звезды, и теперь напоминал огромную вогнутую тарелку с едва заметным желтоватым ореолом вокруг. Максиму уже казалось, что сквозь тонкую атмосферу он может разглядеть отдельные горные хребты на поверхности, а навком все неумолимо рисовал траекторию сближения. Наконец, компьютер отдал команду отключить двигатели. Корабль еще немного погудел маневровыми и замер на стационарной орбите — месте, где центробежная сила уравновешивает слабую гравитацию планетоида, позволяя объекту висеть неподвижно. Кортес вывела на центральный экран увеличенное изображение с поверхности, но кроме темных остроконечных теней на черном фоне разглядеть что-то было категорически невозможно.

— Лика, дай описание поверхности, — Кира всем телом подалась вперед в своей излюбленной выжидающей позе.

— Каменистая пустошь, как ни странно, — с легким сарказмом ответила Анжела. — Если я не ошибаюсь... А я редко ошибаюсь, наш потеряшка лежит посреди этого каменного плато рядом с очень высокой горной грядой. Карту высот составить пока не могу, атмосфера мешает лидару.

— Подожди-подожди, — отозвался Максим. — Ну, мы нашли корабль. На связь он не выходит. На вызов не отвечает. Что дальше? Вы же не собираетесь...

— Максим, — жестом остановила его Кира. — Мы нашли корабль. Но на борту не знают, кто их нашел, молчат, соблюдают маскировку. Поэтому...

— Нет, мы не будем садиться! — он энергично затряс головой. — Кира, это безумие!

— Мы — не будем. Ты высадишь нас с Лехой на поверхность, мы эвакуируем экипаж и пассажиров. Затем подберешь обратно. Проще простого, — обезоруживающе улыбнулась девушка.

— Зачем «нас»? — вставил Алексей. — Давай, я один! Эвакуация — это работа осназа. Ты-то мне там зачем?

— Затем, что ты тюркского не знаешь! А с твоим белорусским прононсом ты их вообще до смерти напугаешь, — ухмыльнулась Кира. — Еще за серба примут и стрелять начнут. Лика, сколько человек в экипаже «Ифсанэ»?

— Капитан, два пилота, две стюардессы, восемь пассажиров, — с готовностью бросила испанка.

— Тринадцать...

— Да подождите вы! — взорвался Климов. — Вы соображаете, о чем говорите? Вы предлагаете посадить огромный крупнотоннажный космический корабль на планету чуть больше астероида? На каменные гряды? На зыбкий грунт? Случись что, мы здесь навсегда останемся! Рядом с этим сияющим борделем!

— Не пыли, Максыч, — Леха перегнулся через подлокотник и примирительно похлопал его по плечу. — У нас «Птаха» есть. Ваш с Киркой любимый хреналет. На нем нас высадишь, повисишь чутка, затем подберешь. Кира дело говорит.

— И ты туда же, братишка? А на борту кто останется? Друзья, это космос! Анжела, ты корабль пилотировать умеешь? В случае чего, сможешь за помощью слетать?

— Я — нет. Я ее попрошу, она слетает, — спокойно парировала испанка и махнула рукой в сторону консоли «Андромеды». — Не переживай, мы с ней справимся.

— А знаете, вашу мать... Я думал, моя женщина сумасшедшая. А нет, вы тут все ненормальные. И я вместе с вами, — выдохнул Макс, выбираясь из пилотского кресла. — Анжела, судно на автопилоте. Следи за высотой, не дай просесть. Пойду-ка я отсюда. «Птаху» подготовлю.

— Лика, состав атмосферы? — проводив его долгим взглядом, спросила Кира.

— В основном азот, метан, углеводород и водяной пар. Плотность определить не получается. Так скажем, не вакуум, но ветра не будет.

— Так «Ратник» или скафандр?

— И то, и другое можно. Лучше скафандр. Вы же стрелять не собираетесь?

— Лучше «Ратник». Сама же сказала, вдруг они меня за серба примут, — буднично рассудил Бабич, нехотя отпустил консоли и тоже поднялся. — Пойду снарягу готовить. Любимка, «Спартанец» на тебе, смотри не урони.

— Принято, сеньор сержант! — испанка хотела игриво взять под козырек, но вспомнила, что без фуражки, и просто проводила мужа глазами.

— Ах да, амига, а когда ты успела тюркский выучить? — спросила она, когда они с Кирой остались вдвоем в рубке.

— Да не знаю я тюркского, — отмахнулась девушка. — Так, общие фразы — «мерхаба», «гюле-гюле», «тешекюр эдерим», «бакшиш давай».

— Эстас лока? А как ты при Лехе будешь с ними общаться?

— Думаешь, остался хоть один человек в космосе, который не знает русского или английского? — вздохнула она. — Ладно, подруга, держи штурвал... или что там у тебя. Тоже пойду собираться.

Глава 4

Путь с низкой орбиты до поверхности занял чуть менее десяти минут. Вывалившись из носового трюма «Спартанца», крошечный десантно-транспортный кораблик пару раз пыхнул дюзами и просто упал вниз, время от времени притормаживая маневровыми. У самой поверхности Максим выровнял «Птаху» относительно горизонта, снизился до пяти метров, затем предельно осторожно коснулся посадочными опорами грунта.

Откинув аппарель, Кира вслед за Алексеем не спеша спустилась на черную, состоящую из каменного крошева, осыпающуюся поверхность планетоида. Их окружила кромешная тьма, рассеянный атмосферой тусклый свет многочисленных звезд почти не освещал территорию небольшого горного плато. Зато висящий высоко над головой пояс астероидов, перечеркнув небосвод яркой сияющей полосой, заставлял высокие пики вершин отбрасывать длинные причудливые тени. Девушка включила внешний микрофон — в уши ворвался тонкий, протяжный, будто далекий отзвук металлического удара, звон. Она даже не сразу поняла, что слушает дыхание жиденькой атмосферы планетоида. Каждый звук, каждый хруст камней под рубчатой подошвой ботинка звучал очень отдаленно и сильно запаздывал. Кира никак не могла отделаться от ранее незнакомого приятного чувства. Она ощущала себя одновременно Юрием Гагариным, открывшим людям дорогу в космос, и Нилом Армстронгом, оставившим первый след в реголите другой планеты. Девушке захотелось поделиться этим с Максимом, но в этот момент корабль закрыл аппарель, включил фары, ненадолго вспоров ярким лучом почти кромешную темноту, и торопливо взмыл на безопасную высоту барража.

— Что с тобой? — удивленно прозвучал в наушниках голос Бабича. — О чем задумалась?

— Ты знаешь, Леха, чертовски классное ощущение, — пошевелившись, она инстинктивно попыталась поймать равновесие — слишком низкая сила тяжести. — Мы с тобой первые люди на этой планете. Хотела с Максом поделиться...

— Ну ты даешь, майор! — Алексей недвусмысленно повертел пальцем у шлема, затем махнул рукой куда-то вдаль. — Мы тут вообще-то не первые.

В сотне метров от них, сильно завалившись на правый борт, нелепо переливалась голубыми навигационными огнями роскошная космическая яхта. Не считая подломившихся правых опор и одного оторванного маршевого двигателя, корпус корабля выглядел неповрежденным. Все иллюминаторы левого борта светились, как прожекторы, озаряя лучами звездное небо.

— Так себе посадочка, — угрюмо оценил Леха. — Максыч, ты был прав. Тут не так просто заземлиться. Эта посудина уже точно никуда не полетит.

— Все так плохо? — прошипел помехами голос Климова в наушниках.

— Правые опоры сломал при посадке, почти на борту лежит. Один маршевый потерял, но я его не вижу. Скорее всего раньше, когда в полынью шел. Короче, да — все плохо.

— Да не так уж и плохо, — отогнав от себя романтический настрой, включилась в работу Кира. — Энергия есть — значит, реактор работает. Следов пара нет, иллюминаторы не запотели — значит корпус герметичен. Давай двигаться потихоньку. Не спеши, гравитация в одну десятую. Не шагай, отталкивайся одними ступнями. Подпрыгивай, вот так. Смотри, куда приземляешься, а то ноги переломаешь. «Ратник» в адаптивный камуфляж, следи за темнотой, экипаж мог дозор выставить.

— Ага. Смотри под ноги, следи за небом. Привет, осназ, я скучал, — съязвил Алексей, осторожно передвигаясь невысокими прыжками по неровной осыпающейся насыпи. Обманчиво казавшееся в темноте равниной плато оказалось изрезано глубокими оврагами и расщелинами. — Кир, а как заходить будем?

— Постучимся и зайдем, — лаконично рассудила она.

— Ты же понимаешь, что нам в забрало картечь с вольфрамом полетит?

— Это если без стука. А если вежливо, аккуратно... — после очередного прыжка она остановилась в нескольких шагах от торчащего наискось трапа, стараясь не попасть в яркую полосу света из открытого проема. — Странно, шлюз открыт, вахтенного нет...

— Ну, и куда стучать будем? — Бабич наскоро молодецким галопом обследовал местность вокруг. — Ни часовых, ни охранения. Может через грузовой зайдем? Это ближе к корме.

— Нет, зайдем отсюда. Только нужно предупредить, — она активировала внешний громкоговоритель. — Не стреляйте, мы пришли вам помочь! Доунт шут, уи кэйм ту хэлп ю!

Искаженный тонкой атмосферой, ее голос прозвучал жалко и неуверенно. Пропищал, как детская резиновая игрушка.

— Ха-ха, на всю округу овечкой проблеяла, — рассмеялся Леха. — А, стоп! Это что, тюркский? Так он от русско-английского вообще не отличается?

— Отставить, сержант. Сам попробуй. Думаешь, у тебя лучше выйдет?

— Да я, Кир, проще сделаю, — прикрыв левой ладонью забрало шлема — самое уязвимое место, Бабич взмыл вверх по трапу и приземлился уже внутри шлюза. — Зря скалы насмешила, дружка. Шлюз пустой.

Кира последовала за ним. Оказавшись внутри корабля, она гулко брякнула подошвами о палубу, едва не потеряв равновесие от резко изменившейся силы тяжести — на борту исправно работал генератор гравитации. Оттого, что судно почти лежало на боку, девушке все время казалось, что она заваливается в сторону. Внутри было светло и чисто — никаких признаков борьбы или боя. Удивление вызывал только открытый настежь шлюз. Чтобы проникнуть внутрь, нужно отшлюзоваться, а для этого — как минимум — задраить внешний люк.

— Ладно, чего ждать, — она хлопнула рукой по клавише. Внешний створ безотказно замкнулся. Оглушительно зашипел воздух, шлюз наполнили потоки пара дезактиватора. Через несколько секунд давление выровнялось, дымка рассеялась, клавиша открытия внутренней заслонки засветилась зеленым.

— Подожди! — Леха перехватил руку девушки, не дав ей открыть внутренний люк. — А вдруг там... А если там...

— Ну? — нетерпеливо рыкнула Кира.

— Мертвые. Вдруг они там все... мертвые?

— Алексей, ты меня иногда бесишь! Внешний люк открыт, внутренний задраен, шлюзование отработало штатно, следов боя нет. Вероятно, кто-то из экипажа вышел наружу и потерялся в темноте. Взял нервы в кулак и вперед! — Кира выдернула руку и ударила по кнопке. Заслонка послушно откатилась в сторону.

Внутри корабля, сразу после шлюза и отсека для персонала, шла просторная каюта для обслуживания с миникухней и минибаром. Везде царил порядок, все вещи стояли на своих местах. Кофейные чашки, тарелки, бокалы, шоты... Даже пара ящиков дорогой ракии «Yeni Raki» аккуратно уложена в стеллаж рядом со стойкой бара, отсутствовал только бармен. Что-то в этой картинке было неестественным, фальшивым. Кира никак не могла понять, за что зацепился опытный глаз.

Она жестом показала Бабичу на вход в пассажирский салон, прикрытый длинными, голубыми, расшитыми золотом занавесками. Алексей кивнул, бесшумно подошел к проему, встал сбоку и привычным жестом выхватил из кобуры пистолет. Но когда девушка отчаянно замотала головой и показала кулак, послушно спрятал оружие.

— Не стреляйте, мы пришли вам помочь! — повторила она, сняв со стойки трубку внутренней громкой связи. Ее голос раскатисто зазвучал во всех отсеках корабля. — Доунт шут! Уи ар а рэскью тим!

Распахнув плотную ткань, Леха быстро шагнул в пассажирский салон. Никого. В бело-голубом салоне — чистота и порядок. Два ряда по пять сидений вдоль бортов. Столики опущены, светозащитные шторки подняты. Только гравитележка с напитками и закусками нелепо торчит посреди центрального прохода. Бабич наскоро пересек помещение и скрылся за занавесками в следующем отсеке — крошечном кубрике для стюардесс.

— Чисто! Дружка, тут никого нет. Пилотская кабина открыта, там тоже пусто, — прохрустев башмаками по усыпанной каменистым крошевом ковровой дорожке, Алексей вышел в центр пассажирского салона и развел руками, вопросительно посмотрев на стоящую в проходе девушку. — Я же говорил, надо было через грузовой заходить. Они наверняка там все.

— Нет там никого, — сказала Кира. — Я по громкой объявила, уже откликнулись бы. Или они там...

— Мертвяки, говорю же! — выдохнул Бабич.

— Мда, это бы все объяснило, — пройдясь вдоль кресел, задумчиво протянула она. — Но тогда есть вопросы. Зачем им всем в грузовой трюм? Там очень тесно и холодно, а здесь тепло и комфортно. И от чего они там могли...

— Кира, Леха, вы не поверите, но мне кажется... — зазвучал в наушниках искаженный помехами, сильно взволнованный голос Максима. — Нет, не кажется! Поверхность планетоида движется!

— Куда? — удивленно вскинула брови Наполи.

— К вам! Выходите, живо! Я вас подберу!

— Не понял, Максыч. Повтори, — неспешной походкой Алексей двинулся к шлюзу.

— Поверхность! Вся поверхность движется! Как муравейник... Выходите быстрее, вашу мать!

Уже не разбирая дороги, они со всех ног бросились к шлюзу. В какой-то момент девушка поняла, что не давало ей покоя — усыпанное камнями ковровое покрытие палубы никак не вязалось с идеальным порядком внутри роскошного корабля. Хрустящий гравий под ногами! Она еще не довела до конца логическую цепочку, связывающую этот факт с открытым внешним люком, когда они с Бабичем, наспех отшлюзовавшись, вывалились на внешний трап.

Яркая внешняя иллюминация «Ифсанэ» не позволяла по максимуму использовать оптические возможности бронекостюма. Как только глаза привыкли к темноте, Кира разглядела в неярком блеске звезд неестественно колышущийся горизонт. Переключившись в тактический режим, «Ратник» послушно подсветил красными маркерами огромное количество нераспознанных шевелящихся объектов. Густая россыпь красных отметок со всех сторон стремительно приближалась к полулежащему на боку кораблю.

— Что это? Что это, мать твою, такое? — Бабич энергично вертел головой, пока боевой модуль его костюма пытался классифицировать угрозу.

— Ты был прав, наш планетоид обитаем, — Кира одним прыжком спустилась на грунт. — Максим, мы не можем распознать цели. Заберешь нас прямо с трапа?

— Они очень быстро приближаются! Выходите на плато, подальше от корабля! Секунд десять-двадцать, будьте готовы! — яркие огни фар приближающегося штурмовика рассекли темноту от горизонта до горизонта, выхватив на мгновение многочисленные конечности уродливых прыгающих фигур.

— Это же... Сарацины! Лешка, это сарацины! Их сотни! Тысячи! — что-то слегка толкнуло Киру в плечо. Затем еще раз по предплечью и бедру. Она подняла руку и с удивлением обнаружила глубокий порез верхнего слоя керамфлекса. — Это что? Они стреляют? Леха, береги броню!

— Да, уже словил! — сжав в руке пистолет, Бабич осел на колено и открыл беглый огонь. В разряженной атмосфере нелепым бульканьем захлопали выстрелы.

— Лешка! Ты ранен?

— В ногу. Разгермет. Свистит, но держит.

— Максим! Леха триста! Скорее! — припав рядом с Алексеем спиной к спине, девушка открыла заградительный огонь в противоположную сторону.

— Я вас не вижу! Куда садиться? Мне нужно место! — резко изменив курс, штурмовик с опасным снижением прошелся вдоль атакующей волны, истерично завопив обеими плазменными пушками. В разреженный воздух полетели разорванные в клочья тела и облака пыли. — Мне нужно место, чтобы сесть!

— Забудь про посадку! — не прекращая стрельбы прорычала Кира. Она уже отчетливо различала в темноте отдельные шестиногие очертания сарацинов. Приглушенный перезвон бьющихся о внешнюю обшивку «Ифсанэ» мелких острых предметов слился в один протяжный визг. — Забирай с подскока! Леха, подпрыгнуть сможешь?

— Как два пальца, — задыхаясь, рявкнул Бабич, поднялся и тут же снова упал на колени, поймав прокол во вторую ногу. — Да ну нах... Давай сама! Прикроете меня, я там останусь!

Он коротко махнул в сторону уже не мигающего навигационными огнями «Ифсанэ». На мгновение в проблеске выстрела Кира заметила паутину трещин на забрале шлема Бабича.

— Ага! Чтоб ты один всю ракию выжрал? — отчаянно взревела она. — Климов, высота пять... три метра, пеленг на мой «Ратник», подбираешь с подскока. Отсчет!

...Шум помех. Шипение. Снова помехи.

— Максим! Отсчет, твою мать!!!

— Пять! — раздался в наушнике отдаленный знакомый голос.

Быстро сменив магазин, девушка подхватила из слабеющей руки Бабича второй пистолет и открыла беглый огонь из двух стволов во все стороны.

— Четыре!

Алексей стал ощутимо заваливаться на спину. Опустившись рядом с ним, Кира постаралась прикрыть собой массивное тело друга, удерживая его от падения.

— Три!

Пистолет в левой руке предательски пиликнул, затвор замер в открытом положении. Кира без сожаления отбросила оружие в сторону. Пустой ствол — лишний вес.

— Два!

Спину под левой лопаткой пронзила острая боль, на забрале замигала красная надпись. «Ратник» пробит! Девушка с ужасом представила, как ближайший сарацин заносит свой смертоносный метровый ус у нее над головой.

— Один!

Правый пистолет запищал и тоже отлетел в темноту. Сгруппировавшись, она обхватила Бабича за пояс руками «в замок» и замерла на мгновение в глубоком приседе.

— Пошли!

Оттолкнувшись что было силы от каменной осыпи, Кира тяжело взмыла над поверхностью, быстро теряя скорость. В какой-то миг ей показалось, что она не успела, и сейчас они с Лехой стремительно рухнут обратно, прямо в лапки сарацинов. В этот момент она крепко приложилась головой и спиной в переборку тесного десантного отсека, увидела перед собой красный сверкающий маячок «Аппарель закрывается» и тяжело завалилась на трясущуюся палубу штурмовика.

— Поймал? Не молчите, нахрен! Я поймал? — взревел в наушниках голос Максима.

— Климов... Я говорила, что я тебя люблю? — все еще сжимая в объятиях Леху, она тяжело опрокинулась на спину. Все тело стонало, саднила рана на руке, острая боль под лопаткой не отпускала. Ныли отработавшие на пределе возможностей импланты в колене и локте.

— Кира, как ты? Как Леха? — несмотря на то, что теперь канал ближней корабельной связи работал чисто и без помех, Макс продолжал неистово кричать в микрофон. — Давление есть, можно дышать! Ты не ранена?

— Да хорош ты орать! Нормально все с твоей сумасшедшей, — скинув разбитый шлем, хрипло выдохнул Бабич. — Ты бы видел, как она мои сто кило в небо подбросила. Не женщина, танк...

— Ты как, сержант? — не шевелясь и не разжимая рук, устало выдавила Кира.

— Зацепился чутка. Колено, бедро и плечо. Болит — мама не горюй! Дружка, хватит меня тискать, я женат, — через силу ухмыльнулся Леха. — Может, лучше обезбол дашь?

Глава 5

Под управлением нового отработанного алгоритма «Спартанец» без труда выбрался из полыньи на простор условно чистого космоса. Огромные, хаотично вращающиеся каменные глыбы на обзорных перископах сменились алмазным сиянием звезд. Все четыре маршевых «Тулки» натужно пульсировали, уверенно выдавая предельные сто десять процентов мощности. Взяв на себя командование, Климов не изменил старой армейской привычке и полным ходом двинул к станции зарядки. Любой военлет знает — путешествовать по неспокойному приграничью лучше с заряженным кристаллом Белова, чтобы иметь возможность в любой момент уйти в гипер. Уставшая, обколотая обезболом и антидотами Кира не сопротивлялась. В поисках потерянной яхты варяги и так слишком сильно выбились из графика. Одни сутки уже ничего не решали, да и остальному экипажу требовался дополнительный отдых.

На следующий день, отшвартовавшись от станции, слегка потрепанный корабль взял курс к орбитальной крепости «Злата Обала». Отдохнувшая и посвежевшая команда почти в полном составе разместилась на полукруглом диванчике в тесном кубрике «Спартанца». Алексей в тельняшке и шортах, Кира в летном комбинезоне и с полотенцем на голове, Анжела в сарафане расцветки «вырви глаз». На фоне серых переборок в свете пожелтевших от времени светопанелей на притолоке компания выглядела пестрой. Испанка взяла на себя роль хозяйки и, не переставая причитать, руководила чайной церемонией.

— Диос мио, амига! Ты уже второй раз меня чуть вдовой не оставила! — она налила чай в кружку мужа. — Ну неужели нельзя все сделать, как раньше? Ун бум и я эста!

— Ун бум — и готово? — виновато улыбнулась Наполи, стащив с головы мокрое полотенце. — Извини, подруга, не всегда получается. Можно мне еще чаю?

— А ты не сильно раненая! Налей сама!

— Лика, я же извинилась...

— Любимка, ну хватит уже, — попытался вставить слово Алексей, приобняв Анжелу и усадив ее рядом с собой. Было заметно, что гиперопека супруги ему в радость. — Налей Кирке чая. Она же меня вытащила...

— Молчи, ми амадо! Она тебя чуть не угробила! Посмотри на себя, весь перемотанный, — она суетливо подложила мужу подушку под раненое плечо и с выражением лица «так и быть» наполнила чаем кружку подруги. — Клянусь, еще одна такая высадка, и мы с Лешкой сойдем с корабля!

Кира покорно сложила ладони вместе и склонила голову.

— Опять мы с тобой налажали, дружка? — незаметно подмигнув ей, усмехнулся Бабич.

— Ничего не налажали. Сделали, что могли. Неучтенные обстоятельства, — отбросив притворное смирение, парировала Кира. — Лика, есть в сети новости о пропавшей султанке?

— Нет. Все еще ищут, — отмахнулась испанка.

— Да мертвая она, че тут думать-то, — угрюмо констатировал Леха. — Весь экипаж мертвый. Эти твари их сожрали.

— Но вы же тела не нашли? — Анжела пытливо посмотрела на мужа, затем на подругу.

— Никто их не сожрал, — уверенно отрезала Кира. — Нас кто-то опередил. Мне с самого начала все это показалось странным. Все ковры, все палубы «Ифсанэ» усыпаны камнями — там с десяток человек не по разу прошлись. Шлюз был открыт снаружи — это значит, корабль покинули, а обратно никто не вернулся. Следов боя нет...

— Кто-то до нас эвакуировал Айлин Гюнес вместе с экипажем с этого планетоида! — щелкнула пальцами Анжела.

— В точку, подруга, — согласно кивнула Наполи. — Вот только кто?

— Эвиденте! Раз в сети тихо, значит, Союз Фронтеры.

— Канал варягов и лихие люди читают. Могли захватить с целью выкупа или шантажа, — Кира задумчиво поиграла влажным локоном у виска.

— Девчули, мне иногда с вами рядом сидеть страшно, — демонстративно выдохнув, пробурчал Леха. — Такие умные. Одно слово — разведка. Интуиция, аналитика, выкладки... Да съели их! Эти твари их сожрали, когда экипаж корабль покинул, что вы все усложняете?

— Леха, ты видел, во что превратился борт «Ифсанэ» после нападения этих... — осторожно, чтобы не потревожить раненую спину, девушка потянулась за чайником. Анжела ее опередила и подлила подруге чай. — Кстати, о тварях. Лика, ты боевые модули «Ратников» проверила?

— Пор супуэсто, проверила! — язвительно буркнула испанка. — И модули проверила, и вас перевязала, и в сети инфу накопала!

— Ты ж моя умничка! — сложив брови домиком, Кира театрально посмотрела на Анжелу. — Ты ж у меня самая лучшая...

— Амига, прекрати подхалимничать! Со мной эти штучки не проходят, у меня иммунитет!

— Ну, не проходят, так не проходят, — устало откинувшись на спинку дивана, Наполи прикрыла глаза и нацепила на ухо гарнитуру БКС. — Макс, ты присоединишься? Далеко нам еще?

— На связи, — откликнулся Максим из пилотской кабины. — Где-то около часа, или чуть больше. Я лучше в рубке останусь. Там у вас тесно, да и космос здесь неспокойный для автопилота.

— Добро. Тогда начнем, — она сложила ладони в замок на краю стола. — По модулям. Анжела, что это за существа? Это сарацины?

— Вообще да, это сарацины. Но другие, — сдержанно кивнула Анжела. — Местные называют их «шипометы», рудокопы уже много раз с ними встречались. Еще в записях Златибора есть информация про саранчу. Это когда шипометы собираются в стаю, нападают на планету и уничтожают все живое на поверхности.

— На планету? Но сарацины — кочевники! — широко раскрыла глаза Кира. — Они заселяют только мертвые космические объекты!

— Кочевники, — подтвердила испанка. — Кроме того, учитывая очень ограниченные возможности для передвижения в условиях атмосферы и гравитации, осесть на планете для сарацинов — билет в один конец. Когда закончится еда, всю стаю ждет голодная смерть.

— Лика, я не понимаю.

— Я пока тоже. Но больше информации нет, — развела руками испанка.

— А что за шипы, которыми в нас стреляли? — скривившись от боли, придвинулся к столу Леха и подпер кулаком щеку. — Они нас ими как из пулемета поливали!

— Ай, кларо! Шипы, — она вытащила свой неизменный смартком и жестом смахнула данные на тактический проектор. Освещение в кубрике поблекло, посреди отсека повисло трехмерное изображение заостренного шипа, напоминающего десятисантиметровый трехгранный дротик. — Извлекла из Кириного «Ратника». Застрял в керамфлексе, повезло, что не пробил. Пришлось бы вас обоих перематывать...

— Из чего он? — Кира осторожно, словно боялась порезаться, повертела пальцами проекцию.

— Что-то среднее между окаменелым хитином и костью, — доложила испанка. — Твердый и острый, как бритва, толщина режущей кромки — доли микрона. При удачном... или неудачном попадании может пробить бронекостюм.

— Да че за дичь? Костюм картечью не пробивается, — с недоверием выдохнул Бабич. — Сарацины усами протыкают, шипометы — шипами...

— Мягкая керамика «Ратника» устроена таким образом, чтобы держать кинетический удар. Другими словами, в точке приложения силы материал уплотняется и, разрушаясь, поглощает энергию картечи-пули. Чем сильнее удар, тем прочнее броня, — она сокрушенно покачала головой. — У этих шипов иное воздействие. Колюще-режущее, как у ножа. Пройдя по касательной, вызывает неглубокий порез. Как в прошлый раз вас сарацины усами потрепали. Примерно то же самое, только на дистанции.

— Хренасе, — скривился Леха. — То есть «Ратник» против них — ничто?

— Боюсь, что так, ми амадо. «Витязь» выстоит, у него бронепластины из титанита.

— А сколько у них шипов? Как далеко стреляют? — уточнила Кира.

— Не знаю, амига. Никто не знает. Наши сарацины — космические кочевники. Они не могут летать и использовать плазму в атмосфере. А шипометы научились плеваться шипами, и у них появились крылья.

— Крылья? — почти одновременно выдохнули Алексей с Кирой.

— Да, крылья. Я едва рассмотрела. Вот запись, замедленное воспроизведение, — она снова смахнула изображение со смарткома и щелкнула пальцами. Над палубой повисло уродливое костлявое существо с растопыренными лапками и несоразмерно маленькими полупрозрачными перепонками.

— Ну, это нихрена не крылья! Это так, подкрылки, — ухмыльнулся Бабич. — С таким оперением эта тварь...

— Это эволюция, Лешка, — задумчиво пробормотала Кира. — Они эволюционируют. Пока они заселяют маленькие планеты с тонкой атмосферой и низкой гравитацией, большие крылья им не нужны. Одного не пойму — зачем? Зачем саранче оседать на планете, обрекая себя на голодную смерть?

— У меня есть одна мысль, — странно склонив голову, заговорщически прошептала Кортес. — Помнишь ревунов на Сидло?

— Хочешь сказать, что сарацины чего-то испугались? Что-то заставляет их селиться на планетах? — тоже подавшись вперед, спросила Кира.

— Именно, амига! А еще это «что-то» в разы ускоряет их эволюцию!

— То есть ты считаешь, что «Сумрачный Халиф»...

— Девчули, хватит шептаться! — раздраженно буркнул Алексей. — Устроили ведьмин заговор, метлы на вас нет. Че там про ревунов?

— Твоя жена только что выдвинула гипотезу, что некая третья сила заставляет сарацинов сменить привычный образ жизни, — искоса взглянув на него, пояснила Кира. — Как ревунов на Сидло.

— А причем здесь «Сумрачный Халиф»?

— Кира думает, что «Сумрачный Халиф» — и есть третья сила, — не меняя позы, закончила испанка.

— ...Не хотел бы вас отвлекать от псевдонаучных изысканий, — Кира вздрогнула, когда в гарнитуре раздался голос Максима. — У меня тут две «Кроны» на сканере, идут наперехват. Нужно принять решение.

— Серые? — она подняла указательный палец, поставив разговор в кубрике на паузу.

— Нет, отметки зеленые. Транспондеры включены, — доложил Макс.

— Наверное, патруль со «Златы Обалы». Вызывают?

— Нет пока. Еще не зашли в зону приема.

— Сейчас буду, — растрепав свои все еще влажные русые волосы, Кира выбралась из-за стола. — С вами интересно, но мы к торговой станции подходим. Я в рубку.

— Мы с тобой! — решительно высвободилась из объятий мужа Анжела. — Лешка, чего расселся? Давай, второй пилот, мас рапидо! Вдруг Максу помощь нужна будет!

— Любимка, я же... — попытался было возразить Бабич, но Анжела уже скрылась в проеме вслед за подругой.

Две зеленые отметки встали почти вплотную по правому и левому борту, не оставив места для маневра. Макс сурово покачал головой — опасный пилотаж. Наемников из боевого охранения торговой станции это ничуть не беспокоило. Идущая слева «Крона», покачав корпусом из стороны в сторону, ненадолго легла на борт, продемонстрировав на экране перископа две плазменные пушки и ракету на внешнем подвесе.

— Здраво, варяги! — раздался в рубке хриплый голос с жестким южным акцентом. — Это патруль. Вы входите в сектор безопасности торговой станции «Злата Обала»! Отключите турели, сбросьте ход, назовите себя и цель вашего прибытия!

— Это «Спартанец», контракт шесть-восемь-четыре-раз, в трюме груз для торговой станции, — усевшись в капитанское кресло, отрапортовала Кира.

— Все верно, «Спартанец». Что так долго, бре? Мы вас вчера ждали. В астероиды забрели, что ли? — рассмеялся ведущий патруля. — Брод потрепанный весь!

— Да, сбились с курса немного, — уклончиво ответила Кира, скорчив «непонимающую» гримасу в ответ на выжидающий взгляд Максима.

— Буди искрена, подруга, — продолжал стебаться ведущий, покачивая плоскостями. — Султанский «Ифсанэ» искали? По каналу варягов заявка из Акрама уже прилетела?

— Парни, зачем так тесно? — оглянувшись, раздраженно бросил Макс, игнорируя жест девушки. — Дайте немного космоса!

— Полако, брате, полако, — рассмеялся патрульный.

— На станцию пустишь или нет? Дай уже дальний, наконец, — в сердцах рыкнул он. Наполи укоризненно покачала головой.

— Ха-ха, брате! Определись уже, кто у вас там хозяин, ты или девушка! — никак не успокаивался пилот «Кроны». — Курс не менять, сканирую трюм!

Экран «Андромеды» полыхнул красным транспарантом. Идущая справа «Крона» выдвинулась немного вперед и влево, оказавшись прямо перед тупым носом корабля варягов. Ведущий, наконец, отлип от левого борта и тоже прошел чуть вперед.

— Проверил, «Спартанец», все чисто. На станцию принять не могу, грузовой причал занят другим судном. Проследуйте за нами в зону ожидания. Повисите на рейде пару дней.

— Эй, секундочку! — Кира вскинула руки вверх, сохранив предельно спокойный деловой тон. — Какие пару дней? Знаете, сколько стоит суточный простой моего корабля? Высылайте грузовик и забирайте ваш груз!

— Этот контракт оплачен заранее, подруга. Мне плевать на твои убытки, я за них платить не буду. Сказал же, мы вас вчера ждали, — невозмутимо продолжал патрульный. — Если у тебя есть свой челнок, таскай контейнеры сама. Но учти, на станции сейчас много пилотов Союза Фронтеры. На борту есть султаны?

— Кто? Султаны? — раскрыв глаза, удивилась она. — В смысле, тюрки? Нет, это русский борт.

— Хорошо. Я лично ничего не имею против тюрков, просто мне неприятности на станции не нужны. На летную палубу небольшой корабль могу пустить, — ведущий обрубил канал связи.

Его «Крона» пыхнула форсажем и ушла далеко вперед. Перед носом «Спартанца» по-прежнему маячил силуэт истребителя его ведомого, не давая варягам увеличить ход. В рубке повисла тишина, нарушаемая только рокотом двигателей и ненавязчивым шумом кондиционеров и систем охлаждения.

— Так, экипаж. Нужно посоветоваться, — Кира выключила дальнюю корабельную и вопросительно обвела взглядом притихшую пилотскую кабину. — Можем сами доставить груз на «Птахе», можем пару суток болтаться на рейде. Предложения?

— Я за первый вариант. Хочется поскорее убраться из Фронтеры, — не оборачиваясь, поднял руку Климов. — Если что, кристалл заряжен.

— Согласен, — скривившись от боли, поддержал Алексей. — Но с погрузкой не помогу. Извиняй, Максыч, потрепался слегка.

— Я в деле. Выставим гравитацию на ноль-пять и все легко погрузим. Правда, Макс? — выглянула Кортес из штурманского кресла.

— А я возьму на себя такелаж, — улыбнулась Кира, демонстративно через боль разминая спину. — Максим, возьмешь меня в команду?

— Ух ты! Восемь девок один я, — он покачал головой и откинул страховочную скобу. — Леха, бери управление. Анжела, не торопись с гравитацией — вам магнитные подошвы нужны. Сколько говорил про форму одежды на борту...

Глава 6

Летная палуба старой орбитальной крепости представляла собой четыре расположенных крест-накрест огромных шлюзовых ангара. Каждый ангар широким пирсом делился на два причала. В свою очередь все ангары соединялись короткими пролетами с самой нижней, грузовой палубой. Здесь, на здоровенной площади полста на полста метров, царила настоящая рабочая суета. Электропогрузчики складировали ящики в высокие стеллажи рядом с лифтом в центре просторного отсека. Всюду сновали портовые рабочие с гривитележками и клерки в оранжевых жилетах. Группа пилотов в красных комбинезонах лениво курила в сторонке, изредка заходясь громким смехом. В общем, все двигалось и кипело, как в настоящем космическом порту.

Максим не особо следил за разгрузкой. Незачем было следить. Двое грузчиков монотонно перекладывали небольшие контейнеры с дорогими и не очень этикетками на гравитележку, опустошая трюм «Птахи». Медикаменты в белых ящиках стояли рядом и тоже ждали своего часа. На соседнем причале, сразу напротив их неуклюжего абордажного штурмовика, приютился стремительный треугольный силуэт «Кроны». К нему-то и было приковано все внимание отставного военлета.

Сквозь гул и шум Климов силился разобрать, о чем разговаривают темноволосый пилот истребителя и техник, но так и не услышал ни слова. Наконец, пилот что-то крикнул виновато потупившемуся технарю и широким, бодрым шагом направился к лифту. Проходя мимо, он заметил российский триколор на груди Макса и неожиданно резко остановился.

— Здраво, брате, — настороженно кивнул он. — Имаш цигару?

— Нет, не курю, — не вынимая руки из карманов, ответил Максим.

— Па добро, — незнакомец вытащил из нагрудного кармана пачку самовоспламеняющихся сигарет, закурил и глубоко затянулся. — Варяг?

— Ага.

— Стефан. Дай руку, — зажав сигарету зубами, пилот протянул Максу раскрытую ладонь.

— Макс, — он крепко ответил на рукопожатие. Внутри, где-то в глубине груди, затрепетало знакомое ощущение флотского братства.

— Рус?

— Да. Какая-то проблема с машиной? — Максиму просто захотелось поддержать разговор.

— Нет, не проблема, Макс. Тот будала заборавио ракету... как это сказать? На подвесе активирати...

— Забыл снять предохранитель? Активировать? — понимающе улыбнулся он. — Известное дело, с технарями бывает. Зарядить — зарядил, штифт преда не дернул.

— О, да! Военлет? — щелкнул пальцами Стефан, и дождавшись утвердительного ответа, ткнул куда-то вверх. — Айде, брате, на пиво? Та, друга палуба! Отпразднуем!

— Нет, Стефан, не могу, — Максим виновато указал на гравитележку, затем на паллету с медикаментами. — В другой раз, бро.

— Ну, важи. Пази се, Макс! — темноволосый хлопнул его по плечу и зашагал в сторону пролета, часто попыхивая сигаретой.

Незаметно подошедшая сзади Кира обняла обеими руками левый локоть Максима и склонила голову ему на плечо.

— О чем думаешь, военлет? — тихо проворковала она.

— О ней, — Климов коротко махнул рукой в сторону стоящей у причала «Кроны». — Машина так себе, но... это же истребитель!

— Скучаешь?

— Немного, — вздохнул он.

— Хочешь полетать? Я договорюсь. Я пересплю с темненьким, а ты на его истребителе полетаешь, — голос девушки изменился, стал другим, как тогда, в день их первого знакомства. Дерзко-насмешливым. — Минуты две у тебя будет, больше он не выдержит.

— Прекрати, — Макс коснулся губами ее головы, с удовольствием вдохнув запах волос — дорогие духи с оттенком каких-то экзотических трав. — Тоже мне, девчонка из бара...

— Придумала! — выпалила она, слегка потеревшись щекой о плечо пилота. — Давай поменяем эту «Крону» на нашу «Птаху». Махнем не глядя. Как бы там Леха сказал? Не, ну а че!

— Нет, Кира. Нашу «Птаху» ни на что не променяю. Ты мне в этой кабине впервые в любви призналась.

Они тихо рассмеялись. Кира чмокнула Максима в щеку и прижалась к нему еще теснее.

— О чем вы говорили?

— Да так, ни о чем, — отмахнулся он. — Так, перекинулись парой фраз.

— Ты знаешь сербский?

— Языки очень похожи. Мы и так друг друга поняли. Простой пилотский треп.

— Обичан пилотски чварак, — не поднимая глаз, пробормотала она хорошим сербским диалектом.

— О! Ты говоришь по-сербски? — удивленно посмотрел на подругу Максим.

— Милый, твоя женщина — майор военной разведки. Хватит уже удивляться. Быстро говори, о чем вы там трепались?

— Парень предложил выпить. Там, на второй палубе, — он пожал плечами. — Что там? Бар? Кафе? Ресторан?

— Раньше была столовка для пилотов. Сейчас не знаю. Может, столовка с баром? — что-то вспомнив, Кира резко подняла голову. — Черт, пиво! Я же вам с Лешкой пиво обещала!

— Забей... Мы же «до сегодня» не успели.

— Ну, вы же у меня молодцы. Первоклассные летуны! Пилоты-асы! Сквозь астероидный поток на руках прошли! — беззлобно съязвила девушка. — Сейчас с разгрузкой закончим, сходим с тобой за пивом. Я угощаю.

— Слушай! — немного отстранившись, Климов посмотрел ей прямо в глаза. — А знаешь, у меня идея! Сумасшедшая, как ты любишь.

— Заинтриговал! — она игриво склонила голову набок.

— Я приглашаю тебя на свидание!

— Серьезно?

— Серьезней некуда, — он взял ее за плечи.

— Прямо здесь, на «Злата Обала»? Посреди Фронтеры? — хихикнула Кира. — Более романтического места не нашлось?

— Кирка, с твоим характером я вообще не знаю, когда мне в следующий раз такая возможность представится!

— Климов, ты романтик? Постой, какая возможность?

— Ну, это... Свидание. Если подумать, мы ведь даже и не встречались толком, — Макс потупил взгляд. — Просто проснулись утром в одной постели...

— Ну как это? Мы же сначала Стэна победили! — сквозь смешок напомнила она.

— Не считается. Кира Витольдовна, я приглашаю тебя на свидание!

— На колено забыл встать, офицер! Стой, — негромко рассмеявшись, девушка схватила его за локоть, не дав опуститься на колено. — Я пошутила, дурачок. Я и так согласна. Когда встречаемся?

— Прямо сейчас. Сделаем, как в первый день нашего знакомства! Только теперь я пойду на «другу палубу», найду эту забегаловку и приготовлю столик. А ты проследишь за... закончишь разгрузку и поднимешься следом, — заговорщически прошептал он. — Это будет наше второе свидание. Или третье?

— А может, первое? Ну, как будто мы совсем не знакомы? — широко раскрыв глаза, подыграла Кира.

— Знаешь, Кир, за что я тебя люблю? Мы с тобой на одной волне. Даже мыслим одинаково, — Климов привлек девушку к себе и хотел поцеловать.

— Подождите, Максим Сергеевич, — она неожиданно уперлась ладонями ему в грудь. — Мы еще даже на свидание не сходили!

— Девушка, вы чертовски очаровательны. Простите, не могу держать себя в руках.

— Вы тоже очень даже ничего, товарищ военлет. Я обязательно присяду к вам за столик... как покончу с делами.

По-офицерски сдержанно козырнув, Максим направился было к лифту, но задержался.

— Кира, а может, нам здесь каюту снять? До завтра?

— Ничего себе, вы самонадеянный, товарищ старший лейтенант! — от души расхохоталась Кира. — Я девушка порядочная, на первом свидании в каюту к мужчине не хожу! Хотя, если это будет русский офицер со светлыми волосами и голубыми глазами, как у вас...

Она кокетливо улыбнулась и многообещающе похлопала ресницами. Кивнув, Макс сделал шаг в сторону лифта, но снова вернулся.

— Кир, еще одно. Знаю, ты будешь против, но я настаиваю, — он ловко снял с ее уха гарнитуру ближней корабельной связи. Сдернул свою и сунул оба устройства себе в карман. — Побудем только вдвоем, хорошо?

— Идите уже, товарищ офицер. Там все столики займут, — не переставая улыбаться, прогнала его Кира и оглянулась на грузчиков. — Айде! Пожурите, момци, у меня рандеву намечается. Чего гледате? Свидание, говорю.

— Биче ураджено, шефице! — грузчики понимающе переглянулись, заухмылялись и слегка ускорили темп. — Сделаем, хозяйка.

Наполи неспешно прошлась вдоль пирса туда и обратно, бездумно считая шаги. Фигура Максима уже скрылась из вида, затерявшись в суетливой возне грузовой палубы. Девушка немного постояла у края площадки и снова зашагала обратно, лениво разглядывая серые переборки ангара. Время словно застыло. От нечего делать она двинулась к соседнему причалу и под недоверчивым взглядом техника в мельчайших деталях изучила белую «Крону» Союза Фронтеры.

Минуты тянулись невыносимо медленно. Стеллаж с алкоголем казался бесконечным, а паллета с медициной так вообще до сих пор оставалась нетронутой. Тяжело вздохнув, Кира в который раз отправилась по ставшему уже привычным маршруту «причал-пролет».

Внезапно навстречу выплыл знакомый темноволосый Стефан в сопровождении молодой тюрчанки в откровенном коротком платье. Черные волосы, высокие скулы, прямой нос — восточные черты лица отлично гармонировали с ее чуть раскосыми, ярко-зелеными глазами. Незнакомка была очень хороша собой. Залюбовавшись, Кира не сразу отметила, что парочка уже сильно навеселе. «Казалось бы, когда успел так нарезаться-то?» — усмехнулась она.

— ...Когда... Нужно найти... Пилоти... А командант говорит... — сильно жестикулируя, пытался что-то объяснять подруге незнакомец. Спутница не сводила с него своих огромных зеленых глаз. — Все гледают султанку, и наши, и ваши. Вникаешь? А никто не найдет!

— Почему? — удивленно отшатнулась восточная девушка, едва не потеряв равновесия.

— Зато што она здесь, Дилара!

Услышав последнюю фразу, Кира резко остановилась и прислушалась. Разойдясь с ней встречным курсом, парочка сильно отдалилась в сторону причалов, их нетрезвые голоса почти растворились в портовом шуме. Выбрав удобную позицию, Наполи с сожалением отбросила романтический настрой и стала выжидать возвращения болтливого пилота. Как назло, тот со своей Диларой все никак не хотел идти назад. Стефан даже попробовал усадить поддатую подружку в кабину своего истребителя. Она честно старалась, так старательно сверкая пухлыми смуглыми ляжками, что грузчики у «Птахи» совсем перестали перебирать контейнеры. «Да чтоб вас!» — про себя выругалась Кира и пустилась в обратный путь, едва сдерживаясь, чтоб не ускорить шаг.

— А где сейчас султанка? — выбравшись на причал и одернув, наконец, подол, пытливо уставилась на пилота зеленоглазая тюрчанка.

— Ясно же, где! Сидит в своей каюте и ждет наблюдателя КонФра! Друга палуба. Хочешь, тоже сгледаем себе каюту, Дилара?

— Развратник! — хихикнула девушка и слегка шлепнула ухмыляющегося Стефана по щеке.

Чтобы умножить два на два не нужен калькулятор. В голове отставного майора разведки сложилась четкая и ясная картинка. Пустой «Ифсанэ», пять серых отметок вблизи второго пояса астероидов, белые «Кроны» Союза Фронтеры в ангарах, стеб ведущего патруля, грузовой причал занят транспортным кораблем. Султанка сидит в каюте наверху. КонФра — Контрразведка Фронтеры. Наблюдатель КонФра — специальный агент. Айлин Гюнес здесь, на станции. Наполи даже не сразу поверила своей удаче. Что там Леха говорил? Слишком много «случайно»? Она привычным жестом коснулась левого уха... Нет гарнитуры! Вся связь у Максима в кармане. Коротко кивнув грузчикам, Кира торопливо двинулась к центральному лифту.

На второй — главной — палубе было значительно тише и спокойней. Девушка повертела головой, вспоминая схему старинных орбитальных крепостей. Четыре широких, светлых пролета, выстланных красной ковровой дорожкой — расходятся от лифта в разные стороны. Налево — столовка-кафе-ресторан, оттуда доносится музыка и нетрезвые голоса празднующих какую-то победу пилотов. Там сидит в одиночестве и ждет свою женщину Максим. Прямо — служебные помещения, надпись «Только для персонала» говорит сама за себя. Позади — склады и аппаратные отсеки. Направо — гостевые каюты. Немного поразмыслив, Кира уверенно двинулась в правый коридор.

Гостевой сектор состоит из восьми кают. Как узнать, где содержится Айлин Гюнес, пленная племянница Султана? Конечно, по стоящему у входа здоровенному сербу-охраннику в серо-голубом костюме службы безопасности станции.

— Ливе, Фронтера, — проходя мимо уверенным шагом, бросила охраннику Наполи. — Султанка здесь?

— Ливе, Фронтера, — окинув взглядом ее синий летный комбинезон, нехотя откликнулся здоровяк и преградил ей путь рукой. — Что-то гледаешь, цурица? Тут посторонним не рады.

— Наблюдатель КонФра Кира Наполи. Дай дорогу.

— Я жду камрада Аджи. Тебя не знаю. Лучше уходи с миром, а то будет лоше.

— Не поняла... Ты только что пригрозил наблюдателю КонФра? — Кира посмотрела на охранника своим отточенным тяжелым взглядом. — Смотреть в глаза! Ты кто? Боец Союза Фронтеры или крепостной швейцар в ливрее!

Охранник поспешно опустил голову, отступил в сторону и открыл дверь каюты.

— Никак нет, камрад наблюдатель. Я из службы охраны. Опростите. Меня не предупредили, что будет рускиня.

Не сводя с него глаз, Наполи шагнула вперед и рывком закрыла за собой дверь.

В нос ударил насыщенный запах свежесваренного кофе. Внутри небольшого уютного помещения, за высоким барным столом, сидели две девушки. Айлин Гюнес Кира узнала сразу — невысокая темноволосая полнушка в широких джинсах и футболке, с приятным восточным личиком, глубокими черными глазами и запуганным взглядом. Вторая — блондинка в красном летном комбинезоне, при виде гостьи инстинктивно вскочила со своего места.

— Ко сте ви? — резко потребовала пилотесса, положив правую руку на кобуру с пистолетом.

— Наблюдатель КонФра Кира Наполи, — небрежно козырнула Кира. — Ты свободна. Этого недоумка у входа тоже забери, отсвечивает своим мундиром на весь пролет. Где конспирация?!

— Разумем! Как вы так быстро... — начала было блондинка.

— Имя, звание? — отрезала Наполи.

— София Полич, пилот наскока. Мы не ждали вас так рано, камрад...

— Каждая минута на счету, пилот София. Я здесь по распоряжению камрада Аджи, — отмахнулась она. — Ты молодец. Свободна.

— Извините, камрад наблюдатель... А где тогда камрад Аджи?

— Еще в пути! Пилот. София. Ты — свободна, — чеканя слова, приказала Кира. Даже ей стало противно от своего надменного тона. — Покинула каюту, живо! Ливрею от входа — долой!

— Тако е, камрад наблюдатель! — вскинула руку София Полич и стремительно выскользнула в коридор.

Едва створка двери закрыла проем, Айлин вскочила с места и запричитала сквозь слезы:

— Вам не заплатят! Выкупа не будет! Мой дядя...

— Тихо! — мгновенно сократив дистанцию, Кира схватила девушку за плечо и зажала ей рот. За дверью послышалась короткая перебранка, затем все стихло. — Я пришла помочь. Я верну тебя домой, ясно? Не кричим?

Айлин послушно закивала головой. Наполи осмотрелась — широкая коечка под голубым покрывалом, барный стол, два стула, мини-холодильник, сенсорная панель на стене для выхода в сеть. В углу туалетная комната, отделенная занавеской. Стандартная гостевая каюта. Загадка номер раз — как сбежать с космической станции, не привлекая внимания персонала?

— У тебя вещи какие-нибудь есть? Одежда? — тихо, одними губами, спросила она.

— Нет. Все осталось там, на корабле, — по лицу Айлин потекли крупные слезы. — Скажите, а вы кто?

— Не важно, — наскоро проверив содержимое шкафчиков и заглянув в туалетную комнату, Кира критически осмотрела тугую косу девушки. — Волосы настоящие?

— Конечно, настоящие. Это же...

Приложив указательный палец к губам, Наполи торопливо принялась распускать волосы попытавшейся возразить Айлин, пару раз несильно шлепнув ее по рукам. Через три минуты аккуратная красивая коса превратилась в черную копну, закрывающую половину лица. Кира размашистыми движениями распушила густую гриву султанки.

— Так, главное не расчесывать!

— У-уу... — протяжно заныла племянница Великого Султана и снова пустила слезу.