Kitobni o'qish: «История одного котёнка»
Что-то шершавое облизнуло его по голове, спине и животу и он понял:
– Я есть!
Вокруг была темнота, но рядом было что-то мягкое и пушистое. "Это – мама!" – понял он. Он ткнулся носом в мягкий живот и почувствовал, идущий откуда-то вкусный запах. Припав ротиком, он начал жадно пить. Котёнок чувствовал, как рядом шевелятся такие же мягкие как и он комочки. Наевшись, он провалился в безмятежный детский сон под тёплым боком у мамы. Так повторялось неоднократно, пока однажды он не проснулся от того, что почувствовал, как что-то оторвало его от мамки и не подняло над землёй. Его крутило и поворачивало в разные стороны, и он услышал непонятные звуки:
– Смотри. Все разные!
– Ага. Ну ладно. Пошли. Пускай спят.
Что-то положило его обратно на землю.
Однажды он проснулся, и увидел какие-то мутные пятна. И одно большое черное. От черного пятна пахло мамой! Котёнок подполз к ней и нашел место с вкусным молоком.
Через пару дней он уже мог совсем хорошо видеть и знал, что его мама совсем черная и он на неё совсем не похож. Его братья и сестрички все были разноцветные и ни один не похож на другого. Вдруг, рядом с полкой под которой они жили, появились два каких-то столбика, расплющенные снизу. И под полку заглянула морда какого-то монстра. На морде совсем не было шерсти, а нос торчал вперёд. Котёнок начал звать маму, но она куда-то убежал. Остались только его несмышленые братья и сестры. Он все пищал и пищал, но мамы не было. Котенок заплакал, а монстр, схватив своей уродливой лапой, вытащил его из-под полки. Вокруг было очень светло, и малыш зажмурился от яркого света. Тем не менее, он попытался поцарапать его своей маленькой лапкой, чем вызвал только смех. Неожиданно запахло мамой. И он увидел её, но она даже не попыталась его защитить, а потерлась боком о его ногу.
– Багира вернулась. Ну, давай корми.
И его аккуратно опустили на землю. Котёнок тут же бросился под полку в спасительную тьму. Прижавшись к мамке, долго не мог унять колотившееся сердечко. Так он узнал о существовании людей.
Решив однажды узнать, куда ходит мамка, он пошел за ней. Свет уже не раздражал глаза. При выходе из комнаты был очень высокий порог, который кошка перепрыгнула одним махом. Он так не мог, поэтому зацепившись коготками стал изо всех сил скрести задними лапками, пока не перевалился на другую сторону, больно стукнувшись мордочкой. Мама стояла в углу и что-то ела. Подойдя поближе, котёнок увидел какие-то кусочки на белой пластмассовой тарелке. Он попробовал один. Оказалось, что это очень вкусно. Кошка неодобрительно на него посмотрела. Все чаще и чаще он начинал ходить к белой тарелочке. Его братья и сестры тоже узнали про вкусные кусочки. И мамка начинала на них уже шипеть и даже иногда шлепать по ушам. А молока у неё становилось все меньше и меньше. И тогда он сам решил поискать где-нибудь такую же вкуснятину. Он уже изучил вест окружающий мир, но ему хотелось большего. Однажды, взглянув наверх, он увидел свет. Но от света его отделяли какие-то полочки, расположенные одна над другой. Собравшись с силами, котёнок залез на первую. Потом на вторую… Когда он преодолел уже половину пути его схватила рука и голос произнес:
– Куда собрался, малыш?
И его опять отнесли под уже надоевшую полку. Так котёнок узнал о существовании трапов. На второй день он повторил свою попытку. И опять его поймала чья-то рука. Только на этот раз уже другой голос произнес:
– Собрался погулять? – и его, о чудо, подняли наверх трапа.
Здесь было гораздо светлее. И пахло совсем по-другому. Меньше пахло железом и машинным маслом и больше едой. Он гордо подняв хвост пошёл по коридору. В нем было много дверей. И некоторые из них были открыты. Он попытался зайти в первую попавшуюся и услышал:
– Брысь отсюда! Ещё не хватало чтобы нагадил!
Котёнок бросился обратно в коридор. Зато когда он осторожно зашёл в следующую его погладили и положили что-то круглое и безумно вкусное. Так котёнок узнал про существование колбасы. Он стал ходить в эту каюту каждый день и каждый раз его кормили чем-то вкусным. Своим братьям и сестрам показывать это место он не собирался. А ещё, человек, живущий там, умел гладить животик и между ушами своей уродливой лапой.
Придя однажды в любимую каюту, он увидел, как человек раскрыл свою шкуру. Котёнок был в ужасе. Он начал волноваться за «своего» человека. Но тот протянул к нему свою руку и сказал:
– А пошли ка ко мне домой.
И засунул его в свою расползшуюся шкуру. Там было тепло и уютно. Почти как у мамки под боком. Когда он проснулся, то не сразу сообразил где находиться. Ему снилось, что он спить рядом с мамой и братьями. Вспомнив высунул мордочку наружу. Это был ужас. Нос сразу же замерз. Мир был огромен. Вокруг не было привычных стен, а вся земля была покрыта чем-то белым, и это же падало сверху. Котёнок тут же спрятался обратно.
Проснулся он от голосов:
– Ну и зачем ты его принес?! Он же взрослый уже! Его и к лотку то уже не приучить!
Голос принадлежал незнакомому человеку. Такого котенок видел первый раз. Он чем-то неуловимо отличался от «его» человека. И голос был совсем другой. Он не понимал слов, зато понял, что этот человек чем-то недоволен и попытался опять спрятаться, но его бесцеремонно достали.
– Посмотри, какой он милый! А за лотком я сейчас сбегаю. Магазин то рядом.
Его положили в какую-то коробку и все куда-то ушли. Ему было страшно. Он был один в новом месте. Рядом не было ни мамки, ни братьев с сёстрами. Здесь пахло совсем по другому. Не было запаха железа, масла. Пахло совсем другой едой. И ещё очень хотелось в туалет. Но он боялся рассердить «своего» человека. На корабле они ходили в одно место. И каждый раз потом все исчезало.
Неожиданно что-то щелкнуло. Открылась дверь, и вошли «его» человек с тем другим, который был чем-то недоволен. Который «его» достал что-то плоское и квадратное. Насыпал туда чего-то непонятного и посадил туда котика.
– Ну давай, Тишка, привыкай.
Он понял, что Тишка – это он. Он покрутился по непонятной вещи. А в туалет хотелось все сильнее. И вдруг котёнок сообразил, что сюда можно писать и какать. И сразу с облегчение осуществил свою мечту.
– Ну слава богу, хоть до этого додумался!
В голосе «другого» человека почувствовались одобрительные нотки.
– Но только пускай живет в коридоре. Нечего ему в комнате делать.
– Хорошо, – с грустью сказал «его» человек.
Так он и жил в коридоре, где стояли его горшок и миска с едой. Как-то, когда хозяев не было дома, он умудрился проникнуть в комнату. Всю её обследовав, он на столе нашёл какого-то непонятного зверька. Тишка толкнул его лапой, но зверь никак не отреагировал. Тогда котёнок уронил его на пол… С ним было так интересно играть: из него сыпался какой то белый порошок. Наигравшись вдоволь, Тишка подумал, что зверька надо вернуть туда, где он живет и поэтому взял его в зубы, запрыгнул на стол и поставил непонятное существо туда, откуда взял. Когда вечером вернулись хозяева, они долго не могли понять чем был засыпан коридор и вся комната.
– Я уже не знаю, – говорил «его» человек, – мука на месте. На песок и соль это не похоже. Ничего не понимаю.
И только когда уже все ложились спать, а Тишка расположился на своем коврике в коридоре, раздался голос «его» человека:
– Я знаю что это. Это тальк. Ты посмотри: поиграл по всей квартире и на место поставил.
– Накажи его.
– Бесполезно. Он даже не поймет, за что его наказали. Кошек надо наказывать сразу на месте преступления.
Однажды он проснулся от разговора.
– Ну и куда мы его денем на две недели? Справку уже сделать не успеем, то есть в поезд его не пустят.
– Ну, давай я его обратно на корабль отнесу. Еще, наверное, не отвык за месяц то. А приедем, я его обратно заберу.
– Ну, неси тогда.
И он опять ехал по холодной улице, где шёл снег. И опять было уютное тепло корабельных коридоров. Больше всего он обрадовался встрече с братьями и сестрами, которые подросли за это время. Он с ними играл в догонялки и прятки. Но однажды он прыгнул за своим братом, но почему-то вместо очередной трубы его коготки поймали воздух и он упал. Бок пронзила сильная боль. В глазах потемнело. Он лежал и не мог встать. Кое-как он дополз до трапа и стал ползти наверх. «Надо туда. К людям. Они помогут», – думал он. Выбравшись в коридор, он пополз дальше. Вокруг никого не было. «Наверное, сейчас ночь и они все легли спать или ушли.» – подумал Тишка. Он забился в какое-то помещение и лег на холодный кафельный пол. Бок болел и был весь в крови. Он попробовал лизать рану, но не мог согнуться. И сознание провалилось в спасительную тьму. Проснулся он от множества голосов. Люди умывались, и никто не обращал внимания на маленького, бедного котёнка, лежащего в углу. Только изредка слышалось:
– Бедняга. Где это он так?!
– Не жилец. Вон как ребра видно. За борт выкинуть и делов то!
Тишка понимал, что говорят про него. Но он уже даже не мог встать. И он понял, что умирает. Жалко было, что не увидит «своего» человека. И больше уже не попробует вкусной колбаски. Так он и лежал: то приходя в сознание, то вновь погружаясь во тьму.
Он чувствовал, как его завернули во что-то мягкое и куда-то понесли. Когда он опять пришёл в сознание, то увидел, что над ним склонился «его» человек и женщина. У неё из глаз текла вода.
– Он ведь не умрет?
– Не знаю. Поехали.
Он лежал на холодном неприятном столе и в глаза бил яркий свет. Но Тишке уже было все равно. Он знал, что совсем скоро умрет. Неожиданно что-то больно укололо его в бок. Тишка попытался укусить руку, которая сделала ему больно. Но смог всего лишь приоткрыть рот и тихонько пискнуть. «Зачем они делают мне больно перед самой смертью?!» – вяло подумал он. Но боль вдруг ушла. Впервые за несколько дней ему стало хорошо и ничего не болело. В боку что-то дергали и ковыряли.
Очнулся он уже дома. Бок болел, но не так сильно. И вообще он себя чувствовал гораздо лучше. Оказывается он лежал на хозяйской кровати. И его никто не прогонял. Попытался лизнуть бок, но язык наткнулся на что-то белое и шершавое. Тишка попытался встать и снять непонятную вещь. В комнату тут же вошли мужчина и женщина. Котёнок попытался спрыгнуть с кровати, чтобы убежать в коридор на свой коврик. Но его удержали и уложили обратно на кровать.
– Лежи уж, раненый.
Заботливые руки укрыли его одеялом. Он благодарно заурчал.
– Смотри ка. Урчать умеет.
Через три дня бинты сняли. От страшной раны не осталось и следа. А ещё через год Тишка превратился в огромного наглого кота, которого всё равно все любят.
