Kitobni o'qish: «Танец»

Предисловие

Это читать можно и на пользу всем тем только, кто добр или хочет быть добрым.

Данное сочинение предназначено, в первую очередь, действительным жителям той версии нашей Вселенной, где Моцарт — мало того, что светлый гений, так еще и популярнейший на свете композитор.

Танец. Поэма

Я приглашаю тебя на танец —

На фантастический вальс.

А ты король или голодранец,

Не имеет значенья!

Ведь то не музыка, а кровотеченье

Виолончелей, саксофонов и флейт.

К.А. Островская, « Princesse Angine »

Пролог

Когда всходивший над Вселенной

Рассвет упругой красотой

Определил проникновенно,

Что называется Землей,

В тот миг, тотчас же я проснулся,

Тебя я нежно разбудил

И мы пошли дорогой чувства.

Путь нам клубочек проложил.

Привет! Признание тая

Во глубине сердечных взглядов,

В живом сияньи января

Мы гениальнейший порядок.

Сказать желаю, говорю,

И делом это подтверждаю,

Мы создаем наш мир в Раю,

Рука в руке смеясь, взлетая,

То вверх, то шире глядя в мир,

Тем самым больше обретая,

От всех частей колесных лир

Вибрации воспринимая.

Подобного позыв движенья

Приняв как действия позыв,

Мы двинулись в поход, волненья

Не утаив.

Кругом, экстазом заполняя

Душ юных светлые сердца,

Пред нами расстилалась ранняя

Вселенной первая верста.

Ступая нежно и блаженно,

Божественной Улыбкой Свет

Ты простирала, Дар Вселенной

Чтоб мы сумели разглядеть.

Мы создали свою команду

Под управлением Любви,

И все у нас легко и ладно,

И мы способны удивить

Себя самих своею силой:

Я — бьющий вдаль лучом,

Нам намечая ориентиры.

Ты — Освещающая Дом.

Часть первая

1

Ох, и великая дорога

Нам предстояла, так скажу.

Ее писать высоким слогом,

Творя святую ворожбу,

Чрез круги миллиардолетий

Сочтет достойным правнук наш.

И сочинения мы эти,

Зайдя на следующий вираж,

Услышим в сладостных камланьях,

Во время праздников весенних,

Услышим в чествованьях ранних

И совершенных.

2

В великом множестве галактик

В обычаях традиционных

Перед кострами, как на скатерть,

В весомых днях, в ночах безсонных,

Всегда в положенный период

Жрецы, а с ними — и народы,

Бутуз малой и мудрый Рио

Раскладывают хороводы

Иносказаний и лобзаний,

Узоры танца и круженья,

Соединения стараний

И предсказаний о свершеньях.

И все — в просторнейшем разливе,

Ласкательном и возмужавшем,

И в ритме сильном, и в порыве

О нарастающем сейчашнем.

3

Прелюдий много быть не должно.

Но, милая, она одна.

Пускай богато, от бедра,

Шагнет упруго, осторожно,

Свежо, блаженно, невозможно.

Мои молитвы, славы, требы

Все времена, весь Белый Свет,

Волнуясь запахами терпкими

При громе правильных побед,

Воспринимает как концерт

Межатомных перестроений,

Как узловой момент миров,

Как глас Сократовского гения,

Как Бог — известно нам, Любовь,

Всецелый вечности покров.

В таком приятьи есть и смысл.

Работают соединенья

Слогов и звуков, лассо истин

Притягивают треволненья

И превращения поленья

Огонь поддерживают в печи.

Жизнь радостна и жизнь волшебна.

Мои на все на это речи

Влияют и жены решенья

Всегда священны.

4

Куда ни кинь, везде и всюду

Кипит, как выстроена, связь.

И нам, и дейтельному люду

Есть мысль, чтоб тайна поддалась:

Кто это выдумал однажды?

Ну, не могло же, чтоб случАй?

На каменных шарах пейзажи

Нарисовались? Отвечай!

Шары — вкруг газовых скоплений.

Те, в свою очередь — вокруг

Массивных более явлений.

А те — еще. И это — вдруг?

Мир грандиозных дел и действий

(Столь связанных между собой),

Где квант способен провоздействовать

На жизнь звезды. Само собой?

Ха! Да идите вы тем лесом,

В котором каждый мухомор

Воспринимает те же вести,

Что ветвь сосны иль птах какой.

Все это чудное пространство

(Все не открыты чудеса),

Вся многомерность, слойность странствий —

Все по себе и все зазря?

Да что вы. Бросьте эту ересь.

Подумайте хоть головой,

Коль духом не умели встретить

Свет истины простой, живой.

5

Начнем сначала. Мое имя

Для Вас, искатель — Бриарей.

Супругу величать Итлина,

«Поющая среди полей».

Рука мы в руку шли в том мире,

Который ныне не открыт

Для взоров юрких и пронырливых,

Взоров, заточенных ловить

В прицелы ярмарки открытий

Грядущей праздник красоты,

Ход не свершённых еще событий,

Не сбывшихся (пока), в листы

Начертанных изобретений

Уже заветный ореол,

Судеб людских переплетенье,

Их с Солнцем давний уговор.

Однако если им взглянуть-то

Однажды лазерным лучом

Очей пронзительных вовнутрь

Истории, как за плечо,

То краем глаза, краем уха

Уловят, смогут услыхать

Во глубине успенье духа

И вечный зиждущийся храм.

А коли странники сумеют

Споймать сей отголосок сфер

Высоких, первочинных, смелых,

ТО далее узнают сверх

Всего, что в будущем открылось,

Надменный прошлого маяк.

Он разуменья светом вырос.

Да перекрученный, как стяг,

В ветрах невиданных что бъется,

Ком новых сведений пристал

К причалу странников. Их лоцман

Взял под контроль былой вокзал.

О тех виденьях в своей сути

Поведать требуется мне.

О быте, о любви, о людях,

Идеях, да и о волне,

Приведшей наше постоянство

В той добытийности (для Вас,

Потомок) к великанству

И переходу в новый класс.

В своей природе человечей

(Со сверхспособностями пусть)

Найти и распалить дар вечный —

Нам данный дивный славный груз.

6

Мы жили, Бриарей с Итлиной,

А кроме нас — еще трильон

Волшебников царственно-сильных,

Жизнь ведающих испокон.

На каждого там приходился

Своею мерой черчен день.

В условиях любви стремился

Дух каждого расти и петь.

Нет, не было необходимым

О выживании страдать.

Все мы, собратья, до единого,

Как по щелчку, учены брать

Свое по праву. Развивайся,

Потомок честный, но младой —

И ты поймешь, каким пространством

Манит предвечный аналой.

Там были доблести известья:

Путь к новому всегда открыт.

Представим: по лесам и весям

Пронесся клич во всякий скит.

Как будто княжья моя воля

Меня направила вперед.

Собрал чертеж в рюкзак и роли.

Знал, что воспримем в оборот:

Многообразие, космичность,

Безудержную красоту,

Косноязычие в величьи

И выступающую ту,

Изящества воздушной тканью

Слегка укрытую всегда,

Слезу пронзающего знанья —

Где бы ни оставил ты следа,

В каком миру, в какой минуте,

В любой далекой вышине,

В раю (мир наш был райским утром),

Везде прошепчет «Крыши нет».

Танцуй, как праздник одинокий.

Танцуй, как небо в голове.

Танцуй, как Солнце на востоке,

Как внутренняя жизнь — вовне.

Танцуй, выкачивая ярость

Из вечно радостных глубин.

И живы накопленья, скалясь,

Пружиной выводи под гимн,

Спецьяльно к случаю сложенный,

На тракт иных координат,

Еще никем не совершённый

Путь человеческую рать

Дорогой ясной выводи ты.

На золотые образа

Почти всё могущим багитам

Взглянуть есть польза, двинуть за

Пределы сложенных привычек.

7

Натасканные на простор,

Добыв совместную отмычку,

Решили складывать узор

Для каждого в своей Вселенной,

Повелевая и царя,

Строительных работ несметно

Проделывая с алтаря,

Как с капитанского помоста.

Таинственные махи рук,

Подобно песне Алконоста,

Весомые. Не на ветру —

В спокойствии и благодати —

Как дирижер, ведет свечой

Во светлой горнице Создатель

Истории на свой просчет.

Как ручеек ведет теченье…

Откуда? С высоченных гор.

С вершины движется. Столь скор,

Что речь слышна и в отдаленьи

Его веселая. Еще бы!

Он помнит бега четкий смысл —

Стать широченным. Птицы, ввысь

Нацеленные, думку чтобы

Чутка переменяли в миги,

Разлив реки заметив вдруг,

И, заходя на новый круг

В азарте, все же не могли бы

Долетывать хоть до средины.

8

С такенным пламенем сердец

Нас Мать-Земля, Небо-Отец,

С которыми мы, брат, едины,

Благословили на успехи

Мир будущего добывать,

Повсюду истово искать

И находить, и ставить вехи

Своим, идущими в арьергарде.

Кому сложнее — нам иль им?

А вот преодолеет лимб

Весь караван наш. Вот в Асгарде

Дождемся каждого с похода.

Последний в залу пусть войдет,

Уже рабочий смывший пот,

Сверкающий, возросший. Словом,

По праву белый. Сядет рядом

Со всеми нами ко столу.

На скатерть праздничную, крут,

Облокотится, скрипнут доски

И чуть прогнется от него

Стол, весь уставленный сребром

Блюд, чаш, наполненных амброзией.

И все расскажет про дорогу.

А вздумается — так споет.

Тогда мы, помолчав, полет

Его почтим овацьей долгой.

А вскоре спор решим совместно

По справедливости, кому

Пришлось потуже: нам, ему.

Герою — славну сложим песню.

Но то, потомки, много позже.

9

А в ту безкрайнюю пору

Мы день за днем вели игру,

Чтоб невозможное — возможно.

В смешном несовершенном мире

Такая формула в быту:

Есть Бог (иль данность). «Возведу —

Ваш современник молвит смирно —

На постулате сем неброском

Шалаш немудрости пустой.

Мол, вот такой случился строй,

Что сделаешь...» И низкоросло

Живут и даже прорывные,

Почти что лучшие от них,

Конечно ж, вдохновенья крик

Улавливают, но в иные,

Демиургические, дали

И сами прыгают с трудом,

И остальных зовут гуртом.

Воспомни — многие восстали?..

Часть вторая

1

Так здесь и ныне. В нашем мире

Все демиургами звались

В противовес вам. Впрочем, близ

Брода, на последней миле

Пред переходом, вы способны

Меня, давнишнего, понять.

Во-первых, вот что стоит знать.

В экосистеме нашей сонных

И не было, как феномена.

И вовсе — нет, не привилось.

А значит — даже если прост

Предельно организм, надменно

Воздернув к солнцу подбородок,

Растет и движется вперед.

Живое все. У всех порог

(Согласно личному их року)

Есть, словно комингс корабельный.

Металл, кристалл, звезда иль кварк —

Как индивидуумы. Так,

Своею волей несмиренной

В теченье жизни из простейших —

Прыг — в многоклеточных уже;

Еще каскадом виражей

Штук несколько — грибы-старейшины;

Странники-скалы; сосны, в струны

Натянутые, грезы в быль

Могучие пораздобыть,

Ветвями строгими колдуя.

И иже с ними — современно,

Разумно все, включая вас.

И сие бодрствованье в час

Нужный с радостью, мгновенно

Ваяет бога в человеке:

Как барс готовится к прыжку,

Весь напружинясь; долго ждут

Мхи-зрители вершин Казбека;

Бросок — пружина распрямилась;

Преодолел, сумел, достиг

(Дни деланья — движенья сиг);

Охоты таинство свершилось.

2

Биосферы разнообразие

В сочетании с вечностью жизни

Привели Белый Свет к последствиям.

С родных звезд мы ушли экспансией,

И прекрасные, и плечистые,

Гладь пространства коньковым лезвиям

Предоставив шустро одолевать;

Звездных новых достигая систем;

Открывая галактики, села,

В сверхскоплениях чтобы танцевать.

3

Твердый, сварганенный сердцем, Эдем

(Словно свой, честного мира, Зорро)

Передали братьям-соседям, соль,

Благодатные хлеба колосья,

Самый сок нашего вознесенья.

Братья приняли. Да решились сорт

Личного взращивать костероста

На удобренной почве весенней,

Нами им подготовленной. Шито

Нитью прочной кольцо единенья.

Кто бы знал, как Ефремов был прав-то,

Сочиняя места и событья,

Вспоминая контрольные мненья.

Чай, раскладывал древнюю карту

На рабочем столе вдохновенья

И писал, должность стенографиста

На себя принимая отчасти.

4

Свет трубит с жаром в горны раденья.

У любого судьбина ветвиста.

В том зерно настоящего счастья.

Мы с Итлиной в своем жили доме

(Как хозяева, очень летучем)

На земле, не в пример современной,

Изобильной, светящейся, скромной.

Описать эти райские кущи

Вкратце, накоротке, будет верным.

Дом наш, я говорил, как живое

(А такое и есть, что я вовсе)

Существо, волшебством осиянно.

Рядом и для смягчения взора

Прорастают деревья — от сосен

Изначальных до крайне пространных,

Занимающих многие выси.

Что сказать, десяти верст не внове

Увидать дерева-исполины

Посреди колосящихся смыслов,

Как порой возвышается вровень

С голубым, твердым, белым и синим

Небом пламень царский смысла судьбы.