Kitobni o'qish: «Ванины истории. Часть 1»

Ванины истории

Сборник сказок

От Вани — перед началом

Здравствуйте, мои дорогие читатели!

Меня зовут Ваня. Больше всего на свете я люблю замечать истории там, где другие видят самые обыкновенные вещи. Стоит старому фонарю мигнуть в сумерках — и мне уже кажется, что он передаёт кому-то тайный сигнал. Стоит бумажному кораблику исчезнуть за поворотом ручья — и я начинаю думать, к каким берегам он отправился. А если ночью на кухне тихонько звякнет чашка, я почти уверен: это дом решил напомнить, что у него тоже есть свои секреты.

Сейчас я расскажу вам несколько историй. В них будут храбрые дети, говорящие звери, маленькие чудеса и большие решения. Иногда героям станет страшно, иногда смешно, а иногда придётся признать свою ошибку. Но рядом обязательно найдётся тот, кто поможет, поддержит или просто выслушает.

Устраивайтесь поудобнее. Можно укрыться пледом, взять чашку тёплого какао и позвать кого-нибудь, кому вы доверяете. Только оставьте рядом немного свободного места — вдруг одна из сказок захочет сесть поближе.

Ну что, готовы? Тогда начинаем.

Ваш Ваня

Сказка 1. Фонарик для Луны

В маленьком городке, где крыши домов теснились друг к другу, жил мальчик Егор. Он любил вечер больше утра. Утром всё было слишком понятным: булочная открывалась, автобус приезжал на остановку, сосед выводил на прогулку важного бульдога. А вечером окна загорались одно за другим, тени становились длиннее, и знакомая улица превращалась в дорогу, полную загадок.

У Егора был старый карманный фонарик. Когда-то дедушка брал его на рыбалку, потом подарил внуку и сказал:

— Свет нужен не только для того, чтобы видеть дорогу. Иногда он нужен, чтобы другой понял: его ждут.

Егор запомнил эти слова, хотя не до конца их понимал.

Однажды над городом поднялась огромная круглая Луна. Она была такой яркой, что фонари на улице казались маленькими жёлтыми пуговицами. Егор подошёл к окну и вдруг заметил на лунном краю тёмное пятнышко. Оно дрогнуло, будто Луна моргнула.

— Наверное, ей не хватает света, — решил мальчик.

Он включил фонарик и посветил в небо. На стекле отразился светлый круг. Тогда Егор вышел во двор, поднял руку как можно выше и снова нажал кнопку. Но до Луны было далеко.

Во дворе сидела девочка Соня из соседнего подъезда. Она недавно переехала и почти ни с кем не разговаривала.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Помогаю Луне. У неё погас кусочек.

Соня посмотрела вверх и серьёзно кивнула:

— Одного фонарика мало. Нужен высокий маяк.

Ребята вынесли табуретку, потом стремянку, но луч всё равно не доставал. Они позвали дворника дядю Колю. Тот не стал смеяться, а принёс длинную палку и прикрепил фонарик к самому концу. Конструкция качалась, скрипела и была похожа на удочку для великанов.

— Держим вместе! — скомандовал Егор.

К ним присоединились две бабушки со скамейки, мальчишки с футбольного поля и даже хозяин важного бульдога. Кто-то держал палку, кто-то направлял, кто-то просто подбадривал. Фонарик светил вверх, а люди впервые за долгое время стояли во дворе не по своим делам, а ради одной общей затеи.

Вдруг тёмное пятнышко исчезло. Луна снова стала ровной и светлой.

— Получилось! — закричала Соня.

На самом деле маленькое облако просто ушло с лунного края. Но никто не стал спорить. Дядя Коля принёс чай в термосе, бабушки — печенье, и во дворе устроили настоящее ночное чаепитие.

Егор заметил, что Соня больше не сидит одна. Она рассказывала ребятам, как сделать маяк из банки и цветной бумаги, и смеялась громче всех.

Когда все разошлись, фонарик вдруг мигнул и погас — села батарейка. Егор расстроился, но дедушка, услышав историю, улыбнулся:

— Значит, свет добрался куда нужно.

— До Луны?

— Может быть. А может, до человека, который чувствовал себя одиноко.

Егор посмотрел в окно. В соседнем доме Соня стояла у стекла и светила ему маленькой настольной лампой: три коротких вспышки, одна длинная и ещё три коротких.

Егор ответил тем же, включив свет в комнате. В двух окнах ещё долго перемигивались огоньки.

Сказка 2. Капитан бумажного корабля

После сильного весеннего дождя вдоль деревенской дороги побежал широкий ручей. Он огибал камни, нырял под доски мостика и весело торопился к реке. Братья Миша и Костя сложили из тетрадных листов целую флотилию. На каждом кораблике они написали имя и нарисовали флаг.

Самый красивый корабль принадлежал Мише. Он сделал высокий нос, двойные борта и приклеил мачту из спички.

— Назову его «Отважный», — сказал Миша. — Он доплывёт до самого моря.

Костин кораблик был кривоват и назывался «Плюх». Братья поставили суда на воду. «Плюх» сразу закружился возле травинки, а «Отважный» уверенно понёсся вперёд.

Ребята бежали следом, перепрыгивая лужи. Вдруг впереди показалась решётка водостока. Вода проходила сквозь неё, а ветки, листья и мусор застревали. «Отважный» мчался прямо туда.

— Лови! — крикнул Костя.

Миша лёг на мокрую землю и протянул руку, но кораблик проскользнул между пальцами. Он прижался к решётке, накренился и начал размокать.

Тут из-под дощатого мостика послышался писк. На маленьком островке из листьев сидел мышонок. Вода прибывала, и островок таял на глазах.

— Надо его спасать! — сказал Костя.

— А корабль? — растерялся Миша. Он трудился над ним всё утро.

Мышонок снова пискнул. Миша вздохнул, вытащил «Отважного» из решётки и поставил рядом с островком. Бумажный борт уже стал мягким, но ещё держался. Мышонок осторожно перебрался на палубу.

— Теперь нужен капитан, — сказал Костя.

Они шли по берегу и длинной веткой направляли кораблик к мелкому месту. Однако течение подхватило судно и понесло к трубе под дорогой. Внутри было темно, вода грохотала, а противоположный выход находился далеко. Братья держались на безопасном расстоянии от края.

Миша хотел схватить корабль, но не успел. «Отважный» вместе с пассажиром исчез в трубе.

— Я пойду на другую сторону! — крикнул Костя.

Братья помчались через мост. Несколько секунд ничего не происходило. Потом из трубы показалась мачта, за ней — помятый нос. Кораблик выплыл, но течение несло его прямо к реке.

У выхода из трубы мальчики встретили папу. Костя хотел шагнуть в воду, но тот остановил его и сам подхватил кораблик у берега. Миша придержал бумажный борт, чтобы мышонок не упал.

Мышонок был цел. Он дрожал, прижавшись к мачте. Ребята отнесли его к сухому сену возле сарая. Зверёк мигом юркнул внутрь, но через мгновение высунул нос, словно благодарил своих спасателей.

«Отважный» выглядел печально: флаг размок, один борт расправился, буквы потекли синими ручейками.

— До моря он уже не доплывёт, — сказал Миша.

— Зато стал настоящим спасательным кораблём, — ответил Костя. — Не всякий морской капитан может этим похвастаться.

Дома они высушили судно на батарее и поставили на полку. Рядом Миша прикрепил картонную табличку: «Корабль “Отважный”. Совершил один рейс. Спас одного пассажира».

А вечером папа принёс большой лист плотной бумаги. Братья сложили новый корабль вместе и назвали его «Дружный». На этот раз решили запускать его в неглубоком пруду вместе с папой.

Сказка 3. Ёжик и потерянный звук дождя

В лесу жил ёжик Колючка, который собирал звуки. В пустых ореховых скорлупках он хранил шорох мышиных лапок, в ракушке — далёкий гул реки, а в маленьком стеклянном пузырьке — смех ручья. Больше всего Колючка любил звук дождя по листьям. Под него уютно засыпалось, сладко мечталось и совсем не было страшно одному.

Но однажды дождь пришёл беззвучный. Капли падали с неба, стекали по веткам, собирались в лужах — и всё это происходило в полной тишине.

— Кап-кап? — осторожно подсказал Колючка.

Дождь ничего не ответил.

Лесные жители встревожились. Лягушки не могли начать вечерний концерт, потому что привыкли вступать после первых капель. Грибы боялись расти: без дождевой песни они не понимали, наступила ли сырая погода. Даже старый филин не сомкнул глаз — тишина оказалась громче любого шума.

Колючка надел плащ из лопуха и отправился искать потерянный звук. Сначала он пришёл к ручью.

— Может, дождь оставил песню у тебя?

Ручей зажурчал, но это был его собственный голос. На дне Колючка нашёл лишь гладкий камешек.

Потом ёжик поднялся к дятлу.

— Постучи по дереву, как дождь.

Дятел выбил быстрый ритм: тук-тук-тук. Похоже, но слишком строго. Дождь пел мягче.

Белка бросила горсть желудей на сухие листья. Получилось звонко и весело, однако это был звук осеннего хоровода, а не дождя.

К вечеру Колючка устал. Он сел под большим клёном и услышал тихий плач. На нижней ветке дрожало маленькое серое облако. Оно запуталось в кроне и не могло подняться.

— Это ты потеряло звук? — спросил ёжик.

Облако всхлипнуло и кивнуло:

— Я впервые должно было устроить дождь. Так волновалось, что пролило все капли сразу, а песню забыло высоко в небе.

Колючка задумался. Вернуть облако наверх он не мог, зато мог помочь ему вспомнить. Он позвал друзей. Дятел застучал медленно, белка стала ронять жёлуди по одному, ручей зажурчал тише, лягушки добавили низкое «ква», а филин взмахивал крыльями, создавая шелест ветра.

Сначала получалась неразбериха. Каждый старался быть громче остальных. Тогда Колючка поднял лапку:

— Дождь не спорит сам с собой. Давайте слушать друг друга.

Все начали заново. Тук… ш-ш-ш… плюх… кап… Музыка стала ровной и тёплой. Облако перестало плакать, расправилось и вдруг запело настоящими каплями. Дождь снова обрёл голос.

Капли застучали по листьям, грибным шляпкам и крыше ёжикиного домика. Облако стало лёгким и поднялось над деревьями.

— Спасибо! — прошептало оно сверху. — Теперь я не забуду песню.

Колючка вернулся домой и достал самую большую ракушку. Он хотел сохранить новый звук, но потом передумал. Эта песня принадлежала всем, кто научился слышать друг друга.

С тех пор, когда над лесом начинался дождь, можно было различить в нём и стук дятла, и журчание ручья, и шелест крыльев. А если слушать особенно внимательно, между каплями звучал тихий голос Колючки:

— Слышите? — шепнул Колючка. — Теперь у каждого звука есть своё место.