Kitobni o'qish: «История хлеба. От времён неолита до наших дней»

Оформление художника Я А. Галеевой

Из всего, что берут люди от Матери-Земли, самое честное и самое дорогое – хлеб. Он дорог не ценой: где запахло хлебным духом, там дом, там родной очаг…

Валентин Иванов

Хлеб – это жизнь, он вечен, как мать, как Родина…

Расул Гамзатов

Самую большую буханку хлеба испекли в 2008 году в Бразилии. Она весила 1571 кг

© «Центрполиграф», 2023

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2023

Во многих странах есть музеи хлеба

До изобретения ластика люди использовали мякиш хлеба

Предисловие

Кажется, все знают, что такое хлеб. Но если поговорить с людьми разных стран и культур, то окажется, что под словом «хлеб» могут пониматься достаточно разные вещи. У одних народов это выпечка буханок или батонов из ржаной или пшеничной муки, у других – дрожжевые или пресные лепёшки из муки самых разных злаков.

Ещё древние земледельцы были убеждены, что «не пашня родит хлеб, а небо» и называли хлеб «небесный», «божественный». Самым большим грехом на Руси считалось уронить хотя бы одну крошку хлеба. Хлебом-солью встречали дорогих гостей. Хлеб вносят в дом на новоселье. Краюху материнского хлеба брали с собой в дорогу.

Одна из версий гласит, что имя хлебу дали древнегреческие пекари. Хлеб они выпекали в глиняных формах – горшках, называвшихся «клибанос». Именно от этого названия и появилось слово, которое в разных вариантах позаимствовали другие народы: древние готы называли хлеб «хлайфс», от него в старонемецком языке образовалось слово «хлайб», трансформировавшееся затем в русский «хлеб». Другие считают, что слово хлеб восходит к праславянской форме *х1ёЬъ, которая является заимствованием либо из германского праязыка (герм. *xlai az), либо из какого-либо раннегерманского наречия.

«Хлеб всему голова» – гласит народная мудрость. Он – один из основных продуктов питания и всегда присутствует в рационе человека. Однако у разных народов хлеб печётся из муки разных зёрен. К хлебным зерновым культурам можно отнести пшеницу, рожь, рис, овёс, кукурузу, ячмень, гречиху, киноа, сорго, просо, дагуссу, могар, пайзу, чумизу, амарант, маниоку (кассаву), несколько видов пальм, хлебное дерево, арророуту и другие растения. То есть у всех народов Земли есть какой-то вариант хлеба, без которого они не представляют себе сытной еды.

Самый старый в Европе хлеб был найден в 1976 году в местечке Тванн на Бильском озере, относится он к 3530 году до н. э.

Какой был хлеб в античном мире

Хлеб – один из старейших приготавливаемых продуктов, появившийся ещё в неолите. Как он появился, точно никто не знает, исследователи могут только предполагать. Возможно, это была загустевшая каша, возможно, эта каша случайно пролилась в костёр. Может быть, ещё что-то. Самые простые варианты из муки и воды делают до сих пор по всему миру. Таковы мексиканская тортилья, индийская чапати, китайские булочки бао, шотландская овсяная лепёшка, североамериканская кукурузная лепёшка и эфиопская инжера. В разных регионах использовались разные злаки. Чаще всего это были пшеница, рожь, ячмень, кукуруза, рис, просо, овёс, сорго.

Раскопки археологов помогли узнать, что первоначально зёрна трав ели сырыми, просто грызли их, в том числе и зёрна дикорастущей пшеницы и других злаковых. Но затем заметили, что если колосья поджарить на горячих камнях или запечь в золе, то зёрна потрескаются, станут мягче и даже слаще. Именно такие жареные зерна, лопнувшие от воздействия жара и огня, время от времени попадаются археологам во время раскопок неолитических стоянок.

До недавнего времени считалось, что собственно хлеб появился, когда произошел переход от кочевого образа жизни к оседлому. Но недавнее исследование показало, что введение злаков в рацион человека произошло раньше, чем охотник-собиратель перестал бродить. В 2018 году группа археологов обнаружила остатки хлебных крошек возрастом 14 400 лет при раскопках на Ближнем Востоке. Возможно, это было поселение натуфийской культуры. Натуфийцы занимались охотой, рыболовством и сбором зерна дикорастущих злаков, для чего они делали специальные жатвенные ножи и строили зернохранилища. Они являются предшественниками первых земледельческих культур региона, и учёные предполагают, что переход от собирательства к возделыванию злаков первыми в мире совершили именно натуфийцы.

Вероятно, первоначально зерна разваривали, потом густую массу стали запекать. Ещё позже начали перетирать сырые зёрна в муку. Ручная зернотёрка оставалась основным инструментом до появления мельниц. На нижний, более крупный камень с плоской или вогнутой поверхностью клали колосья и затем растирали их при помощи второго, верхнего камня, сравнительно небольшого и округлого.

Ручная зернотёрка

Самым простым вариантом являются лепёшки. Они были без дрожжей и готовились на открытом огне или на горячих поверхностях, что для южных регионов вполне реально – запекание на горячих камнях. В некоторых случаях возможно, что зерно предварительно подсушивали.

Вообще цельные зёрна плохо перевариваются, поэтому их надо или разваривать в кашу, или перетирать в сыром виде. Сначала это делали между двумя камнями, потом придумали жернова.

Некоторые учёные считают, что первоначально хлеб начали печь в Средней Азии, оттуда он распространился через Месопотамию и Египет в регион Средиземного моря благодаря древним торговым путям между Азией и Европой.

Хлеб нельзя приготовить из проса, овса, ячменя или кукурузной муки из-за низкого содержания глютена или крахмала. Именно поэтому для хлеба как такового нужны рожь или пшеница.

Тандыр

Известно, что у шумеров были ячменные лепёшки, и ещё в XII веке до н. э. египтяне могли купить в палатках на улицах лепёшки, называемые «та».

Шумеры пекли хлеб, а точнее лепёшки, закапывая тесто в яму, где были пепел и тлеющие угли. Постепенно технология совершенствовалась, и так возникла печь. Она известна и в наши дни под именем тандыра. Смешивали воду, муку и соль до состояния теста и выпекали на стенках печи.

В Индии эту печь называют тандуром, в Турции – тёндиром, арабы – тындыром. Через арабов Испании (когда на полуострове были мавританские королевства) эта печь попала в Европу, в Испании её стали называть «чименея», а в XVI веке с испанцами пересекла океан, и теперь её можно встретить под тем же именем в странах Латинской Америки.

Есть много бронзовых фигурок из Ассирии, на которых можно увидеть различные операции по сбору и измельчению зерна.

Рис и кукуруза в Месопотамии были неизвестны, а пшеница хорошо росла на менее засоленной почве. Таким образом, ячмень и хлеб, выпеченный из ячменной муки, стали основой жизни. Месопотамский хлеб обычно был грубым, плоским и пресным, хотя для богатых людей хлеб пекли из муки тонкого помола из пшеницы полбы.

Древние народы выращивали пшеницу эммер, которая у нас известна как полба. Балда из сказки Пушкина говорит попу: «Буду служить тебе славно, Ц Усердно и очень исправно, // В год за три щелка тебе по лбу, // Есть же мне давай варёную полбу».

У полбы есть характерная особенность: у зёрен исключительно прочная внешняя оболочка, удалить которую невозможно ни обмолотом, ни зернотёркой. Хлеб из полбы довольно тяжёлый и грубый, поэтому Балда и просит кашу из полбы, она легче усваивается. Но полба в отличие от родственной ей мягкой пшеницы способна расти даже на относительно бедных и плохо обработанных землях, устойчива она и к почвенным заморозкам.

Сначала в культуру вошла пшеница однозернянка, это было ещё во времена неолита, IX–VII тысячелетия до н. э., потом стали выращивать и двузернянку, она же полба. Из плодородной зоны на Ближнем Востоке она распространилась на территорию Северной Африки (зёрна обнаружены в гробницах фараонов) и Европы. Одни учёные относят начало её культивирования к 3300-м годам до н. э., другие готовят, что это произошло более 9000 лет назад.

Существовал ещё в тех местах хлеб «баппир», который предназначался в основном не для еды. Считается, что он использовался в древнем месопотамском пивоварении. Такой хлеб делался из солодового ячменя и ячменной муки с добавлением мёда, специй и воды. Его пекли, пока он не станет достаточно твёрдым, и тогда баппир можно было хранить долгое время. Когда нужно, его крошили и смешивали с водой, солодом, финиками или мёдом и оставляли бродить в течение нескольких дней. Получался сладковатый напиток.

Около шести тысяч лет назад жители Месопотамии окультурили финиковую пальму. И финики стали вторым по значимости после зерна продуктом в их рационе. Финики добавляли в салаты и лепёшки в виде начинки. А ещё засушенные плоды перемалывали в муку, смешивали с пшеничной или ячменной и получалась сдобная выпечка.

Наиболее старая хлебопекарная печь, найденная при археологических раскопках, относится приблизительно к 4000 году до н. э. Она была обнаружена в междуречье Тигра и Евфрата.

Хлеб уже был обычной пищей, что изображено на барельефах гробницы Рамзеса III. Судя по ним, тесто обрабатывали руками и ногами, особое внимание уделялось тому, чтобы порции хлеба были одинаковыми. Египтяне первыми построили конические печи из самана (сырцовых кирпичей из Нила), которые имели две полости: в нижней происходило горение, а в верхней пекли хлеб.

Пекарские дрожжи были обнаружены в сосуде раннего додинастического периода (4000–3500 годы до н. э.). Другие подобные сосуды были найдены в Египте и датируются временем амратской культуры (3800–3500 годы до н. э.). В гробнице в Фивах также были обнаружены дрожжи, напоминающие современные, используемые в процессах брожения хлеба, их датировали примерно XI династией (2135–2000 годы до н. э.). В гробнице фараона Тутанхамона были найдены даже окаменевшие образцы древнего хлеба. Они не сгнили из-за очень сухого египетского климата. Археолог Захи Хавасс обнаружил возле Большого Сфинкса Гизы остатки пекарни с инструментами. По расчётам, эта древняя пекарня могла снабдить хлебом почти двадцать тысяч рабочих.

Из-за благоприятного климата и регулярных разливов реки Нил, оставляющей в пойме слой плодородного ила, в Египте по несколько раз в год можно было получать высокие урожаи злаковых культур, в частности, пшеницы и ячменя. Египтяне почитали пшеницу как дар богов, и есть пшеничный хлеб могли только знатные люди начиная с фараона и его приближенных. Простому народу полагалось употреблять в пищу более грубый хлеб из ячменя. В кодексе Хаммурапи (1755–1750 годы до н. э.) хлеб и пиво прямо упоминаются как продукты, ферментированные из ячменя. Причём фараон в качестве налога забирал пятую часть всего урожая пшеницы.

В некоторых медицинских папирусах здоровье измерялось уровнем желания есть хлеб: у больного человека нет аппетита к хлебу. Египтяне ели хлеб вместе с луком.

У египтян весь год был поделён на три периода: аджет (наводнение), перет (посев) и шему (сбор урожая). Они настолько любили хлеб, что в классической древности их называли «хлебоедами» с лёгкой руки (а точнее стилуса) грека Гекатея Милетского. Иногда даже работу оплачивали определённым количеством буханок хлеба и пивом (например, три буханки хлеба и два кувшина пива). От времён Рамзеса IX сохранились сообщения о восстаниях рабочих, когда им платили не хлебом, а любыми другими товарами. Потому что низшие классы питались в основном хлебом.

Считается, что дрожжевой хлеб впервые появился именно в Древнем Египте. Но пшеница для выпечки хлеба должна была обладать двумя свойствами: её можно было обмолачивать без предварительной сушки на огне, а зёрна должны были содержать достаточно много клейковины.

Учёные предполагают, что дрожжевое тесто придумали в XVII веке до н. э., но пшеница нужного качества тогда встречалась очень редко. Способы заквашивания теста были самые разные. Это могли быть «дикие дрожжи» из воздуха, для чего нужно было просто оставить тесто на открытом воздухе.

Древнеегипетская хлебопечка

До наших дней такая технология используется при изготовлении хлебной закваски. Другой способ описывает Плиний Старший: галлы и иберийцы использовали снятую с пива пену, чтобы делать «более лёгкий [то есть менее плотный] хлеб, чем [делали] другие народы». В регионах, где было распространено виноделие, в качестве закваски использовали смесь из виноградного сока и муки, которой позволяли забродить, или пшеничные отруби, пропитанные вином. А самым распространённым методом было оставить кусок теста при приготовлении хлеба и использовать его на следующий день в качестве источника брожения.

Хлеб производился на Пиренейском полуострове до прихода римлян. Иберийцы выращивали пшеницу и, возможно, другие злаки, такие как пшеница и ячмень. Они знали и процесс ферментации. В Испании для этого применяли пивную пену в качестве дрожжей, в результате чего хлеб получался более лёгким и пышным. Плиний Старший некоторое время служил прокуратором на Пиренейском полуострове, и он писал: «Испанский хлеб очень лёгкий и очень приятный на вкус даже для утончённого человека из Рима».

Автор III века до н. э. Дифил писал, что «хлеб, сделанный из пшеницы, по сравнению с тем, что сделан из ячменя, более питательный, легче усваивается, и всегда лучшего качества. В порядке достоинства, хлеб, сделанный из очищенной [хорошо просеянной] муки, является первым, после него – хлеб из обычной пшеницы, а затем хлеб, сделанный из непросеянной муки».

В 1944 году исследователь Генрих Эдуард Якоб в своей книге «Шесть тысяч лет хлеба» привёл пример таблички, в которой некий храмовый служитель жаловался, что ему по должности причитается всего лишь «360 кувшинов пива в год, 900 хлебов из лучшей пшеничной муки и 36 тысяч лепешек, испечённых в золе». Пшеничных хлебов ему недодавали, как он считал, а это занижало его социальный статус.

Судя по текстам древних авторов, и тогда существовало очень много разнообразных видов хлеба и выпечки. Были лепёшки, медовый хлеб, буханки в форме гриба, посыпанные маковыми зёрнами, и хлебные завитки, запечённые на вертеле, их готовили солдаты в походе.

Евреи древних времён особенно высоко ценили чистый пшеничный хлеб из белой муки самого тонкого помола. Именно из такой муки пекли священный хлеб для Иерусалимского Храма. И такой хлеб покупали богачи, жрецы и высшие чиновники царства. Был ещё белый хлеб из полбы. А бедняки довольствовались ячменными лепёшками. Для улучшения вкуса к ячменной муке добавляли перемолотую в порошок чечевицу, бобы или просо.

Хлеб пекли в каждом доме, это было исключительно женское занятие. В богатых домах этим занимались кухарки. Однако с течением времени появились общественные хлебопекарни, и уже там работали мужчины. Ни один еврейский город не обходился без многочисленных булочников, хлопотавших вокруг печей прямо на улице, где сразу и продавалась готовая продукция. В Иерусалиме у пекарей и булочников был свой квартал, в котором находилась своего рода башня, сложенная из печей, куда все окрестные торговцы сносили для выпечки готовое тесто. И уже здесь булочники превращали его в хлеб.

Еврейские хлебцы чаще всего представляли собой небольшие круглые булочки, толщина их не превышала пальца.

Квасной хлеб (хамец) считался грубым, процесс брожения как бы «портил» тесто. В обычной жизни есть его разрешалось, но для религиозных целей и по праздникам использовали только пресный хлеб из муки и воды (мацу). Остатки дрожжевого хлеба перед днями праздников полагалось сжигать или выбрасывать в мусор.

В Древней Греции зерновые культуры составляли основу рациона, больше всего выращивали пшеницу и ячмень. Пшеница не выращивалась в Древней Греции почти до 400 года до н. э., и изначально хлеб был ячменным. Всё зерно, произведенное в Элладе, должно было продаваться исключительно в Афинах. Чтобы обеспечить остальные города-государства, приходилось менять товары на зерно. Это были оливковое масло, пчелиный воск и выделанные кожи. Пшеницу завозили из Египта, Сицилии или других мест. И даже когда начали выращивать пшеницу у себя, то полностью обеспечить зерном не могли. Поэтому пшеницу продолжали привозить, преимущественно из Северного Причерноморья, района Херсонеса Фракийского (современное название – Галлипольский полуостров, находится в Турции), и из Египта. Греческие колонии на берегах Эвксинского Понта (современного Черного моря) кормили, по словам Демосфена, едва ли не половину населения.

Ещё Солон в начале VI века до н. э. уговаривал сограждан, что белый пшеничный хлеб – артос, нужно считать исключительно праздничным блюдом, а сто лет спустя такой хлеб в Афинах ели каждый день.

Для приготовления хлеба зерно сначала вымачивали, чтобы оно стало мягче, затем перемалывали в муку. Именно греки изобрели ручную мельницу, которая заменила зернотёрку. Нужно было за ручку постоянно вращать колесо, чтобы крутились жернова. Эту тяжёлую и однообразную работу чаще всего поручали рабам, если они были в доме. Если же нет, то трудиться приходилось женщинам.

Греки также вместо куска теста от предыдущей выпечки стали использовать для закваски виноградное сусло в смеси с небольшим количеством ячменной муки. Это была сухая закваска, которую можно было хранить в амфоре, отбирая кусочек по необходимости.

Для ячменного хлеба технология была другая. Сначала ячмень обжаривали, а потом уже перемалывали в муку. Именно из такой муки готовили ячменные лепёшки – основное блюдо греческой кухни. Достаточно сказать, что римляне называли греков «поедателями ячменя». Сейчас известны несколько рецептов таких лепёшек. Как и пшеничный хлеб, их могли есть с сыром или мёдом.

Пекли хлеб либо в глиняной печи, стоящей на ножках, либо разводили костёр на земляном полу, и когда дрова прогорали до углей, их отодвигали в сторонку, на раскалённый пепел клали лепёшки и накрывали всё колоколообразной крышкой. Каменных печей не было до римских времён. Профессия пекаря известна в Афинах с V века до н. э.

В Древней Греции первое упоминание о «кислом» хлебе, то есть из бродившего теста, относится к V веку до н. э. Однако он считался деликатесом, стоил значительно дороже пресного хлеба и был доступен только состоятельным людям. Во времена Гомера, судя по текстам его поэм, на обед знати подавали, как правило, два блюда: кусок мяса, жаренный на вертеле, и белый пшеничный хлеб. Причём мясо и хлеб ели отдельно. Гомер говорит, что чем богаче хозяин дома, тем обильнее угощение в его доме белым хлебом.

Хлеб недорогих сортов готовили из муки грубого помола, добавляя много отрубей. Такой хлеб служил основной пищей бедняков. Была в Древней Греции и сдоба, то есть хлеб с добавлением жира, мёда, молока. Понятно, что такие «сладкие хлебцы» стоили дороже и относились к лакомствам.

У спартанцев хлеб считался величайшей роскошью, и его ставили на стол только в самых торжественных случаях.

Во время жертвоприношений богам жрецы предлагали три основных продукта питания: хлеб, масло и вино. Писатель II века Афиней из Навкратиса упоминает в своих произведениях 72 различных способа приготовления хлеба. Греческий поэт Архестратос из Гелы упоминает ржаной хлеб, испечённый на Лесбосе, который, согласно легенде, ел бог Гермес.

Было много разных видов хлеба, названия которых остались в сочинениях греческих авторов. Это кейбанитос, стрептицея, блосмилос, даратон, альмогеаус и другие. Известно, что синкомист пекли из ржаной муки, хондрит – из полбы, семидалит – из пшеничной муки. Греческий гастроном Хрисипп Тианский написал трактат о хлебопечении под названием «Артокопикос».

В хлеб могли добавлять орехи или мёд, что придавало ему сладкий вкус. В римский период истории Греции появился сладкий хлеб под названием «плацента».

А вот чёрствый хлеб был лечебным продуктом и использовался по всей Греции при заболеваниях желудка. Его прописывали в качестве лекарства больным, страдающим несварением желудка и другими болезнями.

В ранний период Древнего Рима хлеб и лепёшки не были типичным блюдом римлян. Они считали хлеб греческим деликатесом. Из полбы сложно печь хлеб. Но около V века до н. э. полба была вытеснена твёрдой пшеницей, которая происходит из полбы, но отличается большим количеством клейковины и её проще обмолачивать. Теперь из пшеницы можно было не только варить кашу, но и гораздо проще стало делать муку и печь хлеб. Хлеб очень быстро приобрёл популярность, в том числе и среди бедного населения.

Первым видом хлеба римлян были пресные лепёшки. Остывая после выпечки, они становились твёрдыми, поэтому перед употреблением их размачивали или выпекали сразу очень тонкими. Для выпечки лепёшек печь была не обязательна, их можно было положить, например, на горячий пепел очага в походном лагере или в дороге. А чтобы тесто не соприкасалось с пеплом, его клали на листья ароматных растений, например лавра, кориандра или сельдерея, реже на листья капусты, листовой свёклы или другие. Этот способ сохранился, даже когда появились общественные пекарни в городах. На лепёшки иногда выкладывали кирпичи, глиняные сосуды или осколки глиняной посуды, тем самым усиливался эффект пропекания. Такое приготовление хлеба описано у Катона Старшего во II веке до н. э.

Плиний Старший пишет, что выпечка дрожжевого хлеба около II века до н. э. в Италии стала повсеместной. Поначалу среди крестьян, а затем и в городах пекари стали выпекать именно такой хлеб. Он ценился выше пресного, так как считался более полезным для здоровья.

Со временем увеличилось число сортов хлеба, были усовершенствованы технологии мукомольного производства и техники выпечки хлеба. Хозяйки пекли его дома, в богатых домах это делали повара, в больших владениях приготовлением занимались рабыни.

С 171 года до н. э., как пишет Плиний, в Риме появились общественные пекарни, хотя если судить по комедиям Плавта, то они были уже в конце III века до н. э. В городах хлебные печи можно было поставить только в богатых домах, в квартирах многоэтажных домов не было ни очагов, ни печей.

Во времена правления Октавиана Августа в Риме уже были 328 пекарен. Все они были объединены в нечто вроде цеха и управлялись суровыми законами, которые не допускали никакой самодеятельности в хлебопечении. При этом профессия пекаря высоко ценилась и пекари иногда баллотировались на посты политической власти в городах.

Бедняки покупали хлеб низкого сорта, более обеспеченные римляне покупали белый первосортный хлеб.

Латинские наименования хлеба – panis или в более старой форме рапе – означали первоначально «выпечка». Катон Старший этим словом описывает жертвенный пирог и пирог из полбяной муки, который пекли для торжественной церемонии вступления в брак.

Исидор Севильский, автор VI–VII веков, пишет, что хлеб и вино являлись основными продуктами питания римлян. Голод в понимании римлян означал, что зерно закончилось, недаром недовольные кричали: «Хлеба и зрелищ!».

Хлеб римляне употребляли на завтрак к сыру и другим закускам, а также на обед или ужин. Из хлеба приготавливались в том числе супы: хлеб варили в воде, медовом вине, поске (смеси воды с винным уксусом) или молоке и подавали больным и выздоравливающим. По мнению Плиния, такие супы продлевали жизнь стариков.

Даже древнеримские врачи описывали качества хлеба и его значение для здоровья человека. Знаменитый врач Гален описывал хлеб из мягкой муки, затем булочки, грубый хлеб и, наконец, хлеб с отрубями, который быстрее выводится из организма. Для стариков Гален не рекомендовал плохо пропечённый и плохо посоленный хлеб, а также хлеб из мягкой белой муки, так как они плохо перевариваются. По его мнению, нет ничего опаснее для стариков и вообще для любого человека, чем пирог, испечённый с маслом из первосортной мягкой муки, в который добавлено недостаточно мёда. Лучше всего переваривается хорошо размешанный и со всех сторон пропечённый дрожжевой хлеб, выпекавшийся в горшке на среднем огне. Для атлетов подходит более всего хлеб с небольшим содержанием дрожжей и не слишком пропечённый. Пресный хлеб Гален не считал полезным для здоровья.

Хлеб из ячменной муки предназначался бедным слоям общества и рабам. Его же давали гладиаторам для наращивания массы тела. Тот же Гален пишет, что сначала легионерам в поход давали ячмень, но потом перешли на пшеницу, так как считали считать её более насыщающей человека. Ячмень стали давать только в виде наказания.

Постепенно ячневый хлеб вышел из употребления, по крайней мере в городах, так как он плохо поднимался, и вообще стали считать, что такой хлеб вреден для желудка. Однако в деревнях его пекли по-прежнему, поскольку по качеству он превосходил хлеб из низкосортной пшеницы.

Ещё был хлеб из перловой крупы, достаточно грубый. Но в I веке н. э. его практически прекратили печь.

Во многих регионах Италии, особенно в Кампании, где выращивали много проса, крестьяне также выпекали лепёшки из пшённой муки. Такой хлеб был вкусен лишь тёплым, но беднякам выбирать не приходилось. Врач Цельс (I век н. э.) считал такой хлеб, как и ячневый, вредным для желудка. По некоторым сведениям, изредка пекли лепёшки и из могара (она же сеттария итальянская).

Рожь в средиземноморском регионе сеяли мало, а ржаной хлеб считался вредным. Плиний описывал вкус ржаного хлеба как горький и неприятный, и лишь с добавлением полбы такой хлеб считался приемлемым. Плиний описывает также выпечку из бобовой муки или сладковатых желудей. Хлеб из каштановой муки ели женщины во время ритуального поста, Афиней упоминает также хлеб из чечевицы.

Первосортный хлеб из лучшей муки из мягкой пшеницы подавали за столом у богатых римлян, крестьяне и городская беднота ели хлеб из муки с отрубями. Причём мука с отрубями давала большой припёк, поэтому выпекать такой хлеб было выгодно. По сообщению Плиния, хлеб из первосортной белой мягкой пшеницы грубого помола стоил почти в два раза дороже, чем из тяжёлой муки.

В Древнем Риме было достаточно много названий для различных видов хлеба, поскольку эти виды различались, например, по содержанию муки, способу выпечки, по цвету или по принадлежности к слою населения, для которого выпекался хлеб.

Сейчас известны такие:

– первосортный белый пшеничный хлеб из муки тонкого помола высшего качества и среднего качества. Он выпекался особым «пекарем белого хлеба». Такой хлеб назывался также «белый» или «чистый»;

– хлеб второго сорта – белый хлеб среднего качества из более грубой муки. Его называли «второй» или «следующий». Хоть сорт муки и был ниже, но сам хлеб не считался каким-то плохим, и император Август, например, ценил такой хлеб;

– хлеб третьего сорта, чёрный, очень твёрдый хлеб из муки грубого помола с большой примесью отрубей, называемый «народный», «крестьянский», «грязно-тёмный». Таким хлебом питались крестьяне, городская беднота и рабы;

– грубый хлеб приготавливался из непросеянной муки, хлеб из отрубей предназначался в первую очередь собакам, но им питались, возможно, и бедняки.

В Риме усовершенствовали греческую ручную мельницу, сделав её механической. Раб сыпал в отверстие верхнего жернова зерно, к ручкам, представлявшим собой рычаги, привязывали лошадь или осла, бесконечно ходивших по кругу, или эту же работу выполняли рабы или преступники. Мука сыпалась наружу из отверстия между жерновов.

Римляне знали о приготовлении хлебной закваски, и в I веке н. э. хлеб выпекали именно из теста с закваской. Раз в год, во время сбора урожая винограда, заготавливали большое количество хлебной закваски из пшеничных отрубей или пшена, которые на три дня заливали виноградным суслом, вымешивали, сушили на солнце и затем тонко нарезали, чтобы потом использовать в течение года. При надобности закваску разводили в горячей воде и добавляли в муку.

В войсках хлеб могли печь в постоянных лагерях в больших количествах. В III веке н. э. различали «чистый» настоящий солдатский хлеб и полевой хлеб из более грубой муки. Полевой хлеб долго выпекался и походил на сухари. Между прочим, ручные мельницы входили в стандартное снаряжение каждой контубернии, то есть десятка рядовых римской армии. Поэтому на привале солдаты сами мололи зерно и пекли лепёшки. Был ещё у солдат и «буцеллатум», больше похожий на сухари, они упоминаются со II по VI века. Пекли их по особой технологии, чтобы можно было хранить длительное время без риска порчи. Хлеб для длительного хранения приготовлялся и для римского флота, он был известен уже в 214 году до н. э.

В римских латифундиях постепенно прекращалось производство хлеба, зато оно развернулось в римских колониях на Сицилии, в Испании, в Англии. В Северной Африке тоже выращивали зерно для империи. Груженные хлебом суда бросали якорь в италийской Остии, откуда мешки с зерном перегружались на плоскодонки, и уже вверх по Тибру доставлялись в столицу. Без египетского хлеба Рим жить не мог, и Октавиан и Антоний воевали не за Клеопатру, а за владение зерном из Египта.

В кодексе Феодосия, первом официальном своде законов Римской империи (438 год н. э.), говорится, что легионерам во время похода следует давать два дня сухари, на третий день – хлеб. Согласно позднеримским папирусам из Египта легионерам полагалось 969 граммов хлеба в день.

В Римской империи было много видов хлеба, в некоторые добавляли молоко, жир, яйца, перловую крупу, мёд, лавр, сельдерей, кориандр, анис, мак, тмин, кунжут, фенхель, чернушку. Разумеется, не всё сразу. Выпекался хлеб и из манной крупы в формах, хлеб с изюмом и сыром, приправленный анисом, сыром и оливковым маслом. Пряности смешивали с яйцом и наносили на верхнюю хлебную корку и иногда также после выпечки на нижнюю корку. Соответственно, у каждого вида хлеба или сдобы было своё название.

Александрийский хлеб – возможно, так назывался хлеб, который поджаривали на вертеле. В состав этого хлеба, вероятно, входили египетский тмин и мёд. По рецепту Апиция такой хлеб нужно было замочить в уксусной воде – поске, добавить солёный сыр из коровьего молока и приправы. Солёный каппадокийский хлеб на молоке был мягким с хрустящей корочкой. Парфянским назывался хлеб, тесто для которого сначала разбухало в воде. Испечённый парфянский хлеб имел консистенцию губки и был таким лёгким, что не тонул в воде. Грубыми ячменными лепешками кормили рабов, «плебейский» хлеб с отрубями раздавали бесплатно гражданам Рима.

Стандартный размер и форма римского хлеба известны по следам, найденным в Помпеях среди пепла Везувия. Этот хлеб был круглым и имел форму цветка с восемью лепестками.

Силигинеи пекли из муки тонкого помола и были очень популярны среди патрициев. Хлеб остериарии подавался с устрицами на банкетах, а в хлебе пиценум были сухофрукты, и его ели вымоченным в молоке, подслащённом медом. Клибани выпекали среди углей в специальном контейнере.

Тесто для выпечки хлеба подсаливали, жители побережий для этого перемешивали тесто с солёной морской водой. Хлеб из пресного теста вместо соли приправляли лавром, сельдереем, кориандром, анисом, семенами льна или мака. Несолёный ячневый хлеб с кориандром и маком был найден, например, во рву военного лагеря в шотландском Берсдене.

Хлеб был настолько важен для граждан, что в Древнем Риме существовала официальная практика хлебных раздач. Это была государственная политика обеспечения населения города Рима хлебом. Либо хлеб продавали по сниженным ценам, либо раздавали бесплатно. Всё это регламентировали «хлебные законы».

Своего зерна Риму не хватало, и пшеницу ввозили из Северной Африки и Испании. Завоевание территорий было вызвано в том числе и необходимостью обеспечить население империи пшеницей. В I веке поэт Ювенал описал в своей «Сатире X» обычай римских императоров раздавать пшеницу и билеты на цирковые игры (гонки на колесницах и др.) как способ отвлечь народ от политики.

Когда Рим был республикой, то хлебные раздачи показывали право каждого римского гражданина на государственное имущество. Когда Рим стал империей, то императоры демонстрировали свою милость к подданным. Поскольку милость особо часто не проявлялась, то число получателей хлебных раздач резко уменьшилось, но полностью их отменить никто не решился, опасаясь народного бунта.

Есть свидетельства, что хлеб раздавал уже шестой из царей Древнего Рима, правивший согласно древнеримским преданиям в 578–535/ 534 годах до н. э., Сервий Туллий, однако же первый хлебный закон о регулярных раздачах относится к деятельности народного трибуна Гая Семпрония Гракха и датируется 123 годом до н. э. По этому закону каждый римский гражданин мог ежемесячно получать некоторое количество зерна из государственных хранилищ по сравнительно низкой цене в 6 1/3 асса за каждый модий (8,7 литра), тогда как на рынке продавали по 12 ассов за 1 модий. Тогда в Риме были построены крупные амбары, которые заполнялись зерном, купленным вскоре после сбора урожая по невысоким ценам. Цицерон обвинял Гракха в том, что тот опустошил казну раздачами, хотя он «на словах всегда был защитником казны». После гибели братьев Гракхов раздачи уменьшились. Потом хлебные законы несколько раз принимались заново в зависимости от желания очередного римского политика.

Луций Корнелий Сулла после установления своей диктатуры в 82 году до н. э. отменил хлебные раздачи. Они были восстановлены 10 лет спустя по закону Теренция-Кассия, причём число получателей выросло до 40 тысяч человек, которые имели право покупать по 5 модиев пшеницы в месяц (примерно 33 кг). В 58 году до н. э. народный трибун Публий Клодий Пульхр отменил плату за хлеб для законных получателей.

Гай Юлий Цезарь сделал раздачи от имени государства раздачами от своего имени, и так стали поступать римские императоры. Во время гражданских войн для получения бесплатного хлеба в Рим перебрались много жителей провинций, поэтому Цезарь провёл тщательную проверку получателей раздач, так что в итоге вместо 320 тысяч их стало 150 тысяч. Впервые появились списки имеющих право на раздачи людей на бронзовых досках. Одновременно Цезарь издал закон, что число получателей раздач не может быть увеличено, а образовавшиеся в результате смертей свободные места должны распределяться по результатам жеребьёвки.

Гай Юлий Цезарь

Однако же преемник Цезаря Октавиан Август увеличил число получателей до 250 тысяч, а в 5 году до н. э. вернул прежнюю цифру в 320 тысяч человек, но потом сократил число получателей раздач до 200 тысяч. Право на раздачи имели только римские граждане, которые проживали в Риме, но всё равно многим жителям Рима приходилось покупать хлеб на рынке.

Известно, что в I–II веках н. э. около 200 тысяч человек получали бесплатный хлеб. Право на получение бесплатного хлеба имели все римские граждане мужского пола старше 10 лет, кроме сенаторского и всаднического сословия, которые родились и постоянно проживали в Риме. Подсчитано, что хлебные раздачи обеспечивали продовольствием где-то 400 тысяч человек, или 40 % от миллионного населения Рима. Другие императоры меняли состав граждан, имеющих право на бесплатный хлеб.

Изначально раздачи касались только зерна, однако с правления Септимия Севера стали раздавать масло, с правления Аврелиана – свиное мясо, а само зерно заменили печёным хлебом.

Хлебные законы были скопированы и в Константинополе как новой столице империи. При переносе столицы император Константин для стимулирования строительства и иммиграции даровал право на бесплатные хлебные раздачи всем домовладельцам Константинополя.

Право человека на раздачи подтверждалось «хлебной тессерой», которая имела характер постоянного документа, а также контрольной маркой, которую было необходимо отдать за месячную порцию хлеба. Впервые контрольные марки в виде бронзовой монеты ввёл император Август. При императоре Клавдии появились постоянные документы, подтверждающие право на раздачи. Эти документы могли быть проданы или завещаны. Контрольные марки при этом сохранились, но для экономии денег их стали делать из свинца. На поздних этапах хлеб стал раздаваться только по постоянным документам. Эта система перешла и в Константинополь.

Византия была Восточной Римской империей и поэтому многое унаследовала от Рима, в том числе и в плане еды. Там выпекали хлеб из пшеничной и ячменной муки. Хлеб высшего сорта – силигнит пекли только для богатых людей из высших сортов пшеницы. Его также использовали для причастия в храмах и давали больным, поскольку силигнит способствовал пищеварению. Менее качественного сорта был сеидалит, который выпекали из муки низкого качества. Были средние сорта хлеба, и, наконец, грубый хлеб для бедных.

У воинов и монахов был свой хлеб – пексамас. Он был достаточно жёстким, поскольку его 2 раза пекли в печи, чтобы испарялась вся влага. Однако такой хлеб не плесневел длительное время.

Известно, что в Византии в X веке в местах выпечки хлеба висел указ: «Хлебники не подвергаются никаким государственным повинностям, чтобы они безо всяких помех могли печь хлеб».

Основой питания были хлеб и вино. Разумеется, это не относится к богатым людям. А вот ремесленники и крестьяне – да, если судить по византийским текстам. Например, Никита Хониат, рассказав о низложении императора Исаака Ангела, добавляет, что тот влачил после свержения крестьянскую жизнь, питаясь умеренным количеством вина и хлеба. Также и Евстафий Солунский считал вино и хлеб главнейшими продуктами питания.

Византийский историк Михаил Атталиат в своём завещании от 1077 года указывает, что основанный им странноприимный дом должен кормить по воскресеньям шесть бедняков; им выдавали хлеб и небольшой приварок: бобы или овощи, мясо, рыбу.

Также Атталиат распорядился в завещании раздавать 18 вдовам и старикам 216 анионных модиев хлеба в год, то есть по 12 модиев на человека в год, следовательно, по одному модию в месяц. В пересчёте на современные меры измерения это получается чуть менее литры хлеба ежедневно. 1 литра равна 325 граммов.

Судя по разным документам, бедняки примерно так и ели, по 300 г хлеба в день, причём это был не пшеничный хлеб высшего сорта. А вот в монастырях, несмотря на призывы к воздержанию и постничеству, ели больше. Монахини патриаршего монастыря Келарея получали 2 литры в день. Ещё больше хлеба выдавали в богадельне богатого константинопольского монастыря Пандократора, в богатых монастырях бывало и ещё больше.

Если судить по монастырским уставам XI–XII веков, то в Византии действительно ели довольно много хлеба и пили порядочно вина. Остальная еда составляла сравнительно незначительную часть.

Византийцы питались пшеничным и ячменным хлебом: пшеничным преимущественно в Малой Азии, ячменным – на Балканах. Рожь и овёс хоть и были известны, но практически в хлебопечении не использовались.

Европейское средневековье и эпоха Возрождения

С нашествием варваров производство хлеба при-шло в упадок, поскольку прежние принципы ведения хозяйства исчезли. Например, водяные мельницы не обслуживались или были разрушены. Крестьяне снова начали молоть зерно дома либо отвозить его на обычные мельницы и пекли хлеб дома. Церкви платили налог, состоящий из хлеба и меры вина, так называемый «хлебный долг по капитулам», господину вотчины, на которой они были построены.

Римское хлебопашество было ориентировано на пшеницу как дорогой продукт, предназначенный для сбыта в городах. ВIII веке Римскую империю накрыл кризис в экономике, ремесле, торговле, политике, происходили внутренние и внешние военные столкновения. Из-за этого рыночные отношения рушились и возросла роль натурального хозяйства. Пшеница требовала больших трудозатрат, а сбывать её стало сложнее, поэтому больше стали сеять рожь, ячмень, овёс, полбу, спельту, просо, сорго… До того, например, рожь римские агрономы воспринимали как сорняк. Плиний считал её продуктом «определённо скверным, годным лишь на то, чтобы утолить голод», и порицал жителей западных Альп, которые употребляли её в пищу. И однако рожь с III по XI век оставалась самой распространённой из всех видов зерновых. А всё потому, что «рожь родится на любой почве, давая урожай самсто, и сама солома служит удобрением», как писал ещё Плиний. В VI–X веках рожь сеяли в долинах и на склонах холмов, чтобы легче было собирать урожай. Вместе с рожью выращивали и другие злаки, а вот пшеницу сеяли очень немного, и она предназначалась для высших классов. Её больше выращивали в южной Европе, и там белый хлеб ели не только господа.

От последнего века античной эпохи до времён Карла Великого в Галлии не пекли дрожжевой хлеб, вернулись к пресным лепёшкам. В VII веке Исидор Севильский писал, что хлеб называется так потому, что «добавляется к прочей еде». И только с XI века хлеб приобретает решающее значение в рационе простых людей. Всё остальное начинает восприниматься как дополнение, как некий гарнир, «сопровождающий» хлеб.

В римскую эпоху зерно в Галлию привозили из Британии, Испании или Северной Африки. К сделанной муке галльские племена добавляли молотые в порошок ядра желудей. Римские гарнизоны предпочитали пшеничный хлеб с отрубями.

На Пиренейском полуострове в андалузский период (с VIII по XV век, мавританское завоевание) выращивание зерновых было основным занятием, а хлеб был основным и повседневным продуктом питания. В Аль-Андалусе хлеб пекли из пшеничной муки, но также из более грубой и дешёвой муки с отрубями, эта выпечка называлась «красным хлебом». На христианской стороне границы ремесло пекаря утвердилось как профессия, став значимой, заметной и уважаемой фигурой в средневековом обществе. Чтобы регулировать рынок, пекари начали создавать гильдии с XII века. В Испании, особенно в Средиземноморском регионе, уже более 750 лет существуют гильдии пекарей. Например, Гильдия пекарей Барселоны упоминается в документе 1395 года.

Испанское завоевание Америки привело к импорту нового злака, из которого можно было делать муку: кукурузы. Кукуруза присутствует в хлебопекарнях «Зелёной Испании» (северная Испания). Примером хлеба из кукурузной муки является борона, брона или броа, типичный хлеб из Галисии, Астурии, Кантабрии и Страны Басков.

Хлеб кандеал, брегадо или собадо, родом из современной Кастилии и Леона, был завезён на юг полуострова и в Португалию. На португальском языке он известен как пау совадо на севере или пау де кал о на юге.

Солдатам давали хлеб собадо, потому что он может сохраняться в течение нескольких дней и даже недель. Во французскую Нормандию он попал через королевство Наварра во времена Карла II Плохого (в середине XIV века), женатого на Жанне Французской. Это привело к появлению так называемого нормандского pain brie (или pain de chapitre, «городского хлеба»), очень похожего на кандеал. Позже испанские солдаты привезли хлеб собадо во Францию, Италию, Фландрию и другие части Европы. Итальянские пекари переняли испанский хлеб собадо и создали свои собственные варианты, такие как коппиа феррарезе. Даже в Магрибе есть хлеб, полученный из кандеала, который называется пейн эспаньоле.

После падения Римской империи Британия, раздираемая войнами между кельтами и англо-саксами, перестала вывозить зерно на континент. В завоёванной арабами Испании новые власти полностью перекрыли торговым судам ход в Средиземное море. Хлеб из Северной Африки перестал поступать в Европу. А франки, вторгшиеся в Галлию в V веке, были полукочевым племенем, занимавшимся скотоводством, охотой, рыбной ловлей, у них не было привычки обрабатывать землю. Но выхода не было, зерно взять было неоткуда, и постепенно во Франции начали выращивать своё зерно. Первыми культурами стали полба, овёс и ячмень.

Согласно «Полиптиху» аббатства Сен-Реми (Реймс) от 850 года на полбу отводилось 90 % монастырских пахотных земель, она же занимала до 68 % полей как зависимых, так и свободных крестьян. И подобные цифры встречаются и в других документах той эпохи. Сеяли также «озимый ячмень», из которого варили пиво с мятой и ароматными травами и пекли лепёшки для бедняков. На юге страны сеяли просо. Третьей по распространённости в это время была рожь, также высоко ценившаяся за неприхотливость. Тогда французские землепашцы освоили технику смешанного засеивания полей пшеницей и рожью в отношении 2:1 или 1:1 в разных регионах. Если погода была плохая, то в основном вырастала рожь, при хорошей – больше получалось пшеницы. Овёс начал упоминаться лишь после 1000 года. В горных деревушках Пиренеев и Центрального Массива Франции он был основной пищей бедного населения.

Король Дагобер из династии Меровингов во Франции (VII век) своим приказом установил максимум цен на продукцию городских булочников, обязав их продавать 12 хлебов (по 800 г каждый) за один парижский денье. Однако в те времена булочники пекли для крупных феодалов и горожан, а 95 % населения были крестьянами. Они хлеб не покупали.

Карл Великий в VIII веке запретил экспорт зерна, поскольку урожаи в те времена были очень небольшие, и это влияло на обеспечение самих подданных королевства, и установил твёрдый максимум цен на его продажу.

Свежий хлеб был привилегией немногих, выпекался только в крупных монастырях и при дворах знати, остальные могли есть и чёрствый. То же самое поначалу относилось к дрожжевому хлебу, ведь подняться может только пшеничная или ржаная мука, а остальные злаки бедны крахмалом и не подойдут, из них можно сделать только лепёшки. Либо к ним надо добавлять пшеничную или ржаную муку.

Карл Великий

Очень часто хлеба не было или его не хватало на всех. Из круп начли больше готовить каши, супы, похлёбки. К зерну для варки можно отнести ячмень, овёс, просо. Их сыпали в блюдо, называемое «пульмента» (кусок, порция), когда в котелок над огнём кидали всё, что есть в доме: крупы, овощи, зелень, если было, то добавляли в похлёбку мясо и сало.

Кстати, зерновые культуры были нужны не только для выпечки хлеба или приготовления каш, очень развито в Европе было пивоварение.

Когда урожай был плохим, то хлеб пекли с добавлением ржаной муки. Смесь в соотношении двух частей пшеницы к одной части ржи называлась «меслин». Иногда ржаной муки сыпали больше. Такой хлеб привыкшим к пшеничному людям казался пресным и серым.

Массимо Баччи в книге «Демографическая история Европы» пишет, что неурожаи в Европе случались по несколько раз при жизни одного поколения. В неурожайные годы и во время голода в тесто добавляли всё, что удавалось найти: лебеду, отруби, просо, гречиху и горох, мякину, жёлуди, свекловичный жмых, винокуренную барду, солому, кору и многое другое. После XVI века это могли быть картофель или семечки подсолнуха. Суррогаты примешивались к ржаной муке, или хлеб приготовлялся из одного суррогатного материала; чаще всего из смеси разных суррогатов. И хоть в некоторых таких продуктах питательных веществ и много (картофель, гречиха, горох, просо), но хлеб, испечённый из них, имеет плохой вкус и трудно переваривается. Другие же добавки и вовсе могут вызвать желудочно-кишечные расстройства.

Историки подсчитали, что за 350 лет Высокого Средневековья (XI–XIV века) случилось 89 неурожайных лет.

В 843 году французские крестьяне пекли «хлеб неурожая», замешивая муку с землёй. И это не был единичный случай. В 1030–1033 годах во Франции и Германии был сильный голод, вызванный плохими урожаями из-за обильных дождей в течение лета, зерно гнило на корню. Бургундский летописец Родульфус Глабер писал так: «была сделана проба, какой, как нам кажется, никто нигде и никогда не делал. Многие выкапывали белый песок, похожий на тонкую глину, и, смешивая его с малым количеством муки и отрубей, выпекали булочки, стараясь таким образом обмануть голод». Однако же «старания были напрасны: лица у всех побледнели, щеки запали; у многих раздулись животы и натянулась кожа; говорили они тоненькими голосами, похожими на писк умирающей птицы».

Как написано в одной швабской (область в верховьях Рейна и Дуная в Германии) хронике по поводу голода 1099 года: «как то принято у бедняков, они смешивали травы с горсточкой муки». Подробные указания, как приготовить «хлеб неурожая», есть в трактатах по агрономии, написанных в мусульманской Испании. Например, Абу Захария Ибн-аль-Аввам, арабский землевладелец в Севилье в XII веке, писал в своей книге по сельскому хозяйству, что «если плод несъедобен, следует очистить его природный вкус, устранить его различными способами; когда же вкус исчезнет, плод высушивают, перемалывают и пекут из него хлеб».

Некоторым людям везло. Например, в житии святого Бенедикта Аньянского описано, как в 779 году толпа голодных бедняков скопилась у ворот монастыря, прося и требуя еды, и их кормили ежедневно, вплоть до нового урожая, «бараниной, и говядиной, и овечьим молоком». Века спустя поступали по-другому. В 1573 году город Труа заполонили голодные нищие, которые пришли из разных деревень. «Богатые граждане и управители этого города устроили собрание, дабы отыскать какой-то выход из положения… Они повелели испечь хлеба вдоволь, дабы раздать означенным беднякам, коих следует созвать к одним из городских ворот; выдав каждому по хлебу и по серебряной монете, всех их следует через сказанные ворота выпроводить, а когда последний из них покинет город, оные ворота закрыть, напутствуя их со стен, чтобы шли себе с Богом искать пропитания в иных местах… Так все и было сделано, и бедняков прогнали из Труа».

Как рассказывает хронист Сигеберт Жамблузский, 1090 год «был годом эпидемии, особенно в Западной Лотарингии. Многие гнили заживо под действием «священного огня», который пожирал их нутро, а сожженные члены становились черными, как уголь. Люди умирали жалкой смертью, а те, кого она пощадила, были обречены на ещё более жалкую жизнь с ампутированными руками и ногами, от которых исходило зловоние».

Под 1109 годом многие хронисты отмечают, что «огненная чума» «вновь пожирает людскую плоть». В 1235 году, согласно Винценту из Бове, «великий голод царил во Франции, особенно в Аквитании, так что люди, словно животные, ели полевую траву. В Пуату цена сетье зерна поднялась до ста су. И была сильная эпидемия: «священный огонь» пожирал бедняков в таком большом числе, что церковь Сен-Мэксен была полна больными».

Спорынья, или маточные рожки – род патогенных грибков семейства спорыньевых, паразитирующий на некоторых злаках, в том числе на ржи и пшенице. Спорынья заражала рожь преимущественно в сырые и холодные годы. У дворян, у богатых людей, зерно ссыпалось в амбары и могло храниться там несколько лет, а спорынья активна 3 года, потом зерно становится безопасным для употребления в пищу. Но бедняки не могли хранить зерно по 3 года, и в городах, где часта была угроза голода, зерно сразу пускали в обмолот. И тогда возникали эпидемии «Антониева огня» (эрготизма) – отравления алкалоидами спорыньи.

У людей, поевших такого хлеба, в зависимости от типа болезни возникали судороги и галлюцинации, а в руках или ногах начиналась гангрена. Почерневшие ладони и ступни, словно съеденные огнём, порой сами отсоединялись при распаде костей, или их ампутировали. Считается, что в Париже в 1418 году из-за вспышки «святого огня» за месяц погибли чуть ли не 50 тысяч человек. И даже в Советской России в 1926–1927 годах была такая эпидемия. При этом что огонь святого Антония связан с зерном и хлебом, было выяснено лишь в XVII веке.

Антоний Великий был не единственным и не первым из святых, к кому обращались за избавлением от этой болезни. В разных местах её называли огнём святого Фирмина, огнём святого Марселя, огнём Девы Марии. Однако к позднему Средневековью осталось только обращение к святому Антонию.

Антоний Великий был христианином, ушедшим в IV веке в безлюдные места Фиваиды, чтобы вести совершенную жизнь в самоограничении. Он не был первым пустынником, но по традиции считается основателем отшельнического монашества.

Примерно в 1070 году его мощи были перевезены из Константинополя в приходскую церковь в деревне Ля-Мот-о-Буа (в области Дофине на юго-востоке Франции). Позже в честь небесного патрона деревня стала зваться Сент-Антуан-ан-Вьеннуа. К ценной реликвии потянулись страждущие. Вскоре один дворянин, чтобы отблагодарить Антония за исцеление, создал братство мирян, посвятивших себя уходу за жертвами этой болезни. Полтора века спустя братство превратилось в орден регулярных каноников святого Антония, или антонитов.

Со временем орден, центром которого было аббатство Сент-Антуан-ан-Вьеннуа (там не только хранились мощи святого, но и располагался главный госпиталь), распространился по всей католической Европе. В период расцвета сеть антонитских общин и богаделен, которые они содержали, насчитывала сотни точек; особенно много их было вдоль древних паломнических маршрутов, прежде всего Пути святого Иакова, который вёл в Сантьяго-де-Компостела, на северо-запад Испании.

Госпитали антонитов не могли вылечить болезнь, но они смягчали её симптомы. По тогдашним представлениям против огня должны помочь различные холодные и сухие субстанции. Антониты готовили травяные настои и мази и, в случае необходимости, практиковали ампутацию поражённых гангреной конечностей.

Французский учёный, специалист по Средним векам Жан Ле Гофф писал: «Примечательно, что фанатичными участниками Первого крестового похода 1096 года были бедные крестьяне из районов, наиболее сильно пострадавших в 1094 году от эпидемии “священного огня” и других бедствий, – Германии, рейнских областей и восточной Франции».

Некоторые подсчёты свидетельствуют, что в период с 591 по 1789 годы в Европе произошло 132 эпидемии эрготизма. При этом во Франции, например, в 922 году эпидемия унесла жизни 40 000 человек, а в 1128 году в одном только Париже —14 000 человек.

Последнее массовое отравление спорыньёй произошло в 1951 году в Пон-Сент-Эспри (Франция), хотя существуют версии, что люди там могли отравиться ртутью или трихлоридом азота. В настоящее время методы агротехники позволили практически избавиться от спорыньи в сельскохозяйственных посевах.

И тем не менее, несмотря на всё это, в Средние века хлеб и бобовые были основной пищей. Конечно, не только хлеб как таковой, ещё и каши: из проса, ячменя, овсяная, каша из ржи, пшеничная для богачей. В XV веке поэт Франсуа Вийон писал: «сливки, пшеница и рис».

В крупных европейских городах профессия пекаря существовала с VI века, то есть античные традиции фактически не прерывались в этом смысле. Причём по законам в городах было запрещено работать ночью, но для пекарей было сделано исключение. Поскольку тогда пекарни работали на дровяных печах, то поначалу их устанавливали вдали от населённых пунктов и желательно возле реки. Один человек занимался исключительно выпечкой, другой обслуживал печь. Подмастерья постигали всю науку хлебопечения достаточно долго, их срок обучения в среднем составлял 7 лет. Работа в пекарне была очень тяжёлой, а рабочий день длился долго, мука и мучная пыль вызывала профессиональные заболевания типа астмы и экземы.

Работа в пекарне

Ветряные мельницы появилась в Европе только после первых крестовых походов. Считается, что в городке Бери-Сент-Эдмундс (графство Саффолк, Англия) в 1191 году была установлена первая ветряная мельница.

По мере роста населения в Северной Европе возникла необходимость завозить зерно из других мест. И, как ни удивительно, завозить его начали из стран Балтии, что привело к созданию сети морской торговли, которая соединила Лондон, Бостон (английский город в графстве Линкольн), Брюгге, Антверпен, Амстердам (до XVI века называвшийся «житницей Европы»). Входил в эту сеть и Гамбург. Во всех этих городах торговали рожью и пшеницей. Однако в некоторых странах, например в Англии, для ржаного и пшеничного хлеба были созданы отдельные торговые гильдии, пока в 1569 году королева Елизавета I не объединила их в единую гильдию, названную Благочестивой компанией пекарей.

В мавританский период пшеницу выращивали и в Испании, и тогда она была основным продуктом питания из зерновых. По общему правилу каждый горожанин замешивал свой хлеб, ставил на нем характерное клеймо и относил в общественные печи. Дома хлеб выпекать было нельзя, и это правило существовало во многих странах Европы. Разрешение печь хлеб дома было знаком особой королевской милости. При этом за выпечку хлеба в общественной пекарне надо было платить. Гильдии пекарей в Испании существуют с XII века, одна из первых располагалась в Барселоне. Первые законы, регулирующие выпечку, появились в Испании в XIV веке.

Во всей Западной Европе в феодальные времена существовало понятие баналитета (от фр. banal «принадлежащий сюзерену»). Так называлось монопольное право, по которому сеньор, обладая собственностью на мельницу, печь, виноградный пресс и другое имущество (включая даже скот и лошадей), мог принудить крестьян использовать его инвентарь, при этом назначая расценки по своему усмотрению. Крестьяне же расплачивались частью своего продукта или деньгами. За нарушение баналитета полагался штраф или конфискация продуктов.

Во Франции эта практика известна с X века, когда очень многие сеньоры заставили пользоваться своей мельницей всех людей своего поместья, а иногда и жителей соседних имений. В Англии существовали и мельничный бан, и монополизированная продажа пива, и даже принудительная его покупка; в Германии были практически те же правила, что и во Франции. Но именно во Франции баналитет охватывал наибольшее количество владений, а внутри них имел наиболее разнообразные виды вплоть до того, что пахать или перевозить что-либо можно было на лошадях из господской конюшни за плату, а при желании увеличить поголовье скота надо было брать быка-производителя из господского стада. Просуществовала эта практика до XVIII века.

Во Франции наряду с «баналитетной» мельницей существовали «баналитетные» печи. И крестьяне, и небогатые жители городов, подчинённые местному сеньору, под страхом немалого штрафа обязаны были печь свой хлеб исключительно в господской печи, оплачивая это деньгами или натурой. Хозяйка или служанка замешивали тесто дома, формовали хлеб, ставили на него клеймо хозяина дома, а потом несли к этой печи. Иногда надо было платить за каждую выпечку, некоторые сеньоры брали всю сумму раз в год. В обязанности владельца входило поддерживать печь в работоспособном состоянии и держать при ней особого пекаря. Если в каком-либо доме была своя печь, в которой можно выпечь хлеб, и господин об этом узнавал, то он мог печь сломать, а виновных обложить штрафом. Кроме того, люди обязаны были зачастую приносить с собой определённое количество поленьев или поддерживать в хорошем состоянии ведущую к печи дорогу.

Во Франции только в 1305 году парижские буржуа получили разрешение от короля Филиппа Красивого печь хлеб в своих домах, а не в общественной пекарне за плату, и продавать хлеб друг другу. Такие разрешения выдавались и в других городах в разное время. От необходимости выплачивать баналитет избавлены были единственно городские булочники, монастыри и больницы, им было разрешено в качестве особой милости иметь собственные хлебные печи. Последние «баналитетные» печи были уничтожены уже во время Великой Французской революции.

У господ же печи были свои. У мелкого помещика хлеб пекла обычно специально для того нанятая женщина, подчинявшаяся непосредственно господскому ключнику, «распоряжавшемуся запасами хлеба и вина». Она ежедневно пекла мягкий белый хлеб для господина, его семьи и гостей и «тёмный» пшеничный хлеб с отрубями для прислуги. В крупных поместьях были отдельные помещения для хлебопёков, оснащённые всем необходимым для работы инвентарём. Здесь работали тестомесы, пекари и подсобные рабочие под руководством главного хлебодара. В королевском дворце эта должность в скором времени стала почётной, а зачастую и наследственной. Главными хлебодарами становились знатнейшие вельможи, возлагавшие собственно кухонные функции на своих подчинённых.

В XIII веке в Англии Генрих III издал закон под названием «Assisa panis et cervisiae» («Акциз на хлеб и эль»), которым регулировались цены на хлеб и пиво, наказывалось мошенничество с продуктами питания. Этот закон был первым из подобных в Европе, регулирующих состав продуктов, он действовал с 1266 по 1671 год.

Английский поэт Уильям Ленгленд в XIV веке написал поэму «Видение о Петре-пахаре», и там упоминается хлеб, который надо давать тем, кто не желает трудиться. Это ячменный хлеб, «собачий хлеб» (из отрубей) или «лошадиный хлеб» (из смеси ржи, толчёного гороха и отрубей, иногда только из гороха и отрубей). Но такой хлеб на самом деле ели не только лентяи, его ели все бедняки.

В XI–XII веках полба исчезла во Франции почти полностью, её место заняла мягкая пшеница. Она более привередлива, но именно из неё получается настоящий пышный белый хлеб.

Хлеб могли печь из смеси муки разных видов. Например, святой Бернар Клервоский (XII век) с братией ели хлеб, выпеченный из смеси ячменной, проса и гороховой муки. Возможно, они поступали по завету Священного Писания: «Возьми себе пшеницы и ячменя, и бобов и чечевицы, и пшена и полбы, и всыпь их в един сосуд, и сделай себе из них хлебы» (Книга пророка Иезекииля, 4: 9).

Мог быть и хлеб другого состава. В монастыре Роменмутье хлеб из ячменя и ржаной муки, или ячменя и овса ели с маслом и сыром, а белый хлеб только из пшеничной муки макали в суп. В других монастырях хлеб был наполовину пшеничным, наполовину ржаным, его называли «вышитым».

У клюнийцев (ветвь бенедиктинских монахов) белый пшеничный хлеб раздавали только монахам, перенёсшим кровопускание. Картезианцы пекли два сорта хлеба: лучшего качества для монахов, похуже – для конверзов, насельников монастыря, не принявших постриг. Такое разделение хлеба на пшеничный для больных и из смеси муки для остальных практиковали во многих орденах.

В аббатствах некоторые миряне, это могли быть только богатые люди, живущие в монастыре без принятия монашества, имели право на проживание, одежду и еду брата-мирянина, это называлось «аббатский хлеб».

В Высокое Средневековье (XI–XIV века) дрожжевой хлеб их еды богачей становится всеобщей пищей. Подсчитано, что среднестатистический француз тогда съедал до 1 кг хлеба в день, а кто занимался тяжёлым физическим трудом, мог съедать и 1,7 кг. Правда, это всё-таки был не белый хлеб.

Белый хлеб изготовлялся из чистой пшеничной муки; мякоть у него должна была быть снежно-белой, мягкой и воздушной. По качеству зерна, тонкости помола, видам сит для просеивания и другим признакам белый хлеб разделялся на множество типов (историки насчитывают около двадцати). Был хлеб придворный, подававшийся на стол королю и высшим вельможам, хлеб папский, рыцарский, дворянский, лакейский и ещё разные виды. Пекли рождественский, пасхальный, хлеб сладкий, хлеб «двойной» (бисквит), похожий на современное сухое печенье и т. д. Аристократический хлеб можно было есть с супом или с мясом, однако он был так нежен и мягок, что воспринимался и как отдельное, самодостаточное блюдо, которое подавали с фруктами, вином, а в позднюю эпоху также с сыром. Белый хлеб с вином и лёгкой закуской мог быть аристократическим завтраком.

Пшеничный хлеб для горожан пекли из пшеницы грубого помола, возможно, с добавлением отрубей. Мякоть имела желтоватый цвет, и такой хлеб называли «желтком». Известны три сорта городского хлеба: основной, самого грубого помола и худшего качества, средний, как правило, домашней выпечки, его ели, макая в суп, и собственно городской.

Серый хлеб пекли из смеси пшеничной и ржаной муки, того самого «меслина», причём соотношение пшеницы и ржи различалось в зависимости от региона и возможностей покупателей. Известно, что именно этот сорт хлеба получали в качестве ежедневного пропитания сироты и вдовы. Ели его и крестьяне, это был их ежедневный хлеб.

Чёрный хлеб из ржаной муки, зачастую с добавлением ячменя, овса и прочих культур, считался самым плохим. Им питались самые бедные крестьяне и городские нищие.

Выглядел выпеченный хлеб, есть судить по средневековым рисункам, как «колобок» или «полушарие» весом от 400 до 800 г, хотя известны и полукруглые хлебы весом до 2 кг. Хлеб было принято макать в похлёбку, подливку или даже вино. Само слово souppe обозначало кусок хлеба, который следовало окунать в жидкое блюдо. Потом это название перешло на похлёбку с плавающими в ней кусками хлеба, а потом так стали называть жидкое блюдо уже и без хлеба. Хлебный мякиш также служил загустителем для средневековых соусов, что придавало им особую нежность и лёгкость.

Хлеб могли не только печь. Был известен хлеб, «сваренный в воде», считавшийся наилучшим: куски теста бросали в бурно кипящую воду.

Были ещё лепёшки, запечённые в золе. Это было обычное пресное тесто, без дрожжей, такой хлеб называли «температус», или «умеренный», так как его корка была светлая, при этом внутри тесто хорошо пропеклось.

«Бисквитный» хлеб выпекали два раза (его ещё называли хлебом мореходов), и он получался таким твёрдым, что его размачивали в воде, вине, масле или же в уксусе. Зато он мог храниться сколь угодно долго.

Был и так называемый «сухой», или «вторичный», хлеб. Вторичным он был по отношению к хлебу лучшего качества. Сухой хлеб ели во время поста с овощами и фруктами.

Наихудшим по качеству был «цельный» или «разделочный» хлеб. Его выпекали из муки, «каковой она пришла с мельницы», без просеивания и очистки. Эти грубые караваи невозможно было укусить без размачивания в воде. Но иногда их специально ещё подсушивали в печи и использовали вместо тарелок. Караваи разрезали на ломти и клали перед гостями. Такой хлеб впитывал в себя мясной сок и капли подливы, сохраняя от загрязнения дорогую скатерть. В конце обеда гости могли использовать их вместо десерта, но, конечно, в аристократических домах эти корки или бросали собакам, крутящимся под ногами пирующих, или слуги отдавали их нищим, которые постоянно толпились у дверей богатых домов в ожидании подачки. Известно, что Людовик IX, прозванный «отцом народа», после окончания коронационных торжеств распорядился раздать народу 1294 подобные «тарелки».

Первоначально монахи ели хлеб из смеси овса, пшена и гороха. Получались грубые и жёсткие лепёшки зеленовато-жёлтого цвета. Но с течением времени ситуация поменялась. Ежедневный хлеб у монахов делался в форме квадратной буханки, «квадры», с изображённым на ней крестом, чтобы было удобнее делить на четыре части и раздавать за столом. Горячий свежевыпеченный хлеб монахам давали по праздникам. При этом, судя по документам, хлеб пекли практически ежедневно и чёрствый не ели. Возможно, потому, что хлеб из смеси муки на следующий день становился просто каменным.

Аббаты с течением времени захотели есть хлеб не хуже, чем знать, и им стали печь «канонический хлеб» – высокий, остроконечный и очень мягкий. Рядовым монахам такой хлеб давали по одной ковриге на каждый обед или ужин, и они ели его, обмакивая в суп. Канонический хлеб зачастую принято было подсаливать, тогда как хлеб мирян часто во Франции был пресным из-за высокого налога на соль. Излишки такого хлеба вечером продавали всем желающим. Пекли также в монастырях серый «суповой» хлеб и плоские лепёшки из смеси овсяной и ячменной или в некоторых местностях ржаной и ячменной муки.

Подвижники предпочитали питаться «бисквитами». Не пирожными. А дважды запечёнными лепёшками, очень сухими, которые брали с собой в плавание моряки, потому что такой хлеб не плесневел. Эти сухари перед употреблением приходилось вымачивать в воде, вине, масле или даже уксусе, что считалось особым подвигом во имя умерщвления плоти. Обычные белые сухари полагались во многих монастырях во время постов.

Хлеб могли замешивать на молоке, такой способ приготовления назывался «мортероль». Ели также хлеб, зажаренный в сыре, и гренки из чёрствого хлеба. Бездрожжевой хлеб служил доской для резки другой пищи. Мягким же хлебом называли тот, который приготовлялся с добавлением пивной пены.

В XI–XIII веках пшеницу стали сеять больше, и постепенно она начала вытеснять другие зерновые. Землевладельцы начали требовать с крестьян оброк пшеницей, поскольку её было выгоднее продавать. Города начали больше потреблять белого хлеба. Рацион же крестьян по-прежнему в большинстве состоял из чёрного хлеба, каш, похлёбок. «Обильный урожай каштанов, проса и фасоли, – говорит миланский писатель XIII века Бонвезино далла Рива, – зачастую может прокормить огромное количество людей, вместо хлеба». Очень редко крестьяне могли позволить себе белый хлеб.

Гийом Аквитанский в XII веке в одном из своих стихотворений ставит белый хлеб в один ряд с перцем, который, как всякая восточная специя, стоил очень дорого, и выдержанным вином.

Качество хлеба, его цена, продажа и пресечение мошенничества в этой сфере регулировались множеством правил на государственном уровне. Пекарям запрещено продавать несвежий, подгоревший, слишком маленький или съеденный мышами хлеб.

Французский король Карл V в 1366 году повелел, что пекари должны делать только два вида хлеба: один продавали за два денье, другой за четыре. В 1372 году он разрешил три вида хлеба и прямо указал, какие должны быть на них цены.

В Восточной Европе и на Балканах положение с хлебом было практически таким же, как и везде. Кроме того, народы постоянно влияли друг на друга и «обменивались» рецептами. Хлеб был основой питания крестьян и бедняков, и ели они в основном хлеб из муки грубого помола из овса и ржи, а богатые – пышный мягкий хлеб из пшеничной муки. Крестьяне пекли хлеб дома, в основном это были большие буханки на семью.

Венгры жарили на масле лепёшки из дрожжевого теста лангош, болгары делали лепёшки на основе йогурта «мекике», их тоже жарили. Сербы пекли погачу – круглый хлеб, состоящий из нескольких булок. Бывает он как сладкой, так и соленой, с добавлением в тесто, например, сыра или картофеля.

Население Европы достигло к середине XIV века 90 миллионов человек, Однако всё изменилось с пришествием «чёрной смерти».

XIV век был временем глобального похолодания, сменившего тёплый и влажный климат VIII–XIII веков. Особенно резким было изменение климата в Евразии.

Климат Европы стал не только холодным, но и неустойчивым; периоды повышенной влажности чередовались с засухой, сократился вегетативный период растений. Если 1300–1309 годы в Европе выдались тёплыми и чрезмерно засушливыми, то в 1312–1322 годы погода стала холодной и влажной, ливневые дожди начиная с 1314 года на корню губили урожай, что привело к великому голоду 1315–1317 годов. Недостаток пищи в Европе ощущался вплоть до 1325 года. Постоянное недоедание ослабляло организм людей. Натуральная оспа, «проснувшаяся» в конце XII века после долгого отсутствия, достигла пика распространения незадолго до пришествия чумы. Эпидемии чёрной оспы охватили Ломбардию, Голландию, Францию и Германию. К оспе прибавилась проказа, распространение которой приняло столь катастрофический размах, что церковь вынуждена была выделять для заболевших специальные убежища (лепрозории), получившие итальянское название lazaretti. И потом пришла чума.

Она началась в пустыне Гоби в Монголии, первые заболевшие появились в 1320 году. И постепенно шла на запад, через всю Азию, Ближний Восток в Европу. Её разносили купеческие караваны, моряки, люди, спасающиеся бегством из заражённых городов. Дошла она до Англии, Ирландии и Скандинавии. В 1352 году через Европу чума попала и на Русь.

В 1353 году в Москве умер 36-летний великий князь Московский Симеон Гордый. До того как слечь, он похоронил двух малолетних сыновей. На престол взошёл младший брат Симеона князь Иван, известный позже как Иван Красный. В Глухове, согласно летописи, не осталось ни одного выжившего. Болезнь также опустошила Смоленск, Киев, Чернигов, Суздаль и наконец, спустившись к югу, затихла в Диком поле.

Возможно, что в 1351 году из Норвегии чума попала в Исландию. Возможно, потому что одни исследователи считают, что попала, другие доказывают, что в исландских документах о ней ничего не написано.

Опустошив Шетландские, Оркнейские и Фарерские острова и достигнув оконечности Скандинавского полуострова на востоке и Гренландии на западе, чума стала затихать. В Гренландии эпидемия нанесла по местной колонии такой удар, от которого та уже не могла оправиться и постепенно пришла и запустение. Так закончилась история «Зелёной земли» (как переводится название острова). Ведь в те времена в Европе было гораздо теплее, и Гренландия не была покрыта льдом.

При этом отдельные регионы Франции и Наварры, а также Финляндия и королевство Богемия по неизвестным причинам не были затронуты второй пандемией, хотя в 1360–1363 годах у них все-таки случилась эпидемия, да и позже бывали вспышки бубонной чумы.

Всего по современным расчётам в Европе в 1347–1351 годах умерли до 34 миллионов человек, то есть от трети до половины тогдашнего населения в разных странах. Если учитывать ещё и Азию, то говорят о смерти примерно 25 % мирового населения, или более 60 миллионов человек.

«Чёрная смерть» имела значительные демографические, социальные, экономические, культурные и религиозные последствия, и даже повлияла на генетический состав населения Европы. А в Золотой Орде резкое сокращение населения привело среди прочего к политической нестабильности. Именно после этой пандемии её влияние стало ослабевать, и уже в 1380 году, после «стояния на Угре» Русь перестала платить дань Орде.

Считается, что демографическая ситуация в Европе окончательно стабилизировалась лишь к началу XIX века – таким образом, последствия «чёрной смерти» ощущались в течение последующих 400 лет. Множество деревень опустело после смерти или бегства жителей, уменьшилось и городское население. Часть сельскохозяйственных угодий пришла в запустение, дело доходило до того, что волки, расплодившись в огромных количествах, стали во множестве встречаться даже в пригородах Парижа.

Эпидемия привела к изменению политических и экономических отношений. Например, если раньше в профессии ремесло передавалось строго от отца к сыну, то теперь цеха стали принимать к себе новых людей. За недостатком мужчин в сферу производства стали втягиваться женщины.

Флорентиец Маттео Виллани жаловался: «Простонародье ныне требует для себя самых дорогих и изысканных блюд, их женщины и дети щеголяют пышными платьями, принадлежавшими ранее тем, кто навсегда покинул этот мир. (…) В нынешнее время женская прислуга, неопытная и необученная, и вместе с ней мальчишки-конюшие требуют для себя, по меньшей мере, 12 флоринов в год, а самые наглые и 18, и даже 24, то же касается нянек и мелких ремесленников, зарабатывающих на хлеб своими руками, которым подавай ныне втрое больше обычного, и так же работники на полях, коих следует теперь снабжать упряжкой быков и зерном для посева, и работать они желают исключительно на лучшей земле, забросив прочую».

Из-за недостатка рабочих рук в сельском хозяйстве постепенно стала меняться структура производства, поля зерновых все чаще превращались в пастбища для скота, где один-два пастуха могли управляться с огромными стадами коров и овец. В городах дороговизна ручного труда с неизменностью привела к росту числа попыток механизировать производство, давших свои плоды в более поздние времена.

И в то же время вторая половина XIV века характеризовалась большой инфляцией и высокими ценами на продукты питания (в особенности на хлеб), так как с уменьшением количества работников в сельском хозяйстве уменьшилось и производство.

Долгий демографический рост в Средние века, после окончания эпидемии чумы, с течением времени начал порождать сильную нехватку ресурсов.

В XVI веке по всем документам выходит, что потребление мяса сокращалось, а это значит, что в повседневном рационе хлеба и каш становится больше. М. Монтанари в книге «Голод и изобилие. История питания в Европе» пишет: «Для городов Центральной и Северной Италии документы XIV в. позволяют считать, что потребление хлеба, или зерна, находилось на уровне от 550 до 700 г pro capite (городские власти считали «нормальным» потребление четверика в месяц, а это около 650 г в день). Более высокое потребление (больше 1 кг в день) обнаруживается на Сицилии в XV в. И в XVI в. для среднего потребления на душу населения можно установить нижнюю границу в 500 г, однако на протяжении столетия наблюдается тенденция к увеличению этой нормы (до 800 г). В XVII в. в Сиене и окрестностях чаще всего встречаются значения от 700 до 900 г, максимум 1200. Эти и другие данные позволяют установить (X. Неве) общую норму: между XIV и XVII вв. дневной рацион хлеба обычно составлял 500–600 г, в некоторых случаях 700—1000 г и никогда не опускался ниже 400–500 г (исключая, разумеется, неурожайные годы).

В Женеве в XVII в. потребление двух фунтов хлеба (1100 г) ежедневно считалось удовлетворительным; один фунт – «минимум, какого достаточно, только чтобы не умереть с голоду» (Пьюс). В том же XVII в. попечители богоугодных заведений в Бове, на северо-востоке Франции, считают, что самая необходимая норма должна состоять из трёх фунтов (почти 1300 г) хлеба в день или из двух фунтов (850 г) хлеба и похлёбки (П. Губер). В XVIII в. парижские бедняки станут потреблять по полтора килограмма хлеба в день, а в середине XIX в. дневной рацион рабочих Ниверне будет составлять от двух до четырех фунтов хлеба. Таким образом, уровень, который в XIV–XV вв. достигался лишь спорадически, со временем становится нормой, и не думаю, что это можно было бы истолковать как улучшение режима питания: речь скорее идёт о качественном его ухудшении – оно становится все более однообразным, люди имеют все меньше возможностей заменить чем-нибудь хлеб и крупы».

Хлеба надо больше чисто по объёму, и кроме собственно пшеницы начинают использовать спельту или смеси. Например, в ходу была смесь «меслин» из проса и пшеницы с добавками и других зерновых. Людям такие смеси не особо нравились, и они предпочитали покупать пшеницу, которая стоила дороже, но так привередничать было хорошо при наличии пшеницы у продавца и денег в кошельке.

Овсяный, ячменный или хлеб из овощей женевский врач Жакоб Жерар де Бержери, опубликовавший в 1672 году книгу «Управление здоровьем», считал нездоровыми и вредными для пищеварения. При этом он рекомендовал оставлять подобную пищу беднякам, «которые не могут достать себе лучшей и которые, с другой стороны, обладают крепким сложением, много работают и давно привыкли к такого рода хлебу». Насчёт крепкого сложения можно, конечно, поспорить. Просто бедным выбирать не приходится.

Но если в городах жители до последнего предпочитали хлеб из пшеницы, то в крестьянский хлеб второстепенные злаки входили всегда, и хлеб постоянно пекли из смесей. Даже богатые крестьяне, торговавшие зерном на рынке, в первую очередь продавали пшеницу, а себе для еды оставляли что попроще (и подешевле). Кроме злаков крестьяне ели разные бобовые и каштаны, не считая овощей. В Южной Европе каштаны до появления картофеля, можно сказать, занимали его нишу.

Учёные выяснили, что чем выше была доля зерновых в питании человека, тем ниже человек стоял на социальной лестнице. В принципе и сейчас подобное справедливо для круп и картошки. В те времена вклад зерновых в калорийность питания мог достигать 70–75 %.

Разумеется, еда была в таком случае довольно однообразной. Около 60 % рациона занимали углеводы: хлеб, лепёшки, разные каши, супы. Главными злаками являлись пшеница и рожь. Пшеницу в основном выращивали в Южной и Средней Европе, рожь – в Северной. Также на юге культивировали полбу и просо, а на севере овёс. Широко был распространён ячмень, он был нужен ещё и для лошадей. С XVI века «хлебное меню» жителей Северной и Средней Европы пополнилось гречихой, а южан – кукурузой (маисом), завезённым из Америки.

М. Баччи в книге «Демографическая история Европы» пишет: «При равном количестве калорий хлеб несравненно экономичнее других продуктов: на столах флорентинцев во втором десятилетии XVII века стоимость 1000 калорий, заключавшихся в мясе, была в 5-17 раз выше (в зависимости от качества мяса) стоимости 1000 калорий, заключавшихся в хлебе; при равном количестве калорий свежая рыба стоила в 55 раз дороже хлеба, солёная – в 15, яйца – в 7 раз, сыр – в 4–7 раз, сахар – в 10–20 раз в зависимости от степени рафинированности. Только вино, оливковое масло и фасоль (всё ещё имевшая ограниченное распространение) могли сравниться с хлебом по соотношению стоимости и калорий».

В Восточной Европе положение практически не отличалось от Западной, что в Средние века, что позже. Так, в Польше хлеб всегда был главным элементом питания. Хлеб поначалу выпекали на раскалённых камнях, потом в деревенских печах. В Средние века крестьяне питались ржаным хлебом, а белые бублики и обважанки покупали на ярмарках. На каждый день к столу выпекали в зависимости от возможностей семьи и хлеб смешанный, добавляли отруби, гороховую муку, капусту, кору дуба, позже натирали картофель.