Kitobni o'qish: «Путеводитель по Библии»

Name: Путеводитель по Библии
Author: Айзек Азимов
ISBN: 978-5-9524-6394-3

Айзек Азимов

Shrift:

ISAAC ASIMOV

ASIMOV'S GUIDE

THE BIBLE

This translation is published by arrangement with Doubleday, an imprint of The Knopf Doubleday Publishing Group, a division of Random House, Inc.

Вступление

Библия – самая значительная книга в мировой истории: по количеству переизданий ей нет равных. Ни одну книгу за всю историю человечества не изучали и не анализировали так тщательно, и все же Библия настолько сложна, а ее исследователи настолько скрупулезны, что и спустя тысячелетия о ней можно писать все новые и новые труды.

До сих пор я написал только две брошюры для молодых читателей о двух первых книгах Библии («Трудные слова в Книге Бытия» и «Трудные слова в Книге Исхода»), но мне давно хотелось заняться работой более широкого масштаба, посвященной светским аспектам Библии.

Большинство читателей Библии стремятся прежде всего приобщиться к запечатленному в ней этическому и духовному учению, но у Библии есть и мирская сторона. Это историческая книга, охватывающая первые четыре тысячелетия человеческой цивилизации.

Разумеется, Библию нельзя назвать исторической книгой в современном смысле, так как ее создатели не располагали современными методами археологии и не придерживались современных норм датировки и документирования, а также критериев того, что является важным с исторической точки зрения, а что – нет. Кроме того, интересы авторов Библии сосредоточены в основном на событиях, происходивших в Ханаане – небольшой азиатской области на побережье Средиземного моря. В светской истории ранних цивилизаций эта область играет не слишком существенную роль, и современные историки, в отличие от создателей Библии, уделяют ей не так уж много внимания.

Тем не менее, для большинства людей западной цивилизации на протяжении последних двух тысячелетий Библия фактически была единственной исторической книгой. Даже сегодня она остается самым популярным в мире историческим произведением, и библейская точка зрения на события древней истории распространена гораздо шире, чем любая иная.

Вот почему миллионы людей в наши дни знают о Навуходоносоре, но при этом никогда не слыхали о Перикле: ведь Навуходоносор – один из заметных персонажей Библии, а о Перикле в ней не сказано ни слова.

Миллионы знают персидского царя Артаксеркса, взявшего в жены Есфирь, несмотря на то что никаких свидетельств об этом событии, помимо библейских, не существует. В большинстве своем эти читатели даже не подозревают, что этот самый царь современным историкам более известен под именем Ксеркса и что самым важным событием его царствования было вторжение в Грецию, закончившееся для него сокрушительным поражением. А в Библии об этом вторжении вообще не упоминается.

Миллионам людей известны такие малозначительные египетские фараоны, как Шешонк или Нехо, но они никогда не слыхали о великом фараоне-завоевателе Тутмосе III, – только потому, что первые упоминаются в Библии, а последний – нет. Вдобавок им хорошо знакомы такие библейские персонажи, как Нимрод или царица Савская, само существование которых вызывает сомнения. И в то же время личности, имевшие в свое время колоссальное значение, преданы забвению, потому что о них Библия молчит.

Опять-таки, маленькие ханаанские города – например, Сихем или Вефиль, – в которых происходили описываемые в Библии события, даже в наши дни известны гораздо шире, чем те крупные древние метрополии – например, Сиракузы или египетские Фивы, – о которых в Библии не упоминается или говорится лишь вскользь.

Более того, даже о крупных городах многим известно лишь то, что сказано о них в Библии. Так, Экбатану, столицу Мидийской империи, помнят лишь в связи с Товитом, а о предшествующей и последующей ее истории большинство людей имеют весьма смутное представление и нередко с удивлением узнают, что этот город существует и по сей день как крупный административный центр одной из областей современного Ирана.

Итак, эта книга предназначается для читателя, который знаком с Библией – по крайней мере, в общих чертах, – но которому мало что известно о древней истории помимо того, о чем в Библии рассказывается. Думаю, что читатель, заинтересованный в устранении «белых пятен» в повествовании, должен полагать, что понять Библию будет легче, если места и люди, о которых в ней говорится, станут менее загадочными. Ведь эти места и люди были хорошо известны первым читателям Библии, и весьма печально, что многое в такой важной книге с течением столетий теряет ясность.

Я попытаюсь хотя бы частично исправить это. Так, я попробую выяснить, кто такой Нимрод, определить, когда Авраам вошел в Ханаан и где находилось царство Давида, установить личности известных нам только по Библии правителей, сражавшихся против царств Израиля и Иуды, и вычислить, какие родственные отношения связывали Иродов, с которыми сталкивались Иисус и апостолы.

Короче говоря, я попытаюсь рассмотреть Древний мир с точки зрения библейской истории и, в свою очередь, разъяснить библейские события, добавив к ним исторические, географические и биографические сведения, отсутствующие в Библии.

При такой работе неизбежно возникает искушение ввести датировку, хотя соотнести с определенными датами можно лишь очень немногие библейские события. И все же для удобства можно воспользоваться относительно условной «периодизацией».

Всю эпоху от зарождения древнейшей цивилизации – скажем, от 4000 г. до н. э. и до 100 г. н. э. – можно в совокупности назвать библейским периодом. Время от самого начала этого «Библейского периода» и до 400 г. до н. э. – это ветхозаветный период, от 400 г. до н. э. до 4 г. до н. э. – междузаветный период, а тот этап, начало которого приблизительно совпало с началом новой эры, – новозаветный период.

Библейский период можно разбить на меньшие этапы:

4000 г. до н. э. – 2000 г. до н. э. – первобытный период

2000 г. до н. э. – 1700 г. до н. э. – период патриархов

1700 г. до н. э. – 1200 г. до н. э. – египетский период

1200 г. до н. э. – 1000 г. до н. э. – период Судей

1000 г. до н. э. – 900 г. до н. э. – царство Давида

Последующие этапы удобнее всего именовать по названиям тех народов, которые господствовали в Западной Азии в соответствующий период:

900 г. до н. э. – 600 г. до н. э. – ассирийский период

600 г. до н. э. – 540 г. до н. э. – вавилонский период

540 г. до н. э. – 330 г. до н. э. – персидский период

330 г. до н. э. – 70 г. до н. э. – греческий период

70 г. до н. э. – 100 г. н. э. – римский период

На протяжении последнего столетия греческого периода евреи в период правления Маккавеев на короткое время завоевали независимость, поэтому столетие от 170 г. до н. э. до 70 г. н. э. мы будем называть «периодом Маккавеев».

Я не могу претендовать, что эта моя работа является незаурядным вкладом в изучение Библии: у меня нет на это никакого права. Все, что мне хотелось бы сказать, хорошо известно студентам, изучающим древнюю историю. (Хотя в нескольких местах я позволил себе личные размышления и отметил это.)

Тем не менее, надеюсь, что этот хорошо известный материал будет теперь представлен в новом виде, в едином стиле и единой манере – что, возможно, представит интерес для читателя Библии.

Я старался избегать в этой книге всякой официальности и не стремился строго придерживаться каких-либо жестких правил. Свои рассуждения о каком-либо месте или персонаже я с легкостью прерывал, если мне казалось, что их значение станет яснее, если я вернусь к ним позже. Я пропускал те спорные места, из которых, по моему мнению, нельзя было извлечь какую-то пользу или интерес, и без особого беспокойства позволял себе отвлекаться, если чувствовал, что это отступление будет полезным.

И опять же, так как эта книга не предназначена быть учебным пособием, я не обременял ее ссылками на источники. К тому же источники, которыми я пользовался, общеизвестны.

Прежде всего это конечно же различные варианты Библии:

а) Официальный вариант, впервые опубликованный в 1611 г. и более известный как Библия короля Якова. Этой Библией пользуются в различных протестантских церквях, и она лучше всего известна большинству американцев. Я привожу цитаты по этому варианту, кроме особо оговоренных случаев;

б) Исправленный стандартный перевод Томаса Нельсона и сыновей (1946, 1952 и 1959 гг.);

в) Новое католическое издание Святого Иосифа. Catholic Book Publishing Со., 1962 г.;

г) Иерусалимская Библия, Doubleday and Со., 1966 г.

д) Священное Писание согласно масоретскому тексту, Американская ассоциация еврейских издателей (The Jewish Publishing Society of America), 1955 r.;

е) В основном я полагался на вышедшие к настоящему времени тома Толковой Библии «Энкор Байбл» (Doubleday), так как в них содержатся последние достижения библеистики и весьма глубокие толкования.

В Новом католическом издании содержится многое из апокрифов; кроме того, я пользовался Библией короля Якова и Исправленным стандартным переводом.

Помимо этого, я постоянно обращался за справками к «Новому стандартному словарю Библии» (A New Standard Bible Dictionary, 3rd revised edition, Funk and Wagnails Company, 1936), «Абингдонскому комментарию к Библии» (The Abingdon Bible Commentary, Abingdon Press, 1929) и «Библейскому словарю» Джона Л. Маккензи (John L. McKenzie, S.J. Dictionary of the Bible. Bruce Publishing Company, 1965).

И еще я пользовался общими энциклопедиями и словарями, книгами по истории и географии и многими другими источниками.

В результате… что ж, результат сам себя покажет, когда вы перевернете страницу.

Ветхий завет

1. Бытие

Бытие

Библия начинается, как и положено, с начала. Самый первый стих гласит:

Быт., 1: 1. В начале…

Фраза «В начале» – это перевод еврейского слова «берешит». В некоторых случаях первое слово библейской книги служило названием для всей книги (наподобие того, как папские буллы получают название по двум начальным словам). Поэтому еврейское название первой книги Библии – «Берешит».

Впервые Библия была переведена на другой язык в III столетии до н. э., и этим языком был греческий. Согласно преданию, этот греческий вариант основан на трудах семидесяти ученых мужей («семидесяти толковников») и поэтому известен под названием Септуагинта – от латинского слова, означающего «семьдесят».

Все книги Библии в Септуагинте получили греческие названия. От еврейского обычая использовать первые слова текстов переводчики отказались и дали книгам описательные наименования.

Народы Книги Бытия

Первая книга, известная нам как Бытие, была названа «Genesis», что буквально означало «возникновение». Имелось в виду, что речь в ней идет о возникновении жизни и всего сущего. И действительно, первая книга Библии начинается с рассказа о сотворении неба и земли.

Согласно древнему преданию, первые пять книг Библии были написаны Моисеем – героем народных легенд, который, как сообщается во второй из этих пяти книг, вызволил сынов Израилевых из египетского рабства. Современные ученые считают гипотезу об авторстве Моисея неубедительной и полагают, что древнейшие книги Библии едва ли могли быть созданы одним автором. Скорее всего, это тщательно отредактированная компиляция из множества источников. И все же полное название первой книги Библии, как оно обычно дается в английском переводе, по-прежнему звучит так: «Первая книга Моисеева, именуемая Бытие».

В первых пяти книгах Библии не только излагается традиционная история прародителей израильского народа, но и описывается, как Бог даровал Моисею свод заповедей, а Моисей, в свою очередь, передал их народу Израиля. Именно поэтому законы, свод которых в действительности постепенно складывался в ходе столетий, и получили название «Моисеева закона» или просто «Закона». Еврейское название первых пяти книг Библии – Тора – на еврейском языке собственно и означает «закон».

Греческое название первых пяти книг – «Pentateuch» (Пятикнижие). Не так давно было признано, что шестая книга Библии тесно связана с первыми пятью и происходит из тех же источников. Поэтому мы вправе рассматривать первые шесть библейских книг в совокупности как «Hexateuch» (Шестикнижие).

Бог

Средоточие Библии – Бог, и Бог входит в повествование сразу же:

Быт., 1: 1. В начале сотворил Бог небо и землю.

Слово «Бог» здесь – это перевод еврейского слова «Элохим», которое представляет собой множественное число и на самом деле должно переводиться как «боги». Возможно, что в самых ранних преданиях, на которых основана Библия, сотворение мира действительно было делом рук множества богов. Создатели Библии, убежденные монотеисты, должно быть, тщательно устраняли подобные следы политеизма, но с прочно укоренившимся выражением «Элохим» ничего поделать не смогли. Изменять его было бы слишком бесцеремонно.

Однако похоже, что после редактирования некоторые следы политеизма в Библии все же сохранились. Например, когда первый созданный Богом человек нарушил его запрет не есть яблоки с древа познания, Бог сказал:

Быт., 3: 22. …вот, человек стал как один из Нас, зная добро и зло…

А несколько позже, когда Бога обеспокоила человеческая самонадеянность при попытке построить башню до неба, он произнес:

Быт., 11: 7. Сойдем же, и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого.

Можно, конечно, возразить, что это не является настоящим свидетельством раннего политеизма. Ведь нетрудно представить, что Бог по-царски использует слово «мы», или обращается к сонму ангелов, или даже, с христианской точки зрения, – к ипостасям Троицы.

Но тем не менее, насколько известно из истории религии, ранние верования всегда были политеистическими, а монотеизм является более поздней стадией в развитии религиозных воззрений.

День седьмой

Аккуратно и лаконично, но с чрезвычайной мощью и красотой первые тридцать четыре стиха Библии излагают историю сотворения мира. В них описываются шесть актов творения, следующих один за другим в течение шести дней:

Быт., 2: 2. И совершил Бог к седьмому дню дела Свои… и почил…
Быт., 2: 3. И благословил Бог седьмый день, и освятил его…

Здесь отмечается традиционное введение субботы – дня, отличного от остальных дней недели и посвященного Богу¹.

Роль, которую играл день субботний в иудаизме, вначале была совсем незначительной, но впоследствии стала огромной. Линией одного из самых крупных водоразделов в еврейской истории стало вавилонское пленение. Оно пришлось на VI в. до н. э., и в дальнейшем мы будем возвращаться к нему неоднократно. Именно эта линия водораздела, относящаяся к VI в., будет подразумеваться, когда речь пойдет о периоде «до пленения» или «после пленения».

В текстах, относящихся к периоду «до пленения», суббота в Библии почти не упоминается, и, похоже, значение ее для израильтян было не столь велико. Но в период «после пленения» соблюдение субботы приобретает огромную важность: евреи скорее согласились бы умереть, чем нарушить этот обычай.

Заманчиво предположить, что соблюдение субботы имело вавилонское происхождение и что для евреев в изгнании оно приобрело новый смысл. Первые главы Бытия никоим образом не могут свидетельствовать о глубокой древности субботы в ее наиболее священном значении: в настоящее время широко признается, что история сотворения мира окончательно оформилась после вавилонского пленения и в действительности представляет собой вариант вавилонского мифа о сотворении мира, очищенный от политеизма и примитивизма и изложенный самым возвышенным языком, на какой только было способно еврейское духовенство.

История сотворения мира входит в число тех фрагментов первых книг Библии, которые в окончательной форме вышли из-под пера еврейских священников вскоре после пленения. Эти фрагменты являются частью так называемого Жреческого кодекса (англ. «Priestly codex») и в библеистике обычно обозначаются латинской буквой «Р». Отличительные черты Жреческого кодекса – беспристрастность и насыщенность сведениями статистического и генеалогического характера.

Господь Бог

Как только заканчивается версия сотворения мира по Жреческому кодексу, начинается новая версия:

Быт., 2: 4. Вот происхождение неба и земли, при сотворении их, в то время, когда Господь Бог создал землю и небо.

Отличительной чертой здесь является неожиданное использование выражения «Господь Бог»: ведь о Боге на протяжении первых тридцати четырех стихов говорилось просто «Бог».

Еврейское слово, переведенное здесь как «Господь», состоит из четырех еврейских букв – Йод-Хе-Вау-Хе (YHVH), которые произносятся традиционно (но ошибочно) как «Иегова» – по причинам, которые будут объяснены позже. Современные ученые полагают, что звучание этого слова точнее передается как «Яхве».

Если «бог» – это название божества вообще и если в Библии слово «Бог», написанное с прописной буквы, означает единое Божество, то Яхве – особое имя этого единого Бога. Для древнего человека имена имели очень большое значение: они считались своего рода продолжением личности. Согласно народным верованиям, произнесение имени вслух давало контроль над тем, кто носит это имя. Поэтому имена считались магическим орудием, а в период «после пленения» евреи неодобрительно относились к магии – не оттого, что они не верили в ее существование, но потому, что магические действия обычно совершали именем языческих богов.

В результате имя Бога стало запретным. В некоторых традиционных источниках первых книг Библии и в текстах пророков периода «до пленения» оно еще упоминается, однако набожные евреи постепенно стали заменять его словом «Адонай» – «Господь». Этот эвфемизм был использован и в переводе Библии: выражение «Бог Яхве» повсеместно было заменено на «Господь Бог».

Выражение «Господь Бог» («Яхве Элохим») вместо «Бог» («Элохим») характерно для древнейшего из тех источников, на основе которых составлялось Шестикнижие. Этот древний пласт текстов именуется в библеистике «Яхвистом» или «кодексом J» (от «Jehovah» – «Яхве»).

Для другого древнего пласта текстов, как и для кодекса Р, характерно именование Бога словом «Элохим», а потому он называется кодексом E (от «Elohim»). Источники J и E отличаются более эмоциональной, неформальной, но в то же время обстоятельной подачей материала.

Кодекс J был составлен, по всей видимости, еще в IX в. до н. э. в Иудее – южном царстве израильтян. Кодекс Е оформился в письменном виде веком позже в северном царстве – Израиле.

Господствующим коленом в северном царстве было колено Ефрема, чье имя иногда используется как поэтический синоним Израиля. В связи с этим отмечают любопытное совпадение: буква J как пометка кодекса может обозначать не только Яхве, но и Иудею, царство колена Иуды («Judah»), а буква E – не только Элохим, но и Ефрема («Ephraim»).

Северное царство было разрушено к концу VIII в. до н. э., и священники Иудеи включили кодекс E в свою традицию J. Благодаря этому свод преданий стал обширней и подробней, но в то же время в нем появились повторы: одна и та же история может рассказываться дважды – с точки зрения северного царства и с позиций южного. Несмотря на все попытки согласовать эти две версии, такие повторы сохранились, и их можно выделить и соотнести с исходными кодексами.

В период вавилонского пленения и позднее священники дополнили эту объединенную версию JE материалом из кодекса P, и результатом стала Книга Бытия в известном нам виде. Здесь я не ставлю себе целью установить первоисточник каждого стиха (работу эту отчасти проделали составители «Энкор Байбл»), но тот факт, что Бытие восходит к нескольким источникам, широко известен и подтвержден исследованиями библеистов.

Человек

Согласно рассказу о сотворении мира, содержащемуся в кодексе J (и более примитивном, чем версия Жреческого кодекса), Бог не создает людей одним лишь словом. Он, подобно скульптору, лепит их из глины:

Быт., 2: 7. И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в его ноздри дыхание жизни; и стал человек душой живой.

Слово «человек» – это перевод еврейского слова «адам», которое по своему основному смыслу скорее означает «мужской пол» (отдельный мужчина в еврейском языке обозначается словом «иш»).

Слово «адам», использованное для обозначения этого первого сотворенного человека, стало его собственным именем – Адам. В Библии короля Якова это имя впервые упоминается в той же главе несколько позже:

Быт., 2: 19. …Господь Бог создал всех животных… и всех птиц… и привел их к Адаму…

Но в еврейском оригинале слово «Адам» как имя собственное впервые употребляется только в начале пятой главы:

Быт., 5: 1. Бот родословие Адама…

Поэтому Иерусалимская Библия, к примеру, переводит слово «адам» только как «человек» вплоть до этого самого места.

Создав человека, Бог вдохнул в него жизнь – это напоминание о том, что в первобытные времена дыхание, по вполне очевидным причинам, нередко отождествлялось с самой жизнью.

Мертвые существа не дышат, дыхание невидимо и неосязаемо, и поэтому оно естественно отождествлялось с тем таинственным «нечто», покидающим тело в момент смерти. И действительно, слово «душа», использованное в Бытии, 2: 7, – это перевод еврейского «nephesh», что означает «дыхание».

Едем (Эдем)

Сотворив человека, Бог приготовил ему место для обитания, в связи с чем в Библии появляется первый топоним:

Быт., 2: 8. И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке…

Следует обратить внимание, что сам райский сад не называется Едемом (Эдемом). Говорить об «Эдеме» как о синониме «райского сада» – все равно, что считать Калифорнию синонимом Йосемитского парка.

Райский сад был насажен где-то в земле, называвшейся Эдем, и местонахождение этой земли – «восток». Направление на восток указывается от Ханаана – центра библейской истории и родины создателей и первых читателей Бытия.

Здесь возникает вопрос: где же находится Эдем?

Отвечали на него по-разному, но приемлемого и точного ответа так и не нашли. И все же, если избрать простейший и самый прямой ход мысли, разумное решение вопроса придет само.

Эдемский сад

Прежде всего, рассмотрим географию этого региона не того времени, к которому древние евреи относили сотворение человека (около 4000 г. до н. э., согласно современной датировке), а в гораздо более позднего – в период, когда был записан материал Книги Бытия.

Отчасти в основе Книги Бытия лежат очень древние предания, но впервые они были записаны только в IX в. до н. э. Другие фрагменты Бытия записаны еще несколькими веками позже, а весь его текст в известном нам виде был объединен только к V в. до н. э.

Поэтому географические указания, встречающиеся в Бытии, следует рассматривать применительно к ситуации, существовавшей между IX и V вв. до н. э. (то есть в ассирийский период или несколько позже).

Иными словами, если бы кто-нибудь в наши дни решил написать книгу об американских индейцах XIV в., он говорил бы об «индейских племенах, обитавших на территории нынешних Соединенных Штатов». Но если бы он пожелал сэкономить место, то мог бы выразиться короче: «индейцы США». Он с полным правом мог бы счесть, что читатели прекрасно понимают: в XIV в. никаких Соединенных Штатов еще не существовало. В древние времена печатных станков не было, каждый экземпляр книги изготовлялся вручную, и необходимость в экономии места была гораздо острее. Так что едва ли кто-нибудь стал бы писать: «И насадил Господь Бог рай на востоке, в земле, которую мы называем сейчас Эдемом».

Итак, следует задать себе вопрос: где же в ассирийский период находился Эдем? И в Библии мы находим на него совершенно прямой ответ. Эдем упоминается в ней несколько раз – не как таинственное местонахождение райского сада, по которому бродили Адам с Евой, но как самая обычная область, завоеванная ассирийцами в VIII в. до н. э.

Когда ассирийское войско Синахериба осадило Иерусалим в 701 г. до н. э., к людям, защищавшим стены города, были отправлены послы с предупреждением, чтобы они не уповали на то, что их Бог даст им спасение: боги других народов не спасли эти народы от ассирийского завоевания:

4 Цар., 19: 12. Боги народов, которых разорили отцы мои, спасли ли их? – Спасли ли Гозан, и Харан, и Рецев, и сынов Едена, что в Фалассаре?

Фалассар (в Исправленном стандартном переводе – «Тел-ас-сар») – это название ассирийской провинции, которая в ассирийских надписях упоминается как «Тил-асури». Она протянулась в среднем течении Евфрата по обе стороны реки, а значит, действительно находилась к востоку от Ханаана (приблизительно в 400 милях).

И все же вовсе не стоит полагать, что в Библии подразумевалась именно эта особая, относительно небольшая область Эдема в провинции Фалассар. Названия мест со временем нередко распространяются на более широкую область. Так, название Азия, первоначально относившееся к той ее западной части, которая сейчас считается территорией Турции, распространилось почти на весь огромный континент; и почти на такой же обширный континент распространилось название Африка, первоначально обозначавшее северную часть современного государства Тунис.

Следовательно, слово «Эдем» вполне могло использоваться не только как особый географический термин, но и как общеизвестное название долины реки Евфрат. И это вполне правдоподобно: согласно Библии, Эдем – это колыбель человеческой расы, а при археологических раскопках обнаружилось, что именно на берегах Евфрата возникла одна из самых ранних цивилизаций.

К 3000 г. до н. э. на берегах Евфрата появилось множество процветающих городов и раскинулась сложная сеть оросительных каналов; здесь же была изобретена письменность и человек совершил немало других открытий, которые ассоциируются у нас с цивилизованной жизнью.

Река Евфрат

К тому времени, когда Книга Бытия была записана в ее окончательной форме, редактор, обрабатывавший материалы из различных источников, отлично понимал, что название Эдем уже утратило ясность, и ему пришлось дать более точное определение местоположения райского сада (но сейчас, когда прошло еще две тысячи лет, непонятным стало и это уточнение).

Эдем и райский сад были помещены у места слияния важных рек:

Быт., 2: 10–14. Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки. Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото; И золото той земли хорошее; там бдолах и камень оникс. Имя второй реки Гихон: она обтекает всю землю Эфиопии. Имя третьей реки Хиддекель: она протекает к востоку от Ассирии. Четвертая река Евфрат.

Реки перечисляются в порядке все большей осведомленности о них автора, поэтому четвертая река, Евфрат, всего лишь упоминается. Автор не видит необходимости определять ее местонахождение, описывая области, которые она пересекает. Это неудивительно, так как Евфрат был известен евреям и в ассирийский период, и еще раньше и находился не так далеко от мест их расселения. Когда во времена Давида Иудейское царство достигло наибольшего могущества, его северная граница стала проходить по верхнему Евфрату.

Евфрат был известен ассирийцам под названием Пуратту, образованным от еще более раннего, которое означало «великая река». Использованное в Библии еврейское название Перат явно образовано от ассирийского наименования, а название Евфрат, которым мы пользуемся, произошло от греков, превративших странно звучащее ассирийское слово в более привычное для своего слуха.

(Английская Библия дошла до нас от евреев через греков, а затем и латинян. Поэтому многие еврейские названия в ней приводятся в греко-латинской форме. Вообще, католический вариант Библии ближе к греко-латинскому переводу, тогда как Библия короля Якова и даже Исправленный стандартный перевод тяготеют к еврейскому первоисточнику.)

Реки Тигр и Евфрат

Евфрат – действительно «великая река». Это самая длинная река на юго-западе Азии: ее протяженность – 1700 миль. Два ее потока берут начало на крайнем севере восточной Турции, всего в 25 милях южнее Черного моря. Около двух сотен миль они раздельно текут на запад, а затем соединяются, образуя реку Евфрат. Поворачивая затем к югу, река проходит примерно в сотне миль от Средиземного моря, затем протекает по землям Сирии, после чего поворачивает на юго-восток и пересекает Ирак, где, наконец, ее воды вливаются в Персидский залив. Несмотря на то что у истоков и в своем среднем течении Евфрат подходит очень близко к морям Атлантического бассейна, в конечном счете он впадает в Индийский океан.

Евфрат – спокойная река, судоходная на всем своем протяжении. Весной из-за таяния снегов в горных районах ее уровень поднимается, и она медленно разливается, орошая поля. При правильном регулировании этот паводок позволяет превратить окрестные земли в плодородные сады, для чего на протяжении всего библейского периода и служили оросительные каналы.

Третья река Эдема – Хиддекель. Название это представляет собой еврейский вариант ассирийского «и-ди-ик-лат». В Книге Бытия сказано, что река эта протекает «к востоку от Ассирии», то есть у восточной границы Ассирии – что, разумеется, не соответствовало действительности. В те времена, когда была записана Книга Бытия, Ассирия занимала обширную территорию и располагалась по обоим берегам реки. Однако греческое название Ассирия образовано от еврейского «Ашур», которое обозначало не только государство, но и его тогдашнюю столицу. В Бытии имеется в виду именно столица, и река Хиддекель действительно протекает у восточной стороны города.

Хиддекель – не такая протяженная река, как Евфрат, но длина ее почти столь же внушительна – 1150 миль. Она более бурная, по сравнению с Евфратом, и непригодна для судоходства, за исключением небольших лодок и плотов. Возможно, именно из-за опасного бурного течения этой реки греки и дали ей название Tigris («тигр»), под которым она известна нам и сегодня.

Тот факт, что в библейском описании рек Эдема упоминается «река [которая]… потом разделялась на четыре реки», может создать впечатление, что Тигр и Евфрат (вместе с двумя другими упомянутыми реками) должны были иметь единый исток. И это близко к действительности. Один из истоков реки Тигр – озеро в восточной Турции, расположенное всего в 12 милях к югу от одного из потоков, образующих Евфрат. В связи с этим весьма соблазнительной кажется гипотеза о расположении Эдемского сада именно в восточной Турции.

Говоря, что река разделяется на рукава, мы обычно подразумеваем движение вниз по течению. Но с таким же успехом можно представить себе и слияние двух рек в месте, расположенном ниже этих рукавов.

Рассмотрим теперь, какое отношение это имеет к Тигру и Евфрату. Две реки текут на юго-восток почти параллельно. На расстоянии около 350 миль от Персидского залива они сближаются, подходя друг к другу примерно на 25 миль, затем снова расходятся, а ниже по течению сближаются вновь.

Во времена, когда в этом регионе возникли первые цивилизации, Тигр и Евфрат впадали в Персидский залив отдельными устьями, причем устье Тигра находилось почти на сотню миль восточнее устья Евфрата.

Персидский залив в то время простирался почти на 175 миль дальше к северо-востоку, чем в наши дни. Реки, текущие с гор Турции на юго-запад, несли грязь и ил, постепенно образовывая дельту в северной части узкого Персидского залива. Так за шесть тысяч лет морское побережье отступило к юго-востоку на 175 миль.

В результате русла Тигра и Евфрата постепенно изменялись, и в конце концов Тигр потек на юг, а Евфрат на восток. Со временем они встретились и соединились в единую реку длиной 120 миль, которая известна сейчас как Шатт-аль-Араб.

Во время написания Книги Бытия эта единая река уже существовала, и стих 2: 10 Бытия относится именно к разделению Шатт-аль-Араб (при взгляде вверх по течению) на Тигр и Евфрат. Упоминание об Эдемском саде, несомненно, должно было относиться к нижнему течению двух этих рек – ниже места их соединения; и, как оказалось, именно в этом месте (еще до слияния рек) и возникла цивилизация.

Остаются еще две реки райского сада – Фисон и Тихон. Ни одна из них не опознана, хотя в отношении каждой существуют интересные гипотезы. Так, Фисон «обтекает всю землю Хавила, ту, где золото… там бдолах и камень оникс» (в «Энкор Байбл» вместо бдолаха говорится о ляпис-лазури).

Хавила, таким образом, описана как земля сокровищ, богатая золотом и прочими драгоценностями. Позже европейцы в поисках Хавилы – мифической изобильной земли, какой изображена она в Библии, – были склонны считать эту землю Индией, страной легендарных сокровищ². Поэтому Фисон вполне может оказаться Индом – крупной рекой, настолько же протяженной, как и Евфрат, протекающей по территории современного Пакистана и впадающей в Аравийское море.

Что касается Тихона, то эта река описана как обтекающая «всю землю Эфиопии». В древние времена Эфиопией называлась страна к югу от Египта. Государство, которое носит это имя в наши дни, также находится южнее современного Египта приблизительно на 500 миль. Один из притоков Нила берет начало в Эфиопии, и вполне логично предположить, что Тихон – это именно Нил.

В свете этого получается, что четырьмя реками Эдема могли быть Инд, Нил, Тигр и Евфрат. Это любопытная гипотеза. Насколько известно, только две цивилизации могут соперничать в возрасте с той, что сложилась в междуречье Тигра и Евфрата. Одна из них возникла на берегах Нила, другая – на берегах Инда.

И все же эта картина неверна. Инд и Нил протекают слишком далеко от Тигра и Евфрата. Инд не подходит к Междуречью ближе чем на 1200 миль, а Нил – на 900; а это никоим образом не согласуется с утверждением Библии, что четыре реки протекают вместе. (Впрочем, не все в Библии можно воспринимать буквально; не исключено, что ее авторы говорили о четырех самых крупных реках известного им мира.)

Рассмотрим прежде всего землю Хавила. Где бы она ни находилась, это не может быть Индия, так как в Книге Есфирь (в еврейском оригинале Библии) Индия обозначается словом «Ходду». Хавила же упоминается и в других местах, прежде всего в Бытии, 25: 18, где она описывается как часть региона, в котором жили потомки Измаила:

Быт., 25: 18. Они жили от Хавилы до Сура, что пред Египтом, как идешь к Ассирии…

Не вызывает сомнений, что исмаилиты – это арабское племя, обитавшее в пограничной области, к юго-востоку от Ханаана и к юго-западу от Междуречья, поэтому можно предположить, что Хавила находилась где-то к югу от реки Евфрат.

Если это так, то Фисон мог быть притоком Евфрата, впадающим в него ниже по течению от Хавилы. Не исключено, что это была небольшая река, которая постепенно высохла и исчезла еще в древние времена (это мог быть даже искусственный канал, который авторы Библии приняли за настоящую реку).

Но как же быть с Эфиопией? Она находится далеко в Африке. Еврейское слово «Куш» переведено в Библии короля Якова как Эфиопия. Действительно, в некоторых местах Библии словом «Куш» называется область, лежащая к югу от Египта; в таких случаях название этой страны можно с полным правом переводить как Эфиопия. Но в данном случае дело явно обстоит иначе. В Исправленном стандартном переводе говорится, что Тихон обтекает «землю Куш»: название оставлено в его еврейской форме, без попыток отождествить его с Эфиопией.

Скорее всего, библейский «Куш» – это название территории, которую занимало какое-то арабское племя. Весьма вероятно, что слово «Куш» в Бытии, 2: 13 относится к земле народа, который древнегреческие географы называли Kossaeans, а современные историки – «касситами». Касситы обитали к востоку от Тигра, и период их расцвета пришелся на века, предшествующие возвышению Ассирии: между 1600-м и 1200 гг. до н. э. Касситы держали в подчинении великую цивилизацию в Междуречье³.

Если это так, Тихон мог быть восточным притоком Тигра (ныне исчезнувшим) или, возможно, еще одним искусственным каналом.

Итак, мы получили следующую картину. Фисон соединяется с Евфратом у его древнего устья, а Тихон – с Тигром у его древнего устья. Иными словами, две двойные реки сливаются там, где впоследствии предстояло образоваться суше. Все четыре реки, таким образом, охватывают не слишком обширную область, и возникшая здесь древнейшая цивилизация могла послужить историческим зерном предания об Эдемском саде.

В тот древнейший период эта область называлась Шумер, или Шумерия. На шумерском языке слово «эдем» означает «равнина». Откуда пришли шумеры, точно неизвестно, но если они проникли в эту область из восточных холмистых районов (что весьма вероятно), то вполне могли считать, что пришли «в Эдем» – то есть «на равнину».

Если это так, то словом «Эдем» мог обозначаться именно Шумер, а его отождествление с Эдемом более позднего времени, располагавшимся выше по течению Евфрата, может оказаться простой случайностью.

В еврейском языке слово «эдем» означает «восторг» или «наслаждение», что хорошо согласуется с образом сада; но это, скорее всего, тоже всего лишь случайность: ведь еврейский и шумерский языки неродственны (шумерский язык вообще не имеет родственных связей ни с одним из известных языков). Тем не менее, это случайно подходящее по смыслу значение еврейского слова создает впечатление, что «Эдем» мог быть неким мистическим названием, не связанным ни с какой реальной географической местностью, а место, где зародился человеческий род, было просто «садом наслаждения», вообще не имевшим названия.

Можно выдвинуть и еще одно предположение. К 2500 г. до н. э., еще до рождения Авраама, расцвет шумеров уже миновал. Новые племена, пришедшие с севера, – аккадцы – захватили «равнину», и для шумеров, которые теперь стали покоренным народом, наступили более тяжелые времена. Им оставалось лишь ностальгически вспоминать прекрасные дни «равнины».

Быть может, в библейском рассказе о навсегда утраченном чудесном саде Эдема отразилась – хотя бы частично – тоска шумеров по невозвратимому прошлому?

Змей

Поселив Адама в райском саду, Бог дал ему право полностью наслаждаться всем, за исключением одного. Он сказал:

Быт., 2: 17. А от дерева познания добра и зла, не ешь от него…

Бог создал женщину – помощницу Адаму, сотворив ее из его ребра. Они оба могли жить в раю, пребывая в вечном счастье, – до тех пор, пока соблюдали запрет. Однако в райский сад проник искуситель:

Быт., 3: 1. Змей был хитрее всех зверей полевых…

Этот змей, как изображает его Библия, обладал даром речи, и он соблазнил наивную женщину вкусить запретный плод, нарушив тем самым запрет Бога. А затем женщина уговорила и Адама съесть этот плод.

Из текста Бытия следует, что зло, содеянное змеем, не было мотивировано вовсе или проистекало из простого желания навредить. В период после пленения евреи придумали более разумное объяснение, приравняв змея к Сатане, считавшемуся духом Зла – тогда как Бог являлся духом Добра. (Это представление возникло из персидского вероучения.)

На самом деле, рассказ о змее – совершенно небиблейский по духу. Только в этом и еще в одном месте (в эпизоде с Валаамовой ослицей) в еврейском Священном Писании упоминаются говорящие животные. Вполне вероятно, что предание о змее из райского сада возникло еще в древнейшие времена и представляет собой пережиток первобытного мифа.

Ева

Из-за неповиновения мужчины и женщины, которые, несмотря на запрет, съели плод с дерева, Бог выгнал их из Эдема. Больше они не могли жить легко, питаясь райскими плодами, и были осуждены на тяжкий труд земледельцев.

Земледелие возникло где-то на юго-западе Азии за несколько тысячелетий до начала письменной истории. Оно служило человеку более изобильным и надежным источником пищи, и в тех районах, где оно привилось, население резко возрастало. Земледельцам приходилось вести оседлый образ жизни. Для общей безопасности они собирались в деревнях, которые постепенно превращались в города, и таким образом возникали «цивилизации» (от латинского слова, означающего «городской житель»).

Хотя земледелие приносило человеку материальную пользу, вполне вероятно, что люди, которые привыкли бродить повсюду свободно, занимаясь охотой и собирательством, относились к земледелию как к отвратительному тяжелому подневольному труду.

Поэтому не могло ли оказаться, что в исторический смысл изгнания из рая еще одной нитью вплетается смутная память о неблагоприятных сторонах перехода к земледелию?

Когда человек со своей женой ушел жить из рая, он дал своей жене имя:

Быт., 3: 20. И нарек Адам имя жене своей: Ева, ибо она стала матерью всех живущих.

В те времена, когда записывались эти предания, у евреев принято было давать имена с прямым значением (как правило, религиозным). Так, имя Иосафат означало «Яхве рассудил», Иезекииль – «Бог укрепляет», Анания – «Яхве милостив» и т. д.

Но в самых ранних преданиях имена мужчин и женщин зачастую не были еврейскими и определенного значения не имели. Авторам Библии, искавшим значения, которые, по их убеждению, должны были содержаться в именах, пришлось находить для них сходство с различными еврейскими словами и выражениями и вкладывать в них некий смысл.

Так, имени Ева эквивалентно еврейское имя Хава (Havah), созвучное слову «hayah», означающему «жизнь». (Начальная буква «Ь» – это задненебный звук, которого нет в английском языке, но он близок к немецкому «ch».) Так как Ева считается матерью человеческого рода, невольно возникает желание объяснить имя Хава сходством со словом «жизнь» («hayah») и сказать, что она получила это имя, потому что была «матерью всех живущих». Но это – яркий пример «народной этимологии», которыми изобилует Библия. Истинное значение имен Хава или Ева на самом деле неизвестно.

Каин и Авель

У Адама и Евы родились дети:

Быт., 4: 1…w… она [Ева]… родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа.
Быт., 4: 2. И еще родила брата его, Авеля. И был Авель пастырь овец; а Каин был земледелец.

Обычно считается, что имя Каин (евр. «Kayin») означает «кузнец». На заре цивилизации люди только начали использовать металлы, и новые материалы приобретали чрезвычайную важность для изготовления охотничьего и военного оружия, а также украшений. Умение работать с металлом и придавать ему необходимую форму высоко ценилось, и к ремесленникам, занимавшимся этим делом, относились с уважением. Быть кузнецом и называться им считалось почетно, и до сих пор фамилия Смит (англ. «Smith» – «кузнец») широко распространена в Англии и Америке.

Это значение имени «Каин» проясняется позже, в той же главе Бытия, когда это слово используется как часть имени потомка Каина:

Быт., 4: 22. И Цилла… родила Тувал-каина, который был наставником всех мастеров по меди и железу…

«Тувал-каин» означает «кузнец Тувала»; Тувал – область в Малой Азии. Технология получения железа из железной руды была разработана в Малой Азии за несколько веков до того, как были записаны предания Бытия. Поэтому кузнецы Тувала должны были славиться изготовлением непревзойденного оружия, с которым ничто не могло сравниться, и эти кузнецы, «Тувалкаины», вполне могли войти в легенду как основатели металлургии.

Тем не менее, на протяжении периода пленения пытались определить более точное значение этого еврейского слова, и оно было найдено в сходстве слов «kayin» и «kanah», означавшего «получить». Поэтому, когда Ева сказала: «приобрела я человека от Господа», ее сын получил имя, напоминающее о ее первых словах, произнесенных при его рождении. Таким образом этимология была установлена.

Каин и Авель, по-видимому, олицетворяли собой земледельца и пастуха (или кочевника). Древние предания записывались с точки зрения земледельцев, оседлых горожан, которым кочевники представлялись племенами дикими, жестокими и кровожадными.

Земледельцев становилось все больше, и с увеличением их числа цивилизация росла. Кочевники могли торжествовать, когда внутренние распри ослабляли горожан, но в долгосрочной перспективе именно цивилизованные поселения организовывали людей, предоставляя возможность совершенствовать оружие, изготовлять которое в больших количествах можно было только при развитой технологии. (Каин был не только земледельцем, но и кузнецом.)

В конечном счете цивилизация полностью победила, и эту окончательную и неизбежную победу можно было предвидеть задолго до того, как она произошла. Рассказанная коротко и неясно, библейская история о том, как Каин позавидовал Авелю и убил его, могла, в какой-то мере, быть жалобой кочевников на горькую судьбу, постигшую их из-за наступления оседлой цивилизации.

На самом деле, само имя Авель (Hebei на еврейском) означает «струя воздуха» («выдох»), кажущееся намеком на краткость и неустойчивость образа жизни кочевников по сравнению с уверенным прогрессом земледельцев.

Имя Авель может также иметь отношение к вавилонскому слову «aplu», означающему «сын». Это послужило бы указанием на шумерское происхождение этого предания.

Нод

После того как Каин убил Авеля, он был изгнан.

Быт., 4: 16. И пошел Каин от лица Господня; и поселился в земле Нод, на восток от Едема.

«Землю Нод» обычно не пытались отождествить ни с какой конкретной областью. Это выражение считалось метафорическим. Еврейское слово «Нод» связано с термином, означающим «странник»; следовательно, «поселиться в земле Нод» означало перейти к кочевому образу жизни.

Здесь, по-видимому, в древнюю историю вплетается вторая нить. Теперь мы имеем дело не с Каином – земледельцем и кузнецом, а с Каином-кочевником.

Если считать Эдем Шумером, то область «на восток от Едема» должна быть известным нам Эламом. В Эламе (ныне – юго-западный Иран) развитая цивилизация – без сомнения, заимствованная у шумеров, – сложилась очень рано. Его древнейшая история очень неясна, но, похоже, на протяжении трех тысячелетий Элам вел периодические войны со всеми государствами, которые господствовали в Междуречье.

Не сочетаются ли в рассказе о Каине и Авеле изложенная шумерами история «преступного» Элама, нападавшего на «безупречный» Шумер, и рассказанная кочевниками история о злодеях-земледельцах, нападавших на безупречных кочевников?

Енох, сын Каина

Изгнанный Каин, по-видимому, поселился в земле Нод (невзирая на то, что подразумевалось под этим названием). Он женился, и у него появился сын:

Быт., 4: 17. …И построил он город; и назвал город по имени сына своего: Енох.

Возможно, это – смутное указание на древний переходный период, в который скотоводческий Элам обратился к цивилизации. Письменных свидетельств о городе, называвшемся Енох, не сохранилось, но есть гипотеза, что впоследствии этот город стал известен как Сузы. Возникший еще в каменном веке, он оставался главным городом Элама на протяжении тысячелетий.

В остальном тексте четвертой главы Бытия кратко перечисляются следующие друг за другом потомки Каина, среди которых упоминается и Тувалкаин. Затем Книга Бытия возвращается к Адаму, прослеживая ту родословную его потомков, которая ведет к израильтянам.

Сиф

У Адама родился третий сын:

Быт., 5: 3. Адам жил сто тридцать лет и родил сына… и нарек ему имя: Сиф.

Эта глава вновь является частью кодекса Р. В ней перечисляется поколение за поколением с указанием дат. Приводится возраст каждого человека на момент рождения его первого сына и на момент смерти.

Быт., 5: 5. Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать лет; и он умер.

Этот возраст мифологичен, здесь нашли отражение древние вавилонские рассказы, обнаруженные евреями в период пленения и видоизмененные духовенством в соответствии с некими неизвестными нам принципами. Однако те, кто принимает каждое слово Библии за буквальную истину, пытаются на основании этих данных вычислить год рождения Адама и год сотворения мира.

Средневековые евреи подсчитали, что мир был сотворен 7 октября 3761 г. до н. э., и эта дата до сих пор лежит в основе летоисчисления в еврейском календаре.

Христианские теологи приводят разные даты сотворения мира. Самая известная из них – та, что вычислена Джеймсом Ашером, англиканским архиепископом из Армы (Ирландия). В 1654 г. он пришел к выводу, что мир был сотворен в 4004 г. до н. э. (согласно некоторым авторам – 23 октября в 9 часов утра). Дату 4004 г. до н. э. выносят в колонтитул первых страниц в некоторых изданиях Библии короля Якова.

На самом деле, 4004 г. до н. э. – не такая уж плохая дата для начала отсчета исторических времен. История возникла только с появлением письменности, а письменность изобрели в конце четвертого тысячелетия до н. э.

Тем не менее, первые города появились уже в восьмом тысячелетии до н. э., а сохранившиеся следы доисторического человека имеют возраст не менее миллиона лет.

Енох, сын Сифа

Потомки Адама через Сифа перечисляются, не считая самих Адама и Сифа, на протяжении восьми поколений. О них рассказывается несколько подробнее, чем о потомках Каина. Это так называемые допотопные патриархи.

Имена родословной Сифа подозрительно похожи на имена родословной Каина. В обеих есть Енох и Ламех, а также другие имена, если не одинаковые, то очень похожие. Возможно, обе эти родословные линии опираются на один и тот же легендарный материал, но одна линия почерпнута из кодекса J, а другая – из кодекса Р.

Допотопные патриархи славятся своим долголетием. Некоторые из них, в том числе и сам Адам, жили около тысячи лет. Рекордсменом является Мафусаил, чье имя стало нарицательным: он дожил до 969 лет.

Эти патриархи не могут отождествляться с какими-либо историческими персонажами, и, помимо простого упоминания в Библии, о них ничего не известно. Однако похоже, что это перечисление восходит к шумерским преданиям, в которых рассказывается о девяти или десяти царях, правивших перед потопом и проживших по несколько тысяч лет (один из них правил 65 тысяч лет). Автор 5-й главы Бытия, очевидно, использовал этот мифологический материал, однако, понимая, что столь огромные цифры вызовут недоверие, сократил возраст патриархов.

Кстати говоря, на протяжении всего Шестикнижия авторы неуклонно уменьшали возраст главных героев, хотя даже последние из них прожили на удивление долго – более ста лет.

Но один из ветхозаветных патриархов прожил по сравнению с другими слишком мало. Это был Енох, отец Мафусаила.

Быт., 5: 23–24. Всех же дней Еноха было триста шестьдесят пять лет. И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его.

Тот факт, что Енох прожил 365 лет, в то время как его отец Иаред жил 962 года, а его сын Мафусаил – 969 лет, кажется странным. Можно ли считать совпадением, что в своем годичном движении солнце совершает полный кругооборот по небу именно за 365 дней? Возможно ли, что в стихах, относящихся к Еноху, переданы отголоски вавилонских солярных мифов?

Что именно подразумевается, когда говорится, что Енох «ходил пред Богом и не стало его», – неясно. Но более поздние предания проясняют это место, обычно истолковывая его так: Енох был взят живым на небо в награду за благочестие.

В период после пленения евреи верили, что Енох, находясь на небесах, увидел прошлое и будущее человечества. Между 200-м и 50 гг. до н. э. появилось несколько книг, которые, как считалось, вышли из-под пера Еноха. В них описывалось это прошлое и будущее. Эти книги относятся к жанру «религиозной фантастики», весьма распространенному во времена после пленения. (Элементы такой фантастики, как мы увидим, проникли и в Библию.)

Книги Еноха в состав Библии не вошли, но упоминаются в Новом Завете. В Послании Иуды говорится:

Иуд., 1: 14. О них пророчествовал и Енох, седьмый от Адама…

Арарат

Если подсчитать возраст допотопных патриархов к моменту рождения каждого из их сыновей, выяснится, что Ной – потомок Адама в десятом колене – родился через 1056 лет после сотворения мира или, согласно исчислению Ашера, около 3000 г. до н. э. Когда Ною было 600 лет – то есть около 2400 г. до н. э., – произошел потоп.

Согласно Библии, это был Всемирный потоп, но, конечно, о каком-либо подобном явлении исторических свидетельств нет. Например, именно в это время египетская цивилизация достигла особого расцвета (это был период строительства пирамид). Но египетские надписи не сообщают ни о каких потопах, кроме ежегодных разливов Нила.

И все же это не означает, что библейский рассказ о потопе не основывался на каком-то реальном, хотя и местном, потопе, относящемся к вавилонской истории.

Шумер был равнинной страной между двумя реками. На любой большой реке необычный подъем уровня воды вызывает наводнение. А в такой равнинной стране, как Шумер, достаточно было даже небольшого паводка, чтобы разлив затопил значительную часть территории.

Особо крупные наводнения надолго оставались в памяти поколений – и конечно же такие наводнения происходили. В 1929 г. английский археолог сэр Чарльз Леонард Вулли сообщил, что во время его раскопок близ Евфрата обнаружены слои речных отложений глубиной около десяти футов. Такие отложения не были обнаружены по всему Междуречью, однако существуют доказательства, что около 3000 г. до н. э. в Шумере действительно произошел сильный потоп – по крайней мере, локального характера.

Со временем, когда сложилась и стала пересказываться легенда об этом потопе, он неизбежно превратился во всеобщий и распространился за пределы Шумера, охватив соседние области. Стали утверждать, будто потоп произошел «во всем свете».

А последующие поколения, обладавшие более обширными географическими знаниями, столь же неизбежно восприняли выражение «весь свет» буквально и предались бесполезным размышлениям об этом невероятном событии.

Хорошо известный подобный пример – нередко встречающееся у древних историков утверждение, будто Александр Македонский «завоевал весь мир» и затем печалился, что нет «других миров для завоевания». Но это всего лишь означало, что Александр завоевал значительную часть территорий, которые были хорошо известны грекам того времени. На самом деле Александр завоевал всего четыре-пять процентов поверхности земной суши, и возможностей для новых завоеваний оставалось еще немало.

Население Шумера и Аккада (находившегося к северо-западу от Шумера) постоянно пересказывало историю об одном особом потопе, вероятно случившемся в этом регионе из-за необычно обильных дождей. Некоторые считают, что потоп был слишком серьезным и одних дождей было бы недостаточно; они предполагают, что в Персидском заливе произошел внезапный подъем уровня воды, и на сушу хлынула гигантская приливная волна. В библейском рассказе о потопе действительно описывается прилив воды со стороны моря:

Быт., 7: 11. В шестисотый год жизни Ноевой… разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились.

Иными словами, приливная волна сочеталась с дождем.

В 1872 г. английский археолог Джордж Смит расшифровал древние таблички из ассирийской царской библиотеки и обнаружил описание потопа, в котором один человек спасся на корабле и спас свою семью и «семена всех живых существ». Эта история основана на еще более ранних преданиях, восходящих к шумерским временам.

В ней повествуется, как Гильгамеш, царь аккадского города Урука, отправляется на поиски вечной жизни и встречает Утна-пиштима, который владеет секретом бессмертия. Утнапиштим рассказывает ему свою историю: он был царем шумерского города и во время потопа спасся на большом корабле. Гильгамеш получает от него секрет бессмертия, но по несчастью утрачивает его, так и не успев обрести вечную жизнь.

Детали этой истории шумерского потопа во множестве моментов схожи с библейской историей. Кажется вполне вероятным, что библейский рассказ о потопе – вариант этой гораздо более древней истории.

В Библии рассказывается, что Ноев ковчег долгое время плавал на водах потопа. Но постепенно вода стала убывать:

Быт., 8: 4. И остановился ковчег… на горах Араратских.

Стоит обратить внимание, что горная вершина конкретно не названа. Здесь не упоминается о «горе Арарат». Вместо этого Библия ясно сообщает: «на горах Араратских», подразумевая, что Арарат – это область или страна, где находится цепь гор, на которых остановился ковчег. «Энкор Байбл» переводит это как «гряда Арарата».

Дополнительное свидетельство, что Арарат – это целая страна, а не просто гора, можно найти в 51-й главе Книги пророка Иеремии. Пророк сообщает об обещании Бога разрушить Вавилон, который в это время собирался завоевать Иудейское царство:

Иер., 51: 27. …созовите на него [Вавилон] царства Араратские, Минийские и Аскеназские…

Но где же находился и что представлял собой Арарат? Не стоит забывать, что при его поисках нужно представлять себе географию такой, какой ее знали авторы Библии, а не такой, как она была известна в шумероаккадские времена.

В ассирийский период среди гор, где берут начало Тигр и Евфрат, на территории современной восточной Турции, существовало древнее царство. Оно тянулось до Кавказских гор, а в центре его находилось соленое озеро Ван, и поэтому само царство иногда называлось «царством Ван». Но ассирийские надписи называют его «царством Урарту», и Арарат – явный вариант этого названия.

Царство Урарту ослабло после нападения Ассирии и к 612 г. до н. э. прекратило свое существование – в тот период, когда была уничтожена и сама Ассирия. На месте Урарту возникло новое государство, получившее новое имя (персидского происхождения) – Армения.

Именно название Армения употребляется в тех частях Библии, которые были записаны после падения Урарту. Так, в Четвертой книге Царств есть рассказ о том, как в 681 г. до н. э. ассирийский царь Синахериб был убит двумя своими сыновьями, которые после этого поспешно бежали:

4 Цар., 19: 37. …и они убежали в землю Армении…

На самом деле под Арменией здесь подразумевается Урарту, так как Армении тогда еще не существовало, и в Исправленном стандартном переводе это название действительно изменено на «землю Араратскую».

Предание о том, что ковчег остановился на Арарате – где-то в 600 милях северо-западнее Шумера, – опять же свидетельствует в пользу «приливной» гипотезы потопа. Обычное речное наводнение отнесло бы плавающие предметы вниз по течению – на юго-восток, к Персидскому заливу. Но огромная приливная волна должна была увлечь их вверх – на северо-запад, к Арарату.

Вопреки всему большинство людей настаивает на том, чтобы считать Арарат названием определенной горной вершины; и действительно со временем одна из гор получила это название. Арарат – гора в самой восточной области Турции, около 70 миль северо-восточнее озера Ван. У нее две вершины – Большой Арарат и Малый Арарат; первая из них выше, она достигает 16 873 футов (3,2 мили) над уровнем моря. Библейское предание утверждает, что Ноев ковчег остановился где-то на Большом Арарате, и время от времени туда посылаются экспедиции, чтобы отыскать его следы.

Хам

Рассказав историю потопа, авторы Библии возвращаются к родословной Ноя, перечисляя имена его потомков. Эти имена почти во всех случаях представляли племена или страны. Существовал обычай называть древние племена по имени предка (реального или мифического). И если было известно название племени, то предполагалось, что его члены происходили от предка, носившего это имя (предок, от имени которого племя получает свое название, является эпонимом этого племени).

Родственные племена могли описываться как происходящие от эпонимов, которые приходились друг другу братьями, а отец этих братьев был эпонимом более обширной группы племен. Например, греки называли себя эллинами и выделяли среди себя группы родственных племен, называвшихся эолийцами, дорийцами, ахейцами и ионийцами. Все они считали себя потомками человека по имени Эллин. У Эллина, как описывалось, было два сына, Эол и Дор, и еще третий – Ксуф, имевший сыновей-близнецов Иона и Ахея.

В этом же духе Книга Бытия описывает прямых потомков Ноя:

Быт., 9: 18. Сыновья Ноя… были: Сим, Хам и Иафет. Хам же был отец Ханаана.

Хамиты

Три сына Ноя представляют три крупные группы племен, известные древним авторам Библии.

Потомки Сима, как говорится в Библии, занимали Аравийский полуостров и области, прилегающие к нему на севере, в том числе и район Междуречья.

Так как к потомкам Сима относятся и сами евреи, Сим удостаивается особого почтения; к тому же он был старшим сыном Ноя – во всяком случае, он упоминается первым.

Именно поэтому языки, на которых говорили люди в этой области, считаются «семитскими» («Сем» – греко-латинская форма слова «Сим»). К ним относятся еврейский, ассирийский, арамейский и арабский.

Потомки Хама обитали главным образом в той части Африки, что примыкала к Азии. Поэтому языки, на которых первоначально говорило население Северо-Восточной Африки, получили название «хамитских». В их число входят коптский (язык древнеегипетского происхождения), берберские языки Северной Африки и некоторые эфиопские языки, например амхарский.

Потомки Иафета населяли области к северу и востоку от Междуречья. Иногда «яфетическими» называют некоторые языки северных горных районов Кавказа. Изредка это название используется шире – например, в число яфетических языков включают древнеперсидский. Так как персидский язык родствен языкам, на которых говорят в Индии и Европе, то в широком смысле можно считать, что и эта книга написана на яфетическом языке (хотя в современной науке английский относят к группе индоевропейских языков).

Однако будет ошибкой полагать, что авторы Библии считали языковую общность критерием близости между народами. Гораздо чаще они руководствовались политическими отношениями и географическим соседством. Нередко такие связи действительно свидетельствовали о расовом родстве, так что термины «семитский» или «хамитский» иногда оказывались вполне логичными – иногда, но далеко не всегда.

Главный пример тому – история с Ханааном. Народ, обитающий в этой земле во времена вторжения евреев, говорил на семитском языке, и культура их была родственна культуре района Междуречья. Согласно современной терминологии, хананеи были семитами.

Однако в Книге Бытия, 9: 18 недвусмысленно заявляется: «Хам же был отец Ханаана». Причина этого проста. Приблизительно за три столетия до того, как евреи завладели Ханааном, эта земля была захвачена египетской армией и долгое время являлась частью Египетской империи. Так как Египет был крупнейшим хамитским государством, то в соответствии с нормами того времени вполне естественно, что Ханаан представлен сыном Хама.

В конце 9-й главы Бытия рассказывается о том, как Ной, оскорбленный своим вторым сыном Хамом, проклял его и присудил вместе с его сыном Ханааном к рабству у его братьев. Здесь отражен тот факт, что во времена записи Бытия хананеи действительно были порабощены израильтянами – потомками Сима.

Некоторые считают сейчас, что Хам олицетворяет темнокожих и что эта библейская глава может быть использована для оправдания рабовладения. Но это чистейший вздор. Авторы Библии не считали темнокожими африканцами ни Хама, ни Ханаана, ни их потомков.

Иафет

Похоже, что греки должны были находиться – с точки зрения Библии – среди потомков Иафета. В этом отношении на создателей Библии могли даже оказать влияние мифы греков, отрывками доходившие до них с запада.

Например, сам Иафет отождествлялся иногда с титаном Напетом из греческих мифов. Согласно греческим мифам, Напет был отцом Прометея, который, в свою очередь, создал человеческий род, вылепив людей из глины. Поэтому греки считали Иапета прародителем человечества, а для евреев Иафет был прародителем той части человечества, к которой принадлежали греки.

В 10-й главе Бытия перечисляются сыновья и внуки Иафета:

Быт., 10: 2–4. Сыны Иафета: Гомер, Магог, Мадай, Иаван, Фу в ал, Мешех и Фирас. Сыны Гомера: Аскеназ, Рифат и Фогарма. Сыны Иавана: Елиса, Фарсис, Киттим и Доданим.

Следует помнить, что эта генеалогия отражает географическую и политическую ситуацию ассирийского периода.

Один из сыновей Иафета, Гомер, отождествлялся с народом, который в ассирийских надписях обозначался как «Gimirrai», а по латинскому написанию был известен как «Cimmerians» («киммерийцы»). В более древние времена они жили в северном Причерноморье, но в VII в. до н. э. были вытеснены оттуда варварами, а затем вторглись в Малую Азию, где сталкивались с ассирийцами в жестоких сражениях. В конце концов они потерпели поражение, но Ассирия также понесла значительный урон. К тому времени, когда была записана 10-я глава Бытия, Киммерию, несомненно, уже хорошо знали, и вполне естественно, что ее эпоним, Гомер, считался старшим сыном Иафета.

Что же касается Магога, то он мог олицетворять «землю Гога», правитель которой, Гог, известен нам от греческих историков под именем Гиг («Gyges»). Он был царем лидийцев – народа западной Малой Азии – и одним из самых значительных противников вторгшихся киммерийцев. Гиг погиб в битве с ними около 652 г. до н. э.

Мадай, должно быть, имеет отношение к мидянам, населявшим территории к востоку от Ассирии и вскоре оказавшимся одними из окончательных завоевателей Ассирии. Фувал, Мешех и Фирас считаются представителями незначительных малоазиатских племен. Имя Фирас имеет некоторое сходство с греческим «Tyrsenoi» (тирренцы), относившимся к народу, который, согласно одной из гипотез, вначале обитал в Малой Азии, но затем мигрировал в Италию. Если это так, то Фирас мог быть прародителем этрусков.

Наибольший интерес среди сыновей Иафета вызывает Иаван. Это имя почти идентично архаичной форме греческого имени Ион. Ион был эпонимом греков-ионийцев. Около 1000 г. до н. э. ионийцы мигрировали на восток, расселившись на островах Эгейского моря и побережье Малой Азии. Из всех греческих племен они находились ближе всего к Ханаану, и израильтяне ассирийского периода должны были знать их лучше, чем других греков. Их племенное имя могло употребляться по отношению к грекам вообще.

Среди сыновей Гомера Аскеназ может отождествляться с именем Ashguza, обнаруженным среди ассирийских надписей. Похоже, оно относится к племенам, которые были известны грекам (а от греков стали известны и нам) под именем скифов. Скифы были кочевыми племенами, пришедшими в Европу откуда-то из Центральной Азии еще до 1000 г. до н. э. Продвигаясь к югу, они вытеснили киммерийцев в Малую Азию и заняли степные пространства северного побережья Черного моря – с этой точки зрения Аскеназ (Скифия) вполне мог считаться старшим сыном Гомера (Киммерии).

По некоторой причине евреи более поздних времен считали Аскеназа предком тевтонцев. Поэтому, в противоположность испаноговорящим «сефардам» – потомкам евреев Пиренейского полуострова, потомки евреев – выходцев из средневековой Германии назывались «ашкенази».

Можно предположить, что сыны Иавана, перечисленные в Бытии, 10: 4, имели отношение к тем грекоговорящим областям, которые находились ближе всего к Израилю. Имя Елиса похоже на Alashiyah (Аласия), обнаруженное в ассирийских документах; Аласией ассирийцы называли остров Кипр. В ассирийский период этот остров уже был колонизирован греками, и из всех земель с грекоговорящим населением он ближе всего находился к Ханаану – всего в двух сотнях миль в северо-восточном направлении.

И действительно, Кипр упоминается в Библии, и даже дважды, так как библейский Киттим – это, несомненно, Китион (лат. Цитиум), город на южном побережье Кипра, название которого часто распространялось на весь остров.

Широко известно мнение, что имя Доданим – это опечатка, появившаяся в имени Роданим. Оно действительно дается как Роданим в некоторых более ранних списках Библии. Если это так, то возникает желание отождествить Роданим с островом Родос, расположенным в 200 милях западнее Кипра.

На основании последующих упоминаний в Библии обычно считается, что Фарсис – это город в Испании. Однако в данном случае это название, по-видимому, относится к Тарсу – важному греческому городу, расположенному примерно в сотне миль к северу от Кипра, на южном побережье Малой Азии. В ассирийский период он имел большое значение и вполне мог символизировать все греческое население Малой Азии.

Хуш (Куш)

Самая большая путаница в этой 10-й главе Бытия, описывающей народы Ближнего Востока, возникает в связи с Хушем (Кушем), который, как прежде уже говорилось, мог представлять собой как Эфиопию – к югу от Египта, так и место обитания касситов – к востоку от Тигра.

Быт., 10: 6–7. Сыны Хама: Хуш, Мицраим, Фут и Ханаан. Сыны Хуша: Сева, Хавила…

В Бытии, 10: 6 Хуш явно означает эфиопский народ, живший к югу от Египта и действительно говоривший на хамитском языке. Обычно считается, что Фут (точнее, Пут, как дается в Исправленном стандартном переводе) представляет жителей западной части Египта, которых греки называли ливийцами. Ливийцы также говорили на хамитском языке.

Мицраим – это еврейское название Египта, поэтому это имя является эпонимом египетского народа. Где бы слово «Мицраим» ни встречалось в Библии, оно переводится как «Египет» (слово это греческого происхождения). Если бы имена, упоминаемые в Бытии, 10: 6, были переведены подобным образом, стих этот следовало бы читать: «Сыны Хама: Эфиоп, Египет, Ливия и Ханаан», что точно соответствовало бы названиям областей, над которыми властвовал Египет в дни своего величия.

Однако в следующем же стихе Хуш называется отцом Севы, Хавилы и ряда других сыновей, все из которых – явные эпонимы аравийских племен. Именно этот Хуш (а не хамитский эфиопский Куш) должен представлять касситов.

Нимрод

Путаница с Хушами подводит нас к части главы несомненно семитского происхождения, которая относится к родословной Хама.

Быт., 10: 8–12. Хуш [семитский] родил также Нимрода: сей начал быть силен на земле. Он был сильный зверолов… Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне, в земле Сеннаар. Из сей земли вышел Ассур, и построил Ниневию, Реховофир, Калах. И Ресен между Ниневиею и между Калахом…

Нимрод – это единственное несомненно личное имя в 10-й главе Бытия, которое не является эпонимом⁴. Кто же этот Нимрод? Можно ли точно установить его личность, соотнести его с каким-либо историческим персонажем? Или он навсегда затерялся во мгле первобытных времен?

В отношении того, кем был Нимрод, вопросов не возникает: он описан как правитель той области Междуречья, где, как известно, находились все известные из перечисленных выше городов. К тому же считается, что библейское выражение «земля Сеннаар» – это название Шумера.

Царство Нимрода

В Бытии, 10: 10 Нимрод предстает как могущественный царь Междуречья, мощь которого зиждется на четырех городах – Вавилоне, Эрехе, Аккаде и Халне. Местонахождение Халне неизвестно, но сейчас принято считать, что упоминание его в числе этих городов – ошибка и что слово это – вовсе не название города, а еврейское выражение «все они». В Исправленном стандартном переводе этот стих читается так: «Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех и Аккад, все они в земле Сеннаар».

Три оставшихся города загадки не представляют. Эрех соответствует городу, известному по древним надписям как Урук. При первых раскопках этого города в 50-х гг. XIX в. обнаружились все признаки обширной метрополии с большими храмами и библиотекой. Существование Эреха датируется по меньшей мере 3600 г. до н. э. Он находился на реке Евфрат приблизительно в 40 милях от его древнего устья. С тех пор русло Евфрата несколько изменилось, и руины города находятся теперь в нескольких милях к востоку от него.

Царем Эреха был мифический Гильгамеш, но правил в нем реальный исторический персонаж. Это был Лугальзагеси, царствовавший вскоре после 2300 г. до н. э. Он завоевал и другие шумерские города-государства и был первым известным нам правителем довольно крупного царства в Междуречье, которое простиралось до самого Средиземноморья. Однако торжество этого владыки было недолгим: его потеснил другой завоеватель, который ассоциируется с Аккадом, вторым городом, упоминающимся в Бытии, 10: 10.

Аккад в древних надписях называется Агаде. Точное его местонахождение неизвестно, но, вероятно, он тоже находился на Евфрате, приблизительно в 140 милях вверх по течению от Эреха. По имени этого города была названа северная часть Междуречья, которая и стала известна как Аккад.

Аккадцы, населявшие эти области в верхнем течении Евфрата, не были шумерами, хотя и унаследовали их культуру. Они говорили на семитском языке, а шумерский язык не был семитским (его лингвистические связи с другими языками не установлены).

Вначале аккадцы находились под господством шумеров, но около 2280 г. до н. э.⁵ правитель по имени Шаррукин (что по-аккадски означает «истинный царь») пришел к власти и сделал своей столицей город Агаде⁶. Этот царь Аккада известен нам под именем Саргона Древнего. Около 2264 г. до н. э. он одержал победу над Лугальзагеси и основал Аккадское царство. При внуке Саргона Нарам-Сине это царство значительно увеличилось и к 2180 г. до н. э. достигло наибольшего могущества.

Однако после смерти Нарам-Сина около 2150 г. до н. э. варвары с восточных гор вторглись в Месопотамию и завоевали ее. Аккадская держава рухнула. Спустя столетие после господства варваров шумеры нанесли им поражение, изгнали из страны, и около 2000 г. Шумер переживает последний период своего могущества. А затем наступает время уцелевшего после этих событий города, о котором упоминается в Бытии, 10: 10.

Город Вавилон находился на Евфрате, приблизительно на 40 миль ниже по течению от Агаде. Более тысячи лет он существовал как небольшой и ничем не примечательный город – в то время как процветали шумерские города-государства, расположенные еще ниже по течению, а Аккадское царство переживало свой расцвет и упадок.

Пока шумеры находились в последнем периоде своей славы, амореи – еще одно племя, обитавшее в среднем течении Евфрата, – около 1900 г. до н. э. захватили Вавилон и сделали его столицей своего обширного царства.

При Хаммурапи – шестом царе аморейской династии, правившем около 1700 г. до н. э., – Вавилония (область Междуречья, получившая свое название от этого города) приобрела значение мировой державы и оставалась ею на протяжении двух тысяч лет – несмотря на то что подвергалась частым завоеваниям и разграблениям. Во времена Ветхого Завета Вавилон был роскошным восточным городом.

В период господства амореев шумеры окончательно ослабли и быстро пришли в упадок, утратив свою самобытность, хотя культуру их наследовали и развивали все последующие завоеватели. Шумерский язык исчез как средство живого общения и стал мертвым, но продолжал использоваться как язык религиозного культа (наподобие латыни в современной католической церкви) почти полторы тысячи лет, сохранившись до 300 г. до н. э.

Слава Хаммурапи была недолгой. Около 1670 г. до н. э. в Вавилонию вторглись касситы с востока, и наступила «темная эпоха», продлившаяся около пяти столетий. Южная Вавилония угасла, но у городов, расположенных в речных долинах гораздо дальше к северу, появился шанс возвыситься. Если Бытие, 10: 10 уделяет внимание южной Вавилонии, то стих 10: 11 обращается к северу.

В Библии короля Якова этот стих начинается словами: «Из сей земли вышел Ассур».

Сейчас большинство исследователей считают такой вариант неправильным переводом с еврейского. В Исправленном стандартном переводе стих 10: 11 начинается так: «Из сей земли он [Нимрод] вошел в Ассур».

Библейский Ассур – это Ашшур, страна, находившаяся в среднем течении Тигра, на территории современного Северного Ирака. Город Ашшур, давший название всей стране, располагался на Тигре, приблизительно в 230 милях севернее Вавилона; он был основан (возможно, шумерскими колонистами) еще в 2700 г. до н. э. Ашшур более знаком нам по греческому варианту этого названия – Ассирия.

Ассирия была частью Аккадского царства, а позже – частью царства амореев. Однако ассирийцы, населявшие эту страну, сохранили свою индивидуальность, и у них были периоды необычайного расцвета. Столица Ассирии была перенесена в города, находившиеся выше по течению Тигра, – вначале в Калах, затем в Ниневию. (Местонахождение города Ресен, который, согласно стиху 10: 12, располагался между этими двумя городами, неизвестно. Однако это слово, как и «Халне», может вообще не означать названия города.)

Поворотный пункт в истории Ассирии мог относиться ко времени правления Салманасара I (около 1250 г. до н. э.). Считается, что этот царь построил Калах, а также что при нем в Ассирию проникло из Малой Азии искусство плавки железа.

Железное оружие давало воинам огромное превосходство над теми, кто был вооружен бронзой. Железо тяжелее бронзы, к тому же более острые железные лезвия не так быстро притуплялись. Сын Салманасара, Тукультининурта, вооружив своих воинов железным оружием и железными доспехами, стал первым ассирийским царем-завоевателем.

Несмотря на случайные неудачи, Ассирия приобретала все большую силу, вытеснила касситов, установила господство над всей Вавилонией, а затем распространила свое влияние далеко за ее пределы. К тому времени, когда записывались предания Бытия, Ассирия стала самым могущественным государством из всех, какие когда-либо существовали в мире.

По-видимому, стихи Бытия 10: 8–12 – это краткий итог 2500-летней истории Междуречья, от периода шумерских городов-государств до Аккадского, затем Аморейского и, наконец, Ассирийского царств.

Так где же нам в этой обширной истории найти Нимрода?

Похоже, что в библейский отрывок, описывающий его, включены деяния Лугальзагеси, Саргона Древнего, Хаммурапи и Салманасара I (а возможно, даже и Гильгамеша), так что в личности Нимрода отразилось величие Шумера, Аккада, аморейского и ассирийского государств.

И все же для авторов Библии Ассирия была самым последним и самым великим царством Междуречья, и его слава затмевала все прошлое. Первому ассирийскому царю-завоевателю могли приписываться не только заслуги в укреплении могущества Ассирии, но и деяния владык всех предшествующих царств. (Как если бы ребенок, имеющий весьма смутное представление о ранней истории Америки, но отлично понимающий, что первым президентом Соединенных Штатов был Джордж Вашингтон, заявил бы: «Джордж Вашингтон пересек Атлантический океан на судне «Мейфлауэр»⁷, открыл Америку, завоевал Мексику, построил город Вашингтон и стал первым президентом Соединенных Штатов».)

Первым известным ассирийским завоевателем был, как уже говорилось, Тукультининурта I. Вполне вероятно, что он явился историческим прототипом героя греческого мифа о Нине (во второй части имени ассирийского царя, Нинурта, исчезли последние буквы, и с помощью греческого окончания – s, почти всегда используемого в личных именах, оно превратилось в имя Ninus).

Согласно греческому мифу, Нин сам, без посторонней помощи, основал Ниневию, завоевал всю Вавилонию и Армению (Урарту), а также области на востоке, где обитали кочевые народы, и воздвиг Ассирийское царство.

И похоже, что тот же самый Нинурта стал Нимродом для авторов Библии. Лаконичное описание Нимрода в этих нескольких библейских стихах, вероятно, указывает именно на какого-то из ассирийских царей. Ассирийское искусство отличалось суровой мощью, и одной из его излюбленных тем было изображение ассирийских царей на охоте. Широко известно, что для этих правителей охота была самым привлекательным видом спорта, и в этом, несомненно, состояла причина того, что Нимрод описан как «сильный зверолов».

К тому же ассирийцы, как сила, господствующая в Вавилонии, пришли на смену касситам (Куш), поэтому естественно, что Нимрод описан как сын Хуша.

Арам

От Нимрода авторы Бытия переходят к завершению родословной Хама, перечисляя потомков его сыновей – Мицраима (Египет) и Ханаана. Некоторые из этих потомков особого интереса не представляют, а о других будет рассказано позже.

Далее в Бытии представлена родословная Сима:

Быт., 10: 22. Сыны Сима: Елам, Ассур, Арфаксад, Луд, Арам.
Быт., 10: 24. Арфаксад родил Салу, Сала родил Евера.

Первые два сына Сима, Елам и Ассур, – эпонимы эламитов и ассирийцев, которые во времена написания Бытия были самыми могущественными народами «семитского» мира. Слово «семитский» берется здесь в кавычки потому, что эламиты на самом деле не были семитами в современном понятии; происхождение их языка неизвестно, но язык этот был явно не семитским. Однако его близость к семитским языкам Вавилонии и Ассирии и длительная связь с этими государствами (хотя бы через непрерывные войны) соответствовали библейскому значению этого слова. Почти до самого окончания ассирийского периода Элам оставался великим непокоренным противником Ассирии, поэтому был удостоен упоминания в родословной как независимый сын Сима. И так как Элам был древнее Ассирии, то и Елам, сын Сима, имел право считаться старшим.

Другие три сына Сима могли представлять иные области, граничившие с Ассирийским царством и остававшиеся незавоеванными в VIII в. до н. э.

Арам – это эпоним арамейских племен. Эти племена пришли из северной Аравии около XII в. до н. э. и распространились повсюду в плодородных областях. Набеги арамеев способствовали дальнейшему ослаблению Ассирийского царства после ряда первых завоеваний его при Тукультининурте I и Тиглатпаласаре I, который умер около 1100 г. до н. э. После этого на целых два столетия ассирийская держава ушла в тень. Западная Азия получила передышку, и более мелким государствам предоставилась возможность упрочить свое положение.

Но даже после того, как ассирийская держава вновь окрепла и после 900 г. до н. э. снова стала расширять свои владения, Арамейское царство, образовавшееся к северу от Ханаана, продолжало сохранять независимость вплоть до 732 г. до н. э. Поэтому с точки зрения авторов Бытия оно заслужило упоминания как один из сыновей Сима.

Луд вызывает гораздо больше споров. Схожесть в звучании со словом Лидия приводит к мысли, что «Луд» – эпоним этой страны, уже упоминавшейся в связи с Магогом. Лидия, находившаяся в западной части Малой Азии, сохраняла независимость от Ассирии, хотя периодически и платила ей дань⁸.

Еще два царства, Израиль и Иудея, ко времени записи Бытия также сохраняли относительную независимость. Так как два основных источника Бытия происходили из Иудеи и Израиля, их тоже следовало бы отметить как сыновей Сима.

В некотором отношении так и произошло. Арфаксад (точнее, Арпаксад, как это дается в Исправленном стандартном переводе) – совершенная загадка в лингвистическом отношении, и даже непохоже, чтобы это имя было семитским⁹. Однако в Бытии, 10: 24 утверждается, что Арфаксад был дедом Евера, а Евер – эпоним еврейского народа, к которому принадлежали жители обоих царств – Иудеи и Израиля (так же, как и некоторые другие родственные им племена).

Вавилон

Перечислив родословные, Бытие переходит к пересказу последней истории, связанной с Вавилоном.

Когда потомки Ноя существовали еще относительно небольшой группой, говорящей на одном языке, они пришли в Шумер и решили построить там огромную башню «высотою до небес».

Однако Бог помешал этому замыслу, заставив людей говорить на разных языках. Они перестали понимать друг друга и вынуждены были прекратить строительство. Вот какой легендой объясняется название города, в котором строилась башня:

Быт., 11: 9. Посему дано ему имя: Вавилон; ибо там смешал Господь язык всей земли…

Другими словами, авторы Библии произвели слово «Вавилон» («Babel») от еврейского глагола «babal», что означает «смешивать», «спутывать». Однако эта этимология ошибочна, так как на вавилонском языке город называется «Bab-ilu», то есть «ворота бога». От этого названия образовалось еврейское «Babel» и греческое «Babylon».

В Вавилоне действительно была высокая башня. На самом деле башни существовали в большинстве шумерских и вавилонских городов. Храмы, посвященные божествам в этих городах, имели форму ступенчатых пирамид. Эти башни назывались зиккуратами.

Строительство огромного зиккурата в Вавилоне было начато шумерским царем, но оно не завершилось – возможно, из-за разрушительного вторжения на юг войска Саргона Древнего. На протяжении многих веков зиккурат оставался недостроенным и, возможно, именно поэтому и приобрел известность (подобную известности падающей Пизанской башни или «Неоконченной симфонии» Шуберта). Можно предположить, что она послужила образцом для библейской истории о недостроенной Вавилонской башне.

Однако в VI в. до н. э. вавилонский царь Навуходоносор закончил строительство самого большого изо всех известных когда-либо зиккуратов. Он был образован семью постепенно сужающимися ступенями, соответствующими семи планетам. Нижняя ступень имела размер 300 на 300 футов, а вся постройка вздымалась в небо на 325 футов.

Такое сооружение сейчас едва ли может считаться внушительным небоскребом, и оно было намного меньше огромных египетских пирамид. Однако это строение являлось самым высоким в Юго-Восточной Азии, и, что еще примечательней, сейчас оно известно нам как «Вавилонская башня» – наконец достроенная.

Ур Халдейский

11-я глава Бытия заканчивается беглым перечислением потомков Сима и Арфаксада. И вновь указывается возраст каждого жившего после потопа патриарха ко времени рождения его наследника, а затем сообщается, сколько еще лет он прожил после этого. В целом возраст жизни этих патриархов постепенно уменьшается. Сим прожил 602 года (то есть меньше по сравнению с Мафусаилом, прожившим 969 лет). Фарра же, родившийся через восемь поколений, жил всего 205 лет, а срок жизни его прямых потомков был менее 200 лет.

Если произвести подсчет, выходит, что Аврам, сын Фарры, родился через 292 года после потопа – или примерно в 2100 г. до н. э. Проверить это по другим источникам, кроме Библии, невозможно, но даты более поздних библейских событий будут достовернее, если дату рождения Аврама отнести к более позднему времени – может быть, вскоре после 2000 г. до н. э.

Сейчас не представляется возможным судить о том, были ли Аврам и его прямые потомки реальными личностями или, как в случае с Нимродом, несли в себе черты реально существовавших исторических персонажей. Если мы воспримем библейский рассказ в его буквальном значении, то, разумеется, Аврам был реальной личностью, причем психологически правдоподобной.

Аврам (чье имя позже было изменено на более известное сейчас Авраам) – первый патриарх, от которого евреи ведут свое происхождение – не только физическое, но и духовное. Значительность Авраама, по сравнению с предшествующими патриархами, – в том, что он первый отправился в Ханаан и, согласно легендам, которые не вошли в Библию, публично отказался поклоняться идолам и стал убежденным монотеистом. (Предания разъясняют, что его отец, Фарра, изготавливал идолов, а Аврам в гневе разбил их.)

История Аврама начинается в Междуречье – в средоточии первых одиннадцати глав Бытия:

Быт., 11: 27–28. …Фарра родил Аврама, Нахора и Арана. Аран родил Лота. И умер Аран при Фарре, отце своем, в земле рождения своего, в Уре Халдейском.

Таким образом, Ур может считаться родиной Аврама и его семьи.

Ур был шумерским городом, основанным не позднее 3500 г. до н. э., а возможно, и намного раньше. Он располагался на правом берегу Евфрата, приблизительно в 140 милях юго-восточней Вавилона, прямо на том месте, которое было тогда побережьем Персидского залива. В шумерские времена Ур был значительным городом, культовым центром бога луны Сина, в котором находился внушительный зиккурат, и, возможно, этот город процветал за счет морской торговли, как и многие прибрежные поселения.

Около 2500 г. до н. э., во времена правления «первой династии», Ур переживал период значительного расцвета. Однако через два с половиной столетия он пал под натиском победоносных армий Лугальзагеси, а позже – Саргона Древнего.

Жителям Ура и историкам, изучавшим его, эти завоеватели должны были представляться в весьма неблагоприятном свете. Если в образе Нимрода действительно отразились смутные воспоминания о Лугальзагеси и Саргоне, то весьма интересно, что в одной из еврейских легенд он представлен как царь Вавилонии, предпринявший неудачную попытку убить новорожденного Аврама.

После падения Аккадского царства Ур во времена «третьей династии» снова вступил в период величия и расцвета торговли. Этот последний этап могущества Шумера пришелся на годы между 2050-м и 1950 гг. до н. э., и именно в это время был рожден Аврам.

Ур продолжал существовать на протяжении всех событий, описанных в Ветхом Завете, и о нем упоминается в поздних документах, датированных 324 г. до н. э. Однако ко времени записи Бытия Ур представлял собой всего лишь заброшенную деревню. Авторы Бытия при упоминании города, который, благодаря рождению в нем Аврама, вызывал особый интерес у читателей, ощущали потребность как-то идентифицировать его. Поэтому они назвали этот город «Ur kasdim», что было переведено как «Ур халдейский».

Халдеи – это аравийское племя, вторгшееся в Вавилон с юга около 1150 г. до н. э., сразу же вслед за арамеями. Со времен Аврама прошло около тысячи лет, прежде чем Ур действительно стал частью халдейской территории. Но все же в ассирийский период халдеи были самым могущественным племенем среди вавилонского населения, и название Ур Халдейский, несмотря на анахронизм, идентифицирует город совершенно точно.

Харран (Харан)

Процветанию Ура наступил конец еще во времена юности Аврама. Заиливание устья Тигра и Евфрата означало, что Ур мог оставаться преуспевающим приморским городом только благодаря постоянному труду. Однако непрекращающаяся борьба между шумерскими городами истощала их и способствовала разрушению Ура как морского порта. К тому же растущая мощь аморейских правителей Вавилона способствовала исчезновению шумерских городов-государств.

Потому неудивительно, что семья Аврама не видела смысла оставаться в Уре и покинула Шумер.

Быт., 11: 31. …они вышли прямо… из Ура Халдейского… и они пришли в Харан и остановились там.

Чтобы дойти до Харрана (Харана), семья отправилась обычным торговым путем, ведущим из Шумера к Средиземноморью. Средиземноморье находилось в 500 милях к западу от Ура, но, если бы они двигались прямо на запад, им пришлось бы пересечь северную часть Аравийской пустыни – что было нецелесообразно. Вместо этого можно было направиться вдоль рек на северо-запад, а затем свернуть к югу и обогнуть Аравийскую пустыню огромным полукругом, преодолев расстояние свыше тысячи миль. Это большее расстояние компенсировалось для путешественника тем, что он шел через плодородную, заселенную территорию и мог надеяться, что не останется в дороге без запасов продовольствия. Земли, которые пересек Аврам, действительно оправдывают их привычное название – Плодородный Полумесяц.

Аврам со своей семьей пришел в Харан – крайнюю точку на севере Полумесяца – и оставался там в течение нескольких лет. Харан располагался на восточном берегу реки Балих, текущей к югу на протяжении 60 миль и впадающей в Евфрат в верхнем его течении. Этот город находился примерно в 170 милях к востоку от северо-восточной окраины Средиземноморья – в районе сегодняшней юго-восточной Турции, чуть севернее сирийской границы.

Во времена Аврама это был важный торговый центр и вполне подходящее место для поселения, по крайней мере временного, чтобы «перевести дух». Как и в Уре, здесь царил культ лунного бога Сина. «Энкор Байбл» указывает на определенные трудности в понимании выражения «Ур Халдейский», задаваясь вопросом, нельзя ли назвать это место скорее «землей халдеев». В этом случае семья Аврама могла возникнуть скорее в Харане, чем в Уре: эти места могли перепутать из-за общего для них культа лунного божества.

Если бы Аврам родился в Харане (или, по крайней мере, в его окрестностях, на территории, которая позже стала арамейской), а не в Уре, он был бы арамеем, а не шумером. Это согласовывалось бы с Книгой Второзакония, описывающей предка израильтян, предположительно Аврама. В Исправленном стандартном переводе о нем сказано так: «Странствующий арамей был моим отцом».

На первый взгляд может показаться существенным, что рано умершего младшего брата Аврама звали Аран (Нагап). Однако получить свое имя по названию города он не мог, так как два этих имени сходны только в английском языке.

Но едва ли эта гипотеза получит признание. Рождение Аврама в Уре не только прочно закреплено традицией, но имеет и свои привлекательные особенности. Ур – одно из тех мест, где при археологических раскопках был обнаружен слой ила, нанесенный в результате сильного наводнения. Возможно, переселенцы из Ура, среди которых был и Аврам, принесли рассказ об этом потопе в Ханаан, где он прочно вошел в древнее предание. Другие шумерские легенды – о райском саде Эдема, о Каине и Авеле, о Вавилонской башне – также могли попасть в Ханаан вместе с этими переселенцами.

Город Харан вошел в историю не просто как место, о котором можно сказать: «здесь ночевал Аврам». Это город, где произошли три драматических сражения. Здесь находился важный бастион ассирийской державы, и, когда эта держава рухнула, именно в Харане оставались ее последние войска, пока город не был окончательно разрушен. Харан был известен римлянам как Карры. В этом месте в 53 г. до н. э. римская армия под предводительством Красса потерпела поражение от парфян, что положило конец расширению империи. В 296 г. н. э. здесь произошла еще одна драматическая битва, в которой персы нанесли поражение римскому императору Галерию.

Ханаан

Фарра, отец Аврама, умер в Харане, и для Аврама настало время отправиться дальше.

Быт., 12: 5. И взял Аврам с собою Сару, жену свою, Лота, сына брата своего… и пришли в землю Ханаанскую.

Ханаан – это название той части Средиземноморского побережья Азии, которая лежит к югу от Малой Азии¹⁰. Название, использованное в этом значении, было обнаружено в египетских надписях, датированных 1800 г. до н. э. Ханаан был центром цивилизации позднего каменного века, с отдельными городами, существовавшими еще около 4000 г. до н. э. К 3200 г. до н. э. здесь научились обрабатывать металлы, и Ханаан вступил в бронзовый век.

Люди, говорившие на семитском языке, появились в Ханаане еще за 3000 лет до н. э. Контакты с расширяющейся культурой Междуречья и с новыми переселенцами принесли им ощутимую пользу. Ко времени прибытия Аврама в Ханаан здесь уже существовала длительная история цивилизации, он был заселен разными народами, которых Библия в целом называет «хананеями».

Несмотря на библейское описание Ханаана как сына Хама, связанное с господством Египта над этой землей, большинство хананеян говорило не просто на семитском, а на древнееврейском языке. Сыны Израилевы, в конце концов захватившие эту землю, не только усвоили язык побежденного народа, но – и это существенно важно для истории израильтян – сохранили его как одну из религиозных ценностей.

Египет

Отправившись в тысячемильное путешествие, Аврам, по сути, вовсе не покидал свою родину, так как в его время культурой, возникшей в Шумере, был пропитан весь Плодородный Полумесяц. Однако Ханаан представлял собой западную границу этой культуры. И когда Аврам направился из Ханаана к юго-западу, он попал в совершенно новый мир.

Быт., 12: 10. И был голод в той земле [в Ханаане]. И сошел Аврам в Египет, пожить там…

Для Египта было естественным, что его плодородие зависело от ежегодных разливов Нила и неурожаи случались редко. Голод, наступавший в полузасушливых землях, когда осадки выпадали ниже нормы, обычно не затрагивал эту страну.

Египетское царство

Египет разделял с Шумером славу колыбели человеческой цивилизации. Там к 3000 г. до н. э. уже существовала развитая цивилизация, была распространена письменность (возможно, заимствованная у шумеров), процветали искусство и литература.

Египет занимал выгодное местоположение. Со всех сторон он был изолирован пустыней или морем и мог развиваться без постороннего влияния. Тогда как Западная Азия была свидетелем то возвышения, то превращения в прах разных городов и племен, наблюдая, как попеременно сменялись их процветание и бедствия, история Египта оставалась относительно спокойной.

С другой стороны, именно из-за своего географического положения Египет и страдал в древние времена. Протяженная территория этого государства была вытянута, как тонкая нить.

Только берега Нила с наступлением разлива получали живительную влагу, и у египтян появлялась возможность обрабатывать около 550 миль прибрежной полосы шириной в среднем приблизительно 12 миль. Эта узкая вытянутость и недостаток региональной компактности означали, что страна естественным образом была разбита на изолированные области.

К концу четвертого тысячелетия до н. э. в результате объединения этих областей возникло два царства – Верхнее и Нижнее. На севере, впадая в Средиземное море, Нил образовывал дельту (так же как Тигр и Евфрат), и в этой дельте он разливался, разбиваясь на ряд медленно текущих ручьев, которые давали плодородие области, приближающейся по форме к равностороннему треугольнику со сторонами около ста миль каждая. К югу от дельты текла сама река, по берегам которой тянулась узкая полоска плодородной земли. Это был Верхний Египет.

Около 3100 г. до н. э. правитель Верхнего Египта Нармер, имя которого более известно в греческом варианте как Менее, стал царем обоих Египтов и учредил свою столицу в Мемфисе, находившемся в 15 милях южнее дельты. Место для столицы, скорее всего, было выбрано намеренно: она находилась в месте соединения двух древнейших царств, и поэтому ни одному из них как бы не отдавалось предпочтения.

Менее был первым царем I династии объединенного Египта. Насчитывается тридцать династий, правивших в Египте, хотя некоторые из последних династий составляли иноземные завоеватели.

Первый период высокого расцвета Египта относится к Древнему царству. Он длился от III до VI династии включительно, с 2664 г. до н. э. до 2181 г. до н. э., охватывая период почти в пятьсот лет – что четко соотносится с легендарным временем потопа. Первым правителем III династии был Джосер, и, согласно преданию, именно в его царствование была построена первая пирамида.

Пирамиды – это большие каменные сооружения, предназначавшиеся для огромных гробниц фараонов. Египетская религия была глубоко сосредоточена на смерти, и считалось, что путь к вечной жизни заключен в физической сохранности тела. У древних египтян была крайне сложная система бальзамирования, и изготовление мумий (некоторые из них сохранились на протяжении многих веков до наших дней) постоянно совершенствовалось. Захоронения мумий фараонов отличались огромной роскошью (для обслуживания их в другом мире), и в Египте предпринимались меры, чтобы предотвратить кощунственные разграбления усыпальниц. Чтобы уберечь пирамиды от грабителей, их строили прочными, огромных размеров, с замаскированными выходами, искусными лабиринтами коридоров. Но все это мало чем помогло, хотя в 1922 г. британским археологам графу Карнарвону и Говарду Картеру удалось обнаружить уцелевшую от разграбления усыпальницу фараона Тутанхамона, умершего в 1343 г., – что явилось сенсацией.

Строительство пирамид достигло невероятного пика при IV династии, во время правления ее второго фараона Хуфу (более известного в греческом варианте под именем Хеопс). Он царствовал с 2575-го до 2465 г. до н. э. – всего немногим ранее, чем первая династия Ура. Хеопс воздвиг пирамиду, известную сейчас под названием «Великая пирамида» – громадное сооружение, возведенное на фундаменте, представляющем собой квадрат со сторонами 756 футов каждая, и вздымающееся над этим основанием до вершины, находящейся на высоте в 481,5 фута. Пирамида построена из огромных гранитных блоков весом в среднем 2,5 тонны каждый; на все сооружение ушло 2 300 000 таких блоков. Согласно Геродоту, для строительства потребовалось 100 000 человек и продолжалось оно в течение 30 лет. Возможно, это не такое уж преувеличение.

После окончания VI династии последовал период смуты. Египет распался на части в результате ослабления центральной власти в течение последних лет Древнего царства и уверенного захвата власти феодальными правителями разных городов и областей. На протяжении пяти с четвертью веков Египтом правили разные династии. И лишь изолированное положение позволило Египту роскошь такого безвластия, иначе он наверняка пал бы жертвой внешних врагов.

Лишь к 1052 г. до н. э. центральная власть XI династии начала укрепляться. К 1991 г. (почти в то время, когда родился Аврам) на трон взошел Аменемхет I, первый фараон XII династии¹¹. Это положило начало эпохе Среднего царства, второму периоду этой страны высокой цивилизации и культуры. Именно тогда Аврам и пришел в Египет.

Фараон

В Египте Аврам в конце концов обнаружил, что красота его жены привлекла нежелательное внимание и ему угрожает опасность:

Быт., 12: 15. Увидели ее и вельможи фараоновы… и взята была она в дом фараонов.

Слово «фараон», постоянно употребляемое как почтительный титул египетского правителя, произошло от египетского «pero», что означает «великий дом», то есть царский дворец.

Затруднение, возникающее при этом почтительном обращении, состоит в том, что очень часто невозможно определить, о каком именно фараоне идет речь. И можно лишь гадать о том, какой фараон пытался взять жену Аврама в свой гарем.

Хотелось бы предположить, что это был Сенусерт I, второй фараон XII династии, правивший с 1971-го по 1928 г. до н. э.¹² При его правлении могущество Египта распространилось на юг и на запад, Египет переживал период расцвета, что могло очень привлекать «странствующих арамеев».

На самом деле Аврам в Египте поступил правильно. Если, в конце концов, у него возникли проблемы из-за фараона и он вернул свою жену только после серьезных неприятностей и если он решил, что достойней всего будет вернуться в Ханаан, то, по крайней мере, сделал он это как обеспеченный человек.

Река Иордан

По возвращении в Ханаан Аврам обнаружил, что его стада настолько умножились, что для них и для стад его племянника Лота стало не хватать корма. В таком положении разумнее всего было разделиться, и Аврам благородно позволил Лоту первым выбрать территорию.

Быт., 13: 10–12. Лот возвел очи свои, и увидел всю окрестность Иорданскую, что она, прежде нежели истребил Господь Содом и Гоморру, повсюду хорошо орошалась водою, как сад Господень, как земля Египетская… И избрал себе Лот всю окрестность Иорданскую… и раскинул шатры до Содома.

Ханаан в значительной степени засушливая страна, и единственное место, где вода была (и есть) всегда доступна, находилось в долине реки Иордан. В этом стихе Библии описано такое же изобилие, каким были полны земли цивилизаций двух великих рек: Шумера (сад Господень, то есть Эдем) и Египта.

Иордан, конечно, самая известная река в мире – и это исключительно благодаря Библии. Эта река берет свое начало в горах и протекает вдоль границ современных государств Ливана, Сирии и Израиля, затем продолжает свой путь прямо на юг примерно 135 миль и впадает во внутреннее море, не вытекая из него. Воды Иордана никогда не достигают океана. Длина реки составляет 250 миль, но из-за своей извилистости она кажется короче.

Но в одном отношении Иордан совершенно необычен. Его уровень резко понижается, и, при относительно короткой длине реки, он падает от истока до устья приблизительно на три тысячи футов – то есть более чем на полмили. Существует предположение, что именно с этим связано название реки, происходящее от еврейского слова, которое означает «идти вниз». Однако все это может быть простым совпадением, и название реки могло возникнуть еще в досемитские времена.

Результатом такого понижения является то, что уровень воды в низовьях реки на отрезке в две трети длины ее русла действительно ниже уровня моря. Насколько известно, другой такой реки на свете не существует.

Причина в том, что Иордан занимает северную оконечность Великой рифтовой долины – гигантского разлома земной коры длиной около 4000 миль, который тянется в южном направлении через устье Иордана к длинному узкому Красному морю (которое заполняет эту часть впадины, а затем проходит большой дугой через Восточную Африку). Глубокие и узкие озера Рудольф, Альберт, Танганьика и Ньяса заполняют участки африканской части этой впадины.

Несмотря на мнение Лота, Иордан – река не слишком привлекательная. Она несудоходна, летом от нее поднимаются горячие испарения и температура воздуха даже в тени нередко достигает 30 °C. Непривлекательность Иорданской долины признается в Бытии, 13: 10, где точно объясняется, что оценка, которую дал ей Лот, относится к тому времени, когда Содом и Гоморра еще не были разрушены (история которых будет рассказана в Бытии, гл. 19).

В настоящее время Иордан получил новое значение. Прежде всего, по нему проходит государственная граница. После Первой мировой войны Палестина (Ханаан) была освобождена от турецкого контроля и объявлена подмандатной зоной под контролем Великобритании. Иордан стал частью восточной границы Палестины, к востоку от которой находился другой регион, Трансиордания, также под британским контролем.

Трансиордания стала независимым королевством в 1946 г. Затем, в 1948 г., часть территории Палестины стала независимым еврейским государством, получившим название Израиль. Между Израилем и окружавшими его арабскими государствами сразу же началась война. Трансиордания аннексировала и присоединила часть земель к западу от Иордана и стала называться Иорданией. Эту часть Иордании к западу от реки в результате Шестидневной войны в 1967 г. оккупировал Израиль.

Хеврон

После того как Лот покинул его, Авраму пришлось довольствоваться менее плодородной и явно менее привлекательной для него землей к юго-западу от Иордана.

Быт., 13: 18. И двинул Аврам шатер, и пошел, и поселился в равнине Мамре, что в Хевроне…

На самом деле «равнина Мамре» – это неправильный перевод, и в Исправленном стандартном переводе он дается как «дубрава Мамре» с примечанием для большей убедительности, что это был «терпентинник Мамре». В любом случае речь, очевидно, идет о священной роще, расположенной (согласно преданию) приблизительно в двух милях севернее Хеврона.

Сам Хеврон находится в 20 милях к югу от Иерусалима. Это один из древнейших городов Ханаана. Хотя в Библии он называется Хевроном – тем именем, которое он носил к моменту окончательного оформления Книги Бытия, но, по-видимому, во времена хананеев его называли Кириаф-Арба, как сообщается позже в Бытии:

Быт., 23: 2. …в Кириаф-Арбе, что ныне Хеврон…

Хеврон существует до сих пор. Арабское название этого города «Эль-Халил» («друг») – в честь Авраама, «друга Божия». Множество древних дубов в его окрестностях указывают, что здесь когда-то была «дубрава Мамре», но вряд ли возраст какого-либо из этих дубов достигает сейчас четырех тысяч лет.

Амрафел

После того как Аврам и Лот расстались, «города долины», с которыми Лоту пришлось разделить судьбу, подверглись вторжению с востока. В Бытии называются предводители этих сил:

Быт., 14: 1. …Амрафел, царь Сеннаарский, Ариох, царь Елласарский, Кедорлаомер, царь Еламский, и Фидал, царь народов.

Похоже, здесь отображена ситуация, существовавшая в период окончательного упадка Шумера.

Элам, постоянный враг Шумера, теперь имел превосходство. Он был завоеван Саргоном Древним и на протяжении веков в какой-то мере оставался под шумеро-аккадским владычеством. Когда Ур наконец обессилел, Элам двинулся в наступление. Его стремительное нападение могло способствовать окончательной гибели Ура.

Елласар вполне может быть городом, название которого упоминается в вавилонских документах как Ларса. Этот город находился на Евфрате, милях в двадцати вверх по течению от Ура. Падение Ура означало для Ларса временный подъем. Фидала иногда отождествляют с Тудхалией I¹³, правителем хеттского племени (позже о хеттах будет рассказано подробней).

Однако правителем, упоминаемым в этом библейском стихе и получившим львиную долю внимания со стороны исследователей Библии, является Амрафел, царь Сеннаара. В этот период – около 1900 г. до н. э. – амореи пришли в Вавилон. В итоге они заняли весь Шумер, поэтому Амрафел, возможно, всего лишь местный правитель, уже называется царем Сеннаара (несколько преждевременно).

Самым великим царем амореев был, как уже ранее говорилось, Хаммурапи, который правил около 1700 г. до н. э. и получил наибольшую известность благодаря кодексу законов, установленному в его царствование. В наше время была обнаружена копия этого свода законов, записанная на диоритовой стеле высотой восемь футов. Хаммурапи в конце концов, хотя и не без труда, завоевал Ларсу, где правил могущественный царь Римсин. Он покорил также и Элам. (Однако для Элама позже наступил еще один период могущества. Колонна, на которой были начертаны «Законы Хаммурапи», была найдена в Сузах, древней столице Элама, куда она могла попасть после успешного похода эламитов на Вавилон в один из периодов ослабления этого города.)

Издавна принято считать, что библейский Амрафел – это царь Хаммурапи, но, по-видимому, это заблуждение. Хаммурапи правил несколькими веками позже событий, которые описываются в этой главе Бытия. В библейском рассказе лидером коалиции является Кедорлаомер (хотя в стихе 14: 1 Амрафел и упоминается первым), что совершенно немыслимо, если бы в это время царствовал Хаммурапи.

Картина происходящего была такова: Шумер находился в упадке, города-государства Вавилон и Ларса действовали совместно под управлением Элама, с которым некоторые хеттские племена состояли в союзе (или, возможно, использовались в качестве наемников).

Очевидно, Элам, укрепившийся в Междуречье, простирался теперь к западу до самого края Плодородного Полумесяца, находившегося на протяжении нескольких веков под владычеством тех правителей, которые господствовали на востоке.

Долина Сиддим

Против захватчиков выступили силы самых густонаселенных и процветающих городов Ханаана, пяти «городов долины»: Содома, Гоморры, Адмы, Севоима и Сегора, о которых позже будет рассказано подробнее.

Эти города платили дань в течение двенадцати лет, но теперь отказались от дальнейшей ее уплаты и приготовились к сопротивлению.

Быт., 14: 3. Все сии соединились в долине Сиддим, где ныне море Соленое.

«Море Соленое» – это внутреннее море, в которое впадает Иордан, и вода в нем самая необычная. Размеры его невелики: всего около 47 миль в длину и не более 10 миль в ширину. Площадь – 370 квадратных миль, что лишь немногим больше пяти районов Нью-Йорка.

При самом впадении Иордана в это «море Соленое» русло реки понижается до 1286 футов ниже уровня моря, поэтому берега ее ниже всех районов земли во всем мире.

Если бы котловина этого соленого водоема наполнилась до высоты уровня моря, образовалось бы внутреннее море гораздо больших размеров: около 200 миль длиной и 20 миль шириной – по величине почти равное штату Коннектикут.

Причина, по которой котловина соленого моря не заполняется доверху, проста. Количество воды, поступающее в него, невелико: это в основном осадки, выпадающие в горах на юге Сирии и Ливана, которые приносит Иордан. Температура этой воды высокая (по показаниям, зарегистрированным в районе моря, она достигает 45 °C), и ее потери из-за испарения велики. Можно сказать, что «море Соленое» – это частично пересыхающий водоем.

Воды Иордана, впадающие в это море, пресные, но в них растворены частицы минералов, которые вымываются из грунта русла и берегов. Эти вещества накапливаются в водах соленого моря. И если бы это море имело выход в океан, химические вещества вымывались бы из него так же быстро, как и поступают, и вода не была бы настолько соленой. Однако выхода в океан у этого моря нет, и оно теряет воду только при испарении, при этом минеральные вещества не испаряются, оставаясь в нем. Их количество постоянно накапливается, никуда при этом не исчезая. В результате в настоящее время море на 23–25 процентов состоит из раствора солей, в основном это хлористый натрий (поваренная соль) и хлористый магний, с незначительной примесью множества других веществ. Так что «море Соленое» вполне заслуживает своего названия.

Концентрация соли в нем настолько велика (в несколько раз выше, чем в океане), что здесь не может существовать ничего живого. Поэтому греческие географы и назвали это море Мертвым морем, и под этим именем оно известно нам и сейчас. Однако в Библии это название не встречается.

Хотя Мертвое море – это частично высохшее озеро, заполняющее дно котловины, не следует считать, что все настолько уж безысходно и достаточно лишь небольшого толчка, чтобы море исчезло, окончательно испарившись. Ведь Мертвое море заполняет часть Великой рифтовой долины. И это делает его одним из самых глубоких озер в мире. В среднем его глубина составляет 1080 футов, а наибольшая достигает 1310 футов. Количество воды, содержащейся в нем, значительно больше, чем в некоторых явно превосходящих его по площади водной поверхности, но мелких озерах. Так, в Мертвом море содержится приблизительно в двенадцать раз больше воды, чем в Великих соленых озерах, хотя площадь их в четыре раза больше.

Мертвое море – значительный источник химических элементов, и растения по его берегам впитывают хлорид калия прямо из воды. Химикаты, убивающие все живое в слишком больших концентрациях, могут благотворно воздействовать в необходимых дозах. В наше время Мертвое море располагается между государствами Иордания и Израиль.

Это море разделено на две неравные части небольшим мысом, выдающимся в него со стороны восточного побережья. Северная его часть, занимающая две трети всего бассейна, – глубокая. Южная же, занимающая остальную треть, удивительно мелкая, глубиной всего от трех до тридцати футов. Вероятно, «долина Сиддим», упоминающаяся в Бытии, 14: 3, имела какое-то особое отношение к этой южной части Мертвого моря.

Рефаимы

Армия Кедорлаомера на своем пути вдоль западной части Плодородного Полумесяца быстро покорила восточные и южные области Мертвого моря:

Быт., 14: 5. …Кедорлаомер и цари, которые с ним… поразили Рефаимов… Зузимов… Эмимов.

Между прочим, выражение «рефаимы» – это пример неправильного употребления множественного числа. Суффикс «–им» в еврейском языке означает множественное число, и добавлять к нему окончание «–ы» – излишне. Поэтому в Исправленном стандартном переводе говорится: рефаим, зузим, эмим (зузим часто соотносится с «замзуммим», о которых упоминается позже в Книге Второзакония).

Эти народы существовали еще за шесть-семь веков до появления потомков Авраама – израильтян и родственных им племен. Предание утверждает, что доизраильские жители Ханаана, в частности рефаимы, были гигантами. Действительно, в фольклоре почти всех народов существует общее предание о том, что на земле некогда существовали огромные великаны. В Библии об этом говорится прямо, и это место подвергалось частым обсуждениям:

Быт., 6: 4. В то время были на земле исполины…

Однако еврейское слово, переведенное здесь как «исполины», – это нефилим, и нет никакой уверенности, что оно обозначает именно исполинов. Оно может просто обозначать расу могучих воинов, вовсе не отличающуюся гигантским ростом. Исправленный стандартный перевод находит выход, оставляя еврейское слово без перевода: «В то время были на земле нефилим»¹⁴.

В Книге Числа в донесении разведчиков, посланных Моисеем в Ханаан, вновь говорится:

Числ., 13: 34. Там видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода…

Здесь также используется слово «нефилим», и Исправленный стандартный перевод излагает: «Там видели мы нефилим (сынов Енака, от рода нефилим)…»

Наконец, причиной множества рассказов о великанах могло быть удивление, которое испытали варвары-захватчики при виде творений вытесненной ими цивилизации. Так, когда греки-дорийцы вторглись на Пелопоннес, их поразили толстые стены Микен и Тиринфа – твердынь павшей микенской цивилизации. Увидев огромные каменные глыбы, из которых были возведены эти стены, дорийцы решили, что их могли построить только великаны, и греческие мифы действительно рассказывают, что их построили гигантские одноглазые циклопы. Такие стены, возведенные из больших каменных глыб и держащиеся только за счет собственного веса, без какого-либо скрепляющего раствора, называются «циклопическими стенами».

Точно так же израильтяне, вторгшиеся в 1200 г. до н. э. в Ханаан, при виде искусных укреплений его городов могли решить, что сражаются с великанами. Слово «великан» вначале должно было использоваться метафорически, под влиянием яркого впечатления от технологических достижений врага. Таким образом, уже цитируемый стих Чисел продолжает:

Числ., 13: 34. …и мы были в глазах наших пред ними как саранча, такими же были мы и в глазах их.

Однако позже все эти выражения стали восприниматься буквально, и в поздних раввинских легендах все эти рефаим, эмим, зузим, замзуммим, нефилим и енаким превратились в громадных великанов. Однако если бы они существовали, то довольно странно, что их легко победил Кедорлаомер, а позже – и израильтяне.

Пожалуй, нет необходимости говорить, что археологи не обнаружили никаких следов расы великанов, относящейся к историческим временам. Конечно, найдено небольшое количество ископаемых останков, в основном зубов, указывающих, что в прошлом на земле обитали человекообразные, которые были крупнее даже современных горилл. Однако они существовали сотни тысяч лет тому назад (и даже ранее), и маловероятно, что они жили в столь недавний исторический период, как времена Авраама.

Салим

Затем армия Кедорлаомера обогнула южное побережье Мертвого моря, вступила в сражение в долине Сиддим с войсками расположенных там городов и нанесла им поражение. Содом был разграблен, а Лот, племянник Аврама, уведен в плен вместе с остальными жителями.

Узнав об этом, Аврам (в 14-й главе Бытия он описан как могущественный шейх пустыни) тут же собрал своих людей и отправился в погоню. Он напал на арьергард Кедорлаомера, освободил Лота и возвратил его имущество, похищенное врагами.

Когда Аврам вернулся после этой успешной операции, то:

Быт., 14: 18–19. …Мельхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино… И благословил его, и сказал: благословен Аврам…

«Мельхиседек» на древнееврейском языке означает «царь правды», это хананейский эквивалент аккадского имени «Саргон». Кроме этого единственного эпизода, в Библии Мельхиседек больше нигде не упоминается.

О том же, где мог находиться город Салим, размышляли давно. Евреи более поздних времен считали, что Салим (что по-еврейски означает «мир») – сокращенная форма от «Иерусалим». Это видно, к примеру, из 76-го псалма:

Пс., 76: 2. И было в Салиме жилище Его [Бога] и пребывание Его на Сионе.

Здесь, очевидно, характерный для еврейской поэзии двойной повтор, поэтому Салим может являться синонимом слова Сион. Сион – это поэтическое название Иерусалима, и вполне вероятно, что слово Салим также означает этот город.

Против подобной интерпретации существуют возражения, основанные на том, что до израильского вторжения Иерусалим был родиной одного из хананейских племен, называвшегося иевусеями, и город этот назывался Иевус.

Даже в египетских летописях, датированных временем, предшествующим израильскому вторжению, упоминается о городе, называвшемся Урусалим – возможно, это и был Иерусалим¹⁵. Значит, по-видимому, Иерусалим – действительно очень древнее название (этимология которого неизвестна, несмотря на сходство двух последних слогов с еврейским словом «мир»), и «Иевус» – это позднее образование от слова «иевусеи».

Если Салим – действительно название Иерусалима (что, пожалуй, более правдоподобно), то это первое упоминание в Библии о городе, который позже стал знаменит как место храма. Пожалуй, одна из причин, по которым легенда могла сохраниться и быть записанной в Бытии, – это стремление показать, что Аврам сам платил десятину в том месте, где позже будет возведен храм.

Дамаск

В то время Аврам был очень опечален отсутствием у него наследника – ситуация для родоплеменного общества слишком серьезная. Он оплакивал свою судьбу: все накопленное им имущество теперь мог наследовать лишь какой-то слуга, не принадлежащий к его роду:

Быт., 15: 2. …я остаюсь бездетным; распорядитель в доме моем этот Елиезер из Дамаска.

Дамаск уже упоминался в предыдущей главе, где описывалось долгое преследование Авраамом Кедорлаомера:

Быт., 14: 15. …и преследовал их до Ховы, что по левую сторону Дамаска.

В Бытии, 14: 15 могло просто упоминаться место, где позже был построен город Дамаск, но в Бытии, 15: 2 речь идет о реальном городе со своим населением. Дамаск действительно существовал во времена Авраама, а возможно, и за тысячу лет до того. Он считается древнейшим в мире городом, который постоянно находился в оккупации.

Дамаск находится приблизительно в 150 милях севернее Иерусалима, в зеленой, обильно орошаемой области. Название его («Dammesek» на древнееврейском языке) произошло, очевидно, от арамейского выражения «di masqya», что означает «обладающий запасами воды». Этот город сохранил свое значение до наших дней и является столицей современной Сирии.

Хеттеи (хетты)

Однако Бог обещал Авраму сына, а также заверил, что его потомки наследуют землю Ханаанскую и вытеснят людей, живущих там. (Это обещание повторяется в Книге Бытия несколько раз.) Затем в 15-й главе перечисляются племена, обитающие в Ханаане, и перечисление их позже неоднократно повторяется в Библии. Ханаанские племена упоминались также в перечне родов в 10-й главе Бытия как дети Ханаана. Но всякий раз при перечислении изменяются детали. В данном случае приводятся названия очень разных племен:

Быт., 15: 19–21. Кенеев, Кенезеев, Кедмонеев, Хеттеев, Ферезеев, Рефаимов, Аморреев, Хананеев, Гергесеев и Иевусеев.

Кенеи, кенезеи и кедмонеи – племена, обитавшие в пустыне на юге и юго-востоке. Иевусеи – жители Иерусалима и его окрестностей. О ферезеях и гергесеях фактически ничего не известно, кроме того, что эти племена несколько раз упоминаются среди обитателей Ханаана. О рефаимах речь уже шла ранее.

Хананеи – это, очевидно, общее название жителей Ханаана, а название «аморреи» используется почти как его синоним. Это вполне вероятно, потому что во времена Авраама амореи были самым значительным из западных семитских племен. Они захватили Вавилон и были уже почти готовы установить контроль над всем Междуречьем.

Однако изо всех перечисленных групп наиболее интересны хеттеи (хетты).

Хеттеев иногда считают «сынами Хета», а о Хете (эпоним племени) в 10-й главе Бытия говорится как о втором сыне Ханаана:

Быт., 10: 15. От Ханаана родились: Сидон, первенец его, Хет…

Так как хеттеи постоянно упоминаются в Библии наряду с хананейскими племенами, создается впечатление, что они были народом незначительным – не более важным, чем, например, гергесеи, о которых вообще нет упоминаний нигде, кроме как в нескольких стихах Библии. И факт, что Хет – второй сын Ханаана, приобретает таким образом определенное значение.

В древнеегипетских и вавилонских записях говорится о «Kheta» и, соответственно, о «Khatti» (что почти схоже с «Хетом»), как о сильном народе, живущем к северу от Ханаана. Напрашивается вывод, что речь идет о библейских хеттеях, и, следовательно, они не могут быть малозначительным хананейским племенем. Археологические находки XIX в. свидетельствуют о существовании неизвестной прежде империи, некогда процветавшей в Сирии и Малой Азии.

В 1905 г. в центральной Турции, возле деревни Богазкёй – приблизительно в 90 милях к востоку от Анкары, столицы современной Турции, немецкий археолог Гуго Винклер обнаружил древний архив клинописных табличек. Оказалось, что именно в этом месте находилась столица действительно существовавшей некогда империи хеттов.

Дальнейшие исследования показали, что хетты управляли могущественным государством и ввели в употребление железо и боевые колесницы (которые позже усовершенствовали ассирийцы). На протяжении нескольких веков мастера Западной Азии соперничали с мастерами Египта, достигшего тогда своего наивысшего расцвета.

Как же могла эта великая держава остаться незамеченной Библией, упоминающей о ней лишь как о незначительном племени?

Дело в том, что во времена Авраама и его прямых потомков хетты еще не в полной мере достигли своей силы. Ведь Фидал, ранний предводитель хеттеев, упоминается только как союзник Кедорлаомера, как правитель шумерского города-государства.

Древнехеттское царство было основано к 1750 г. до н. э., значительно позже времен Аврама, и только тогда за пределы Малой Азии распространилось могущество хеттского царя-завоевателя.

В это время потомки Аврама были уже на пути к египетскому рабству, и Библия на несколько веков перемещает центр внимания из Ханаана в Египет.

После периода столетнего упадка хеттов между 1500-м и 1400 гг. до н. э. последовал еще больший расцвет их могущества, и было основано Новохеттское царство.

Во времена правления Суппилулиумы, царствовавшего с 1390-го по 1350 г. до н. э., хетты достигли вершины своего могущества и, похоже, уже были близки к установлению власти над всем цивилизованным миром. Однако длительная война с Египтом изнурила их; империя хеттов стала клониться к упадку – вначале медленно, затем все быстрее, и к 1200 г. до н. э. прекратила свое существование.

Когда после вторжения израильтян в Ханаан Библия вновь сосредоточила внимание на этой земле, здесь еще находились остатки хеттов, и в Ханаане, а также к северу от него они считались уже малозначительным племенем.

Таким образом, Библия повествует о Ханаане в периоды до обретения хеттами власти и после того, как они утратили власть, но она не рассказывает об этой земле в то время, когда хетты находились в наивысшем расцвете своей славы. И так как вплоть до XIX в. Библия была основным источником исторических сведений о Древнем Востоке, то великая империя хеттов исчезла на этот период из поля зрения историков. И лишь археологические находки Винклера в Малой Азии вернули ее человеческому знанию.

Измаил

По совету своей жены Сары Аврам взял в наложницы ее служанку Агарь.

Быт., 16: 15. Агарь родила Авраму сына; и нарек Аврам имя сыну своему… Измаил.

Измаил – эпоним группы племен, упоминаемых в Библии под общим названием «исмаилиты», которые жили на границе между южной частью Аравийской пустыни и юго-востоком Ханаана. Израильтяне признали эти арабские племена родственными, проследив их происхождение от Аврама. Однако происхождение их по внебрачной линии порождало мнение (с точки зрения авторов Бытия), что исмаилиты играли второстепенную роль в библейской истории.

В более поздние века арабы оказались под влиянием иудаизма и, даже после утверждения ислама в VII в., продолжали признавать многие части Библии и истолковывали тексты Бытия на собственный манер. Они считали себя потомками Аврама и Измаила, и арабские варианты этих имен Ибрагим и Исмаил до сих пор остаются излюбленными среди мусульман. Согласно мусульманской легенде, Агарь и Измаил похоронены в Мекке.

Обрезание

Измаил, однако, не являлся тем сыном Аврама, потомкам которого был обещан Ханаан. Бог повторил свое обещание, заключив завет с Аврамом. В обмен на божественное право владеть Ханааном Аврам от своего имени и от имени своих потомков согласился принять Бога как национальное божество. Бог говорит:

Быт., 17: 7. И поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими… что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя.

В качестве подтверждения этого договора Аврам (получивший теперь имя Авраам, что означает изменение статуса)¹⁶ соглашается принять обряд обрезания. По-еврейски этот обряд называется «берит» (berith), что означает «завет». Бог говорит:

Быт., 17: 10. Это есть завет Мой, который вы должны соблюдать… Каждый ребенок мужского пола да будет у вас обрезан.

«По одному месту Евангелия от Луки (I, 39), видно, что евреи имели обыкновение давать имя ребенку в день обрезания; сам Бог утвердил этот обычай, изменив имя Авраама в тот день, когда приказал ему произвести над собой обрезание (Быт., 17: 5)» (Лафарг П. Обрезание, его социальное и религиозное значение. Т. IIL 1962. С. 305).

Обрезание – это удаление части крайней плоти, что практически не причиняет никаких неудобств.

На самом деле этот обряд гораздо древнее времен Авраама, и его корни уходят в доисторический период. Он практиковался египтянами, а также хананеями, которые во времена Авраама находились под политическим и культурным влиянием Египта. Обряда этого не существовало в Междуречье, и рассказ об обрезании Авраама может свидетельствовать о заимствовании некоторых элементов египетской и хананейской культуры кочевниками, мигрирующими в западном направлении.

Похоже, что обрезание не считалось особенно важным среди евреев до периода пленения. Его, разумеется, соблюдали, и необрезанные (например, филистимляне) обычно презирались. Однако огромное религиозное значение этот обряд приобрел только в период пленения.

Когда евреи в Вавилоне пытались сохранить свою национальную целостность и не смешаться с превосходящими их численно вавилонянами, важность обрезания возросла. Это отличало евреев от необрезанных вавилонян.

Кроме того, было удобно истолковывать этот отличительный признак как законное свидетельство того, что Земля обетованная, из которой евреев вытеснили вавилонские завоеватели, принадлежала евреям по завету, заключенному с Богом, и поэтому настанет день, когда она вновь будет им принадлежать. Книга Бытия, которая обрела свою окончательную форму именно в тот период, была, разумеется, отредактирована так, чтобы подчеркнуть эту идею.

Земля обетованная действительно была возвращена евреям, и важность обряда обрезания еще более укрепились. В течение всего греческого и римского периодов обрезание продолжало оставаться основным обрядом, которым отмечалось принятие иудаизма детьми (или новообращенными взрослыми).

Хотя многие в наши дни склонны считать, что эта операция возникла из гигиенических соображений, но похоже, для первобытного человека (неискушенного в современных понятиях гигиены) этот акт имел чисто магическое значение. Например, с ним могло связываться обеспечение плодородия.

Содом и Гоморра

Пока Авраам ожидал обещанного ему наследника, внимание Библии вновь сосредоточивается на окружающем мире.

Авраам узнает, что города долины, среди которых наиболее значительными были Содом и Гоморра, погибли в страшной катастрофе. Именно Содом Лот избрал своим местом жительства, и именно Содом выступил инициатором восстания против Кедорлаомера.

Авраам вступился перед Богом за жителей городов, которые могли оказаться праведными. Его племяннику Лоту было позволено спастись, и он успел бежать в маленький городок в долине Сигор (жена Лота при этом погибла, превратившись в соляной столп).

Быт., 19: 23–25. …Лот пришел в Сигор. И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь… И ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и произрастения земли.

Описание катастрофы похоже на землетрясение с извержением вулкана или, возможно, на столкновение крупного метеорита с Землей. Такие катастрофы, несомненно, случались и в более поздние времена. В 1883 г. при извержении вулкана Кракатау на островах Яванского архипелага погибло 36 тысяч человек.

Однако вопрос в том, где же располагались погибшие Содом и другие города долины? По-видимому, слово «долина» означает всю впадину, которую занимают река Иордан и Мертвое море (согласно Бытию, 13: 10, она «повсюду хорошо орошалась водою»).

Разумеется, сейчас берега Мертвого моря бесплодны, но кто знает, возможно, это и является результатом катастрофы, описанной в Библии.

Существуют определенные признаки, указывающие, что во времена Авраама уровень Мертвого моря был на несколько футов ниже, чем сейчас. Поэтому в тот период оно могло ограничиваться только его самым глубоким местом, то есть двумя третями его площади с северной стороны. Мелкая южная его треть могла быть тогда сушей или болотистой местностью – долиной, где располагались Содом и соседние с ним города. Возможно, там существовали источники пресной воды, несущие плодородие всей этой земле, но ближе к северу, к Мертвому морю, пересыхавшие. Это место действительно могло быть той самой «долиной Сиддим», о которой говорится в Бытии, 14: 3.

Не исключено также, что катастрофа, погубившая Содом и другие города, – извержение вулкана, или землетрясение, или столкновение с метеоритом – привела к небольшому понижению почвы, и воды Мертвого моря затопили южную область; этот разлив в результате подъема уровня моря мог привести и к худшему. Если произошло именно так, то все, что осталось от городов (а учитывая размеры и характер постройки хананейских городов 1900 г. до н. э., от них мало что могло остаться), кануло в воды Мертвого моря.

Однако справедливости ради следует отметить, что исторических свидетельств подобной библейской катастрофы нет и о каких-либо цивилизациях, похороненных на дне южной части Мертвого моря, ничего не известно.

О других городах долины в этом библейском рассказе не упоминается, но, согласно Второзаконию, они также были разрушены:

Втор., 29: 23. …как по истреблении Содома, Гоморры, Адмы и Севоима, которые ниспроверг Господь во гневе Своем…

Сигор, последний город в долине, где Лот нашел убежище, был пощажен. В книге Иеремии пророк обличает Моав, упоминая Сигор среди его городов:

Иер., 48: 33. Радость и веселье отнято от… земли Моава.
Иер., 48: 34. …от Сигора до Оронаима…

Судя по местонахождению Моава, Сигор, скорее всего, должен был располагаться к юго-востоку от Мертвого моря, возможно, у его нынешнего побережья – то есть достаточно далеко от погибших городов, и мог спастись от катастрофы. В настоящее время никаких следов Сигора не обнаружено.

Кстати, в Средние века, когда мало кому из европейцев приходилось видеть Мертвое море, представление о нем, под влиянием 19-й главы Бытия, было более пугающим. Считалось, что над его поверхностью поднимаются ядовитые испарения и ни одна птица не может летать над его черными водами. Разумеется, это не так. Климат в этом месте плохой, в море нет ничего живого, и вода в нем горькая, но она неядовита, и люди могут купаться в ней, если захотят. Плавание в Мертвом море вызывает удивительные ощущения: из-за высокой концентрации соли плотность воды необычайно высокая, и утонуть в нем невозможно.

Моав и Бен-Амми (моавитяне и аммонитяне)

Во время гибели Содома вместе с Лотом спаслись две его дочери. Как излагает Библия, все они спрятались в пещере недалеко от Сигора, и дочери решили, что катастрофа произошла во всем мире и, кроме них, не осталось никого, способного продолжить человеческий род. И тогда они использовали для этого единственного, как считали, оставшегося мужчину – своего отца, предварительно опоив его вином.

Быт., 19: 37–38. И родила старшая сына, и нарекла ему имя: Моав. Он отец Моавитян доныне. И младшая также родила сына, и нарекла ему имя: Бен-Амми. Он отец Аммонитян доныне.

Моавитяне и аммонитяне были народами, родственными израильтянам по языку и культуре, и авторы Библии признают это родство, считая их потомками Лота, племянника Авраама.

Моавитяне и аммонитяне пришли в Ханаан из восточной пустыни приблизительно через пять веков после времен Авраама и, возможно, за столетие до того, как в Ханаане появились сами израильтяне. Библия по-своему говорит об этом, определяя время рождения эпонимов моавитян и аммонитян до появления эпонима израильтян.

Настоящее происхождение имен Моав и Аммон неизвестно, но они могут заключать в себе смысл, связанный с кровосмешением.

«Моав» может означать «от отца», а «Бен-Амми» – «сын моего народа». Если читать: «от (моего собственного) отца» и «сын моего (собственного) народа», то все становится ясным. На протяжении веков после завоевания израильтянами Ханаана моавитяне и аммонитяне оставались постоянными врагами сынов Израиля, и авторы Бытия, вероятно, не без удовольствия записали народное предание об их скандальном происхождении.

Герар

После гибели Содома Авраам решил уйти подальше от этого гибельного места и вновь отправился в путь.

Быт., 20: 1. Авраам поднялся оттуда… и был на время в Гераре.

Герар находился южнее Хеврона, приблизительно в 40 милях к западу от него. Это всего милях в десяти от побережья Средиземного моря и не более 20 миль к северо-западу от нынешней египетской границы.

В Библии о Гераре говорится как о филистимской территории, так как царь Авимелех со своим военачальником при возвращении в свой город

Быт., 21: 32. …возвратились в землю Филистимскую.

И опять же, завершая описание того, что произошло с Авраамом в Гераре, Библия кратко сообщает:

Быт., 21: 34. И жил Авраам в земле Филистимской, как странник, дни многие.

Ханаан в период патриархов

Но это не должно означать, что филистимляне действительно во времена Авраама захватили местность, где располагался Герар. Герар находился в той области, которая, в конце концов, стала филистимской, приблизительно за пять веков, непосредственно предшествующих тому времени, когда было записано Бытие. Подобный анахронизм возник, в сущности, по той же причине, что и выражение «Ур Халдейский».

Вирсавия (Беер-Шеба)

Когда Авраам находился на юге Ханаана, его жена Сарра наконец родила ему сына, и назвали его Исааком.

Чтобы предотвратить возможные споры по поводу того, кто является наследником Авраама, по настоянию Сарры наложницу Авраама Агарь и ее сына Измаила изгнали.

Быт., 21: 14. …Она [Агарь] пошла, и заблудилась в пустыне Вирсавии.

Пустыня здесь означает необитаемую территорию, а сам город, по-видимому, в то время еще не был построен. Его основание в этой же главе Бытия приписывается Аврааму, который вырыл здесь колодец. Он утвердил право собственности на этот колодец, заключив официальное соглашение с царем Герара; соглашение это включало клятву, скрепленную ритуальным жертвоприношением семи ягнят.

Быт., 21: 31. Поэтому и назвал он сие место: Вирсавия…

Название города Вирсавия (Беер-Шеба) означает, возможно, либо «колодец клятвы», либо «колодец семи», или же «семь колодцев». В любом случае оно связано с наличием воды, что подчеркивает значительность этого места. В полузасушливой земле Ханаана надежные источники воды были очень важны для оседлого образа жизни, поэтому Книга Бытия уделяет такое внимание обычаям, связанным с рытьем колодцев.

Беер-Шеба находится в 28 милях к юго-западу от Хеврона – расстояние, которое можно пройти в южном направлении, чтобы хватило запаса воды. Поэтому это самый значительный южный город в Ханаане, и обычно в Библии он обозначается как южная граница этой страны. Дальше к югу находится пустыня Негев, это слово на еврейском языке означает просто «юг».

Когда до Первой мировой войны Палестина находилась под управлением Турции, Беер-Шеба была небольшой деревней с арабским названием Бир-эс-саба. В ней еще существовало несколько колодцев, и самый большой из них назывался «колодцем Авраама». В 1917 г. Великобритания забрала Палестину у Египта и одержала победу над турками у Беер-Шебы, что привело к быстрому завоеванию Палестины.

В настоящее время Беер-Шеба – часть Израиля, и она до сих пор остается самым южным из крупных городов на территории Палестины (за исключением Эйлата, порта на Красном море). Этот город в наши дни – важный индустриальный и промышленный центр, отчасти благодаря его близости к химическому производству, расположенному у Мертвого моря (немногим более 30 миль к востоку).

Фаран

После того как Измаил был изгнан, он поселился в пустынной местности на юге Ханаана:

Быт., 21: 21. Он жил в пустыне Фаран; и мать его взяла ему жену из земли Египетской.

Фаран – это область, не имеющая четких границ; на картах в нее обычно включалась северная часть треугольного полуострова Синай, находившегося между Ханааном и Египтом. Это место обитания кочевых племен, а в той его части, что граничит с Аравией, – преимущественно исмаилитов.

Из-за близости к Египту этот район находился под его влиянием, даже в то время, когда Ханаан был свободен. Поэтому в том факте, что у Измаила была мать-египтянка и жена-египтянка, по-видимому, отражена географическая и политическая ситуация тех времен.

Мориа

Далее следует хорошо известная история о непоколебимой вере Авраама и его готовности принести своего сына Исаака – такого долгожданного сына! – в жертву по велению Бога. Однако в последнее мгновение Бог остановил Авраама и вместо Исаака в жертву был принесен баран. Место, где должно было совершиться жертвоприношение, точно не установлено. Бог повелевает Аврааму:

Быт., 22: 2. …пойди в землю Мориа, и там принеси его [Исаака] во всесожжение на одной из гор…

По-видимому, определить местонахождение земли Мориа невозможно. В Библии о ней больше нигде не упоминается, и в других источниках тоже нет никаких сообщений. На третий день после того, как Авраам вышел из Вирсавии, он увидел это место, но направление, в котором он шел, в Библии не указывается.

Позже у евреев возникла традиция, согласно которой место жертвоприношения Авраамом своего сына считалось установленным: оно находилось именно там, где был построен храм Соломона. Повсюду в Библии это место называется Сионом, кроме одного случая, и исключение это относится к поздней записи:

2 Пар., 3: 1. И начал Соломон строить дом Господень в Иерусалиме, на горе Мориа…

На самом деле, предположение, что место тяжкого испытания Исаака находилось именно там, где впоследствии был возведен храм Соломона, может льстить национальному самосознанию евреев более поздних времен, но оно вовсе не соответствует истине. Еще во времена Авраама на Иерусалимском холме был построен хорошо укрепленный город. Авраам не мог войти в него без длительных переговоров, о чем Бытие, несомненно, должно было рассказать подробно.

Арам и Кеседа

Тем временем брат Авраама Нахор возвратился в Харан, и Аврааму сообщили о нем новости:

Быт., 22: 20–23. …вот, и Милка родила Нахору, брату твоему, сынов: Хуца, первенца его, Вуза, брата сему, Кемуила, отца Арамова, Кеседа, Хазо, Пилдаша и Вафуила. От Вафуила родилась Ревекка…

Конечно, все это эпонимы, и наиболее значительными являются Арам и Кесед. Арам – эпоним арамеев, и ранее в Бытии он представлен как сын Сима. Это явное противоречие может быть результатом усилий последних редакторов Бытия, пытавшихся сохранить каждое из двух хорошо известных преданий.

Рождение двух различных Арамов служит также двум их самостоятельным функциям – если Арам рассматривается скорее как эпоним, представляющий народ, а не как реальная личность. В 10-й главе Бытия Арам представлен как сын Сима, чтобы показать независимость арамеев от Ассирии в тот период, когда Бытие было записано. Здесь же, в 22-й главе, Арам представлен как сын Нахора, брата Авраама, чтобы указать на родство арамеев и израильтян.

Что касается Кеседа, то это, вероятно, эпоним халдеев («kasdim» на еврейском языке), что исторически вполне согласовывается: арамеи и халдеи пришли из пустыни в «Плодородный полумесяц» приблизительно в одно и то же время.

Другие имена, которые упоминаются в этой главе, несомненно, представляют различные арамейские и халдейские племена, и размышлять об этом сейчас не имеет смысла. Хуц (точнее, Уц, как дается в Исправленном стандартном переводе) и Вуз представляют некоторый интерес в связи с Книгой Иова, о чем пойдет речь в соответствующем месте.

Эта краткая родословная также интересна тем, что в ней указывается на происхождение Ревекки: она дочь Вафуила, двоюродного брата Исаака. Так как Ревекка позже стала женой Исаака, она является одной из прародительниц израильтян.

Махпела

Авраам и его жена Сарра вновь поселились в Хевроне (который в этой главе Бытия называется вначале его ханаанским именем – Кириаф-Арба). Пришло время, и Сарра умерла. Авраам купил для ее погребения участок земли у «сынов Хетовых». Обычно их считают хеттами, но в отношении этого существует несколько спорных вопросов.

Сделка Авраама с «сынами Хетовыми» описана с тщательными подробностями.

Быт., 23: 19. После сего Авраам похоронил Сарру… в пещере поля в Махпеле, против Мамре…

Позже Авраам сам был похоронен в этой пещере (Быт., 25: 9), а также Исаак и его жена, и младший сын Исаака с одной из его жен (Быт., 49: 30–31; 50: 13) – все прямые предки израильтян.

Во времена Нового Завета пещера в Махпеле традиционно считалась особым местом в Хевроне. Мусульмане, владевшие Хевроном на протяжении тринадцати веков, уважали эту традицию и поддерживали ее. Место, где находится пещера, окружено каменной стеной, похожей на крепостную, и называется «Харам» («запретное» место). Здесь возведена мечеть, и ко всему «Хараму» относятся с глубочайшим благоговением.

Месопотамия

Для Авраама настало время заняться поисками жены для Исаака. Гордясь своим древним происхождением, он не хотел, чтобы его сын породнился с кем-нибудь из хананеев, среди которых он жил. Поэтому Авраам решил послать своего домоправителя в Харан, где жил его брат Нахор.

Быт., 24: 10. И… раб… встал и пошел в Месопотамию, в город Нахора.

Слово «Месопотамия» – не еврейское, а греческое. Оно используется здесь как перевод еврейского названия «Арам-Нага-раим», обозначавшего территорию, окружавшую Харан. В Исправленном стандартном переводе название Месопотамия сохраняется, но в католическом и еврейском вариантах Библии, которыми я пользовался, «Арам-Нагараим» употребляется без перевода, как и в «Энкор Байбл».

Конечно, Арам-Нагараим – скорее анахронизм, такой же, как использованное ранее выражение «филистимская» земля. Арамеи на самом деле не владели этой областью еще в течение нескольких веков после времен Авраама.

«Месопотамия» означает «междуречье», греки называли так территорию между Тигром и Евфратом – вначале только до той ее части, что находилась севернее Вавилона, а затем и весь регион. Исходя из этого Харан и весь Арам-Нагараим (что означает «Арам на реках») находились в Месопотамии. Название «Месопотамия» оставалось популярным на западе вплоть до Первой мировой войны и было самым распространенным обозначением области, которую я называю Тигро-Евфратским регионом, а также Вавилонии.

До Первой мировой войны Месопотамией владела Турция. После войны она была отнята у Турции и находилась под мандатом Великобритании. В это время стали отдавать предпочтение местному названию этой земли – Ирак, и в настоящее время используется только оно. В 1932 г. Ирак был признан независимым государством. Хотя в его состав входит большинство областей древней Месопотамии, все же территория Ирака этой страны не настолько обширна, чтобы в нее мог быть включен Харан.

Сирия

Невеста Исааку была найдена. Ею оказалась Ревекка, которая упоминалась ранее как дочь Вафуила и внучка Нахора. У нее также был брат Лаван, с которым велись переговоры о бракосочетании и который позже будет играть важную роль в Бытии.

Дело завершилось:

Быт., 25: 20. Исаак был сорока лет, когда он взял себе в жену Ревекку, дочь Вафуила Сирийца из Падан-Арама, сестру Лавана Сирийца.

Падан-Арам (или Паддан-Арам в Исправленном стандартном переводе) – это, несомненно, название, синонимичное Арам-Нагараиму.

Слово «сириец» – греческий вариант «арамея», поэтому в Библии короля Якова «Арам» и «арамей» переводятся соответственно как «Сирия» и «сириец». В Исправленном стандартном переводе говорится о «Вафуиле Арамее» и «Лаване Арамее», хотя называть их арамеями – это анахронизм.

Название Сирия происходит от вавилонского слова «Сури», обозначавшего район вдоль верхнего Евфрата. В более поздние времена Греция, расширяясь к востоку, натолкнулась вначале на эту часть арамейских земель. Название Сирия (в латинском написании) стало употребляться в основном для восточного побережья Средиземного моря.

В греческом переводе Библии Сирией называлась область к северу от Ханаана, сохранившая свою независимость от Ассирии в IX и VIII вв. до н. э. Именно это место и стало Сирией с ее столицей Дамаском, игравшей столь важную роль в Первой и Второй книгах Царств.

Область к северу от Ханаана, претерпев греческую, римскую и мусульманскую оккупации, по-прежнему принадлежит Сирии. После Первой мировой войны эта страна освободилась от турецкого владычества и оказалась под мандатом Франции. В 1945 г., после Второй мировой войны, Сирия стала независимым государством со столицей Дамаском. В ее состав, близ северной границы, входит Хар ан.

Мадиан

Прежде чем вернуться к потомкам Исаака, Книга Бытия прослеживает различные внебрачные линии потомков Авраама. Таким образом:

Быт., 25: 1–2. И взял Авраам еще жену, именем Хеттуру. Она родила ему… Мадиана… и Шуаха.

Перечисляются и другие наследники (их более дюжины), но в основном сообщаются лишь их имена. Все они, скорее всего, эпонимы различных аравийских племен, среди которых наиболее известен Мадиан. Мадиан – эпоним мадианитян, кочевавших в землях Мадиана. На картах эта область обычно обозначена как северо-западная часть Аравии, отделенная от Сирии узким морским заливом и поэтому находящаяся довольно близко к «пустыне Фар ан», где обитали исмаилиты. На самом деле названия «мадианитяне» и «исмаилиты» в Библии употребляются почти как синонимы.

Шуах же представляет интерес в связи с упоминанием о нем в Книге Иова, о чем речь пойдет позже.

Далее в этой главе перечисляются лишь одни имена потомков Измаила. Эти двенадцать имен представляют двенадцать племен – аналогично двенадцати коленам Израиля. Одним из эпонимов племени является Масса; в этом имени скрыт некий смысл, который прояснится, когда придет время обратиться к Книге притчей Соломоновых.

Об Аврааме сказано, что он умер в возрасте 175 лет и был похоронен Исааком и Измаилом в пещере в Махпеле. Через полвека умер и Измаил в возрасте 137 лет, и теперь, когда все оказалось тщательно увязано, Бытие вновь обращается к Исааку и его потомкам.

Эдом (Едом)

У Исаака и Ревекки было два сына-близнеца, Исав и Иаков. Они резко отличались характерами. Исав – сильный и ловкий охотник, косматый, суровый, «искусный в звероловстве человек полей», которого любил и обожал отец. Иаков – кроткий, неглупый, «живущий в шатрах», был любимцем матери.

Исав родился на несколько минут раньше и поэтому обладал правом первородства и правом наследования основной части отцовского имущества. Он также имел право на получение отцовского благословения как главный наследник, и это благословение имело огромное правовое значение в обществе того времени.

Однако Иакову удалось перехитрить старшего брата. Однажды Исав возвратился с охоты уставший и попросил у Иакова чечевичной похлебки, которую тот приготовил:

Быт., 25: 30. …дай мне поесть красного, красного этого; ибо я устал. От сего дано ему прозвание: Едом.

Иаков позволил ему съесть похлебку, но прежде в обмен потребовал от Исава отказаться от своего первородства.

Из-за цвета этой похлебки из красной чечевицы, которую так просил Исав, автор Бытия наделяет его еще одним именем – Едом («красный»). Это делает Исава (Едома) предком-эпонимом идумеев, которые спустя века захватили область к югу от Моава.

С другой стороны, Иаков, которому позже в Бытии будет дано еще одно имя Израиль, – это предок-эпоним израильтян.

Вражда между израильтянами и идумеями не прекращалась на протяжении всего ветхозаветного периода, и это было отражением былой вражды между эпонимами этих народов, братьями-близнецами.

Вражда эта началась не только из-за того, что Иаков вынудил Исава продать первородство. Она возникла также в результате второго удачного обмана со стороны Иакова. Уже ослепший Исаак, ожидавший своей смерти, решил дать Исаву свое последнее благословение. Но Иаков опередил брата. Он надел его одежды, обернул руки шкурой козлят, чтобы быть похожим на волосатого Исава, и, притворившись им, получил благословение отца.

Обе эти истории говорят о том, что младший брат получил наследственное превосходство над старшим. Это явилось предвидением реальной исторической ситуации, прочно утвердившейся в период записи Бытия. Израильтяне вошли в Ханаан только после того, как идумеи хорошо укрепились на его окраинах, следовательно, израильтяне были «младшим братом». Но в течение веков, последовавших после царствования Давида, израильтяне властвовали над идумеями.

Вефиль

Чтобы не допустить убийства Иакова возмущенным, как и следовало ожидать, старшим братом, Ревекка решила хотя бы на время отослать из дому младшего сына. Она уговорила Исаака приказать Иакову отправиться в Харан и найти жену для себя среди потомков Нахора (как в свое время сделал сам Исаак).

Во время своего путешествия на север длиной почти в пять сотен миль Иаков пришел в Харан и заночевал в «одном месте», где ему приснился сон. Он увидел во сне лестницу, верх которой касался неба. По этой лестнице восходили и нисходили ангелы, и стоял на ней сам Господь, милостиво обратившийся к Иакову. Иаков решил, что перед ним «дом Божий», а место, где он заснул, святое. (В «Энкор Байбл» предполагается, что видение лестницы было реальным – это был зиккурат со ступенчатыми стенами.)

Быт., 28: 19. И нарек имя месту тому: Вефиль…

«Вефиль» означает «дом Божий», что явно относится к храму или даже к зиккурату, который в ханаанские времена мог издавна находиться на этом месте.

Священные традиции Вефиля имели значительные последствия во времена разделенного царства и явились источником раскола среди израильтян. Сам город был расположен милях в пятидесяти северо-восточнее Беер-Шебы и около одиннадцати миль севернее Иерусалима. По мнению большинства, в настоящее время на его месте находится деревня Бейтин.

Рувим и его братья

Иаков благополучно достиг Харана и приобрел не одну, а двух жен: Лию и Рахиль, дочерей Лавана, брата его матери. Обе девушки, таким образом, являлись его двоюродными сестрами.

Авторы Бытия скрупулезно переписывают всех родившихся у него детей начиная с первого сына:

Быт., 29: 32. Лия зачала, и родила сына, и нарекла ему имя: Рувим…

У Иакова продолжали рождаться дети: семеро от Лии; двое от Рахили; двое от одной наложницы, Валлы, и еще двое от другой, Зелфы. Двенадцать детей родилось у Иакова на протяжении тех двадцати лет, когда он жил у Лавана, и еще один сын – по его возвращении в Ханаан. Все имена этих детей перечисляются в Бытии.

Можно перечислить их по матерям:

Лия: Рувим, Симеон, Левий, Иуда, Иссахар, Завулон, Дина;

Рахиль: Иосиф, Вениамин;

Валла: Дан, Неффалим;

Зелфа: Гад, Асир.

Среди всех детей у Иакова была лишь одна дочь, Дина. Самый младший ребенок – Вениамин, родившийся после возвращения Иакова в Ханаан.

Каждый из этих двенадцати сыновей являлся эпонимом израильского колена – хотя Иосиф, если говорить точнее, был предком двух колен, эпонимами которых стали его сыновья.

Довольно заманчиво объяснить все это союзом племен, объединившихся с целью завоевания Ханаана и сохранивших после этого свободное (порой слишком свободное) объединение. Предание о происхождении всех племен от одного предка, Иакова, должно было послужить для выделения этого объединения (связывая его законом как единую семью) из числа других родственных ему племен – к примеру, идумеев, моавитян, аммонитян, – которые не входили в этот союз и даже находились к нему в оппозиции.

Кроме того, разделение всех детей Иакова на четыре группы по материнской линии могло указывать на более тесную взаимосвязь внутри каждой группы. «Колена Лии» могли образовать первоначальный союз, к которому позже присоединились оба «колена Рахили», а еще позже – все остальные.

Однако подобная интерпретация может быть лишь предположением. Единственную информацию о ранней истории израильских колен мы можем найти только в Библии, а этого недостаточно. Кроме того, когда царство Израиля распалось, оба колена Иосифа стали владеть северным царством, а колено Иуды – южным.

В Книге Бытия содержатся в основном два предания; одно из них возникло в северном царстве – это истории о выдающихся достижениях Иосифа; второе сложилось в южном царстве, его истории повествуют о достижениях Иуды.

Если члены всех двенадцати колен – это израильтяне, то, строго говоря, лишь члены колена Иуды – иудеи.

Сеир

Иаков преуспел в Харане, став «весьма богатым», и наконец, после бесконечных раздоров со своим тестем Лаваном, покинул его вместе со своими женами, детьми, скотом и всем своим имуществом. Следующей его проблемой была встреча с братом Исавом, с которым он расстался очень давно. Все еще опасаясь его, Иаков соблюдает меры предосторожности:

Быт., 32: 3. И послал Иаков пред собою вестников к брату своему Исаву в землю Сеир, в область Едом.

Исав к тому времени уже жил в местности, которую спустя века займут идумеи. Сеир – это еще одно название земли, которую чаще называют Эдомом. В более конкретном смысле Сеиром называли горную гряду, покрывающую большую часть Эдома. Эта горная цепь протянулась с севера на юг, от Мертвого моря к заливу Акаба – северо-восточному заливу Красного моря. Немного восточнее этой гряды находится глубокая, узкая впадина, которая называется сейчас Вади-эль-Араба, – продолжение Великой рифтовой долины.

Вади-эль-Араба начинается ниже уровня моря у Мертвого моря, а затем поднимается; в своей наивысшей точке почти на полпути между Мертвым морем и заливом Акаба она поднимается приблизительно на семь сотен футов над уровнем моря, хотя даже в этом месте уровень почвы, окружающей ее с востока и запада, гораздо выше.

Иногда название Сеир употребляется конкретно для обозначения самого высокого пика горной гряды, известного как гора Сеир. Он расположен в 30 милях южнее Мертвого моря и достигает высоты около 4400 футов.

Еще одно название горы Сеир – Хор, и в этом названии отражен факт, что землей этой, до захвата ее идумеями, владела группа племен, называвшаяся хорреями. При перечислении народов, которым нанес поражение Кедорлаомер, в Бытии говорится, что он также «поразил»

Быт., 14: 6. И Хорреев в горе их Сеире…

Хорреи, очевидно, были несемитским народом, родственным хеттам. Далеко на юге, в Сеире, жила лишь относительно небольшая их часть, а в основном они обитали намного севернее и чаще назывались хурритами. Однако южные хорреи могли быть отдельным народом, название которого имело лишь случайное сходство с хурритами, жившими на севере.

Подобно хеттам, хурриты (хорреи) во времена патриархов еще не достигли периода своего могущества. Но около 1475 г. до н. э. они создали царство Митанни вдоль северного течения Евфрата, заняв область, которая упоминается в Библии как Арам-Нагараим. Царство Митанни было одной из великих держав Западной Азии, противостоявшей Египту. Однако спустя столетие его затмило Новохеттское царство, и к 1275 г. до н. э. оно было завоевано и поглощено ассирийцами.

Когда израильтяне вторглись в Ханаан, слава царства Митанни уже закатилась. Подобно хеттской державе, оно процветало в тот период, когда внимание Библии не было обращено к Ханаану, и поэтому в ней не упоминается обо всех важных событиях, касавшихся митаннийцев.

Влияние хурритов на ранние обычаи периода патриархов было, очевидно, более значительным, чем это предполагалось. «Энкор Байбл», тщательно анализируя рассказы, связанные с браками патриархов, с положением их наложниц, с вопросами, касающимися права первородства и т. д., обнаруживает, что многое из того, что в них озадачивает, проясняется в связи с хурритскими обычаями.

Как уже объяснялось раньше, «Энкор Байбл» выражает сомнение в месте рождения Авраама: происходил ли он из Ура или из Харана и откуда израильтяне могут проследить свое происхождение – от шумеров или от арамеев? Если местом происхождения Авраама был Харан, то это, возможно, было до прихода арамеев, но не перед появлением хурритов (или народа, от которого хурриты переняли свою культуру). И возможно, для израильтян правильным было бы говорить: «Странствующий хуррит был моим отцом». Тот факт, что хурриты не были семитами, не является решающим аргументом против этой теории. По-видимому, израильтяне явно заимствовали язык хананеев, когда завоевали Ханаан. Но кто может знать, какой язык у них был раньше? В нем могли присутствовать значительные компоненты хурритского языка.

Израиль

Исав вышел навстречу Иакову, и они приближались друг к другу в местности, находившейся к востоку от Иордана. Опасаясь враждебности Исава и испытывая большой страх за себя и свою семью, Иаков приготовился к встрече. Люди, окружавшие его, в том числе жены и дети, были совсем не защищены. Даже просто путешествовать с ними – например, переправить их через реку – было нелегко.

Быт., 32: 22. И встал в ту ночь, и… перешел через Иавок вброд.

Река Иавок – приток Иордана, впадающий в него с востока в 25 милях севернее Мертвого моря.

Проследив за переправой через Иавок своей семьи и скота, Иаков остался один на другом берегу. А ночью «боролся Некто с ним до появления зари». Утром же таинственный противник Иакова, боровшийся с ним, сказал:

Быт., 32: 28. …отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль…

Таким образом Израиль стал эпонимом израильтян. Потомки Иакова в Библии постоянно называются «сынами Израилевыми». Когда израильтяне завоевали Ханаан, он стал «землей Израильской». А когда распалось царство Давида и Соломона, его северная часть, большая по площади и численности населения и более могущественная, стала называться Израилем.

Наконец, когда в 1948 г. в Палестине было создано современное еврейское государство, его назвали Израилем.

Сихем

К счастью, Исав, по-видимому, не держал зла на Иакова и при встрече обошелся с ним милостиво и великодушно. И все же Иакову, не доверявшему полностью добрым намерениям брата, удалось уговорить его возвратиться в Сеир и предоставить Иакова и его семью самим себе.

Иаков поселяется в Ханаане:

Быт., 33: 18. И Иаков пришел в Салим, город в Сихеме… и поставил свой шатер перед городом.

«Салим» в качестве обозначения города больше нигде в Библии не упоминается. Это еврейское слово, означающее «мир», и отрывок этот, как он представлен в Библии короля Якова, переведен неверно. В Исправленном стандартном переводе говорится: «И Иаков благополучно пришел в город Сихем». Другими словами, он пришел не в Салим, город в Сихеме, а пришел «с миром» в город Сихем.

Сихем находился приблизительно в 30 милях к северу от Иерусалима – намного севернее, чем жили Авраам и Исаак. От Сихема до Сеира было не менее сотни миль в северном направлении, и Иакова, несомненно, такое расстояние между ним и Исавом вполне удовлетворяло.

Располагался Сихем между двумя горами в узкой долине шириной не более сотни ярдов: очень удобное стратегическое положение, позволявшее контролировать дорогу, ведущую от реки Иордан к морю и путь между южным и северным Ханааном. Поэтому в библейские времена это был наиболее важный город к северу от Иерусалима.

После разделения царства Давида Сихем в течение сорока лет считался столицей северного царства. Затем, когда столица была перенесена в Самарию, находившуюся в пяти милях северо-западнее Сихема, этот более древний город стал приходить в упадок.

После разрушения Иудеи Римом император Веспасиан начал восстановление Сихема рядом с тем местом, где он находился, переименовав его в «Неаполис» («новый город»). В искаженном виде это название превратилось в «Наблус», каким и осталось до настоящего времени.

Сихем был также важным религиозным центром. Именно близ Сихема Авраам построил первый жертвенник, когда пришел в Ханаан:

Быт., 12: 6–7. И прошел Аврам по земле сей до места Сихема… И создал он там жертвенник Господу…

На протяжении всех библейских времен этот город сохранял свое религиозное значение, а порой даже конкурировал с Иерусалимским храмом.

Еммор Евеянин

Однако остановка Иакова у Сихема обернулась для него трагедией:

Быт., 34: 1–2. Дина, дочь Лии… вышла посмотреть на дочерей земли той. И увидел ее Сихем, сын Еммора Евеянина, князя земли той, и взял ее… и сделал ей насилие.

О жителях Сихема здесь говорится как о евеянах, которые в данном случае упоминаются в основном в связи с Сихемом, а в Книге Иисуса Навина – как жители Гаваона, города, расположенного милях в двадцати пяти южнее Сихема. Поэтому принято считать евеян одним из мелких хананейских племен, сосредоточенных в центральном Ханаане. «Энкор Байбл» предполагает, однако, что евеяне – это хурриты. В Библии на самом деле заметна некоторая путаница между хорреями, евеянами и хеттами, и разобраться в ней практически невозможно.

Совершив насилие над Диной, Сихем захотел на ней жениться, но сыновья Иакова сказали, что дадут свое согласие лишь в том случае, если Сихем и все мужчины города сделают обрезание. (Отсутствие обычая обрезания у сихемцев должно указывать, что они не были семитами – факт, свидетельствующий о том, что они могли быть хурритами.) Как только сихемцы сделали обрезание, сыновья Иакова, воспользовавшись их болезненным состоянием, напали на них и перебили всех, отомстив за поруганную честь сестры.

Быт., 34: 25. …Симеон и Левий, братья Динины… смело напали на город, и умертвили весь мужеский пол.

Похоже, что в этом рассказе Бытия описывается какая-то часть ранней истории племени Иакова и его сыновей. Маловероятно, чтобы два человека могли напасть на целый город. Скорее всего, это была война между племенами, представленная их эпонимами. Даже Сихем, насильник, – это эпоним.

Могло произойти так, что союз трех племен попытался совершить нападение на центральный Ханаан еще до израильского вторжения. Племя Дины было разгромлено у Сихема и действительно уничтожено, после чего племена Левия и Симеона отомстили сихемцам, хотя и сами могли сильно пострадать и выйти из боя ослабленными. В итоге они должны были присоединиться к израильскому союзу племен, когда он собирал силы для нападения на Ханаан.

В пользу этого говорит тот факт, что на протяжении всей истории колен Израиля, в период завоевания Ханаана и после него, колена Симеона и Левия были одними из самых слабых. Симеон занял отдаленные южные земли, и вскоре после завоевания его колено было поглощено коленом Иуды. Левий вообще не получил при разделе Ханаана какой-либо целой области, он просто владел отдельными городами в землях разных колен. Левиты в поздние времена выполняли функции священников и больше никогда не были воинами.

Нападение на Сихем на самом деле обернулось неудачей, что отражено в Библии: Иаков, возмутившийся поступком своих сыновей, резко порицал их и был вынужден покинуть место, где поселился, опасаясь, что жители этой земли объединятся и «истребят» его вместе со всей семьей.

Однако остановка Иакова здесь определенным образом связала Сихем с временами патриархов. В полутора милях восточнее от этого города до сих пор существует «колодец Иакова», а еще немного восточнее – могила Иосифа. Во времена Нового Завета возникло предание, что все сыновья Иакова были похоронены близ Сихема.

Ефрафа

После всего, случившегося в Сихеме, Иаков с семьей откочевал на 40 миль к югу, пройдя через Вефиль, воскресивший в его памяти событие, приведшее его в благоговейный трепет, а затем остановился где-то между Иерусалимом и Хевроном. Караван сделал остановку из-за Рахили, которая родила здесь своего второго сына, Вениамина. Это был самый младший сын Иакова, единственный из его детей, кто родился в Ханаане. Его рождение принесло еще одно несчастье: Рахиль умерла родами.

Быт., 35: 19. И умерла Рахиль, и погребена на дороге в Ефрафу, то есть Вифлеем.

Это первое упоминание в Библии о Вифлееме. Ефрафа – его более раннее, ханаанское название (а возможно, это название дороги, у которой был расположен сам город).

Валла

Когда Иаков со своей семьей жил где-то между Вифлеемом и Хевроном, произошла еще одна неприятность.

Быт., 35: 22. Во время пребывания Израиля в той стране, Рувим пошел, и преспал с Валлою, наложницею отца своего. И услышал Израиль…

Возможно, этот случай отражает раннюю историю колена Рувима. Это колено вначале должно было иметь значительное преимущество: Рувим считался старшим сыном Израиля и мог стать вождем союза племен сразу же после его образования.

Этот эпизод мог отражать попытку Рувима добиться абсолютного лидерства. (Одним из способов, которым узурпатор во времена Ветхого Завета пытался подчеркнуть и узаконить свое положение, был захват гарема его предшественника. Так поступил Авессалом, когда восстал против своего отца Давида.) В результате могла последовать междоусобная война («И услышал Израиль»), в которой Рувим потерпел поражение. Его первенство было утрачено, и, когда израильтяне завоевали Ханаан, Рувим играл в этом незначительную роль. Его колено после этого долго не просуществовало.

Амалик

Продолжая рассказ о сыновьях Иакова, авторы Бытия вновь прерывают его, чтобы увязать некоторые концы. В следующей главе описывается смерть Исаака, умершего в возрасте 180 лет, а затем приводится родословная Исава. В ней выделяются его потомки:

Родственные отношения между различными «еврейскими» племенами, как они представлены в Книге Бытия

Быт., 36: 10–12. Вот имена сынов Исава: Елифаз… У Елифаза были сыновья: Феман… Фамна же была наложница Елифаза… и родила… Амалика…

Елифаз и Феман вызывают интерес в связи с Книгой Иова, и об этом речь пойдет позже.

Что касается Амалика, это был эпоним амаликитян – племени, которое израильтяне, очевидно, считали родственным идумеям, так как они жили по соседству с их территорией, к югу от Ханаана.

Амалик – последний из эпонимов народов-неизраильтян. До этого момента в Бытии упоминается множество племен, ведущих свое происхождение от Фарры. Все они, в весьма общем смысле, могут считаться евреями, так как произошли от Евера – прапрапрадеда Фарры. Их родственные отношения можно выяснить из прилагаемой здесь упрощенной генеалогической таблицы.

Сеир Хорреянин

Затем Книга Бытия переходит к краткому перечислению правителей Эдома. Вначале перечисляются правители-хорреи, предшественники идумеев:

Быт., 36: 20. Сии сыновья Сеира Хорреянина…

Сеир – это эпоним хорреев, так же как Ед ом – эпоним идумеев. Конечно, вполне вероятно, что идумеи, вторгшись на территорию хорреев, не вытеснили хоррейские корни и ветви родства, но, по обычаям, характерным для подобных завоеваний, поселились среди них и смешались.

Итак, хотя прежде сообщалось, что Исав взял себе в жены «дочерей хеттеян» (Быт., 26: 34), в этой главе говорится, что одна из его жен была «Ада, дочь Елона Хеттеянина», а вторая —

Быт., 36: 2. …Оливема, дочь Аны, дочери Ищвеона Евеянина.

(Второе слово «дочь» в Исправленном стандартном переводе заменено словом «сын».)

«Евеянин» здесь, возможно, означает «хоррей». В данном случае «Елон Хеттеянин» вполне может оказаться «Елоном Хорреянином». Как уже говорилось ранее, ситуация с хеттами-евеянами-хорреями временами оказывается безнадежно запутанной. Однако вполне возможно, что подобные места Библии свидетельствуют о смешении хорреев с идумеями, вторгшимися в их земли.

Бела и Иовав

Эта глава Бытия заканчивается перечислением сменяющих друг друга царей, правивших в Эдоме до возникновения царства Израиль. Царская власть здесь не была наследственной, так как каждый новый правитель, по-видимому, не состоял в родстве с предыдущим. Поэтому в Эдоме могла возникнуть выборная монархия.

Первые два царя представляют наибольший интерес.

Быт., 36: 32–33. Царствовал в Едоме Бела, сын Веоров… И умер Бела, и воцарился по нем Иовав…

Белу, сына Веора, иногда отождествляют с Валаамом, сыном Веора, который в Книге Чисел изображен как противник израильтян; а Иоав иногда отождествляется с Иовом, главным героем книги, названной его именем.

Первое отождествление очень маловероятно, оно возникло лишь благодаря случайному сходству имен. Второе отождествление тоже, скорее всего, малоправдоподобно, но более привлекательно, так как существуют и другие связи между этой главой Бытия и Книгой Иова. Например, среди имен, перечисляемых в родословной хорреев, есть одно, напоминающее название родины Иова, – Уц.

Быт., 36: 28. Сии сыновья Дишана: Уц и Аран.

Потифар

С повествования истории Иосифа, любимого сына Иакова, избалованного несколько больше, чем следовало, начинается последняя часть Бытия. Своим поведением Иосиф навлекает на себя ненависть братьев: он доносит на них отцу, рассказывает им свои пророческие сны, предвещающие, что он достигнет превосходства над всей своей семьей.

Однажды Иаков послал Иосифа узнать, как обстоят дела у братьев, которые пасли скот в окрестностях Сихема (еще одна причина связей патриархов с этим городом – особенно Иосифа и его братьев).

Когда Иосиф пришел в Сихем, братья уже перешли в Дофан, находившийся приблизительно в 15 милях севернее Сихема, и он последовал за ними. Увидев Иосифа издали, братья замыслили убить его. Но из-за вмешательства Рувима и Иуды его не убили, а продали купцам-мадианитянам, проходившим мимо с караваном (существует два предания, одно принадлежит северным племенам, другое – южным, и оба включены в Бытие его последними редакторами). Иакову сказали, что Иосифа растерзали дикие звери, и старый отец погрузился в глубокую скорбь, оплакивая «сына своего многие дни».

Иосифа увели в южном направлении, а затем на восток, в Египет:

Быт., 37: 36. Мадианитяне же продали его в Египет Потифару, царедворцу фараонову…

За исключением короткого эпизода пребывания Авраама в Египте, эта страна впервые появляется в качестве места действия библейской истории. Рассказ об Аврааме, находившемся некоторое время в Египте, не детализирован, в нем упоминаются лишь фараон и его гарем; но история жизни Иосифа в Египте описана гораздо подробнее. Она начинается сразу же с сообщения имени египтянина, которое действительно типично египетское. Потифар – это укороченная форма от «Potiphera», что означает «тот, кого дал бог Ра» (имя, аналогичное западноевропейскому Теодор – «Божий дар»).

Фарес и Зара

Для более поздней истории израильтян колено Иуды имело огромное значение в сравнении с другими коленами, поэтому авторы Бытия ощущали необходимость включить в повествование родословную Иуды. Похоже, сейчас для этого наступил подходящий момент: Иосиф исчез, и на время можно было переключить внимание.

Итак, последовал библейский рассказ со всеми подробностями о том, как Иуда обманом был втянут в связь с Фамарь – женщиной, которая вначале была женой двух его сыновей, рано умерших и оставивших ее бездетной. Фамарь затем родила близнецов, представив их Иуде как новых наследников.

Во время родов, когда показалась рука одного из близнецов, повивальная бабка повязала ее красной нитью и объявила, что это – первенец. Однако:

Быт., 38: 29–30. …он возвратил руку свою; и вот, вышел брат его…И наречено ему имя: Фарес. Потом вышел брат его… И наречено ему имя: Зара.

Эти братья-близнецы являются эпонимами двух главных родов колена Иуды – «поколения Фаресова» и «поколения Зарина». В рассказе о них, несомненно, отражается некая ранняя племенная история.

Очевидно, род Зары, первым достигший преобладающего влияния над обоими родами этого колена, вымер. Поэтому Библия считает Зару формальным первенцем. Однако со временем «поколение Фаресово» приобрело главенство, что отражено в библейском эпизоде, когда Зара отдернул руку и предоставил своему брату-близнецу первенство рождения.

Если значительность рода Фареса нуждалась в глазах евреев более поздних времен в подтверждении, достаточно было лишь указать, что великий царь-герой Давид и все последующие иудейские цари произошли именно из этого рода, о чем ясно говорится в Книге Руфь.

Фараон (Иосифа)

В Египте Иосиф, благодаря своему уму и усердию, весьма преуспел и стал управляющим в имении Потифара. Однако жена Потифара попыталась соблазнить юношу, а когда ей это не удалось, оклеветала его перед своим мужем, заявив, что он якобы пытался совершить над ней насилие. Иосифа бросили в темницу.

Там, опять же благодаря уму и старательности, Иосиф приобретает расположение тюремщика, а также уважение своих товарищей по заключению, проявляя себя искусным толкователем снов. В частности, виночерпий фараона, временно попавший в тюрьму, остался доволен тем, как Иосиф истолковал его сон, и пообещал упомянуть о нем фараону, однако забыл об этом.

Но сны снились не только заключенным:

Быт., 41: 1. По прошествии… фараону снилось: вот, он стоит у реки.

Фараону приснилось, что из реки вышли семь тучных коров, а за ними – семь тощих коров, которые съели тучных, но остались «видом худые», как и прежде. Фараон проснулся, потом опять заснул и вновь увидел сон. Он был точно таким же, но на этот раз все происходило с семью тучными колосьями и с семью тощими.

Мудрецы фараона не смогли истолковать ему эти сны. И тут виночерпий наконец вспомнил о еврее-рабе, который находился в тюрьме вместе с ним.

За Иосифом послали, и он сразу же истолковал сны фараона: семь тучных коров и семь тучных колосьев – это семь лет изобилия, а семь тощих коров и семь тощих колосьев – это последующие после них семь лет голода, которые истощат землю. Поэтому нужно в течение плодородных лет сделать хорошие запасы хлеба на голодный период времени.

Фараон был приятно удивлен этим толкованием и практическим советом Иосифа и сразу же наделил его полномочиями для осуществления этого совета. Очень скоро Иосиф становится всесильным первым министром в Египте.

Но кто же этот фараон, так благосклонно отнесшийся к рабу-еврею, а позже – и ко всей семье Иакова? Это не мог быть типичный египетский правитель: Египет так долго оставался в изоляции, что фараоны стали закоренелыми ксенофобами, относящимися к иноземцам в лучшем случае снисходительно, а в худшем – враждебно. Египетский фараон был для египтян богом и сам считал себя богом, поэтому невероятно, чтобы он мог передать властные полномочия азиату-иностранцу – если только сам не являлся таким азиатом.

Если обратиться к истории Египта, то очевидно, что период Среднего царства, совпадающий со временами Авраама, длился двести лет – с 1991-го до 1786 г. до н. э., охватывая большую часть периода патриархов.

Когда Среднее царство пришло к упадку, в Египте наступил новый период – период анархии со слабыми династиями, правившими различными частями царства.

Около 1730 г. ослаблением Египта воспользовались азиатские завоеватели, вторгшиеся в эту страну. Завоевателей-семитов, полтора века правивших в дельте Нила, а при случае также и в верхних его областях, называли гиксосами – название это, вероятно, произошло от египетского выражения, означавшего «чужеземные цари».

Гиксосы, образовавшие XV и XVI династии в более или менее усеченном списке египетских царей древности, основали свою столицу у северо-восточного края дельты, в месте, наиболее близком к Азии.

До нашего времени дошло мало сведений о гиксосах и их правлении. Более поздние египетские историки, очевидно, считали историю завоевания и подчинения страны гиксосам слишком неприятной, чтобы говорить о ней. Единственное сообщение об этом можно найти у Иосифа Флавия, еврейского историка I в. н. э., который цитировал египетского историка Манефона, жившего на триста лет раньше.

По этим сведениям мы можем судить, что гиксосы правили не только в дельте Нила, но их власть распространялась также и на часть западной половины Плодородного Полумесяца. Если так, то это весьма важно.

До рассказа об Иосифе Книга Бытия ничего не сообщает о Египте, за исключением того десятистишия, где описывается посещение его Авраамом. И это было естественно. Ханаан, со времен Саргона Древнего, а возможно, даже со времен царя Эреха Лугальзагеси, находился под влиянием Тигро-Евфратского региона. В течение почти всего этого периода Плодородный Полумесяц в политическом отношении являлся единым государством. Это означает, что передвижение между всеми его частями было свободным. Авраам пришел из Ура; его слуга, а позже и Иаков, временно возвратились в Харан; Содом и его союзники сражались против войск захватчиков из Междуречья.

Однако Египет был иной цивилизацией, совсем другим миром и относительно стабильно отделялся политически от Плодородного Полумесяца. Но начиная с 1730 г. до н. э. эти политические ограничения стерлись, и в Ханаане и в Египте правили гиксосы. Путешествовать между двумя странами стало свободнее, и, когда мадианитяне купили Иосифа в Ханаане, его нетрудно было продать в Египте как раба.

Дружелюбный и милостивый фараон, изображенный в библейском рассказе об Иосифе, мог быть одним из правителей-гиксосов. Он мог обнаружить, что Иосиф – семит, и счесть совершенно допустимым поставить над египтянами неместника-семита.

Разумеется, это всего лишь предположение, хотя и допустимое, так как в Библии нет упоминания о гиксосах как таковых и ни в одном историческом источнике, помимо Библии или тех, что возникли на основе Библии, вообще не упоминается об Иосифе и о драматических событиях, относящихся к его жизни в Египте, которые описаны в Бытии. И даже если бы фараон Иосифа действительно являлся одним из царей-гиксосов, связывать его личность (по крайней мере, на основании современных знаний) с каким-то конкретным царем из династической линии – дело, похоже, безнадежное.

Рассказ о гиксосах, переданный Иосифом Флавием, – это египетский вариант прихода Иосифа, а позже и его семьи, в Египет. По мнению Иосифа Флавия, гиксосы были израильтянами – но в наше время эту точку зрения никто не воспринимает всерьез.

Река (Нил)

В самом начале описания сна фараона в Бытии, 41: 1 говорится, что «он стоит у реки».

В Египте никогда не возникало необходимости уточнять, о какой реке идет речь, когда говорилось: «у реки». Здесь всегда была только одна река, и благодаря ей существовала эта страна. Египет – пустынная земля, где практически не бывает дождей. Воду там дает единственная река, протянувшаяся с юга на север. В библейские времена для связи между населенными пунктами и для торговли служили суда, которые ходили вверх и вниз по Нилу. Население Египта существовало за счет продуктов, которые выращивали на землях после ежегодных разливов живительных вод Нила. Греческому историку Геродоту принадлежит знаменитая фраза, в которой он назвал Египет «подарком Нила», и это действительно так.

Современный Египет остается подарком Нила и в наши дни. Все его многомиллионное население сосредоточено вдоль узких берегов реки, в то время как земли к востоку и западу фактически остаются пустынными.

Неудивительно, что фараон увидел во сне, будто:

Быт., 41: 2. …вышли из реки семь коров, хороших видом и тучных плотию…

Если эти коровы олицетворяли семь лет изобилия, то совершенно естественно, что во сне они выходили из Нила, ибо изобилие зависело от его вод. И семь тощих коров, олицетворяющих семь голодных лет, также могли появиться из Нила: когда время от времени уровень его воды катастрофически падал ниже нормального, в стране наступал голод.

Слово «Нил» – не египетское и не еврейское, а греческое, и происхождение его неизвестно. Это название не встречается в Библии короля Якова, но оно используется в Исправленном стандартном переводе (например, в Бытии, 41: 1 фараон «стоит у Нила»).

Египтяне называли Нил Хапи – священным именем бога реки. В обычном употреблении Нил был просто «рекой» – по-египетски «Уог», а еврейская форма этого слова – «Уеог».

Длина Нила около тысячи миль, он даже немного длиннее Миссури и Миссисипи, а также Амазонки. Это самая длинная река в мире. Ее наиболее удаленный исток находится в Танганьике – там, где река Кагера берет начало и течет на протяжении 430 миль (небольшая ее часть проходит вдоль западной границы Танганьики). Затем она впадает в озеро Виктория, которое по площади водной поверхности является вторым по величине пресноводным озером в мире (после озера Верхнего в США). Из северо-восточного края озера Виктория вытекает Белый Нил, устремляющийся на север через Кению, Судан и Египет к Средиземноморью.

Основной приток Нила – Голубой Нил. Он берет начало из озера Тана в северной Эфиопии и течет сначала на восток, а затем, сделав огромный круг, соединяется наконец с Белым Нилом в Хартуме, столице Судана. Отрезок реки вниз по течению от места слияния Белого и Голубого Нила – это, собственно, и есть Нил.

В 200 милях севернее Хартума в Нил с востока впадает еще один, меньший, приток, и после этого река течет уже без единого притока по сплошной пустынной местности на протяжении тысячи миль к морю.

Разлив Нила происходит из-за ежегодных дождей, но выпадают они не в Египте, а на востоке Центральной Африки, гораздо выше по течению. Воды разлива несут плодородный ил с высокогорий Эфиопии и Кении. Хотя Голубой Нил короче Белого, его воды в периоды разлива гораздо богаче этим ценным илом.

Нил – река огромной протяженности, текущая к югу так далеко, как только могли проследить египтяне, греки и римляне, – представлял собой загадку Древнего мира. Где находился его самый отдаленный исток? Среди греческих, а позже и арабских купцов время от времени распространялись слухи, что Нил берет начало в больших озерах, и это, по-видимому, успешно подтверждалось исследовательскими экспедициями.

Однако лишь после 1870 г., когда английский исследователь Генри Мортон Стэнли организовал экспедиции в Африку и нанес на карту Восточную Африку с ее озерами, появилась возможность проследить все течение Нила от его истока до впадения в море.

Он

Так как Иосиф стал теперь высоким сановником, фараон даровал ему жену знатного происхождения:

Быт., 41: 45. …и дал ему в жену Асенефу, дочь Потифера, жреца Она…

Тесть Иосифа носил то же имя, что и его бывший хозяин, но это был вовсе не один и тот же человек.

Он, или Ану, – это город, который имел большое религиозное значение для египтян. Расположен он был у южной стороны дельты, всего милях в шести к северо-востоку от современного Каира. Это был важный центр культа египетского бога солнца Ра, поэтому египтяне называли его «Па-ра» («дом Ра»). В Книге пророка Иеремии прямой перевод «Па-ра» на еврейский используется для названия города. Гневно обличая Египет, Иеремия предупреждает, что он будет разрушен вавилонским царем:

Иер., 43: 13. И сокрушит статуи в Бет-шемеше…

Бет-Шемеш (Бефсамис) означает: «дом солнца».

Греки также использовали перевод «Па-ра» в качестве имени города, назвав его Гелиополь («город солнца»), и именно под этим названием он остался лучше всего известен последующим поколениям. Во времена Ветхого Завета этот город оставался центром египетской религии и учености. Он получил известность благодаря своим обелискам, и в Исправленном стандартном переводе фраза из Иеремии, 43: 13 «статуи в Бет-шемеше» изменена и дается как «обелиски в Гелиополе». В Гелиополе находились иглы Клеопатры – два огромных обелиска, вывезенные позже из Египта; один из них был установлен в Лондоне, а второй в нью-йоркском Центральном парке.

После 300 г. до н. э., когда Македонская династия Птолемеев стала править в Египте и сделала Александрию, находившуюся приблизительно в 220 милях северо-западнее Гелиополя, своей столицей, Гелиополь пришел к упадку. От него остались лишь жалкие руины.

Гесем

Правление Иосифа в Египте было успешным. В течение семи плодородных лет были предусмотрительно сделаны запасы на голодные годы, и у Иосифа в этот период родились сыновья Манассия и Ефрем. Когда в страну пришел голод, Египет не оказался застигнутым врасплох.

Однако о Ханаане этого нельзя было сказать. Иаков, страдая со всей семьей от недостатка пищи, послал своих сыновей в Египет купить хлеба, и Иосиф воспользовался случаем испытать их. Он сурово обошелся с ними и потребовал привести Вениамина (которого отец, беспокоясь о нем, оставил дома), если они снова придут за продовольствием.

Братья привели Вениамина, и Иосиф обернул дело так, что у него появилась законная причина оставить Вениамина своим рабом. Когда-то давно братья продали в рабство самого Иосифа, невзирая на то, какую боль причинит это их отцу. Изменились ли они с тех пор? Оказалось, что изменились. Они отказались предать Вениамина, и Иуда в одной из самых возвышенных и трогательных речей в мировой литературе предлагает себя в качестве раба вместо Вениамина – ибо, как сказал он Иосифу, если отец не увидит Вениамина, то умрет, «и сведут рабы твои седину раба твоего, отца нашего, с печалию во гроб».

И тогда Иосиф наконец раскрывается перед братьями, и наступает великое примирение.

Иосиф был сейчас наместником, обладающим всей полнотой власти, он успешно справился с голодом, что должно было принести ему популярность во всей стране, и он не колеблясь пригласил всю свою семью в Египет. А фараон доброжелательно принял их.

Иосиф просит передать своему отцу:

Быт., 45: 10. Ты будешь жить в земле Гесем; и будешь близ меня…

Обычно считается, что земля Гесем находилась у восточной границы дельты Нила. Туда направляли жителей Ханаана, приходивших в Египет в голодные времена. Если вся эта история, рассказанная Библией, действительно происходила в период правления гиксосов, то столица Египта Танис, где Иосиф занимал высокий пост, должна была находиться прямо на западной границе этой области. Поэтому Иаков со своими сыновьями действительно мог находиться «близ» Иосифа.

Итак, Иаков, воспрявший духом, готовится к переселению в Египет. «Бытие» перечисляет мужчин, сопровождавших его, – сыновей, внуков и правнуков и, пересчитав всех переселившихся в Египет (включая Иосифа и его сыновей), доходит до круглой цифры 70.

Когда они прибыли в Египет, Иосиф представил отца и братьев фараону, а затем

Быт., 47: 11. …Иосиф… дал им владение в земле Египетской… в земле Раамсес.

Под «землей Раамсес» подразумевается Гесем. Это анахронизм; город с таким названием в этой местности был построен лишь спустя столетия после правления гиксосов.

Ефрем и Манассия

Иакову было 130 лет, когда он переселился в Египет. Он прожил там еще 17 лет. А затем настало время, и он почувствовал приближение смерти. На смертном одре он попросил Иосифа привести к нему своих сыновей. Иосиф привел своих юных сыновей, чтобы дед благословил их, и Иаков усыновил внуков как собственных детей:

Быт., 48: 5. И ныне два сына твои… мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон, будут мои.

Таким образом, Иосиф стал предком двух колен Израилевых, произошедших от Ефрема и Манассии, которые иногда объединяют в «колена Иосифа».

У Иакова было двенадцать сыновей, и так как один из них, Иосиф, стал родоначальником двух колен, то теперь образовалось тринадцать колен. Однако в последующие столетия колено Левия вообще не получило во владение какой-либо определенной территории в завоеванном Ханаане; образовав касту священников, оно рассеялось по всем уделам. Двенадцать колен Израиля, представленные позже каждое своими землями в Ханаане, – это колена Рувима, Симеона, Иуды, Дана, Гада, Иссахара, Завулона, Асира, Неффалима, Вениамина, Ефрема и Манассии. То, что от Иосифа произошло два колена, тогда как от остальных его братьев – лишь по одному, указывает на получение им права первородства вместо Рувима, который должен был обладать им как старший сын. Как рассказывается в Библии, Иосиф унаследовал первородство очень просто. Благословляя Иосифа, Иаков говорит ему:

Быт., 48: 22. Я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, один участок…

Однако этот стих не очень ясен. Еврейское слово «shecem», переведенное здесь как «участок», обычно означает «склон (горы)». В Исправленном стандартном переводе Иаков говорит: «Я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, один склон горы…» Но, с другой стороны, это слово может означать город Сихем, и «Энкор Байбл» представляет свой перевод: «Я даю тебе, преимущественно перед братьями твоими, Сихем…»

И действительно, когда спустя столетия Ханаан был разделен между всеми коленами, Ефрем получил одну часть, принадлежавшую колену Иосифа, а Манассия – другую его часть, включавшую Сихем и его окрестности¹⁷.

Когда Иаков стал благословлять Ефрема и Манассию, Иосиф, подводя к нему внуков, позаботился о том, чтобы его первенец Манассия оказался по правую руку деда: ведь у престарелого Иакова, как когда-то у его отца, было уже слабое зрение, и без посторонней помощи он не мог различить детей. Однако Иаков, благословляя их, скрестил руки, положив правую на голову младшего, Ефрема.

Возможно, это также отражение ранней истории колена, ситуация, аналогичная истории Фареса и Зары. Первоначально колено Манассии могло доминировать среди колен Иосифа, поэтому в предании говорится, что Манассия был первенцем Иосифа. Однако позже Ефрем, которого Иаков благословил правой рукой, получил и сохранил превосходство.

Иуда

Затем Иаков призвал всех своих сыновей собраться у его смертного одра, чтобы предречь будущее каждому из них. В этом «Завещании Иакова», похоже, отражена ситуация времен Давида.

Речь Иакова окрашена пророческим смыслом, который, вероятно, легко понимали люди того времени, так как в ней говорилось об известных им событиях.

Колена первых трех сыновей Иакова рассеялись быстро. Рано возвысившись, они полностью угасли ко времени царствования Давида:

Быт., 49: 3–5. Рувим, первенец мой… Но ты бушевал, как вода, не будешь преимуществовать. Ибо ты взошел на ложе отца твоего… Симеон и Левий братья, орудия жестокости в их жилище…

Быт., 49: 7. Проклят гнев их…

По преданию, причиной неудачной судьбы этих сыновей Иакова было совращение Рувимом Валлы и нападение Симеона и Левия на Сихем.

В своем обращении к четвертому сыну Иаков предстает величественным пророком:

Быт., 49: 8. Иуда! тебя восхвалят братья твои.
Быт., 49: 10. Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его…

Здесь отражен факт, что именно Давид из колена Иуды создал крепкое и могущественное царство в земле Израильской. К тому времени израильтяне покорили всех своих врагов и установили власть над всей западной частью Плодородного Полумесяца. История Израиля здесь как бы достигает своей высшей точки, торжества, которым окрашена вся эта часть Ветхого Завета.

Конечно, менее чем через столетие после прихода Давида к власти его царство распалось на два отдельных, и иудейская династия Давида удержала лишь меньшую половину. По-видимому, 49-я глава Бытия была окончательно оформлена еще до раскола царства.

Однако царствование династии Давида над южной частью страны не прерывалось до 586 г. до н. э., поэтому на протяжении четырех веков «скипетр не отходил от Иуды».

Об остальных братьях (кроме одного) говорится кратко и загадочно, но в целом благосклонно. Исключением, разумеется, является Иосиф, который безудержно восхваляется – и это явное свидетельство значительности колен Ефрема и Манассии на протяжении всего периода истории колен Израиля вплоть до образования царства Давида.

Все это также могло иметь дипломатическое значение. Северные колена не слишком благожелательно относились к превосходству Иуды, и они действительно довольно быстро рассеялись. Но было бы неблагоразумно умалять заслуги их знаменитых представителей.

Благословив своих сыновей, Иаков умер в возрасте 147 лет и, как завещал, был погребен своими сыновьями в Ханаане в пещере Махпела, где уже были похоронены его дед и бабка – Авраам и Сарра, его родители – Исаак и Ревекка, и одна из его жен – Лия.

Спустя полвека умер и Иосиф в возрасте ПО лет. На этом и завершается Книга Бытия, события которой приходят к концу предположительно в 1650 г. до н. э. Опускается занавес и над Египтом, над которым гиксосы устанавливают жесткий контроль, а израильтяне продолжают оставаться там желанными гостями.

Когда раскроется следующая книга и занавес поднимется вновь, пройдет уже четыре столетия и положение резко изменится.

2. Исход

Исход

После переселения Иакова и его сыновей в Египет между двумя первыми книгами Библии наступает большой временной промежуток, продлившийся около четырех веков. Чтобы связать его концы, вторая книга начинается с краткого перечисления имен глав семейств, пришедших в Египет:

Исх., 1: 1. Вот имена сынов Израилевых…

Слова «вот имена» – это перевод еврейского «ve-elleh shemoth» («елле шемот», «сии имена»). Евреи используют это выражение для названия второй книги Библии, обычно укорачивая его до одного слова «Shemoth» («Шемот», «имена»). Септуагинта называет эту книгу «Exodos» (или, в латинском варианте, «Exodus»), что означает «исход», потому что речь в ней идет об уходе евреев из Египта.

Ефрем

Хотя в начале Книги Исхода и перечисляются сыновья Иакова, в дальнейшем Библия не упоминает о конкретных патриархах-эпонимах израильских колен, кроме единственного.

В Первой книге Паралипоменон, где дается краткий обзор родословных периода ранней истории с точки зрения евреев после вавилонского пленения, упоминается, что несколько сыновей Ефрема (младшего сына Иосифа) участвовали в похищении скота у жителей одного города в южном Ханаане и были убиты ими.

1 Пар., 7: 22. И плакал о них Ефрем, отец их, много дней, и приходили братья его утешать его.

В Библии точно не утверждается, что этот эпизод относится ко времени пребывания евреев в Египте, да и вряд ли это так. Египет в то время был крепким и стабильным государством, и маловероятно, чтобы в его пределах допускался угон скота. Кроме того, место, где это произошло, находилось в 150 милях от Гесема – а это слишком далеко, чтобы отправляться туда за чужим скотом.

Возможно, в этом стихе Исхода описывается событие древней истории колен Израилевых, произошедшее в Ханаане спустя столетия после времен Иакова и его сыновей. Ефрем может представлять здесь скорее все колено, а не конкретного предка.

Кроме этого единственного упоминания, все остальные сведения, относящиеся к сыновьям Иакова, – это легенды, не вошедшие в Библию. Считается, что первым изо всех братьев умер Иосиф, а последним – Левий. Около 100 г. до н. э. была написана книга под названием «Завет двенадцати патриархов», в которой содержались заветы каждого из двенадцати сыновей Иакова, предположительно сделанные ими на смертном одре. Все они обращались к прожитой жизни, сокрушались о своих проступках и убеждали своих детей избегать подобных грехов и хранить добродетель. Какова бы ни была нравственная и этическая польза этих нравоучений, исторической ценности они не представляют.

Фараон (притеснитель)

Как сообщается в Исходе, после смерти Иосифа и его братьев сыны Израилевы стали процветать, «размножились, и возросли, и усилились чрезвычайно».

А затем:

Исх., 1: 8. …восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа.

Новый фараон, в отличие от благожелательного покровителя Иосифа, вовсе не симпатизировал евреям. Более того, он считал их источником возможной опасности для страны и поэтому предпринял против них суровые меры.

Если фараон Иосифа действительно был одним из ранних гиксосских царей, то картина произошедшего совершенно ясна.

При гиксосах Египет все же не оставался полностью под их контролем. Их влияние сосредоточилось в Дельте, а дальше к югу местную власть удерживали египетские правители, накапливавшие силы.

Приблизительно в 500 милях вверх по Нилу находился город, который позже греки называли Фивами, и он был наиболее известен среди городов Верхнего Египта. Во времена Древнего и Среднего царств его затмевали Мемфис и города, расположенные в Дельте. Но в период политической раздробленности египетские династии иногда управляли страной из Фив – из фактически независимого юга. Например, в годы, предшествующие образованию Среднего царства, XI династия правила из Фив.

Когда гиксосы завоевали Египет, Фивы получили еще одну возможность. На протяжении всего периода их правления фиванцы, сохраняя относительную независимость, постепенно перенимали военную технику завоевателей (конные боевые колесницы, усовершенствованный лук, использование лат), с которой прежде не были знакомы и благодаря которой гиксосы подчинили себе Египет.

В 1570 г. до н. э. Яхмос, ставший родоначальником XVIII династии, пришел к власти в Фивах и организовал решительное сражение против гиксосов, к тому времени утративших бдительность. Яхмос нанес им поражение, изгнал из страны и стал фараоном всего Египта, восстановив египетскую династию после полуторавекового правления чужеземцев.

Яхмос вполне мог быть тем «новым царем, который не знал Иосифа». Будучи представителем возрождающейся египетской государственности, он не мог относиться к евреям иначе как с неприязнью и подозрением: ведь их впустили в страну гиксосы и поэтому их можно было считать остатками этих врагов. При любом повторном вторжении азиатов Яхмос мог ожидать, что евреи присоединятся к захватчикам, с которыми связаны общей культурой и языком.

Хотя во время правления Яхмоса благополучная жизнь евреев в Египте могла изменяться к худшему, вовсе не значит, что при этом фараоне она должна была окончательно прийти в упадок. Евреи, к которым в Египте относились с подозрением и как к людям второго сорта, проявляли недовольство своим положением, и это само по себе являлось поводом для усиливающихся притеснений.

Исх., 1: 13–14. И потому Египтяне с жестокостию принуждали сынов Израилевых к работам. И делали жизнь их горькою от тяжкой работы…

Рабское положение евреев достигло крайнего предела при конкретном фараоне, которого называют «фараоном-притеснителем» (но, вероятнее всего, это был не Яхмос).

Чтобы определить, какой именно фараон мог им быть, следует обратиться к истории Египта.

Когда закончилось правление Яхмоса, египтяне, перенявшие от гиксосов новую военную технику, вступили в период наиболее успешных военных действий за всю свою историю. Началась эпоха Нового царства, или времена Империи, когда Египет распространил свою власть на граничащие с ним азиатские территории. Все крупные военные завоевания, связанные с образованием и укреплением Египетского царства, происходили именно в период еврейского рабства, поэтому в Библии, всецело сосредоточившейся на судьбе евреев, не обнаруживается ни малейшего следа этих событий.

При Тутмосе I (1525–1508 гг. до н. э.) и Тутмосе III (1490–1436 гг. до н. э.)¹⁸ – особенно при последнем, которого иногда называют Тутмосом Великим и Наполеоном Древнего Египта, была создана великая египетская военная держава. Египетские войска победоносно прошли по западной части Плодородного Полумесяца, утвердив там свою власть. В 1479 г. до н. э. Тутмос III выиграл великую битву при Мегиддо – городе, расположенном в северном Ханаане, приблизительно в 50 милях севернее Иерусалима. После этого Ханаан и все северные земли у Евфрата стали принадлежать Египту. При Аменхотепе III (1397–1370 гг. до н. э.)¹⁹ империя по-прежнему процветала.

Но при Аменхотепе IV, сыне Аменхотепа III (1370–1353 гг. до н. э.)²⁰, в стране началась смута. Новый фараон был царем-реформатором. Правя в стране с древней традицией многобожия, Аменхотеп порывает с ним, признавая единого бога, бога солнца – Атона, и устанавливает его культ. Так как собственное имя фараона, Аменхотеп, означало «угодный Амону» и прославляло бога Амона, то фараон отрекся от него как от идолопоклоннического, назвав себя Эхнатоном («угодным Атону»)²¹. Он также основал новую столицу на половине пути между Фивами и дельтой и дал ей имя Ахетатон («горизонт Атона»). На этом месте теперь находится деревня Телль-эль-Амарна.

Эхнатон попытался силой установить единобожие во всем Египте, но, защищая традиционную религию с ее культом древних богов, жречество оказало жестокое сопротивление, и на его стороне был присущий египтянам внутренний консерватизм. Недолго правивший (всего около семнадцати лет) Эхнатон умер рано, и его реформа повисла на волоске. Культ Атона стал ослабевать и вскоре исчез. Когда на трон взошел молодой зять Эхнатона Тутанхатон (1352–1343 гг. до н. э.), старое жречество одержало полную победу. Эхнатон был предан забвению, а Тутанхатону пришлось изменить свое имя на Тутанхамон²².

В то время как Эхнатон был поглощен своей религиозной реформой, азиатские владения Египетской империи стали подвергаться постоянным нападениям. В 1887 г. при раскопках Ахетатона было найдено множество писем от египетских наместников в Азии. Их содержание представляет собой весьма печальный рассказ о бесконечных набегах с севера и востока и тщетные просьбы о помощи к Эхнатону, у которого недоставало сил или, скорее, желания отразить хищнические набеги банд из пустыни.

Однако с севера надвигался еще более грозный враг. Древнехеттское царство ослабло и не представляло опасности во время правления Тутмоса III. Но после смерти этого царя-завоевателя хетты вновь обрели силу, создав Новохеттское царство. Во времена Эхнатона на хеттском троне находился величайший царь хеттов Суппилулиума I. Он сокрушил царство Митанни и отодвинул египетские границы до Ханаана.

После смерти Тутанхамона (это именно его гробница была обнаружена в 1922 г.) XVIII династия быстро пришла к упадку и прекратилась. На трон взошла новая семья, образовав XIX династию; ее первый представитель, Рамсес I, стал фараоном в 1304 г. до н. э. При его правлении Египетская империя пережила новый период своего могущества.

XIX династия достигла своей вершины при Рамсесе II (Рамсесе Великом), чье долгое царствование продлилось с 1290-го до 1223 г. до н. э.²³, и в этот период Египет вступил в прямой конфликт с хеттами. В 1288 г. до н. э. между двумя державами произошло великое сражение при Кадеше (около восьми миль севернее Дамаска). Битва эта не оказалась решающей, война продолжалась и закончилась заключением договора о мире и ненападении, по условиям которого у хеттов сохранялись их завоевания предыдущего столетия. Однако усилия, направленные на противостояние Египту, оказались пагубными для хеттской империи, ослабив ее мощь, и от самого Египта потребовали значительного напряжения.

Рамсес II – наиболее известный египетский фараон. Долгое правление позволило ему осуществить свои грандиозные планы. Он украсил Фивы, которые в период его правления находились на вершине славы, заполнил весь Египет своими гигантскими статуями с хвалебными надписями в свою честь; кроме того, сохранилось свидетельство, что у него было сто шестьдесят детей от бесчисленных жен и наложниц.

Рамсес II во многом поспособствовал созданию появившейся впоследствии легенды о Сенусерте. Когда спустя восемь веков после великих дней Египетского царства греческий историк Геродот посетил эту древнюю страну, египетские жрецы и хранители древностей охотно излагали ему события великого прошлого, причем не без прикрас. Во времена Геродота Египет, захваченный двумя азиатскими царствами – Ассирией и Персией, находился в упадке. Поэтому египтяне тешили свою гордость воспоминаниями о тех затерянных во мгле далекого прошлого временах, когда Египет был мировой державой.

Завоевателя, о котором сообщает Геродот, звали Сенусерт. Это настоящее имя трех фараонов XII династии, и первый из них предположительно мог быть фараоном, к которому некогда пришел Авраам²⁴.

Во времена Среднего царства могущество Египта впервые распространилось за пределы его границ, достигнув Эфиопии. К этим завоеваниям добавились и новые, при Тутмосе III и Рамсесе II, и в конце концов Сенусерты завоевали всю Эфиопию и вторглись в Азию, дойдя до самого Евфрата, а затем через Малую Азию проникли в Европу, подчинив себе равнинные пространства Причерноморья.

После Рамсеса II мечтать о временах Сенусерта было уже бесполезно. Египет стал ослабевать. Лишь время от времени он собирался с силами, но всякий раз менее успешно, и продолжал клониться к упадку на протяжении всех библейских времен.

Кто же из фараонов за эту долгую историю мог оказаться «притеснителем»?

На эту роль неплохо подходит Эхнатон. Это особый правитель среди длинной череды египетских фараонов: бунтовщик, ниспровергающий традиции, монотеист. Мог ли он быть тем доброжелательным фараоном, благосклонно позволившим веровавшему в единого Бога Иакову и его сыновьям поселиться в Египте? К сожалению, это совершенно невозможно, так как Эхнатон царствовал значительно позже их прихода в Египет.

Но тогда, может быть, время правления Эхнатона было ближе к периоду рабства сынов Израилевых? Не мог ли он воспринять свой монотеизм от Моисея или, как иногда предполагают, не мог ли Моисей воспринять его от Эхнатона?

Могло ли оказаться, что сильный и властный Аменхотеп III, отец Эхнатона, действительно являлся фараоном-притеснителем, а при более слабом правлении Эхнатона, поглощенного своими проблемами, евреи смогли бежать из Египта? В пользу этого говорят обнаруженные в Телль-эль-Амарне сообщения из Ханаана о внезапном вторжении кочевых племен. Не были ли это евреи, бежавшие из Египта и уверенно направившиеся на завоевание Ханаана?

Но это маловероятно по нескольким причинам. Во-первых, Эхнатон царствовал гораздо раньше завоевания евреями Ханаана. Поэтому предположение, что народ Израиля вторгся в Ханаан во времена Эхнатона, не сочетается с хорошо известными датами более поздних событий, описанных в Библии. Сомнений в том, что Ханаан подвергся нападениям кочевников в период правления Эхнатона, нет. Однако вполне вероятно, что его атаковали племена идумеев, моавитян и аммонитян, обитавших вдоль границ, охраняемых египтянами, и им не удавалось проникнуть внутрь страны. Кроме того, из библейского рассказа совершенно очевидно, что к тому моменту, когда евреи достигли Ханаана, идумеи, моавитяне и аммонитяне уже прочно осели, завладев землями к востоку и к югу от Мертвого моря²⁵.

Конечно, эти древние завоеватели были тесно связаны с евреями; и не исключено, что некоторые племена, впоследствии присоединившиеся к союзу израильских племен, уже нападали прежде на Ханаан, а затем присоединились к коленам Израиля, вышедшим из Египта. Существуют предположения, что в египетском рабстве находились лишь колена Иосифа, Ефрема и Манассии, и после бегства из Египта они образовали союз племен, вторгшийся в Ханаан прямо из пустыни.

Если евреи вышли из Египта и начали завоевывать Ханаан в период правления Эхнатона и после него, они могли быть вовлечены в начавшуюся гигантскую военную кампанию Рамсеса П. В Библии не могло не отразиться такое событие, как великое сражение при Кадеше.

Если искать «фараона-притеснителя» в более поздние времена, то для этой роли больше всего подходит именно Рамсес II. Он был самовлюбленным деспотом, безнаказанно использовавшим свою власть. Этот фараон развязал борьбу не на жизнь, а на смерть с азиатской державой и был вынужден смотреть на азиатов, живших в его собственном государстве, крайне подозрительно. Ведь вполне допустимо, что хетты могли воспользоваться бунтом евреев, чтобы отвлечь силы Египта. Или что хотя бы некоторые евреи одобрительно отнеслись к подобным действиям и Рамсес начал подозревать их в соучастии, даже если этого и не было. Все это могло усилить порабощение и даже вызвать геноцид.

Кроме того, после смерти Рамсеса II власть фараонов стала ослабевать, и в этот период евреи могли вырваться из Египта. Более того, мощь Египта так и не возродилась. Он уже не сумел вновь собраться с силами и подчинить Азию, поэтому евреям безо всяких помех со стороны Египта удалось завоевать и оккупировать Ханаан.

Так что, похоже, именно Рамсес II и мог быть «фараоном-притеснителем» – если такой фараон вообще существовал. Ведь, кроме Библии, больше нигде не встречается о пребывании евреев в Египте, об их рабстве и об их бегстве из Египта. В частности, современными археологами не обнаружено в египетских документах ни одного факта, свидетельствующего о событиях Исхода.

Питом и Раамсес

Один из примеров доказательства того, что «фараоном-притеснителем» был Рамсес II, является характер принудительного труда евреев.

Исх., 1: 11. …И они построили фараону города для сокровищ, Питом и Раамсес.

Фраза «города для сокровищ» переведена явно неправильно. В Исправленном стандартном переводе она дается как «города для запасов» – то есть города, в которых запасалась провизия для армий, направлявшихся в Азию.

Название Раамсес (которое требует совсем незначительного изменения, чтобы в еврейском языке превратиться в «Рамсес»), похоже, имеет важное значение. Среди фараонов первых восемнадцати династий имя Рамсес не встречается, но в XIX и XX династиях обнаружено одиннадцать фараонов с таким именем. Рамсес II был самым известным и наиболее выдающимся их представителем. Он был также не чужд самовосхваления и вполне мог назвать город своим именем.

Руины Питома (pa-tum на египетском языке означает «город заходящего солнца») были обнаружены в 1882 г., приблизительно в двенадцати милях западнее того места, где сейчас находится Суэцкий канал. Этот город располагался у канала, который при Рамсесе II был прорыт от восточного рукава Нила к северной части Красного моря. Канал этот выполнял приблизительно ту же функцию, что и Суэцкий, но был гораздо примитивней. Помимо прочих находок, среди руин обнаружилась статуя Рамсеса II, и это означало, что город вполне мог быть построен во времена его правления.

Питом находился в Гесеме, а Раамсес, возможно, в нескольких милях западнее Питома. В этом месте, по всей вероятности, могут существовать доказательства располагавшегося здесь некогда города. Рамсес II, замысливший великий поход в Азию против хеттов, нуждался в надежных хранилищах для провианта, чтобы обеспечить тыл. И именно Питом и Раамсес, находившиеся на северо-восточной границе, могли подойти для этой цели. А так как евреи поселились именно здесь, то было удобно использовать их труд.

Хотя Библия сообщает конкретно, что евреи строили в Египте города, многим небрежным ее читателям почему-то представляется, что евреи-рабы возводили пирамиды. Но это не так. Пирамиды были построены за тысячелетия до прихода Иосифа в Египет.

Существует также мнение, что пирамиды могли быть построены под руководством Иосифа как амбары для запасов пищи в течение семи лет изобилия. Но даже если бы пирамиды строились во времена Иосифа, они не могли служить этой цели: ведь это практически монолитные структуры с лабиринтами и камерами, которые по размерам подходили лишь для того, чтобы разместить в них саркофаги фараонов. Кстати, довольно странно, но о пирамидах в Библии вообще не упоминается.

Дочь фараона

Как рассказывается в Библии, Рамсес II приказал умертвить всех еврейских младенцев мужского пола, и, когда у одной женщины из колена Левия родился сын, она попыталась спасти его. Взяв маленькую тростниковую корзину (или «ковчег»), она пропитала ее смолой, чтобы та не промокла, положила в нее ребенка и оставила на берегу Нила. (Тростник – это местное растение папирус, из которого египтяне делали легкие суда и использовали в качестве материала для письма. Английское слово «бумага» («paper») произошло от слова «папирус».)

Небольшая корзина с младенцем была найдена:

Исх., 2: 5. И вышла дочь фараона на реку мыться… Она увидела корзинку среди тростника…

Кто была эта «дочь фараона», разумеется, неизвестно. Ее имя Библия не называет, и, так как у Рамсеса II было предположительно пятьдесят дочерей, установить личность юной госпожи не представляется возможным. Древнееврейский историк Иосиф Флавий, пересказавший эту библейскую легенду, заполнил этот пробел более поздним преданием, наделив принцессу именем Фермотес, но египетские царевны того периода с таким именем неизвестны. Один из ранних Отцов Церкви дал ей имя Меррис, и имя Мери встречается в надписях того времени. Однако это может быть простым совпадением.

Моисей

Еврейское имя этого ребенка – Моше. В Септуагинте различные еврейские имена, встречающиеся в Библии, заменены их греческими эквивалентами. Это неизбежно повлекло за собой некоторые изменения. В греческом алфавите нет буквы, обозначающей звук «sh», которого не существует в греческом языке. Поэтому этот звук заменяется простым «s». И так как греческие имена почти всегда заканчиваются на «s», в конце библейских имен приходится добавлять «s». Таким образом, Mosheh (Моше) превращается в Moses (Моисея).

В английских вариантах Нового Завета (почти все из которых первоначально написаны на греческом языке) еврейские имена обычно даны в греческой форме. Например, Иисус – это греческая форма еврейского Иошуа. Однако в английских вариантах Ветхого Завета по возможности восстанавливаются еврейские формы имен. Но в случае с Моисеем это невозможно: именно эта греческая форма имени стала традиционной.

Священники, редактировавшие первые шесть книг Ветхого Завета, усмотрели в слове «Моше» близость еврейскому слову «маша» (mashah), которое означает «извлекать», и потому считали, что от этого слова и произошло имя²⁶:

Исх., 2: 10. …и [дочь фараона] нарекла ему имя: Моисей, потому что, говорила она, я из воды вынула его.

В те времена египетская царевна вряд ли могла обратиться к еврейскому языку, чтобы выбрать имя ребенку (даже если и вообразить, что она потрудилась выучить этот язык рабов). Кроме того, слово «Моисей» («Moses»), оказывается, имеет гораздо более прямое значение в египетском языке. Оно означает «сын». (Так, Тутмос означает «сын Тота», а Рамсес – «сын Ра» – то есть сыновья египетских богов Тота и Ра.)

Легенды, окружающие раннее детство Моисея, кажутся не более правдоподобными, чем еврейское происхождение его имени. Многие древние легенды полны историй, в которых дети, брошенные по разным причинам, чудесным образом спасаются и впоследствии становятся великими людьми. Этот мотив можно встретить в греческих мифах – истории, случившиеся с Персеем, Эдипом и Парисом; в римских легендах – с Ромулом и Ремом; в персидских – с Киром.

Изо всех древних преданий библейский рассказ о Моисее самое поразительное сходство имеет с легендой о Саргоне Древнем, который жил за тысячу лет до Моисея. Она была обнаружена на вавилонских клинописных табличках, датированных несколькими веками ранее периода пленения. Еврейские священники, которые окончательно оформили первые шесть книг Ветхого Завета, могли узнать эту легенду, находясь в вавилонском плену, и, весьма вероятно, использовали ее мотив.

О Саргоне рассказывалось, что он был незаконнорожденным сыном знатной женщины, жрицы, которая родила его тайно, а затем положила в тростниковый ящик и, запечатав крышку смолой, бросила в реку. Ребенка спас бедняк, воспитавший его как собственного сына.

Однако авторы Библии изменили текст к лучшему: Моисей был законным сыном, и его нашла и вырастила царевна.

В Библии отсутствуют сведения о юности Моисея, но более поздние легенды о нем заполнены событиями, предназначенными приумножить славу будущего вождя сынов Израилевых. К примеру, Иосиф Флавий рассказывает, как Египет оказался во власти вторгшихся в него эфиопов и как Моисей, ставший предводителем египетской армии, нанес им сокрушительное поражение. Однако в египетских источниках не обнаружено никаких свидетельств, касающихся событий, описанных Флавием.

Мадиам (Мадиан)

Став взрослым, Моисей проникся сочувствием к евреям-рабам – очевидно, не просто из гуманности, а оттого, что знал о собственном происхождении. Однажды в приступе гнева он убил египетского надсмотрщика, и, когда об этом стало известно, разгневанный фараон приказал его казнить. Чтобы избежать смерти, Моисей поспешно бежал из Египта.

Исх., 2: 15. …Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадианской…

Мадиан, скорее всего, находился в северо-западной Аравии, к востоку от Красного моря, в 200 милях юго-восточнее Гесема. Это наиболее короткое расстояние, преодолев которое Моисей мог оказаться вне пределов Египетского царства.

Согласно более позднему преданию, Моисею было сорок лет, когда он бежал в Мадиан. Эта цифра весьма удачно соотносится с историей его жизни, ибо она четко разделяет отпущенный Моисею библейский срок жизни в сто двадцать лет ровно на три части. С рождения до сорока лет он мог быть знатным египтянином, с сорока до восьмидесяти находился в изгнании в Мадиане, а с восьмидесяти до ста двадцати лет был вождем еврейского народа.

Фараон (Исхода)

Пока Моисей жил в М адиане, женившись и родив сына, в Египте произошли серьезные перемены:

Исх., 2: 23. Спустя долгое время, умер царь Египетский.

Если фараоном-притеснителем действительно был Рамсес II, то это событие произошло в 1223 г. до н. э. Преемником Рамсеса II стал гораздо более слабый царь Мернептах, которого обычно считают фараоном Исхода. При нем происходили драматические события, описанные далее в Книге Исхода.

События эти явились для Египта настоящим бедствием, и период правления Мернептаха в египетских документах должен был отразиться как время, полное тревог и неприятностей.

И это действительно так. Конечно, упоминаний именно о тех событиях, которые описаны в Исходе, в египетских документах нигде не обнаружено, но существует множество упоминаний о неприятностях другого свойства, и правление Мернептаха было беспокойным периодом для всего Восточного Средиземноморья.

На протяжении всей древней истории периодически наступали времена, когда кочевые народы приходили в движение. Одни племена теснили другие, те, в свою очередь, следующие, и так далее – подобно эффекту домино. Населенные города цивилизованных областей мира в конце концов сталкивались с ударом этих сил, и, так как жители этих городов вели оседлый образ жизни, они уступали натиску кочевников, и на цивилизацию нередко обрушивалось бедствие.

XIII в. до н. э. стал свидетелем одной из таких массовых миграций народов. В Греции и особенно в юго-восточной Европе начал ощущаться натиск варварского вторжения, и под его воздействием из Греции, Крита и других областей толпы разбойников ринулись через Эгейское море на запад, юг и восток. Они вторглись в Малую Азию, и именно во время этого вторжения могла произойти Троянская война.

Результатом миграций, изнурявших Малую Азию, явилось то, что фригийцы – ее коренные жители – взяли власть в собственные руки и нанесли решающий удар империи хеттов, которая была смертельно обескровлена в великой войне против Рамсеса II. От былого могущества хеттов ничего не осталось, и, когда евреи окончательно завоевали Ханаан, хетты предстали перед ними всего лишь как малозначительное племя.

Не выдержав натиска кочевников, несколько малоазиатских племен могли покинуть свою родину, отправиться на запад и основать цивилизацию этрусков в Италии.

Иноземные захватчики из юго-восточной Европы высаживались и на побережье Египта. Египтянам удавалось отражать натиск этих «народов моря», как они называли их, однако ценой больших усилий, и постоянный ущерб, который причиняли эти вторжения, в значительной мере способствовал ослаблению мощи египетского государства. Евреи вполне могли воспользоваться возникшими беспорядками и волнениями и покинуть Египет.

Кроме того, спустя три столетия со времени правления Тутмоса I впервые была сломлена власть египтян над Ханааном. Захватившие Ханаан «народы моря» – филистимляне – прочно обосновались на его южном побережье. Армия египтян или потерпела поражение, или, что вполне вероятно, ушла оттуда для защиты собственной родины. Египетские войска не возвращались в Ханаан в течение девяти столетий, и еврейский народ в своем стремлении к завоеванию Ханаана сталкивался только с местными жителями, а не с мощной египетской армией. Самыми закоренелыми врагами народа Израиля, вторгшегося в Ханаан с востока, были филистимляне, ворвавшиеся в него с запада.

Поэтому, пожалуй, есть смысл считать Мернептаха фараоном Исхода, независимо от реалий, описанных в Библии.

Хорив

Задача Моисея вывести народ Израиля из Египта возникла в Мадиане.

Исх., 3: 1. Моисей пас овец у Иофора, тестя своего… Однажды провел он стадо… к горе Божией Хориву.

Горы обычно считались особо священным местом обитания богов: достаточно вспомнить греческих богов, живущих на горе Олимп. Несомненно, Библия упоминает здесь о горе, которая в соответствии с древними еврейскими традициями считается священной горой Бога.

Здесь, в 3-й главе, название этой горы – Хорив, но в других местах Исхода она именуется Синаем. Оба этих названия относятся к одной и той же горе, но Синай – более позднее и гораздо более известное. Гора эта находилась не в Ханаане, что общеизвестно, и наверняка она являлась древней символической святыней, традиция почитания которой сложилась еще до прихода израильтян в Ханаан. Более того, это священное место не связано с периодом патриархов, так как о Синае нигде не упоминается в Книге Бытия.

Священный смысл, скрытый в названии Синай, можно обнаружить, обратившись к шумерской мифологии – к богу луны Сину, которого особо почитали как в Уре, так и в Харане. Хотя здесь может возникнуть вопрос, почему же тогда не обнаруживается связь Синая с Авраамом, который жил и в Уре, и в Харане.

Некоторые ученые считают, что гора Синай находилась где-то на аравийской стороне Красного моря, потому что там жил Моисей. Если Синай действительно связан с шумерской мифологией, то это также означает, что он находился относительно близко к Плодородному Полумесяцу. В некоторых поэтических отрывках Библии Синай соотносится с горным хребтом к югу от Ханаана. Вот, к примеру, отрывок из Второзакония, обычно называемый «Песнь Моисея»:

Втор., 33: 2. …Господь пришел от Синая, открылся им от Сеира…

Эта характерная особенность еврейской поэзии – ее параллелизмы, повторные указания на одни и те же предметы лишь с небольшими изменениями – невольно заставляет предположить, что гора Синай – это гора Сеир, которую также называют горой Хор.

Однако еще в ранние времена Ханаана возникло предание, что эта гора находится на полуострове, расположенном на границе между Африкой и Азией, впоследствии получившем название Синайского.

Синайский полуостров, длиной около 140 миль, омывается на севере Средиземным морем, а на юге – Красным. С севера побережье Красного моря разделяется двумя узкими заливами, которые, наподобие рожек улитки, ограничивают Синайский полуостров с юго-запада и юго-востока. Западный рожок, более длинный и широкий, – это Суэцкий залив, восточный – залив Акаба.

В период могущества Египта во времена Среднего царства Синайский полуостров входил в его состав. После вторжения «народов моря» отступающие войска Египта оставили Синай.

Юг полуострова пересекает горная гряда, где, как предполагается, находилась гора Синай. Согласно традиции, возникшей в VI в. до н. э., этой горой считается самая большая вершина, достигающая 7400 футов (около полутора миль) в высоту. Арабское название этой горы – Джебел-Муса («Гора Моисея»).

Иегова

На горе Хорив Моисей увидел охваченный огнем терновый куст, и в его пламени явился Ангел Господень. Подойдя ближе, Моисей услыхал, как из пылающего куста раздался голос Бога, который приказал ему возвратиться в Египет и вывести народ Израиля из рабства.

Исх., 3: 14. Бог сказал Моисею: Я ЕСТЬ ТО, ЧТО ЕСТЬ…

Эта фраза в Исправленном стандартном переводе звучит так: «Я ЕСТЬ ТОТ, КТО ЕСТЬ» с примечанием, дающим возможность альтернативного прочтения: «Я ЕСТЬ ТОТ, ЧТО ЕСТЬ» и «Я БУДУ ТЕМ, ЧТО БУДЕТ».

Имя Бога, несомненно, связано здесь с какой-то формой глагола «быть» в настоящем или будущем времени, как если бы сущностью Бога являлось существование как таковое.

Моисей возвратился в Египет вместе со своим братом Аароном, но его первые попытки уговорить фараона отпустить народ Израиля окончились неудачей. Фараон стал еще больше притеснять евреев, и поэтому они отвернулись от Моисея, хотя вначале приветствовали его. Бог вновь убеждает Моисея и еще раз произносит свое имя, на этот раз более краткое:

Исх., 6: 3. Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову с именем: «Бог всемогущий»; а с именем Моим: ЯХВЕ не открылся им.

Позже евреи будут гораздо неохотней произносить истинное имя Бога и привычным знаком почтения для них станет замена этих четырех согласных везде, где бы они не встречались, почтительным названием «Господь Бог», что на древнееврейском языке звучит как «Адонай».

И Библия короля Якова, и Исправленный стандартный перевод следуют этому обычаю: «YHVH» всегда переводится в них как «Господь». Единственное место в Библии короля Якова, где по неосторожности используется настоящее имя Бога, – это Исход, 6: 3. В Исправленном стандартном переводе такого не происходит, но в Исходе, 6: 3 сохраняется и переводится оговорка: «А с именем Моим'. «Господь» не открылся им». (В переводе с масоретского текста еврейские согласные даются непереведенными, с примечанием, указывающим, что слово это должно читаться как «Господь Бог».)

Почти все англоговорящие христиане говорят «Иегова», считая, что так произносится имя YHVH, но это ошибка.

По-видимому, когда спустя века евреи распространились на восток и стали говорить преимущественно не на еврейском, а на арамейском, вавилонском и греческом языках, возникла опасность, что правильное произношение библейского языка будет забыто. Поэтому еврейские ученые помещали небольшие диакритические знаки под еврейскими согласными, указывающие гласные буквы, которые должны сочетаться с ними в каждом отдельном слове.

Однако для слова YHVH они не дали этих знаков, так как не предполагалось, что это имя будет произноситься вслух. Вместо этого они приводят диакритические знаки для слова «Адонай» – считалось, что это слово будет произноситься. Во времена Средневековья христианские ученые, полагавшие, что гласные слова «Адонай» сочетаются с согласными YHVH, написали это имя полностью как Иегова (Jehovah). Эта ошибка сохранилась и, возможно, будет продолжать существовать. Современные ученые, по-видимому, решили, что правильное произнесение YHVH – это «Яхве».

На протяжении почти всего ветхозаветного периода не возникало сомнений, что почитание Яхве в соответствии с ритуалом, установленным в первых пяти книгах Библии (которые, как традиционно считалось и иудеями, и христианами, были написаны Моисеем), возобладало среди евреев. В нашей книге последователи Яхве (особенно те, кто чтил Яхве как единого Бога) будут называться яхвистами.

Аарон

Моисей и его брат Аарон принадлежали к колену Левия, и в последующих поколениях священниками были только потомки Аарона, поэтому выражение «левит» фактически стало синонимом слова «священник». Изложение событий в 6-й главе Книги Исхода прерывается родословной Аарона.

У Левия, как описывает Библия, было трое сыновей, из которых вторым был Кааф. У Каафа же было четыре сына, и первые из них – Амрам и Ицгар. Левий, Кааф и Амрам прожили каждый соответственно сто тридцать семь, сто тридцать три и сто тридцать семь лет. Здесь еще прослеживается отголосок возраста патриархов с их довольно большой продолжительностью жизни.

Исх., 6: 20–21. Амрам взял Иохаведу… себе в жену; и она родила ему Аарона и Моисея… Сыны Ицгаровы: Корей…

Корей, который впоследствии восстанет против Моисея, что плохо для него закончится, упоминается здесь как двоюродный брат Моисея. Он также (несмотря на свой бунт) стал родоначальником одной из гильдий храмовых музыкантов, которую Библия называет сынами Кореевыми и о которых говорится в Псалтире.

Далее родословная Аарона продолжается:

Исх., 6: 23. Аарон взял себе в жену Елисавету… и она родила ему Надава и Авиуда, Елеазара и Ифамара.
Исх., 6: 25. Елеазар… взял себе в жену одну из дочерей Футииловых, и она родила ему Финееса…

Надав и Авиуд умерли во время Исхода, но Елеазар и Ифамар выжили и стали родоначальниками двух главных родов священников более поздних времен. Аарон был первым первосвященником, его сменили сын Елеазар, а затем внук Финеес.

Египетские волхвы

Изложив родословную левитов, Исход возвращается к главному течению событий.

Моисей и Аарон еще раз пришли к фараону и попытались воздействовать на него, превратив на его глазах жезл в змея. Но фараон призвал собственных чародеев, чтобы они сделали то же самое.

Исх., 7: 11. …волхвы Египетские сделали то же своими чарами.

Имена этих волхвов не называются. Однако в Новом Завете, во Втором послании апостола Павла к Тимофею, есть такой отрывок:

2 Тим., 3: 8. …Ианний и Иамврий противились Моисею…

Во время перехода евреев из Египта в Ханаан многие из них противились Моисею. Но никто из этих сынов Израилевых не носил имен, похожих на имена Ианний или Иамврий. Кроме приведенного отрывка, в Библии такие имена нигде больше не встречаются. Поэтому обычно предполагают, что апостол Павел мог воспользоваться какой-либо хорошо известной египетской легендой, в которой египетские волхвы по имени Ианний и Иамврий попытались повторить чудо, сотворенное Моисеем, и выставить его перед фараоном обычным фокусником. В некоторых раввинских легендах рассказывается, что Ианний и Иамврий были настолько впечатлены личностью Моисея, что присоединились к евреям, однако умерли во время Исхода.

Пасха

После того как фараон с пренебрежением отнесся к чуду, явленному Моисеем и Аароном, на Египет обрушилась непрерывная череда бедствий. Эти напасти, во время которых страну наводняли жабы, москиты и саранча, приходила моровая язва, возникали необычные погодные явления – град, дождь и гром – и всю землю египетскую покрывала густая тьма, обычно называют «десятью казнями египетскими».

Если эти «казни» действительно происходили, как описывается в Библии, то о них должны были сохраниться свидетельства современников или более поздних историков. Однако подобных упоминаний не обнаружено ни в одном источнике, кроме Библии. Десятая «казнь» оказалась решающей. Бог поразил всех первенцев в египетской земле. В живых остались только еврейские дети. Всем еврейским семействам Бог повелел есть в эту ночь мясо жертвенного агнца и помазать его кровью двери своих домов:

Исх., 12: 23. И пойдет Господь поражать Египет, и увидит кровь… и пройдет Господь мимо дверей, и не… поразит вас.

Мясо жертвенного ягненка иудеи едят каждый год в честь празднования этого внушающего благоговение события, которое ознаменовало начало бегства евреев из Египта и становление их как нации. Этот обряд, согласно Библии, был назван Пасхой – из-за обещания Бога пройти мимо еврейских домов:

Исх., 12: 11. …это Пасха Господня.

«Пасха» – перевод еврейского слова «песах». Авторы Библии заметили сходство этого слова с еврейским выражением «проходить мимо» и потому записали этот отрывок таким образом, чтобы подчеркнуть это сходство. Настоящее значение слова «песах» неизвестно.

По всей вероятности, Пасха была земледельческим праздником, существовавшим еще задолго до времен Моисея. Такие праздники распространены во всех сельскохозяйственных обществах (американцы даже придумали такой праздник для себя – День благодарения). Обычно подобные праздники, в том числе и среди ранних израильтян, были вполне языческими по своему духу.

Священники, записавшие Второзаконие, не могли слишком изменить форму древних традиций. Многие праздники были слишком популярны и глубоко укоренились в народе, и отменить их сразу было невозможно. Единственное, что можно было сделать, – это прочно связать их с каким-либо легендарным библейским событием, отделив от идолопоклонничества. Пасха, наиболее важный земледельческий праздник, была присоединена к важнейшему событию древних преданий – к Исходу.

Подобные отождествления праздников характерны для истории развития религии. Так, в ранней истории христианства языческий праздник зимнего солнцестояния – Сатурналии – стал Рождеством, превратившись в празднование рождения Иисуса. Эта тема будет обсуждаться в следующем томе.

После вавилонского пленения Пасха стала одним из трех праздников, в которые все набожные иудеи стремились совершить паломничество в Иерусалим и поклониться храму. Во время одного из таких празднований Пасхи и был распят Иисус.

Ежегодное воскрешение Иисуса Христа до сих пор отмечается как Пасха в то же самое время года, но дни ее никогда не совпадают, так как христианский способ исчисления этого дня отличается от еврейского.

В английском языке это воскрешение называется «Easter», что является еще одним примером религиозной адаптации. Слово это образовано от имени древней тевтонской богини весны. Языческий праздник весны был превращен в празднование воскрешения Христа, но его языческое название продолжало изменяться, пока не стало более приемлемым.

Иногда слово «Easter» («Воскрешение») совершенно неправильно употребляется по отношению к Пасхе. Такое происходит в Библии короля Якова, где в Книге Деяний святых апостолов описывается, как апостол Петр был заключен в тюрьму во время Пасхи, чтобы после окончания праздника быть привлеченным к суду. Царь Ирод приказал своим воинам охранять его,

Деян., 12: 4. …намереваясь после Easter вывести его к народу.

В Исправленном стандартном переводе в данном случае слово «Easter» изменено на «Passover» («Пасха»).

Авив

Месяц года, во время которого начался Исход и в котором празднуют Пасху, называется авив.

Исх., 13: 4. Сегодня выходите вы, в месяце Авиве²⁷.

Это название – пример того, как назывались месяцы года до вавилонского пленения. Слово «авив» означает «ядро зерна» и относится к тому времени года, когда зерно созревает.

В Библии упоминаются еще и другие настолько же древние названия месяцев. Например, при описании строительства храма Соломоном Библия сообщает:

3 Цар., 6: 37–38. В четвертый год, в месяц Зиф, положил он основание храму Господа, А на одиннадцатом году, в месяце Буле… он окончил храм…

Затем храм был освящен:

3 Цар., 8: 2. И собрались… на праздник все Израильтяне, в месяце Афаниме…

Однако во время вавилонского пленения евреи стали пользоваться вавилонским календарем, и этот обычай сохранился до наших дней. Сейчас в еврейском календаре все названия месяцев вавилонские, и они были использованы в тех книгах Библии, которые явно относятся к периоду после пленения, особенно в Книгах Неемии и Есфирь. Таким образом, месяц празднования Пасхи, известный прежде как авив, стал нисаном:

Неем., 2. 1. В месяце Нисане…

Красное море

После «десятой казни» сопротивление фараона было сломлено, и он позволил евреям покинуть страну:

Исх., 12: 37. И отправились сыны Израилевы из Раамсеса в Сокхоф…

Относительно того, где находился Сокхоф, нет единого мнения, но многие считают, что он был расположен почти рядом с Питомом, а возможно, это и был Питом. Если так, то евреи, уходя из Египта, направились к востоку.

Если бы они двинулись к северу, то достигли бы побережья и пошли бы вдоль него в Ханаан прямым и самым коротким путем. Однако такой путь был небезопасен.

«Народы моря» захватывали тогда различные области Египетского царства (что действительно может послужить объяснением возникновения драматической библейской истории о «египетских казнях») и укреплялись именно в той части ханаанского побережья, где израильтяне на своем пути сразу же могли с ними столкнуться.

Только что освободившийся от рабства народ Израиля был неспособен воевать, и ему пришлось бы встретиться с хорошо вооруженными, закаленными в сражениях «народами моря», вскоре заявившими о себе в библейской истории как филистимляне.

Чтобы обойти это место, сыны Израилевы двинулись к востоку²⁸, что привело их к Красному морю.

Исх., 13: 17–18. …Бог не повел его [еврейский народ] по дороге земли Филистимской, потому что она близка; ибо сказал Бог: чтобы не раскаялся народ, увидев войну, и не возвратился в Египет. И обвел Бог народ дорогою пустынною к Красному морю…

Красное море – это узкий, длинный залив Индийского океана, вытянувшийся с юго-востока на северо-запад почти прямой линией длиной около 1450 миль. Ширина этого моря всего от 150 до 200 миль, и форма его позволяет считать, что оно является частью Великой рифтовой долины.

Это море – одна из самых специфических частей океана. Оно разделяет Африканскую и Аравийскую пустыни и из-за малого количества дождей получает недостаточно влаги, испаряя при этом много воды под воздействием солнца, палящего здесь так безжалостно, как почти нигде на земном шаре. Поэтому Красное море гораздо более соленое, чем любая другая часть океана, хотя вода и вливается постоянно в его южную оконечность, открытую в океан. У его закрытой северной оконечности процент содержания соли в воде поднимается до 4,1% – по сравнению с 3,5% во всем океане.

Название Красное море – греческое, и во времена римлян оно распространилось на ту часть Индийского океана, в которую открывается море и которую мы сейчас называем Аденским заливом, Аравийским морем и Персидским заливом.

Почему это море называется Красным? На этот счет существует насколько предположений. Воды этого моря могут приобретать красный цвет из-за микроскопических водорослей, его берега могут усеивать красные ракушки (или красные камни), или же на поверхности волн от лучей заходящего солнца (если смотреть со стороны Аравии) может появляться красноватый отблеск. Возможно, что ни одна из этих догадок не верна.

Пи-Гахироф

Когда евреи покинули Египет, фараон пожалел о том, что разрешил им уйти, и бросился в погоню с войском всадников и колесниц.

Исх., 14: 9. И погнались за ними Египтяне… и настигли их расположившихся у моря, при Пи-Гахирофе…

Далее Библия рассказывает историю спасения евреев, когда воды Красного моря чудесным образом расступились перед ними, а затем сомкнулись, поглотив преследовавших их египтян.

Где же это могло произойти? Очевидно, недалеко от Пи-Гахирофа, однако дело в том, что никому точно не известно его местонахождение.

Можно сразу же исключить, что евреи перешли все Красное море. Невозможно представить, что они прошли более 150 миль по дну расступившегося моря, глубина которого местами достигает почти полутора миль. Даже если бы это и произошло, они вышли бы к центральной части Аравийского полуострова, что совершенно не соответствует той цели, которая, согласно Библии, стояла перед ними. Чтобы достичь ее, они должны были выйти к Синайскому полуострову, отделенному от Египта северо-восточным заливом Красного моря, который известен сейчас как Суэцкий залив.

Суэцкий залив – это Красное море в миниатюре, он почти такой же по форме, но не настолько длинный и не такой широкий и глубокий. Длина этого залива – 200 миль, ширина нигде не превышает 30 миль, а глубина его у северной оконечности – всего 18 футов.

Но Суэцкий залив, в его сегодняшнем виде, не мог быть местом, где «сыны Израилевы прошли по суше среди моря». Еврейское название водного пространства, которое они пересекли, – yam suph. Оно переводится как «Красное море», но его буквальное значение – «тростниковое море».

Существует общее мнение, что во времена Исхода Суэцкий залив находился несколько севернее, чем в наши дни. В частности, он был связан с двумя мелкими водоемами с солоноватой водой, которые назывались Горькими озерами (сейчас их не найти на карте, потому что они оказались затопленными при постройке Суэцкого канала).

Вытянувшийся до самых Горьких озер, Суэцкий залив вместе с этими озерами мог представлять неглубокую котловину, заполненную морской водой, с поросшими тростником берегами. Пи-Гахироф мог находиться на берегах этого исчезнувшего ныне продолжения Красного моря.

Как сообщается в Библии, все преследовавшие евреев египтяне утонули. Если фараон сопровождал их, он тоже должен был утонуть. Но ни в одном из источников, помимо Библии, нет сведений о том, что Мернептах (или какой-либо другой фараон) утонул в Красном море. И все же если Мернептах погиб именно таким образом, то Исход, по современным подсчетам, должен был произойти в 1211 г. до н. э.

А согласно подсчетам Библии:

Исх., 12: 40. Времени же, в которое сыны Израилевы обитали в Египте, было четыреста тридцать лет.

Если согласиться с этим, то выходит, что Иаков со своими сыновьями пришел в Египет в 1641 г. до н. э. То есть именно в тот период, когда в Египте господствовали гиксосы – как уже и предполагалось.

Гомор

В пустыне израильтяне питались чудесным образом – падающей с небес пищей, которая называлась манной. Было много попыток найти естественное объяснение этому явлению. Одни ученые выдвигали предположение, что манна – это секрет, выделяемый определенным видом дерева. Другие считали ее разновидностью лишайников. Но каково бы ни было мнение ученых, оно не совпадает с мнением авторов Библии.

В рассказе о манне, который содержится в Жреческом кодексе, даются точные инструкции о том, как ее собирать, а также предупреждение о соблюдении субботы (подобная скрупулезность в отношении соблюдения ритуалов характерна для Жреческого кодекса). Здесь дается поздняя версия некоей древней легенды, и не имеет смысла воспринимать ее буквально.

Среди наставлений по поводу манны – «хлеба», который Бог дал израильтянам в пищу, говорится:

Исх., 16: 16. …собирайте его… по гомору на человека…

Но какой величины был этот гомор? Похоже, что даже редакторы Шестикнижия Ветхого Завета озадачились этим, так как добавили определение:

Исх., 16: 36. А гомор есть десятая часть ефы.

Конечно, если неизвестно, какое количество составляет ефа, то это добавление не поможет. Вся беда в том, что неизвестные единицы мер всегда трудно выразить в знакомых терминах, поэтому существует большая путаница среди этих мер у древних израильтян.

До вавилонского пленения израильтяне пользовались египетской системой мер, а после пленения – вавилонской, и их не всегда легко разграничить. Пожалуй, точнее всего будет считать, что гомор – это немногим меньше половины одной меры сыпучих тел (7₄ бушеля) или около четырех литров.

Амалик

Перейдя через Красное море, израильтяне направились к горе Синай, и теперь ситуация радикально изменяется. Утративший былую силу Египет остался позади, и он больше не выступал в роли врага евреев на протяжении целых трех столетий. Место его заняли новые враги, семитские народы, которые еще столетие назад поселились в окрестностях Ханаана, вытеснив прежних его обитателей. Естественно, что они сопротивлялись вторжению израильтян.

Первыми из этих народов, столкнувшихся с израильтянами, были амаликитяне:

Исх., 17: 8. И пришли Амаликитяне, и воевали с Израильтянами в Рефидиме.

Местонахождение Рефидима неизвестно²⁹. Если гора Синай расположена на своем традиционном месте у северной вершины Синайского полуострова, то Рефидим должен находиться где-то в южной части полуострова; но тогда непонятно, каким образом здесь обнаружились амаликитяне. В других местах Библии говорится, что амаликитяне обитали в основном на юге Ханаана и были соседями или даже родственной ветвью идумеев. Это признавалось самими авторами Библии, так как Амалик, эпоним амаликитян, был внуком Исава-Едома.

Если бы израильтяне на своем пути к горе Синай достигли южной части Ханаана, этот факт оказался бы в пользу тех, кто идентифицировал гору Синай с горой Сеир. И возможно, рассказ переместился бы в другую географическую область, а битва израильтян с Амаликом в Рефидиме произошла бы не на их пути к горе Синай, а гораздо позже, когда они покинули гору и уже пришли в южную область Ханаана.

Не задаваясь подобными вопросами, евреи сохранили предание об их непрекращающейся вражде с амаликитянами – гораздо более губительной и долгой, чем с другими их врагами. Возможно, это потому, что амаликитяне первыми напали на израильтян, когда те меньше всего были готовы отразить удар, или потому, что их действия показались израильтянам особенно нечестными.

Позже в Книге Второзакония Моисей, подводя итоги событиям, сопровождающим Исход, напоминает:

Втор., 25: 17. Помни, как поступил с тобой Амалик на пути, когда вы вышли из Египта; Как он встретил тебя на пути, и побил сзади тебя самых последних, даже всех ослабевших, когда ты устал и утомился…

Амаликитяне казались израильтянам сильными, и в пророчестве нееврейского прорицателя Валаама о них говорится в высокопарном тоне как о народе, достигшем впоследствии весьма высокого положения в Ханаане:

Числ., 24: 20. …первый из народов Амалик…

Обычно здесь имеется в виду, что амаликитяне были самым могущественным среди народов Ханаана.

Возможно, в течение какого-то периода так и было. Кочевые народы в результате внезапных набегов на захваченных врасплох или ослабленных врагов временами достигали огромного могущества в местных пределах, но затем почти полностью исчезали за сравнительно короткий период. Выдающийся исторический пример этому – судьба монголов, которые завоевали почти весь мир в XIII в. н. э., а затем исчезли.

Амаликитяне могли предвосхитить воинский подвиг монголов, но только в гораздо меньшем масштабе и на очень ограниченной территории, так как ни в египетских, ни в вавилонских документах не упоминается народ, который можно было бы считать амаликитянами. Единственный источник, сообщающий о них, – Библия.

Первое решительное сражение между амаликитянами и израильтянами окончилось полной победой израильтян. Однако война между ними продолжалась еще два столетия – до тех пор, пока Саул, первый царь израильтян, не решил эту задачу, полностью уничтожив амаликитян. От них остались лишь какие-то почти утерянные следы.

Иисус Навин

Во время первого сражения с амаликитянами у израильтян появился новый военный вождь.

Исх., 17: 9. Моисей сказал Иисусу: выбери нам мужей, и пойди, сразись с Амаликитянами…

Тот факт, что Иисус Навин появляется здесь без объяснения, кто он такой, наводит на мысль, что этот отрывок, касающийся амаликитян, находится не на своем месте и описанное в нем событие происходило скорее в конце Исхода, а не в его начале.

В дальнейшем Иисус упоминается как Осия (в Исправленном стандартном переводе – как Хосия) и представлен как сын Навина и член колена Ефремова. По-видимому, Осия («спасение») было его настоящим именем, и Моисей изменил его, чтобы оно больше соответствовало яхвизму:

Числ., 13: 16. …Иназвал Моисей Осию, сына Навина, Иегошуа.

Иегошуа (сокращенная форма – Иисус) означает «Яхве есть спасение».

На протяжении всего Исхода Иисус Навин остается военным помощником Моисея и в итоге становится его преемником в качестве вождя израильтян. Это первое свидетельство военного превосходства колена Ефрема, которое оно удерживало на протяжении всего периода существования колен Израилевых.

В более поздние ветхозаветные времена более распространенной стала сокращенная форма от Иегошуа – Иешуа. На греческом звук «ш» (не существующий в греческом алфавите) был заменен звуком «с» и добавлено обычное для греческого языка окончание имени на «–с». Таким образом Иешуа превратился в Иисуса.

Действительно, в Новом Завете (первоначально написанном на греческом) Иешуа, военачальник Моисея, упоминается как Иисус в двух случаях – по крайней мере в Библии короля Якова. Так, в Книге Деяний святых апостолов, когда Стефан кратко излагает историю Ветхого Завета перед синедрионом, он говорит о скинии, построенной в пустыне под руководством Моисея, которую

Деян., 7: 45. Отцы наши с Иисусом, взявши ее, внесли во владения народов [в Ханаан]…

В Исправленном стандартном переводе это имя в Деяниях, 7: 45 дается как Иешуа. Конечно, совершенно невозможно заменить имя Иисуса Христа его еврейским вариантом Иешуа. Это имя закрепилось в человеческом сознании в его греческой форме.

Херувимы

После битвы с амаликитянами израильтяне пришли к горе Синай. Моисей взошел на нее, чтобы получить от Бога указания, касающиеся различных моральных правил (в том числе и десяти заповедей), а также подробностей устройства скинии – святилища для поклонения Богу, – одеяния первосвященника, различных ритуалов и т. д.

Главной святыней был «ковчег завета» – ларец, где хранились скрижали с записью десяти заповедей, над которым, как считалось, витал сам Бог.

Ковчег был покрыт листом золота, именуемым «крышкой ковчега завета», а на ней Бог приказал изготовить херувимов «чеканной работы»:

Исх., 25: 18. И сделай из золота двух херувимов… на обоих концах крышки.
Исх., 25: 20. И будут херувимы с распростертыми вверх крыльями, покрывая крыльями своими крышку, а лицами своими будут друг к другу…

На самом деле, «херувимы» – это неправильно образованное множественное число. В еврейском языке единственным числом будет «херув» («cherub»), а множественным – «херувим» («cherubim»). В Исправленном стандартном переводе в качестве множественного числа используется «херувим».

Что могли означать эти «херувим» – точно неизвестно. В ассирийские времена читателям Библии, вероятно, могло быть известно значение этого слова, и они не нуждались в его описании и объяснении. Когда Адам и Ева были изгнаны из Эдема, Бог поместил стражников у райского сада, чтобы охранять его от людей:

Быт., 3: 24. …и поставил на востоке у сада Едемского херувима и пламенный меч обращающийся…

О том, что такое херувим, в этом стихе не объясняется.

Там, где речь идет о ковчеге завета, упоминается только, что у херувимов есть крылья, но не более того. Здесь лишь детально описывается, как именно должны располагаться крылья херувима на крышке ковчега.

Спустя столетия, когда Соломон построил свой храм, он также украсил его херувимами, но гораздо больших размеров:

3 Цар., 6: 23–24. И сделал… двух херувимов из масличного дерева, вышиною в десять локтей. Одно крыло херувима было в пять локтей и другое крыло херувима в пять локтей…

И здесь опять говорится всего лишь, что херувимы были крылатыми.

Нетрудно предположить, что херувимы – это просто человеческие фигуры с крыльями, какими мы обычно представляем себе ангелов. Действительно, в более поздних еврейских легендах херувимы помещены среди высших ангельских чинов.

С другой стороны, херувимы были стражами особо священного и недоступного объекта, и их внешний вид мог быть очень грозным и наводить ужас. Например, ассирийцы помещали у дворцовых и храмовых ворот скульптуры чудовищных животных – как считалось, для охраны царей и богов. Это были огромные быки с человеческими головами и орлиными крыльями. В различных мифологиях также существовали разные составные существа – например, греческий сфинкс с головой женщины, крыльями орла и телом льва.

Не исключено, что библейские херувимы на крышке ковчега завета – это скорее не крылатые человеческие существа, а крылатые быки или львы.

В пользу того, что херувимы – это составные существа, свидетельствует видение пророка Иезекииля, где он описывает именно таких созданий, которых позже называет херувимами.

Иез., 1: 6–7. И у каждого – четыре лица, и у каждого из них – четыре крыла; и ступни ног их – как ступня ноги у тельца…
Иез., 1: 10. Подобие лиц их – лице человека и лице льва с правой стороны у всех их четырех; а с левой стороны – лице тельца у всех четырех и лице орла у всех четырех.

Это знакомое нам описание могло с течением времени подвергнуться искажениям, и существует много споров по поводу этого видения. Однако херувимы, по представлениям древних израильтян, должны были представлять собой не просто крылатые человеческие фигуры.

Урим и туммим

Еще более загадочными, чем херувимы, являются предметы, которые входят в тщательно и детально описанное облачение первосвященника. Поверх ефода – льняного облачения – надевался наперсник со вставленными в него двенадцатью драгоценными камнями, представляющими двенадцать колен Израилевых, а также с неким подобием карманов:

Исх., 28: 30. На наперсник судный возложи урим и туммим…

Что такое урим и туммим – неизвестно. Это еврейские слова, но перевод их ничего не проясняет, так как означают они «свет» и «совершенство».

Чаще всего предполагается, что урим и туммим представляли собой вид жребия, используемый в истолковании божественной воли. При необходимости получить положительный или отрицательный ответ один из внезапно появляющихся жребиев, вложенных в наперсник, мог указывать «да», а второй – «нет». Если же задавался пустой, нестоящий вопрос, эти предметы ничего не указывали, давая понять, что божественного указания не будет.

Библия определенно свидетельствует, что израильтяне в период своей ранней истории ожидали проявления божественного указания в некоем случайном событии. Когда царю Саулу нужно было найти человека, совершившего грех, он поставил всех израильтян по одну сторону (возможно, позволив им предстать в роли одного из жребиев), а сам со своим сыном Ионафаном стал по другую (представляя второй жребий).

1 Цар., 14: 41. И сказал Саул: Господи, Боже Израилев! дай знамение. И уличены были Ионафан и Саул, а народ вышел правым.

Однако в этом и в других подобных случаях в Библии короля Якова урим и туммим конкретно не упоминаются в качестве жребия для получения божественного указания. И обычно, когда речь идет об уриме и туммиме, характер их использования не указывается. Лишь в одном месте Библии, когда Саул перед последней битвой просит Бога о помощи и не получает ее, упоминается только урим:

1 Цар., 28: 6. И вопросил Саул Господа; но Господь не отвечал ему ни во сне, ни чрез урим, ни чрез пророков.

Однако в Исправленном стандартном переводе стих 1 Цар., 14: 41 приводится в более полном варианте, который дает ясное представление о происходящем: «И тогда Саул сказал: «О Господь Бог Израиля, почему ты не отвечаешь слуге твоему сегодня? Если вина эта на мне или на сыне моем Ионафане, о Господь, Бог Израиля, дай урим; но если вина на твоем народе Израиля, дай туммим». И уличены были Ионафан и Саул, а народ вышел правым».

Этот вид предсказания исчез из употребления к окончанию ветхозаветных времен.

Литой телец

Моисей оставался на горе Синай так долго, что народ Израилев, ожидавший его в лагере, испугался, что он никогда не вернется. Это ободрило тех, кому не по душе был невидимый Бог. Желание какого-либо видимого проявления божества весьма обычно как для наших дней, так и для древних времен, и от Аарона все настойчивей стали требовать, чтобы он предоставил народу такое божество.

Аарон попросил у всех золотые серьги:

Исх., 32: 4. …и сделал из них литого тельца, и обделал его резцом. И сказали они: вот бог твой, Израиль…

То, что Аарон выбрал образ именно тельца, неудивительно. Это вполне характерно для того времени. Первобытные люди не делали особого различия между животным и человеком. Многие народы верили, что души людей возрождаются в облике животных и что какой-либо вид этих животных может быть тесно связан таинственными узами с их собственным племенем. Другие понимали, что некоторые животные являются необходимым источником пищи и, чтобы умилостивить их, нужно как-то почитать их изображения.

В древности поклонение животным шире всего было распространено в Египте. Так, в Мемфисе особо чтили священного быка Хапи (известного грекам как Апис). Считалось, что этот бык олицетворяет бога Осириса, и ему воздавались божественные почести. Все вокруг него было окружено ритуалами, и каждому его движению придавалось огромное значение.

Можно было бы предположить, что этот пример египтян вдохновил народ Израиля на поклонение золотому тельцу у подножия горы Синай; но могло быть и иначе. Люди, использующие скот для получения мяса и молока, а также для работы, действительно считали быка важным животным, ибо от его плодовитости многое зависело. Поэтому быки должны были играть важную роль в ритуалах многих народов. Древние жители Крита в те времена, когда евреи находились в Египте, соблюдали ритуалы, в которых быки играли главную роль. Спустя две тысячи лет в обрядах культа Митры, религии персидского происхождения, также участвовали быки. Ассирийцы поклонялись крылатым быкам, и другие народы Плодородного Полумесяца также в разной степени почитали быков.

Поэтому нет ничего странного, что евреи поклонялись быку, и, несомненно, «телец», сделанный Аароном, изображал молодого быка. На самом деле, если бы херувимы были крылатыми быками, то их изображение на крышке ковчега легко воспринялось как воплощение самого невидимо витающего над ними Бога. Это даже не означало бы полного отступления от яхвизма, так как золотого тельца могли принять за явление самого Яхве в таком облике.

Предполагается, что эта часть Книги Исхода основана на преданиях, появившихся первоначально в северном Ханаане среди колен Иосифа. Возможно, в самой древней племенной истории возникли какие-то особые связи между коленами Иосифа и быками. Так, в Библии рассказывается, что Моисей перед смертью благословляет каждое из колен сынов Израилевых, а затем, обращаясь к потомкам Иосифа, произносит:

Втор., 33: 17. Слава его как первородного тельца…

Особый смысл этого проявился, когда спустя века после Исхода царство Соломона распалось на две части. Так как Иерусалим, который был центром почитания Господа при Давиде и Соломоне, остался в южном царстве, то для царя северного царства показалось опасным с политической точки зрения сохранять эту религию. Этим царем был Иеровоам из колена Ефрема (одного из колен Иосифа), и он, естественно, обратился к почитанию быка, древнего анималистического символа его племени.

3 Цар., 12: 28. И тогда царь… сделал двух золотых тельцов, и сказал народу, довольно вам ходить в Иерусалим: вот боги твои, о Израиль…

В северном царстве продолжали поклоняться быку как воплощению Бога до самого исчезновения этого царства. Однако в южном царстве это поклонение вообще не получило поддержки, и именно в южном царстве в более поздние времена возникли иудаизм и христианство.

Сыны Израилевы, получив статую золотого тельца, устроили пир и пляски с пением, и Моисей, спускаясь с горы, услышал этот шум. Затем последовала недолгая междоусобица, в которой левиты приняли сторону Моисея. Предводители тех, кто поклонялся золотому тельцу, были убиты, и авторитет вождя сынов Израилевых вновь укрепился.

После этого Моисей продолжил свое дело по введению ритуалов яхвизма, и Книга Исхода заканчивается подробным объяснением, как, в соответствии с прежде данными указаниями, следует правильно изготовить ковчег завета, облачение первосвященника и прочие предметы для устройства скинии.

3. Левит

Левит

Третья книга Библии начинается так:

Лев., 1: 1. И воззвал Господь к Моисею…

Первое слово этой фразы на еврейском – «Vayikrah» («вайкра», «и воззвал»), и по этому первому слову Третья книга получила свое еврейское название – Вайкра.

Она представляет собой фактически один большой раздел Жреческого кодекса, в котором детально описывается религиозный ритуал, поэтому для случайного читателя эта книга, несомненно, является самой скучной книгой Библии.

Указания, содержащиеся в ней, представляли прежде всего интерес для священнослужителей, вышедших из потомков Аарона, который принадлежал к колену Левия. Поэтому Аарон и его потомки называются левитами, и слово это стало синонимом священника.

Переводчики Септуагинты, помнящие о связи содержания книги с обязанностями священников, назвали ее «Levitikon» («the Levitical book») – «Левитикон» («Книга Левитов»), а католики используют ее латинский эквивалент, «Leviticus»³⁰.

Ливан (закваска)

Одно из указаний, относящееся к ритуалу принесения жертвы, предписывает избегать закваски в жертвоприношениях Богу:

Лев., 2: 11. Никакого приношения хлебного, которое приносите Господу, не делайте квасного…

Первоначально мука, из которой делали хлеб, просто запекалась в виде плоских твердых лепешек, которые оставались пригодными для еды в течение долгого времени.

Однако в тесто, которое выстаивалось, иногда из воздуха попадали микроорганизмы и вызывали в нем брожение. Процесс брожения сопровождался выделением двуокиси углерода, отчего в тесте образовывались пузырьки и оно начинало подниматься. Выпечка из такого теста не могла сохраняться так же долго, как из незаквашенного, она черствела и плесневела, и ее вкусно было есть только свежей.

Еще в доисторические времена в хлебопечении был сделан шаг вперед, когда обнаружилось, что нет необходимости дожидаться, пока тесто забродит само. Небольшой кусочек уже забродившего теста, добавленный в свежий замес, мог ускорить его брожение. Это вошло в поговорку, и апостол Павел, например, в своей речи о влиянии распространяющегося зла говорит:

1 Кор., 5: 6. …Разве вы не знаете, что малая закваска квасит все тесто?

Слово «закваска» (англ, «leaven»³¹ образовано от латинского слова «подниматься») – это перевод еврейского слова «hametz», что означает «быть заквашенным» – то есть нечто забродившее.

Слово «дрожжи», являющееся эквивалентом «закваски», восходит к санскритскому слову, означающему «кипеть» – что соотносится с пузырьками двуокиси углерода, образующимися в процессе брожения.

По мнению израильтян, брожение являлось разновидностью гниения, и, хотя дрожжевой хлеб был вкуснее, брожение считалось символом порочности, безнравственности и нечистоплотности. Хлеб, приносимый на алтарь Богу, должен быть чистым и, следовательно, пресным.

На Пасху, в святые дни, можно есть только пресное тесто, и в доме не должно находиться и следа закваски. Недаром Пасху называют «праздником опресноков».

Исх., 23: 15. Наблюдай праздник опресноков… в назначенное время месяца Авива; ибо в оном ты вышел из Египта…

Тайная вечеря Иисуса и его апостолов произошла во время Пасхи. Поэтому хлеб, преломленный Иисусом, был пресным, и облатки, которые используются в католической мессе в память об этом событии, также пресные.

Несомненно, что использование пресного хлеба в ритуалах – чрезвычайно древний обряд, возникший задолго до Исхода. Священникам, редактировавшим Шестикнижие, пришлось найти некое обстоятельство, касающееся бегства евреев из Египта, которое явилось причиной того, что, празднуя Исход, едят именно пресный хлеб. Объяснение нашлось в поспешности исхода евреев: они настолько спешили покинуть Египет, что не могли дожидаться, пока заквасится тесто для хлеба, который нужно было взять с собой в дорогу:

Исх., 12: 33. И понуждали Египтяне народ, чтобы скорее выслать его из земли той…

Нечистое

В Книге Левит многое рассматривается как чистое и нечистое.

Лев., 5: 2. …если прикоснется к чему-нибудь нечистому…

Для нас разделение вещей на чистые и нечистые относится скорее к области гигиены. Нечистое – это все грязное, дурно пахнущее, зараженное опасными бактериями. Библия же придает этому слову религиозный смысл.

Чистым является то, что можно принести в жертву Богу, или то, что может находиться в присутствии Бога. То, что не годится для жертвоприношения, – нечисто. Люди с увечьями или больные, те, кто прикасался к нечистым предметам или совершил запрещенный поступок, – нечисты и не могут приближаться к жертвеннику, пока не очистятся.

Согласно Книге Левит, есть можно только чистую пищу, а все нечистое, которое нельзя употреблять в пищу, подробно в ней перечисляется. Например:

Лев., 11: 3. Всякий скот, у которого раздвоены копыта и на копытах глубокий разрез, и который жует жвачку, ешьте…
Лев., 11: 7. И свиньи, потому что копыта у ней раздвоены и на копытах разрез глубокий, но она не жует жвачки; нечиста она для вас.

На основании чего животные делятся на чистых и нечистых, неизвестно. Одни считают, что все дело в гигиене, другие ссылаются на примитивные тотемические представления, третьи видят в этом стремление запретить распространенные в те времена ритуалы идолопоклонничества. Возможно, главной целью для священников, составлявших Книгу Левит, было выработать кодекс поведения, который помог бы евреям сохранить их индивидуальность и целостность их религии от притягательного влияния окружающих культур.

И если это так, то священники своей цели достигли: отдельные главы Книги Левит явились основой законов правильного питания, которые стали особенно важны для евреев после вавилонского пленения. Эти законы были настолько сложными и жесткими, что запрещали набожному еврею есть вместе с неевреем, так как пища, приготовленная неевреем, могла не соответствовать нормам ритуальной чистоты.

И хотя многие продукты питания считались нечистыми, почему-то именно свинина стала воплощением нечистоты – возможно, оттого, что она была весьма распространенной пищей окружающих язычников, и отсутствие ее в питании евреев сразу бросалось в глаза.

Приведенные в Новом Завете споры по поводу чистоты, которые велись между Иисусом и его учениками, с одной стороны, и ортодоксальными евреями – с другой, можно, разумеется, понимать только в религиозном смысле: к гигиене они не имеют никакого отношения.

День очищения

В Книге Левит указывается, как очиститься от греха, а также от нечистого. Грех – это нарушение запретов Бога, что влечет за собой отлучение от Бога. Так, Адам и Ева совершили «первородный грех», съев запретный плод. Очищение от греха в соответствии с предписанным ритуалом – это возвращение себя Богу, вновь слияние с ним воедино. Поэтому грешник должен искупить грех, произвести искупление.

Первосвященник может произвести искупление для всего народа с помощью определенного ритуала, проведенного в особый день:

Лев., 23: 27. …в десятый день седьмого месяца сего будет день очищения… смиряйте души ваши.

«День очищения» – это перевод еврейского «Йом Киппур» («Yom Kippur»). Йом Киппур – это самый святой день в еврейском календаре, в течение которого соблюдается строгий пост («смиряйте души ваши»). Однако нет никаких сведений о том, что этот религиозный праздник соблюдался до вавилонского пленения.

Азазел

Хотя День очищения стал праздноваться после вавилонского пленения, некоторые обряды, связанные с ним, должны быть действительно древними. Частью этого ритуала являлся выбор двух козлов:

Лев., 16: 8. И бросит Аарон об обоих козлах жребии: один жребий для Господа, а другой жребий для козла отпущения.

Козел, на которого падал жребий для Господа, приносился в жертву как искупление за грехи народа. Другого козла отпускали в пустыню, и он нес с собой все эти грехи, поэтому наказание должно было пасть скорее на него, а не на народ Израиля. Так как второй козел спасался в пустыне и его не приносили в жертву, в Библии короля Якова он называется «козлом отпущения» («спасшимся козлом»). И этим словом стали называть того, кто безвинно страдает за чужие грехи.

Однако еврейское слово, которое в Библии короля Якова переводится как «козел отпущения», – это на самом деле Азазел (Azazel). В Исправленном стандартном переводе это слово не переводится и стих читается так: «И бросит Аарон об обоих козлах жребии: один жребий для Господа, а другой жребий для Азазела».

Азазел не упоминается в Библии больше нигде, кроме этой главы, но вполне вероятно, что это имя дьявола, обитающего, как считалось, в пустыне. Он мог изображаться злым духом, являющимся источником греха. И когда второго козла отправляли в пустыню, считалось, что грехи, которые он несет, возвращаются к своему источнику.

В более поздних преданиях уточняется, кто такой Азазел. Предполагалось, что это падший ангел, изгнанный с небес, ибо он не признал превосходства только что сотворенного человека.

Другое указание содержится в недостаточно ясном отрывке из Книги Бытия:

Быт., 6: 2. …сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал.
Быт., 6: 4. …и они стали рождать им. Это сильные, издревле славные люди.

Этот отголосок первобытной мифологии, оставшийся в Библии, евреи позже интерпретировали буквально. Они решили, что ангелы, умышленно восставшие против Бога, развратились, смешавшись с человечеством из-за вожделения к женщинам, что и явилось причиной Всемирного потопа. В некоторых вариантах этого предания главным среди падших ангелов был Азазел.

Дьяволы (идолы)

В следующей главе господствует культ почитания единого Бога, руководимый священниками, и запрет на проведение более древних, самостоятельных обрядов:

Лев., 17: 7. Чтоб они впредь не приносили жертв своих дьяволам…

Слово «дьявол» («devil») образовано от греческого «diabolos», что означает «клеветник». Этим именем называют злых духов, которые клевещут на Бога, склоняя людей к непослушанию и греху. Они могут также представать в человеческом облике, порочащем Бога, – например, как Сатана из Книги Иова, злословящий на Иова.

Именно в этом стихе дьяволы (идолы) – это перевод еврейского слова «sairrim», которое буквально означает «дикие козлы». Существует широко распространенная тенденция считать козлов похотливыми животными, олицетворением стихийных сил природы. Греки представляли, что леса населены сатирами – духами природы, имеющими облик рогатых людей с хвостами, нижняя часть туловища которых была козлиной, и они всегда находились в сексуальном возбуждении.

По мнению яхвистов с их строгой нравственностью, эти боги плодородия были просто-напросто злыми духами.

Исправленный стандартный перевод признает особое сходство сатиров с «дикими козлами», и в Книге Левит, 17: 7 здесь говорится: «Чтоб они впредь не приносили жертв своих сатирам…»

Сегодняшнее общераспространенное представление о Сатане, с его рогами, хвостом и раздвоенными копытами, показывает, что он все же изображается в виде сатира.

Кровь

Употреблять кровь в пищу строжайше запрещалось:

Лев., 17: 10–11. …обращу лице Мое на душу того, кто будет есть кровь, и истреблю ее из народа ее; Потому что душа тела в крови…

Считалось, что кровь – это источник жизни: ведь из-за длительного кровотечения человек умирал, даже если внешне он оставался целым и невредимым. Жизнь – это творение Бога, и человек не мог присваивать себе чужую жизнь, а потому не мог питаться кровью.

Этот запрет был провозглашен еще до получения Моисеем божественного откровения на Синае. Такое же указание получил Ной после потопа. Бог говорит Ною, чем он может питаться:

Быт., 9: 3–4. Все движущееся, что живет, будет вам в пищу… Только плоти с душею ее, с кровию ее, не ешьте.

Позже евреи истолковали это следующим образом: даже те, кто не получил откровение на горе Синай, должны воздерживаться от употребления в пищу крови.

Поэтому когда в ранней христианской церкви возникла полемика: требуется ли новообращенным язычникам соблюдать нормы питания, установленные законом Моисея, то было решено, что это необязательно. Однако свобода этих новообращенных в отношении питания не была абсолютной, так как консервативные лидеры церкви в Иерусалиме настаивали:

Деян., 15: 20. …чтоб они воздерживались от оскверненного идолами, от блуда, удавленины и крови…

Духи умерших

В Книге Левит содержатся всевозможные запреты. В ней перечисляется пища, которую не следует есть, а также недозволенные половые связи. Безнравственное поведение во всех его проявлениях запрещалось. Кроме того, законом Моисея запрещались некоторые вещи, которые казались довольно безвредными. Например:

Исх., 23: 19. …Не вари козленка в молоке матери его.

Или:

Лев., 19: 27. Не стригите головы вашей кругом, и не порти края бороды твоей.

Возможно, это означало, что следует остерегаться обычаев, связанных в основном с язычеством и идолопоклонничеством. Так, к примеру, египетские жрецы брили головы и бороды.

Позже евреи сделали сложные выводы из этих запретов. Например, на основе запрета не варить мясо в молоке возникло непонятное требование не есть блюда, в которых одновременно используются молоко и мясо, и даже готовить и подавать их в одной посуде.

Еще одним запретом было:

Лев., 19: 31. Не обращайтесь к вызывающим духи умерших, и к волшебникам не ходите…

Волшебник, или маг, чародей, – это мудрый человек, который наверняка знает, как подчинить себе сверхъестественные силы. Он может управлять духами, заставить их служить себе. Духи умерших (familiar spirit) – это «духи-прислужники» (от лат. «famulus», означающего «слуга»).

В Библии не говорится, что подобные духи не существуют или что чародеи не обладают силой, на которую претендуют. Неприязнь к ним основана на том, что их обряды идолопоклоннические.

Библия сурово судит женщин-чародеек в одном из самых кратких и впечатляющих стихов:

Исх., 22: 18. Ворожеи не оставляй в живых.

Эти слова послужили тому, что женщины (особенно пожилые) подвергались жестоким гонениям.

Однако древние языческие практики на протяжении веков продолжали тайно существовать в христианской Европе. Борьба, которая велась с колдовством, была, по сути, борьбой с более древней и соперничающей с христианством религией.

Молох

Наиболее яростно Книга Левит выступает против одного особого вида идолопоклонничества.

Библия осуждает все виды идолопоклонничества, любое преклонение перед божеством, которое предстает в виде реального подобия человека, животного или составного существа. Можно возразить, что идол – это не почитаемый бог, а лишь видимое изображение невидимой божественной сущности. Но даже если так, обычный верующий должен отождествлять этот видимый объект с богом.

Яхвисты считали идолопоклонничество настолько опасным, что на протяжении всех библейских времен они все категоричней и решительней выступали против любых изображений божества. При этом особый гнев вызывал у них один из идолов.

Лев., 20: 2. …кто из сынов Израилевых и из пришельцев, живущих между Израильтянами, даст из детей своих Молоху, тот да будет предан смерти…

В данном случае Молох – это, скорее всего, вариант слова «мелех» («melech»), что означает «царь». Это характерное обращение к богу отдельного народа, подобно обращению «господь». Спустя столетия авторы Библии все чаще избегали говорить об идолах как о царях или владыках и называли их словом «bosheth» («срам»). Когда к словам были добавлены диакритические знаки, слово «melech» снабдили пометкой, которая принадлежала слову «bosheth». Так слово «мелех» («melech») превратилось в «Молох» («Molech»).

Культ почитания Молоха включал в себя приношение в жертву детей. Первобытные люди верили, что если принести в жертву богу самое дорогое для них, то это произведет на бога наибольшее впечатление и он скорее откликнется на просьбу молящегося. Поэтому во времена самых страшных бедствий в жертву Молоху приносили детей, иногда даже царского рода.

В последние дни царств, когда положение часто становилось безнадежным, случались подобные жертвоприношения. Существует предположение, что детей сжигали заживо внутри медного идола, но возможно, что их вначале убивали, а затем приносили в жертву.

Один из последних царей Иудеи, Ахаз, принес своего сына в жертву именно таким образом:

4 Цар., 16: 3. Но он [Ахаз]… сына своего провел через огонь, подражая мерзостям язычников…

Несомненно, в те времена многие люди употребляли слово «мелех» при обращении к Яхве и были уверены, что совершают правильные жертвоприношения Богу – ведь и Авраам был готов принести в жертву своего сына Исаака. Разумеется, те, кто не одобрял человеческие жертвоприношения, могли тут же указать им, что Бог не допустил этого. Но даже и тогда пророкам приходилось с большим трудом доказывать, что Бог не принимает подобных жертв. В Книге Левит об этом говорится решительно и строго, а Иеремия, говоря о недовольстве Бога евреями, пересказывает его слова:

Иер., 7: 31. И они… сожигают сыновей своих и дочерей своих в огне; чего Я не повелевал, и что Мне на сердце не приходило.

Юбилейный год

В Книге Левит говорится об одном празднике, который, видимо, был для священников особым, но так и не введенным в практику³²:

Лев., 25: 8–10. И насчитай… семь раз по семи лет… И воструби трубою… в день очищения… И освятите пятидесятый год…

В пятидесятый год земля должна была оставаться под паром, арендованную землю нужно было возвратить владельцу, а рабов отпустить на свободу³³.

В известном смысле это был способ обновления жизни каждые полстолетия, чтобы избежать накопления экономической несправедливости. Сама идея была прекрасной, но идеалистической³⁴.

И все же слово «юбилей» (образованное от еврейского слова «трубить») стало обозначать пятидесятую годовщину.

Около 100 г. до н. э. неким неизвестным евреем (или несколькими евреями) была написана книга, в которой подробно излагалась первобытная история человечества. Она была создана по образцу Книги Бытия, но вдобавок содержала множество фольклорных деталей, появившихся за три столетия до того, как Бытие обрело свою окончательную форму. Например, в нее вошло множество подробностей, касающихся ангелов, а также отголоски обычаев, существовавших в древнейшие времена. Все содержание книги разделено на ряд глав, каждая из которых охватывает период истории в пятьдесят лет, и поэтому она получила название «Книга юбилеев».

4. Числа

Числа

Четвертая книга Библии начинается словами:

Числ., 1: 1. И сказал Господь Моисею в пустыне…

Еврейское название этой книги – «Бемидбар» («Bemidbar», то есть «В пустыне»), что соответствует словам ее первого стиха.

На переводчиков Септуагинты произвело впечатление, что в книгу включены результаты двух переписей всех мужчин колен Израилевых, годных к воинскому делу. Поэтому они назвали эту книгу «Arithmoi» (что означает «Числа»). Название это сохранилось в английском переводе Библии, и ее четвертая книга так и называется – Числа.

Исчисление общества

О первой переписи говорится в самом начале книги:

Числ., 1: 2–3. Исчислите все общество… От двадцати лет и выше, всех годных для войны…

Вторая перепись была проведена через сорок лет, незадолго до прихода евреев в Ханаан:

Числ., 26: 2. Исчислите все общество сынов Израилевых от двадцати лет и выше… всех годных для войны…

В Книге Чисел представлены следующие результаты переписи по всем коленам:

Конечно, здесь подсчитано лишь количество взрослых мужчин. Предполагают, что цифры эти отражают более позднее предание сомнительной точности. Если бы были учтены еще женщины и дети, а также все, родившиеся от смешанных браков, о которых Библия иногда упоминает, то оказалось бы, что по Синайскому полуострову странствовало около двух миллионов людей. Это невероятно огромное количество народа – даже в царстве Давида в период его расцвета населения было меньше.

Однако, независимо от точности приведенных цифр, можно отметить два момента, отражающие более поздние исторические события. Во-первых, самыми многочисленными представлены колена Иуды и Иосифа. Если соединить вместе колена Ефрема и Манассии, то по результатам первой переписи во всем колене Иосифа насчитывается 72 700 человек (почти столько же, сколько в колене Иуды), а по второй переписи – 85 200 (теперь колено Иосифа уже количественно превосходит колено Иуды). Похоже, что здесь отражена ситуация, сложившаяся четырьмя веками позже, когда царство Давида разделилось на две части и колено Иосифа стало преобладающим в северном царстве, а колено Иуды – в южном.

Во-вторых, самое поразительное изменение в численности произошло с коленом Симеона: ко времени второй переписи оно утратило более трех пятых своего количества. Ни одно из колен Израилевых не понесло таких потерь, и в Книге Чисел это никак не объясняется. Но это явно свидетельствует, что ко времени завоевания Ханаана Симеон уже значительно ослаб – поэтому его колено и не играло важной роли в поздней истории израильтян. Возможно, такое положение явилось следствием давнего разбойного нападения Симеона и Левия на Сихем, описанного в Бытии, хотя во времена патриархов оно считалось военной победой.

Колено Левия не пересчитывалось вместе с другими коленами, так как левиты не считались воинами. Их задачей было выполнять обязанности священников. В этом колене были пересчитаны все мужчины, а не только те, кому было больше двадцати. При первой переписи их насчитали 22 273, а при второй – 23 000. Таким образом, колено Левия оказалось самым малочисленным среди остальных, что также могло явиться результатом нападения на Сихем.

Ефиоплянка

На протяжении всего пути сынов Израилевых к Ханаану Моисею приходилось сталкиваться с различными проявлениями их недовольства. Даже в семье Моисея происходили раздоры, ибо его сестра Мариам и брат Аарон объединились против него:

Числ., 12: 1. И упрекали Мариамъ и Аарон Моисея за жену Ефиоплянку, которую он взял…

Из этого стиха можно предположить, как многие и считают, что женой Моисея была темнокожая женщина (в наше время словом «эфиоп» обычно называют темнокожего человека). Однако в данном случае нет никаких причин считать, что речь идет о негритянке или эфиопке. Еврейское слово, переведенное здесь как «Ефиоплянка», – это «Cushi», и в Современном стандартном переводе о жене Моисея говорится как о «кушитской женщине».

Как уже объяснялось, кушиты действительно могли быть эфиопами. Согласно одному из преданий, Моисей в молодости служил египетским военачальником; он совершал победоносные походы в Эфиопию и, вероятно, мог найти там себе жену или наложницу. Однако в Библии ничего об этом не говорится, и, возможно, предание об эфиопских приключениях Моисея основано всего лишь на единственном стихе двенадцатой главы Книги Чисел.

Этому мнению противоречат сведения, что кушиты могли быть арабскими племенами.

В Библии конкретно упоминается лишь одна женщина, на которой был женат Моисей. Он женился во время своего побега в Мадиан, в Аравию, где нашел пристанище в доме местного священника:

Исх., 2: 21. Моисею понравилось жить у сего человека; и он выдал за Моисея дочь свою Сепфору.

Сепфора вполне могла быть той кушитской женщиной, о которой говорится в Книге Чисел, 12: 1. Она могла вызвать негодование Мариам просто из ревности или по той причине, что она была мадианитянкой, чужестранкой.

В любом случае, Моисей сумел осадить своих брата и сестру и пресечь разногласия, как это делал он во множестве других случаев на протяжении всего Исхода.

Халев

Придя в пустыню Фаран, располагавшуюся к югу от Ханаана, Моисей предусмотрительно послал в Ханаан разведчиков осмотреть землю и прояснить ситуацию. Согласно их донесениям можно было рационально расположить войска и выработать эффективный план действий.

Для разведки выбрали двенадцать человек, по одному от каждого колена, но только двое из них заслуживают внимания – Осия из колена Ефрема, которому Моисей дал новое имя Иегошуа, или Иешуа, и еще один человек из колена Иуды:

Числ., 13: 7. Из колена Иудина Халев, сын Иефонниин.

Во многих отношениях судьба Халева сходна с судьбой Иисуса Навина. Иисус Навин был легендарным героем северных племен, а Халев – героем подобных легенд, созданных южными племенами.

В стихе 13: 7 Халев упоминается всего лишь как обычный человек из колена Иуды, но в Книге Иисуса Навина о нем рассказывается подробней:

Иис. Нав., 14: 6. …Халев, сын Иефоннии, Кенезеянин…

Кенезеянин – это потомок Кеназа; как указывается в Книге Бытия, он был сыном Елифаза, первенца Исава. Поэтому кенезеяне относятся к племени идумеев, которое должно быть причислено к колену Иуды. Это не единственный факт, свидетельствующий о том, что колено Иуды состояло не только из сынов Израилевых. В главе 38 Книги Бытия рассказывается, как Иуда женился на чужестранке:

Быт., 38: 2. И увидел там Иуда дочь одного Хананеянина… и взял ее…

Возможно, это указывает, что в колене Иуды, поселившемся в южном Ханаане, могли присутствовать хананеи и идумеи. И возможно, в период ранней истории колен Иуда не ощущал себя частью Израиля, ибо в некоторых ключевых эпизодах Библии о нем явно умалчивается. Даже во времена Давида, когда колено Иуды было не только неотъемлемой частью Израиля, но и образовало правящую династию, между ним и северными коленами всегда существовали трения. Постепенно эти трения обострились, приведя к открытой вражде, и все окончилось междоусобицей и расколом.

Син (Цин)

Разведчики направились из Фарана на север.

Числ., 13: 22–24. Они пошли, и высмотрели землю от пустыни Син даже до Рехова… и дошли до Хеврона, где жили… дети Енаковы: Хеврон же построен был семью годами прежде Ирана, города Египетского. И пришли к долине Есхол, и срезали там виноградную ветвь с одною кистью ягод… взяли также гранатовых яблоков и смокв.

«Пустыней Син (Цин)»³⁵, о тщательном исследовании которой говорится в двадцать втором стихе, считается северная оконечность Фарана; следовательно, эта пустынная область – почти юг Беер-Шебы, в то время как Рехов (точное местонахождение его неизвестно) располагался в самой северной оконечности Ханаана.

Возможно, исследование разведчиками всей местности «от пустыни Син до Рехова» – это преувеличение, и основное внимание израильтян было сосредоточено на Хевроне – самом южном из крупных, хорошо укрепленных городов Ханаана. Он был так необычно велик, что обитателей его описывали как великанов, а позже это описание стало восприниматься буквально. Последующее утверждение в стихе 13: 23, что Хеврон на семь лет старше Цоана, наделяет этот город особой легендарной древностью. Цоан – это семитское название города, который греки называли Танис. Танис был столицей царства гиксосов, и Хеврон сравнивают с ним потому, что изо всех знаменитых городов Египта он находился ближе всего к Ханаану и, возможно, был наиболее известным.

Египет гордился древностью своей цивилизации и знал, какое почтительное благоговение она вызывает у его соседей. Поэтому не было лучшего способа доказать древность Хеврона, как заявить, что он старше египетского города.

И если для жителей окрестностей Нила Ханаан не показался бы цветущим садом, то именно таким увидели его племена, вторгшиеся из пустыни. Орошаемые оазисы, в одном из которых располагался Хеврон, могли казаться им чрезвычайно плодородными, что подтверждается хорошо известными описаниями Ханаана в некоторых местах первых книг Библии. Так, когда Бог впервые явился Моисею, он пообещал ему вывести евреев из Египта:

Исх., 3: 8. …в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед…

Из Есхола³⁶, долины фруктовых садов близ Хеврона, разведчики принесли войску израильтян плоды – как доказательство, подтверждающее их рассказ о Ханаане.

Кадес (Кадеш)

Разведчики со своим донесением возвратились на то место, где временно остановились израильтяне:

Числ., 13: 27. И пошли и пришли… ко всему обществу сынов Израилевых в пустыню Фаран, в Кадес…

«Кадеш» означает «святой», и название местности «Кадес», вероятно, возникло из-за неких священных обрядов, которые проводили здесь еще ее доизраильские обитатели³⁷.

В наши дни он отождествляется с местом, называемым Аин-Кадис, расположенным приблизительно в 50 милях южнее Хеврона, в северо-восточной части Синайского полуострова.

Хотя земли Хеврона оказались плодородными, почти все разведчики возвратились с крайне пессимистичным сообщением. Они увидели, что города в Ханаане хорошо укреплены и приступом взять их непросто, и стали утверждать, что завладеть ими нет никакой возможности. Только Иисус Навин и Халев высказались в пользу немедленного захвата этих земель – за что едва не были побиты камнями.

Павшие духом сыны Израилевы уже собрались возвращаться в Египет, но Моисей удержал их, и в течение последующих тридцати восьми лет Кадес оставался их главным станом, пока Моисей и Иисус Навин собирали силы для решения предстоящей задачи.

Корей, Дафан и Авирон

Для Моисея все труднее становилось пребывать в Кадесе, проводя год за годом в бездействии, рядом с Ханааном, который оставался недосягаемым. Это казалось насмешкой над Исходом и начинало вызывать у народа сомнения в способностях Моисея как вождя. Среди сынов Израилевых возникло серьезное недовольство:

Числ., 16: 1–2. Корей, сын Ицгара… и Дафан и Авирон… сыны Рувимовы, Восстали на Моисея…

Очевидно, в этой главе Библии два отдельных восстания против Моисея – одно Корея, другое «сынов Рувимовых» – объединились в одно.

Восстание Корея – это явный религиозный раскол. Моисей и Аарон были сыновьями Амрама, а Корей – сыном Ицгара, младшего брата Амрама. Так как Моисей отдал львиную долю обязанностей священников Аарону и другим прямым потомкам Амрама, Корей счел, что с ним обошлись несправедливо.

Бунт Корея был подавлен, но, очевидно, не без компромисса. Во всяком случае, в Книге Чисел позже говорится, что хотя Корей и его сообщники были уничтожены,

Числ., 26: 11. Но сыны Кореевы не умерли…

И действительно, сыны Кореевы выжили, став впоследствии потомственной гильдией храмовых музыкантов. Обрести это право они смогли лишь в результате междоусобицы, которую затеяли левиты, о чем подробно рассказывается в шестнадцатой главе Книги Чисел.

Восстание Дафана и Авирона, «сынов Рувимовых», похоже, было чисто политическим. В какой-то ранний период истории колен Израилевых Рувим, как старший сын Израиля, должен был удерживать руководство. Но во время Исхода в колене Рувимовом могли не без тревоги заметить, что религиозное лидерство перешло к колену Левия (к Моисею и Аарону), а военное – к колену Ефрема (к Иисусу Навину). Рассказ о Дафане и Авироне, вероятно, был основан на воспоминаниях о некоей попытке Рувима захватить лидерство – попытке, также, возможно, отраженной в стихе Книги Бытия, где описывается инцест Рувима с наложницей отца.

Восстание Рувима также было подавлено, и никогда больше в истории израильтян колено Рувима не играло значительной роли.

Преисподняя

Как описывает Библия, мятежных сынов Рувима постигла особая кара: их живыми поглотила земля:

Числ., 16: 32–33. И разверзла земля уста свои, и поглотила их… И сошли они… живые в преисподнюю…

Еврейское слово, которое переведено здесь как «преисподняя», – «Sheol» («шеол»), и в Исправленном стандартном переводе оно оставлено непереведенным. Древним израильтянам шеол представлялся подземным миром, куда отправлялись души умерших. Первоначально он считался мрачным местом, где не было особых мучений, но и радости тоже. Различия между добром и злом там не существовало. В этот подземный мир попадали все человеческие существа после смерти, кроме таких немногих, как Енох и Илия, взятых на небо живыми.

Такое же представление об этом месте существовало у многих древних народов. У греков был подземный мир, в котором владычествовал бог Гадес; в древних скандинавских мифах в подобном мире царствовала богиня Хель. Поэтому слово «шеол» в некоторых местах Библии заменено словом «Hell», а в Новом Завете, который первоначально был написан на греческом, оно переведено как «Hades».

Нравоучительный смысл преисподней (шеола), превращение ее в место мучений душ нечестивцев (тогда как души праведников блаженствуют где-то в ином месте) возникнет позже, к концу ветхозаветных времен.

Гора Ор

Старое поколение уходило, и из тех, кто во времена Исхода был взрослым, остались уже немногие. Так, например, в Кадесе умерла Мариам, сестра Моисея.

Настало время действовать. О нападении на Хеврон непосредственно с юга пока не могло быть и речи, и сыны Израилевы решили атаковать его с северо-востока: в этом случае в Ханаан можно было проникнуть с менее защищенной восточной стороны.

Но северо-восточный путь проходил через земли Эдома. Идумеи считались семитским народом, родственным израильтянам, и насилие над ними было недопустимо. Моисей попросил разрешения мирно пройти сквозь их территорию, но получил отказ. Впоследствии этот отказ был использован как повод для конфликта с Эдомом и враждебного к нему отношения.

Итак, израильтянам пришлось огибать укрепленные земли Эдома, и они двинулись к юго-востоку:

Числ., 20: 22. И отправились сыны Израилевы из Кадеса, и пришло все общество к горе Ор.

Гора Ор нередко отождествляется с самым высоким пиком горной гряды Сеира. На вершине этой горы умер и был похоронен Аарон. Считается, что это произошло на горной вершине в Аравии, которая сейчас называется Джебел-Харун («гора Аарона»).

Несколько далее в Книге Чисел сообщаются подробности о смерти Аарона:

Числ., 33: 38–39. И… Аарон… умер там в сороковой год по исшествии сынов Израилевых из земли Египетской… Аарон был ста двадцати трех лет, когда умер на горе Ор.

Если Исход начался в 1211 г. до н. э., то Аарон умер в 1171 г. до н. э. Эта дата должна быть также годом смерти Моисея и годом вторжения в Ханаан. События теперь следуют быстро одно за другим (хотя Библия продолжает прерывать их долгими речами Моисея и прочим).

Если учесть возраст, до которого дожил Аарон, то родиться он должен был в 1294 г. до н. э., а Моисей, который был младше его на три года, – в 1291 г. до н. э. (последняя дата представляет интерес, поскольку она фактически совпадает с началом правления Рамсеса II, «фараона Исхода»).

Медный змей

Похоронив Аарона, сыны Израилевы продолжили свой путь к Ханаану, обходя с юга земли Эдома до верхней оконечности залива Акаба, а затем опять повернув к северу. Здесь произошло событие, которое получило развитие в более поздних преданиях. Появилось множество змей, которые стали нападать на людей и жалить их.

Числ., 21: 9. И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив.

Это пример «симпатической магии» – веры в то, что подобное воздействует на подобное, – распространенной среди примитивных народов. (Наиболее типичный пример – магия вуду с ее убеждением, что человеку можно нанести вред, если протыкать его изображение.)

Использование змея, как оно описано в этом стихе, почти сходно с принципами древней медицины, следующей правилу: «используй шерсть собаки, укусившей тебя».

В религиозных ритуалах (которые могут проводиться как с добрыми, так и со злыми намерениями) змея – особо важное животное. Тот факт, что она вползает тихо и незаметно и ее укус так внезапен и смертоносен, сделал змею символом коварства и зла. Именно в этом обличье коварного зла предстает змей в рассказе о райском саде Эдема:

Быт., 3: 1. Змей был хитрее всех зверей полевых…

Если существует нечто опасное и злое, чего следует бояться, то с ним лучше обращаться хорошо и стараться умилостивить его. Поэтому змею следует почитать, даже если она внушает ужас.

Кроме того, змея считается символом бессмертия – из-за ее способности «обновляться», сбрасывая кожу. Любой первобытный человек, наблюдая, как змея сбрасывает старую потускневшую кожу и предстает в новом ярком обличье, вполне мог решить, что она омолодилась.

В легенде о Гильгамеше, когда герой наконец получает растение, дающее вечную жизнь, его крадет змея, которая после этого обретает бессмертие. (В райском саду именно змей украл бессмертие у Адама и Евы, но бессмертным не стал, а был проклят Богом.)

Бессмертный змей, победа над смертью могли считаться тесно связанными с медициной, которая стремится если не победить смерть, то хотя бы отсрочить ее. Асклепию, греческому богу медицины, принадлежали священные змеи, и даже в наше время у военно-медицинской службы армии США знаком отличия является кадуцей – жезл Асклепия, вокруг которого обвились две змеи.

У израильтян более поздних времен, когда яхвизм стал жестче и бескомпромиссней, медный змей начал вызывать все более резкое неодобрение. Не помогло и то, что он был связан с Моисеем³⁸.

Конец культу медного змея наступил во время правления иудейского царя Езекии, приблизительно спустя пять веков после Исхода:

4 Цар., 18: 4. Он [Езекия] …истребил медного змея, которого сделал Моисей, – потому что до самых тех дней сыны Израилевы кадили ему и называли его Нехуштан.

«Нехуштан» обычно переводится как «кусок меди». В Библии короля Якова окончание этого стиха довольно впечатляющее: когда Езекия уничтожил змея, он столкнулся с презрительным отношением народа к этому змею, уже не представляющему ритуальной ценности: о нем говорили всего-навсего как о куске меди.

Однако слово «Нехуштан» связано не только с еврейским словом, означающим «медь», но и со словом «змея». В нем могло и не содержаться какого-либо презрительного оттенка. Так, в Исправленном стандартном переводе стих 4 Цар., 18: 4 заканчивается просто словами: «называли его Нехуштан».

Сигон

Но, даже двинувшись в обход Эдома, израильтяне не избежали трудностей. К востоку от Ханаана лежали два царства: Моав и Аммон. Моав находился южнее, на восточном побережье Мертвого моря, а Аммон – севернее, к востоку от реки Иордан.

Израильтяне считали моавитян и аммонитян еврейским народом, потомками Фарры по линии Лота. Поэтому (согласно интерпретации авторов Библии) они, как и Эдом, были защищены от нападения израильтян. Моавитяне и аммонитяне, по-видимому, обосновались у границ Ханаана за полтора века до появления здесь сынов Израилевых, еще во времена Эхнатона.

Однако именно перед приходом израильтян этим царствам – в особенности Моаву – пришлось пережить еще одно нападение.

Числ., 21: 26. …Сигон, царь Аморрейский… воевал с прежним царем Моавитским, и взял из руки его всю землю его до Арнона.

Семью веками ранее амореи были могущественным народом, владевшим большей частью Плодородного Полумесяца. Они пришли к упадку еще перед натиском хеттов и египтян и теперь либо находились в подчинении, либо местами сохраняли ненадежную власть над своими мелкими княжествами. Во времена Исхода в Ханаане, вероятно, существовали владения амореев и Сигон мог быть правителем одного из них. Его вторжение в Моав могло явиться последним успешным военным действием хананеев против беспощадного наступления различных еврейских племен.

До нападения Сигона моавитяне владели территорией вплоть до реки Иавок, которая представлена в этой главе как южная граница между Аммоном и царством Сигона. Поэтому завоеванная Сигоном земля простиралась вниз от Иавока до Арнона.

Арнон – это небольшая река, текущая на запад и впадающая в Мертвое море почти в центре восточного побережья. В более поздние библейские времена она оставалась северной границей Моава. Сейчас ее называют Вади-Моджиб, и «Моджиб» – это явный отголосок «Моава».

Хамос

В главе 21-й при кратком описании победы Сигона над Моавом говорится:

Числ., 21: 29. Горе тебе, Моав! погиб ты, народ Хамоса!..

Хамос был языческим божеством Моава, и в те времена широко распространенного почитания местных богов было естественным говорить о Моаве как о «народе Хамоса».

Единого Бога тогда признавали лишь немногие. Обычно же считалось, что у каждого кусочка земли есть свой собственный бог и именно эта земля дает ему его божественную силу. Считалось даже, что бог связан с своей землей, и если куда-то уезжаешь, то нужно поклоняться богу чужой земли, если не взял с собой собственного. Так, когда Рахиль покинула дом своего отца Лавана, она забрала с собой его идолов:

Быт., 31: 19. …Рахиль похитила идолов, которые были у отца ее.

Лаван расстроился из-за этого больше, чем оттого, что Иаков увел у него дочерей и забрал все свое богатство и свой скот:

Быт., 31: 30. …пусть бы ты ушел… зачем ты украл богов моих?

И когда евреи несли ковчег завета, странствуя по пустыне, считалось, что они несут с собой своего Бога. Иначе им приходилось бы всякий раз возвращаться на Синай, чтобы общаться с ним.

Для религиозного мышления того времени было нехарактерно заведомо враждебное отношение к другим племенным божествам – кроме периодов войны, когда враги взывали к помощи своих богов, чтобы уничтожить противника.

Однако в более поздние времена, когда среди евреев возросло осознание Яхве как единого бога и углубилось понимание того, что Бог един – не только для иудеев, но и для всего мира, – отношение к богам других племен стало более нетерпимым. Боги других народов были не только потенциальными врагами, они вообще считались не богами, а, самое большее, демонами, заставлявшими невежественных нечестивцев поклоняться им.

Поэтому, когда о Хамосе заходит речь в более поздних книгах Библии, о нем упоминается как о чем-то позорном:

3 Цар., 11: 7. …Хамосу, мерзости Моавитской…

Есевон

Конфликт между Ситоном и Моавом стал удобным случаем для израильтян. Если, согласно Библии, моавитяне и аммонитяне были родственными им племенами, то Сигон не был евреем, и на него можно было напасть. Или, если посмотреть на это более реалистично, Моав и Аммон были крепкими царствами с хорошо укрепленными границами, и их трудно было атаковать.

Так, в Книге Чисел говорится:

Числ., 21: 24. …крепок был предел Аммонитян.

(Однако, возможно, этот стих переведен неправильно, и еврейское слово означает здесь не «крепок», а город Иазер на границе Аммона.)

Можно допустить, что область, завоеванная Сигоном, осталась заброшенной и слабой. Укрепления, разрушенные и уничтоженные амореями, возможно, еще не были восстановлены, и, хотя амореи держали моавитян в страхе, встретиться с новым врагом они еще не могли.

Это действительно подтверждается фактами. Израильтяне потребовали, чтобы Сигон пропустил их через свою землю – чего тот позволить не мог. Получив отказ, они напали на амореев и нанесли им поражение.

Числ., 21: 24–25. …и взял [Израиль] во владение землю его от Арнона до Иавока… и жил Израиль во всех городах Аморрейских, в Есевоне…

Есевон был главным городом этой области, он находился приблизительно в двадцати милях к востоку от северной оконечности Мертвого моря. Этот город до сих пор существует в Иордании под арабским названием Хесбан.

Васан

Сыны Израилевы теперь прочно укрепились на восточном берегу Иордана, и у них появился опорный пункт, откуда можно было начинать завоевание Ханаана. Однако эти позиции необходимо было расширить. Израильтяне учитывали, что Моав и Аммон должны оставаться нетронутыми, но к северу от Аммона находились привлекательные для них тучные пастбища.

Числ., 21: 33. И поворотили, и пошли к Васану. И выступил против них Ог, царь Васанский… на сражение к Едреи.

Точные границы Васана³⁹ неизвестны, но в общем он был расположен к востоку от Галилейского моря⁴⁰.

Эта область издревле была настолько процветающей и плодородной, что тучность ее стад вошла в поговорку в библейские времена, а благодаря Библии дошла и до наших времен. В 21-м псалме скот Васана используется как метафора, передающая скорбные мысли:

Пс., 21: 13. Множество тельцов обступили меня; тучные Васанские окружили меня.

И пророк Амос использовал сравнение со стадами Васана, осуждая сытую и самодовольную знать:

Ам., 4: 1. Слушайте слово сие, телицы Васанские…

Васан также славился своими дубами. Пророк Иезекииль, предсказывая гибель Тира, иронизирует над славой его торговых городов и, описывая совершенство его кораблей, замечает:

Иез., 27: 6. Из дубов Васанских делали весла твои…

Волны политических перемен не коснулись процветания Васана, пока он не был завоеван арабами в VII в. н. э. После этого он быстро пришел к упадку. В наше время область, некогда бывшая Васаном, составляет юго-восточную часть Сирии, граничащую с Иорданом на юге и с Израилем на востоке. Едреи, место битвы между израильтянами и Огом, существуют сейчас как город Дераа, непосредственно на границе Иордана.

Территорию бывшего Васана в настоящее время занимают друзы – религиозная мусульманская секта, которая сумела сохраниться еще со времен ее возникновения около 1000 г. – несмотря на мощное влияние Турции до Первой мировой войны, а позднее и Франции.

Завоевание Васана явилось одним из тех событий в военной истории древних евреев, которое оказало наибольшее впечатление на авторов более поздних времен – как библейских, так и послебиблейских. Причиной этого отчасти явился царь Ог, слывший великаном. Об этом говорит Моисей в Книге Второзакония, обращаясь к событиям, последовавшим после Исхода:

Втор., 3: 11. Ибо только Ог, царь Васанский, оставался из великанов; вот, одр его, одр железный… длина его девять локтей, а ширина четыре локтя…

Судя по измерениям, произведенным на месте руин Иерусалимского храма, выяснилось, что локоть равен приблизительно семнадцати с половиной дюймам. Следовательно, одр Ога был, несомненно, огромным – около тринадцати футов в длину и шести футов в ширину⁴¹. Хотя это вовсе не означает, что Ог занимал его целиком.

Позже авторы-раввинисты «увеличат» Ога в размерах и сделают его последним «нефилим», жившим до потопа. Однако, чтобы пережить потоп, Ог должен был находиться в Ноевом ковчеге, поместиться в котором он явно не мог. Создатель легенды вышел из положения, пояснив, что Ог сидел верхом на ковчеге и Ной кормил его, пока вода не спала.

Эта связь Ога с потопом (относительно которой нет абсолютно никаких библейских свидетельств) могла иметь отношение к древнегреческому мифу о царе Огиге, правившем во времена Всемирного потопа.

Легендарная смерть Ога также впечатляет. Он поднял огромную гору, чтобы бросить ее в израильтян, но споткнулся и упал. И тогда Моисей убил его. Вполне вероятно, что эта последняя сцена изображения Ога заимствована из греческого мифа о бунте великанов против Зевса и олимпийских богов. Эти великаны также швыряли горы (одна из них, как рассказывается, упала в море, и так образовалась Сицилия), но были все же убиты.

Валаам

Завоевания израильтянами Есевона и Васана оказалось достаточным, чтобы моавитяне встревожились. И хотя их собственная территория нападению не подверглась, не было никакой гарантии, что вскоре не наступит их черед. Кроме того, моавитяне едва ли могли отказаться от Есевона, недавно завоеванного Сигоном, считая его своей территорией, а израильтяне, в свою очередь завоевавшие ее, вряд ли собирались отдавать эту землю Моаву.

И тогда моавитский царь Валак решил покорить израильтян, но не в открытом сражении, а более изощренным способом – с помощью сверхъестественных сил.

Числ., 22: 5–6. И послал он послов к Валааму… в Пефор… сказать… прокляни мне народ сей, ибо… кого ты благословишь, тот благословен, и кого ты проклянешь, тот проклят.

Валаам, несомненно, был хорошо известен в то время как чародей и маг; считалось, что он умел призывать сверхъестественные силы, которые могли помочь или навредить, и демонстрировал свое искусство, если его о том просили.

Слава о Валааме могла распространиться по всему Пефору, где он жил. Считалось, что этот город находился на Евфрате, приблизительно в 400 милях севернее Моава. Его отождествляют с городом, который в ассирийских надписях указывается как «Питру» («Pitru»), а в египетских – как «Педру» («Pedru»). (Некоторые считают расстояние в 400 миль слишком преувеличенным, полагая, что библейский стих подвергся искажениям и Валаам на самом деле был аммонитянином, жившим всего в нескольких десятках миль от Моава.)

Могущество Валаама признавали даже израильтяне, и в Библии не оспаривается сила его благословения или проклятия. Считается, что Бог, используя способности Валаама, явил чудо и уберег израильтян, которых этот чародей так и не смог проклясть.

Конечно, большое значение имеет сила убеждения. Если бы у моавитян не было сомнений в действенности проклятия Валаама, они стали бы сражаться с большей уверенностью и воодушевлением. И если бы израильтяне тоже верили в силу этого проклятия, их могло бы оставить мужество, и они проиграли бы сражение и были бы изгнаны моавитянами.

Существует мнение, что Валаама нанимали за деньги и чародей благословлял или проклинал не по божественному вдохновению, а за вознаграждение⁴². Так, в Послании Иуды в Новом Завете говорится:

Иуда, 1: 11. Горе им, потому что они… предаются обольщению мзды, как Валаам…

Ваал

Валаку пришлось посылать за Валаамом несколько раз, поскольку тот неохотно отнесся к просьбе царя. (Неоднократное путешествие к нему – аргумент в пользу мнения, что жилище Валаама находилось не слишком далеко от Моава. Рассказ о старейшинах, которых посылали к нему, не очень последователен; возможно, он возник на основе двух отдельных и несколько противоречащих друг другу источников.)

В конце концов, Валаам отправился в Моав, и во время этого путешествия произошел знаменитый случай с его говорящей ослицей. Дорогу ему преградил ангел, которого ослица, везущая Валаама, могла видеть, а Валаам нет. Когда ослица остановилась, Валаам стал ее бить, и она заговорила, упрекая его. В Библии приводятся всего два случая, когда животные наделялись даром речи: история с этой говорящей ослицей и рассказ о змее, обитавшем в райском саду. Природа этого чудесного явления настолько поражала, что в более поздних легендах сообщалось, будто говорящая ослица была сотворена в первую неделю творения, чтобы использовать ее дар впоследствии.

Когда Валаам прибыл в Моав, Валак поспешил отвести его на то место, где проклятие должно было подействовать наиболее эффективно, – на горные высоты, поближе к небесам, откуда боги могли лучше услышать его и сила проклятия простерлась бы над всеми израильтянами:

Числ., 22: 41. …Валак взял Валаама и возвел его на высоты Бааловы, чтобы он увидел оттуда часть народа [Израиля].

Выражение «высоты Бааловы» – это перевод с еврейского «Вамот-Ваал», что впоследствии, в Книге Иисуса Навина, упоминается как город в Моаве⁴³.

Этот город располагался в горной местности и был назван в честь Ваала, так как здесь проводились важные религиозные обряды. Поэтому выражения «Вамот-Ваал» и «высоты Вааловы» означают одно и то же.

Слово «ваал» в различных семитских языках означает «господин» или «хозяин» – и порой в самом обыденном смысле. Так, в Книге Исхода говорится:

Исх., 21: 28. …а хозяин вола не виноват.

Слово «хозяин» здесь – это перевод еврейского «ваал». Это слово используется также как общий титул семитских богов и имеет в подобном случае определенное значение: «господин», «владыка». Оно никогда не означало имени какого-либо определенного божества. Израильтяне использовали слово «Господь» как титул Яхве почти со времен Давида. Поэтому одного из сыновей царя Саула (который всегда изображается как истинный яхвист) звали Ишбаал, то есть «человек Господа», а одного из внуков – Мериббаал, то есть «герой Господа».

Однако слово «ваал» так часто употреблялось для названия языческих богов, что более поздние авторы Библии отказались использовать его в значении «Господь» и обращаться с ним к Яхве. Его заменили словом «Адонай» («Adonai»), что также означает «Господь», а слово «ваал» стало считаться даже недостойным произнесения. Так, имя «Ишбаал» превратилось в «Иевосфей».

2 Цар., 2: 8. …Авенир… взял Иевосфея, сына Саулова, и привел его в Маханаим.

«Восфей» означает «стыд», и эта часть имени должна была указывать, что она заменяет непристойное слово.

Фасги

К несчастью для моавитян, Валаам обнаружил, что не может проклясть израильтян. Как объясняет Библия, все его попытки сделать это превратились в результате божественного вмешательства в благословение. Валак в отчаянье стал искать другое место, откуда проклятие Валаама могло бы подействовать:

Числ., 23: 14. И взял [Валак] его [Валаама]… на вершину горы Фасги.
Числ., 23: 28. И взял Валак Валаама на верх Фегора…

Гора Фасги в настоящее время отождествляется с горной вершиной, находящейся всего в шести милях к юго-западу от Есевона и приблизительно в двенадцати милях к востоку от северной оконечности Мертвого моря. Это в двадцати милях к северу от реки Арион, и если ее местонахождение определено правильно, то очевидно, что войско моавитян продвинулось на территорию, недавно завоеванную израильтянами, – возможно, главные силы последних находились в это время в Васане.

Высота горы Фасги – 2644 фута, или около полумили. Гора Фегор, местоположение которой в настоящее время точно не установлено, была не так высока, как Фасги, и находилась, возможно, где-то севернее ее – следовательно, ближе к врагу. Второе название горы Фасги – Нево, и под этим именем она более известна как место захоронения Моисея.

Единорог

Куда бы Валак ни приводил Валаама, ни в одном месте тот так и не смог проклясть израильтян. С горы Фасги Валаам, восхваляя Бога, говорит:

Числ., 23: 22. Бог вывел их из Египта, сила единорога у него [Израиля].

Единорог упоминается в Библии и в некоторых других местах, особенно в Книге Иова:

Иов, 39: 9. Захочет ли единорог служить тебе и переночует ли у яслей твоих?

В Библии короля Якова еврейское слово, означающее «единорог», – это «ре'ем» («ге'еш»), которое, несомненно, означает дикого быка (тура или зубра). «Ре'ем» водились в изобилии в первобытные времена, некоторые из них встречались и в современный период, но сейчас уже вымерли. Это были могучие животные, весьма опасные, по внешнему виду и нраву напоминавшие азиатских буйволов.

В Исправленном стандартном переводе «ре'ем» везде переводится как «дикий бык». В приведенном выше стихе Книги Чисел говорится: «рога дикого быка у него», а в стихе из Книги Иова – «Захочет ли дикий бык служить тебе?». В «Энкор Байбл» этот же стих переведен так: «Соизволит ли буйвол служить тебе?»

Дикие быки – излюбленная добыча обожавших охоту ассирийских царей (на ассирийском эти животные назывались «руму» («гиши») – что, по сути, то же, что и «ре'ем»); их изображали на огромных барельефах, причем всегда в профиль, так что виден был лишь один рог. Можно вполне допустить, что изображенных в таком виде животных могли называть «однорогами»⁴⁴.

По мере того как дикие быки стали исчезать из-за роста населения и хищнического истребления их во время охоты, могло постепенно забываться, что у них был второй рог, который не виден на изображениях. Люди могли считать, что перед ними изображения реально существовавших «однорогов».

Когда около 250 г. до н. э. появился первый греческий перевод Библии, в давно заселенных областях Ближнего Востока дикие быки уже почти исчезли, и у греков, непосредственно не сталкивавшихся с этими животными, не существовало для них никакого названия. Поэтому вместо «дикий бык» они использовали слово «однорог» – то есть monokeros. В латинском и английском переводах Библии это греческое название было переведено латинским словом «unicorn». Так «однорог» стал единорогом.

Авторы Библии вряд ли считали, что у дикого быка всего один рог. Но одна из библейских цитат явно противоречит этому. В Книге Второзакония, когда Моисей дает свое последнее благословение каждому из колен Израилевых, он говорит о колене Иосифа (Ефрема и Манассии):

Втор., 33: 17. Крепость его как первородного тельца, и роги его, как роги единорогое…

Здесь слово «единорог» употреблено во множественном числе, так как выражение «роги единорога» не соответствовало бы убеждению, что «однорог» имеет единственный рог. Однако в первоначальной еврейской версии слово «единорог» (в этом месте) употреблено в единственном числе, поэтому следует говорить о «рогах единорога», и это ясно указывает, что у единорога был не единственный рог. К тому же характерный для еврейской поэзии параллелизм вполне естественно приравнивает «единорога» к «тельцу», указывая, что единорог похож на молодого бычка. Эта же фраза в Исправленном стандартном переводе дается как «рога дикого быка».

И все же неоднократное упоминание в Библии о единороге придает некое религиозное оправдание вере в существование однорогих животных. Поэтому образ единорога так часто встречается в легендах и сказках.

Особое распространение он получил с тех пор, как древнегреческие путешественники стали рассказывать об однорогом звере, обитавшем в Индии, приписывая его рогу особую силу. Так, считалось, что чаша, вырезанная из рога такого животного, служит противоядием от любой отравы.

В Индии действительно существует однорогий зверь (так же как в Малайе, на Суматре и в Африке). Это носорог (rhinoceros, от греческого слова, означающего «нос-рог»). Но рог на его морде не настоящий, это ороговевшие волосы. Однако это затвердение выглядит как рог и используется животным как рог. Вполне вероятно, что именно носорога греки считали единорогом, хотя вряд ли его рог обладал волшебными свойствами, которые приписывали ему легенды.

Так как носорог – одно из наиболее крупных и сильных сухопутных животных, доживших до наших дней, можно предположить, что именно о нем идет речь в Библии. Поэтому в некоторых латинских переводах Библии греческие «однороги» превратились в «носорогов». Однако маловероятно, что авторы Библии знали о носорогах, а диких быков они знали наверняка.

Единорог европейских легенд не имеет никакого отношения к носорогам, которые не были известны средневековому Западу, так же как и библейским израильтянам. Внешне единорог, каким представляли себе его европейцы, – это причудливый плод фантазии, и сейчас мы рисуем его как похожее на лошадь животное с длинным рогом во лбу. Именно так выглядели изображения двух единорогов, поддерживающих королевский герб Шотландии. Когда в 1603 г., во время правления Стюартов, Шотландия и Англия объединились, шотландский единорог соединился с английским львом в гербе Великобритании.

Старая вражда между двумя государствами отразилась в детском стишке: «Вел за корону смертный бой со Львом Единорог». Тот факт, что стихотворение это английское и что Англия обычно выигрывала сражения, хотя победа никогда не была окончательной, выражен в следующей строке: «Гонял Единорога Лев вдоль городских дорог».

Самая характерная особенность этого единорога Нового времени – его рог: длинный, тонкий, спиралеобразный и слегка заостренный. Своей формой и размерами он определенно напоминает единственный зуб самца нарвала, разновидности кита, который имеет вид клыка, достигающего иногда двадцати футов в длину.

Наверняка морякам порой попадались такие клыки, и они продавали их на берегу жителям за приличную сумму, уверяя, что это рог единорога, обладающий всеми его магическими свойствами.

Дочери Моава

Моавитский царь не смог устранить опасность со стороны израильтян ни силой, ни колдовством. Но для осуществления его замысла вполне достаточным оказалось всего лишь близкое соседство с ними. Годами странствуя по пустыне, израильтяне не могли развивать сложные ритуалы, и их привлекали обряды многих утонченных религий жителей городов:

Числ., 25: 1–3. И Израиль… начал… блудодействовать с дочерями Моава, И приглашали они [моавитянки] народ к жертвам богов своих… И прилепился Израиль к Ваал-Фегору.

Ваал-Фегором («Владыкой горы Фегор») был, вероятно, Хамос.

Отступничество израильтян, согласно библейской истории, тут же было наказано бедствиями, обрушившимися на них, и суровыми мерами, принятыми Моисеем, который приказал убить идолопоклонников. Негодование авторов Библии вполне объяснимо: подобное поклонение чужим богам равносильно тому, как если бы наш современник вздумал во время войны отдавать честь вражескому флагу и распевать вражеские гимны.

Прегрешение сынов Израилевых, которые стали почитать Хамоса, воспринималось как катастрофа. Предполагалось, что часть моавитян (последовавших совету Валаама) умышленно использовала своих женщин, чтобы, прельстив сынов Израилевых, склонить их к вероотступничеству. Поэтому Моисей далее в этой главе говорит о чужестранках:

Числ., 31: 16. Вот они, по совету Валаамову, были для сынов Израилевых поводом к отступлению от Господа…

Память об этом инциденте впоследствии укрепила большинство непримиримых яхвистов в их убежденности против смешанных браков.

Галаад

После случая с Валаамом и совращения сынов Израилевых женщинами Моава можно было ожидать, что между израильтянами и Моавом разразится война. Но израильтяне напали на мадианитян, не тронув Моав. В Библии говорится, что племена мадианитян, жившие в восточной части пустыни, находились в союзе с Моавом против израильтян и вместе с моавитянами призывали Валаама. Мадианские женщины, как и моавитянки, соблазняли израильтян.

В этом повествовании о войне с мадианитянами есть разногласия, и обычно считается, что рассказ этот неисторичен. Возможно, он являлся религиозным вымыслом более позднего времени, созданным с целью скрыть безрезультатную войну, которая велась против Моава. Моав все же продолжал существовать и на протяжении веков удерживал в подчинении территорию к востоку от Мертвого моря. Избегая упоминания о какой бы то ни было войне с Моавом, авторы Библии тем самым продолжали поддерживать мнение, согласно которому израильтяне не нападали ни на одно из еврейских племен.

Но даже если они и не воевали с моавитянами, то оккупировали большую часть земель к востоку от Иордана и Галилейского моря. Эта область частично принадлежала аммонитянам, однако Библия умалчивает об их судьбе в те времена. О том, что израильтяне напали на аммонитян, в Библии не говорится, хотя территория, принадлежащая этому еврейскому народу, вскоре была захвачена израильскими племенами. На самом деле часть союза их племен держала эти земли под пристальным наблюдением еще при жизни Моисея, когда завоевание Ханаана еще, по сути, и не началось:

Числ., 32: 1. У сынов Рувимовых и у сынов Гадовых стад было весьма много; и увидели они, что… земля Галаад есть место годное для стад.

Границы Галаада точно не определены, но самая широкая его часть занимала всю территорию к востоку от Иордана.

В библейском повествовании упоминание о Галааде появляется еще раньше. Когда Иаков покинул Лавана и возвратился в Ханаан, Лаван стал преследовать его и настиг в Галааде, где состоялась их последняя беседа:

Быт., 31: 23. Тогда он [Лаван]… гнался за ним [Иаковом] семь дней, и догнал его на горе Галаад.

Гора Галаад могла иметь отношение к горной гряде, протянувшейся ниже восточного берега Иордана, или к заметно выступающей вершине этой гряды немного южнее реки Иавок и приблизительно в двенадцати милях к востоку от Иордана. Ее высота около 3600 футов.

Коленам Гада и Рувима, заявившим о желании получить в удел землю Галаад, пришлось вначале заверить Моисея, что они не собираются выходить из союза. Они должны были участвовать в завоевании Ханаана и возвратиться в свои владения в Трансиордании только после окончательного его покорения. Когда этот вопрос был улажен, Моисей позволил им поселиться в земле Галаад.

В результате эта земля оказалась разделенной между скотоводческими коленами Рувима и Гада. Рувим взял себе область к югу от Есевона и к северу от Моава, а Гад занял практически весь восточный берег Иордана. Васан достался большей части колена Манассии (другая часть которого заняла подходящую ей территорию в Ханаане).

В определенном смысле Трансиордания была хорошим местом: эта земля описывается как богатая и привлекательная. Но она была также и незащищенной. Рувим находился в постоянной тени Моава и быстро исчез из истории израильтян – возможно, ассимилированный моавитянами. Гад и Манассия подвергались набегам аммонитян и мадианитян, а позже, в последние дни царства Израиль, им пришлось выдержать основной удар более серьезного противника – сирийской и ассирийской армий.

Название Галаад могло образоваться от искаженного имени Гад (колено которого занимало большую часть этой территории). С другой стороны, в библейских родословных Галаад является внуком Манассии:

Числ., 26: 29. Сыны Манассии… от Махира родился Галаад…

Может существовать некая связь между этим эпонимом – предком людей, известных как «потомки Галаада», самой землей и фактом, что часть колена Манассии занимала некоторую область Галаада.

Точно так же, как Васан особо славился своими стадами, Галаад был известен смолами некоторых деревьев и кустарников, которые использовали для изготовления ароматных мазей и притираний, предназначенных для смягчения кожи, в качестве косметического средства, а также духов и благовоний.

Этот экстракт, или бальзам, высоко ценился. Когда братья Иосифа задумали продать его в рабство, они продали его купцам, которые

Быт., 37: 25. …шли из Галаада с верблюдами, несущими пряности, и бальзам, и мирру, направляясь в Египет.

Когда пророк Иеремия призывает людей вернуться к Господу, указывая, что исцеление от всех грехов находится в них самих, он задает метафорический (и риторический) вопрос:

Иер., 8: 22. Разве нет бальзама в Галааде?

Разумеется, ответ на этот вопрос ясен. Бог, заключает Иеремия, дает утешение Своему народу.

5. Второзаконие

Второзаконие

Пятая книга Библии начинается так:

Втор., 1: 1. Сии суть слова, которые говорил Моисей…

Начальные слова этой фразы на еврейском – «Елле гаддебарим» («Elleh haddebarim»), и ее усеченная форма, «Дебарим» («Debarim»), что означает «слова», дала название этой книге в еврейском тексте.

В ней не повествуется о дальнейшей истории израильтян. Целью книги является запись обращения Моисея к израильтянам, которое он сделал перед смертью, прежде чем евреи вошли в Ханаан. В своих речах Моисей вновь обращается к событиям Исхода и еще раз излагает основные законы, которые он получил на горе Синай⁴⁵.

Возможно, это послужило причиной того, что грекоговорящие переводчики Септуагинты дали название этой книге: «Deuteronomion» (то есть «второй закон»), и мы называем ее «Второзаконием» («Deuteronomy»).

На самом деле греческое название возникло ошибочно. В своих беседах Моисей предписывает будущим царям Израиля строгое соблюдение законов:

Втор., 17: 18–19. Но когда он [царь] сядет на престол царства своего, должен списать для себя список закона сего… И пусть он будет у него, и пусть он читает его во все дни жизни своей, дабы научался… исполнять все слова закона сего…

Слова из стиха 18 «список закона» были неправильно переведены в Септуагинте как «deuteronomion» («второй закон»), и таким образом возникло название этой книги.

Основное содержание Книги Второзакония относится не к Жреческому кодексу, не к «Яхвисту» и не к «Элохисту», а представляет собой четвертый важный источник Шестикнижия. Весьма похоже, что Второзаконие – это одна из книг Шестикнижия, существовавшая в своем настоящем виде еще до вавилонского пленения.

Во всяком случае, Второзаконие (или часть его) отождествляется с «книгой закона», обнаруженной в храме в 621 г. до н. э., во время царствования Иосии:

4 Цар., 22: 8. И сказал Хелкия первосвященник Шафану писцу: книгу закона я нашел в доме Господнем…

Это случилось, когда в царстве усилилась борьба между светской и духовной властью, и два последних периода царствования были гибельными для яхвистов.

На троне тогда находился молодой восприимчивый царь Иосия, и, возможно, кое-кому из священников пришло в голову истолковать законы (которые, по мнению яхвистов, должны были направлять царей и народ) соответствующим образом, внеся в них записи, подчеркивающие значимость именно религиозной их стороны. Этот документ в виде «книги закона» затем счастливо «обнаружился» в храме и был доставлен царю. К учению, вложенному в уста Моисея, отнеслись как к ценной древности, и, убедительно преподнесенное, оно должно было произвести на царя впечатление.

Все так и произошло, и замысел священников успешно осуществился. До этих пор яхвисты были незначительной сектой, нередко подвергавшейся гонениям, а порой, в опасные для них моменты, и вовсе исчезавшей. Теперь же яхвизм впервые приобрел влияние и, благодаря содействию Иосии, который с энтузиазмом отнесся к этому, стал официальной религией страны.

После смерти Иосии произошло отступление от этой веры, но яхвизм уже достиг значительного влияния, чтобы выдержать все испытания наступившего вскоре вавилонского пленения. На протяжении всего этого периода священники-яхвисты, собирая воедино древние предания и систематизируя законы, включили Второзаконие практически в неизмененном виде в Шестикнижие.

Ханаан перед завоеванием

После вавилонского пленения яхвизм, который прежде исповедовала незначительная секта, стал иудаизмом – национальной религией еврейского народа. С тех пор посредством дочерних религий – христианства и ислама – яхвизм стал господствующей религией более миллиарда людей. И если Второзаконию уделяется в этой книге не столь много внимания, ибо в основном оно не связано с историей, это вовсе не означает, что в некотором отношении оно не может быть не признано важнейшей частью Библии – а возможно, и всей мировой культуры.

Ливан

Моисей начал перечисление событий с Синая, когда Бог повелел сынам Израилевым направиться в Ханаан. Бог определил границы Ханаана, предназначенного им, и сыны Израилевы находились перед ними, но границы эти были все еще недосягаемы, особенно на севере (их они достигнут лишь спустя два столетия после завоевания, причем на короткое время, в период высшего расцвета могущества Израиля):

Втор., 1: 7–8. …к Ливану… до… реки Евфрата; Вот, Я даю вам землю сию…

Первоначально местоположение Ливана определялось двумя горными цепями к северу от Ханаана, параллельно протянувшимся к Средиземноморскому побережью: одна из них – не доходя до побережья приблизительно на двадцать миль, другая – на сорок, и каждая длиной около ста миль. Они выше гористой местности Ханаана, и у них есть несколько вершин высотой до двух миль. Из-за этих снежных вершин Ливанские горы более известны, чем любые возвышенности Ханаана, и, очевидно, именно поэтому горные цепи и местность, в которой они находятся, получили свое название. Слово «Ливан» («Lebanon») образовано от еврейского слова «белый».

Греки, исказив слово «Lebanon», назвали протянувшуюся ближе к морю горную гряду «Libanus», а более удаленную от моря – «Anti-Libanus». Между ними находится долина шириной около десяти миль, которую греки назвали «Coele-Syria», что буквально означает «долинная Сирия», а в более свободном переводе – «Сирийская долина».

В послебиблейские времена в местности среди ливанских горных цепей обитала христианская секта маронитов, которая просуществовала (временами подвергаясь жестоким гонениям) на протяжении многих веков мусульманского владычества. Когда Ливан освободился от турецкого господства, Франция (для которой Сирия стала подмандатной по распоряжению Лиги Наций) объявила его отдельной от Сирии областью – из-за различия их религий. В 1944 г., когда подмандатные территории получили независимость, этот регион стал отдельным независимым государством, Республикой Ливан. Современный Ливан – небольшое государство, расположенное к северу от современного Израиля.

Ливан славился кедровыми лесами – так же как Васан своими стадами и дубами, а Галаад бальзамом. Ароматная кедровая древесина служит великолепным строительным материалом. Соломон возвел храм и свой дворец в основном из кедра:

3 Цар., 7: 2. И построил он дом [свой дворец] из дерева Ливанского… на четырех рядах кедровых столбов; и кедровые бревна положены были на столбах.

Кедр считался особым деревом, великолепным и величественным, царем леса, соперничающим с дубом.

Во времена Судей была убита вся семья Иофама, и он, единственный уцелевший, обратился к тем, кто содействовал ее уничтожению. Он рассказал легенду, из которой можно было понять, что страной сейчас правят худшие люди. В ней говорилось, что такое ничтожное растение, как терновник, одержимый тщеславием, без колебаний нападает на более сильное и благородное дерево. Он угрожает, если его не выберут царем деревьев:

Суд., 9: 15. …если же нет, то выйдет огонь из терновника и пожжет кедры Ливанские.

Подобно этому, Исаия предупреждает надменных и заносчивых, чтобы те остерегались Божьего суда (в «день Господа»), используя ливанские кедры и дубы Вассана как символ высокомерной гордыни.

Ис., 2: 12–13. Ибо грядет день Господа… на все гордое и высокомерное… И на все кедры Ливанские… и на все дубы Васанские.

Красота и аромат кедров и их древесины, использование этих деревьев при строительстве храмов и дворцов придавали всему Ливану особое очарование, и этим очарованием исполнена Песнь песней Соломона:

Песн., 4: 8. Со мною, с Ливана, невеста!..
Песн., 4: 11. …благоухание одежды твоей подобно благоуханию Ливана!

И о возлюбленной здесь говорится:

Песн., 4: 15. Садовый источник – колодезь живых вод и потоки с Ливана.

Кафтор

Моисей продолжает описывать путь, которым сыны Израилевы направились от Синая к Иордану, прерывая это описание рассказами о предыстории Ханаана. Он сообщает о племенах, изгнанных со своих земель вторгшимися идумеями, моавитянами и аммонитянами (предположительно во времена правления Эхнатона). Согласно легендам, люди этих древних племен изображаются великанами.

Однако среди них были авеи, которых вытеснил вовсе не еврейский народ:

Втор., 2: 23. ИАвееев, живших в селениях до самой Газы, Кафторимы, исшедшие из Кафтора, истребили, и поселились на месте их.

Область, о которой здесь идет речь, – это прибрежная равнина южного Ханаана. Так, считается, что город Газа находился у южного края местности, в последующий период израильской истории считавшейся территорией филистимлян. Филистимляне захватили ее во времена Исхода или незадолго до него и затем владели ею в течение столетий. По-видимому, под «кафторимами» подразумевались филистимляне.

Как в дальнейшем свидетельствует Библия, это подтверждается словами Бога, которые передает пророк Амос:

Ам., 9: 7. …Не Я ли вывел… Филистимлян – из Кафтора…

Об этом же говорит и Иеремия:

Иер., 47: 4. …Господь разорит филистимлян, остаток острова Кафтора.

Но где же находился Кафтор?

В отличие от других народов, основавших свои царства в разных частях Ханаана и соседних землях, «кафторим» (филистимляне) обосновались на побережье. Они вторглись сюда скорее со стороны моря, чем из Аравии. По-видимому, они действительно были одним из «народов моря», которые в период царствования Мернептаха вторгались на побережье Египта. Это может быть важным для определения местонахождения Кафтора, так как «народы моря» были, хотя бы отчасти, выходцами из Греции.

Их происхождение подтверждается фактом, что израильтяне всегда говорили о филистимлянах как о «необрезанных». Обрезание существовало также у древних египтян и среди большинства семитских племен западной части Плодородного Полумесяца (у последних, возможно, в результате культурного влияния Египта).

Как говорится в Библии, Авраам был обрезан лишь в преклонном возрасте:

Быт., 17: 24. Авраам был девяноста девяти лет, когда была обрезана крайняя плоть его…

Но, согласно Библии, Авраам происходил из восточных семитов. Его обрезание может рассматриваться как принятие им западносемитского обряда.

У филистимлян же обрезание не практиковалось, следовательно, они не принадлежали ни к египетской, ни к западно-семитской культуре, и это с высокой степенью достоверности позволяет предположить, что они были греками.

Но как же складывалась ситуация в греческом мире во времена Исхода и после него?

Около 2000 г. до н. э., во времена Авраама, греки пришли на полуостров, который сейчас называется Грецией. К югу от него (приблизительно в 60 милях от юго-восточной оконечности Греции) они обнаружили на острове Крит уже развитую цивилизацию. Это была минойская цивилизация, названная так по имени легендарного царя Крита Миноса.

Греки заняли полуостров Грецию и переняли минойскую культуру, построив здесь хорошо укрепленные города. Цивилизацию этих древних греков называют микенской, так как их главным городом были Микены.

Микенцы значительно распространились, усваивая исчезающую минойскую культуру, и к 1400 г. до н. э., незадолго до прихода к власти Эхнатона, минойцы уже не представляли собой отдельного народа. Даже на самом Крите преобладал греческий язык.

Вскоре после 1400 г. до н. э. микенцы стали испытывать натиск новых волн варваров из глубинных районов, в том числе менее цивилизованных племен грекоговорящих народов. Среди микенцев началось смятение. Люди, объединяясь в вооруженные отряды, пытались найти новые места обитания, когда их собственные подвергались разорению, или просто искали новые земли взамен своих, жизнь в которых становилась все более опасной. Это и образовывало мощную лавину «народов моря».

Микенцы материковой Греции, находясь вблизи Малой Азии, захватили ее. Похоже, что история Троянской войны явилась отголоском этого вторжения. Троянская война могла послужить началом повсеместных волнений, всколыхнувших этот полуостров, что и привело к окончательной гибели империю хеттов.

Могли ли затем вооруженные отряды критян направиться к югу в сторону Египта и к востоку в Ханаан и мог ли Кафтор оказаться островом Крит? К этому мнению склоняется большинство ученых-библеистов.

Конечно, не все, что касается филистимлян, является греческим. Их язык и обычаи в основном были семитскими, а города, цари и боги носили семитские имена. В определенной степени это могло быть следствием усвоения филистимлянами западносемитской культуры после их вторжения в Ханаан, но могло также и указывать, что первоначально туда вторглись – по крайней мере частично – семиты.

Однако возможно ли это? Пожалуй, да, если даже Кафтор – это Крит. Согласно греческим мифам, критский царь Минос был сыном Европы, царевны из той части Ханаанского побережья, которую греки называли Финикией. Ханаанскую царевну привез на Крит Зевс, принявший облик быка.

Возможно, это мифологическая реминисценция, относящаяся к тому периоду, когда между минойцами и хананеями процветали торговля и культурный обмен. Минойская цивилизация могла даже частично происходить от более древней цивилизации Ханаана.

И связи эти были не такими отдаленными, как может показаться. И минойцы, и хананеи в те времена были мореходами. В период расцвета минойской цивилизации морской флот Крита господствовал в Восточном Средиземноморье. Критские корабли доставляли минойские товары на Кипр, находившийся в 350 милях к востоку, и критяне несли минойскую культуру на этот остров и в южные области побережья Малой Азии, которые могли находиться всего в 50 милях севернее Кипра. Хананейские (финикийские) колонии основывались также и на Кипре, и в библейские времена культура Кипра оставалась частично греческой, частично ханаанской.

Могли ли языковые культуры израильтян и греков, одинаково наследовавших сплав минойско-ханаанской культуры, быть родственными? Многих археологов привлекало такое удивительное предположение.

Могло ли также произойти, что «кафторим», вторгшиеся на южное побережье Ханаана, прибыли не с отдаленного Крита, а из гораздо ближе расположенного Кипра и окружающих его областей? В этом случае Кафтор должен быть Кипром, и захватчики могли принадлежать к минойско-ханаанской культуре с ее семитским языком и вместе с тем с отсутствием обычая обрезания.

Некоторый ключ к разгадке дает факт, что в египетских надписях словом «Кафто» обозначается область, включающая, очевидно, южное побережье Малой Азии. Однако, с другой стороны, в Ветхом Завете жители Кипра, по-видимому, называются «хиттим» или «киттим».

Вероятно, это название происходит от «Китион» (латинское «Citium») – имени города на юго-восточном побережье Кипра, главного центра ханаанской (финикийской) культуры на этом острове. Возможно, название этого города в конце концов распространилось на весь остров, вытеснив прежнее – «Кафтор»⁴⁶.

Гора Ермон (Хермон)

Далее Моисей повествует, как израильтяне завоевали Васан, местность вблизи Есевона, и победили васанского царя Ога:

Втор., 3: 8. И взяли мы… землю сию… от потока Арнона до горы Ермона…

Гора Ермон (Хермон) служит хорошим пограничным знаком для северного края Ханаана, поэтому сказать «у горы Хермон» – это все равно, что «у северной границы Ханаана». Эта гора, приблизительно в 40 милях севернее Галилейского моря, – самый высокий пик горной гряды Антиливана, высотой 9232 фута. Современное арабское название этой горы – Джебел-эс-Шейх, она находится на границе между Ливаном и Сирией, приблизительно в 15 милях к северо-востоку от северной границы современного Израиля.

Равва

В рассказе об окончательной победе над Огом упоминается его гигантский одр:

Втор., 3: 11. …одр его, одр железный, разве он не в Раеве, у сынов Аммоновых?..

Этот город иногда упоминается как Равва-Аммон, чтобы отличить его от других городов с таким же названием.

Равва находилась приблизительно в пятнадцати милях к северо-востоку от Есевона. Это был главный город аммонитян, имевший важное значение для Трансиордании. И даже когда племя аммонитян уже давно исчезло, память о нем сохранилась здесь. Этот город под названием Амман существует и поныне, сейчас это столица Иордании.

Гора Гаризим

Вновь перечислив заповеди, переданные ему на горе Синай, Моисей предупреждает сынов Израилевых, что они будут благословенны, если станут хранить и соблюдать эти законы, в противном же случае будут прокляты и погибнут. Когда они войдут в Ханаан, в землю, обещанную им Богом, то должны принять заповеданные им законы, совершив торжественный ритуал в особом месте:

Втор., 11: 29. …тогда произнеси благословение на горе Гаризим, а проклятие на горе Гее ал.

Гаризим и Гевал – это две горы, расположенные по краям узкой долины, в которой находился Сихем. Гаризим возвышался на южной стороне Сихемской долины, а Гевал – на северной. Это не очень высокие горы, прежде они были немного ниже 300 футов, а затем стали чуть выше.

В дальнейшем, в 27-й главе Второзакония, Моисей подробно излагает, как после завоевания Ханаана колена Израилевы должны расположиться на горах Гаризим и Гевал, и одна их часть будет благословлять народ, а другая произносить проклятие. В этом, несомненно, отражено религиозное значение области Сихема доизраильских времен и тот дух святости этого места, который не исчез даже после израильского вторжения. Особенно это верно в отношении горы Гаризим, связанной с благословением израильского народа.

У евреев более поздних времен все святые места постепенно теряли свое значение, и в конце концов главной их святыней стал Иерусалимский храм. Но гора Гаризим продолжала оставаться священной для секты самаритян, существовавшей здесь во времена Нового Завета.

Велиар

Моисей не прекращал предостерегать израильтян об опасности появления ложных пророков и о тех, кто будет призывать поклоняться чужим богам. Он предупреждает, что появились

Втор., 13: 13. …чада Велиаровы… говоря: «пойдем и будем служить богам иным…»

Буквальное значение слова «Велиар» – «бесполезный», нечто никчемное и пустое; и «чада Велиаровы» – это те, чьи взгляды и мнения ничтожны, поэтому их не стоит слушать.

То, что считается ничтожным, легко счесть дурным и нечестивым. Подобные примеры существуют в английском языке. Слово «naughty» первоначально означало «пустой», «бесполезный» или то, что «ничего не стоит», но затем оно приобрело смысл: «порочный», «нечестивый» (хотя сегодня этим словом могут даже называть трудных детей).

Использование слова «Велиар» непереведенным, особенно если оно оставлено с прописной буквы, как в Библии короля Якова, вызывает искушение считать Велиара злым духом, возможно, даже самим дьяволом. Текст Исправленного стандартного перевода, где «чада Велиаровы» заменены на «нечестивые люди», позволяет избежать этого.

Однако не только в наши дни считают, что Велиар – это имя дьявола. Во времена Нового Завета евреи пришли к такому же мнению, и слово «Велиар» стало синонимом Сатаны. Так, во Втором послании к коринфянам апостол Павел спрашивает:

2 Кор., 6: 15. Какое согласие между Христом и Велиаром?..

Святые

Последние слова, которые произносит Моисей во Второзаконии, – это настоящая поэма, кратко характеризующая все колена Израилевы, восхваляющая их и предсказывающая роль, предназначенную им во времена царств. Это «благословение Моисея» начинается с обращения к Богу:

Втор., 33: 2. Он [Моисей] сказал: Господь пришел от Синая и открылся им от Сеира, воссиял от горы Фарана и шел со тьмами святых…

Слово «святой» («saint») образовано от латинского «sanctus». Это то, что священно, предназначено Богу и не принадлежит мирской жизни. Слово «святые» в этом стихе Второзакония – перевод еврейского слова «кадеш» («kadesh»), но оно может означать либо «святой человек», либо «святое место». Так, городом, в котором израильтяне остановились на долгие годы, был Кадес-Барнеа («святое место Барнеа»).

Возможно, в свете традиционного для еврейской поэзии параллелизма одно и то же место, в котором являлся Бог, называется здесь разными именами: Синай, Сеир, Фаран и, наконец, Мериват-Кадес (область вблизи Кадес-Барнеа). Последнее место действительно существовало и упоминается всего четырьмя стихами ранее, но под несколько измененным названием:

Втор., 32: 51. …ты [Моисей] согрешил против меня [Бога] среди сынов Израилевых при водах Мерива-Кадеша.

Таким образом, название места, переведенное как «тьма святых», дает неправильную картину. В Псалтире выражение «святые» обычно относится к благочестивым добродетельным людям, к праведникам и является переводом слова «хасид» («hasid») – «благочестивый».

Пс., 31: 11. Веселитесь о Господе и радуйтесь, праведные…

Во время преследования евреев селевкидским царем Антиохом IV, в 170 г. до н. э. и позже, они стали считать себя богоизбранным народом, которого окружают толпы идолопоклонников. Все верующие иудеи были кадеш, что в переводе могло означать «святые». Когда пророк Даниил предсказывает, что евреи в конечном счете будут спасены и восторжествуют в Царстве Божием, он говорит:

Дан., 7: 18. Потом примут царство святые Всевышнего…

В Новом Завете апостол Павел точно так же относится к притесняемым ранним христианам. Для него, пишущего на греческом языке, они являются oi hagioi («святыми»):

Фил., 1: 1. Павел и Тимофей… всем святым… находящимся в Филиппах…

Благословение Моисея

Подобно благословению Иакова, благословение Моисея, по-видимому, было совокупностью традиционных речений, ретроспективно вложенных в уста более древнего персонажа. Из этих двух благословений Моисеево представляется более поздним и, следовательно, приписывается более позднему лицу.

Прежде всего, благословляя Иосифа, Иаков не упоминает отдельные колена Ефрема и Манассии. В благословении же Моисея говорится:

Втор., 33: 17. …это тьмы Ефремовы, это тысячи Манассиины.

Факт, что Иосиф и Левий получили наиболее полное и самое восторженное благословение, должен свидетельствовать, что эти высказывания были собраны и приведены к окончательной форме священниками северного царства Израиль, где преобладали колена Иосифа и в особенности «тьмы» более многочисленного Ефремова колена. В таком случае это могло произойти перед гибелью северного царства в 722 г. до н. э.

Краткое и довольно сдержанное благословение колена Иуды служит тому подтверждением:

Втор., 33: 7. …руками своими да защитит он себя, и Ты будь помощником против врагов его.

О царствовании Иуды не упоминается вообще. И это естественно, если благословение приобрело окончательную форму в северном царстве, когда, уже отделившись от Иудеи и выйдя из-под его господства, оно, безусловно, могло не признавать законность династии Давида. В благословении Иакова, однако, много говорится о правлении Иуды, что может указывать на составление его во времена еще неразделенного царства – возможно, около 950 г. до н. э.

Благословение Моисея предвещает последующий упадок колен Рувима и Симеона, о чем уже говорилось в более раннем благословении Иакова.

Симеон вообще не упоминается в благословении Моисея. Это колено, утратив свою самобытность, вошло в состав колена Иуды, и сведений о нем в северных источниках нет. О Рувиме лишь говорится:

Втор., 33: 6. Да живет Рувим, и да не умирает, и да не будет малочислен!

Но здесь как раз умалчивается истинное положение, так как второе слово «не» было добавлено благочестивыми переводчиками Библии короля Якова, которые не могли допустить, чтобы из уст Моисея прозвучало что-либо, похожее на проклятие. Тем не менее, в еврейском оригинале второе слово «не» отсутствует.

Католический вариант перевода этого стиха: «Да живет Рувим и не умирает, но пусть будет малочислен». Это отражает реальную ситуацию раннего периода колен Израилевых, а ко времени образования царства колено Рувима исчезло, поглощенное моавитянами.

Благословив сынов Израилевых, Моисей взошел на гору Нево (на вершину горы Фасги), увидел весь Ханаан, куда Господь не позволил ему войти, и умер там. Здесь же, в земле моавитян, он и был погребен. Богатая событиями жизнь великого вождя и пророка еврейского народа пришла к концу. На этом и заканчивается Книга Второзакония.

6. Книга Иисуса Навина

Иисус Навин

В еврейской Библии первые пять книг (Закон) составляют один из трех крупных разделов Ветхого Завета. Следующий раздел включает в себя двадцать одну книгу, которые вместе составляют Пророков. Первые шесть из них, по преимуществу исторические, – это «ранние пророки», и начальная книга – Книга Иисуса Навина, названная так по имени преемника Моисея, чьи деяния составляют основное содержание описываемых событий⁴⁷.

Однако Книга Иисуса Навина возникла из тех же источников, что и первые пять книг Закона, и была окончательно оформлена, очевидно, в то же самое время и теми же священниками, и основная идея Пятикнижия доведена в ней до кульминации. Поэтому многое в ней подтверждает, что первые шесть книг (Шестикнижие) являются единым целым. (Раввинской традицией, согласно которой Иисус Навин сам написал эту книгу, можно пренебречь.)

Книга Иисуса Навина представляет собой идеализированное описание завоевания Ханаана – во исполнение обета, данного Богом потомкам Авраама, о чем говорилось в Бытии.

Здесь описывается, как под предводительством единого вождя, в ряде блестяще проведенных военных походов, войско израильтян завоевывает всю ханаанскую землю. На самом деле, как явствует из других свидетельств Библии, завоевание проходило гораздо менее организованно, медленно и не столь безупречно. И все же основные эпизоды книги Иисуса Навина, тщательно отредактированные благочестивыми священниками во времена вавилонского пленения (приблизительно через семь столетий после описания этих завоеваний), вполне могут воспроизводить предания, повествующие о реальных событиях.

Иерихон

Книга Иисуса Навина начинается откровением Господа Иисусу, сыну Навина, военному помощнику Моисея, которого он избрал своим преемником. Теперь, после его смерти, Иисус Навин стал предводителем своего народа. По имени этого Иисуса и названа шестая книга Библии.

Иисус Навин сразу же начал готовиться к захвату Ханаана.

Иис. Нав., 2: 1. И послал Иисус… из Ситтима двух соглядатаев тайно, и сказал: пойдите, осмотрите землю и Иерихон…

Иерихон был хорошо укрепленным городом в Иорданской долине, в пяти милях к западу от самого Иордана и приблизительно в пятнадцати к северо-востоку от Иерусалима. Он располагался в долине с субтропическим климатом, находящейся ниже уровня моря на 850 футов.

В этом месте люди жили с древнейших времен, здесь сохранились следы существования города еще за пять тысячелетий до н. э. Город, который предстал перед Иисусом Навином, мог быть уже третьим построенным на этом месте; прежние два были разрушены⁴⁸.

Городские поселения – один из основных признаков того, что можно считать цивилизацией (само слово «цивилизация» произошло от латинского «городской житель», то есть «горожанин»). Чтобы построить город, даже примитивный, из глины, по площади не больше современного городского квартала, необходим определенный уровень технологии и совместные усилия населения. Трудно даже представить, что, когда Авраам пришел в Ханаан, там уже не менее трех тысяч лет существовала цивилизация!

Эта цивилизация могла быть и намного старше. В районе Плодородного Полумесяца были обнаружены более древние города. В 1966 г. археологи из университета Торонто сообщили, что в области верхнего течения Евфрата они нашли место с остатками строений, которые могли быть возведены еще в 8500 г. до н. э. По сравнению с этой датой египетские пирамиды кажутся современными постройками, а Авраам – почти нашим современником.

Иерихон, который открылся перед Иисусом Навином, был действительно хорошо укреплен. Среди руин, принадлежавших, как полагают, ханаанскому Иерихону, найдены остатки стен толщиной от двенадцати до четырнадцати футов. Однако лазутчики, посланные Иисусом Навином, обнаружили, что боевой дух жителей города очень слаб. Они легко нашли там приют у блудницы Раав, которая, понимая неизбежность нападения израильтян, решила предать город в обмен на обещание безопасности⁴⁹. Раав говорит:

Иис. Нав., 2: 9. …вы навели на нас ужас, и все жители земли сей пришли от вас в робость.

Когда лазутчики доставили эти новости Иисусу Навину, у него не осталось сомнений, что город с его лишенными мужества защитниками можно смело атаковать. И он тут же стал готовиться к нападению.

Галгал

Иисус Навин приказал войску израильтян выйти из Ситтима, где они расположились лагерем, милях в пяти к востоку от Иордана. Двинувшись на запад, он перешел Иордан (который, согласно Библии, расступился перед ним, как Красное море перед Моисеем). Иисус призвал двенадцать человек, по одному от каждого колена Израилева, и приказал им взять по одному камню из русла Иордана – в память о том, как расступились его воды перед ковчегом завета, когда сыны Израилевы переходили реку.

Иис. Нав., 4: 19–20. И вышел народ… и поставил стан в Галгале, на восточной стороне Иерихона. И двенадцать камней, которые взяли они из Иордана, Иисус поставил в Галгале.

Слово «галгал» («gilgal») означает «круг камней». Существует несколько мест под этим названием, которое упоминается в Библии. Для людей каменного века круги из больших камней имели религиозное значение. Самый известный и самый большой из дошедших до нас (по крайней мере, частично) подобных кругов – Стоунхендж в Англии. Сейчас считается, что он мог служить своеобразным календарем для определения таких явлений, как лунные затмения; но в примитивной культуре астрономия и религия были тесно связаны, поэтому нетрудно предположить, что Стоунхендж использовался также и в религиозных целях.

Самый известный Галгал в Ханаане – тот, о котором упоминается в Книге Иисуса Навина, 4: 19. Принято считать, что он находился в пяти милях от Иерихона по направлению к Иордану. Вполне вероятно, что круг камней, который дал название этой местности, относился еще к ханаанским временам и играл свою роль в религии Ханаана. Тот дух святости, который исходил от него даже после завоевания Ханаана, был бы невыносим для яхвизма, если бы каким-то образом не согласовался со взглядом иудейских священников на историю. Эта способность ассимилировать более ранние представления характерна для развитых религий. Ислам перенял у язычества поклонение Каабе и представление о Мекке как о святом месте, у христиан празднование Рождества слилось с древними языческими обрядами, посвященными зимнему солнцестоянию.

В данном же случае круг камней связывался с переходом Иисуса Навина через Иордан. Да и сам факт, что число камней, несомненно, символизировало двенадцать колен Израилевых, указывал на израильское происхождение этого круга. Астрономический цикл времен года равен приблизительно двенадцати циклам лунных фаз, поэтому год состоит из двенадцати месяцев. Таким образом, число 12 могло иметь огромное значение для земледельческого общества. Например, двенадцать знаков зодиака располагались в таком порядке, чтобы разграничивались месяцы, когда солнце проходит по своей орбите в течение года. Некоторые пытаются соотнести двенадцать колен Израиля с двенадцатью знаками зодиака, но это уже слишком. Бывают же и просто совпадения.

Стена (Иерихона)

Осада Иерихона, как описывается в Библии, сопровождалась ритуальными шествиями, во время которых один раз в день вооруженные люди обходили вокруг города. Вместе с ними шли семь священников, они несли ковчег завета и трубили в трубы. Это продолжалось в течение шести дней, а на седьмой израильтяне обошли город семь раз (очевидно, по современным стандартам город был небольшой). Закончив обход,

Иис. Нав., 6: 19 …воскликнул народ громким голосом; и обрушилась стена города…

Это можно счесть чудом, если воспринимать библейский рассказ буквально, но те, кто пытается найти естественное объяснение произошедшему, нередко высказывают предположение, что стены Иерихона могли рухнуть из-за землетрясения. Если так, то это было особо удачно приуроченное землетрясение.

На самом деле, нетрудно предположить, что обход города имел точно рассчитанную тактическую цель. Прежде всего, это могло способствовать дальнейшему подавлению воли защитников города, ибо мрачное величественное кружение вокруг стен Иерихона, словно опутывающее его какой-то сверхъестественной сетью, могло вселять ужас в осажденных: ведь захватчики, похоже, призывали своего могущественного Бога, от которого можно было ожидать чего угодно. Правителям Иерихона с трудом удавалось удерживать горожан от немедленной капитуляции.

Кроме того, защитники, будто завороженные медленным шествием вокруг города и приводящими в трепет звуками труб, могли не заметить действий саперов Иисуса, производящих подкоп под городские стены⁵⁰.

Так пал Иерихон. Город был побежден и, как рассчитывали завоеватели, разрушен навсегда.

Иис. Нав., 6: 25. В то время Иисус поклялся и сказал: проклят пред Господом тот, кто восставит и построит город сей Иерихон…

В истории не раз случалось, что враги, разрушая города, объявляли «проклятыми» места, где они располагались (на них запрещалось возводить какие-либо постройки). Наиболее известный случай, о котором в Библии не упоминается, произошел с Карфагеном, самым крупным и сильным городом хананеев (он был финикийской колонией). Карфаген сражался в трех Пунических войнах⁵¹ с Римом, которые длились более столетия, и однажды едва не оказался победителем⁵². Когда в 146 г. до н. э. Карфаген наконец был взят, то по приказу римского сената его разрушили до основания, а само место, где он располагался, объявили «проклятым» и навсегда запретили восстанавливать город.

Однако города не строились где придется. Обычно они размещались вблизи морских гаваней, у речных переправ или в других местах, где можно было контролировать торговые пути. Население правильно расположенных городов процветало, поэтому вряд ли такое место могло навсегда оставаться пустым, какое бы проклятие ни лежало на нем.

Так спустя немногим более столетия Карфаген опять был отстроен. Римский Карфаген процветал на протяжении шести веков – почти столько же, что и существовавший до него финикийский город.

Пришло время, и Иерихон был построен заново, почти на том же проклятом месте⁵³. Во времена царя Ахава, спустя три столетия после Иисуса Навина, из руин поднялся новый, израильский Иерихон, и он благополучно существовал во времена Нового Завета. Этот новый Иерихон был разрушен персами и арабами в VII в. н. э., но через четыре столетия крестоносцы вновь отстроили его.

Этот последний Иерихон существует по сей день, и в его арабском названии – Эриха – сохранился отголосок первоначального имени города.

Гай (Ай)

После падения Иерихона Иисус Навин продолжал продвигаться на запад, в сердце центрального Ханаана.

Иис. Нав., 7: 2. Иисус из Иерихона послал людей в Гай, что… с восточной стороны Вефиля…

Гай (Ай) находился в двенадцати милях северо-восточнее Иерихона, а еще в двух милях от него был расположен Вефиль – важный библейский город, в котором Иакову приснился сон о лестнице. Эти два города либо находились под общим управлением, либо действовали в союзе против израильтян.

Захватчики, поначалу чувствовавшие себя уверенно, атаковали Гай незначительными силами и были разбиты. Тогда Иисус Навин тщательно спланировал действия. Он устроил вблизи Гая засаду, а сам со всем войском двинулся к городу. Когда жители выступили против израильтян, Иисус сделал вид, что терпит поражение, и приказал воинам прекратить наступление и бежать. Теперь самонадеянность подвела уже жителей Вефиля и Гая; они бросились в погоню, оставив город без защиты. Значительно отдалившись, они оглянулись и увидели, что город охвачен пожаром – его подожгли ворвавшиеся туда из засады воины Иисуса Навина. Израильтяне, убегавшие от хананеев, вступили в бой, а когда те попытались вернуться в город, он уже оказался занят врагом. Жители Гая были уничтожены, а город взят, сожжен и разрушен. В отличие от Иерихона, он никогда уже не был восстановлен.

Затем в Библии рассказывается, как израильтяне поднялись на гору Гаризим и гору Гевал для ритуального провозглашения благословения и проклятия, как заповедал им Моисей перед смертью. Вряд ли подобное могло осуществиться в самом начале завоевания Ханаана, а не в тот период, когда он оказался под более или менее полным контролем. Однако авторы Второзакония, в назидание своим современникам, стремились показать, насколько безоговорочно сыны Израиля подчинялись повелениям Моисея, и поэтому вставили отрывок, описывающий это событие, при первой же возможности.

Гаваон

Две победы израильтян – над Иерихоном и Гаем – крайне встревожили весь Ханаан. И в особенности Гаваон.

Иис. Нав., 9: 3–4. Но жители Гаваона, услышав, что Иисус сделал с Иерихоном и Гаем, Употребили хитрость…

Едва ли можно порицать их. Гаваон располагался приблизительно в семнадцати милях к западу от Иерихона и в пяти милях от Гая, и вполне вероятно, что он был следующей целью израильтян.

Гаваон в те времена был крупным городом, но теперь на его месте находится небольшая деревушка с арабским названием Эль-Джиб. Населяли Гаваон евеяне, одно из племен, которому, как говорится в ранних книгах Библии, суждено было оказаться покоренным израильтянами. Во времена патриархов евеяне владели также и Сихемом.

Жители Гаваона «употребили хитрость»: облачившись в ветхую, латаную одежду и взяв с собой заплесневелый хлеб, они отправились в стан израильтян. Явившись к Иисусу Навину в его лагерь в Галгале, они представились послами далекой страны и предложили заключить союз. Союз был заключен, и позже, когда обман раскрылся, Гаваон все же не был разрушен и его жителям сохранили жизнь, так как израильтяне не стали нарушать данную ими клятву. Но разгневанный Иисус Навин проклял их и обрек на вечное рабство⁵⁴.

Трудно понять, как жителям Гаваона удалось провести Иисуса Навина, и поверить, что жестокие израильские захватчики могли соблюдать договор, заключенный обманом. Однако авторам Книги Иисуса Навина, описывающим идеальное и полное завоевание Ханаана, нужно было дать объяснение тому известному факту, что во времена Давида и Соломона некоторые ханаанские города сохранили определенную независимость. Рассказ о хитрости жителей Гаваона дал возможность сделать это, не умаляя военной славы Иисуса Навина.

Аиалон

Переход Гаваона на сторону израильтян привел к очередному ряду их ударов по Ханаану. Мелкие южные царства под предводительством крупных городов Иерусалима и Хеврона объединились в союз против общего врага и двинулись на Гаваон.

Иисус Навин быстро пришел со своими силами ему на помощь и в крупном сражении победил ханаанских царей. От полного разгрома их могла спасти только ночная тьма. И тут произошло одно из наиболее известных событий, описываемых в Библии:

Иис. Нав., 10: 12–14. Иисус воззвал… стой, солнце, над Гаваоном, и луна, над долиною Аиалонскою! И остановилось солнце, и луна стояла… солнце… не спешило к западу почти целый день… И не было такого дня ни прежде ни после того…

Аиалон – город, находившийся приблизительно в десяти милях к западу от Гаваона.

Как говорится в Библии, день битвы был чудесным образом продлен, чтобы израильтяне могли успешно завершить сражение. В течение двадцати пяти столетий со времен Иисуса Навина многие продолжают толковать стихи этой главы буквально.

Вслед за описанием этого сражения Библия рассказывает о полной победе Иисуса Навина над южным Ханааном, где он захватил ряд городов в той области, которая позже станет землей колена Иуды. Хеврон также был взят, но об Иерусалиме вообще не упоминается – и неудивительно, потому что он оставался независимым ханаанским городом вплоть до времен царствования Давида.

Мером

Теперь настала очередь городов северного Ханаана объединяться в союз против Иисуса Навина.

Иис. Нав., 11: 5. И собрались все цари сии, и пришли и расположились станом вместе при водах Меромских, чтобы сразиться с Израилем.

Река Иордан на протяжении своего течения проходит через три внутренних водных бассейна. Самый южный и самый большой из них, конечно, Мертвое море. Около шестидесяти пяти миль к северу от Мертвого моря находится Галилейское море, а приблизительно милях в двенадцати еще дальше к северу – озеро Хуле. Именно его обычно считают «водами Меромскими». Это наименьший из трех водных бассейнов, связанных с Иорданом: длиной он всего четыре мили, а шириной – три с половиной.

Сидон

У Мерома Иисус Навин одержал еще одну крупную победу, что описывается как значительное продвижение израильтян далеко на север Ханаана.

Иис. Нав., 11: 8. И предал их Господь в руки Израильтян, и поразили они их, и преследовали их до Сидона великого…

Сидон – город на Средиземноморском побережье, приблизительно в 130 милях севернее Иерусалима. Территорию вокруг Сидона (которая в наши дни образует прибрежный район Ливана), населенную хананеями, израильтяне никогда не захватывали. Даже в период наибольшего израильского могущества ханаанские города на побережье Ливана хотя и находились в союзе с царством Израиля, но не подчинялись ему.

В период завоевания израильтянами Ханаана самым крупным и наиболее могущественным из этих северных ханаанских городов был Сидон, и поэтому население всей этой области Библия называет сидонцами.

Сидон славился изготовлением пурпура; сидонцы так часто окрашивали свои одежды в этот цвет, что он дал название всему народу и этой земле. Существует мнение, что слово «Ханаан» произошло от древнесемитского слова, которое означает «пурпур». Возможно, это и так, но совершенно ясно, что греческое название этой области – Финикия – возникло от слова, обозначающего пурпурно-красный цвет. Сейчас почти всем известно, кто такие финикийцы, хотя в Библии этого слова нет. Но далеко не все знают, что люди, которых мы называем финикийцами, в национальном и культурном отношении не отличались от жителей южного Ханаана.

Во времена Иисуса Навина финикийцы уже могли внести свой огромный вклад в человеческую культуру – изобретение алфавита. Само по себе письмо было изобретено во многих странах независимо друг от друга – в Шумере, в Китае, в Центральной Америке. Однако во всех этих случаях в качестве символов использовались либо изображения предметов, либо абстрактные знаки, обозначающие слова или понятия.

Город Сидон

Насколько известно, финикийцы были первыми, кто догадался использовать отдельные знаки для определенных согласных звуков. При соединении таких знаков (букв) могло получиться любое слово. Финикийский алфавит переняли различные еврейские племена, в том числе моавитяне и израильтяне.

Греки также переняли финикийский алфавит, использовав несколько букв для обозначения гласных звуков. (В древнегреческих мифах ясно говорится, что с буквами греков познакомил финикийский царевич Кадм, который переселился в Грецию и основал греческий город Фивы.)

И действительно, обычно считается, что алфавит (именно алфавит, а не письменность вообще) был изобретен лишь однажды и что все современные алфавиты, какими бы необычными некоторые из них ни казались, – это более или менее измененные варианты первоначального финикийского алфавита.

В течение столетий непосредственно после израильского завоевания значение Сидона ослабло. Но Финикию еще ожидали впереди великие дни, и наступят они вместе с самыми великими днями Израиля. Однако в это время главенствовать будет не Сидон, а другие города. Сидон все же сохранился до сих пор, он существует как ливанский порт Сайда. Его некогда великолепная гавань наполовину забита илом и почти утратила свое прежнее значение. Однако город окружен фруктовыми садами и является конечной средиземноморской точкой нефтяного трубопровода из Саудовской Аравии.

Филистимляне

Даже при идеализированном изображении израильского вторжения, как оно представлено в Книге Иисуса Навина, все же не отрицается, что некоторые части Ханаана остались незавоеванными. Основной такой частью была область вдоль южного побережья Ханаана.

Иис. Нав., 13: 2–3. Остается сия земля: все округи Филистимские… Газский, Азотский, Аскалонский, Гефский, Екронский…

«Филистимлянами» – словом, заменившим прежнее название «кафторим», могли называть себя люди, жившие в этой области. В египетских надписях о них говорится как о «пулесати», что по-еврейски звучит как «пелиштим», а по-гречески – «филистиной».

Согласно историческим данным, не имеющим отношения к библейским текстам, о филистимлянах впервые упоминается в документах новой, XX египетской династии. После смерти Мернептаха⁵⁵ в 1211 г. до н. э. великая XIX династия Рамсеса II закончилась короткими правлениями нескольких малозначительных фараонов. В 1192 г. до н. э. фараон Сетнахт основал XX династию.

В 1190 г. на трон взошел Рамсес III, который правил более тридцати лет. Это был последний могущественный царь египетского происхождения. В период его правления «народы моря» были окончательно изгнаны из страны, и в Египте вновь воцарились порядок и стабильность. Влияние Рамсеса III в значительной степени распространилось и на Азию, но даже это не смогло изменить ход истории, и события в Ханаане шли без военного вмешательства со стороны египетского фараона. По-видимому, завоевание израильтянами Ханаана происходило в период его правления.

Кроме того, в документах из архивов Рамсеса III было обнаружено слово «пулесати». Филистимляне могли быть последними из «народов моря», изгнанными из Египта именно армией Рамсеса III, которая заставила их вернуться на побережье Ханаана. Таким образом, филистимляне захватили прибрежную равнину южного Ханаана именно тогда, когда израильтяне завоевывали внутреннюю часть страны. Два великих народа, соперничавших в последующие несколько веков, вторглись в Ханаан одновременно.

Власть филистимлян сосредоточилась на участке южного побережья Ханаана протяженностью шестьдесят миль – в области, которую принято считать Филистией. Это название просуществовало еще долгое время после того, как миновали великие дни филистимского могущества. Греческий историк Геродот, писавший в V в. до н. э., упоминает об этом месте как о «Паластине» (Palaistina), а римляне позднее стали называть так весь Ханаан. И даже сегодня Палестиной называется целая область, некогда известная как Ханаан.

Филистии принадлежали пять городов, «владельцы» которых перечисляются в Книге Иисуса Навина, 13: 3 – Екрон, Азот (Ашдод), Аскалон (Ашкелон), Геф (Гат) и Газа. Вероятно, это были города-государства, подобно греческим, довольно независимые, но способные объединиться перед лицом общего врага.

Самым северным из этих городов был Екрон. Он находился приблизительно в двадцати пяти милях к западу от Иерусалима и милях в девяти от моря. В настоящее время на его месте находится деревня Акир.

В двенадцати милях юго-восточнее Екрона и в трех милях от моря располагался Ашдод, известный грекам как Азот. Он существует и в наши дни как деревня под названием Есдуд. В период расцвета Филистии Ашдод, возможно, был самым значительным изо всех пяти городов.

Еще дальше, в двенадцати милях к юго-западу, располагался Ашкелон, единственный настоящий портовый город из всех этих филистимских городов. Самое значительное событие в его истории произошло во времена крестоносцев (когда он был известен европейцам как Аскалон). В 1099 г. н. э. на этом месте крестоносцы одержали крупную победу над египтянами. Однако в 1270 г. Аскалон был разрушен египетским султаном, и с тех пор это место остается заброшенным.

В двенадцати милях от Ашкелона находился город Геф, изо всех филистимских городов самый удаленный в глубь территории. Населяли его гитты. Этот город наиболее известен тем, что он был родиной великана Голиафа, которого юный Давид сразил в поединке. Тем не менее, среди всех филистимских городов Геф исчез, почти не оставив следов, и точное его местоположение неизвестно.

Город Газа также располагался в двенадцати милях от Ашкелона, а море находилось от него в трех милях. Это был самый южный изо всех филистимских городов. И он лучше всех сохранился, а история его наиболее интересна. Газа пала перед Александром Македонским (через восемь столетий после Иисуса Навина), в результате тяжелой и длительной осады. Газа была центром раннего христианства, а позже и мусульманства. Этот город завоевывали турки и Наполеон. В наши дни он получил известность из-за войны между Израилем и Египтом, вспыхнувшей в 1948 г., когда Израиль получил независимость. Египет занял город Газу и владеет им до сих пор. Часть палестинского побережья от Газы до Египта длиной около двадцати пяти миль и уходящая в глубь страны приблизительно на пять миль известна сейчас как сектор Газа. Здесь сосредоточились арабские беженцы из Израиля. В 1967 г. во время Шестидневной войны сектор Газа был оккупирован Израилем.

Колена

Хотя завоевание Ханаана еще не завершилось, Книга Иисуса Навина переходит к описанию распределения ханаанской земли между всеми коленами Израилевыми – в соответствии с распоряжениями Иисуса, полученными им от Бога:

Иис. Нав., 13: 7. Раздели землю сию в удел девяти коленам и половине колена Манассиина.

О разделе Ханаана рассказывается подробно почти до самого конца книги. Подобное повествование весьма затрудняет чтение, но оно играет роль своеобразной географической карты и, безусловно, отражает ситуацию, возникшую в результате бесконечных трений и соглашений между коленами в период от их расселения до образования царства, в то время, когда они находились в ненадежном союзе, а еще чаще – конфликтовали.

Два колена – Рувима и Гада, и половина колена Манассии уже получили свои наделы в восточном Заиорданье. Самая южная часть Ханаана к западу от Иордана стала принадлежать колену Иуды, его территория протянулась к северу вплоть до Иерусалима. К югу от земли Иуды находилось несколько пустынных селений, и эта земля досталась исчезнувшему позднее племени Симеона.

Двенадцать колен

Область, сосредоточенная вокруг Сихема, была отдана второй половине колена Манассии. Между уделами Манассии и Иуды на побережье лежали земли Дана, а в глубине страны – земли Ефрема и Вениамина. Во владение Вениамина отошли Иерихон и Гаваон. К северу от Манассии, вдоль побережья, находился удел Асира, а в глубь страны, с юга на север, протянулись земли Иссахара, Завулона и Неффалима.

Следует представить себе, насколько невелики были эти уделы. Самое малочисленное колено Вениамина заняло территорию площадью около трехсот миль. По величине это едва достигает пяти районов Нью-Йорка и значительно меньше Лос-Анджелеса.

Все эти межплеменные границы представлены слишком идеализированно, исходя из той ситуации, которая сложилась во времена царства, а не в период завоевания. Иерусалим, например, предназначался Иуде, но этот город был завоеван лишь во времена Давида. Филистия была разделена между Иудой и Даном, но она также не была завоевана до времен царствования Давида. Колену Асира была предоставлена большая часть финикийского побережья, которым оно никогда в действительности не управляло.

Колено Левия не получило в наследственное владение какой-либо земли. Главной его задачей было выполнение обязанностей священнослужителей, и считалось, что для этой цели ему достаточно назначить ряд городов, разбросанных в областях, принадлежащих разным коленам.

Гора Ефремова

Книга Иисуса Навина завершается описанием смерти двух вождей израильтян периода завоевания Ханаана – их военного предводителя Иисуса Навина и религиозного вождя, священника Елеазара (последний был сыном Аарона и племянником Моисея).

Иис. Нав., 24: 30. И похоронили его [Иисуса Навина] на… горе Ефремовой…

Иис. Нав., 24: 33. После сего умер и Елеазар, сын Аарона, и похоронили его на холме… на горе Ефремовой.

Вдоль Ханаана, между прибрежной равниной и долиной Иордана, протянулся ряд холмов. Часть их, что находится на территории Ефрема, называется горой Ефремовой. Судя по всему, это вряд ли какая-то отдельная горная вершина, а, как, возможно, мы сказали бы сегодня, – «холмы Ефремовы» или «нагорье Ефремово».

С момента окончания Книги Иисуса Навина мы можем считать Ханаан в основном израильской территорией, хотя полностью они им не владели. Теперь об этой области будет говориться не как о Ханаане, а как об Израиле.

7. Книга Судей Израилевых

Иуда и Симеон

Книга Судей, в которой описывается история Израиля непосредственно после завоевания, по своему характеру весьма неоднородна и явно представляет сборник древних документов, не слишком тесно связанных между собой. Повествование здесь не объединено в единое целое, как в Книге Иисуса Навина. Здесь отсутствует назидательность, израильский народ во многом предстает в неприукрашенном виде, и это заставляет поверить, что Книга Судей – более точное отражение священной истории, чем Книга Иисуса Навина.

В 1-й главе Книги Судей завоевание Ханаана изображается с совершенно иной точки зрения, чем в Книге Иисуса Навина. Здесь нет единого войска под единым началом, стремящегося к быстрой и полной победе. Вместо этого перед нами предстает картина жизни разрозненных племен, в одиночку сражающихся с врагами, и в большинстве случаев не слишком успешно.

Так, здесь вовсе не упоминается о походе Иисуса Навина на юг. Завоевание земли у Хеврона было задачей колена Иуды в союзе с Симеоном:

Суд., 1: 3. Иуда же сказал Симеону, брату своему: войди со мною в жребий мой, и будем воевать с Хананеями; и я войду с тобою в твой жребий…

Хотя и говорится, что войско Иуды (слабое колено Симеона, возможно, не оказывало ему особого содействия) имело постоянный успех и подчинило себе даже Иерусалим и филистимские города Газу, Ашкелон и Екрон, все же эти победы были локальными. Израильтянам покорялись малонаселенные горные местности. И так как эти земли прежде находились под властью укрепленных городов, таких, как Иерусалим или Газа, то теперь, захватив их, можно было красочно описывать, что завоеваны и сами эти города. Города же эти и строго контролируемые ими области окружающих их плодородных долин оставались во владении ханаанских племен, и Библия объясняет причины этого:

Суд., 1: 19. …он [Иуда] овладел горою. Но жителей долины не мог прогнать; потому что у них были железные колесницы.

До 3500 г. до н. э. человечество использовало для своих орудий только те материалы, которые попадались им под руку и не требовали сложной химической обработки, – например, кости, шкуры, дерево, камни. Камни лучше всего сохранились в течение веков, и каменные орудия древних времен нам известны лучше всего. Поэтому мы называем этот период «каменным веком».

Небольшие кусочки металла, которые люди случайно находили (золото, серебро, медь, осколки железных метеоритов), использовались скорее для украшений. Только после 3500 г. до н. э. египтяне научились выплавлять руду и стали получать медь в большом количестве. К третьему тысячелетию до н. э. медь широко использовалась по всему Плодородному Полумесяцу.

Сама по себе медь недостаточно прочна, чтобы изготавливать из нее инструменты и оружие. Но вскоре обнаружилось, что если к медной руде добавить оловянную, то получается гораздо более прочный сплав – бронза.

К 2500 г. до н. э. в употребление вошло бронзовое оружие, и Плодородный Полумесяц вступил в «бронзовый век». Бронзовые наконечники для копий были крепче, чем кремневые, и легко пробивали кожаные щиты. А бронзовые щиты были легче и служили надежной защитой от каменного оружия. Войско с оружием из бронзы могло успешно противостоять более крупной армии, снаряженной каменными топорами и кожаным доспехами.

К 2000 г. до н. э. бронзовый век пришел в Европу. Во время Троянской войны, так подробно описанной Гомером, воины сражались в бронзовых кольчугах и были вооружены бронзовыми щитами и бронзовым оружием.

Однако бронза стоила дорого. Медная руда встречалась редко, хотя достаточное количество ее вначале могли получать на Синайском полуострове и на Кипре. (Предполагается, что само слово «медь» – «сиррег» – произошло от слова «Кипр».) Оловянная руда была еще более редкой. Финикийские торговые суда отваживались заходить очень далеко в поисках олова, необходимого для производства бронзы, и достигли «Оловянного острова». Принято считать, что это были полуостров Корнуолл на юго-западе Англии и некоторые прибрежные острова. Трудно представить, что хананеи побывали в Англии за тысячи лет до римлян!

Железо – более распространенный металл, чем медь и олово, и, при правильной обработке, оно намного крепче бронзы. Почему же его не использовали? Дело в том, что железную руду не так легко выплавлять, как медную и оловянную, ее выплавка требует более высокой температуры и более сложного металлургического процесса.

Впервые удачный способ выплавки железа был изобретен где-то на территории Хеттского царства (или близ него) около 1400 г. до н. э.⁵⁶ В это время израильтяне находились в египетском рабстве. Новая технология, породившая железный век, не спасла империю хеттов от уничтожения, но пережила ее. Медленно распространяясь, она проникла через Плодородный Полумесяц в Европу.

Ко времени завоевания израильтянами Ханаана использование железа в ограниченных количествах пришло в наиболее развитые города, но племена пустынь еще не знали его. Поэтому израильтянам, вторгшимся в Ханаан на рубеже бронзового и железного веков, пришлось сражаться бронзой против железа. Они делали все возможное, используя свою силу и численность. Но завоевательные походы всех, кто шел с бронзой против железа, быстро заканчивались. Народ Иуды удостоверился в этом на собственном опыте.

Так же, по-видимому, как и народы других колен Израилевых. Дальше в 1-й главе Книги Судей подробно рассказывается, как израильским коленам не удалось завершить завоевание Ханаана, ибо они не смогли захватить самые крупные города в тех областях, где они поселились. Колену Вениамина не удалось взять Иерусалим; Манассии – захватить Бефсан; Ефрему – овладеть Газером; Завулону – покорить Китрон; Асиру – завоевать Сидон и т. д.

Судьи

В данных обстоятельствах израильская оккупация Ханаана вряд ли могла послужить началом периода благоденствия. Осев в малонаселенных гористых местах, разобщенные, технически отсталые израильтяне, казалось, были обречены оставаться под властью чужеземных правителей.

Лишь время от времени то или иное израильское колено добивалось определенной независимости благодаря умелым действиям какого-либо военного вождя.

Суд., 2: 16. И воздвигал им Господь судей, которые спасали их от рук грабителей их.

Слово «судья» употребляется здесь в значении «правитель», так как в ранний период семитской культуры главной функцией племенного вождя в мирное время была судейская – они должны были разбирать споры и выносить, как ожидалось, справедливое решение. Это служило основной цели – предотвращению внутренних распрей и ссор, которые могли ослабить израильтян перед постоянно грозящей им внешней опасностью.

В период между завоеванием Ханаана и возникновением царства верховная власть над всеми коленами принадлежала двенадцати судьям. Такое их количество несколько удивляет, но оно соответствует числу колен Израилевых, и более поздняя традиция придерживается этого.

Прежде нередко считалось, что каждый из судей управлял всем Израилем, и они властвовали, сменяя друг друга. Если согласиться с этим мнением и внимательно проследить за сменой периодов их правления (продолжительность которых обычно выражается в округленных числах, причем не обязательно точных), то период времени, охваченный Книгой Судей, определится в 410 лет.

Период Судей заканчивается восшествием на трон Саула, и это событие может с достаточной достоверностью датироваться 1028 г. до н. э. Следовательно, если период Судей продолжался 410 лет, то завоевание Ханаана началось около 1440 г. до н. э., а Исход – около 1480 г. до н. э.

Но это совершенно невозможно. Исход и вторжение в Ханаан не могли произойти в XV в. до н. э.

Вероятнее всего, Исход произошел около 1200 г. до н. э., а Иисус Навин умер в 1150 г. до н. э. Это означает, что период, охваченный Книгой Судей, не может быть более 125–150 лет. Можно предположить, что в такой короткий период судьи правили не всем Израилем и не сменяли друг друга. Книга Судей – это собрание сказаний, созданных отдельно каждым племенем, которое некий редактор (или несколько редакторов) объединил в повествование, не слишком заботясь о точной хронологии. Таким образом, вполне возможно, что власть одного судьи не выходила из границ одного колена или небольшой группы колен, и при этом двое или трое судей могли вполне успешно действовать одновременно.

Лишь при такой организации общества на этой ранней стадии израильской истории – с 1150-го до 1028 г. до н. э. – израильтяне могли обороняться от нападений правителей мелких царств западной части Плодородного Полумесяца. Им действительно повезло, что они не столкнулись с силами какой-либо крупной империи. Судьи не спасли бы их от таких завоевателей, как Тутмос III или Хаммурапи.

Рамсес III, последний могущественный египетский фараон, умер в 1158 г. до н. э., почти одновременно с Иисусом Навином. После него власть наследовали восемь фараонов, так называемые рамсесиды (всех их звали Рамсесами), – слабые и незначительные правители. В 1075 г. до н. э. была основана XXI династия – к власти пришло верховное жречество, правившее из Фив. На протяжении всего периода Судей Египет был так далек от Ханаана, словно чужая планета.

А на востоке Ассирия не спеша накапливала силы. В этой области, расположенной в среднем течении Тигра, еще с древнейших времен существовала развитая цивилизация. Она была частью империи Саргона Древнего, но позже, когда эта цивилизация Междуречья распалась на отдельные города-государства и Шумер прекратил существование, для Ассирии наступил период расцвета и могущества. Во времена патриархов Ассирия была страной богатых купцов.

Она попала под власть Хаммурапи, но к 1500 г. до н. э. обрела независимость и стала одним из государств, соперничающих из-за обладания Плодородным Полумесяцем. Соперниками Ассирийской империи были Египетское царство, Хеттская империя и царство Митанни. Хетты, разгромив митаннийцев, сильно ослабили их, а хеттов, в свою очередь, оттеснил Египет. Когда при Эх-натоне власть Египта над Азией начала ослабевать, Ассирия стала самой сильной державой Древнего Востока.

В 1235 г. до н. э. на ассирийский трон взошел Тукультининурта I, который продолжал править во времена Исхода. Используя момент, под прикрытием опустошительной миграции варваров Ассирия поглотила остатки царства Митанни и завоевала Вавилонию, распространив свое влияние на всю область Персидского залива. Тукультининурту превозносили в легендах как первого ассирийского царя-завоевателя, он послужил прототипом для библейского Нимрода, а затем и героя древнегреческих мифов Нина.

Однако Ассирия все же не была готова владеть всем Плодородным Полумесяцем. Преемники Тукультининурты оказались слабыми правителями, при которых Вавилония вновь обрела независимость. Царь Тиглатпаласар I⁵⁷, правивший с 1116-го по 1093 г. до н. э., вернул Ассирии ее могущество, но затем его трон наследовали также слабые властители, которым пришлось отражать атаки арамеев – новых племен кочевников, пришедших с севера.

Другими словами, в период Судей могущество Египта уже пришло к упадку, а Ассирия еще не достигла своего расцвета. В этом временном промежутке израильтяне могли расширять свои владения, встречая лишь сопротивление почти равных им по силам врагов.

Астарты

Более поздний редактор Книги Судей должен был обнаружить, что довольно трудно объяснить все испытания и поражения израильтян в свете традиционного мотива божественного промысла, которым проникнуты рассказы Книги Исхода и повествования о завоеваниях под предводительством Моисея и Иисуса Навина.

Таким образом, произошедшие впоследствии события получили объяснение с религиозной точки зрения: военные неудачи и порабощение явились для израильтян наказанием, ибо они встали на путь греха, поддавшись искушению соблазнительности ханаанских религиозных обрядов.

Суд., 2: 11. И тогда сыны Израилевы стали делать злое… и стали служить Ваалам…

Суд., 2: 13. …и Астартам.

Тиглатпаласар I – ассирийский царь (по современным данным, ок. 1115–1077 гг. до н. э.).

В еврейском языке суффикс «im» означает множественное число, поэтому «Baalim» должно переводиться как «Ваалы». Слово «Ashtoroth» («Астарты») – также множественного числа. Форма единственного числа в данном случае – «Ashtoreth», это женский эквивалент Ваала. Так как Ваал («Владыка») – титул мужского семитского божества, то Астарта («Владычица») – титул женского семитского божества⁵⁸.

На самом деле, «Ashtoreth» – это искажение правильного имени, «Ashtarte». Искажение это привнесли благочестивые редакторы, которые впоследствии заменили часть букв этого имени буквами из слова «bosheth» («стыд», «позор») – подобно тому как они превратили слово «Melech» – Мелех в «Molech» – Молох.

Культ богини Астарты был наиболее распространен во времена царства в Тире, главном финикийском городе. Он оказал значительное влияние на царство Израиль. В финикийской мифологии эта богиня известна под именем Астарта, но в Вавилоне она называлась Иштар.

Гофониил

Вновь и вновь звучит рефрен Книги Судей: сыны Израилевы служат чужим богам и за это попадают в подчинение иноземному тирану. Они раскаиваются, и Бог воздвигает им выдающегося судью-вождя, который освобождает их.

В первый раз это произошло вскоре после завоевания Ханаана.

Суд., 3: 7–9. И сделали сыны Израилевы злое… и служили Ваалам и рощам. И… гнев Господень… предал их в руки Хусарсафема, царя Месопотамского… Тогда возопили сыны Израилевы к Господу, и воздвигнул Господь спасителя… Гофониила, сына Кеназа, младшего брата Халевова.

Еврейское слово, которое переведено в Суд., 3: 7 как «рощи», – это «asheroth», множественная форма от «asherah». В современных вариантах Библии это слово оставлено непереведенным, потому что Asheroth – это еще одно название ханаанских женских божеств. Путаница возникла оттого, что слово это также означает столб или деревянную колонну, которая считалась священной для богини (возможно, это связано с остатком древнего культа почитания деревьев). Не так уж сложно проследить последовательность: от столба – к дереву и далее, к роще. Вероятно, Asherah являлась еще одной разновидностью Ashtarte (Астарты).

Слово «Месопотамия» – это перевод слова «Арам-Нагараим», обозначающего место расположения Харана. Поэтому можно предположить, что нападение на израильтян произошло с севера. Сейчас не представляется возможным точно определить, где находилась область, которой правил Хусарсафем (или Кушан-Ришатаим), имя которого на еврейском языке означает «дважды злобный кушит». Несомненно, это было не настоящее имя царя, а скорее презрительное прозвище, которым наделили его авторы Библии. Сейчас трудно судить об этом.

Если враги пришли с севера, остается лишь удивляться, почему именно Гофониил возглавил борьбу против них. Гофониил – народный герой колена Иуды, завоеватель Хеврона, живший далеко на юге (Суд., 1: 13). Либо Хусарсафем захватил весь Ханаан вплоть до владений Иуды, либо Гофониил действовал как главнокомандующий коалиции нескольких племен. Но ни одно из этих предположений не выглядит достаточно правдоподобным. Скорее всего, путаница возникла из-за наложения друг на друга двух преданий – северного и южного⁵⁹.

Аод

Следующее нападение на израильтян, после того как они вновь стали поклоняться чужим богам, уже не вызывает такого недоумения.

Суд., 3: 12–13. …и укрепил Господь Еглона, царя Моавитского… Он собрал к себе Аммонитян и Амаликитян, и пошел и поразил Израиля, и овладели они городом Пальм.

Итак, под предводительством Моава образовался союз еврейских племен из Заиорданья. Они повторили тактику Иисуса Навина, перейдя реку Иордан у Иерихона («города Пальм»). Самого Иерихона уже не существовало, но союзные войска заняли эту местность, которая теперь принадлежала колену Вениамина. Но все обернулось вспять, когда отважного Аода из племени Вениамина послали к Еглону с дарами, и ему удалось убить моавитского царя. Аод был левшой, он спрятал меч под плащом с правой стороны, где обычно никто не носил оружия, поэтому меча никто не заметил. Воспользовавшись замешательством врагов, которые обнаружили своего царя мертвым, израильтяне успешно атаковали их, обратили в бегство и перебили почти все войско у переправы через Иордан.

Асор

Гофониил и Аод были первыми двумя судьями. Продолжая рассказ об Аоде, Библия кратко упоминает еще и о третьем судье, Самегаре, который, очевидно, одержал победу над филистимлянами. А затем следует подробное повествование о серьезной беде, постигшей израильтян.

Суд., 4: 2–3. И предал их Господь в руки Иавина… который царствовал в Асоре; военачальником у него был Сисара, который жил в Харошеф-Гоиме… у него было девятьсот железных колесниц, и он жестоко угнетал сынов Израилевых двадцать лет.

Асор располагался в крайней северной части Ханаана, на территории, принадлежавшей колену Неффалима, приблизительно в сорока милях к юго-западу от озера Хуле. Харошеф – на территории Завулона, у моря, милях в сорока к юго-западу.

Итак, мы видим объединение североханаанских городов, непобедимых благодаря вооружению их войск железными доспехами и оружием, обложивших данью израильские племена, осевшие на севере.

Эта ситуация ясно показывает, насколько идеализированно изображено в Книге Иисуса Навина завоевание Ханаана. Согласно ее версии, царь Иавин выступил с коалицией северных племен против израильтян и потерпел сокрушительное поражение у вод Меромских. Иисус Навин энергично довел победу до конца:

Иис. Нав., 11: 10–11. …Иисус взял Асор, и царя его убил мечем… И побили все дышущее, что было в нем… не осталось ни одной души; а Асор сожег он огнем.

Мог ли Иисус Навин действительно выиграть такую великую битву? Если да, то как объяснить чудесное восстановление Асора, который спустя несколько десятилетий вновь возник при другом царе, тоже Иавине, и настолько окреп, что буквально поработил северные племена израильтян, заставляя их в течение двадцати лет платить дань? Или же это анахронизм и битва с хананеями, произошедшая несколько позже, описывается как случившаяся во времена Иисуса Навина?

Дебора

После завоевания Ханаана колено Ефрема продолжало удерживать ведущее положение. Если роль Иисуса Навина из Ефремова колена как абсолютного вождя и была впоследствии идеализирована, все же нельзя отрицать, что он одержал ряд важных побед. Немеркнущие победы Иисуса Навина могли остаться в памяти последующих поколений, обеспечивая Ефрему ревностно охраняемое право военного превосходства.

При любых совместных действиях колен предполагалось, что Ефрему даровано право проявлять инициативу и осуществлять военное руководство, и отказ некоторых других колен признавать это мог привести к междоусобице, что на самом деле однажды и произошло. (Нечто подобное происходило через пять или шесть веков в Греции, когда любые совместные действия греческих городов-государств почти автоматически предпринимались только под предводительством Спарты.)

Гегемония колена Ефрема должна была заметнее всего проявляться над соседними коленами Вениамина на юге и Манассии на севере. Подобное положение могло отражать предание о том, что все три колена являлись потомками тех сыновей Иакова, матерью которых была Рахиль (Иосифа и Вениамина). Другими словами, Ефрем возглавлял тесный союз «колен Рахили» и более неформально проявлял свое влияние за пределами этого союза.

«Горой Ефремовой» могла называться холмистая местность, где поселились ефремляне, но это название могло распространиться и на более протяженную гористую местность к северу и к югу от территории, непосредственно принадлежавшей колену Ефрема. Это более вероятно, так как Книга Иисуса Навина была окончательно оформлена после возникновения северного царства Израиль, в котором Ефремово колено доминировало настолько, что имя Ефрем служило именем всего царства. Поэтому название «гора Ефремова», естественно, могло использоваться для гористой местности северных земель этого колена.

Итак, когда Аод из колена Вениамина убил моавитского царя Еглона, он ушел в горы, к сынам Израилевым, и

Суд., 3: 27. …вострубил трубою на горе Ефремовой, и сошли с ним сыны Израилевы с горы…

Нет необходимости делать вывод, что Аод пришел на территорию Ефрема именно для того, чтобы созвать войска. Он мог сделать это и с восточной стороны земель Вениамина. Но как бы там ни было, естественно предположить, что ефремляне должны были присоединиться к Аоду.

Нередко бывало, что если относительно свободный союз племен возглавляет признанный военный вождь, то захватчикам не дается отпор, пока притеснения не коснутся непосредственно собственной территории этого вождя. Именно так в Греции трудно было заставить Спарту действовать, пока враги не вторглись на Пелопоннес. Так и Ефрем не спешил выступать против моавитян, когда они оккупировали земли Вениамина, и точно так же он не торопился, пока Иавин из Асора со своим военачальником Сисарой двадцать лет угнетали северные колена Неффалима и Завулона, обложив их данью.

В это время в колене Ефрема могли происходить внутренние разногласия, о которых нам неизвестно, ибо возникла совершенно необычная ситуация: колена Рахили возглавила женщина.

Суд., 4: 4–5. В то время была судьею Израиля Дебора пророчица… Она жила… между Рамою и Вефилем, на горе Ефремовой…

В данном случае это пример более широкого употребления названия «гора Ефремова»: область между Рамой и Вефилем была территорией Вениамина.

Гора Фавор

Возможно, ханаанское влияние на севере становилось все более угрожающим (или политическая ситуация в колене Ефрема стала более определенной), и Дебора решила действовать:

Суд., 4: 6–7. Дебора послала и призвала Барака… из Кедеса Неффалимова, и сказала ему… пойди, взойди на гору Фавор, и возьми с собою десять тысяч человек из сынов Неффалимовых и сынов Завулоновых; А Я приведу к тебе, к потоку Киссону, Сисару, военачальника Иавинова…

Кедес, находившийся в семи милях к северо-западу от Асора, был самым значительным городом в уделе Неффалима (он назывался Кедесом Неффалимовым – Kedesh-naphtali, чтобы отличить его от других городов с таким же названием). Вероятно, здесь находился центр сопротивления израильтян, и Барак был вождем партизанского движения, единственной их надеждой. Теперь Дебора настаивала, чтобы Барак объединил все имеющиеся в его распоряжении силы и отважился вступить в сражение на горе Фавор.

Гора Фавор, находившаяся у южной границы земли Неффалима, приблизительно в двадцати пяти милях от Асора, граничила с уделами Завулона и Иссахара. Это было удобное, хорошо защищенное место для сбора войск нескольких колен. (Гора Фавор расположена всего милях в пяти юго-восточнее Назарета, который спустя тысячу лет стал родиной Иисуса Христа.)

Река Киссон, длиной около пятидесяти миль, течет к северо-западу через северную Палестину, через земли, принадлежавшие некогда Иссахару и Завулону, и впадает в залив, который сейчас называется Акра. Северный приток Киссона берет начало западнее горы Фавор.

Барак колебался, он не отваживался рисковать войсками и вступать в решительное сражение без твердой уверенности в помощи ефремлян (точно так же, как в более поздние века греческие города-государства, сомневающиеся в поддержке Спарты, не решались оказывать сопротивление иноземным захватчикам).

Суд., 4: 8. Барак сказал ей: если ты пойдешь со мною, пойду; а если не пойдешь со мною, не пойду.

Дебора, которую почитал весь израильский народ, помогла обрести Бараку веру в победу. Она отправилась вместе с ним на гору Фавор, и Барак, возглавив самый крупный союз племен и самую сильную армию со времен Иисуса Навина, разгромил Сисару. Обратившийся в бегство Сисара был убит женщиной, к которой обратился за помощью, а армия израильтян продолжала сражаться против Иавина, пока Асор не был взят и разрушен, теперь уже навсегда.

Песнь Деборы

5-я глава Книги Судей – это знаменитая «Песнь Деборы», которая считается одной из самых древних частей Библии:

Суд., 5: 1. В тот день воспела Дебора и Барак…

Это была хвалебная песнь, восславляющая победу над Сисарой, и в ней Дебора перечисляет колена Израилевы, которые откликнулись на ее призыв восстать против врага, объединились и приняли участие в победоносном сражении. Первыми, конечно, она называет колена Ефрема, Вениамина и Манассии:

Суд., 5: 14–15. От Ефрема пришли укоренившиеся… за тобою Вениамин, среди народа твоего; от Махира шли начальники, и от Завулона владеющие тростию писца. И князья Иссахаровы с Деворою…
Суд., 5: 18. Завулон и Неффалим – народ, обрекший жизнь свою на смерть…

Махир, очевидно, – еще одно имя Манассии. Возможно, колено Манассии было союзом двух племен, одно из которых называлось Махиром (это имя чаще используется для названия той части племени, которая занимала территорию к востоку от Иордана). Согласно Библии, Махир был сыном Манассии.

Быт., 50: 23. …также и сыновья Махира, сына Манассиина, родились на колена Иосифа.

Здесь подразумевается, что Махир был единственным сыном Манассии, поэтому и Манассия, и Махир могли послужить предками-эпонимами для всего колена.

Изо всех колен Израилевых шестеро приняли участие в битве: Ефрем, Вениамин, Манассия, Завулон, Иссахар и Неффалим, образовав единый союз внутри северного Ханаана.

Четверо колен обособились и не присоединились к этому союзу:

Суд., 5: 15–17. …В племенах Рувимовых большое разногласие. Что сидишь ты между овчарнями, слушая блеяние стад?.. Галаад [Гад] живет спокойно за Иорданом, и Дану чего бояться с кораблями? Асир сидит на берегу моря…

И все же их отказ участвовать в битве был обоснован. У Асира, столкнувшегося с финикийцами на северном побережье, где он поселился, и у Дана с филистимлянами в южных прибрежных землях вполне могло существовать достаточно своих неприятностей, чтобы искать себе врагов где-то еще. У Рувима, который колебался и все же решил остаться дома, были те же проблемы с Моавом. На самом деле, в этой главе Библии Рувим в последний раз упоминается как отдельное колено, и, скорее всего, просуществовало оно еще недолго. Племя Гада было единственным сильным коленом, которое могло присоединиться к выступившим против Сисары, но оно этого не сделало. Народ этого племени мог чувствовать себя в безопасности за рекой и не видел необходимости рисковать жизнью.

Об Иуде и его союзнике Симеоне в песни Деборы не упоминается. Вполне вероятно, что в период Судей Иуда не являлся частью коалиции израильтян и даже мог не считаться частью Израиля.

И действительно, лишь на протяжении столетия, в период царствования Саула, Давида и Соломона Иуда был объединен с Израилем. Во времена Саула (когда господствовал Израиль) бунтовал Иуда, во времена Давида и Соломона (когда у власти было колено Иуды) в оппозиции находился Израиль. После Соломона царство распалось на две части – Иудею и Израиль, которые и просуществовали отдельно до конца их истории.

Долина Изреельская

Израильтянам приходилось сражаться не только с внутренними врагами-хананеями, они периодически подвергались набегам кочевников из-за Иордана – мадианитян и амаликитян. Особенно страдало от этих вторжений колено Манассии, территория которого граничила с Иорданом в его среднем течении; и Гедеон, сын земледельца из этого племени, попытался защитить его. Удобный момент для этого наступил, когда:

Суд., 6: 33. …все Мадианитяне и Амаликитяне… собрались вместе, перешли реку и стали станом на долине Изреельской.

Река, впадающая в Иордан с запада, приблизительно в пятнадцати милях южнее Галилейского озера, прокладывала себе путь через гряду холмов, спускающихся к центру Израиля. Здесь и располагалась долина Изреельская, которая представляла собой естественный проход в глубь северного Израиля для набегов с востока.

Долина Изреельская

Долина Изреельская находилась на территории Иссахара, но Гедеон не мог допустить, чтобы Иссахар сражался в одиночестве:

Суд., 6: 35. И послал послов по всему колену Манассиину… также… к Асиру, Завулону и Неффалиму, и сии пришли на встречу им.

Это был почти такой же союз, как и сражавшийся с хананеями из Асора, которым руководил Сисара, но Ефрем в нем не состоял.

Мы можем лишь догадываться, почему Гедеон не призвал Ефрема. Возможно, потому, что Ефрем, стоявший во времена Судей во главе всех колен, присоединился бы к этому союзу только как военный вождь и из чувства превосходства мог настаивать на лобовой атаке. У Гедеона же, по его мнению, был лучший план, и для его осуществления ему необходимо было самому контролировать ситуацию – а это означало исключение Ефрема из числа участников коалиции. План Гедеона мог сработать именно против орды кочевников, которые были сильны скорее своим количеством, чем дисциплиной и организацией.

С наступлением ночи Гедеон повел небольшой отряд отборных воинов в горы, откуда была видна Изреельская долина, где огромным станом расположились мадианитяне. Разделив отряд на три группы, Гедеон дал им трубы и пустые кувшины со светильниками. Ночью израильтяне подкрались к лагерю кочевников и по сигналу Гедеона атаковали их, подняв невообразимый шум: с зажженными светильниками в руках они трубили в трубы и громко кричали. Им даже не понадобилось оружие, чтобы привести мадианитян в ужас. Внезапно разбуженные, не понимая, что произошло, враги решили, что окружены огромной армией, и в панике бросились бежать за Иордан. Но именно здесь их поджидали основные силы израильтян, и кочевники наголову были разбиты у переправы.

Ефрем, которого Гедеон умышленно известил обо всем позже и направил к броду, участвовал в битве у Иордана, но ефремлянам стало ясно, что именно стратегия Гедеона оказалась успешной. Они оскорбились и разгневались. Гедеон не только сознательно отказывался признавать лидерство Ефрема, но даже возглавил союз и выиграл битву без них. Угроза междоусобицы нависла между племенем Ефрема и теми, кто шел за Гедеоном. Ефремляне были раздражены:

Суд., 8: 1. И сказали ему [Гедеону] Ефремляне: зачем ты это сделал, что не позвал нас, когда шел воевать с Мадианитянами? И сильно ссорились с ним.

Но Гедеон успокоил их, объяснив, что решающий момент сражения наступил у переправы через Иордан и именно ефремляне схватили там двух мадиамских царей. О своей собственной роли – всего лишь обычная вылазка! – в этой битве он благоразумно умолчал. Оскорбленные ефремляне позволили упокоить себя, и междоусобица была предотвращена.

Сокхоф

Гедеон отбросил остатки войска мадианитян на восток за Иордан, окончательно утвердив победу. Преследование врага было отчасти личной местью Гедеона, так как два мадиамских царя, Зевей и Салман, убившие его братьев, еще оставались на свободе.

Во время погони Гедеон со своим отрядом прошел через территорию племени Гада, продолжавшего сохранять нейтралитет. Они не присоединились прежде к коалиции, выступившей против Иавина и Сисары, и сейчас – к племенам, объединившимся против мадианитян. Так как мадианитяне на их пути в Израиль вынуждены были проходить через земли, принадлежавшие Гаду, то с высокой степенью вероятности можно предположить, что Гад был более чем нейтрален. Он мог вовсе не находиться в оппозиции к кочевникам, а, напротив, платить им дань, чтобы они не трогали его во время своих опустошительных набегов на западные земли за Иордан.

Даже сейчас, после победы Гедеона, колено Гада выжидало, пытаясь сохранить нейтралитет. Когда Гедеон вошел в Сокхоф, располагавшийся на реке Иавок – возможно, в четырех милях восточнее Иордана, и попросил хлеба для своих воинов, ему отказали в этом:

Суд., 8: 6. Князья Сокхофа сказали: разве рука Зевея и Салмана уже в твоей руке, чтобы нам войску твоему давать хлеб?

Иначе говоря, Сокхоф не собирался рисковать, опасаясь мести мадианитян. В соседнем городе Пенуэле (где некогда Иаков боролся с ангелом) к Гедеону отнеслись так же.

Но сейчас Гедеону было не до них: он преследовал врагов. Догнал он кочевников в Каркоре. Точное местонахождение этого города неизвестно, но он мог находиться приблизительно в тридцати милях к востоку от Иордана (для войска израильтян в то время такое глубокое вторжение на восток было довольно значительной операцией). И вновь Гедеон одержал полную победу. Он уничтожил войско мадианитян, захватил и убил их царей.

А затем он отомстил племени Гада: разрушил крепость Пенуэла, перебив его жителей, и подверг экзекуции старейшин и князей Сокхофа.

Гедеон и Авимелех

Гедеон одержал настолько значительные победы, что приобрел авторитет, соответствующий сану наследственного монарха.

Суд., 8: 22–23. И сказали Израильтяне Гедеону: владей нами ты и сын твой и сын сына твоего… Гедеон сказал им: я не буду владеть вами… Господь да владеет вами.

Подобный ответ соответствовал взглядам того времени, когда Книга Судей приобрела свой завершенный вид, – после периода Царств. Цари Израиля (и, в меньшей степени, Иудеи) нередко были убежденными антияхвистами. Яхвисты же, в свою очередь, не признавали монархии – о чем явно свидетельствуют некоторые места Библии.

Тем не менее, существует вероятность, что Гедеон принял сан царя – если не всего Израиля, то по крайней мере колена Манассии. Он явно правил при свой жизни как судья, и возникает важный вопрос: оказалась ли его власть наследственной? Очевидно, так, ибо она перешла к его сыновьям. И власть эта была лишь над племенем Манассии, так как в этой части Книги Судей упоминаются лишь принадлежащие ему города.

Преимущество наследственного правления заключается в том, что наследование автоматически переходит от отца к сыну (или какому-либо близкому родственнику), согласно неким твердо установленным правилам. Поэтому после смерти каждого правителя в стране не происходят волнения и междоусобицы.

Чтобы этот принцип работал надежно, родственники, которые не являются наследниками царской власти, не должны сами претендовать на нее; но в древности так происходило не всегда. При существовавшей у царей полигамии они могли иметь множество сыновей от разных матерей. Гаремные жены занимались интригами, чтобы обеспечить право наследования своим сыновьям, а сыновья сами затевали внутренние распри. Это нередко приводило к ссорам и междоусобным войнам.

Все это очень ярко отражено в библейской истории великого израильского царя Давида. Но и история с сыновьями Гедеона также свидетельствует об этом. У Гедеона было множество жен и много сыновей:

Суд., 8: 30–31. У Гедеона было семьдесят сыновей, происшедших от чресел его; потому что у него много было жен. Также и наложница, жившая в Сихеме, родила ему сына, и он дал ему имя: Авимелех.

Интересно, что Авимелех означает «мой отец – царь». Слово «царь» здесь может скорее относиться к Богу, чем к Гедеону, поэтому, возможно, не стоит воспринимать это значение слишком буквально.

После смерти Гедеона возник вопрос: кто же из сыновей наследует его власть? Авимелех в данном случае мог чувствовать себя фактически посторонним. Сихем оставался, по существу, ханаанским городом, почитавшим ханаанского бога Ваалвери-фа («Владыки завета»), и братья Авимелеха могли не признавать его и презирать, как сына хананеянки.

Как бы то ни было, он сделал вид, что действует по необходимости, и убедил всех родственников из племени своей матери в Сихеме помочь ему захватить власть, внушая, что им лучше жить при царе, который один из них, чем при семидесяти чужих. Родственники согласились с ним и выдали ему деньги для последующих действий – наем личного войска, с помощью которого он напал на своих братьев и убил всех, кроме одного. Обретя власть, Авимелех стал царствовать, но недолго:

Суд., 9: 22–23. Авимелех же царствовал над Израилем три года…злой дух [встал] между Авимелехом и жителями Сихема…

Прозревшие наконец сихемцы восстали против Авимелеха. Подавив восстание с кровавой жестокостью, Авимелех продолжал усмирять другие недовольные его правлением города Манассии. Он пошел с войском на город Тевец (на месте которого, как считается, сейчас находится деревня Тубас), располагавшийся приблизительно в двенадцати милях к северо-востоку от Сихема, осадил и взял его, но был убит у городской башни⁶⁰.

Так закончился род Гедеона и первая попытка установить царскую власть в Израиле.

Массифа

Дебору и Гедеона можно считать четвертым и пятым судьями. Еще о двоих, Фоле и Иаире, шестом и седьмом судьях, кратко упоминается в начале 10-й главы Книги Судей, а затем действие перемещается в Заиорданье.

Хотя колено Гада оставалось в стороне от всех бед Израиля, народ его не пребывал в полном спокойствии, даже если исключить кратковременное вторжение войска Гедеона.

Поселившись в своем уделе, это колено вытеснило аммонитян, отбросив их из Иорданской долины на восток. Разумеется, это не произошло мирно, между народом Гада и аммонитянами шла продолжительная война. И вот наступила ее кульминация:

Суд., 10: 17. Аммонитяне собрались и расположились станом в Галааде; собрались также сыны Израилевы, и стали станом в Массифе.

Местонахождение Массифы точно неизвестно, но она могла находиться милях в двадцати к юго-востоку от города Сокхофа, о котором упоминалось ранее в связи с преследованием Гедеоном врагов. Этот город находился вблизи восточной границы территории Гада.

Войско Гада возглавлял Иеффай, который поклялся, что в случае победы после возвращения из похода принесет в жертву Богу первого, кто из его дома выйдет ему навстречу. Иеффай одержал полную победу над аммонитянами, и, когда вернулся домой, первой бросилась к нему дочь – единственный его ребенок. Потрясенный Иеффай был вынужден принести ее в жертву.

Этот рассказ о человеческом жертвоприношении настолько противоречит ритуалам яхвизма, что вызывает недоумение, почему более поздние редакторы Книги Судей оставили его в тексте Библии, не высказав по этому поводу никакого неодобрения. Нередко предполагалось, что рассказ этот оставлен неприкрашенным, чтобы ассимилировать в яхвизме ритуал языческого праздника. Рассказ завершается так:

Суд., 11: 39–40. …И вошло в обычай у Израиля, Что ежегодно дочери Израилевы ходили оплакивать дочь Иеффая Галаадитянина, четыре дня в году.

Это был широко распространенный во всем Древнем мире праздник умирания и последующего возрождения божества плодородия, олицетворявший ежегодный земледельческий цикл: умирание природы зимой и возрождение ее весной. Этот обряд мог проводиться женщинами, которые во время ежегодных пышных церемоний оплакивали смерть бога, а затем радовались, получив весть о его возрождении.

Запретить женщинам проведение издревле укоренившегося обряда могло оказаться сложным – возможно, гораздо легче было заменить в этом обряде языческого бога дочерью израильского героя⁶¹.

Шибболет

Победа Иеффая пришлась не по вкусу ефремлянам так же, как и победа Гедеона. Они решили, что колено Гада пытается захватить власть над всем Израилем. Иеффаю не удалось, подобно Гедеону, успокоить ефремлян, и на этот раз вспыхнула междоусобная война.

Войска Ефрема с самоуверенностью колена, убежденного в военном превосходстве над остальными израильтянами, перейдя через Иордан, стремительно вторглись в земли Гада.

Иеффай, по всей вероятности, постоянно ускользал от противника: заманивая ефремлян в глубину своей территории, подальше от их опорных пунктов, он тем временем послал часть войска захватить переправу через Иордан и отрезать им отступление. Затем, в жестокой схватке, Иеффай разбил ефремлян, и, когда уцелевшие воины бежали, они обнаружили, что переправа занята:

Суд., 12: 5–6. …когда кто из уцелевших Ефремлян говорил: «позвольте мне переправиться», то жители Галаадские говорили ему: «не Ефремлянин ли ты?» Он говорил: «нет». Они говорили ему: «скажи: шибболет», а он говорил: «сибболет», и не мог иначе выговорить. Тогда они, взяв его, закалали…

Слово «шибболет» означает «речка», но в данном случае это не имело значения, оно просто использовалось из-за звука «ш», который отсутствовал в диалекте ефремлян. Слово «шибболет», употребленное в этом отрывке Библии, используется в английском языке для обозначения любого характерного слова, которое служит для отличия одной группы людей от другой.

В этой междоусобной войне погибло сорок две тысячи ефремлян. Цифра эта, несомненно, преувеличена, но поражение было достаточно серьезным, чтобы гегемонии племени Ефрема над всем Израилем наступил конец. Когда настал день и в Израиле наконец появился царь, он был избран не из колена Ефремова.

Назорей

Иеффай был восьмым судьей, и после рассказа о нем кратко упоминаются (в двух-трех стихах каждый) еще трое: Есевон, Елон и Авдон – соответственно, девятый, десятый и одиннадцатый судьи.

И вновь происходит перемена места действия, на этот раз к западу, на южное побережье, где самым серьезным врагом израильтян были филистимляне. Больше всего страдало от них колено Дана, чья земля лежала к северу от Филистии и находилась в ее власти на протяжении всего периода Судей.

Борьба между данитами и их филистимскими владыками породила рассказы о народном герое Самсоне. Самсон не был предводителем войска, наподобие Барака, Гедеона или Иеффая. Это был своего рода Робин Гуд, сражавшийся с врагами в одиночку и побеждавший скорее благодаря своей сверхъестественной силе, чем ловкости или уму.

Неизвестно, какая доля исторической правды содержится в этих несомненно преувеличенных историях о Самсоне, ибо многие из них можно отнести к распространенному в древние времена типу солярных мифов, где жизнь героя отражает путь солнца по небу.

Жизнь Самсона удивительна с самого начала, так как о его рождении возвестил его матери ангел:

Суд., 13: 5. Ибо вот, ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева младенец сей будет назорей Божий…

Слово «назорей» означает «тот, кто обособлен», то есть тот, кто выделяется из числа обычных людей, посвящая себя духовной жизни. Назорей в древнем Израиле – это нечто наподобие монаха в христианском мире.

Назорей были довольно распространены во времена позднего царства, и правила для тех, кто давал обет назорейства, были записаны в Книге Чисел, являясь, следовательно, частью закона Моисея:

Числ., 6: 2–3. …если мужчина или женщина решится дать обет назорейства, чтобы посвятить себя в назорей Господу, То он должен воздержаться от вина и крепкого напитка…
Числ., 6: 6. …не должен он подходить к мертвому телу.

Самсон – первый человек в Библии, о котором говорится как о назорее, но это определенно не дидактический персонаж. В его жизни ничто не свидетельствует о высокой духовности или даже об обычной нравственности. Он не выполняет самого простого минимума назорейских обетов, ибо прикасается к мертвым телам и участвует в пиршествах с обильными возлияниями.

О назорейском образе жизни напоминают лишь его небритая голова и длинные волосы, и это – важная черта солярных мифов, так как длинные волосы олицетворяют солнечные лучи. Вполне возможно, что только из-за длинных волос, нехарактерных для идолопоклонников, более поздние редакторы Библии сделали Самсона назореем, наделив ролью, которая так плохо подошла ему.

Цора

О рождении Самсона говорится:

Суд., 13: 24–25. И родила жена сына, и нарекла имя ему: Самсон. И рос младенец… в стане Даноеом, между Цорою и Естаолом.

Цора, где жил Маной, отец Самсона, находилась в восточной части земель Дана, приблизительно в пятнадцати милях к западу от Иерусалима. Естаол располагался милях в двух восточнее.

Само имя Самсон («Shimshon» на еврейском) имеет разительное сходство со словом «shemesh», означающим «солнце». Всего в двух милях к югу от Цоры находился город Бет-Шемеш («дом солнца»), считавшийся центром культа поклонения солнцу.

Цора

Далила

Самсон всегда проявлял склонность к молодым филистимским женщинам:

Суд., 14: 1–2. …Самсон… увидел в Фимнафе женщину из дочерей Филистимских. Он… объявил отцу своему и матери своей, и сказал… возьмите ее мне в жену.

Город Фимнафа (Фимна) находился приблизительно в шести милях к западу от Цоры.

Самсон недолго прожил с молодой женой, но успел за это время совершить настоящие подвиги. Голыми руками он растерзал льва; разгневавшись из-за проигранного спора, убил тридцать филистимлян; сжег филистимские поля и сады, пустив на них лисиц с привязанными к их хвостам факелами.

Позже, когда его связали, он освободился, разорвав веревки, и, схватив ослиную челюсть, убил ею тысячу филистимлян. А когда ему пришлось бежать из города, где его подстерегали у городских ворот, он поднял эти ворота, унес их. Ни один из этих подвигов не принес Израилю особой пользы и не причинил филистимлянам серьезного вреда, и многие из этих подвигов характерны для солярных мифов, распространенных в древности.

Но затем Самсон встретился с противником, и им оказалась еще одна филистимская женщина:

Суд., 16: 4. После того полюбил он еще одну женщину, жившую на долине Сорек; имя ей Далила.

Река Сорек берет начало в окрестностях Иерусалима и течет к западу, направляясь к морю. Она образовывала южную границу территории Дана и пересекала Филистию к югу от Екрона и к северу от Азота. Это был удобный путь для вторжения войск филистимлян на восток, в центральную область Израиля.

Далилу подкупили ее соотечественники-филистимляне, чтобы она выведала у Самсона секрет его силы. После нескольких отговорок он сказал ей:

Суд., 16: 17. …бритва не касалась головы моей… Если же остричь меня, то отступит от меня сила моя; я сделаюсь слаб, и буду, как прочие люди.
Суд., 16: 19. И она [Далила] усыпила его [Самсона] на коленах своих, и призвала человека, и велела ему остричь семь кос головы его…И отступила от него сила его.

В назорейской традиции вовсе не предполагается, что длинные волосы дают необыкновенную силу человеку. Это явно солярный мифологический мотив.

Имя Далила очень близко еврейскому слову «lilah» («ночь»). Очевидно, в этом рассказе речь идет о ночи, побеждающей солнце и лишающей его лучей – в тот момент, когда солнце садится за горизонт и становится красным и тусклым.

Дагон

Наконец филистимлянам удалось схватить Самсона. Они ослепили его (солнце, которое можно представить оком на небесах, с наступлением ночи закатывается за горизонт и исчезает) и заставили выполнять тяжелую работу в тюрьме. Затем, во время праздника

Суд., 16: 23. Владельцы Филистимские собрались, чтобы принести великую жертву Дагону, богу своему…

О природе Дагона известно очень мало, так как обряды, связанные с этим богом, которые совершали филистимляне Газы и Ашдода, исчезли после ветхозаветных времен.

Так как слово «Дагон» имеет сходство со словом «даг» («dag»), что по-еврейски означает «рыба», нередко предполагалось, что это божество изображалось в виде рыбы и даже тритона – полу-человека-полурыбы. Именно в таком виде предстает Дагон у Мильтона в «Потерянном рае», когда он призывает сонм падших ангелов.

Это выглядит вполне обоснованным: ведь филистимляне были народом побережья, и для них рыба и рыболовство имели большое значение. Однако имя этого бога еще ближе к слову «dagan», что на еврейском означает «зерно», поэтому можно еще скорее предположить, что Дагон был богом земледелия – очень распространенным божеством.

В Библии есть еще одно важное упоминание о Дагоне, которое дает возможность некоторой догадки о возникновении этого божества. Позже, когда филистимляне захватили ковчег завета и поместили его в храме Дагона, для их божества это оказалось роковым.

1 Цар., 5: 4. И встали они поутру на следующий день, и вот, Дагон лежит ниц на земле… голова Дагонова и обе руки его лежали отсеченные… остался только обрубок Дагона.

В Исправленном стандартном переводе последняя фраза дается следующим образом: «осталось только туловище Дагона».

Если нижняя половина этого божества была подобна рыбе, то довольно трудно поверить, что авторы Библии не сказали бы: «остался только хвост Дагона». Так что, несмотря на Мильтона, этот факт говорит в пользу того, что Дагон – бог земледелия.

В любом случае имя Дагон явно семитское, и это неплохой пример того, как семитизировалась филистимская культура после вторжения филистимлян в Ханаан (если не ранее).

Празднество по поводу пленения своего врага ничем хорошим для филистимлян не закончилось. Они привели в свой храм слепого Самсона, чтобы позлорадствовать над поверженным врагом.

Суд., 16: 22. Между тем волосы на голове его начали расти, где они были острижены.

И вновь здесь можно увидеть солярный миф: хотя око дня слепнет и солнце исчезает, оно неизменно появляется вновь. Оно опять встает на востоке, и лучи его еще слабые и тусклые; но, поднимаясь выше на небе, солнце разгорается все ярче и сильней.

В последний раз проявляя свою силу, Самсон раздвигает столбы, поддерживающие крышу храма, в котором пируют его враги. Храм рушится, погребая под развалинами почти три тысячи филистимлян и самого Самсона. Так история, в которой немало комических моментов, заканчивается высокой трагедией. Самсон был двенадцатым судьей – последним в Книге Судей.

Дан

Но Книга Судей не завершается на двенадцатом судье. В последних пяти ее главах излагаются еще два повествования, которые помещены в эту книгу, так как принадлежат именно к этому историческому периоду. Авторы Библии оговаривают это:

Суд., 18: 1. В те дни не было царя у Израиля…

В отличие от более ранних рассказов Книги Судей последние ее эпизоды не связаны с подвигами какого-либо конкретного судьи.

Первая история повествует о племени Дана, которое тяжко угнеталось более могущественными филистимлянами. Они захватили большую часть земель, принадлежавших Дану в результате завоевания Ханаана, и владели ими.

Суд., 18: 1. …в те дни колено Даново искало себе удела, где бы поселиться, потому что дотоле не выпало ему полного удела…

Выражение «в те дни» всего лишь указывает на период Судей. Оно не означает, что события происходили именно до или после подвигов Самсона. Если допустить, что все, случившееся с коленом Дана, произошло после истории Самсона, то это явно свидетельствует, что деятельность этого героя не слишком ослабила филистимлян и не помогла данитам.

Даниты решили найти земли подальше от филистимлян и послали на север пятерых разведчиков, чтобы подыскать новое место.

Суд., 18: 7. …пять мужей… пришли в Лаис, и увидели народ, который в нем, что он живет покойно, по обычаю Сидонян… от Сидонян они жили далеко, и ни с кем не было у них никакого дела.

Иначе говоря, они нашли финикийский (ханаанский) город, удаленный от моря на тридцать миль, и основные финикийские силы, сосредоточенные на побережье, быстро прийти к нему на помощь не могли. Более того, этот город находился в тихом уединенном месте и не состоял ни с кем в военном союзе, который мог бы затруднить его захват.

Возвратившись домой, разведчики сообщили обо всем, и на север был выслан отряд из шестисот человек, чтобы захватить Лаис. Проходя через землю, граничащую с племенем Ефрема, они похитили истукана и прочие литургические принадлежности, сделанные Михой – безобидным ефремлянином, который незадолго до этого гостеприимно принял разведчиков в своем доме, предоставив им ночлег. Они также забрали с собой левита, служившего священником у ефремлян. Когда Миха стал протестовать, даниты еще и пригрозили, что убьют его.

Суд., 18: 26. И пошли сыны Дановы путем своим; Миха же, видя, что они сильнее его, пошел назад и возвратился в дом свой.

Это характерный пример беззакония тех времен и разобщенности племен. Даниты, возможно, не испытывали угрызений совести, обобрав ефремлян. Так как никто из колена Ефремова даже не попытался помешать бесчинству данитов, можно предположить, что это случилось после того, как Иеффай нанес катастрофическое поражение ефремлянам.

Но в роли обидчиков выступали не только даниты. Их и самих достаточно обижали. Жители Иудеи, земли которой граничили с территорией Дана на юге и юго-востоке, пытались устранить данита Самсона, мстившего филистимлянам:

Суд., 15: 12. И сказали ему: мы пришли связать тебя, чтоб отдать тебя в руки Филистимлянам…

Они выполнили свою угрозу (хотя Самсон и сбежал от филистимлян, благодаря своей богатырской силе). Жители Иудеи явно не колебались, собираясь пожертвовать данитом и выдать его тем, кого можно было считать общим врагом.

Об этом говорится в последнем стихе Книги Судей:

Суд., 21: 25. В те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым.

Это отсутствие закона и порядка, это всеобщее ощущение, что у кого сила, тот и прав, во многом объясняют, почему Израиль так нуждался в царе, и даже последние редакторы Книги Судей, настроенные в какой-то мере антимонархически, не могли этого скрыть.

Однако вернемся к воинскому отряду данитов.

Они добрались до Лаиса, напали на него так же бессовестно, как ограбили людей Ефрема, и настолько же успешно. Разрушив город, даниты построили на его развалинах новый.

Суд., 18: 29. И нарекли имя городу: Дан…

Город Дан обычно отождествляется с арабским городом Телль-эль-Кади, расположенным в верхнем течении Иордана, милях в тридцати севернее Галилейского озера (оба слова, «Дан» и «Кади», означают «судья»).

Дан представлялся самой отдаленной северной областью среди всех израильских территорий (хотя власть Израиля в величайшие дни царства распространилась на север гораздо дальше земель, занятых неизраильтянами). Поэтому выражение «от Дана до Вирсавии» может означать «весь Израиль», так как Вирсавия (Беер-Шеба) была самым южным израильским городом. Расстояние от Дана до Вирсавии приблизительно 150 миль – весьма значительное для ветхозаветных времен.

Город Дан существует до сих пор, он находится у северной оконечности современного Израиля, хотя Беер-Шеба сейчас гораздо дальше от его южной границы. Современный Израиль владеет частью пустыни Негев протяженностью в 120 миль к югу от Беер-Шебы. Сейчас протяженность Израиля более 270 миль.

Новая роль Дана как израильского города не изменила его положения, он остался настолько же обособленным и уязвимым, каким был прежде, когда принадлежал финикийцам. Дан просуществовал два столетия и вскоре после смерти Соломона был захвачен сирийской армией, пришедшей с севера.

Гива

Следующий рассказ, которым и заканчивается Книга Судей, – еще более горестная история, и в ней еще ярче отражены беспорядок и беззаконие, существовавшие в Израиле перед образованием царства.

История эта повествует об одном левите, который со своей наложницей отправился из Вифлеема Иудейского к себе домой, на север, где он жил на склоне горы Ефремовой. Уже наступал вечер, когда они подошли к Иерусалиму, лежавшему на границе, разделявшей земли Иуды и Вениамина. Слуга предложил своему хозяину переночевать в Иерусалиме, но это был город «иноплеменников»-иевусеев, и левит предпочел остановиться на ночлег в соседнем израильском городе:

Суд., 19: 12. …не пойдем в город иноплеменников… но дойдем до Гивы.

Гива, находившаяся в пяти милях севернее Иерусалима, была крупным городом в уделе Вениамина. Путешественникам удалось найти приют на ночь у одного старика, который сам оказался «родом с горы Ефремовой». Однако ночью шайка местных хулиганов осадила дом старика, схватила наложницу левита, надругалась над ней и замучила до смерти.

И вновь, очевидно, племенная разобщенность усугубила ситуацию. Никто даже не задумался, что люди Вениамина не вели бы себя так пренебрежительно и бесчеловечно со своими соплеменниками. Но им встретились ефремляне, люди другого племени и, следовательно, чужеземцы.

Ирония судьбы в том, что если бы левит со своей наложницей остался ночевать в Иерусалиме, «городе иноплеменников», то, возможно, избежал бы опасности.

Гива, в которой произошло насилие, была городом очень сомнительной репутации и для последующих веков оставалась воплощением греха, заслуживающего соответствующего позора. Так, пророк Осия, четырьмя веками позже говоривший о своем поколении, изрек:

Ос., 9: 9. Глубоко упали они, развратились, как во дни Гивы…

Массифа (Вениамина)

Рассказ о событиях, произошедших после насилия в Гиве, приводит в замешательство: в некотором отношении он не противоречит другим частям библейской истории. Когда известие о преступлении вениамитян распространилось среди всех колен,

Суд., 20: 1. …вышли все сыны Израилевы, и собралось все общество, как один человек, от Дана до Вирсавии, и земля Галаадская пред Господа в Массифу.

Массифа здесь – это не тот город на территории Гада, где собирались войска Иеффая перед сражением с аммонитянами. Скорее всего, это город в земле Вениамина, близ границы с территорией Ефрема. В период Судей здесь находилось место для сбора колен в особых случаях.

Конечно, не стоит буквально считать, что здесь собрались «все сыны Израилевы»; скорее всего, это были лишь представители всех колен, в том числе и тех, которые находились в Заиорданье.

В Библии рассказывается, что собравшихся ужаснуло произошедшее в Гиве, и они решили выступить все вместе против нее.

Суд., 20: 11. И собрались все Израильтяне против города единодушно, как один человек.

И все же это выглядит недостаточно правдоподобно. На протяжении всего периода Судей колена Израилевы не объединялись даже в моменты более значительной опасности. Они не объединились ни против Сисары, ни против мадианитян, ни против аммонитян. И действительно, люди колена Манассии сражались с мадианитянами, находясь на грани междоусобной войны с Ефремом, а битва людей Гада с аммонитянами спровоцировала эту междоусобицу. Поэтому кажется совершенно невероятным, чтобы сейчас мог создаться единый фронт.

Вероятно, более поздние редакторы Библии идеализировали эту ситуацию. Не могло ли произойти так, что не все израильтяне, а лишь все люди колена Ефремова объединились против Вениамина на защиту ефремлянина, с которым так ужасно обошлись?

Если искать историческое подтверждение этому, то можно было бы предположить, что в Книге Иисуса Навина излагаются точные факты, и в период завоевания, а также непосредственно после него израильские племена предпринимали совместные действия. В таком случае не могло ли насилие в Гиве произойти скорее в самом начале периода Судей, хотя рассказ о нем и помещен в конце книги?

Позже, когда началась война с Гивой и союз израильтян поначалу дважды потерпел поражение, сыны Израилевы пришли в дом Божий и обратились к Господу за советом. В этом месте Библия прерывает рассказ, поясняя, что ковчег завета находился в то время там,

Суд., 20: 28. И Финеес, сын Елеазара, сына Ааронова, предстоял перед ним…

Но Елеазер был современником Иисуса Навина, следовательно, события, произошедшие при его жизни, должны были случиться сразу после завоевания Ханаана – когда совместные действия еще, вероятно, оставались частью израильской традиции.

В конце концов, все обернулось против вениамитян. Израильтяне одержали победу, разорили Гиву и опустошили всю землю Вениамина. Почти все его население было истреблено.

Суд., 20: 47. И обратились оставшиеся и убежали… к скале Риммону, шестьсот человек…

«Скала Риммон» иногда отождествляется с пустынной холмистой областью в пяти милях к северу от Гивы. Изо всего колена Вениаминова, как указывает Библия, остались только эти шестьсот человек. Если не счесть это преувеличением и допустить, что рассказ исторически достоверен, то здесь говорится о серьезном и даже гибельном поражении колена Вениаминова. И если все так, то история эта не могла произойти к концу периода Судей, когда народ Вениамина процветал. Ведь именно из колена Вениаминова вскоре был избран царь Израиля. Кроме того, если изображенное в рассказе значительное ослабление Вениамина произошло в ранний период Судей, это могло согласовываться с вторжением моавитян, захвативших и подчинивших себе земли Вениамина, что вызвало противодействие Аода.

Иавис Галаадский

Далее рассказывается, что израильтяне стали сокрушаться об уничтожении колена Вениаминова, вовсе не желая, чтобы оно окончательно погибло. В живых еще оставалось шестьсот вениамитян, и колено еще могло возродиться, но израильтяне поклялись, что не отдадут им своих дочерей в жены. Поэтому стали искать, нет ли какого-либо города, который не участвовал в войне против Вениамина и, следовательно, не давал бы этой клятвы.

Суд., 21: 8. …И оказалось, что из Иависа Галаадского никто не приходил…

Иавис Галаадский, принадлежавший племени Гада, был расположен к востоку от реки Иордан, приблизительно в пятнадцати милях севернее Сокхофа.

Израильтяне послали туда войско и истребили всех жителей города, кроме девушек, которых отдали в жены вениамитянам. Благодаря этому колено Вениамина не исчезло. И опять же, если эти события когда-либо происходили, то они не могли случиться в конце периода Судей, потому что во времена царя Саула, наступившие сразу же после этого периода, Иавис Галаадский был процветающим городом.

Здесь я не могу удержаться от собственной гипотезы: возможно, некий израильский автор в ранний период Царств решил написать то, что сейчас могло бы называться историческим романом, действие которого концентрировалось вокруг события в Гиве. Свое драматическое повествование он, не колеблясь, подогнал под историческую действительность. А затем каким-то образом рассказ этот был воспринят всерьез священниками-редакторами, которые позже собрали в Книге Судей разные племенные предания. Поэтому рассказ этот и был в нее включен, но помещен в конце, ибо другого подходящего места для него не нашлось. Здесь он и остался – загадка, которую ученые-библеисты пытаются разгадать.

8. Книга Руфь

Книга Руфь

За Книгой Судей в разных вариантах Библии, которыми пользуются христиане, следует небольшая книга из четырех глав, названная Книгой Руфь по имени ее героини. События этой книги относятся к периоду Судей:

Руфь, 1: 1. Это случилось в те дни, когда правили судьи…⁶²

Можно было бы счесть это еще одним из рассказов об этом времени, дополняющим повествования о войнах Гедеона и Иеффая, подвигах Самсона, переселении колена Дана, преступлении вениамитян. Но почему же тогда Книга Руфь не вошла в Книгу Судей?

Дело в том, что это не просто еще одна из историй о том периоде. Все повествования Книги Судей отличаются кровавой жестокостью и примитивизмом, что характерно для рассказов, основанных на хрониках той жестокой варварской эпохи. Но история Руфь – это очаровательная пасторальная идиллия, будто увиденное издалека прошлое, которое кажется «добрыми старыми временами», простыми, мирными и добрыми, – какими они на самом деле не были.

Короче, Книга Руфь была создана в V в. до н. э., по всей вероятности, после возвращения евреев из плена и приблизительно через семь столетий после описываемых в ней событий. И хотя основные ее тезисы основаны на исторической традиции, подробности сюжета, вероятно, вымышлены⁶³.

Евреи признали это, включив книгу только в третий раздел Ветхого Завета – в Писания. Считалось, что книги этого раздела – скорее литературные, чем исторические произведения.

Однако исторический смысл Книги Руфь настолько важен для христианской системы взглядов, что она была помещена в исторический раздел Библии – на место, соответствующее описанному в ее рассказе времени, сразу же после Книги Судей⁶⁴.

Вифлеем Иудейский

История Руфь начинается с рассказа о том, как в период правления Судей в Вифлееме, в земле Иуды, случился голод и семья израильтян ушла из него:

Руфь, 1: 1. …И пошел один человек из Вифлеема Иудейского, со своею женою и двумя сыновьями своими, жить на полях Моавитских.

Вифлеем Иудейский назывался так, чтобы отличать его от Вифлеема Завулонова, находившегося приблизительно в семидесяти пяти милях севернее. Вифлеем Иудейский настолько более известен, чем Вифлеем Завулонов (по причинам, которые вскоре станут ясны), что при любом упоминании просто Вифлеема не возникает сомнений, что речь идет именно о Вифлееме Иудейском.

И действительно, единственное упоминание Библии о Вифлееме Завулонском, похоже, связано с Есевоном, одним из малозначительных судей (девятым по счету), о котором мимоходом говорится в Книге Судей:

Суд., 12: 8. После него [Иеффая] был судьею Израиля Есевон из Вифлеема.

У Вифлеема Иудейского, расположенного приблизительно в шести милях южнее Иерусалима, по-видимому, было более древнее название Ефрафа. Даже во времена Давида жителей Вифлеема могли называть ефрафянами:

1 Цар., 17: 12. Давид же был сын Ефрафянина из Вифлеема Иудина, по имени Иессея…

И автор Руфь следовал этому обычаю, рассказывая о семье, пришедшей в Моав:

Руфь, 1: 2. Имя человека того Елимелех, имя жены его Ноеминь, а имя двух сыновей его Махлон и Хилеон; они были Ефрафяне из Вифлеема Иудейского…

До сих пор Вифлеем упоминался в Библии лишь в связи со всякими несчастьями. Рахиль, родив Вениамина, умерла близ Вифлеема. Даниты, продвигавшиеся к северу, чтобы совершить кровавое нападение на Лаис, увели с собой левита, который пришел на гору Ефремову из Вифлеема Иудейского. Наложница, умершая в Гиве из-за зверского насилия, была родом из Вифлеема Иудейского.

Однако теперь, в связи с семьей Елимелеха, ушедшей за Иродан в Моав, и всеми последующими событиями, Вифлеем начинает приобретать новое, особое значение.

Махлон и Хилеон

В Моаве Елимелех умер, а его сыновья женились на моавитянках:

Руфь, 1: 4–5. Они взяли себе жен из Моавитянок; имя одной Орфа, а имя другой Руфь; и жили там около десяти лет. Но потом и оба… Махлон и Хилеон, умерли…

Так как «Махлон» означает «болезнь», а «Хилеон» – «слабость», «истощение», то такие имена вряд ли могли дать детям. Но оба сына Елимелеха умерли рано, и их имена вполне соответствуют этому. Использование таких «говорящих» имен – характерная черта художественного произведения.

Руфь

Ноеминь, утратившая мужа и сыновей, решила возвратиться в Вифлеем. Вместе с ней отправились и обе ее невестки, но по дороге Ноеминь стала уговаривать их вернуться в свой родной дом и снова выйти замуж. Орфа согласилась и простилась со свекровью, а Руфь отказалась наотрез:

Руфь, 1: 16. Но Руфь сказала: не принуждай меня оставить тебя… но куда ты пойдешь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я буду жить; народ твой будет моим народом, и твой Бог моим Богом…

И они вдвоем пошли в Вифлеем.

В Вифлееме Руфь встретила Вооза, богатого родственника Ноеминь, которому она понравилась – несмотря на то что была чужеземкой. Он был признателен ей за ту любовь и заботу, которую она оказывала Ноеминь. Ноеминь научила Руфь, как ей следует поступить, и Вооз взял Руфь в жены в соответствии с древним израильским законом левирата.

У супругов родился сын, и Ноеминь, утратившая своих сыновей, утешилась. Ее преданная невестка, моавитянка Руфь, считалась теперь полноправным членом израильской общины, и израильтянки восхваляли ее:

Руфь, 4: 14–15. И говорили женщины Ноемини… сноха твоя, которая любит тебя… для тебя лучше семи сыновей.

С тех пор для всего народа Руфь оставалась одной из самых привлекательных женщин Библии.

Давид

А теперь – самый важный момент рассказа:

Руфь, 4: 17. Соседки… нарекли ему [сыну Руфь] имя: Овид. Он отец Иессея, отца Давидова.

Иначе говоря, Руфь была прабабкой великого израильского царя-героя Давида.

Цель этой книги, похоже, ясна. Она была написана в то время, когда евреи возвращались, подобно Ноемини, из чужой страны. Изгнанников очень беспокоило, как освободить свои земли от чужестранцев, которые заняли их, пока они находились в вавилонском плену. Их религиозные вожди Ездра и Неемия установили жесткую политику расового ограничения, запрещавшую смешанные браки иудеев с иноплеменницами. Все, кто уже взял себе в жены чужеземок, должны были прогнать их.

Но среди евреев могло находиться немало тех, кого ужаснула низость подобной политики и жестокость, с которой она должна была осуществляться. Возможно, один из них и написал Книгу Руфь, как всеобщий призыв к единению, к признанию полного братства всех людей⁶⁵.

При создании этого произведения автора могло воодушевлять предание, что в роду Давида были моавитяне. Действительно, когда однажды Давид находился в опасности из-за преследований Саула и угроза нависла не только над ним, но и над всей его семьей, он привел своих родителей в Моав, чтобы спасти их:

1 Цар., 22: 3. …Давид… сказал царю Моавитскому: пусть отец мой и мать моя побудут у вас, доколе я не узнаю, что сделает со мною Бог.

В то время моавитскому царю было выгодно поддержать Давида, который поднимал восстание против Саула: это могло ослабить Израиль. Но все же доверие Давида к Моаву именно в тот момент могло возникнуть также из осознания кровного родства.

Если такое предание существовало, автор Книги Руфь извлек из него огромную пользу, и не важно, насколько вымышлены те детали, которые он добавил, поскольку содержание книги от этого становится глубже.

Сделав свою героиню моавитянкой, автор заострил смысл рассказа, так как женщины Моава традиционно считались совратительницами израильских мужчин – благодаря известной истории, рассказанной в Книге Чисел. И все же эта чужеземка стала прародительницей царя Давида.

Что может быть значительнее этого? Книга Руфь повествует не только о том, что чужеземец может принять иудаизм и оказаться достойным приобретением для него, но и о том, что он может явиться источником высшего добра. Так следует ли запрещать браки с иноземцами, как это произошло после возвращения евреев из плена? Ведь если бы Воозу запретили жениться на Руфь, не было бы Давида.

Для христиан Книга Руфь имеет еще большее значение. Через Давида Руфь является праматерью Иисуса Христа, поэтому история ее укрепляет христианский взгляд на Мессию: он пришел для всего человечества, а не только для одних евреев.

1.«…Седьмой день недели, посвященный воспоминанию этого божественного покоя, сохранил за собой у евреев название субботы (у нас же значение этого дня перешло на воскресенье, причем заменено и самое содержание воспоминания)» (Толковая Библия, или Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета / Под ред. А.П. Лопухина. Т. 1. Пятикнижие Моисеево. Пг, 1904; Бытие, примеч. к главе 2: 2).

2.«…Библия знает две страны с этим именем: одну – хамитскую… в северо-восточном углу Египта (Быт., 10: 7), другую – семитскую, расположенную на северо-западе от Месопотамии, иначе называвшуюся также Иектанидой (Быт., 10: 29; Быт., 25: 18; 1 Цар., 15: 7)…Здесь речь идет, именно, об этой последней, семитской Хавиле, тем более, что с этим совпадают и данные [клинописных текстов, открывшие] созвучное библейскому наименование «песчаной земли» Ард-ел-Хавилот, или Халат, лежащей по соседству с Персидским заливом» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 2: 10–12).

3.«В еврейском подлиннике страна эта называется «землей Куш», то есть местожительством кушитов, потомков младшего сына Хамова – Куша или Хуса (Быт., 10: 5–8). LXX перевели это словом «Эфиопия», чем подали многим повод искать самую страну в северо-восточном углу Африки, по соседству с Гислом, куда, действительно, впоследствии и переселились хамиты… Но первоначальной родиной этих кушитов, по свидетельству генеалогической таблицы Библии (Быт., 10: 6–10) и памятников клинообразной литературы (Kas-dim), был восточный берег нижнего течения Тигра и северо-восточный угол Персидского залива, именно та самая долина Сеннаар, в которой, по сказанию Библии, осели потомки разных народностей, оставшихся после вавилонского столпотворения… они и образовали особую народность, известную в… клинообразных текстах под именем Kassu, что очень созвучно с библейским «Куш». «Если же Куш – то же, что Kassu, – говорит профессор Делич, – то и Тихон представляется возможным отождествить с Туханом, месопотамским рукавом Евфрата» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 2: 11).

4.«Самое имя «Нимрод»… означает «бунтовщик, мятежник, возмутитель» (от евр. глагола «marad» – огорчать, досаждать, восставать, возмущаться)…» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 10: 8).

5.По современным данным – ок. 2550 г. до н. э.

6.Агаде – Аккад, город, от имени которого пошло название всего государства Аккад, древней страны в Ираке.

7.На судне «Мейфлауэр» в Америку прибыли первые поселенцы из Англии.

8.«…Вслед за И. Флавием здесь разумеют население малоазиатской провинции Лидии… Но ввиду того, что в классическую эпоху население Лидии было скорее арийского, чем семитского происхождения, ученые предполагают, что семиты населяли эту провинцию лишь в глубокой древности, но что впоследствии они уступили ее арийцам. Эта постепенная замена одного населения другим происходила главным образом в эпоху ассирийских царей…» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 10: 22).

9.«…Основываясь на клинообразных надписях… полагают, что это имя означает народ, «сопредельный с халдеями» (arp-kasad), и местожительство его [Арпаксада] указывают в южной, приморской части долины Евфрата, главной резиденцией которой был г. Ур Халдейский, современный Мугейр» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 10: 22).

10.«Границами [Ханаана] на севере служили горы Ливанские, на юге – Аравийские степи, с востока – пустыня Сирийская и с запада – Средиземное море» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 12: 5).

11.По современным данным, Аменемхет I правил в период ок. 1937–1908 гг. до н. э.

12.По современным данным, Сенусерт I правил в период ок. 1918–1875 гг. до н. э.

13.Тудхалия I – хеттский царь (по современным данным, ок. 1740–1710 гг. до н. э.).

14.«Предпотопное человечество именуется «исполинами»… – «нефилим». Хотя… в Писании этот термин иногда и служит обозначением великанов или гигантов… но основное значение этого корня – «разрушать, ниспровергать», а в форме «ниф» – «заставить падать, соблазнять, развращать». Отсюда, гораздо правильнее будет в этих первобытных «нефилим» видеть не столько людей, отличавшихся необыкновенной физической силой и ростом, сколько лиц, сознательно попиравших всякую правду, и дерзких тиранов» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 6: 4).

15.«В клинообразных надписях ассирийских царей Иерусалим обыкновенно известен под формой «Уру-Салима», что, собственно, значит: город Салим». В Тель-эль-Амарнской переписке палестинских наместников Египта с двором фараонов найдено письмо одного наместника к фараону Аменофису IV, в котором он, между прочим, говорил, что божеством-покровителем вверенного ему города считается Ел-Елион, который называется также и Салимом (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 14: 18).

16.«Соответственно обычаю древних восточных владык, которые переименовывали возвышаемых ими слуг… и Бог, возвышая Аврама до завета с Собою, дает ему новое имя, которое к тому же имеет ближайшее отношение и к содержанию самого обетования. Прежнее имя Аврам, что значит «высокий отец», изменяется в новое: «Авраам»… что значит «отец множества», разумеется – множества обещанных ему потомков» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 17: 5).

17.«Иаков предоставляет в собственность [Иосифу] некоторый участок… вероятно, вблизи Сихема […], где Иаковом было куплено поле у Еммора… и где по вступлении евреев в Ханаан был погребен Иосиф…» (Толковая Библия. Т. 1. Бытие. Примеч. к главе 48: 21–22).

18.Т у т м о с I (Тутмес) – египетский фараон (по современным данным, ок. 1493–1482 гг. до н. э.).
Т у т м о с III – египетский фараон (по современным данным, ум. в 1426 г. до н. э.).

19.Аменхотеп III – египетский фараон (по современным данным, ок. 1390–1353 гг. до н. э.).

20.А м в н х о т в п IV (Эхнатон) – египетский фараон (по современным данным, ок. 1365–1348 гг. до н. э.).

21.Эхнатон попытался не только уничтожить в египетских надписях имена богов, но и само понятие «бог», заменив его словом «властитель». Знак бога он заменил знаком, обозначавшим фараона. На завершающем этапе реформы само солнце мыслилось не как бог, а как царь. В мире должны были править только два царя – Солнце-Атон и его сын Эхнатон.

22.Тутанхамон – египетский фараон (по современным данным, ок. 1333–1323 гг. до н. э.).

23.Рамсес II – египетский фараон (по современным данным, ок. 1279–1213 гг. до н. э.).

24.Сенусерт I (Сезострис) – египетский фараон (ок. 1918–1875 гг. до н. э.).
Сенусерт II – египетский фараон (ок. 1844–1837 гг. до н. э.).
Сенусерт III – египетский фараон (ок. 1836–1818 гг. до н. э.).

25.В обнаруженной в Телль-эль-Амарне переписке говорится о завоевателях «Khabin», что означает: «евреи». Однако население Эдома, Моава и Аммона было таким же еврейским, как и население Израиля. (Примеч. авт.)

26.«…Наречение имени египтянкою говорит… что по своему происхождению и оно должно быть египетским. Таковым считают его уже Филон и Иосиф Флавий, причем, по словам последнего, оно образовано из соединения двух египетских слов: «мо» – вода и «йене» – сохраненный… По наиболее достоверному объяснению, первая половина имени Моисей соответствует египетскому «мо» – вода, а вторая… древнеегипетскому глаголу «удша», «удш», значащему «спасаться». Поэтому Моудше, Моиси, или с греческим окончанием Моисис – значит «спасен из воды» (Толковая Библия. Т. 1. Исход. Примеч. к главе 2: 10).

27.В месяце колосьев – примечание к русскому синодальному переводу Библии.

28.«…Они двигались не по направлению к «дороге земли Филистимской» – так называемой дороге «Ай», ведшей из Египта через Палестину в Азию. Эта главная дорога, по которой проходили караваны и военные экспедиции, пролегала почти параллельно средиземноморскому побережью и была самым коротким и лучшим путем, но вместе с тем и самым охраняемым. Целые армии солдат и чиновников на пограничных постах зорко наблюдали за всем движением в обоих направлениях.
  Главная дорога была слишком опасной. Поэтому израильтяне направились к югу. Из Пер-Рамсеса на восточном рукаве дельты первая остановка – Сокхоф в Вади-Тумилат…» (Келлер В. Библия как история. М., 1998. С. 137–138).
  «Ослабленные продолжительным рабством… евреи не могли выдержать столкновения с ними [филистимлянами]… и потому возвратиться в Египет. Поэтому Господь и не повел их в землю Ханаанскую, в северо-восточном направлении, – через пределы земли Филистимской.
  Вместо северо-восточного пути Господь избрал направление к «йам суф», т. е. к Чермному морю». (Толковая Библия. Т. 1. Исход. Примеч. к главе 13: 17–18).

29.«Рефидим – это современный Фейран, который арабы называют «Жемчужиной Синая». Защищенный со всех сторон живописным скальным барьером, этот миниатюрный рай сохранял свой вид неизменным на протяжении тысячелетий… Кочевники… приводили сюда стада на водопой… Он [Питри, сэр Флиндерс, английский археолог] установил, что Фейран является единственным оазисом во всей южной части горного массива» (Келлер В. Библия как история. С. 149–150).

30.«…Слав. – рус. [название] «Левит» показывает, что содержание книги составляют относящиеся к обязанностям священного Левиина колена отправления ветхозаветного культа… Книга Левит имеет почти исключительно законодательное содержание, будучи почти совершенно лишена познавательно-исторического элемента…» (Толковая Библия. Т. 1. Книга Левит. С. 408).

31.В русском синодальном переводе Библии в Книге Левит иногда употребляется слово «ливан» в значении «закваска»: «…пусть принесет пшеничной муки… и положит на нее дивана» (2: 1), «…и возьмет полную горсть муки с елеем и со всем диваном…» (2: 2).

32.«Соблюдение закона об юбилейном годе… не подтверждается ни относительно дальнейшей эпохи истории Израиля, ни для послепленной его истории (по раввинам, после плена юбилейные годы не праздновались, а лишь считались для правильного счета и регулярного празднования годов субботних)» (Толковая Библия. Т. 1. Левит. Примеч. к главе 25: 47–54).

33.Закон об отпущении рабов касался только рабов-евреев, попавших в рабство из-за бедности. Его мотивом служил факт исхода евреев из Египта, в результате чего все евреи – как богатые, так и бедные – стали считаться рабами Господа, а не какого-либо человека. (Примеч. пер.)

34.«…Сущность законов юбилейного года составляет… требование восстановления того порядка вещей, который установлен при разделе земли обетованной израильтянам, т. е. равномерного распределения недвижимой собственности и личной свободы каждого члена теократического общества – порядка, постепенно нарушавшегося под влиянием естественных, общежитейских и других условий» (Толковая Библия. Т. 1. Левит. Примеч. к главе 25: 14–17).

35.«Не следует смешивать пустыню Син (Цин), о которой говорится в данном стихе, с пустыней Син на западном побережье Синайского полуострова (Исх., 16). Пустыня Цин составляет северо-восточную часть пустыни Фаран» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 13: 22).

36.«Долина Есхол» означает «Долина винограда»; она расположена к юго-западу от Хеврона и по сей день изобилует виноградниками» (Келлер В. Библия как история. С. 162).
«Долина Есхол названа так, по всей вероятности, по имени своего древнего владельца, союзника Аврамова Ешкола (Быт., 14: 13, 14)…Греко-славянский текст понимает «Есхол» как нарицательное: долина гроздов…» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 13: 24).

37.«Кадес – местность вблизи южных границ Ханаана… Полагают, что Кадес прежде назывался Ритмой и получил имя Кадеса (кадешь – святой) впоследствии, в силу того обстоятельства, что здесь долго стоял ковчег завета, и здесь же состоялось грозное решение правды Божией в отношении непокорного народа» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 13: 27).

38.«Уже в начале XX столетия немецкий ученый X. Грессманн заявил, что библейский «медный змей», по-видимому, был заимствован у мадианитян…
Согласно Библии, мадианитяне происходили от жены Авраама Хеттуры (Быт., 25: 2–6); мадиамский священник Рагуил (или Иофор) был тестем и советником Моисея… Именно Рагуилу, по-видимому, израильтяне обязаны этим странным культом медного змея. Весьма впечатляет, что Бенно Ротенберг… нашел идола в форме медного змея… именно на месте археологических раскопок, где обнаруживались следы деятельности мадианитян. И… на том же месте, где и змейка, было найдено святилище!» (Келлер В. Библия как история. С. 168).

39.Васан (Батанея) – историческая область в Палестине.
«Царство Васан простиралось от потока Иавока на севере, вдоль реки Иордана, до горы Ермон…» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 21: 33).

40.Галилейское море – евангельское название Тивериадского (Тенисаретского) озера в Израиле. (Примеч. пер.)

41.В области к востоку от Иордании в древних могилах обнаружены огромные свинцово-серые надгробные плиты из базальта, примерно тех же размеров, что указаны в библейском стихе. Если метафорически они считались местом последнего упокоения или «одром» правителя или воина, то именно так и могла возникнуть легенда об исполинском росте Ога. (Примеч. авт.)

42.«…Валаам не был обыкновенным языческим волхвом или кудесником. Это была несомненно богато одаренная натура, способная возвышаться до понимания истинного Бога… Он жил и действовал там, откуда вышел некогда родоначальник еврейского народа Авраам, где по преимуществу поселились потомки Сима, где особенно распространены были науки, исследовавшие движение светил небесных и утверждавшие мысль человека в идее необъятности могущества и премудрости Создателя. В церковных песнопениях Валаам называется звездочетцем (троп, по 3 п. кан. 24 дек.), а волхвы, пришедшие по указанию чудесной звезды поклониться родившемуся в Вифлееме Христу, – учениками Валаама (троп, по 5 п. кан. 22 дек.)» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 22: 5).

43.«Высоты Вааловы» считают тождественными с Вамотом («жертвенник Ваала»), находившимся на горной возвышенности близ Дивона» (Толковая Библия. Т. 1. Числа. Примеч. к главе 22: 41).

44.«В 1898 г. ориенталист Шрадер предположил, что образ единорога мог быть подсказан грекам некоторыми персидскими барельефами, изображающими быка в профиль с одним рогом» (Борхес Х.Л. Книга вымышленных существ. 1999. С. 53–54).

45.«Цель воспроизведения [законов] – возобновление в памяти молодого поколения поучительных моментов божественного промышления об избранном народе и данных ему законов… В общем, Второзаконие представляет подробное предсмертное завещание мудрого и опытного вождя, наделенного вдохновением свыше, молодому, неустойчивому еврейскому народу» (Толковая Библия. T. 1. Второзаконие. С. 594).

46.«Кафтор отождествляется с о. Критом, кафторимы – с его выходцами филистимлянами (Пелешет), поселившимися в юго-западном углу Ханаана и сообщившими свое имя (Палестина) всей стране» (Толковая Библия. Т. 1. Второзаконие. Примеч. к главе 2: 4–23).

47.«Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый отдел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры-Неемии и Есфирь – к отделу «кетубим», – священным писаниям» (Толковая Библия. Т. 2. Исторические книги. С. II).

48.«Возраст древнейших домов Иерихона – около 7000 лет» (Келлер В. Библия как история. С. 181).

49.«Раавь… высказала им побуждение, по которому она не выдала их. Она оказала им милость по тому убеждению, что Господь, Которому они поклоняются, отдаст им ханаанскую землю [«я знаю, что Господь отдал землю сию вам…» – 2: 9]. Начало этого она уже видит в необычайном страхе и унынии, овладевших жителями этой земли… ее вера имеет тем большую цену, что возникла из тех же известий, которые в других произвели только страх» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Иисуса Навина. Примеч. к главе 8–11).
«В последствии времени Раавь вошла в состав израильского народа… Живя среди израильтян, она так сблизилась с ними, что сделалась женою Салмона, князя Иудина колена (Руфь, 4: 20), и матерью Вооза (Мф., 1:5), которые были предками Давида, а вместе и предками Христа Спасителя. Апостолы относят Раавь к ветхозаветным праведникам, которые спаслись от гибели верою (Евр., 11: 31)… а Отцы и Учителя церкви в лице Хананеянки Раави, уверовавшей в истинного Бога и оставившей прежнюю порочную жизнь, усматривали прообраз Церкви Христовой из язычников…» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Иисуса Навина. Примеч. к главе 21–22).

50.«…Стены Иерихона в течение бронзового века отстраивались заново не менее семнадцати раз. Их постоянно разрушали то землетрясения, то эрозия. Не исключено, что эта шаткость иерихонских стен нашла свое отражение в библейском рассказе о том, как сынам Израиля, чтобы завоевать Иерихон, было достаточно всего лишь издать свой боевой клич…» (Келлер В. Библия как история. С. 184).

51.Римляне называли финикийцев «пунами».

52.Мощный флот, тайно построенный карфагенянами, чуть было не истребил все римские корабли.

53.«…Чтобы разрушенные Богом Иерихонские стены остались вековечным памятником совершившегося необычайного события, И. Навин наложил проклятие на того, кто их захотел бы восстановить… И так как проклятие было обращено именно на восстановителя городских стен, а не жилых домов, то поэтому и в ближайшее к данному событию время Иерихон не переставал быть населенным местом Вениаминова колена или городом в общем смысле…» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Иисуса Навина. Примеч. к главе 6: 25).

54.«Благодаря археологическим открытиям стало ясно, почему жители Гаваона капитулировали на условиях, не приносящих им чести. Это были купцы, которым торговля была ближе, чем военное ремесло. И кажется, они достигли своей цели, хотя и ценой политической независимости…Гаваон избежал судьбы многих ханаанских городов и продолжал процветать под гегемонией израильтян» (Косидовский 3. Библейские сказания. 1975. С. 222).

55.Мернептах – египетский фараон (по современным данным, ум. ок. 1204 г. до н. э.).

56.«…В Армянских горах жило племя Кизвадан, которое в XIV веке до н. э. научилось выплавлять железо…Кизваданов покорили хетты и, разумеется, вырвали у них тайну плавления железа… В XII веке до н. э. «народы моря» разгромили хеттов и овладели тщательно охраняемой тайной выплавки железа. Это ценнейшее сокровище досталось филистимлянам» (Косидовский 3. Библейские сказания. С. 257).
«Первые мастерские по выплавке железа были построены в Ханаане на территории филистимлян. Секрет выплавки был частью их добычи, захваченной по пути продвижения через Малую Азию, где до 1200 г. до н. э. первыми в мире железоплавильщиками были хетты» (Келлер В. Библия как история. С. 206).

57.Тиглатпаласар I – ассирийский царь (по современным данным, 1115–1077 гг. до н. э.).

58.«Астарта… ханаанское божество, была олицетворением воспринимающей и рождающей силы природы, почему называлась «лицом Ваала»… Соответственно различным обрядам проявления Ваала, отражением которого была Астарта… Астарта представлялась иногда богиней счастья и плодородия… иногда же богиней войны и мщения… Соответственно различным определениям Астарты, народная речь различала многих «Астарт» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Судей. Примеч. к главе 2: 10–13).
«В каждой местности [Ханаана] был свой местный бог-покровитель, которого называли Ваалом, то есть «господином». Жители Сихема поклонялись Ваал-Верифу; жители юго-восточного Заиорданья, где жил Рувим, – Ваал-Пеору; на севере, где сел Гад, издавна был культ Ваал-Термона, которого впоследствии стали звать прямо Ваал-Тад…Местный Ваал – это бог-покровитель только этого места». – «Критика иудейской религии», 1962 (Румянцев Р.В. Пророк Илия. С. 253–254).

59.«Хусарсафем был царем Арама, расположенного в Сирии, поэтому некоторые исследователи выражали сомнение, что он предпринял поход против столь отдаленного от него Южного Ханаана. Вероятно, редакторы Библии совершили ошибку, написав РМ (Арам) вместо ДМ (Эдом). Царство Эдом граничило с Южным Ханааном» (Косидовский 3. Библейские сказания. С. 195).
«Имя этого царя пока не найдено в ассиро-вавилонских надписях. Некоторые… считают его царем Эдома и Хореев, или… царем амореев. Самое имя его, читаемое по-еврейски «Кушан-Ришатаим», во второй части считается гебраизацией слова «risch'a» (= злость), что как бы указывает на особую злость этого царя» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Судей. Примеч. к главе 3: 8).

60.Он погиб от обломка жернова, который бросила с башни ему на голову одна женщина.

61.«По мнению [некоторых] исследователей, траурное шествие израильтянок, оплакивающих смерть девушки, на самом деле… заимствованный у ханаанеян обряд в честь богини плодородия Астарты.
Однако ортодоксальные комментаторы Библии никогда не толковали жертву Иеффая в символическом смысле» (Косидовский 3. Библейские сказания. С. 248).
«Многие древние толкователи утверждали, что Иефай… принес свою дочь… во всесожжение. <..> Другие же… полагают, что дочь Иефая осталась в девстве, и была посвящена скинии для некоторого служения…» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Судей. Примеч. к главе 12: 34–40).

62.В русском синодальном переводе Библии:
Руфь, 1: 1. В те дни, когда управляли судьи…

63.«…Послепленное написание Книги Р. невероятно уже по самому… характеру ее содержания и изложения…Авторитет LXX, поместивших Книгу Руфь в библейском кодексе непосредственно за Книгою Судей и пред I Кн. Царств, – а равно и свидетельство Талмуда… что писателем Книги Р. был Самуил, – убеждает нас, что «написание книги принадлежит времени царя Давида и сделано одним из его бывших тогда пророков» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Руфь. С. 209–210).

64.«…Историческая черта книги – связь с генеалогиею Давида… была причиною внесения Книги Р. в ветхозаветный канон; а так как Давид был праотцем И. Христа и родословие Давида есть необходимая часть родословия Спасителя, то очевидна важность Книги Руфь и с новозаветной точки зрения, со стороны исторических основ христианства» (Толковая Библия. Т. 2. Книга Руфь. С. 208).

65.Если так оно и было в действительности, то автору легенды все-таки пришлось воспользоваться более древней легендой на ту же самую или сходную тему, ибо в послевавилонскую эпоху описанные в сказании о Руфь обычаи уже вышли или выходили из обихода [право бедняков, вдов и сирот на оставленные на поле колосья, закрепленное еще в Моисеевых законах; патриархальная гармония, в которой хозяева-земледельцы жили со своей челядью; связанная с законом левирата процедура отказа от права на вдову] (См.: Косидовский 3. Библейские сказания. С. 249–250).

Bepul matn qismi tugad.