Kitobni o'qish: «Фальшивый аккорд»

Серия «Четвёрка из Трясины. Детективы для подростков»

Иллюстрации в тексте и на обложке Алины Гагариновой (Sylva)

© Абдеева Г., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава первая
Бум в Трясине

Май в Трясине выдался необычайно тёплым, и школьникам всё сложнее давались мысли об уроках. Стебли вездесущей мышиной ягоды, украшающие местные заборы, фасады зданий и фонарные столбы, покрылись мелкими плодами на несколько недель раньше положенного. Горожане, как обычно, старательно ухаживали за палисадниками, делились семенами и саженцами, обсуждали устройство круглогодичных клумб. Все давно выудили из гардеробов летние вещи и вовсю планировали отпуска.

Но конец весны трудно было назвать спокойным, ведь впервые за всё время существования Трясины жители города разделились на два лагеря. Всё из-за грандиозного события, которое ждало их: кто-то предвкушал мероприятие, а кто-то мечтал, чтобы его отменили.

Артур, который вышел из дома пораньше, чтобы успеть заглянуть на почту перед занятиями, не был уверен, на чьей он стороне. Вот если бы в Трясине организовали Комик-Кон…¹ О большем и мечтать нельзя. Увидеть тех, кто создаёт твои любимые комиксы, полюбоваться на косплей, а может, даже самому нарядиться каким-нибудь героем.

Путь лежал мимо домика, в котором раньше жила добрая знакомая Артура по имени Эдит Ландау. Из-за пышной седой причёски её чаще называли Белые Букли. Старушка казалась божьим одуванчиком, но, когда ребята начали расследовать разные преступления, узнали, что Эдит в прошлом много путешествовала и работала сыщицей. Она многим помогла Артуру и его друзьям – Виоле, Розе и Люку, которых прозвали Четвёркой из Трясины после первого успешного дела. Всё началось с исчезновения учительницы почти два года назад, потом продолжилось в летнем лагере, в музее и даже в столице их страны. Последнее приключение завершилось всего два с половиной месяца назад, но радость победы омрачило то, что Эдит Ландау ушла из жизни. Она была уже очень стара и прожила длинную, хорошую жизнь, но друга терять тяжело в любом случае.

Артур не смог заставить себя отвернуться и – всё-таки посмотрел на окна того самого домика. За занавеской мелькнула крепкая фигура Молли. Раньше она ухаживала за старушкой, а потом племянник Белых Буклей попросил женщину остаться и присматривать за многочисленными котами и домом.

Перед тем как войти в помещение почты, Артур достал из папки конверты, которые передала ему мама, убедился, что может правильно прочитать адреса и имена получателей, и лишь потом шагнул внутрь. Тут царили прохлада и сумрак из-за плотного тюля на окнах. За стойкой сидел Элиас Фокс, грузный мужчина средних лет, заменивший молодого почтальона пару лет назад:

– Здоро́во. Что у тебя?

– Письма. Мама передала. И ещё мне нужно получить комиксы.

– Нужен код из смс.

Артур начал ковыряться в телефоне, смахнул сообщения – как обычно, техника решила запустить обновления в самый неподходящий момент.

– О нет, я всё удалил, – жалобно проговорил парень. – Что теперь делать?

Элиас пожал плечами. Пришлось потратить ещё десять минут, чтобы понять, что можно включить историю уведомлений и через неё прочитать верхнюю строчку удалённого сообщения. Назвав код почтальону, Артур огляделся:

– Вам тут не скучно одному?

Мужчина рассмеялся:

– А что, одному бывает скучно? Мне – никогда. Я называю одиночество покоем.

И в голове Артура проснулась мысль, которую он гнал от себя в последние недели: помнит ли он, каково быть собой? Ведь такое понимаешь, только когда остаёшься один. Мысль была не такая глубокая, чтобы задержаться надолго: пролетела и снова исчезла. Главным образом потому, что на город надвигалось масштабное, доселе невиданное событие, занимавшее умы жителей. А уж в штабе Четвёрки, в мансарде офисного здания, разговоры велись только о нём.

Виола даже афишу на дверь повесила: яркие цветные пятна, майские даты, список гостей и крупными буквами: «БУМ в Трясине». Ниже: «Больше Улётной Музыки». А по местному ТВ рассказывали каждый вечер:

– Известный благотворительный музыкальный фестиваль пройдёт на этот раз в нашем городе! Ожидаются сотни гостей и звёздный список выступающих. Организаторы в поисках волонтёров: обращаться по номерам, указанным на экране.

Площадки строили с конца апреля, и старшее поколение не уставало ворчать из-за этого, а молодёжь, наоборот, ликовала. Никто не мог поверить, что в их сонном провинциальном городе может быть запланировано мероприятие такого масштаба.

Артур прошёл мимо столба с объявлениями, который пестрел афишами фестиваля, и усмехнулся, вспомнив причитания бабушки Розы:

– Ну и зачем нам такое? Куча непонятных людей. Да, до концертов три километра, но что мешает чужакам добраться и до нас? Нет, я буду закрывать двери на все замки. Хорошо, что туда несовершеннолетних не пускают. А то была бы мне ещё тревога.

Артур тогда переглянулся с Розой: они ещё не успели рассказать взрослым о своих планах. Кстати о Розе – он ведь обещал зайти за ней, самое время ускориться, чтобы не опоздать.

Но девушка сама вышла ему навстречу, и Артур засмотрелся на её блестящие длинные каштановые волосы и синий сарафан.

– Привет! – Роза потянулась на цыпочках и чмокнула Артура в щёку. – Идём? Ребята уже вышли?

– Сейчас напишу в чат.

Ещё во время первого расследования они создали секретный чат, чтобы делиться мыслями и выводами, но и в обычное время писали туда же.

– Кстати, я узнала: волонтёрами на фестиваль берут с полных пятнадцати лет. Мы с Виолой пройдём, но без вас не хочется! О, вот и она.

Виола чуть остригла длинные волосы, но сама стала ещё тоньше и выше. Она помахала друзьям, а потом кому-то за их спиной. Артур и Роза разом оглянулись – к ним шёл Люк.

Ребята направились к старому особняку, который стал школой год назад. Конечно, все разговоры на переменах сводились к грядущему мероприятию. Четвёрка ловила обрывки фраз, которые звучали тут и там.

– Шон Маркес приедет! Правда, только на первый вечер. – Десятиклассница едва стояла на ногах от этой новости.

– Кто? – уточнила девочка помладше.

– О, ты не знаешь. Слишком маленькая. И обещают ещё много известных гостей!

Мальчик в квадратных очках деловито бубнил:

– Несовершеннолетних не пускают, но у меня там будет работать дядя. Молодой дядя, и, если его подкупить, он может нас провести. Только, если что, мы его не знаем.

Группа семиклассниц строила планы:

– Мы должны попасть в список волонтёров. Любой ценой. Я не упущу возможность встретиться с группой «Осколки».

– Это правда! Нам нужны фото и футболки. На память. Хорошо, что нам уже всем по пятнадцать, иначе не пустили бы. Хотя я слышала, что в списки включают по году рождения, не по фактическому возрасту.

Виола и Роза переглянулись с ликованием:

– Мальчики тоже попадают!

– М-м? – Люк с трудом запихивал в рюкзак папку с проектом по биологии и не уловил суть сказанного.

Роза объяснила:

– Вы с Артуром тоже можете подаваться! Хоть пятнадцать вам исполнится через несколько месяцев, но год рождения-то у нас одинаковый, ура!

– Почему те девочки так радуются? – прищурился Артур.

– О, они же говорят про «Осколки», это новая группа. Но у них уже очень много поклонников. Там три красавчика: Эд, Тод и Майк. Честно говоря, они мне тоже очень нравятся. Их музыка, точнее, – пояснила Роза.

Артур едва заметно покачал головой, что уловила только Виола.

На большой перемене ребята открыли сайт фестиваля, изучили указанные площадки, восхитились масштабами события и потихоньку заполнили анкеты.

– Обязательно напишите, что вы участвовали в благотворительных мероприятиях, – посоветовала Роза.

– Эм, в каких это благотворительных мероприятиях? – уточнил Артур.

– Ну, вообще-то, наши расследования – это они и есть, – отрезала девушка, – а ещё добавьте, что вы разбираетесь в компьютерах и занимаетесь спортом. Мы же умеем ездить на великах – думаю, это важно с учётом того, что до площадки от города целых три километра.

Проблема с анкетой возникла только у Люка, потому что требовалось загрузить свежую фотографию, которой у парня, конечно же, не было.

– Ну и зачем мне себя снимать? – не мог понять Люк.

– Так! – Виола взяла свой телефон и скомандовала. – Вставай вот к той стене. Да-да, правее локеров², чтобы они в кадр не попали. Не шевелись, стой ровно. Три, два, один! Готово. А что? Вполне симпатично. Можешь даже на аватарку себе поставить.

Люк хмыкнул и начал ждать загрузки фотографии в личке с Виолой.

Весь оставшийся школьный день ребятам было очень сложно думать об учёбе, потому что они обсуждали большие сцены, малые сцены и шатры, изучали мерч в специальном разделе на сайте, мечтали о том, кого они могут встретить и с кем познакомиться.

Когда Четвёрка собралась идти по домам, в спину Виоле нечаянно влетел старшеклассник. Он испугался и с извиняющимся видом положил руки на её плечи:

– Прости, пожалуйста, я тебя не заметил, хотя трудно не заметить такую красоту. Ещё раз прошу прощения.

И побежал дальше.

Лицо Люка стало непроницаемым. Роза внутренне сжалась, ожидая, что Виола сейчас догонит этого парня и устроит ему взбучку, но та лишь смущённо улыбнулась.

– Кажется, Виола начинает меняться, – шепнул Розе Артур.

– Я тоже заметила, – ответила она тихонько, а потом добавила громче: – Ну что, по домам?

Четвёрка решила после уроков забросить вещи домой и поехать на площадку БУМа. Их велосипеды очень давно стояли без дела, и было так приятно снова прокатиться с ветерком – ощутить, как греет солнце, услышать пение птиц, насладиться тёплой весной. В палисадниках копошились горожане, над Трясиной витал дух мирной, спокойной весны. Но это только казалось со стороны, потому что на самом деле почти в каждом доме разговоры шли о «Буме в Трясине» и о том, что же он принесёт городу. Взрослые боялись, что многочисленные гости мероприятия могут оставить за собой кучи мусора, начнут устраивать беспорядки, а то и вовсе спровоцируют какие-то плохие события. Молодёжь тем временем радовалась, предвкушая неожиданный фестиваль, потому что он обещал внести приятные яркие краски в их май. Это было особенно приятно в конце года, когда уже хотелось забыть об уроках и заниматься только тем, что интересно.

Роза переоделась в джинсовый комбинезон, Виола выбрала свои самые яркие гетры и шорты лимонного цвета, а Артур и Люк просто оставили дома школьные принадлежности. И вот скоро велосипедные шины зашуршали по подъездным дорожкам и брусчатке, и ребята встретились на перекрёстке, откуда удобнее всего было направиться к выезду из города. От предвкушения будущих событий хотелось петь, на душе царили покой и радость, казалось, что всё самое хорошее только начинается. Постепенно здания становились ниже, превратились в цепочку одноэтажных частных домиков, и скоро последние постройки и тротуары остались позади.

Площадка фестиваля находилась неподалёку от большой рощи, нежная молодая листва которой сочно зеленела на фоне неба. На поле рядом строили что-то грандиозное.

– Сколько там сцен? – уточнила Виола на ходу.

– Три, – сообщила Роза, – одна огромная и две попроще. Я видела, что большую строят в форме гитары, зарытой в землю.

– Необычно, – отозвался Артур, – ведь главное здесь не антураж, а музыка.

– Ну как сказать, – рассудительно сказал Люк, – люди приезжают за праздником.

– Это и будет праздник, – с горящими глазами ответила Роза, – у меня ощущение, что всё пройдёт шикарно.

Ребята оставили велосипеды под приметной берёзой и решили пройтись вдоль площадки, на которой копошились рабочие. Пахло свежескошенной травой – поле расчистили перед стройкой. Слышался стук молотков, дребезжали дрели, тут и там поднимали в воздух шатры. От одного из них внезапно отделился человек. Это был смуглый мужчина среднего роста в ярко-жёлтой рубашке. Он подошёл к ребятам.

– Привет! Я могу вам чем-то помочь?

– Эм, нет. – Виола стала поближе к Люку, потом осознала это и сделала шаг в сторону – Мы просто смотрим.

– Хорошо, это можно. Вы местные? Ну да, это очевидно, – сказал мужчина и рассмеялся из-за собственной непонятливости. – Меня зовут Рави, я здесь…

– Плотник? – догадалась Роза.

Рави поник.

– Ну да, но на самом деле… – И тут на его лице мелькнула гордость. – На самом деле ещё и выступаю, я музыкант.

– Ого, вот это круто! – отозвалась Роза, заметившая на его запястье татуировку в виде ноты. – Какой жанр предпочитаете?

– Ну, я ещё не совсем точно определился, – ответил Рави, – иногда тянет к року, иногда к кантри. Мне просто нравится выражать себя через музыку.

– Надеюсь, мы сможем послушать ваше выступление, – вежливо сказал Люк.

– Да, спасибо. Приятно знать, что кто-то будет его ждать, – сказал мужчина и помахал рукой. – Ну, пока?

Ребята переглянулись: обычно взрослые вели себя сдержанно, но Рави был открытым и милым.

Короткая поездка оказала благотворное действие на Артура и Люка, которые с сомнением относились к восторгам девочек по поводу нового бойз-бенда и БУМа в целом. Атмосфера и веселье, что витали в воздухе, зарядили их желанием стать частью этого мероприятия.

– А когда будут результаты отбора волонтёров? – спросил Люк.

– Завтра после двенадцати, – ответила Роза, – так что скрещиваем пальчики и ждём.

Остаток вечера и всё следующее утро ребята занимались рядовыми делами, готовились к учёбе или помогали по дому родителям. Но у каждого нет-нет да и мелькала мысль, выберут его в волонтёры или нет. И что делать, если пройдёт кто-то один, двое, да даже трое? Ведь оставшимся будет очень обидно.

Роза предложила в чате:

«У нас сегодня всего два урока. Давайте после них не будем расходиться по домам, а пойдём в парк или штаб и вместе откроем результаты».

«Я за, – обрадовалась Виола, – почему-то так переживаю, на меня это вообще не похоже, и мне это ужасно не нравится».

«Всё будет в порядке», – успокоил её Люк.

На что Виола отправила радостный смайлик. Погода радовала, поэтому после занятий, на которых трудно было сосредоточиться даже учителям, друзья отправились к городскому парку. По дороге Артур сказал:

– Давайте если кого-то не выберут, то остальные тоже откажутся. Или мы, наоборот, попробуем уговорить организаторов принять всех.

– Да, это здравая мысль, – согласился Люк, – потому что навыки у нас примерно одинаковые. Разве что мальчики сильнее девочек физически, но девочки часто умнее.

Виола, которая хотела было возразить на первую часть его фразы, замолчала и улыбнулась, когда услышала продолжение.

– Ой, до двенадцати всего лишь десять минут, ребят! Давайте дойдём быстрее до нашей любимой скамейки! – попросила Роза.

Та самая скамейка Четвёрки скрывалась в тени густого дуба. И сейчас им повезло: несмотря на погожий день, здесь никто не сидел.

– Итак, я открываю, – сказала Роза, – хотя нет, я не выдержу! Артур, давай ты.

Тот согласился и открыл сайт организаторов. А потом раз за разом обновлял страницу.

– Они что, вывесят списки в открытый доступ? – удивился Люк.

– Нет, это личный кабинет, – объяснил Артур. – Только если тебя приняли, ты увидишь полный список участников.

И вот наступило двенадцать часов, после очередного обновления сайта появилась долгожданная плашка: «Список волонтёров фестиваля “БУМ в Трясине”».

– Есть! – Артур с волнением оглядел друзей.

Роза зажмурилась, скрестила пальцы. Люк отрешённо уставился на жёлудь, валяющийся на земле. А Виола покраснела, сморщила нос:

– Читай быстрее, – попросила она, – а то я лопну.

Артур открыл список и быстро пролистал, отыскивая нужные фамилии. Они шли не по порядку, но наконец он воскликнул:

– Все. Все есть! Ли, Янис, Новак, Левин. Ребят, мы прошли!

Виола соскочила со скамейки и запрыгала:

– Ура-а-а!

Люк от радости с размаху пнул жёлудь, и тот улетел далеко-далеко, выкатившись под ноги мелкой собачке, которую выгуливала старушка. Собачка зашлась лаем, а её хозяйка подозрительно оглядела друзей, которые тут же приняли невинный вид.

– О, я вспомнила Моську! – вдруг произнесла Роза. – Помните Тулька?

Противного полицейского инспектора, конечно, помнили все, потому что он досаждал жителям Трясины (особенно детям), был вечно недоволен и во всё совал нос. Но после своего масштабного краха во время расследования исчезновения учительницы он не вынес позора, подал в отставку и исчез из Трясины.

– Да и хорошо, что он тут больше не живёт. Без него город стал намного лучше, – сказал Артур.

– Это точно, – согласились остальные.

– И кстати, а что дальше-то? – спросила Роза. – Наверное, какое-то организационное собрание?

– О, да! – ответил Артур. – Я не озвучил самое главное: через два дня мы должны прибыть на место, где уже будет стоять шатёр для волонтёров. Там нам всё-всё расскажут. Сейчас важно подписать у родителей согласие на нашу работу. Не думаю, что с этим будут проблемы, правда?

К счастью, он оказался прав: ребята пообещали родным работать в дневные часы, ведь вечером на площадку допускались только совершеннолетние волонтёры.

– Но мы точно найдём способ попасть на вечернее шоу, – сказала Виола друзьям.

Те были с ней согласны, но говорить об этом родителям, конечно, не планировали, и взрослые подписали согласие.

Бабушка Розы ворчала какое-то время, не понимая, что на таком фестивале делать молодой девушке, но потом смирилась, вспомнив танцевальные вечера, на которые ходила в юности с тогда ещё будущим мужем, дедушкой Розы.

– Если всё будет прилично, безопасно и если вы не будете там допоздна, тогда ладно, – наконец дала добро бабушка.

Роза обрадовалась, потому что ей не хотелось делать что-то вопреки воле близких, с которыми у неё были замечательные отношения.

Перед первой оргвстречей Роза очень волновалась, спрашивала друзей:

– Кого бы вы хотели встретить в первую очередь?

– Ну, я – группу «Осколки», ты знаешь, – отвечала Виола.

– Не думаю, что там будет кто-то интересный для меня, – вздыхал Артур.

Люк предпочитал не отвечать, потому что ему очень нравилась певица по имени Рита. Не только музыкой, но и тем, что она была родом из маленького городка, о чём часто говорила в интервью. Это вселяло надежду на то, что можно добиться высот, даже если ты вырос далеко от разного шума и движухи.

На встречу в шатёр для волонтёров пришло несколько десятков человек.

– Откуда их столько? – шёпотом спросила Виола у друзей.

– Много приезжих, – объяснил Люк, – ты же видела, как вырос палаточный городок.

Действительно, поле рядом с фестивальной площадкой, которое до этого пустовало, теперь было заполнено палатками разных цветов и размеров. Оттуда доносились голоса и переборы гитарных струн, тянуло дымом от костров.

Запомнить огромный объём информации было тяжело, но Четвёрка пыталась уложить её в головах. Ребята узнали, что рабочий день несовершеннолетних волонтёров длится четыре часа. Кроме того, их не назначают на так называемые горячие зоны, где нужно разбираться с гостями, следить за безопасностью или работать с платёжными терминалам. Подросткам отвели всё, что попроще: помогать гостям находить дорогу, обеспечивать их водой, готовить и раскладывать на столах мерч.

У каждой команды из десяти человек был свой тимлид, руководитель, организующий работу. Четвёрке достался высокий и очень громкий молодой человек, который торопился и много говорил:

– Итак, меня зовут Роберт. Слушайте и запоминайте всё, что я говорю. Я отвечаю за вас, – сказал он Четвёрке и ещё шестерым ученикам старшей школы, – поэтому малейшее нарушение правил – и вы покидаете фестиваль. Понятно?

Все закивали. Хотя на самом деле каждый в душе надеялся попасть хоть разок на вечернее шоу в обход правил.

– Я создал чат, пожалуйста, сейчас разошлю ссылки, – продолжил Роберт, – со всеми вопросами и сложностями обязательно пишите мне. Важный момент: вы не должны находиться на площадке по одному. Только по двое или даже по трое. Стоять и ходить придётся очень много, выбирайте удобную обувь. Каждый раз, приехав на работу, вы отмечаетесь в первом шатре, расписываетесь, потом идёте сюда и получаете задание на день. И только после выполнения всех поручений вам будет выдаваться браслет-проходка на предвечернее шоу. Обычно это музыка для разогрева, какие-то малоизвестные группы. Кроме того, сейчас мы с вами разберём волонтёрскую форму. Футболки, кепки, бейджи – без них к работе не приступаем. По поводу продаж мерча и тому подобного: этим всем занимаюсь я, но буду просить вас помогать готовить необходимые элементы. Кроме самого фестиваля, у нас ещё пройдёт ряд мастер-классов – вы будете распределять материалы, следить, чтобы их было достаточно. Всё понятно?

Роза растерянно моргала, Виола тёрла лоб, у Артура был отсутствующий взгляд, а лицо Люка приобрёло жалобное выражение. Роберт громко вздохнул:

– Хорошо, всю информацию продублирую в чат. Изучите позднее. Работа начинается завтра, жду в два часа без опозданий.

Футболки, пахнувшие краской из-за свежей печати, оказались огромными, Виола погрустнела:

– Ладно, оверсайз ещё не совсем вышел из моды…

– А мне кепка маловата, – пожаловалась Роза. – Эй, Люк, а ты где был?

– Увидел Рави, помните же его? Пообщались немного, хочу побольше узнать о программе, чтобы вечером у нас всё получилось.

– Круто, – сказал Артур, – но я думал, ты не особо хочешь на концерты.

Люк предпочёл промолчать, хотя перед глазами у него пронеслась рокерша Рита с красными волосами. Потом он вспомнил:

– Этот Рави давно в теме фестивалей, он сказал, что БУМ входит в систему грантов, где выставляется рейтинг площадкам. Если в Трясине всё будет хорошо, есть вероятность, что у нас пройдут ещё какие-то мероприятия.

– Круто-о-о, – восхитилась Роза, – хоть бы книжная ярмарка, хоть бы ярмарка.

Артур сморщился:

– Скучно же. Вот если бы Комик-Кон…

Роза пфекнула и отвернулась, потом всё же подошла к юноше, приподнялась на цыпочках и поцеловала его в щёку:

– А может, и то, и то?

– Ага. – Артур слабо улыбнулся.

С недавних пор в груди парня поселился страх, который даже трудно было до конца осознать. Но он то и дело омрачал мысли и портил настроение.

Глава вторая
Тучи сгущаются

За пять дней до начала фестиваля, когда Четвёрка уже начала погружаться в волонтёрские дела, произошло нечто такое, что заставило меланхоличного Люка выразить эмоции в открытую. Утром мама отправила его в магазин, попросив купить пакет молока перед уходом в школу. Конечно, Люк согласился и вышел в том, в чём ходил дома, – прошлогодней полосатой футболке и старых джинсах. Кое-как пригладил в прихожей волосы, взял карточку мамы и вышел за дверь. Впоследствии он не раз думал о том, что, возможно, стоило принарядиться: никогда не знаешь, кого ты можешь встретить на улице. Люк дошёл до угла, где находился ближайший продуктовый магазин, владелец которого знал всех своих постоянных покупателей, и встал в очередь за пожилой соседкой. Всё было как обычно: гудели холодильники, пищал сканер на кассе, пахло свежей выпечкой. Когда над входной дверью звякнул колокольчик, хозяин магазина вежливо сказал:

– Здравствуйте! – И не стал называть посетителя по имени.

Это было необычно, и Люк оглянулся. Вошедшая девушка уже стояла спиной к нему и внимательно изучала содержимое холодильника с напитками. Взгляд парня привлёк ярко-красный короткий хвостик, торчащий из-под чёрной бейсболки. Незнакомка была высокой, стройной, в кожаной чёрной куртке и короткой юбке.

Пожилая дама расплатилась на кассе и, когда она увидела новую посетительницу, выпучила глаза.

– Фу-ты ну-ты! – Старушка торопливо покинула магазин.

Но девушка и внимания не обратила, видимо, привыкла к повышенному интересу. Люк понял, что забыл взять пакет молока и подошёл к холодильнику. А потом внезапно поймал взглядом отражение девушки в стекле, и его словно прошила молния. Всё происходящее стало казаться нереальным, потому что рядом стояла та самая певица Рита, музыкой которой Люк втайне заслушивался в последние месяцы.

Понятно, что она приехала на фестиваль. Но почему так рано? Ведь у неё очень плотный график, как она часто говорит в интервью. И тут кусочки пазла в голове Люка начали складываться: певица часто говорила, что она родом из маленького города. Но почему никто и никогда в Трясине не обсуждал этот факт?

Рита увидела, что на неё смотрят, и сделала шаг назад:

– Тебе нужен этот холодильник?

Люк промычал что-то в ответ, замахал руками, неловко достал пакет молока и направился к кассе. Внутри него боролись два голоса. Один говорил: «Сейчас же возьми у неё автограф! Сейчас же возьми у неё автограф!», а второй: «Этого не может быть! Вы живёте в разных вселенных!»

Молчавшее доселе радио под прилавком внезапно забулькало, зафырчало и вдруг выдало мелодию. Это был последний хит Риты, который держался на первых строчках уже несколько недель.

Тут Люк уже не мог сдержаться, он повернулся к девушке:

– Это очень классная песня! Особенно строчка про то, как ты… то есть вы чувствуете себя одинокой даже в толпе. Это так похоже на меня!

И тогда Рита улыбнулась:

– Ты знаешь мои песни? Я привыкла, что в Трясине меня никто не узнает. Здесь предпочитают музыку иного толка, более традиционную.

Очевидно, она хотела сказать «старомодную», но выбрала слово получше.

– Да, есть такое, – горячо согласился Люк. – Можно с вами сфотографироваться?

– Окей, конечно, я к этому привыкла, – сказала Рита.

Люк похлопал себя по карманам джинсов и понял, что они пусты:

– Вот чёрт! Как я мог забыть телефон именно сейчас?

– Ничего страшного! – Рита достала смартфон последней модели, встала рядом с Люком и сделала несколько снимков. – Диктуй номер, скину позже фотки.

Как назло, Люк напрочь забыл свой номер. Ему пришлось сосредоточиться, чтобы вспомнить нужную комбинацию цифр.

– Вы на фестиваль приехали? – решился спросить он.

– Ну, и да и нет. Вообще, у меня здесь бабушка через две улицы живёт, вот и решила заодно её проведать. Кстати, ты тут закончил?

– Да-да, конечно. – Люк отошёл от кассы со своим молоком, и девушка купила баночку газировки.

– Спасибо, – лучезарно улыбнулась Рита и вышла из магазина.

Хозяин растерянно спросил:

– А кто это был?

– Самая популярная современная певица! – выдохнул Люк. – Я не верю, что это только что произошло! Я и знать не знал, что она родом из Трясины! Вот это да! Я должен рассказать своим!

Люк помчался домой на всех парах. Ему хотелось рассказать друзьям о неожиданной встрече, а ещё он очень ждал, когда же Рита пришлёт ему фотографии.

Друзья не сразу поверили Люку. Но он пообещал показать им фотографии, когда их получит.

– Я до сих пор в шоке, – наговорил в секретный чат Четвёрки парень. – Я думал, что все популярные музыканты живут в каком-то другом мире и у меня нет никаких шансов их встретить. А тут сама Рита в магазине возле моего дома! Зачем я вышел в этой футболке? Заче-е-ем?

Это было так непохоже на Люка, что Роза рассмеялась, Артур задумчиво нахмурился, а Виола поймала себя на том, что злится. Это было глупо, потому что между ней и Люком ничего не происходило – обычная дружба. А встреча с кумиром – это всегда волнующе и замечательно. Но всё же Виола не смогла перебороть себя и ничего не написала в ответ, убрала телефон подальше и отправилась делать причёску к школе.

Люк в то время и сам не знал, как себя чувствует. Потому что, с одной стороны, знакомство с Ритой – это потрясающе, с другой – состояние, когда ты на эмоциях, ему не очень нравилось. Люк привык сдерживать свои чувства и спокойно на всё реагировать. Иногда он и сам не знал, скрывает он себя или в нём нет ничего интересного, что стоило бы показать.

Занятия в средней школе Трясины тем временем шли своим чередом и плавно приближались к концу. Итоговые контрольные были сданы, планы на летние каникулы намечены, и теперь ребята подтягивали хвосты или отсиживали занятия ради галочки. Сразу после немногочисленных уроков Четвёрка спешила по домам, чтобы наспех перекусить, выкатить велосипеды, встретиться на перекрёстке и направиться к площадке «БУМ в Трясине».

Они уже начали привыкать к шуму, суёте и людям, которые там работали. И, помимо Рави, того самого музыканта и по совместительству плотника, Артур, Виола и Роза получили шанс познакомиться с Ритой.

Люк представил их, когда увидел звезду на площадке: она ждала очереди на саундчек.

– Привет! – сказала девушка. – Прости, пожалуйста, я совсем забыла прислать фотографии, забегалась. Сейчас же это сделаю. – Рита отложила в сторону гитару, села на ближайшую колонку и сосредоточенно начала водить пальцем по экрану смартфона.

Виола боролась с собой: Рита её восхитила своим образом, расслабленной уверенностью. С другой стороны, так не нравилось то, что Люк, обычно сдержанный и молчаливый, засиял, как лампочка.

Хорошо, что работы на фестивале оказалось столько, что о глупостях думать было некогда. Ребята активно готовили мерч: собирали бейджи, подарочные боксы, сортировали футболки по размерам, аккуратно складывали их в целлофановые пакетики и делали ещё много мелкой работы. Кроме того, они учили карту площадок БУМа, чтобы потом сдать экзамен их тимлиду Роберту.

– Помните: на вас будут надеяться. У вас всегда должна быть с собой вода, – громким басом говорил молодой человек, – вы должны помнить, где у нас находится медпункт, где расположены туалеты, и в случае чего провожать людей. Но если намечается конфликт, ссора – сразу звоните службе безопасности, а потом мне. Все контакты висят на доске в оргшатре. Пожалуйста, сохраните их. За день до фестиваля вы мне сдадите финальный экзамен на знание всех вопросов, и после этого мы с вами приступим к работе.

Несмотря на мелкие переживания, Четвёрка искренне наслаждалась этим временем. Вокруг было столько интересных людей, и все они слаженно работали, как пчелиный рой, организовывая масштабный благотворительный фестиваль, известность которого выходила далеко за пределы страны.

Скоро друзья узнали, как работает система грантов. Рави, которого они встретили в шатре, где были организованы перекусы для рабочих, объяснил:

– Каждая площадка получает свой рейтинг. Это зависит и от местности, и от того, какая там обычно погода, но во многом – от администрации. Если местное руководство поддерживает инициативы, идёт навстречу и помогает организаторам, тогда в этом месте может происходить гораздо больше интересного.

За пару дней выросла главная сцена фестиваля, и Роза оказалась права: она действительно была выполнена в виде огромной гитары, которую воткнули в землю, и высоко над землёй возвышался освещённый огнями гриф. Издалека он казался остовом чудища, которое могло при желании поглотить Трясину. Всюду было проложено освещение, а вдоль сцен – как большой, так и двух малых – расставили тумбы холодных фонтанов: специальные фейерверки, которые в заданное время будут высыпать в воздух снопы искр.

Глядя на это, Виола повторяла:

– Мы должны попасть на вечерние шоу, мы должны, должны. Иначе всё это зря!

– Естественно, – горячо поддерживала подругу Роза, – тем более я тут узнала, что «Осколки» приедут уже завтра!

– Неужели их разместят в гостинице? Она же столько лет не работала, там, наверное, такое старенькое всё…

– Вряд ли: думаю, у них трейлеры, – ответила Роза. – Тем лучше для нас, мы же тут всё знаем.

Артур и Люк в таких обсуждениях не участвовали: они искренне не могли понять, что девчонки нашли в этих смазливых певцах. Но в необходимости проникнуть хоть раз на главные выступления даже парни не сомневались.

А город тем временем начинал жужжать, как громадный улей. Старушки из общества вязальщиц впервые за всё время существования их клуба решили проявить общественную инициативу и отправились на приём к мэру. Они требовали переноса фестиваля подальше от Трясины:

– Я читала в тырнете, что там бывает! – возмущалась одна из старушек. – Кто потом поля убирать станет?

– Ага, – поддакивала её подруга, – нам беспорядки ни к чему. Чего это у нас не спросили? У всех горожан? Должны были опрос провести.

Мэр устало закрывал лицо руками и в сотый раз объяснял, что это мероприятие на пользу городу – после него могут подтянуться другие, а это всегда дополнительное финансирование.

– Вам же лучше будет! Построим что-нибудь, больницу расширим, новые велосипедные дорожки проложим, – говорил мужчина.

– Ничего не знаем, – качали головами вязальщицы, – ты нас с толку не сбивай! А то мы на митинг выйдем, вот!

Но не все были недовольны грядущим событием: местные мастера арендовали места для своих палаток с сувенирами и украшениями, кафе собиралось выставить фургончик с мороженым, а молодёжь предвкушала активные три дня. Больше всех рад был новый хозяин местной, давно закрытой гостиницы. В ней бывало так мало народу, что в конце концов на двери появился большой замок. То, что купленный им бизнес не только не приносит дохода, но и не работает, новый хозяин понял слишком поздно: он оплатил покупку из-за границы и лишь потом приехал в Трясину. Теперь же в гостинице проснулась жизнь: комнаты проветривали, бельё стирали и изо всех углов вымывали пыль.

Обо всём этом Четвёрка разговаривала в перерывах, если их не разводили по разным площадкам, как сегодня. Мальчиков позвали таскать какие-то мешки, а девочек посадили разбирать оставшиеся упаковки мерча. Виола и Роза изнемогали от жары в душной палатке и обрадовались, когда к ним заглянул Роберт:

– Отнесите, пожалуйста, эти пакеты прямо сейчас! Я бы разорвался, если бы мог.

– Конечно, мы поможем, – отозвалась Роза.

– А кому передать? – хмуро уточнила Виола.

– Там ждёт человек, он уже в курсе. Это трейлерный парк.

Девушки переглянулись, и тимлид продолжил:

– Пакеты лёгкие, иначе бы я вас туда не отправлял!

К счастью, пакеты действительно оказались лёгкими, а слабый ветерок немного освежал, несмотря на жару. Девушки не без труда нашли нужную точку и осторожно постучали в дверь трейлера.

Им открыл высокий темноволосый молодой человек. Виола потеряла дар речи, а Роза внезапно покраснела. Это был Тод – лидер группы «Осколки».

– Привет, – сказал он.

Первой нашлась Виола:

– Тут… пакеты…

Молодой человек смотрел непонимающе:

– Пакеты? И с чем они?

– А мы не знаем, – растерянно ответила Роза.

Наконец самообладание начало возвращаться к девушкам, и они объяснили, что эти вещи передали организаторы.

– А-а, это, наверное, запасной мерч для автографов. Хорошо, давайте сюда, спасибо большое. Если бы я знал, что организаторы заставят девушек таскать вещи, я сам бы за ними сходил.

За его спиной кто-то с грохотом уронил тяжёлый предмет. В дверном проёме показался Майк – второй солист. Роза расплылась в широкой улыбке: это был её любимчик.

Последним пришёл Эд. Он с интересом посмотрел на коллег и девушек – те всё ещё оторопело разглядывали друг друга.

– Простите, пожалуйста, – смутилась Роза, – мы не безумные фанатки, мы просто принесли пакеты. Теперь уходим.

– Надеюсь, вы придёте на наше шоу? – с улыбкой спросил Тод.

– Мы бы хотели, – честно призналась Виола, – но нам всего по пятнадцать, не пустят. Может быть, получится как-то попасть туда.

Роза толкнула подругу в бок, та продолжила под смешки парней:

– Ой, то есть мы, конечно, не собираемся этого делать, но я уверена, что всё пройдёт блестяще, как обычно. Мы любим ваши песни.

– А можно фото? – попросила Роза.

– Хорошо. Парни, выходите, натягивайте свои самые вежливые улыбки. Ну, вперёд! – скомандовал Тод.

Роза сделала несколько снимков и прижала телефон к груди, стараясь скрыть, что её руки дрожат. Она уже предвкушала момент, когда выложит новость об этой встрече в своём блоге. Девушка вела популярный видеоканал, который сегодня должен был непременно обрести новых подписчиков благодаря новости о встрече с группой «Осколки».

– Я смотрю, фанатки вас и здесь нашли, – раздался спокойный, уверенный женский голос.

Девушки обернулись и увидели женщину средних лет, со светлыми волосами и в строгом костюме. Майк, Эд и Тод сразу напряглись.

– Это не фанатки – волонтёры. Ты же видишь по их форме, – сказал Тод.

Женщина пожала плечами:

– Но вы же помните, что вам нельзя утомляться перед концертом?

– Помним, помним, – нахмурился Эд.

Женщина развернулась и ушла. Майк объяснил:

– Это наш продюсер. Она настолько строгая, что иногда перебарщивает. На самом деле она в целом ничего, но постоянно ведёт себя так, будто мы находимся в каком-то офисе. Носит строгие костюмы, никогда не улыбается и постоянно куда-то опаздывает. Мы всё время чувствуем себя с ней как на совещаниях.

Эд поддержал:

– Ну, есть такое, да.

Даже эта мимолётная встреча со строгим продюсером не могла умерить радости девушек. Они попрощались с группой и сразу же отправились на поиски Артура и Люка.

– Вы не поверите! – сияла Роза. – Мы встретили группу «Осколки»!

– Почему мы не догадались взять автограф? – досадовала Виола.

– Я не знаю, – развела руками Роза. – Просто это было так волнующе! Поэтому вылетело из головы.

Артур вежливо посмотрел фотографии, а Люк похвалил девушек: сказал, что они отлично смотрятся рядом с известной группой, – и ни словечка больше. Виола и Роза поняли, что восторгами им придётся делиться только друг с другом. Да и на это времени не было: до фестиваля оставалось два дня, и все суетились как заведённые. Роберт нервничал и постоянно громко отчитывал кого-нибудь. Не доставалось только его младшей группе, потому что он оберегал их, как наседка цыплят.

Под конец смены Артур, Виола, Роза и Люк заканчивали с футболками в шатре для организаторов и услышали, что Роберт разговаривает с кем-то за стенкой.

Ребята сидели тихо, поэтому говорившие, видимо, решили, что в шатре никого нет.

– Ты знаешь о том, что произошло? – спросил Роберт у кого-то.

Ему ответил девичий голос, и ребята поняли, что это тимлид другой команды по имени Марго:

– Ну… я что-то слышала, но не верю в это, если честно, до конца, потому что здесь всё такое, знаешь, локальное, провинциальное, спокойное. Я абсолютно уверена, что это недоразумение, которое очень скоро разрешится. И, как назло, никого из администрации не было на месте! Чего им приспичило всем ехать в город?!

– Вот-вот! Я пытался попасть к ним – видимо, как раз в это время, – но они шатёр заперли, прицепили язычок молнии к нижнему кольцу навесным замком.

– Но, как выяснилось, не помогло…

Артур, Виола, Роза и Люк переглянулись, и взгляд этот означал только одно: «Пожалуйста, только не снова». Каждый раз, когда рядом возникали какие-то неприятности, Четвёрке приходилось включаться в расследование. Хотя сегодня они только хотели закончить с волонтёрскими делами и поискать способ проникнуть на вечернее шоу.

Над площадкой БУМа как будто бы нависла тень: организаторы шептались тут и там, а больше всех переживали руководители. Они изучали и тестировали все площадки фестиваля, давали им оценку, сверяясь со списками критериев, которые носили в толстых папках.

Когда ближе к вечеру Четвёрка приехала на велосипедах в город и остановилась на перекрёстке, откуда все разъезжались по домам, Роза задумчиво спросила:

– Думаете, там что-то серьёзное?

Виола отмахнулась:

– Ой, нет, не хочу об этом даже думать.

Люк меланхолично пожал плечами, а Артур нахмурился:

– В любом случае с большой долей вероятности скоро мы обо всём узнаем.

Мрачное предсказание Артура сбылось. На следующий день Рави – плотник-музыкант, как называли его между собой друзья, – принёс им новость, от которой похолодели все:

– Кто-то украл всю кассу фестиваля! Я в таком шоке.

Было видно, что мужчина едва сдерживает эмоци? он весь трясся.

– Вы понимаете, что это означает? Если сейчас вскроется исчезновение денег, собранных в рамках благотворительного фестиваля, мероприятие точно отменят, и я не смогу выступить! Это означает, что я несколько недель работал просто так. Это безумие, безумие! И я не должен был вам об этом говорить… Вы обещаете, что никому не расскажете? Обещаете?

– Конечно! – хором успокоили его ребята.

А когда Рави ушёл, Люк повернулся к остальным и эмоционально всплеснул руками:

– Почему это всегда происходит там, где находимся мы?

– Ну, будет справедливо отметить, – ответила Виола, – что мы постоянно влезаем в центр каких-то событий, а не сидим по домам.

– И то верно, – согласилась Роза.

Четвёрка отправилась на поиски Роберта. Нашли его в шатре, где обедали, оттеснили в сторонку и начали горячим шёпотом допрашивать:

– Правду говорят, что все деньги украли?

Роберт тяжело вздохнул.

– О боже, до вас-то эта информация как дошла? Никому об этом не говорите, иначе подорвёте репутацию: и мероприятия, и этого бедного, несчастного, богом забытого городка! – Роберт вспомнил, что Четвёрка родом из Трясины, и исправился. – Ну, то есть, простите, этого чудесного, уютного, маленького, тихого городка, в котором ничего не происходит. И если данная ситуация не разрешится в ближайшее время, то здесь уже точно никогда ничего не произойдёт.

– Да-да, мы слышали про грантовую систему, – перебила Виола.

– Откуда вы обо всём знаете?!

– Но как могли украсть деньги в наше время? – Артур предпочёл проигнорировать последний вопрос. – Ведь сейчас никто не забирает их наличными, всё должно идти по счетам, по реквизитам.

– Вы знаете, что такое подрядчик-прокладка? – спросил Роберт. – Ну нет, конечно, не знаете. Деньги увели на левые реквизиты, и это сделал кто-то, кто находится на фестивале, потому что, чтобы знать такие нюансы, нужно постоянно общаться с руководством и иметь доступ к компам.

– А кто постоянно общается с руководством? – уточнила Роза.

Роберт тяжело вздохнул:

– Все. А теперь не отвлекайте, прошу у меня голова скоро лопнет от списка задач. А тут ещё и это!

Артур, Виола, Роза и Люк вышли из шатра, добрели до растущей неподалёку одинокой берёзки и задумчиво остановились.

– И что мы будем делать? – спросила Роза.

Виола твёрдо произнесла:

– Ничего. Мы ничего не будем с этим делать. Это не наша проблема.

– Но ведь фестиваль может накрыться, – жалобно сказала её подруга. – Зачем тогда мы работали на этой жаре?

Артур с усмешкой ответил:

– Может, дадим им самим шанс? Мне кажется, они разберутся.

– Хорошо, – с серьёзным видом сказал Люк. – Даём им время до завтрашнего дня.

Глава третья
Не успеем!

Улицы Трясины перестали быть такими тихими, как обычно: их наводнили незнакомцы со своими автомобилями. В магазинах стояли очереди, тут и там гости города спрашивали у местных, как пройти в аптеку или где можно купить питьевую воду.

Конечно, старожилам это не очень нравилось. Пожилые горожане закатывали глаза и старались без повода не выходить на улицу. И дело было не только в том, что в Трясине стало много людей, которые влёт раскупили питьевую воду и лапшу быстрого приготовления. Но ещё и в том, что в основном это были юнцы, которые выглядели странно в глазах старшего поколения. В Трясине не очень-то привыкли к яркому макияжу, пирсингу или рваным колготкам. На заборах и воротах появились наспех сделанные таблички: «Парковка запрещена» или «Частная территория». А вот молодёжь радовалась тому, что наконец-то на улицах их города происходит что-то интересное и необычное.

Ранним утром следующего дня Роза выглянула на улицу и увидела, как по ней проехал ярко-розовый кабриолет.

– Вот это да, – сказала сама себе девушка, – никогда не думала, что увижу в Трясине такой автомобиль.

Следом появилась группа парней, и Роза загляделась на одного из них, а потом вспомнила, что уже пора собираться в школу. Перед этим они договорились, что Артур зайдёт за ней, чтобы спокойно побыть вдвоём. Девушка подошла к своему гардеробу, включила свет и начала долго и придирчиво перебирать висящую на вешалках одежду. Сейчас ей казалось, что всё это или старомодное, или недостаточно взрослое. В конце концов она остановила выбор на чёрном джинсовом платье, которое ей очень шло. В комнату заглянула бабушка:

– Доброе утро! Пора завтра… Что это у тебя на голове, дорогая?!

– А, это, – махнула рукой Роза. – Увидела новую завивку на носок в интернете, решила попробовать. Понятия не имею, что получится.

Спустя десять минут оказалось, что волны вышли отличными. Роза удовлетворённо посмотрела на себя в зеркало и спустилась. Ей нравилось, что она выглядит старше с такой причёской. Новый облик оценил и Артур, который появился на пять минут раньше, чем они договаривались. Он широко улыбнулся, не в силах сдержать восхищение, когда Роза подошла к нему, и наклонился, чтобы поцеловать её:

– Классно выглядишь.

– Спасибо, – улыбнулась Роза. – Если бы ты знал, на что я накрутила волосы…

– После того как вы с Виолой устроили вечер косметических штучек и сделали маску из грибов, меня уже ничем не удивить, – признался Артур.

Роза хмыкнула, потом предложила:

– Может быть, пройдём длинной дорогой, посмотрим на всех этих людей?

– Ой, если честно, не очень хочется, – сказал Артур. – Лучше пойдём сразу в школу и посидим на той скамейке в кустах.

– Ладно, – нехотя согласилась Роза.

Она взяла Артура за кончики пальцев и начала ему рассказывать о фильме, который посмотрела на ночь:

– И там была девушка, которая писала книги, и они превращались в реальность, представляешь? Ну, не то чтобы я хотела быть писательницей, но мне так нравится весь этот мир, этот запах типографской краски, красивые обложки… Может быть, я стану редактором?

– Вполне возможно, – поддакнул Артур, изумлённо оглядываясь на девушку с ярко-сиреневыми волосами, – и тогда ты выпустишь лучший в мире комикс – продолжение серии про того супергероя, о котором я тебе рассказывал.

– Вряд ли, – ответила Роза, – мне больше нравятся книги про настоящие путешествия.

Артур промолчал в ответ: кажется, та пора, когда Роза со всем соглашалась, канула в Лету.

Рядом со школой веселились младшеклассники, которых отпускали на каникулы уже на следующий день. Они чертили классики на асфальте возле особняка, играли в догонялки. Ученики постарше с серьёзным видом стояли вокруг, уткнувшись в телефоны.

Артур и Роза прокрались на заднюю часть школьного участка, где администрация устроила небольшой стадион, и нашли нужную скамейку.

Но посидеть вдвоём не удалось, потому что скамейка уже оказалась занята – Виолой и Люком.

– Вы что это тут делаете? – удивилась Роза.

– Привет, – махнула Виола. – Да так, просто решили поболтать. Папа звонил, и я советовалась с Люком…

Она посмотрела на друга, приглашая его продолжить рассказ.

– Ну, папа Виолы по-прежнему уговаривает их переехать к нему и хочет, чтобы она там поступила в университет. Вот мы и обсуждали, кто куда пойдёт учиться, хотя до этого времени ещё несколько лет.

– Ясно, – кивнул Артур, – сложный вопрос, я ещё об этом не думал. А вы?

Друзья согласились с тем, что выбрать будущую профессию, когда ты подросток, почти нереально. До звонка было ещё двадцать минут, когда телефоны Четвёрки пиликнули одновременно.

– Сообщение в чате волонтёров. – Люк первым успел разблокировать экран. – «Блин, всё плохо…» О нет, они уже удалили сообщение.

Виола открыла чат и разочарованно вздохнула:

– Точно, я тоже видела: только что здесь было что-то написано, и вот всё исчезло.

– Неужели это «всё плохо» связано с тем, о чём мы узнали вчера? – встревоженно спросила Роза.

– Ну, теперь нам не узнать, – пожала плечами её подруга.

– Погодите. Возможно, я могу помочь, – сказал Артур, – у меня уже было такое на днях: пришлось восстанавливать удалённое сообщение. Если система успела его сохранить, то сейчас мы увидим первые триста знаков. Я включил сохранение истории уведомлений. Если система успела, то копия пуш-уведомления будет храниться у меня в приложении. Секундочку.

Через полминуты Артур обрадовал друзей:

– Всё, я сделал скрин. Слушайте: «Блин, всё плохо. Выяснили, что билетным агентам скинули левые реквизиты, в итоге деньги ушли не туда. Эти суммы уже ждут в фондах, и, если до завтра их не найдём, будет дикий скандал в СМИ. Подставили администрацию города. СБ ищет, кто лазил в ноутах, там доступ всего у пары десятков человек. Пока в…».

– Понятно, – протянул Люк. – Кто-то из оргов скинул сообщение не в тот чат. Интересно, кто-нибудь, кроме нас, увидел?

– Ой, да какая разница! – отмахнулась Виола. – Что там про администрацию?

Артур отправил скрин в их секретный чат, и Роза смогла прочитать вслух:

– «Подставили администрацию города». Что это значит? Будут думать, что деньги украл кто-то из наших? После такого происшествия в нашем городе точно ничего не будут проводить. А я так надеялась на книжный фестиваль!

Об уроках думать стало совсем сложно, и, пока Четвёрка была в школе, в секретном чате шло бурное обсуждение.

Роза писала:

«Кто мог иметь доступ к ноутбукам и украсть деньги? Организаторы и тимлиды. Роберт, Марго и остальные».

«А ещё рабочие, которые собирали шатёр для администрации, – предположил Люк, – потому что у них есть туда доступ и они знают, где что лежит».

«И конечно, ранние гости, – напечатал Артур, – все, кто приехал пораньше, чтобы провести саундчеки».

«Ну, “все” – это громко сказано, – ответила Виола, – их всего ничего тут: Рита да “Осколки”. И я не считаю Рави, потому что он как бы ещё и плотник».

Роза в ответ на это прислала ряд протестующих смайликов и добавила:

«Давайте не будем думать плохо о ребятах. В конце концов, они популярны и богаты, им это точно не было нужно».

«Опыт показывает, что никогда нельзя кого-то исключать из списка просто потому, что они кажутся нам хорошими», – заметил Артур.

Роза, сидящая в этот момент рядом с ним на уроке социологии, наклонилась и тихонько укусила парня в плечо. Тот ойкнул и отстранился, глядя на подругу с весёлым изумлением.

«Думаю, нам нужно составить точный список», – сделал вывод Люк.

На последней перемене Артур, Виола, Роза и Люк собрались в холле школы у ряда локеров небесно-голубого цвета.

– Вы что, серьёзно хотите начать расследование? – спросила Виола у друзей, поправляя длинный рыжий хвостик.

– Я не знаю, – развела руками Роза, – но такое ощущение, что эти дела сами нас находят.

– Кстати, а та наша тетрадка ещё существует? – спросил Артур у Виолы.

– Тетрадка закончилась. Я давно хотела вам сказать, но как-то всё вылетало из головы, – призналась девушка.

– Ничего себе! – удивился Люк. – Это мы столько уже расследований провели, что у нас кончилась целая тетрадь?

– Она была тонкая, – отмахнулась Роза. – Где будем вести записи? Если делать это онлайн, телефоны могут взломать и всё прочитать.

Глаза Виолы загорелись:

– Я знаю! Я вчера заходила в магазин канцтоваров и видела, что туда привезли тетрадки с клевером на обложке.

– Это очень круто, – согласилась с ней подруга, – лучше и не придумаешь. Сходим и купим одну после школы?

– Не успеем пообедать, – рассудительно заметил Люк, – потом ведь ехать на смену на фестиваль.

– Ой, да успеем, – беспечно сказала Роза. – Или сделаем так: вы идите домой, а я схожу в магазин, потому что он ко мне ближе всего.

Ребята так и поступили: после уроков они разошлись по домам, а Роза купила тетрадку. Потом прислала фото покупки в секретный чат, положив рядом свою брошку-четырёхлистник:

«Смотрите, как будто специально для Четвёрки выпускали».

«Точно», – Артур прислал ряд довольных смайликов.

Роза решила не отвлекаться на еду и составила список людей, которые могли иметь доступ к ноутбукам организаторов, – вышло всего двадцать человек. Нехотя девушка добавила и группу «Осколки», несмотря на то что была уверена в их невиновности: факты необходимо строго учитывать.

О происходящем знали лишь избранные, остальные вовсю готовились к открытию БУМа. Кемпинг рядом с главной площадкой разросся до размеров небольшой деревни, служба безопасности включилась в работу и следила за тем, чтобы ничто не омрачило грядущее мероприятие. В магазинах Трясины быстро заканчивались продукты, и владельцы спешно ехали в Рисдейл, чтобы привезти свежие, не дожидаясь обычных поставок. И в нескольких десятках домов и квартир по всему городу старшеклассники разрабатывали планы, чтобы сбежать из-под надзора родителей и успеть попасть на шоу первого дня, которое открывал Шон Маркес.

Дальше день пошёл не по плану: Артур написал в чат, что ему позвонила Молли.