Kitobni o'qish: «Блаженная Любовь Рязанская»

© Евсин И.В. – составление, предисловие, художественное оформление, 2006

© Издательство “Зёрна” – макет, 2006

От составителя
В подвиге юродства просиявшая

Юродство Христа ради – это особый подвиг веры и благочестия. Принявшие его подвижники отказываются от общепринятого образа жизни и обдуманно принимают на себя вид человека, лишенного здравого рассудка. Для прохождения такого подвига необходимо стяжать высшие христианские качества – смирение, терпение, самоотвержение и готовность с благодушием переносить насмешки, поругание и даже побои от злочестивых людей. Вместе с тем, юродивые должны иметь великую мудрость, чтобы свое бесславие обращать во славу Божию, в своих, с точки зрения общества, «ненормальных» поступках не допускать ничего греховного, а в обличении греховности других людей ничего несправедливого. Но главное в подвиге юродства – это любовь к ближним, которая помогает претерпевать от жестоких людей обиды, смирять их гнев благодушием, отвращать от греха добрым словом и молитвой. Такую любовь, которая незаменима никакими человеческими дарами, описал в своем послании апостол Павел: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит» (1 Кор. 13, 4–7).

Русский человек, испокон века живший в лишениях и тяготах, находит у святых подвижников, стяжавших Христову любовь, великое утешение. Юродивые, испытав на себе нищету, голод, холод и поругание, благодаря этому могли глубоко, по-настоящему понять, полюбить и утешить таких же несчастных и гонимых людей. Они изливали свою любовь на исстрадавшиеся людские души, успокаивая, умиряя их.

Они помогали и в обычных человеческих нуждах, давали необходимые советы в тех или иных житейских обстоятельствах, предостерегали от опасных и греховных поступков, излечивали своими молитвами ко Господу от неисцелимых болезней.

Но в иных случаях их любовь могла быть и скальпелем в руках хирурга, вскрывающего опасные гнойники. Того или иного человека, будь он хоть простой крестьянин, хоть знатный вельможа, они могли всенародно обличить в грехах.

Юродивые Христа ради на Руси известны еще под именем «блаженных». Наименование это присваивается им потому, что они на деле исполнили Заповеди Блаженств и достигли цели человеческой земной жизни – единения с Богом.

Поэтому все земные дела, не переходящие в вечность, вменяются ими ни во что. Погоня за богатством, за славой, за радостями для блаженных – безумие. Для них безумны люди, старающиеся приобрести здесь, на земле, как можно больше материальных благ. Они помнят слова Спасителя: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Мф. 16, 26).

Священноархимандрит Авель(Македонов), усердно способствовавший прославлению блаженной Любови Рязанской, так говорил о значении ее подвига: «Люди, стремясь к материальному благополучию, к приобретению богатства, часто вступают в сделку со своей совестью, причем они рассуждают так: «Сначала приобрету, пусть даже неправедно, побольше богатств, а потом как-нибудь заглажу свои проступки». Но ведь мы не знаем, насколько Господь продлит нашу жизнь. А ведь Он в чем застанет, в том и судить будет…Вот об этом-то и напоминала блаженная Любовь всем, кто забывал о духовной жизни, напоминала, что Святое Евангелие учит: «Ищите прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам» (Мф. 6,33).

«Любушкин подвиг – это подвиг смирения, терпения и любви, – говорил отец Авель, – причем все это проявилось у нее с детства, когда она лежала парализованная. Ведь Любушка не озлобилась на жизнь, не сказала матери, зачем, мол, ты меня такую несчастную родила, не завидовала тем, кто мог бегать, прыгать, танцевать. Она смирилась со своей участью, поняла, что это испытание дано ей от Бога. И вот, когда Господь увидел, что она истинная Его послушница, то послал к ней святителя Николая, который мгновенно ее излечил. Но, подняв Любушку на ноги, он не сказал: «Иди, веселись, танцуй». Нет, он предложил ей принять вид глупой, юродивой девицы и под этим видом говорить людям правду об их бедственном духовном состоянии. И Любушка поняла, что это воля Божия, и стала юродствовать. Жила она странной жизнью. Но странной для тех, кто стремился к внешнему, земному, а кто старался жить по Божьим Заповедям, тот чувствовал духовное родство с ней, понимал значение ее подвига, дорожил ее советами и молитвами. И лишь гордым, своенравным людям блаженная казалась убогой, глупой девицей. Но будучи поистине духовно богаче, выше и чище многих и многих людей, Любушка молилась о всех. И теперь она молится о всех и особо о жителях города Рязани, чтобы они исправились, жили духовной жизнью во святой Православной вере. А когда их земная жизнь закончится, приобрели жизнь вечную».

Блаженная Любовь Рязанская – великая молитвенница о душах наших, хранительница и заступница града Рязани, всей земли рязанской и всех с верою к ней притекающих.

Игорь Евсин

Бог избрал немудрое мира
Предисловие

Морозным февральским утром 1920 года в Рязани по улице Затинной в сторону церкви в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» торжественно двигалась скорбная похоронная процессия. Странное это было шествие. Стар и млад, люди с достатком и убогие нищие, хромые, увечные и крепкие здоровьем мужчины и женщины шли за гробом, объединенные одной, общей утратой. И такая тихая, глубокая печаль почила на их лицах, что было ясно – они потеряли дорогого, близкого человека. А по пути к ним присоединялись такие же скорбные люди. И народа собралось так много, что местные власти из осторожности привлекли для охраны порядка милицию.

Кого же хоронили в этот день, кого пришли проводить в последний путь эти люди? Щедрого благодетеля, который одаривал их златом-серебром? Или доброго попечителя, который помогал им в бытовых нуждах? А может быть, какую-то «знаменитость», что украшала их жизнь своим искусством?

Нет, хоронили обыкновенного человека, Любовь Семеновну Сухановскую, прожившую свой век в бедности, нужде и немощах. Ничего выдающегося в мирском понятии она не совершала. С виду была она обыкновенной, ничем не примечательной. Правда, водилась за ней какая-то странность или, как говорят, блажь. Дома не жила, питалась неизвестно чем. Только и знала, что ходила по церквам да монастырям. «И чего это собрались люди из-за какой-то юродивой? Делать им что ли нечего», – недоумевали «мудрые мира сего», глядя на похоронное шествие. И действительно, в стране – гражданская война, разруха, голод, холод. Люди каждодневно заботились об одном – как добыть пропитание и обогреть жилища. Казалось, они разобщены, думают каждый о себе и какое им дело до какой-то юродивой. Недоумевали «мудрые мира». А впрочем, что говорить о них, если даже Ольга, родная сестра почившей, пораженная множеством народа, расплакалась и призналась: «Сколько людей знали мою сестру, одна только я не знала ее». Но она в простоте сердца все-таки почувствовала величие блаженной Любови. А другие? Как вопрошается в Священном Писании: «Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие? Ибо, когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1 Кор. 1, 20–21).

И действительно, блаженная Любовь жила в то время, когда обезумела «мудрость мира сего» и в своем безумстве, совершив в 1917 году революцию, под руководством своих вождей принялась «спасать людей», заставляя их отречься от Бога.

И рушились церкви, разорялись монастыри, а священников тысячами сажали в тюрьмы, ссылали в лагеря, расстреливали без суда и следствия. В эти мрачные годы страх и уныние поселились в сердцах людей. Но и вера Христова не погасла. Пусть незаметно, но теплилась она в глубине души, вселяла надежду на лучшее. Потому и послал Господь русскому народу утешителей – старцев и стариц, юродивых и блаженных, которые спасали души человеческие своими проповедями. Во многом благодаря им возгревалась в то время Православная вера в народе. Сколько отчаявшихся укрепили они духом, рассказывая о страданиях Христа, сколько слез отерли своей немощной рукою, сколько больных излечили своими молитвами, сколько голодных накормили, раздавая им свое подаяние. Вот как пишется о блаженной Любови Рязанской в ее житии: «Иногда, устав, она садилась на крылечко дома, и ей давали что-нибудь из пищи. У одних она брала охотно, а другим говорила: «У вас самих мало», – и не брала. А что брала, то до дома не доносила, раздавала дорогой нуждающимся. Бедные и нищие знали ее и любили».

А в это время «вершители судеб» во имя построения всеобщего счастья отбирали у крестьян последний хлеб…

Любушка, блаженная наша Любушка, как же человеколюбиво было твое сердце, если в такое время ты совсем не думала о себе! А сколько людей ты окормляла духовно! В годы, когда человека за призывы обратиться к Богу сажали в тюрьму, блаженная Любовь Рязанская проповедовала, Христа ради юродствуя. Иносказательные речи, странные поступки вызывали у «мудрых» лишь недоумение. «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, – сила Божия» (1 Кор. 1, 18).

И в самом деле, те, к кому обращалась блаженная Любовь, убеждались в ее прозорливости, в действии силы Божией. Все, что она предсказывала, сбывалось. А предсказывала человеколюбивая Любушка с целью предостеречь от опасности, предупредить о надвигающейся скорби, либо укрепить сомневающихся. А еще она имела дар утешения. И тянулись к ней люди в ту мрачную пору, словно усталые путники к огоньку. Всех согревала блаженная, всех примечала. Потому и называли ее в народе по-сердечному, ласково – Любушка. Сохранила она среди ожесточения теплую приветливость и своей светлой улыбкой рассеивала темноту отчуждения. Казалось бы, ничего особенного – добрый взгляд, доброе слово, но преображается вдруг человек, становится мягче, поднимается у него настроение, и появляются духовные силы, и вот уже не такой безысходной видится ему жизнь. Добрый взгляд, доброе слово… Как не хватало и не хватает людям этой малости.

Вот почему, когда умерла блаженная Любовь, так много народа собралось на ее похороны. Вот почему их скорбь была скорбью об утрате близкого, родного человека. И не за злато и серебро полюбили ее люди, а за доброе, отзывчивое сердце, не за решение их бытовых проблем, а за благоустроение душ.

Потому-то юродивая Люба, кажущаяся при жизни глупенькой девицей, стала почитаться в народе святой. Так сбылись на ней слова Священного Писания: «Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное» (1 Кор. 1, 27).

Радуйся, мнимым безумием сияние благодати сокрывшая

Блаженны нищие духом, ибо их есть царство небесное (Мф. 5, 3).

Бог смиренным дает благодать (1 Петр. 5, 5).

Бог хочет от нас одного, чтобы мы познали и признали свою бедность [нищету духа], и перед ним смирились, и в смирении ходили и жили, и тогда Он сам поведет нас к нашему блаженству.

Святитель Тихон Задонский

Угодница Христова
Жизнеописание блаженной Любови Рязанской

Блаженная Любовь Рязанская – наша святая заступница. «Любушка наша», – так просто по-сердечному называет ее народ и с особой нежностью и благоговением хранит память об этой угоднице Христовой. Ее жизнь пришлась на тяжелое для России время. Революция 1917 года, гражданская война, гонения на Православную Церковь… Но Бог милостив. Для утешения и укрепления верующих Он посылает своих угодников. Таковой для рязанцев явилась блаженная Любовь, «граду Рязани дивное украшение».

Любовь Семеновна Сухановская родилась 28 августа (по старому стилю, 10 сентября по новому) 1852 года в Рязани, в семье небогатого пронского мещанина Семена Ивановича Сухановского и его супруги Марии Ивановны. У них к этому времени уже было двое детей: Василий и Григорий (умер в 1855 г.). Через три с половиной года в семье родилась еще одна девочка. Младшую Любушкину сестренку назвали Ольгой.

Любушку крестили через два дня после рождения— 30 августа – в Никольской церкви, которую из-за того, что ее купол до реконструкции 1904 г. возносился выше колокольни в народе называли Николой-Долго- шеей или Николой Высоким. Крещение в Николовысоковской церкви совершил настоятель храма протоиерей Петр Дмитриевич Павлов, отец знаменитого ученого Ивана Петровича Павлова.

Известно, что в 1873 году Мария Ивановна с семьей проживала в 5 квартале по ул. Астраханской; в 1881 году – на углу Владимирской и Воскресенской во флигиле дома № 660, принадлежащего псаломщице Анисье Александровне Лебедевой; с 1903 года и до своей смерти Любушка вместе с матерью и сестрой жила в доме № 646 по улице Затинной, рядом с домом их духовного наставника, протоиерея Входоиерусалимского храма Иоанна Космича Добротворского. В доме же отца Иоанна, в годы гонений на Церковь, проживал священномученик Иувеналий (Масловский), архиепископ Рязанский и Шацкий.

Жили Сухановские бедно и очень стесненно. Мария Ивановна, Любушка и ее сестра Ольга размещались на 4,4 кубических саженях. Такой маленькой жилплощади не было ни у одной семьи города Рязани. Семен Иванович Сухановский к этому времени умер. Оставшись без кормильца, семья Сухановских стала одной из беднейших в Рязани, поэтому их духовный наставник, отец Иоанн Добротворский, часто ходатайствовал перед городскими властями о материальной помощи для них.

Сухановские жили благочестиво. И Господь не оставил их. Через Любушку Он излил Свою благодать не только на Сухановских, но и на всех рязанцев.

Вот как описывает схимонахиня Серафима (в миру Елена Александровна Масалитинова) Божью волю, явленную через блаженную Любовь Рязанскую: «Люба воспаряла духом ко Господу, а тело было расслаблено: в течение 15 лет она не могла ни ходить, ни даже стоять на ногах. В комнате, где она лежала, находилась икона святителя Николая Чудотворца, и Люба молилась ему и всею душою любила святителя – она знала, как много добра он делал людям.

Протоиерей Петр Дмитриевич Павлов. 1890-е годы.

Церковь в честь свт. Николая (Николовысоковская) Рязань, ул. Семинарская. Фото 1900 года.

Но вот пришло время, и Господь призрел на немощную рабу и через угодника открыл ей волю Свою. Однажды, когда Люба в доме была одна, ей явился сам святитель Николай Чудотворец. А когда мать, вернувшись, вошла в комнату, то увидела Любу, стоявшую на ногах. Увидев это, она удивленно воскликнула: «Дочь моя, ты ли это? Как же ты встала на ноги?»

Люба подняла руки к иконе святителя и сказала: «Явился Божий угодник Николай и говорит мне: «Вставай, Люба, ходи и юродствуй», – и я встала твердо на ноги, а он сделался невидимым».

Мать была очень обрадована таким событием, но вместе с тем и опечалилась предназначенным дочери юродством. Не раздумывая, пошла она к священнику своего прихода. Все рассказала ему и попросила совета. Священник, выслушав, ответил: «Воля Божия, не задерживай дочь, пусть идет и юродствует, от Господа стопы человеку исправляются». Мать покорилась воле Божией…

С тех пор Люба стала усердно молиться в рязанских церквах, особенно в Казанском женском монастыре, где подолгу жила у некоторых сестер, а чаще у игумении, умной, образованной и душевной женщины благородного происхождения.

Святитель Николаи, Мирликийский Чудотворец

Казанский женский монастырь. Рязань, ул. Затинная. Фото 1900 г.

Под сенью каменных сводов храмов, в таинственном полумраке мерцающих лампад глядели на Любу светлые лики Угодников Божиих и призывали на подвиг, и слышались слова, сказанные ей Святителем… И созревало у нее в сердце стремление к подвижничеству. И по Божьей воле она приняла на себя подвиг затвора, причем затвор этот был необычен. Люба заключила себя в своем доме, в простенок между печью и стеной (по сути это был не только затвор, но и подвиг столпничества).

Несомненно, что в этот период жизни сформировался из нее человек сильной воли и возвышенной души. Как она молилась, что в это время видела и слышала? Все это ведомо только Богу.

Но прошло время… Любушка, простояв в затворе три года, вышла из него. Может быть, и на это имела она указание свыше, ибо, когда приходило время, подвижники по воле Божией оставляли свое уединение и шли служить людям.

Молитва за других, добрый совет, ласка, чуткость, желание предостеречь от опасности, сострадание к людям стали ее уделом. Любу часто видели на улицах Рязани. Заходила она в лавки купцов и брала без спроса что нужно. Купцы не бранили ее, не гнали – они радовались: ведь это было верной приметой, что в этот день торговля будет удачной. Двери не закрывались. А некоторые купцы сами ее зазывали, но блаженная делала вид, будто не слышит, и проходила мимо.

Иногда, устав, Люба присаживалась на крылечко какого-либо дома, и ей давали что-нибудь из пищи. От одних она принимала охотно, а у других не брала. То же, что брала, до дома не доносила – раздавала дорогой нуждающимся. Бедные и нищие знали ее и любили.