Kitobni o'qish: «Дело отеля «Тупик»»

Посвящаю эту историю маленькой девочке с чёрной косичкой, которая сидит в своём уголке за шкафом в девяносто восьмом году и читает очередную книгу при свете маленькой настольной лампы. Хочется сказать ей: «Твоя мечта кажется невозможной, но она сбудется: ты станешь писательницей».

Иллюстрация на обложке ultraharmonica

Дизайнер обложки Маргарита Купцова

Иллюстрации на форзаце и нахзаце Белгракс

В оформлении блока использованы иллюстрации:

Painter Creative Books, alex74, ibnu budi, Natalya Levish, Sektor Creative Design, Nata_Alhontess /Shutterstock.com

По лицензии от Shutterstock.com

© Абдеева Гульшат, 2025

© ООО «Издательство АЗБУКА», 2025

«Махаон»^®

* * *

Глава 1
Отель «Тупик»

Табличка с надписью «Отель “Тупик”: уткнись и отдохни!» висела криво, словно какой-то призрак постоянно задевал её хвостом. Фантома встала на цыпочки, чтобы поправить, но та сама со скрежетом вернулась на место.

– Ясно! – скривилась Фантома.

Мама, папа и младший брат Спук за её спиной переглянулись: с тех пор как девочке исполнилось двенадцать, у неё начал портиться характер. Нехватка поводов поворчать ухудшала дело. Например, могли же родители привезти их в какое-нибудь отвратительное, жизнерадостное место? Чтобы закатывать глаза, стонать и скрипеть зубами сколько хочется. Но отель «Тупик» находился в прекрасном тупике, как раз по вкусу Фантомы. Высокие и узкие здания сплошь серые и чёрные. Ни травинки, ни кустика, палисадники покрыты гравием, а шторы на окнах тусклые от пыли. С утра небо затянуло сплющенными тучками, которые то и дело проливались ледяными слезами. Пахло сыростью (как будто рядом было озеро) и нерафинированным подсолнечным маслом. Обычные запахи дешёвых отелей, где Фантома провела почти всю свою жизнь.

– Опять будет дождь, – с облегчением сказала мама.

Она, как и все Бабаки, лучше всего чувствовала себя, когда было влажно и пасмурно.

– Мивая, пни двевь разок, – сдавленно попросил папа.

Семья стояла тесной кучкой на каменном крыльце «Тупика», а вокруг громоздились чемоданы, саквояжи и пакеты из супермаркета, набитые важными вещами. У папы в каждой руке было по чёрному портфелю, а в зубах – распечатанное приглашение, и оттого говорил он невнятно.

Спук решил помочь папе, вытащил листок у него изо рта и брезгливо смахнул с него слюни.

– Это точно здесь? – спросил мальчик и начал читать скороговоркой. – «Отель “Тупик” в тупике: буквально и метафорически. Полтергейст не даёт покоя постояльцам. Помогите! Плачу́ наличными, проживание и питание за наш счёт».

Такие письма регулярно приходили на почту папы Бабака (вообще-то его звали Кабус). Получив подобное, семья тут же отправлялась в новый город, чтобы делать то, что они умели лучше всего: вычислять и изгонять призраков.

– Тут же табличка, тупица, – хмуро ответила Фантома и снисходительно оглядела младшего брата.

Определённо, он был слишком ярким из-за своих рыжих волос для ловли серых, унылых призраков. Слишком улыбчивым и бесхитростным. Настолько, что даже дразнить не хотелось. Волосы Спука стремились в небеса и напоминали кудрявую шапку, как у всех урождённых Бабаков. Только у Фантомы волосы были чёрные и длинные, девочка закалывала их в большое облако над головой, безо всяких начёсов и лака. Не считая этой пышности, брат и сестра были абсолютно разными.

Фантома одобрительно посмотрела на своё отражение в заляпанной стеклянной створке двери отеля. Да, пухловатая, но это в бабушку с маминой стороны. Да и Фантоме обещали, что лишний вес растает с возрастом.

Зато чувства стиля ей не занимать уже сейчас: чего стоят серьги-грибочки, чёрная куртка будто из страусиных перьев, мини-юбка с пайетками и баклажановые туфельки с пряжками в виде лягушек. Спук же носил банальные джинсы и футболки, которые одним видом вгоняли в депрессию. Фантома любила это состояние, поэтому решила сейчас улыбнуться брату краешками губ.

Мама Бабак, которую звали Тиной, покачала головой: эмоциональные качели подростков сводили её с ума. У неё единственной волосы были тонкие, и она убирала их в хвостик, зато её тёмные пряди блестели как в рекламе шампуня. Глаза у Тины были большими и серыми, а чёрные ресницы – длинными. Когда Тина улыбалась, всем вокруг становилось веселее, как будто лампочки в душе включались. И даже олимпийки и джинсы не могли скрыть того, что мама у Бабаков была красавицей. Неспроста Кабус однажды пошёл против воли своей матери и привёл в дом обычную девушку. К тому же он так устал от родного мрачного особняка и всего потустороннего, что ему приятно было начать общаться с кем-то, кто вырос не среди призраков и их ловцов.

Кабус с детства так устал ухаживать за пышной шевелюрой, что в итоге предпочёл стричься совсем коротко. Но его густые кудрявые волосы каштанового цвета с рыжим оттенком быстро отрастали, поэтому Кабус с сыном сейчас выглядели копиями друг друга: поменьше и побольше. Такой же нос с горбинкой, веснушки и широкие плечи. Мама и папа носили одинаковую одежду, это называлось «фэмили-лук». Фантома ужасно этого стеснялась и делала вид, что не замечает одинаковых толстовок, брюк и бомберов.

С виду родители казались обычными: то ли программисты, то ли учителя начальной школы, – по мешкам под глазами точно не поймёшь. Но почти никто не знал настоящую профессию пары Бабак. Объявления в интернете оставляли анонимно, чаще почту Кабуса передавали друг другу владельцы отелей по сарафанному радио.

Но вернёмся к «Тупику». Найти чистоплотную горничную в отель почти невозможно, хорошего повара – тем более. Но это всё мелочи по сравнению с тем, что неаккуратные постояльцы вдруг время от времени умирают в гостиничных постелях. Они становятся призраками и отказываются покидать номера, возмущённо выгоняют новых жильцов, визжат, если те не вовремя заглядывают в душ и посыпают тосты с джемом солью.

Фантома от души пнула дверь «Тупика», и с той стороны наконец послышался глухой стук.

– Сейчас-сейчас, кого там черти на ночь несут! – ворчливый голос скрипел, вызывая колючие мурашки.

Когда дверь распахнулась, Фантома испустила вздох разочарования. Голос звучал многообещающе, а вид оказался не очень. Обычная бабуля, на лице которой будто написано «Ненавижу потустороннее». На волосах химка и полупрозрачная косынка, линялое платье в цветочек до самого пола. В руках деревянная трость с полукруглой ручкой.

– Меня зовут Мариетта, можно просто по имени. Я владелица этого бизнеса!

Спук прыснул: даже с крыльца было видно, что отель небольшой и со словом «бизнес» не очень вяжется.

– Не ожидала, что вас так много! Ну, больше работников – быстрее результат, верно?

Мариетта будто спохватилась, вспомнив о гостеприимстве, и широко улыбнулась (правда, взгляд её всё равно остался холодным). Она отошла в сторонку, давая новоприбывшим войти.

– Несите чемоданы наверх, мансардные номера все, кроме сорок седьмого, свободны. Именно там… Там… Оно. – Она ткнула морщинистым пальцем в потолок.

– Ясно, – буднично сказала мама. – Где мы можем подписать документы?

Порыв ветра захлопнул входную дверь, и тусклые лампы на стенах засияли ярче. Фантома критически оглядела вестибюль: стены, пол и потолок тёмно-коричневые. Затем крутанулась на каблучках, оценивая обстановку: слева от входа высокая стойка для регистрации, за которой сейчас переговаривались мама и Мариетта, дальше арочная двустворчатая дверь, потом продавленный полосатый диван и торшер тоже в полосочку, следом чёрная лестница, узкая дверь и снова стойка. Хозяйка явно любила фиолетовый, зелёный и белый, потому как эти цвета присутствовали не только на мебели, но даже на шторах и дверных ручках.

Мариетта тростью пододвинула Тине бланк на заселение, отдёрнула руку, когда едва не коснулась Спука. Он, вытянув шею, пялился в документы, поэтому Кабус мягко потянул сына за плечо и помотал головой – мол, это неприлично.

Фантома тем временем искала во внешнем мире причины своего плохого настроения. Если тебе плохо, значит, кто-то или что-то в этом виноват. Девочка выбрала излюбленную тему: отсутствие постоянного дома или хотя бы автомобиля. Ведь родители уже взрослые, должны понимать, как важна стабильность для растущей психики.

Внезапно лампы на стенах мигнули, когда Мариетта взмахнула тростью. Фантома тут же выплыла из дум.

– Тащим чемоданы, – объявил папа, и дети застонали.

Призраки редко обитают в подвалах, их почему-то тянет к чердакам, поэтому Бабакам приходится селиться рядом. Вот бы потусторонние силы выбирали современные отели со скоростными лифтами, но это происходило реже, чем хотелось бы Фантоме.

У Бабаков было много вещей, потому как они не знали, что им может понадобиться на этот раз. Схемы обнаружения и выселения призраков были в целом схожи, но отличия тоже имелись, как и в случае с людьми и их судьбами до и после смерти. Поэтому ловцы призраков возили с собой небольшую библиотеку и набор перьев, чемоданчик «Юного химика», старинную швейную шкатулку и ещё уйму подобных вещей. А также неизменно – справочник покойного дяди Сприта с заметками для ловцов призраков. Тина и Кабус старались подстраховаться, предусмотреть заранее, что может пригодиться, и потом с трудом тащили тяжёлые чемоданы, прямо как сейчас.

На первом этаже отеля жила хозяйка (её комната скрывалась за узкой дверью справа от входа), второй, третий и четвёртый были заняты постояльцами. А на пятом обычно обитали заезжие студенты и писатели – старались сэкономить. Мансардные комнаты отличались низкими покатыми потолками и сдавались по более низкой цене. Зато там имелись окна под углом, сквозь которые было удобно разглядывать звёзды перед сном.

По запахам Фантома могла представить, кто живёт сейчас в отеле. Лёгкие цветочные духи принадлежали даме средних лет, к которой нельзя было обращаться словом «женщина», только «девушка». Табак, от которого щекотало ноздри, выдавал банкира или инвестора (Фантома смутно представляла, чем они отличаются). Аромат копчёной колбасы говорил о присутствии деревенского жителя, который экономил на отельных обедах и ужинах.

Ступеньки были достаточно крутыми, поэтому чемодан на колёсиках больно бил по ногам Фантомы, а правое переднее колесо, которое давно решило работать как ему вздумается, вертелось и слегка жужжало. Пролёты украшали крохотные столики у узких окон, на каждом из которых располагался горшок с засохшим растением. Спук сшиб тот, что стоял на четвёртом, чертыхнулся и получил за это тычок в спину от мамы.

– Она говорит, – срывающимся шёпотом сказала Тина, таща за собой хоть и небольшую на вид, но тяжёлую библиотеку в саквояже, – что оно вселяется иногда в кого-то из постояльцев, поэтому его в итоге так трудно отыскать. Уж она бы с ним и сама справилась, но ей нужны мы, потому что бегать по ступенькам тяжеловато.

Кабус усмехнулся. Все заказчики – и те, кто вызывает сантехника, и те, кто обращается в автомастерскую и даже к ловцам призраков, – заявляют, что смогли бы и сами справиться, но им не хватает какой-то мелочи… Жизненно важной мелочи для поимки призрака, из-за которой им приходится расставаться с деньгами! И да, жаловаться было грех, платили Бабакам хорошо. Хотя бы потому, что у них не было конкурентов. По крайней мере, известных им.

– Ещё она сказала, – продолжила Тина, у которой от натуги по виску скатилась капля пота, – что подаст на завтрак бесплатные плюшки. Все постояльцы сбегутся на них, тогда мы придём и сможем оценить каждого человека. Здравая мысль, как считаете?

Фантома остановилась на площадке пятого этажа и перевела дух. Потом взглянула на лестничный проём, прислушалась. На первом этаже стучала тростью Мариетта, где-то жужжал фен, слышались приглушённые голоса. Отель крохотный, и ловить здесь призрака всё равно что мышь в тесном чулане. Суеты и хлопот много, а пространства для разгона ноль. Девочка посмотрела наверх: на потолке выделялся квадратик чердачного люка.

Когда вся семья поднялась к Фантоме, на площадке стало совсем тесно. Здесь было три двери, одна из них вела в сорок седьмой номер, где жил призрак и куда попасть было невозможно, пока его обитатель не захочет сам вас впустить. Рядом тридцать шестой и пятый.

– Стоп, – прищурился Спук, – здесь не больше пятнадцати номеров, откуда такие числа?

– А ты не заметил? – улыбнулась Тина. – В «Тупике» комнаты идут наобум.

Бабакам достался пятый номер. Спасибо, что двухкомнатный! Фантома бегом заняла кровать у покатого окна в дальней комнате, чтобы не спать у двери в туалет. Спук с недовольным видом сел на вторую кровать. Та скрипнула и прогнулась.

– Постарайся не ломать ничего хотя бы в первую минуту, – жалобно попросил Кабус.

Бабаки изучили новое пристанище. Ремонт простенький: на стенах жёлтые в ромбик обои, коричневые плюшевые портьеры в дверных проёмах и совсем никаких на окнах, зелёные кресла в обеих комнатах, одна большая кровать, две односпальные и ванная размером с пятачок.

Через стенку обитал призрак, и Фантоме хотелось постучать туда и спросить, долго ли тот собирается валять дурака. Впрочем, чем дольше, тем лучше, ведь тогда Бабаки могли экономить на жилье. К слову, поэтому-то они и брали заказы только у владельцев отелей.

– Копим на ваше образование, – часто говорили Тина и Кабус, пытаясь оправдать отсутствие постоянного жилья, – чтобы у вас был выбор, возможности…

Фантома и Спук порой пытались представить, каково постоянно жить на одном месте. И оба подозревали, что скука постепенно перевесила бы все плюсы. К тому же бо́льшая часть вещей Бабаков хранилась в коттедже у бабушки. Дети могли жить с бабулей, но ни один в здравом уме на это не пошёл бы, ведь бабуля Бабак была с приветом.

Внезапно в сорок седьмом номере завыли. Кабус и Тина переглянулись. Тина произнесла:

– Будет нас пугать. Фантома, Спук, вы же помните, как нужно себя вести?

– Ну да, – ворчливо сказала Фантома, – визжать как поросёнок и падать в обморок. Делать вид, что…

– Боимся, – закончил за неё Спук.

Фантома подошла к мутному зеркалу напротив своей кровати. Вынула пару шпилек из волос, и те взвились в воздух, да так там и остались, покачиваясь.

– А это иронично, вам не кажется? – обратилась она к родителям, блеснув глазами.

– Что именно, дорогая? – Тина в соседней комнате развешивала на плечики их немногочисленную одежду.

Фантома подошла к двери, разделяющей номер на две комнаты.

– Все эти люди, которые нас нанимают. Они мечтают, чтобы мы выгоняли призраков, а сами платят за то, чтобы к ним вселялись новые.

Кабус хмыкнул. Тина сбросила каблуки (это единственное, что не было частью фэмили-лука, мама Бабаки обожала кожаные ботильоны), села в кресло и принялась массировать правую ступню. Фантома решила последовать её примеру, но садиться не стала, аккуратно сняла туфельки и взмыла в воздух на несколько сантиметров. «Левитация спасает кровоток», – любила говорить бабуля Бабаки.

Кабус прикрепил кнопками к стене лунный календарь. Ойкнул, когда остриё случайно впилось ему в палец.

– Звучит так, будто мы обманщики. Но мы честно выполняем свою работу. Даже если не договариваем всей правды.

Он оторвался от пола, чтобы закрепить верхние уголки календаря.

Фантома натянула на себя привычный недовольный вид, опустилась на пол, скрестила руки и ушла в комнату. Семья обладала удивительной чертой: они раздражали её ежеминутно и вместе с тем она их обожала. Впрочем, это была не единственная двойственность в жизни Бабаков.

Глава 2
Усы, Ботаник и Лиса

Спук ещё в раннем детстве понял, что его семья отличается от остальных. Это было понятно так же, как то, что он ненавидит пшённую кашу и сокращённый вариант своего имени.

Дети Бабаков редко посещали школу, их уделом было семейное образование (это когда ты сам корпишь над учебниками, а потом сдаёшь экзамены раз в семестр). Так Фантому и Спука учили с малых лет – летать перед посторонними строго запрещено! Ровно как и демонстрировать свечение, благо что способность к этому проявлялась обычно ближе к полнолунию. А ещё за три дня до и после им в горло не лезла человеческая еда, зато в самое полнолуние все наслаждались главной пищей призраков – лунным светом.

Бабаки были полулюдьми-полупризраками вот уже много веков. Их бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки вели род от того самого Бабака, который навлёк на семью страшное проклятие.

Спук пытался разузнать что-то о знаменитом предке, но старшие хранили эту тайну пуще десерта накануне Рождества. Зато не раз рассказывали детям уморительную историю о том, как папа Кабус открылся маме Тине, когда они ещё были студентами. Тина завизжала и попыталась врезать Кабусу учебником по латыни, а затем ненадолго упала в обморок. «Буквально на пару минут!» – повторяла Тина детям. Ну а потом она вышла замуж за Кабуса и сама стала полупризраком, ведь проклятие переходило на новых членов семьи. Только летать у неё не получалось, а волосы не стали густыми и пышными, сколько Тина ни ждала.

Когда ты полупризрак, приходится держать баланс. Нельзя переборщить ни с человеческим образом жизни, ни с призрачным. Нужно иногда ходить в супермаркеты, а иногда бродить по кладбищам ночами.

Помимо обычной школьной программы, Фантома и Спук потихоньку учились ремеслу родителей. Поначалу те хотели оставлять детей с бабулей Бабак, но дети устроили такой шурум-бурум, что она отправила их к Тине и Кабусу первым же поездом.

– В конце концов, – вслух размышляла Тина, – обучение через познание мира гораздо полезнее, чем все эти уроки в душных классах!

Не меньше раза в неделю, а то и двух Кабус устраивал детям экспресс-тест. Полушёпотом за завтраком в очередном отеле пытал детей:

– Сколько видов призраков существует?

– Три! – торопился ответить первым Спук. – Духи – они почти невидимые и уже одной ногой находятся в Безвременье. Обычные призраки вселяются в людей, пьют лунный свет, спят на чердаках, становятся невидимками по желанию, а ещё, когда сильно разозлятся, могут толкнуть кого-нибудь или сбросить вещь на пол. А если человек всю жизнь подавлял эмоции, а потом умер не очень удачно, он становится серым призраком. Самым опасным, потому что от накопленных чувств такие призраки взрываются!

– Молодец, – кивал Кабус, пытаясь ложечкой выудить желток из яйца всмятку, – но будет нечестным не сказать о…

– Нас, – говорила Фантома, – есть ведь мы, полупризраки. Единственные в своём роде.

Спук старался не унывать, хоть Фантома и была во всём лучше его. Быстрее соображала, красивее говорила, а ещё она такая таинственная и мрачная. И родиться ухитрилась на два года раньше Спука. И волосы у неё чёрные, а не морковные. Взрослые говорят, что рыжие – счастливчики, называют их золотыми. Но в детстве к этому относятся по-другому: всё, что выделяет тебя, становится потенциальной возможностью для насмешек. Наверное, хорошо, что Спук редко ходил в настоящую школу…

В первое утро, когда Бабаки проснулись в отеле «Тупик», Спук лежал на кровати и привычно прислушивался. Призраки чуяли их и старались спугнуть, но семья к этому давным-давно привыкла. Поэтому Спук размышлял, что выберет этот. Выть? Стучать по трубам? Хватать за пятки, когда выходишь из душа?

Но пока всё было тихо, небо казалось ярко-голубым лоскутом в мансардном окне, светило солнце. Значит, у Фантомы будет плохое настроение. Спук покосился на кровать сестры, та листала ленту в телефоне, отвернувшись к стене.

– Доброе утро, Тома, – сказал Спук.

Иногда это срабатывало: называть сестру именем, которое любила их русская бабушка Нина. Они с Фантомой обожали друг друга, но виделись редко, ведь бабушка жила в России, а Бабаки на другом конце света.

– Доброе, – мрачно ответила Фантома и со вздохом откинула одеяло.

– Я заметил вчера, когда мы спускались на ужин, что на стенах нет фотографий.

– И? Они обязательно должны быть? – Фантома отчаянно пыталась справиться с густыми парящими волосами с помощью модной расчёски.

– Там на обоях остались яркие прямоугольные следы, вокруг которых всё выцвело.

– Хм, – сказал Кабус, услышав разговор детей, – и доброе утро. Хорошее замечание, Спук, в нашем деле важна каждая мелочь.

Тина вышла из ванной, полотенце на её голове было намотано как тюрбан, а на лице зеленела маска из глины.

– За завтраком постарайтесь не пялиться на всех, – попросила Тина. – Мариетта сказала, что вечером многие пропускают ужин, зато сейчас у нас будет возможность изучить постояльцев. Но не привлекая к себе внимания!

Фантома прищурилась:

– Ты же говорила, что эта глина у тебя закончилась?

– Какая глина? – Тина беспечно подошла к зеркалу на стене, чтобы поправить полотенце. – А-а-а!

Она схватилась за лицо, начала царапать его. Фантома и Спук вскочили с кроватей, Кабус подлетел к жене:

– Дорогая? Что случилось? Жжёт? Маска просрочена?

– Сними это с меня! – вопила Тина и прыгала так, что подойти к ней было невозможно.

Зелёная маска с громким звуком – чпоньк! – отклеилась от лица Тины и уползла в щель вентиляционной решётки у пола.

– Ловите его! – первой пришла в себя Фантома.

Они со Спуком стукнулись лбами, одновременно подлетев к решётке, но было поздно. Тина в ужасе изучала своё лицо – хорошо, что с кожей всё было в порядке.

– Это что-то новенькое! – поразился Спук. – Мама, может, воды принести?

Хотя он понятия не имел, где её брать. Хорошо, что Тина отказалась, она села в кресло в углу и пыталась справиться с нервной икотой. Кабус подошёл сзади и начал массировать жене плечи. Чувство вины, тонкое и едкое, не отпускало его никогда. Ведь из-за него и его родового проклятия Тина оказалась втянута в общение с призраками.

В стену постучали: тюк-тюк-тюк. Но на это никто не обратил внимания, все знали, что с той стороны находится номер призрака и сейчас он празднует первую победу в противостоянии с Бабаками. Он не мог не знать, зачем они здесь, потому что призраки обожают сидеть в стенах и подслушивать.

– Может, призрак был косметологом при жизни? – задумчиво спросила Фантома. – Кожа у тебя сияет!

* * *

К завтраку Тина более-менее пришла в себя и заставила детей застелить постели (когда постоянно живёшь в отелях, легко свалить всю работу на горничную, но воспитание никто не отменял). Кабус открыл окна, и по номеру пролетел приятный утренний сквознячок.

Спук кое-как причесал густые кудри, выломав ещё один зубчик из расчёски. Положил его на бортик раковины в ванной и вышел к остальным.

В солнечном свете комнаты казались уютнее, чем накануне вечером. Простая коричневая мебель была будто привезена из дома русской бабушки, а пылинки в воздухе сверкали, создавая праздничный настрой. Всё потому, что Бабаков ждала новая миссия, а они всегда увлекали даже Фантому, которая вечно притворялась, что ей это надоело.

Стены со стороны коридора кто-то – хотя понятно кто! – начал царапать. От потолка и до пола, старательно, во все стороны. Фантома закатила глаза, Спук хотел выскочить, чтобы застать призрака, но звуки быстро стихли и сменились стуком в дверь.

– Кажется, это уже не он, – сказал Кабус, натягивая серую толстовку.

Они с Тиной снова выбрали одинаковые спортивные костюмы, чего уже даже Спук начал немного стесняться. Он открыл дверь и робко сказал:

– Привет!

Молодая горничная стояла в коридоре с пипидастром наперевес.

– Доброе-утро-уборка-номеров, – сказала она скороговоркой.

Фантома подошла к брату и критически оглядела девушку. Длинные чёрные волосы собраны в хвостик; застиранная, но аккуратная тёмно-синяя форма была явно тесна горничной. Сама она нервно одёргивала подол и косилась в сторону сорок седьмого номера.

– Здравствуйте! – вперёд вышла Тина. – Да, спасибо. Мы как раз идём завтракать.

Бабаки вышли в коридор, а горничная вошла в номер. Дверь за ней захлопнулась с громовым стуком сама по себе. Девушка взвизгнула.

– Может, ей помочь? – пожалел её Спук.

– Мы поможем, если побыстрее от него избавимся, – сказала Тина и поспешила вниз.

Столовая отеля «Тупик» была ожидаемо крохотной. Две двери: входная и ведущая на кухню. Три узких арочных окна и круглые столики, накрытые голубыми скатертями. Деревянные панели на стенах до потолка, как и по всему первому этажу здания, и один крохотный морской пейзаж на стене создавали странное впечатление. Пахло кофе и кислым творогом. Постояльцы вполголоса переговаривались, наклонялись над чашками и тарелками, чтобы перехватить глоточек и кусочек, и снова говорили, говорили…

Бабаки выбрали стол в углу, так как оттуда был лучший обзор. Поздоровались со всеми негромким «Доброутро» и заняли наблюдательную позицию. Спук про себя перечислил характерные черты человека, в которого кто-то вселился. Первое – они избегают долгого зрительного контакта, потому что их зрачки начинают двоиться. Второе – они держатся в стороне от всех. Третье – они много едят. Призраки предпочитают лунный свет, но скучают по человеческой еде, поэтому, если им повезёт вселиться в кого-то, пытаются наверстать упущенное.

Восемь плюшек и шесть чашек кофе спустя Бабаки сделали полезные выводы. Фантома открыла пустой чат в телефоне, набрала «Усы. Лиса. Ботан» и, не отправляя сообщение, показала его родителям и Спуку. Все закивали. Иногда Бабаки спорили, но здесь всё было очевидно. Лишь трое постояльцев сидели поодиночке и не поднимали глаз на остальных. Но при этом ели так, будто голодали неделю.

Мужчина с чёрными кудрями и пышными усами в неловко скроенном костюме сидел в противоположном от Бабаков углу и торопливо кромсал тупым ножом бекон. Полная женщина средних лет с медными, блестящими волосами одну за одной приканчивала плюшки в третьем углу. А в четвёртом сидел тощий юноша в очках. В ушах у него торчали беспроводные наушники, а телефон был прислонён к сахарнице. Не отрываясь от какого-то видео, юноша быстро поглощал яичницу.

Тук-тук-тук, на пороге столовой появилась хозяйка отеля. Она поправила косынку на пышных, накрученных химией волосах, умудрившись не выронить трость, затем прокашлялась и объявила:

– Звонили из жилуправления, с обеда и до вечера отключают горячую воду!

Мариетта собралась уходить, но повернулась к гостям снова:

– Доброе утро! – И отдельно Бабакам: – Я у стойки!

Семья полупризраков закончила с завтраком, Кабус сунул нос на кухню, чтобы поблагодарить повара, после чего все четверо вышли в холл. Мимо них сновали постояльцы, торопливо стучали каблуками вверх по лестнице, чтобы успеть принять душ, а кто-то только шёл на завтрак.

Спук посмотрел на платье Мариетты, заляпанное у подола чем-то травянистым, на простую трость, на старомодные серьги, покачивающиеся в ушах, и ему стало жалко старушку. Одной управлять отелем, пусть и небольшим, а ещё бороться с досаждающим призраком!

Мариетта пригласила Бабаков в свои комнаты, чтобы поговорить наедине. За первой дверью обнаружилась гостиная с камином, узкими высокими окнами и плюшевыми диванами, что были в моде в начале прошлого века. Бабаки расселись, а Мариетта встала в углу у камина.

– Есть ли у вас какие-то зацепки? – спросила она.

– У нас всё под контролем, не переживайте, – снисходительно сказал Кабус, – мы занимаемся этим годами. Но нам нужна информация.

– А дети тоже в этом участвуют? – Мариетта ткнула тростью в сторону Спука и Фантомы. Последняя не упустила случая закатить глаза.

– Они наши помощники, – заверила хозяйку отеля Тина. – Сейчас важнее, есть ли какие-то догадки у вас? Как связан призрак с отелем? Это был случайный гость или давний знакомый?

– Он появился внезапно, – ответила Мариетта, немного подумав, – я была в отъезде. Мне пришлось срочно возвращаться, решать дела, проводить… Разные мероприятия. А потом – бац! – и противный призрак.

– Вы его совсем не боитесь? – восхищённо спросил Спук.

– Я люблю свой отель и никому не позволю помешать мне работать! – отрезала Мариетта. – Призрак пугает постояльцев, в городе уже пошли слухи! Это недопустимо. Мне неинтересно, кем этот вторженец был при жизни, его нужно выгнать!

Фантома перестала пощипывать свою курточку с длинным искусственным мехом и оценивающе посмотрела на Мариетту. Вот про таких говорят «боевая старушка»!

– А почему именно сорок седьмой номер? – прищурился Кабус.

– Не знаю! Там обычно никого не бывает, может, он занял первый свободный номер? Последний этаж всё равно обычно пустует, эти комнаты не сдавались много лет. В любом случае в сорок седьмой номер не попасть никому, призрак сломал в замке ключ и теперь дверь можно только выломать или открыть изнутри!

В холле раздался грохот и звон, как будто с лестницы полетели вёдра. Кто-то закричал. Мариетта быстро и бесшумно, как кошка, рванула к двери. «Точно, боевая старушка», – подумала Фантома. Бабаки выскочили из гостиной следом.

Юная горничная сидела на полу в окружении метлы, швабры и кучи тряпок. Ведро откатилось в сторону – повезло, что оно было пустым.

– Я так больше не могу! – причитала горничная. – Я требую повышения зарплаты! Там… Там.

Спук и Фантома не сговариваясь побежали к лестнице, чтобы успеть схватить призрака за хвост. Ему, видимо, нравилось доводить до слёз впечатлительных девушек. И не только их: постояльцы в халатах и полотенцах толпились на лестничных площадках и громко возмущались.

Спук добежал до четвёртого этажа и только потом увидел, в чём дело. Старик в костюме пыльно-коричневого цвета ругал правительство и тыкал морщинистым пальцем в сторону своей ванной комнаты. Спук осторожно вошёл в его номер и увидел, что из крана и душевой лейки в ванной течёт отвратительная зелёная жидкость. Видимо, вместо воды по трубам отеля призрак пустил…

– Плазменную субстанцию, – сказал вполголоса Спук.

Фантома, вошедшая следом, растерянно кивнула. Кажется, в этот раз им попался не самый обычный призрак…

Глава 3
Это он!

Кабус и Тина бросились наверх, в свой номер. Там вытащили из портфеля Кабуса набор с колбами и разными жидкостями в закупоренных сосудах.

– Ты же не думаешь?.. – Голос Тины звучал нервно.

Фантома, стоящая в дверях вместе со Спуком, видела, что руки мамы дрожат. Ответ Кабуса её успокоил:

– Нет, сомневаюсь. Слишком мелко для него. Это обычный призрак, просто очень изобретательный. И вредный. Сейчас я всё смешаю.

Призраку нужно много энергии, чтобы создать плазменную субстанцию. Для этого подходит любая жидкость, но лучше всего – вода. А ещё злость и подавленные эмоции – так рассказывала как-то Фантоме бабуля Бабак. Раньше они с дедом занимались тем же, чем теперь Кабус и Тина, но давно вышли на пенсию, передав дело детям.

– Кого имела в виду мама? – шёпотом спросил Спук у сестры.

– Ты прекрасно знаешь, – ответила Фантома и обратилась к родителям: – Мы могли бы помочь.

– Не сейчас, милая, – отрезала Тина, – нужно как можно скорее ликвидировать утечку плазменной субстанции, пока городские службы не прознали.

– Но бабуля рассказывала мне…

Тина подняла ладонь дощечкой, останавливая дальнейшие обсуждения. Фантома фыркнула: всё как обычно. Как делать что-то интересное, так родители сами справятся. А как вещи таскать по лестницам да скучные разговоры слушать, так Фантома и Спук помощники! Хотя брату всё равно, ему лишь бы с родителями время проводить. Фантома искоса глянула на Спука. Тот тоже выглядел сердитым, как будто переходный возраст начал подкрадываться и к нему. И хорошо, хоть человеком вменяемым станет. Наверное. Фантома вздохнула.

Кабус и Тина, прижимая к груди дымящиеся флаконы, понеслись вниз, где их ждала Мариетта. Она вывела их наружу и показала спуск в подвал за углом здания. Там имелся доступ ко всем коммуникациям, вентилям и трубам, по которым можно было пустить растворитель плазменной субстанции. При этом Мариетта ворчала:

– Я слишком стара, чтобы шастать в подвал! Обычно туда ходят рабочие, берут у меня ключи…

Постояльцы по-прежнему толпились на лестницах и возмущённо обсуждали происходящее. Липкая зелёная субстанция тем временем наполняла раковины и душевые кабины, а потом выплёскивалась на пол.

Фантома и Спук спустились вниз. Горничная стояла посреди холла, закрыв лицо руками, её плечи вздрагивали.

– И мне это всё убирать! – жаловалась она, не отводя рук, отчего голос её звучал приглушённо. – Можно же было хотя бы кухонный лифт не замуровывать, мне бы не пришлось таскать эти вёдра по крутым лестницам!

Спук и Фантома растерянно посмотрели по сторонам. Первой дверцу разглядела девочка. Если не приглядываться, то и не поймёшь, что это не часть панельной стены, а отдельная конструкция.

– Ого, как в ужастиках, – почтительно сказал Спук.

Сверху кто-то прибавил громкость, так как волна людского негодования начала приобретать истеричный оттенок.

– Мы платим не за то, чтобы мыться болотной жижей! – пропищала высокая блондинка с третьего этажа.

– Тогда попробуйте найдите место дешевле этого! – неожиданно гаркнула горничная, подхватила ведро и швабру и потопала наверх. Уборки не избежать в любом случае, так почему бы не начать её прямо сейчас.

А в словах горничной была доля правды, потому блондинка и не ответила. Отель «Тупик» находился на окраине, в тупике, и номера в нём стоили значительно дешевле, чем в округе. Притом здесь всегда было тепло, а на завтрак часто подавали дополнительные плюшки.

В гомоне голосов Фантома первой расслышала знакомый звук. Никто другой, кроме полупризрака, не узнал бы его, особенно посреди такого шума. Но Спук тоже услышал и потрясённо посмотрел на сестру. Это были треск и шипение с подвываниями. И значило это, что призрак покинул выбранного человека и готов материализоваться. Явиться, иными словами. А что после этого будет? Постояльцы сбегут. Бабаки провалят миссию, и им никто не заплатит. И тогда придётся возвращаться к бабуле Бабак!

Фантома и Спук переглянулись, порой они прекрасно понимали друг друга. Хоть и были разными настолько же, насколько иссиня-чёрные волосы Фантомы и блестящие рыжие кудри Спука.

– Его нужно поймать, – сказал Спук.

– И показать родителям, что мы не идиоты, – воинственно добавила Фантома и скомандовала: – Наверх!

Добраться быстро до пятого этажа оказалось той ещё задачей. Им приходилось всячески расталкивать постояльцев с полотенцами на головах и в отельных куцых халатах. Но Фантома и Спук справились. И как раз вовремя! Потому что дверь сорок седьмого номера распахнулась, и в проёме показалось серебристое облако. По опыту дети знали, что призраку понадобится ещё пара минут, чтобы принять определённую форму. Такую, которая распугает всех и позволит Бабакам увидеть его человеческий облик. Тогда они смогут понять, кем он был и что связывает призрака с нынешним местом.

– Это мужчина, – шёпотом сказала Фантома, пока призрак рос как на дрожжах, наполняя собой площадку пятого этажа.

– В шляпе, – добавил Спук.

– Бу! – сказал призрак, но вид у него был не устрашающий, а потерянный.

Почему эти дети не боятся? Не вопят, не бегут, падая и спотыкаясь?

– Вызываю вас на контакт! – сказала Фантома, чем чуть не привлекла внимание постояльцев с четвёртого этажа.

Призрак, в чертах которого можно было узнать высокого мужчину в шляпе и старомодном костюме, от возмущения зашипел, как кипящий чайник.

– Никакого уважения к старшим, – пробормотал потрясённый призрак.

Потом вздрогнул, оглянувшись на номер Бабаков. Горничная сердито стучала там шваброй. Призрак попятился, всосался обратно в сорок седьмой номер, но Фантома и Спук только этого и ждали! Они вбежали следом и захлопнули за собой дверь. Зря.

В сорок седьмом номере царил мрак. Фантома надеялась разглядеть свечение призрака, но бесполезно.

– Тут что, шторы блэкаут? – послышался удивлённый голос Спука.

– Мы можем помочь! – громко заявила Фантома. – Вызываем вас на контакт!

Сама она этого ещё ни разу не делала, но сто раз видела родителей, пытающихся наладить связь с призраками. Это был первый пункт в списке дел того, кто изгонял призрака. Увы, никаких светящихся пушек и древних артефактов.

– И-и-и-и! – заверещал призрак где-то впереди, и Фантома, выставив вперёд руки, попыталась до него дотянуться.

Обычными руками, конечно, это делать было бесполезно. Но она позволила себе включить собственное призрачное свечение на секундочку, хоть это и было строго запрещено. Никаких проявлений полупризрачности перед посторонними!

Фантоме удалось схватить призрака, тот начал извиваться и рычать. Он был скользким, как угорь, и злым, как голодная собака.

– Помоги мне! – тяжело дыша, потребовала Фантома от брата.

Тот, видя пальцы сестры, ухватился за другую часть призрака. Кажется, за ту, что была раньше левой рукой. За ними открылась на мгновение дверь, потом снова закрылась. Фантома успела увидеть, что они стоят в прихожей большого номера и в руках у неё извивается серебристый призрак.

– Кто здесь?! – нервно воскликнул Спук, но ответа не последовало.

– Надо. Запихнуть. Его. В папин. АСП. Тогда. Мы. Победим, – не сдавалась Фантома.

Для особо прытких и упрямых привидений Кабус несколько лет назад изобрёл Аппарат Сдерживания Призраков. Для тех, кто не хочет вступать в контакт и перестать мешать людям.

– Но он в папином портфеле! – Голос Спука звучал глухо.

– Дотащим его туда! – решила Фантома.

Призрак вырывался и в какой-то момент выскользнул. Фантома не могла допустить, чтобы он исчез, поэтому начала размахивать руками. Сначала ей попался Спук, затем кто-то ещё, а после призрак. Ой! В темноте Фантому огрели палкой по голове, и призрак завопил голосом Мариетты:

– Вы что творите?!

– Упс! – сказали хором Фантома и Спук и отступили к стене.

Щёлкнул выключатель, и прихожую сорок седьмого номера озарил свет. Дети заморгали, Спук закрыл глаза ладонями. Мариетта стояла у двери, сердито и тяжело дыша.

– Я услышала голоса! Подумала, что призрак решил покинуть отель по собственной воле. Дверь была приоткрыта… А тут вы меня хватаете и тащите в разные стороны!

Фантома опустила глаза и увидела, что подол платья Мариетты зацепился за трость, а на щиколотках у старушки висели спортивные утяжелители! Показалось? Мариетта, проследив за направлением взгляда девочки, сердито одёрнула подол. Так вот почему она так быстро ходит, натренированная! И управляет отелем в таком-то возрасте: для этого нужна воля и физическая выносливость. Мариетта определённо напоминала бабулю Бабак, и оттого детям захотелось схватить и выдворить призрака с тройной силой. Со старушки будто сыпались искры, Фантома даже испугалась, что та упадёт в обморок или у неё подскочит давление.

– Извините, – промямлил Спук, – мы почти поймали его. Но вы… Вы.

– Хочешь сказать, я вам помешала? – В голове Мариетты прорезалась сталь. – В собственном доме?

Дверь снова распахнулась, на этот раз на пороге стояли Кабус и Тина. Оба в зелёных ошмётках плазменной субстанции и порядком уставшие.

– Что здесь происходит? – прищурилась Тина.

– Они меня чуть не убили, вот что! – выпалила Мариетта. – Поправив серебристую, полупрозрачную косынку и сердито пройдя мимо Бабаков, она направилась к лестнице.