Kitobni o'qish: «Ахмат сила. Священная война Апти Алаудинова», sahifa 3

То есть противник не может сегодня похвастаться тем, что вот я использовал там один HIMARS и за счёт этого там какая-то армия прямо взяла и убежала. Нет. Он где-то нанёс удар по какому-то блиндажу, да, там ребята наши где-то погибли, где-то получили ранения. Царство небесное героям, которые погибли, воюя за нашу страну, но каждый из нас приходит туда, зная, что он может погибнуть, получить увечья, ранения. И каждый из нас там, на передовой, делает всё для того, чтобы Россия победила.

На часах сработал таймер:

– Мне нужно помолиться, – коротко сказал Апти.

Нисколько не умаляя заслуги регулярной армии, каждого бойца на фронте, следует отметить, что добровольцы играют особую роль. Когда часть иракской регулярной армии была уничтожена, другая отказалась покидать казармы, именно добровольцы пришли бороться с превосходящей по численности, по вооружению и экипировке армией противника. И достойно пронесли знамя борьбы практически через десять трудных лет. Идейная составляющая добровольца, обостренное чувство справедливости, пожалуй, является фундаментальным базисом таких подразделений.

Именно потребность в справедливости заставляла парней ехать в Грозный и записываться в «Ахмат», приходить на сборные пункты в городах Донбасса. Как когда-то заставляла молодых парней идти на фронт страшнейшей войны с гитлеровским нацизмом, красивых девушек уходить медсестрами и к партизанам. Кто-то считает эту войну войной с неонацизмом, кто-то пошёл защищать своих в терзаемом Донбассе, кто-то, дочитав намаз, ушёл на джихад – войну с антихристом-даджалем.

Погиб доброволец спецназа «Ахмат» с позывным «Ярый». Вот его история. Его путь в «Ахмат» начался 22 сентября 2022 года. Как он говорил, всё произошло по зову сердца. Жена вспоминает, как он ругался на тех, кто после объявления о мобилизации укатил на самокатах штурмовать Верхний Ларс. Ярослав хотел штурмовать Киев. Поэтому купил билет, бронежилет и улетел ночью в Грозный.

Служить в спецназе «Ахмат» было для него особой честью. Сначала Ярослав подписал контракт на три месяца, а потом на год. Изучал Коран. До службы в «Ахмате» неплохо зарабатывал барбером, качал железо, поход на войну не был необходимостью. В декабре прошлого года, выполняя боевое задание, погиб. Девизом бойца с позывным «Ярый» было: «Победа будет за нами! Аллах велик!»

Дома осталась маленькая дочь. Награждён золотой звездой «Ахмат» и орденом Мужества. Посмертно.

Мой хороший друг Асланбек Мальцагов с позывным «Гудермес» на СВО уже четвертый год. Спрашиваю: «Чем занимался до?..»

«Контракты отрабатывал…» – улыбается чеченец.

Как и многие наши коллеги по спецназу, Гудермес – человек скромный. Прошёл три войны. Чечня, Сирия, Украина. В Сирии в спецназе ГРУ, потом военная полиция. На Украине с первых дней, три ранения.

– Это уже моя профессия, понимаешь, Родину защищать. Кто выбрал, тот идёт до конца, пока не спишут, – говорит Асланбек. – Где нужен, там и буду. У нас же сам знаешь, как – пятнадцать минут на сборы, оделся, готов и всё, давай в путь.

На СВО он приехал не зарабатывать. Дома небольшой семейный бизнес, есть свой магазинчик, вполне хватает для того, чтобы спокойно встретить старость.

– Понимаешь, я бы даже мог уволиться или написать рапорт, чтобы служить по месту жительства. Но я хочу закончить начатое. Раз начали эту специальную военную операцию, то нужно уйти отсюда с победой. А не так, что взял и поехал, где теплее или легче.

Гудермес вздыхает.

– Я везде был. И в тылу был. И на передке был. И в штурмах был. И на зачистках был. Чем ближе к концу войны, тем больше становится тех, кто якобы что-то штурмовал, кого ни спроси – все в штурмах. Я тебе так скажу: со мной триста человек заходили. Нас семеро осталось из трёхсот. И вот, понимаешь, я в этом поле знаю, где кто лежит со своим позывным. Вот так могу показывать: «Дубай», вот этот «Малой». Штурмовики долго не живут.

Бывший штурмовик признается, что до сих пор не понимает, как остался живым.

– Ну, после СВО войны для меня, думаю, хватит. Здоровье уже не то. Но пока позволяет, идём до последнего.

Или боец с позывным «Винни». До того, как записался добровольцем в «Ахмат», работал в нефтяной компании бурильщиком. Служил срочную в ВДВ, сначала в Омске в 242-м учебном центре, затем в Ставрополе в 242-м десантно-штурмовом полку. Шестнадцать прыжков с парашютом. Первую командировку в «Ахмате» воевал в Кременной.

Заключил второй контракт. Говорит, думал о своих товарищах по оружию и чувствовал, что не закончил дело.

Другой боец – тёзка генерала – Апти, позывной «Верный», пришёл в подразделение спецназа «Ахмат» из компании ЧВК «Вагнер». Воевал в Сирийской Арабской Республике. Потом СВО, Донбасс. Дальше – группа быстрого реагирования. Ранения. Требуется операция, но терпит: будет проходить лечение в отпуске. Переживает, что не сможет подписать очередной контракт по состоянию здоровья.

Или вот, скажем, мой добрый товарищ с позывным «Игрок» – уже одиннадцатый контракт в рядах спецназа «Ахмат». Начинал боевой путь в Мариуполе, семь ранений. Уходил на войну, когда увидел, что всё мужское население республики на передовой. «Выходишь в центр, а там только женщины с детьми, – смеется Игрок. – У меня была прибыльная работа. Когда ехал воевать с шайтанами на Украину, вопрос денег вообще не стоял, по сути, мы не знали, будут нам платить или нет. Не думали даже об этом».

С пулевым ранением в голову попал в госпиталь. Сразу же потребовал выписки. «Подходят медсестры, я им говорю: иди вот к тому – у него рук нет, или к тому – он безногий». Подумаешь, пуля в голове.

Вернулся в Республику, а там уже все родственники – по чатам разошлась новость, что вся его группа погибла. «Я захожу в комнату, и все потеряли дар речи. Говорю: В Коране же сказано, что мёртвые будут возвращаться». Вот я первый и вернулся.

Игрок улыбается.

– Через неделю уехал обратно.

«Чёрный Ангел». Мы с ним познакомились на белгородском направлении. Среднего роста, молодой, подтянутый чеченец, на тот момент комендант одной из наших ахматовских баз. До специальной военной операции занимался боксом, борьбой, планировал спортивную карьеру в смешанных единоборствах. За несколько недель до важного турнира сломал несколько ребер и решил поставить на этом точку.

Потом зарабатывал на хлеб грузоперевозками в Москве и Петербурге. Переехал в Ставрополь, где попал в личную охрану сирийского магната, курировал безопасность объектов.

Человеком с ружьём стал дома, в Чечне, когда попал в группу быстрого реагирования.

– Однажды просто сказали приехать в Российский университет спецназа. Перед КПП попросили сложить «стечкины», автоматы, броню, каски, все дела. Нам было уже понятно, что едем на Украину… – улыбается Чёрный Ангел. – Если ты берёшь в руки оружие, ты должен знать, что раз идёт война, ты поедешь защищать Родину. Можно сказать, ты уже осознанно делаешь выбор.

Впрочем, выбор был – те, кто не хотел подписывать контракт, могли спокойно уехать домой, и часть людей действительно так и поступила. Из 90 человек на второй день осталось 59.

– Были сомнения вообще, идти, не идти? Почему пошёл?.. Можно было не идти, но дело в том, что в нашем городе очень много добровольцев на Украине были. И у нас есть такой кодекс чести, называется «Къонахалла», где есть чёткие правила на этот счет. Если бы я не подписал, то меня посчитали бы трусом. А я лучше пойду на войну и, если надо, умру, но сохраню свою честь.

В 2023 году, пройдя интенсивное обучение в Российском университете спецназа, попадает в ЛНР, сразу на позиции к командиру «Охотнику». Так Чёрный Ангел сменил «стечкин» на АГС. АГС, кто не знает, автоматический гранатомёт на станке. Страшная вещь.

– Эта война, как бы тебе сказать, ничем меня не удивила. Потому что ещё с тех времён, с моего детства, я знал, что такое война, и особой разницы не увидел. Да, птички сильно изменили ход игры. Но чтобы чем-то удивить – нет.

Он делает глоток турецкого кофе «Мехмет эфенди», точно такой же, что я пил когда-то с турецкими моджахедами.

– Война никогда не меняется, – улыбается своей красивой улыбкой Ангел.

В спецназе «Ахмат» в июне 2025 года истекает его шестой по счёту контракт.

Я могу долго рассказывать о биографиях наших ребят – это всё достойные люди, герои. Парни, как правило, не имеющие материальной заинтересованности уходить добровольцами, оставлять где-то далеко, за сотни и тысячи километров, своих близких, родителей, жён и детей, уже становятся героями. По одному этому признаку. И создавая – теперь уже легендарный спецназ «Ахмат», – Апти Алаудинов в первую очередь уделял внимание духовному наполнению подразделения вне зависимости от национальных или религиозных признаков.

География «Ахмата» – география всей страны. Причём, когда я говорю о стране, имею в виду все бывшие республики Советского Союза: Казахстан, Узбекистан, Грузия, Молдавия, Украина. Да-да, не удивляйтесь – большое количество украинцев выбрали путь сражаться с киевскими фашистами именно в рядах подразделения спецназа «Ахмат». Один из эффективных командиров с позывным «Хохол» – этнический украинец. Получается, «Ахмат» – такой СССР в миниатюре. Не случайно на построении добровольцев в Гудермесе, перед отправкой непосредственно на фронт, бойцы держат три флага – Российской Федерации, Чеченской Республики и Советского Союза.

Лично для меня, человека левых убеждений, такой акцент выглядел убедительно. Чечня, ещё несколько десятилетий назад пребывавшая практически в руинах, сегодня первой поднимает красное знамя, и надо отдать должное, стала первой республикой, которая обратилась к традиционным ценностям. В то время Россия всё ещё по инерции была очарована западным либерализмом – либералы у нас крепко обосновались во власти, в финансовых структурах, в медиа и культуре. А вот Рамзан Кадыров тогда заявил, что нет, парни, нам это не подходит.

Пройдут годы, потребуется начать СВО, чтобы совершить духовную перестройку в России – снова вернуться к самим себе, к Богу, к опыту великого Советского Союза. Отряхнуться и пойти дальше. Поэтому справедливо Апти Алаудинов называет одной из побед эту перестройку наоборот.

– Я скажу, что Россия в СВО входила абсолютно разрозненной страной, народ на самом деле находился в таком состоянии, что большая часть населения не понимала, каким образом мы можем воевать вообще. Была часть населения, которая говорила, зачем нам это вообще нужно. Другая часть говорила, вот мы сейчас ввяжемся, и нас вот Запад полностью сметёт, мы проиграем. Потом была другая часть, которая говорила: да, мы готовы продать кого угодно, хоть Родину, лишь бы нас оставили в покое, лишь бы у нас были наши комфорт и деньги. Общего понимания, почему это всё происходит, у населения не было.

Прошли три года. Сегодня мы должны констатировать, что Россия консолидировалась. Мы действительно стали одной семьёй. Мы перестали друг друга в большинстве своём делить на национальности, на вероисповедания. Большая часть тех проблем, которые у нас раньше считались внутригосударственными, отпали сами по себе. И самое важное, что у нас появилась общая цель, к которой мы все стремимся.

Получается, что каждый боец подразделения, те несколько биографий моих товарищей по оружию, которые я вам рассказал, – не единицы сами в себе. Это их близкие, семьи, родители, жёны и дети, потом друзья, потом одноклассники – потом и весь народ – вовлечены в общее добровольческое дело. Получается, именно спецназ «Ахмат» под руководством командира Апти Алаудинова встал в авангарде движения – со своими принципами и своей системой координат, где обязательно есть Бог, обязательно есть Родина и обязательно есть товарищество.

И у мистика Аида, и у «вагнеров» Каштана и Питерского, и у моего прекрасного друга моряка Тимсо.

И у красного Молотова, чего уж…

– Сама суть изначально, вот с чего это всё началось, – продолжает генерал. – В подразделении спецназа «Ахмат» несут службу ребята разных национальностей. Я всегда об этом говорю. Примерно пятьдесят процентов – это русские, примерно двадцать – двадцать пять процентов – это чеченцы, двадцать – двадцать пять процентов – это представители всех других национальностей. Это в зависимости от того, какой набор добровольцев приходит ко мне. Там у меня есть казахи, армяне, азербайджанцы, грузины, киргизы, узбеки, таджики, цыгане. То есть я не знаю ни одной национальности, чтобы у меня этих людей не было.

Вот интересная штука. То есть эти все бойцы, придя туда, в зону СВО, попав ко мне в подразделение, они реально стали таким серьёзным костяком, все сработались, сдружились так, что для них даже когда закончится СВО, вот это боевое братство – на всю жизнь, нет ничего крепче дружбы мужчин, которые встретились на войне. Это самая сильная дружба, которая только может быть на этой земле.

Чтобы понять, почему самое интернациональное подразделение в нашей армии возникло именно в Чечне, надо зафиксировать реалии современной истории России, где республика (не без помощи сегодняшних западных фашистов) была ввергнута в пучину очень тяжёлых войн, которые не нужны были ни чеченскому народу, ни России в целом. Все делалось для того, чтобы через Чеченскую республику Россия была развалена.

И где как не там, после долгих лет восстановления, должно было сформироваться правильное отношение к тем ценностям, которые отстаивают подразделения Апти Алаудинова – с уважением к собственной идентичности, но с глубоким пониманием общего Отечества. Как и в события тех лет, так же и в нынешней ситуации, перед Россией стоят одни и те же вызовы – сохранения суверенитета и выживания страны. И, естественно, эти все вызовы исходят от одного и того же центра – Соединенных Штатов Америки и объединенных штабов блока НАТО.

И пацаны из «Ахмата» в первую очередь сражаются именно с ними. Да, воюют враги руками, головами, в конце концов телами украинцев, но сути это не меняет. Генерал всегда подчеркивает, что, если бы Украина вздумала воевать против нас своими силами, своими войсками и своими техническими возможностями, её бы хватило максимум на месяц. Это при лучшем раскладе.

Апти Аронович это говорит постоянно: всеми боевыми действиями по всей ЛБС – линии боевого соприкосновения – управляют американцы, потому что задействованы их спутники, задействована их беспилотная авиация. По сути своей, получается, большая часть ресурса, который есть только у них в блоке НАТО, направлена на то, чтобы координировать, корректировать украинские формирования и в том числе те удары, которые наносятся по территории России.

– Даже самолёт с украинскими пленными, предназначенными для обмена, который сбили в прошлом году… Вот это тоже всё было скоординировано, скорректировано непосредственно американцами, представителями блока НАТО. И, естественно, оружие тоже было применено именно натовское.

Генерал на секунду задумался.

– Помню, когда я сказал впервые фразу, что мы воюем с блоком НАТО. Только закончился прямой эфир, мне звонит один, второй, третий, пятый. Ты что, ненормальный? Зачем ты говоришь, что мы воюем с блоком НАТО? Я говорю, подождите, вы ещё не знаете. А я знаю, о чём говорю. Мы воюем с блоком НАТО. Сейчас, опять же, я должен констатировать факт, что мы три с половиной года воюем с блоком НАТО.

То и дело на столе вспыхивают экраны телефонов генерала – прозвучит пафосно, но он всегда на связи, не может не быть на связи. Эвакуация гражданских, срочная информация из подразделений, генеральный штаб, журналисты, бог знает что ещё. Я разглядываю посетителей кафе: стильные молодые ребята обсуждают выход новой видеоигры, парочки за ужином, мужчины кавказской внешности за кальяном. Готовы они на себя примерить камуфляж бойца подразделения «Ахмат»? А вместе с мундиром и принципы этих ребят?

Встать утром и вместо того, чтобы пойти завтракать свежими круассанами и кофе – пойти в храм или мечеть? Понять, что «свобода», которую России «подарили» Ельцин и Чубайс – фикция, обман; что Путин не развязал войну «в центре Европы», а защитил интересы страны, само её существование; что воюем мы не с украинцами, а с блоком НАТО; что чеченцы создали самое интернациональное подразделение в армии России? Наконец, что человеческая жизнь без идеалов не стоит круассана, который они съели на завтрак?

И вот, что я думаю – смогут.

– Какого бы мы ни были цвета, какого бы мы ни были роста, сейчас мы действительно стали той силой, которая в состоянии противостоять войску сатаны, – убежден генерал, – войскам блока НАТО в общем. И вот в этой битве сегодня я говорю, что мы уже победили. Знаешь почему? Победили не потому, что там на передовой произошло что-то сверхъестественное и мы там уничтожили войска противника. Нет. Психологический надлом у нашего противника уже произошёл. Противник осознал, что на поле брани Россию победить невозможно.

Вот это и есть наша победа. Но самая важная составляющая в этой победе – это наше единение. Ну и, конечно, это было бы невозможно, если бы мы с вами большинством своим не пришли к Богу. Люди, которые были далеки от Бога, начали приходить к Нему, больше начали молиться. За счёт этого мы, получается, потихоньку-потихоньку вступили в новую эру. Я это называю новая эра, – подчеркивает Апти.

«Фотография!» – вспоминаю я. Когда ещё увидишь легендарного командира по гражданке.

Минуя всю ту же девушку на ресепшене, с ярко-розовой помадой, спускаюсь на улицу. Уже стемнело – очередь из автомобилей растворилась в морозной дымке. На автобусной остановке реклама службы по контракту. «Настоящая обычная работа» – с листовки улыбается молодой мужчина. Идёт мокрый снег.

Глава 4
На пути к Лисичанску

В Курскую область я приехал глубоко за полночь. Был мороз, темно, без фонаря дальше нескольких метров ничего не видно, а в небе сияли звёзды. Звёзды здесь особенно яркие. Такие же яркие звёзды я видел на Байконуре.

С генералом мы уже не раз встречались, но я не могу отделаться от «киношного» эффекта: Апти всегда представляется мне как на экране – улыбка, лёгкая щетина, сзади обязательно два флага – России и Чеченской Республики. Мы снова встретились в знакомой обстановке.

На экране телефона проигрывается видео, где вертлявый, самодовольный блогер повторяет западнолиберальную мантру о том, как Россия вероломно напала на несчастную Украину, которая по случайному стечению обстоятельств уже восемь лет издевалась над донбасскими народными республиками. Блогер, понятное дело, об этом не сказал. Зато театрально закатив глаза, сокрушался о ночном обстреле Киева.

– Россия не собиралась нападать на Украину, – поморщился генерал. – Все разговоры о подготовке так называемой «агрессии» – это ложь, которую нам пытаются навязать.

Блогер продолжает перечислять комбинированный удар по городам неприятеля. Из многотонных кораблей взлетали «калибры», в небе над Крещатиком пролетали «герани», засекреченные штабы НАТО пронзались сверхточными «кинжалами». «Мир недостаточно помогает!» – взвизгнул блогер.

Генерал покачал головой:

– Меня очень сильно удивляет мировое сообщество, которое восемь лет смотрело, как убивают детей на Донбассе, как они гибнут: дети, старики, женщины, ни один из них ни разу даже слова не сказал. Никто не сказал и слова, когда взяли и прямо террористический акт совершили, убили Дашу Дугину, пытались убить Захара Прилепина, все промолчали. Получается, когда подорвали наши газопроводы, промолчали все дружно, начали играть в кошки-мышки. Когда подорвали Крымский мост, все промолчали. Надо понимать, что ни одно действие в этом мире не останется безответным, не останется безнаказанным.

– При этом, заметьте, Апти Аронович, любое наше действие, даже то, где мы принципиально действуем аккуратно, минимизируя потери среди гражданских, Запад называет военными преступлениями. Ну и мы, конечно, знаем особую их любовь к спецназу «Ахмат».

– Надо понимать, что в схеме событий защиты нашего Отечества, защиты русского мира, защиты интересов нашего государства, спецназ «Ахмат» играет не второстепенную роль, а одну из первых, наряду и с другими боевыми подразделениями нашего государства, потому что мы не имеем права стоять в стороне в то время, когда наше государство во главе с Верховным Главнокомандующим нуждается в том, чтобы его защитили и на передовой встали настоящие патриоты государства.

Поэтому мы будем делать всё, что мы призваны делать. Мы победим, сомнений в этом ни у кого не должно быть.

Мы прощаемся. Сегодня у меня первая ночь в расположении, у входа несколько объёмных сумок со снаряжением. На них скульптурно завершает композицию безухий шлем в пятнах курского снега.

Генерал поправляет берет и спускается к машине.

Кто помнит 2022 год, его дымную весну, с которой были связаны многие надежды, часть из них оправдались, часть стала неприятным уроком на будущее, помнят и эти грозные названия – Рубежное и Северодонецк. Именно их следовало преодолеть на пути в крупнейший город ЛНР. В авангарде, с самого начала войны, выступало подразделение под руководством генерала Алаудинова, приступившего к выполнению новой задачи.

Вообще говоря, позиция нашего руководства была довольно примирительной. Были надежды, что Вооружённые силы Украины проявят сознательность и если не развернут штыки против киевского режима, то во всяком случае не будут препятствовать, как во время другой весны – крымской. Путин обратился в том числе и к украинским военным, отметив, что они давали присягу на верность народу, а не антинародной хунте, которая грабит Украину. «Уважаемые товарищи! Ваши отцы, деды и прадеды не для того сражались с нацистами, защищая нашу общую родину, чтобы сегодняшние неонацисты захватили власть на Украине», – сказал он.

Президент призвал украинских военных не исполнять преступных приказов, немедленно сложить оружие и идти домой. При этом он подчеркнул, что все военнослужащие украинской армии, которые выполнят это требование, смогут беспрепятственно покинуть зону боевых действий и вернуться домой к своим семьям.

Через несколько дней и глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров чётко зафиксировал, что к «самим украинцам мы относимся с самыми добрыми чувствами, и, конечно, нам нечего выяснять с украинскими военнослужащими. Все вопросы исключительно к националистам-бандеровцам и к террористам, которые после убийств жителей Чеченской Республики сбежали отсюда и там спрятались. С ними мы и хотим разобраться. Еще раз повторяю: мы с глубоким уважением относимся к украинскому народу, любим эту страну. Более того, никто извне не будет защищать их, как мы».

Кадыров подчеркнул, что Президентом России Владимиром Путиным поставлена задача – всем подразделениям максимально обеспечить безопасность населения Украины. Даже невзирая на то, что бандеровцы развернули артиллерийские орудия рядом с жилыми кварталами и стреляют из них, российская армия не наносит по выявленным точкам ответного удара в целях избежания жертв среди мирных людей.

«Правильнее было бы, если украинцы сами вышли и покончили с националистами, бандеровцами, террористами. В конечном итоге именно так и случится. Украина сама выберет своё будущее. В любом случае надо поставить точку в затянувшемся хаосе. Лучше жить, созидать и процветать. Украина достойна лучшего будущего, и именно от украинцев зависит скорейшее наступление мира».

Надо сказать, что на начальном этапе на эти слова откликнулась часть украинских военнослужащих. Более тысячи вэсэушников добровольно сложили оружие и сдались в плен в Мариуполе. Например, когда в начале апреля 2022 года с территории завода имени Ильича украинские военные предприняли попытку прорыва и когда наша артиллерия не дала его совершить, решили сложить оружие и не оказывать больше сопротивления. Это была не первая такая массовая сдача. До описываемого эпизода так поступил целый батальон морской пехоты Украины в составе трёхсот человек. К июню цифра пленных превысила 6,5 тысячи.

Не мало, но и не столько, сколько бы хотелось. Всё же пропаганда – великая вещь, если умеешь пользоваться её инструментарием. Если даже австрийский художник-неудачник смог продать немцам идею арийского превосходства с помощью газетного листка и радио, то, учитывая мощности западной пропагандистской машины, этих медиа-монстров, бесконечных обученных в Йелях политтехнологов, специалистов по цветным революциям, жуликов местных и заграничных, перековать по-советски наивное южнорусское население – не слишком сложная задача.

Перековались так, что начали убивать не только своих северных братьев, но и собственное население. Никому не надо напоминать, как обращались нацбаты и ВСУ с жителями Донбасса – убийства, насилие, пытки. За восемь лет, что предшествовали специальной военной операции, накопилось немало свидетельств этих преступлений – тысячи страниц так называемой белой книги – страшного перечня погибших в результате геноцида. А это был геноцид.

И если в 2014 году основными исполнителями преступлений были нацбаты – собранные из ультраправых добровольцев, которые с удовольствием убивали, по их мнению, «москальское», «не украинское» население, то к 2022 году было уже сложно отличить нацбатовца от военнослужащего ВСУ – политический и духовный сатанизм, скопированная человеконенавистническая идеология Европы 1930-х – 1940-х, бандеровщина стали нормой и для рядового вэсэушника. Да, ультраправые формирования до сих пор считаются «элитой» среди военных, но по бесчеловечному ведению войны они мало чем друг от друга отличаются.

Черепа мирных жителей одинаково трещат под их сапогами.

Именно этот нюанс, его недооценка стала критическим фактором в расчётах на вразумление большей части военнослужащих ВСУ. Потом, уже в 2025 году, Путин произнесёт жёсткую, неумолимую фразу: «Я совсем недавно говорил, что мы их дожмём, но есть основания полагать, что мы их добьём». Согласитесь, «дожмём» и «добьём», несмотря на общее количество букв, не имеют ничего общего. К сожалению, момент, когда украинский солдат мог сделать правильный выбор, безобразно, преступно упущен. Ровно в тот момент солдат превратился в палача.

Российская армия, чеченские подразделения, интернациональные бригады с самого начала освобождения населённых пунктов уделяли особое внимание помощи и поддержке несчастного мирного населения. Представьте на секунду: уставшие, потрёпанные в боях парни – на крайнем эмоциональном взводе, носят хлеб, еду и медикаменты тем, кто в силу разных причин остался в зоне проведения военной операции. Вы скажете – это нормальное человеческое поведение и будете совершенно правы. Всё это мы видели в фильмах про войну, где обгоревший, полуживой советский солдат делился пайком с потерявшими всё европейцами.