Kitobni o'qish: «Звёздный «Кентавр». В логове оборотней»

…Когда нас пытались враги задушить, и зверски пытали в застенках, до дрожи в груди и коленках. Мы знали, что Землю нельзя разлюбить, как преданность долгу и верность.

Глава 1

Я плыл в холодной и мутной воде, не спеша, делая, иногда, энергичные движения лапами. На лицо капал дождь и серые, непроглядные тучи не давали никакой надежды на свет. Странный запах тухлятины пронизывал все окружающее пространство. Как я здесь оказался, и почему один? Я не мог понять. Но одно я знал точно – в каком направлении плыть. Поворачивая голову, я видел маленькие островки суши, с мясистыми и густыми растениями. Крупные листья свисали над водой и давали возможность обитателям их попробовать. Голода я не ощущал, но почему-то смотрел с тоской на зелёную листву, как будто она могла утолить голод человека. Стоп. Если я человек, то почему у меня тело покрыто панцирем, и вместо ног огромный и длинный хвост? Тревога, как острые когти коршуна, впилась в сердце. Я сделал несколько глотков воды и с отвращением выплюнул. Фу, гадость, и как только её можно пить? Смутные воспоминания обрывками всплывали перед глазами, однако я не мог их склеить. Вода становилась грязнее и плотная стена водорослей не давала плыть дальше. Надо выбираться. Я развернулся и увидел толстую ветку. Она практически лежала на поверхности воды. Качаясь от ветра, ветка хлопала широкими листьями, вызывая у меня приступы гнева. Мерзкий звук пронизывал мозг, как иголка ткань. Я попытался ухватиться за неё, но после нескольких неудач бросил эту затею. У меня нет рук. Лапы с перепонками! Я не человек? Но кто тогда? Я нырнул как можно глубже, цепляя панцирем ил, чем поднял всю грязь со дна. Вода стала совсем мутной, и уже не видно было ничего на расстоянии метра. Делая хвостом резкие движения, я разогнался и выскочил на поверхность. Падая мордой в грязь, ощутил лапами твёрдую почву. Стряхивая липкие сгустки, почувствовал, как припустил ливень. Крупные капли били по голове и панцирю. Вода приникала сквозь плотную чешую, принося облегчение. Невиданная усталость сковала железной хваткой. Я не мог пошевелиться, и глаза слипались. Из последних сил я сделал несколько рывков в сторону высокой травы. Там, мне казалось, будет безопасней. Разгребая лапами грязь и издавая странные звуки, я медленно полз. Дождь не прекращался, и мрачные тучи опускались ниже. Мне казалось, что они лягут на спину и раздавят в лепёшку. Тревога не покидала меня не на минуту. Страх неизвестности парализовал волю. Тёплый воздух не приносил облегчения, и я высунул язык, глотая с жадностью прохладные капли дождя. Мир изменился до неузнаваемости. Но кто я в этом мире и почему так невыносимо тяжело в области сердца? Несколько раз я перекатился по траве и упёрся в дерево. Надо отдохнуть – иначе смерть. Закашлявшись, выплюнул остатки водорослей и вздохнул с облегчением. Дышать стало на много свободней. Окружающий мир был совершенно незнакомым. Запах гнили не переставал щекотать нос. Я вертел головой, пытаясь сбросить эту навязчивую тревогу. Посмотрел на свои лапы и хвост с отвращением. В тишине послышалось чавканье и сопение. Кто-то пробирался в мою сторону и разгребал водоросли. Грузный и неповоротливый зверь уверенно двигался сквозь заросли. Я напрягся затаив дыхание. Сердце замерло, и плотные чешуйки панциря чуть приподнялись. Упираясь спиной в ствол, я смотрел с ужасом на приближающегося врага. Он замер и злобно шипел. Ненависть проснулась с молниеносной скоростью. Приготовившись к броску, я зарычал и со всей силы ударил лапой по кустам.

Глава 2

– Хорошая сегодня погода для нас, – услышал я незнакомый голос. – Дождь и свежая листва, вкусная и сочная. Ты ещё не пробовал?

Вопрос, по всей видимости, был ко мне, но я замотал головой, и ничего не ответил. Из зарослей показалась среднего размера голова ящера с острыми зубами и длинным языком. Он выглядывал с осторожностью, и смотрел в мою сторону. Грузное тело протискивалось с трудом, чавкая и причмокивая. Я увидел, что ящер такой же, как и я, только гораздо меньше. Он остановился в нескольких шагах от меня и лёг на траву. Соплеменник перестал жевать и тяжело вздохнул.

– Там очень сладкие листья. Прямо на поверхности. Пошли, отведаем. Нам нужны силы, скоро уходим.

– Куда? – спросил я и с гневом посмотрел на странного ящера.

– Как? Ты забыл, что сейчас погода измениться и наше племя погибнет от зноя. На тебя вождь вся надежда.

Он засопел и втянул носом несколько капель воды.

– Я вождь?

Меня подмывало спросить, какого лешего именно я вождь, но сдерживаясь, уставился на ночного гостя, надеясь, получить хоть какую-то информацию. Но ящер молчал, и только сопел.

– Эй, ты спишь? – крикнул я и ударил хвостом.

– Нет, нет, меня, вождь, разморила пища. Сегодня я переел, и клонит в сон.

Он отрыгнул и облизнулся.

– Куда мне надо вести племя? И где оно это самое племя? Почему здесь только ты один?

– Ребята купаются, совсем рядышком, и скоро появятся.

– Ну и? Дальше что?

– Вождь, что с тобой? Я ничего не могу понять? Ты самый сильный и смелый. Стая выбрала тебя вожаком не случайно. Запасов жировых нам хватит на неделю. И это благодаря стеблям водорослей. Ты, что ничего не помнишь? Может, ударился головой об камень, или дерево?

– Да, да, когда нырял стукнулся об корягу и память отшибло. Говори, что к чему, иначе я за себя не отвечаю.

– Я и сам мало знаю.

Он поднял голову и принюхался.

– Запах? Знакомый и жуткий…

– Ты не чувствуешь вождь?

Я принюхался, но кроме болотной вони ничего не было.

– Это драк, он приближается…

– Какой драк? Объясни толком…

Но мой новоявленный друг исчез в кустах, и я успел заметить только кончик хвоста. По воде что-то шлёпнуло и затихло.

«Только хотел отдохнуть, тут какой-то драк…», – думал я, выползая на берег. Дождь практически перестал, и только мелкие капельки стучали по озёрной глади. Ощутив голод, я повертел головой и увидел несколько свежих стеблей. Их кто-то вырвал, но не успел съесть. Принюхавшись к ним, я с отвращением начал жевать, закрывая глаза. Сладкий сок растений удивительным образом будоражил воображение, и мне хотелось ещё и ещё. Разгребая лапами грязь, я рыскал вдоль берега, цепляя хвостом маленькие деревья. Налетевшая мошкара облепила спину и пробираясь под панцирь, щекотала кожу. Я не выдержал и плюхнулся в воду. Прохладная вода успокоила нервы. Заметив на другом берегу плавающие стебли с цветками, я глубоко нырнул. Проплыв метров десять вынырнул, и на морде оказался странного вида кусочек ткани. Я потрусил головой, она упала и начала тонуть. Подхватив её одной лапой, я приблизил к глазам. Что это? На ткани был вышит цветными нитками зверь. Но у рептилий нет рук, чтобы вышивать. Я смотрел на маленький лоскуток, и смутные воспоминания резали нервы острой бритвой. Где же я это видел? Хвостом я забросил эту тряпку на берег и принялся жевать. С каждым новым съеденным стеблем мои силы увеличивались. Я чувствовал, как мышцы наливаются колоссальной энергией. Сон пропал, глаза широко открылись и сердце ликовало. Не чувствуя противный запах болота, я лёг на спину и поплыл к чистой воде, уже забыв напрочь о том, что я вожак и прочие навязчивые мысли. Когда ты сыт, никто не сможет разбудить в тебе гнев. Чувствуя себя хозяином положения, я плавно бил хвостом по поверхности воды. Мелкие брызги от ударов хвоста создавали удивительную музыку. И каждая нотка вселяла уверенность и силу. Закрывая глаза, я засыпал, изредка поглядывая на тёмные, косматые тучи. Жизнь прекрасна, даже когда ты рептилия, в панцире из толстых чешуек.

Глава 3

Что-то огромное проскользнуло подо мной, зацепив панцирь. Я повернулся, но не придал этому значения. «Наверное, зацепил корягу», – думал я, неустанно работая хвостом.

– Берегись вождь! – Услышал я вопль, доносившийся из камышей у берега. За ним последовал страшный рёв, и поднялась огромная стена воды. Волной меня отбросило на середину озера, и я, испугавшись, попробовал удрать. Но не тут-то было. Хищник опередил меня и перекрыл пути отступления. Его огромная голова выглядывала из воды на несколько метров. Он лязгал зубами и двигался на меня. Тёмные глаза пронизывали насквозь, и животный страх парализовал тело. Я представил себе эту громадину на суше и чуть не захлебнулся.

– Ныряй, вождь, ныряй, – услышал я громкий крик.

Чудовище открыло пасть и готовилось проглотить меня целиком. Моя реакция запаздывала. Костяной панцирь на голове зверя не давал шанса на атаку. Пробить такую броню, было ни кому не под силу. С берега кричали, пытаясь отвлечь это чудовище. Я от страха погружался в воду, пуская пузыри. Вождь ты или не вождь – перед лицом смерти все равны. Хвостом я почувствовал дно, опускаясь ниже, смог встать на него задними лапами. Хищник на секунду отвлёкся и повернул голову в сторону берега. Этих спасительных секунд мне хватило для того, чтобы собраться и оттолкнуться от дна. Выпрыгивая из воды, я сумел перелететь за спину противника. Плюхнувшись на пузо, я грёб лапами к берегу, задыхаясь от страха. Слыша за спиной рёв, не сбавлял скорость. Хвост работал как крылья стрекозы. Нырнув в камыши, я выполз на берег. Язык болтался словно плеть, я тяжело дышал, не веря в то, что остался жив. Услышав треск, я поднял голову и увидел, как на меня падает дерево. Широкий ствол грозил перебить хребет.

– Берегись вождь! – послышались знакомые голоса.

Сделав рывок, я скользил по грязи в сторону. Дерево грохнулось рядом, разбрызгивая тонны грязи. Хищник получил удар по спине и заревел так, что листья задрожали. От страшного рёва, я ничего не слышал и грёб дальше лапами, стараясь найти убежище. И вдруг меня накрыла волна негодования. Заскрежетав зубами, я повернулся и увидел хищника. Он полз за мной, мотая злобной пастью и хвостом. Можно было понять, что после удара дерева, он потерял ориентацию и представляет для охотника лёгкую добычу. Поднимаясь на задние лапы, он мял траву и готовился к последнему прыжку. Меня удивляло поведение моих друзей. Почему никто из них не пытается дать отпор? Если одному не справиться с таким монстром, то силами нескольких рептилий возможно. Где же его слабое место? Времени на раздумья не оставалось, и я предпринял отчаянный шаг. За несколько секунд до решающего прыжка противника, опустил голову как можно ниже, и бросился на врага. Такой наглости хищник не ожидал. Получив мощный удар в живот, он кубарем скатился в камыши. Отступать не следовало, и я бросился за ним. Хищник лежал на спине и не мог подняться. Грузное тело в несколько тонн, лежало на спине и дёргало лапами. Он попробовал раскачаться, но я придавил его всем своим весом, и заметил на шее между панцирными пластинами открытую кожу. Вцепившись зубами, я не собирался его отпускать. Хищник не ожидал такой наглости, и замер. Он даже не сопротивлялся. Несколько попыток сбросить меня с груди не увенчались успехом. А я сжимал зубы, и готов был выпить всю кровь этой твари. Хищник слабел и болтал беспомощно лапами. Заревев в последний раз, он обмяк и выпустил дух. Уже была готова гора костей и мяса для птиц и животных. Сползая вниз, я ринулся к воде, чтобы прополоскать рот и напиться чистой воды. Меня тошнило и кружилась голова. Лапы не держали, и я упал возле берега. Кто-то толкал меня сзади. Я обернулся и увидел тройку рептилий, которые тужились и пыхтели.

– И раз, и два, – кричали они и толкали лапами. Опустив морду в воду, я сразу получил облегчение.

– Хватит меня толкать, – рявкнул, я и ударил хвостом. Рептилии замерли и отвернулись.

– Пойдём, посмотрим на драка, – сказал мой знакомый остальным.

«Так, значит, это был драк? Вот это да…, – думал я с чувством неподдельной гордости, за свой поступок. – Но кто они? И почему именно я вождь, и не кто-то другой?» В голове творилась неразбериха, но я решил докопаться до истины и вылез из воды. Мои новые друзья окружили драка и не переставали восхищаться крупным мышцам хищника. Услышав шорохи в траве, я снова насторожился и посмотрел на остальных. Те продолжали обсуждать драка и не слышали ничего.

– Эй, как вас там! Гляньте, кто сюда идёт.

– Вождь, – отозвался самый щуплый ящер, – это наши друзья. Ты убил крупного драка, с остальными мы можем вместе справиться. До этого никто не мог одолеть драка. Эти твари убили многих наших собратьев. Спасения от них не было.

Он замолчал и поник.

– Честь тебе и хвала, спаситель ты наш!

Ящеры опустили головы и зашипели. К ним присоединились ещё три ящера, которые проделали тоже.

– Ладно, я просто крупнее вас только и всего. А так ничего геройского в своём поступке не вижу.

– Ну, ты наш вождь и мы обязаны идти за тобой.

– Стоп, – заорал я, да так, что с дерева упал небольшой плод и ударил меня по голове. – Кто мне может толком объяснить, что происходит? Я не помню, как здесь оказался и всё остальное. Давайте по одному. Что известно?

Я обвёл их любопытным взглядом и втянул как можно больше воздуха в лёгкие. Вода забила их, и требовался дополнительный кислород.

– Мы одна стая, – начал знакомый мой ящер. – Ты вожак, который нас каждый год ведёт к солёным озёрам. Почему ты? Всё просто. Ты знаешь туда дорогу, больше никто.

– Но я не знаю никакой дороги, – закричал я от бессилия. – И не вожак я, точно.

– Ты ошибаешься, и не сердись на меня за мою дерзость, – продолжил ящер. – Мои доводы могут подтвердить остальные, правда?

Он оглянулся и увидел, что остальные закивали одобрительно головами.

– Вот видишь. Я не обманываю…

– Странно всё это, очень странно…

Я почесал лапой шею, и задумался. Значит правда, что я вожак. Если подтверждают остальные, тогда лучше смириться. Вместе, как ни как, но проще идти. Но куда? Этот вопрос я задал вслух. Тоненький голосок из кустов с нежным придыханием сказал:

– Я покажу куда идти.

Смутная тень промелькнула, среди густой травы. На сухом пятачке появилась молоденькая ящерица и встала на задние лапы. Заглядывая мне в глаза, она смотрела не моргая. Я узнал Лену, и с этой минуты всё стало на свои места.

Глава 4

Я плыл за Леной по водной глади, и чуть было не пошёл ко дну. Действительность обрушилась как огненная лавина. Я старался не потерять её из виду и прибавлял скорость. Положение стаи было безнадёжным. Лена скользила сквозь густую пелену тумана, легко и стремительно. И тут мне снова попалась на глаза ткань с изображением кентавра. Я взвыл от гнева, наглотавшись воды, хотел умереть. Страх и жуткая телесная оболочка, прятала внутри человека. Лена, наконец-то, сбавила скорость и, махнув призывно хвостом, пригласила присоединиться к ней. Я подплыл и не знал с чего начать разговор. Она молчала и только блестевшие в темноте глаза, скрывали правду.

– Давай поговорим, – сказал я и слегка её подтолкнул хвостом.

– Ты вспомнил? – сказала она и подняла голову.

– Не совсем, но то, что я был человеком, а не ящерицей, уже знаю точно.

Мы вылезли на сушу и расположились в шелковистой траве. Она приятно щекотала панцирь, освобождая его от водорослей.

– Я знаю чуть больше тебя, – сказал Лена слабым голосом. – Мы люди с планеты Земля, оказались по злобной прихоти здесь, в этих уродливых телах. Больше ничего. Нам нужно выжить, а для этого необходимо плыть к солёному озеру, потому что как только пройдёт сезон дождей и выйдет здешнее светило, озеро высохнет, и мы погибнем. Нужна вода, на суше мы можем продержаться не больше двух часов. Потом смерть. Это всё что я знаю.

– А остальные тоже люди?

– Люди, и они считают тебя вожаком.

– Откуда ты знаешь дорогу?

– Я не знаю… Меня, ведёт животный инстинкт. Вполне возможно это потому, что я женщина.

– И ты знаешь направление?

– Ну да…

– Как получить своё тело обратно?

– Этого никто не знает. Большинство смирилось с участью существования в такой оболочке.

– А ты? Тоже согласна?

Я посмотрел на неё печальными глазами.

– Осознание себя человеком пришло совсем недавно. И я не знаю, можно или нет вернуться в нормальное тело. Нам вкололи какую-то дрянь, но уверена, что есть противоядие, только где его искать?

Она тяжело вздохнула и положила голову мне на плечо.

– Сегодня стая должна отправиться в дорогу. Посмотри на небо.

Я поднял голову и увидел, как сквозь пузатые облака пробиваются лучи яркого света.

– Видишь? Ещё несколько часов и здесь будет пустыня. Давай возвращаться.

Она прыгнула в воду и я за ней. Свет ослеплял глаза и прожигал панцирь. Я держал на поверхности только голову, периодически ныряя. Вода приносила короткое облегчение. Требовалось действовать и как можно скорее. Лена плыла рядышком и заглядывала в глаза. Мне нравилось, что она доверяет и видит меня вожаком стаи. Я уже не сомневался, что мы можем здесь погибнуть, и чувствовал ответственность. Кто остальные? Какая теперь разница? Мы все слеплены из одного теста. Я обязан помочь другим, более слабым и найти озеро. Когда мы окажемся на месте, там и будет время обсудить наши действия. И только сейчас я заметил, что дождь полностью прекратился, и тучи разгоняет сильный ветер. Пятеро ящеров валялись на траве, высунув языки от жары. Их панцирь переливался разными цветными огоньками. Они сдались и собрались здесь умереть. Я это понял, когда пытался их разбудить.

– Давайте, – кричал я, пытаясь растолкать их. Лена набирала в пасть воду и поливала. Солнце палило нещадно, и вода моментально испарялась с толстых стенок панциря.

– Надо их оттянуть к воде, – сказал я, – помогай.

Схватив зубами за лапу первого ящера, я начал тянуть. Лена упиралась сзади лбом и толкала. Кое-как мы смогли дотянуть к камышам одного ящера и опустить его голову в воду.

– Смотри, чтобы он не захлебнулся, а я за вторым.

Окунув голову в воду, я быстро полез по уже высохшей траве. Температура заметно повысилась, и панцирь грозился расплавиться как воск. И так изнемогая от солнца, мы почти два часа перетаскивали ящеров. Измотавшись, я нырнул и улёгся на дно озера. Погрузившись в мягкий ил, блаженствовал. Никто не погиб, и поднимая глаза, я видел, как на поверхности плавали пятеро друзей.

Глава 5

Поздно ночью мы ползли по уже выжженной почве. Не осталось травы и растений. Деревья стояли как уголь чёрные. Днём солнечные лучи раскалили почву до основания. Она потрескалась, и образовались огромные длинные разломы. Горячие пески не успели остыть. Им не было конца. Мы осторожно двигались, образуя цепочку. Я, как вожак, полз первым, за мной Лена и остальные ящеры. Озеро высохло, вместе с ним и болото. Я глотал слюну, вспоминая сочные стебли. Лена прижималась к моему панцирю и часто вздрагивала от страха. Теряя силы, я заполз в широкую расщелину и, не удержавшись, полетел вниз. Ударившись спиной об твёрдый предмет, я потерял сознание. Панцирь был разбит, я понимал, что медленно умираю. Проваливаясь в неизвестность, услышал возле себя глухие удары. Потом мрак и пустота. Очнувшись, я попробовал шевельнуться. Не получалось. Лапы и хвост онемели. Несмотря на все усилия, организм не желал слушаться. Но прояснялось сознание, медленно и чётко. Цепляясь за яркие вспышки света, я восстанавливал действительность. Дышать становилось труднее, мешал панцирь. Эта оболочка давила и требовались усилия, чтобы её скинуть. Я заорал, но вместо крика вырвался глухой стон. Послышался неприятный хруст. Радость охватила сознание, потому что я понимал – оболочка поддаётся и вот-вот лопнет. Как на тренировочной базе, я в очередной раз набрал в лёгкие как можно больше воздуха и с шумом выдохнул. Ощущения того, что руки и ноги раздавлены, вселяли тревогу. Напрягаясь, уже чувствовал одну руку. Мне не верилось, что это правда. Мешала внешняя оболочка. В последний раз я набрал в лёгкие воздуха и выдохнул. Поднимая сухощавую руку, я надавил и проломил злополучный кокон. Сквозь отверстие хлынул поток чистого прохладного воздуха. Я прищурился и посмотрел через щель. Надо было срочно выбираться. Разбивая остатки кокона головой, я выползал наружу. Непривычными казались ноги и руки. На глазах была матовая плёнка, она мешала нормально видеть. Я со злостью сорвал её и отбросил. Растирая суставы, гоняя кровь, я постепенно ощущал привычные органы. Ноги, вместо противного чешуйчатого хвоста! Разбитый панцирь валялся рядом, и я с отвращением посмотрел на него. Выбираясь на свет, я увидел странную планету. Небо было не голубым, а красным. Огненный свет резал глаза. Я всматривался в непривычные ярко-красные облака, и не мог осознать, почему мы здесь оказались? Дышалось легко, и красный свет согревал уставшее тело. Жёлтая почва отличалась от земного грунта. Мне стало страшно, и захотелось снова одеть панцирь, чтобы он защитил от врагов. Дрожали колени, тело не слушалось. Непривычные движения казались смешными и неуклюжими. И нет хвоста… Пятой точки опоры! Я шатался, словно чумной, боясь упасть на острые камни. Голова слегка кружилась. Во рту стоял кисловатый привкус. Свалившись от слабости на бок, я озирался по сторонам в поисках укрытия. Сейчас я представлял хорошую мишень для хищника или другой твари. «Назад, назад, в пещеру», – думал я, заползая в расщелину. В тени мрачного укрытия, прислонился спиной к стене и поджал ноги. Человек! Человек! Значит всё-таки я не рептилия, а разумное существо! От этих мыслей в груди защекотало, и приток горячей крови поднял тонус в организме. Слёзы бежали по щёкам, капая на грудь и ноги. Я вздрагивал от холодных капель, и растирал их по ногам. Как приятно было ощущать себя живым, без хвоста и лап. В глубине расщелины послышалось шуршание. Я встрепенулся и начал всматриваться в темноту. Страха не было, появилось любопытство, перемешанное с чувством гордости. «Там же Лена…». От этой мысли мне хотелось бежать на помощь, но ноги ещё не совсем окрепли. Я встал на четвереньки, как собака, и медленно пополз на странные звуки. Мелкие камни впивались, как иглы в колени, пронизывающая боль отдавалась в спине. Правая рука нащупала что-то твёрдое. Я опустил голову и увидел лежавший панцирь. Горячий комок обиды застрял в горле. От отвращения я отвернулся и сглотнул, потому что это была моя кожа. Чуть дальше я заметил несколько коконов, и один из них шевелился. Что-то внутри стучало, пытаясь выбраться наружу. Схватив камень, я замахнулся и ударил по нему. Послышался противный треск, и кокон буквально рассыпался на глазах. Удивлению моему не было предела. Из кокона вывалилась совершенно голая женщина и распласталась на полу. Глаза её были закрыты, и худенькое, матовое тело, вздрагивало от холода. Она была без сознания. Худое тело, тонкие руки и ноги, тёмные волосы Лены, делали её похожей на ребёнка четырнадцати – пятнадцати лет. Я смотрел на это беззащитное создание, с пониманием того, что мы в одной упряжке. Ресницы Лены вздрагивали, губы с синевой и бледная кожа, говорили о том, что её необходимо вынести на воздух. Она замёрзла, и нужен был свет. Но как это сделать? Поднять хрупкое тело подростка в моём состоянии было невозможно. И тут я сообразил, что Лену нужно переложить на мой панцирь и после вытащить. Так я и сделал. Скажу честно, что никогда в своей жизни я не проделывал столь изнуряющую работу. Почти час я перетягивал её на панцирь, потом буквально по сантиметру передвигался к выходу, изнемогая от усталости. Усилия мои не были потрачены впустую. И вытирая мокрый лоб, торжествовал победу. Лена уже лежала на краю пещеры. Лучи света падали на её лицо. Она так и продолжала лежать, а я, усевшись рядышком, охранял её. Красные облака на небе приобретали более холодный оттенок. Я смотрел, не отрывая глаз, на эту красоту. Никогда не видел ничего подобного. Свет уже не был таким тёплым и ласковым. Я вздрогнул, понимая, что уже наступает вечер. Кроме пещеры идти было некуда, и я поднялся, чтобы найти более укромное и тёплое место для ночлега.

– Ты куда? – услышал я тоненький голосок и от неожиданности вздрогнул. – Не уходи, мне одной будет страшно…

– Скоро ночь, нам следует укрыться, иначе можем погибнуть.

– Я с тобой, не хочу оставаться одна.

– Не стоит, тебе нужно восстановить силы. Успокойся, прошу тебя.

Присев на корточки возле Лены, я посмотрел ей в глаза. Они абсолютно ничего не выражали. Она вздрагивала, и плечи дрожали как при лихорадке. Поглаживая руками кожу, Лена пыталась согреться. У пещеры росла трава и цветы. Я сорвал целую охапку растений и сделал что-то наподобие мягкой подушки.

– Облокотись и укройся панцирем. Кстати, он мой и хорошо сохранился. От твоего панциря осталась только одна пыль. Он рассыпался буквально в порошок.

– Так и должно было случиться. Не удивительно. Твой остался целым, потому что ты сам выбрался из него, и не ждал естественного процесса. Жаль, я начала привыкать к новой оболочке и на тебе.

Вздохнув, Лена потёрла рукой маленький носик и шмыгнула.

– Не простудишься? О каких процессах ты говоришь?

Я уже передумал искать ночлег и уселся возле Лены.

– Расскажи, если не трудно.

Она вздохнула и посмотрела на небо. Я впервые увидел, как лицо её стало мрачным. Лена смотрела, не моргая, и погрузилась в задумчивость. Мне показалось, что она забыла о моём вопросе, и я хотел повторить, но она встрепенулась, выпрямила спину и сказала:

– Неужели ты ничего не помнишь?

– Практически нет, в голове больше вопросов, чем ответов на них.

Глава 6

– Я была одной из первых поселенцев землян на Миксе до войны. Трудилась в лаборатории и мечтала сделать открытия, которые могли бы перевернуть науку. Жила себе спокойной и размеренной жизнью, пока не начались боевые действия. Этот кошмар наполнил мою жизнь страхом и неопределённостью. Многих коллег успели эвакуировать на Землю, но нашу лабораторию нет. Что-то изменилось у военных и нас бросили на произвол судьбы. Не могу утверждать со всей определённостью, что так и было, но как сам понимаешь результат на лицо. В начале миксиане нас не трогали, всё-таки мы мирные граждане Федерации, и относились к нам благосклонно. Но вот потом… Всё изменилось в один момент. Мне тогда местный парень сказал, что Федерация нарушила главные требования и нам следует бежать. Но куда? Где можно скрыться на чужой планете? Хотя нас приютили наши коллеги из местных жителей, но это продолжалось не долго. Нашёлся миксианин с длинным языком, который предал. Нас арестовали и посадили в одиночные камеры. Я не боялась, зная местные законы и обычаи, и считала, что это мера вынужденная. Однако война рождает как героев, так и предателей. Миксиане продвинулись в научных разработках дальше, чем мы, им требовались подопытные кролики. И нас пятерых учёных поместили в отдельный бункер. Сбежать было невозможно. Миксиане усилили охрану, и мы постоянно находились под наблюдением. Ежедневно нам кололи бесцветную жидкость, увеличивая дозу. Мы теряли личностные качества и превращались в безмолвных созданий. Действительность размывалась и теряла свои очертания. Буквально через неделю, я уже не могла вспомнить кто я, и как там оказалась. Мне было всё безразлично. Федерация запрещает такие опыты, но когда ты в логове врага, законы теряют силу. Нас принудительно кормили и не давали спать. На Земле в подобные условия ставят насекомых и прочих рептилий, но миксиане пошли дальше. Они задумали после окончания опытов показать людям, что их ждёт, если не прекратиться война. Не успели и когда поняли, что проигрывают, решили избавиться от нас как от лишнего балласта, чтобы не было доказательств. Умыли руки, и дабы не убивать забросили на Люмикс.

– И я тоже оказался подверженным их опытам?

– К сожалению да, я помню, как тебя пытали… Миксиане, по природе своей, коварные и жестокие. Что такое доброта, мораль, любовь, им не знакома.

– Так это и есть Люмикс?

– Да, это он. Моих знаний явно недостаточно об этой планете. Я знаю, что она вращается вокруг своего светила. Сама орбита сильно вытянута, и наклон оси и время оборота, гораздо больше чем на Земле. Это мои предположения, учитывая земные знания, поэтому здесь день длиннее, чем ночь. Мы прошли сложный процесс трансформации, превратившись из рептилии в человека. Это можно сравнить с бабочкой. Личинка находиться в коконе, и после определённого времени, выбирается наружу.

– Так мы могли оказаться бабочками?

Она громко и весело рассмеялась. Я впервые услышал её смех. Он мне понравился своей открытостью и задором.

– Нет. У нас другая физиология. Как это происходит мне непонятно. Но у нас, если ты помнишь, когда мы были ящерами, оставались крупицы человеческой памяти. Защитные свойства организмов людей не изучены. Лена рептилия умерла, как и вождь ящеров.

Лена замолчала и с жадностью посмотрела на меня. Я сам уже иначе воспринимал щупленькую девушку. Она ещё до конца не сформировалась и в будущем обещала быть настоящей красавицей. Лена поднялась и погладила мои руки, потом грудь и плечи. Я чувствовал, как силы возвращаются ко мне, и мышцы становятся крепче. Мужчина всеми фибрами души интуитивно ощущает женскую красоту. В настоящий момент Лена была идеалом женщины для бойца элитного подразделения звёздный «Кентавр» Алексея Суворова.

– Что мы будем делать? – спросила Лена шёпотом, выводя меня из состояния прострации.

– Ну, уж точно не умирать. С меня хватит и экспериментов с заменой тела и прочего. Надо защищаться, иначе нами пообедают бывшие собратья.

Я отправился на поиски средств защиты. Заметив несколько длинных веток, решил их сломать. Чувствуя, как дрожит дерево, я с силой потянул и обломал ветку, очистив её от листвы, решил использовать её как копьё. Обточив получил заострённый наконечник. Жаль, что он не металлический. Лена безмятежно спала, пристроившись рядышком, и я тоже закрыл глаза. Сжимая палку, уже не мог сопротивляться чудовищной усталости. Это было выше моих сил. Проснулся от того, что кто-то пристально смотрел на меня. Странное чувство овладело мной, совсем незнакомое рептилии.

– Добрый вечер, – сказала Лена, чуть сдавленным голосом.

Она улыбалась и прислушивалась к окружающей обстановке.

– Прости, но я голодна. Организму нужна пища.

– А где остальные? Насколько я помню, с нами были другие ящеры.

Лена ничего не сказала, и отвернулась.

Я почесал затылок, отгоняя тревожные мысли. Лена права, мне самому не помешало бы подкрепиться и найти остальных. Поднявшись, я искал глазами какую-то живность. На Земле гораздо проще, там можно употреблять всё что движется, летает и ползает. Здесь не так, и нужно попытаться найти биологическую пищу.

Глава 7

Я отправился на поиски еды, не смотря на протесты Лены. Она не хотела оставаться одной, и просила взять её с собой.

– Тебе нельзя со мной. Пойми. Ты ещё не окрепла, поэтому вот тебе палка, на всякий случай. Знаешь, как обороняться? Обещаю, что я не буду задерживаться, и как только найду что-нибудь подходящее, вернусь.

Заглянув в пещеру, я обнаружил там четыре кокона. У них пока не закончился процесс естественной реабилитации. Оболочка была крепка, как камень. Убедившись в правильности своих выводов, я ушёл. Ныли пятки и колени от ходьбы. Сорвав несколько листьев с дерева, сделал из них лапти, стягивая их на косточках высохшей травой. Она на удивление была прочной. Надолго конечно не хватит такой обуви, но на первое время вполне подойдёт. Обходя деревья, я увидел несколько клубней, размером с помидор. Они лежали на камнях, слегка высохшие от солнца. Рядом в почве было с десяток таких растений. Осторожно я оторвал кусочек и начал жевать. Странно, но вкус и запах оказался вполне заслуживающим внимания. Эти плоды напоминали абрикосы, сладкие и приятные. Вырвав несколько стеблей, я отправился к Лене. Всё-таки не стоило оставлять её надолго. Лена в гордом одиночестве прохаживалась с палкой, разминая суставы.

– Вот и еда, – сказал я с гордостью и протянул ей стебли.

Она недоверчиво посмотрела и фыркнула.

– Нет уж, траву я есть, не буду.

– И не надо есть траву, вот смотри. Я оторвал плоды, и очистил их от грязи.

– Пробуй, не пожалеешь.

Лена недолго сопротивлялась, голод брал своё и она, вцепившись зубами в мягкую кожуру, откусила. Я уже пожалел, что так мало принёс клубней. Лена требовала добавки и хитро щурилась.

– Больше не надо есть. Желудок пока не готов, пускай это перевариться.

Не могло не радовать то, что я нашёл еду, и уже голодная смерть нам не грозила.

– Надо идти, здесь не стоит оставаться.

– А где мы найдём ночлег? – спросила она. – Может в пещере?

– Я не думаю, что там безопасно. Предчувствия у меня странные. Давай уйдём, так будет лучше.

Лена взяла меня за руку, надеясь, что я смогу её защитить. Но я ещё не окреп и представлял жалкое зрелище. Ноги подкашивались, мышцы были слабыми. «Ну, ничего, пускай надеется, может и не придётся драться», – думал я, сжимая ладонь Лены.

– Может, возьмём твой панцирь?

– Это ещё зачем?

– На всякий случай, вдруг нападёт неизвестный зверь, так будет чем защищаться.

Я покачал головой, понимая, панцирь слишком тяжёл, чтобы нести его на плечах.

– Оставим, налегке гораздо проще, и ничего не отягощает.

– Я хотела как лучше…

– Брось, всё нормально.

Мы вышли на открытую местность и осмотрелись. Всё было необычно и странно. Широкая равнина утопала в высокой траве. Свет уже не резал глаза, приближалась ночь. Вдалеке я заметил несколько деревьев, и мы направились к ним. Тоска по прошлой жизни разъедала сердце. У ящеров всегда было спокойно, и никто не нарушал привычного образа жизни. А тут страх неизвестности не давал спокойно думать. Лена тоже нервничала, и я заметил в её глазах тревогу.

– Что мы будем делать дальше? – спросила она и остановилась.

– Я не знаю, и пока рано об этом думать. Нам следует физически окрепнуть, тогда и будем решать. Ощутив под лопатками неприятный холодок, я раздвигал палкой траву, и обнимал Лену.

– Сколько мы были ящерами? Год? Два, или больше?

– Я не могу этого посчитать. Да и какая разница? Может, лучше было оставаться рептилиями? Кому мы нужны? На Земле нас давно забыли, и никто нас не захочет вытягивать отсюда.

– Значит, будем приспосабливаться здесь. Жить, работать, и искать выход.

– Но зачем? – спросила Лена и отстранила меня. – Что оно даст?

Она вздрагивала как от холода, и испуганно смотрела на меня.

– Послушай, ты так много задаёшь вопросов, что у меня голова идёт кругом. Откуда я знаю, что нас ждёт впереди?

Мы подошли к деревьям, Лена продолжала дрожать и испуганно озираться по сторонам.

– Чего ты боишься?

– Темноты. И ещё, что ты бросишь меня и уйдёшь.

– А куда мне идти? Нет. Я не собираюсь тебя бросать. Ты должна мне верить. Посмотри, какая вокруг красота!

– Ничего красивого не вижу.

Я смотрел на худощавое тело Лены и понимал, что одна она погибнет и не сможет защититься даже от птицы. Собрав сухую траву, я решил развести огонь. Взяв несколько камней, я пробовал высечь искры. Лена смотрела на меня с непониманием.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь развести огонь.

– А зачем он нам?

– Ты видно ещё не совсем оклемалась. Огонь нужен, чтобы отпугнуть зверей и согреться. Ночи здесь холодные.

Поднимался ветер, который безжалостно пронизывал до костей.

– Спрячься, иначе ты можешь простудиться и заболеть.

Не оставляя надежду, я сумел таки высечь крошечную искру и раздувая мох, разжёг огонь. Сухая трава дружелюбно потрескивала.

– Видишь?

Лена оказалась сообразительней, чем я ожидал. Она протянула к огню руки и поёжилась.

– Хорошо… Тепло.

– Неси ветки, желательно сухие. Огонь нужно поддерживать, иначе он потухнет.

Лена кивнула и принялась собирать маленькие веточки. Она с таким энтузиазмом это делала, что я ушёл незамеченным. Деревья похожие на пузатые бочки, не заканчивались. Я спускался бегом в долину, то и дело, натыкаясь на них. Позади остался холм, впереди узкая равнина. Присмотревшись, я заметил странных существ. Это люди! Они ходили по кругу, не останавливаясь, то и дело, поднимая руки вверх к небу.

Глава 8

Я медленно шёл к людям, с опаской оглядываясь. Они заметили меня, но продолжали делать странные движения. Никто не удосужился приветствовать и я уже грешным делом подумал, что они глухонемые.

– Добрый вечер, – сказал я как можно громче.

В тишине раздавались только гулкие шаги незнакомцев по траве. Они искоса на меня поглядывали, но без боязни.

– Что вы делаете?

Я остановился, не понимая, что происходит.

– Просим богов, чтобы они послали нам дождь.

– А здороваться вас не учили?

– Мы отвыкли от земных привычек. Здесь они ни к чему.

Рослый и широкий в плечах парень, смотрел на меня в упор. В стороне, на помосте из веток, лежали с десяток коконов. Несколько девушек дежурили возле них.

– Сколько вас тут? – спросил я и опустил глаза.

Не стоило в начале знакомства проявлять агрессивность.

– Какая разница, – ответил мой собеседник. – Кто выжил рано или поздно найдёт нас. Если нет, тогда погибнет. Мы сами не занимаемся поисками.

– А ты здесь старший?

– Нет, в нашем племени все равны и никто не стремится взять главенство.

Остальные мужчины продолжали топтаться, с тревогой в глазах вглядываясь в ночной горизонт. Их не интересовал наш разговор.

– Как зовут тебя?

– Иван, – ответил незнакомец.

Я протянул руку, но Иван отнёсся к жесту с подозрением, и в страхе отступил.

– В единстве сила, разве никто здесь не знает об этом? Защищаться от хищников лучше в стае.

– Чужак, – обратился ко мне щупленький на вид старик. – Ты прости, но ты сам пришёл сюда. Тебя никто не звал. Так что оставь вопросы в сердце своём. Если не нравиться наше общество – уходи.

И он показал в сторону мрачных холмов.

– Хоть переночевать здесь можно? – спросил я, понимая, что разговор бесполезен.

– Мы дружелюбные люди и никого не выгоняем. Оставайся.

Я с неохотой развернулся, не сказав больше ни слова, отправился за Леной. Настроение оказалось хуже не куда. Встретить братьев, и получить по зубам… Лена развела большой костёр, и сидела у огня. Её не очень обрадовало то, что я ей рассказал.

– Мне не хочется к ним идти. Может, здесь останемся?

Она посмотрела на меня с надеждой в глазах.

– Нет. Мы не знаем, с чем столкнёмся ночью. Это не Земля и не стоит рисковать. Идём, иначе мне придётся тебя оставить.

Настроен я был решительно, и Лена, повинуясь моему властному голосу и взгляду, поднялась.

– Не торопись. Я не успеваю.

Не обращая внимания на хныканье Лены, я спускался вниз. Она поранила ногу, и мне пришлось взять её на руки. Иван встретил нас не дружелюбно, и указал на место в шалаше из веток.

– Это гостиница? – спросил я ухмыляясь.

– Если пойдёт дождь, такая крыша над головой спасёт. Погибло несколько человек, от неизвестной болезни. Так что радуйтесь и такому жилью.

– А они не очень-то вежливы, – сказала шёпотом Лена.

– Лучше молчи, нас могут услышать.

Расположившись в шалаше, я укрыл Лену тёмной шкурой, которая служила в качестве постилки.

– Спи, так ты не замёрзнешь.

Лена смотрела на меня глазами полными благодарности.

– Не уходи. Сиди со мной. Я боюсь этих странных существ.

– Они не существа, а такие же, как мы, люди. Не забывай об этом. А то, что у них помешательство, так я надеюсь, что это временно.

– Хотелось бы, что бы это так и было.

Она сладко зевнула, прижимая к щеке мою руку, закрыла глаза.

– Спи, спи, – я укрыл ей шкурой ноги.

Сон не шёл, и разыгрался аппетит. Я подождал, пока она уснёт, и осторожно выполз наружу. Мужское население «посёлка» расположилось в кругу и что-то обсуждало.

– К вам можно присоединиться?

– Садись, если уж пришёл, – буркнул Иван недовольным тоном.

Он подвинулся, и я опустился на траву, скрестив ноги по-турецки. Люди замолчали, и смотрели на меня испуганными глазами. Нарушил тишину Иван.

– Нам нужен дождь, – сказал он сиплым голосом. – Почва высыхает от зноя, и единственный источник с питьевой водой может погибнуть.

Люди запричитали и принялись снова возносить в небо руки.

– Только всемогущие боги принесут дождь. Молитесь громче, иначе мы погибнем, – крикнул Иван.

Я сообразил, что если сейчас они начнут кричать и молиться, разбудят остальных.

– Подождите. Может лучше устроить охоту и развести огонь?

– А что такое огонь?

Иван скривился, явно не понимая, о чём идёт речь.

– Сейчас увидите. Если есть желание мне помочь, я возражать не стану.

– Что нужно делать?

Поднялся невысокий паренёк и направился ко мне. Он был настолько худой, что я вздрогнул от жалости.

– Собери веток и отнеси их вон туда.

Я показал на сухой пень возле поляны. «Хорошо, что я взял с собой камни», – думал я, вытаскивая своих старых знакомых из шалаша. Лена крепко спала и не думала просыпаться. Я невольно залюбовался её лицом. Оно напоминало ангельский лик с древнерусских икон.

Парень натаскал веток, и осторожно наблюдал за моими действиями. Он боялся приближаться, особенно после того, как я начал стучать камнями. Мох не разгорался, и мне пришлось хорошенько вспотеть прежде, чем свершилось чудо.

– Странный запах, – прошептал Иван, принюхиваясь к дыму. – Знакомый, но неприятный.

Огонь разгорался, и люди с удивлением смотрели на пламя.

– Это друг человека, – сказал я, перепуганному племени. – Он сушит одежду, кипятит воду, благодаря огню можно приготовить еду. Подходите, не бойтесь. Погрейте руки.

Люди топтались на месте и шёпотом переговаривались.

– Не бойтесь. Главное не обжечься.

Надо было показать пример, и я поставил ладони к огню.

– Вот видите, это совсем не страшно.

Иван оказался самым смелым и первым приблизился. Он встал боком и вытянул правую руку. Но видно не рассчитал, и огонь обжёг её.

– Ай, – Я, – Яй, – закричал он, не переставая трусить рукой.

– Осторожным нужно быть. Я же предупреждал. Показываю ещё раз.

Через час уже всё племя грелось огня. Мужчины натаскали веток, и языки пламени поднималась высоко вверх, затрагивая ветки деревьев, и отбрасывая темноту на десятки метров назад. Теперь наш лагерь хорошо освещался, и можно было не бояться хищников.

Глава 9

Из темноты раздался оглушительный рёв. Люди стали кричать и прятаться за деревьями. Кусты и ветки трещали, надвигалось неизвестное существо, по всей видимости, разбуженное ярким светом.

– Кто это может быть? – спросил я у перепуганного Ивана.

Тот стоял в замешательстве. Зубы выбивали мелкую дробь. Мне пришлось его несколько раз, как следует, встряхнуть за плечи прежде, чем он смог вымолвить слово.

– Это зибр, саблезубый хищник, он охотиться на людей. Мы все погибнем. Наши охотники не в силах с ним справиться.

Он упал и закрыл голову руками.

Я выхватил из огня горящую ветку и направился к кустам.

– Стой! Не ходи, лучше беги, – закричал Иван, спохватившись, убежал прочь.

– Эй, кто-то может мне помочь? – крикнул я в толпу. – Берите большие горящие ветки и бегом сюда.

Не успел я это сказать, как из темноты выпрыгнул огромный хищник, крупнее медведя, с горящими злобными глазами. Зубы его напоминали клыки моржей. Чёрная шерсть на спине стояла дыбом. Я не сдвинулся с места, ждал, что зибр предпримет дальше. Он смотрел на горящую ветку и принюхивался. Из злобной пасти текли слюни. Огромное туловище с трудом поворачивалась.

– Давай, киска, я уже жду тебя, – прошептал я, и со всей силы ударил палкой по морде, потом по спине зибра. Тот видно никогда не встречал сопротивления со стороны людей, и не видел огня. Его шерсть на спине тут же загорелась. Противный запах палёной плоти разъедал глаза. Зибр не собирался сдаваться, и с душераздирающим рёвом прыгнул на меня. Я ждал этого броска, упал на спину, и выставил перед собой ветку. Зверь налетел на неё мордой, скатываясь от ожогов кубарем на траву, принялся чихать, и сбивать лапой догорающие усы. Острый конец ветки угодил зибру в глаз. Я не стал ждать продолжения, и бросил ветку зибру под лапы. Загорелась сухая трава. Зибр пятился назад, как рак, но уходить голодным не хотел. Помогла Лена, когда проснулась от громких воплей. Она с двумя мужчинами и горящими ветками принялись добивать зверя. Я взял один из камней, и бросил им в голову зибру. Зверь заревел и испустил дух. Камень угодил точно в височную область. В лагере воцарилась тишина. Народ не верил, что зибр мёртв, и каждый подходил с осторожностью, дабы в этом убедиться и толкал зверя палкой. Туша в килограмм триста валялась в траве бездыханная.

– А ты храбрая, – сказал я и посмотрел на Лену.

Она стояла с широко открытыми глазами и тяжело дышала.

– Не бросать же тебя. Да и не я одна помогла.

Она повернулась в сторону мужчин.

– Им спасибо, что не струсили.

Мужчины стояли в нерешительности, шаркая ногами по траве.

– Хорошо, что хоть снова не молятся…

Усмехнувшись, я подозвал «горе героев».

– Идите, будем знакомиться, и заодно поможете разделать тушу. Не одному же мне этим заниматься. Ужинать все будут или нет?

– Меня зовут Игорь, – сказал первый парень, – друга моего Василий.

– Спасибо, что помогли, – ответил я и улыбнулся. – Ножи есть, или что-то острое? Чем снять шкуру и освежевать мясо.

Один из парней убежал и принёс предмет похожий на нож.

– Вот, – сказал он с явной гордостью, и протянул мне.

– Этой штукой даже траву не срежешь. Где вы её взяли?

Я смотрел на странный предмет. Он был похож на кусок глины от разбитого кувшина.

– Мы нашли возле воды, – сказал Игорь, испуганным голосом.

– Может, там ещё есть, что-то интересное? Давайте сходим туда и посмотрим.

– А вдруг снова нападёт зибр? Их здесь водиться очень много…

– Но у нас есть огонь и моя палка!

Я достал свою палку и с гордостью поднял её.

– Возьмём с собой пару веток, они будут нам служить в качестве факелов. Идём.

Мы спустились к воде, и там я обнаружил целый склад полезных вещей. Откуда они здесь оказались, предстояло выяснить, но уже утром, а не ночью. Мне попался кусок металлической пластины, которую я заточил. Обмотав рукоять тряпкой, получил довольно сносное оружие. Мои новые друзья смотрели с интересом на то, что я делаю.

– Идём обратно, и давайте пошевеливаться, иначе добыча достанется другим.

Сняв шкуру с зибра и отрезав ломоть мяса, насадил на палку и поднёс к огню. Вот и вернулся я к далёким пещерным предкам. Усмехнувшись про себя, я поджарил кусок и угостил своих друзей. Им понравилось лакомство, и уже через пять минут огромная туша была полностью разделана, и народ дружно жарил мясо. Лена была в восторге от моей затеи и больше всех веселилась. Утолив голод, я завалился спать и проснулся уже утром от сырости и холода. Лена, прижавшись ко мне, спала. Костёр ещё горел, возле него сидело несколько мужчин и молодая женщина. Они оживлённо беседовали, но заметив меня, затихли. Я потянулся, как следует, и присоединился к ним.

– Теперь ты будешь нашим вожаком, – сказал седой мужчина, и потёр глаза.

– Это кто так решил? – удивился я.

– Тут и решать нечего, ты молод, силён, и знаний у тебя гораздо больше чем у остальных.

– Я хочу как можно скорее убраться отсюда и вернуться на Землю. Выберите другого вожака.

– Ты сам сумеешь это сделать?

Он вытащил вставные зубы, повертел их в руках и вставил обратно. Его тонкая накидка на голом теле, была похожа на паутину. Длинные волосы, лежали на худых плечах. Он всё время их откидывал назад, и скалился, словно клоун в цирке. Ему не хватало только шляпы и трости. С вызовом он посмотрел на меня и поднялся.

– У нас одна беда, которой мы связаны. К сожалению, к людям с трудом возвращается память. И не факт, что многие из нас смогут до конца вспомнить, кем они были до того, как оказаться здесь.

Мужчина посмотрел на меня печальными глазами и замолчал, в ожидании моего решения.

Глава 10

Что я мог ответить, если сам не знал куда идти и что предпринимать. Сосредоточившись на мыслях о Земле, я пытался связать невидимые нити. В истории человечества есть объективные закономерности, не зависящие от воли человека. Сердце сжималось в маленький комок. Я чувствовал несоизмеримость задач с собственными силами. «Кентавров» никогда не готовили к подобным операциям. Чтобы сейчас посоветовал бы сделать лейтенант Павлов? Возвращения к первобытным истокам никто не ожидал. Одно дело искать иные миры и устанавливать контакт, другое выживать на краю Галактики, в мире, где нет дороги в будущее. Одному не справиться с такой задачей. И на кого опереться? Я с грустью посмотрел на своих знакомых и с тяжёлым сердцем отвернулся. В глазах людей сияла холодная бездна обречённости и больше ничего. Нужно не одно поколение, чтобы вернуть людям их величие и славу, и привычные принципы для землян – мораль, совесть, справедливость. И с чего начинать? Сам-то я не очень подходил на роль мессии. Заря разгоралась, и становилось жарко. Прикрыв глаза рукой, я смотрел на кровавый горизонт. Лёгкий ветерок трепал волосы.

– Что скажешь, Алексей? – Мрачный голос вывел меня из состояния задумчивости. – Мы признаём твою силу и готовы идти за тобой.

– Может, подскажешь куда идти? Я сам недавно сбросил шкуру ящера, и не совсем понимаю, что к чему. А ты не думал о том, что остальные наши братья, могут не выйти из этого состояния? Кстати ты бы сказал для начала своё имя.

– Меня зовут Олег Владимирович. Можно просто по имени – Олег. Я старше тебя, Алексей, и хочу уверить тебе, что мы не должны опускать руки. Планета не изучена, и если нам организоваться, можно попытаться найти разумных существ.

– Сколько мужчин? – спросил я у Олега.

– В основном одна молодёжь, как они сюда попали, мне не удалось выяснить.

– Давайте всех соберём и тогда определимся. Вполне возможно, что не все согласятся идти дальше.

– Хорошо, – ответил после непродолжительной паузы Олег.

Когда племя собралось, я взял слово. Разглядывая молодых людей, многие из которых ещё не совсем понимали причин общего сбора. Люди затравленно смотрели друг на друга, и боялись сказать лишнее слово. Они были напуганы создавшимся положением, и плохо реагировали на действительность. Выйдя в центр, я ещё раз обвёл всех долгим взглядом и сказал:

– Испытания только начинаются. Мне предложили возглавить племя. Никто возражать не будет?

Народ переглядывался, и хотел было начать молится, но я остановил, и поднял руку верх.

– Стоп друзья. Мы разумные существа, и вполне сможем выжить. Никто над людьми не властен. Я никого не вправе удерживать силой, и если кто-то не согласен, лучше пускай сразу скажет об этом. Или есть другие предложения? Говорите, язык для того и существует, чтобы люди могли общаться.

Один из парней в нерешительности поднял руку.

– Не бойся, – сказал я, – выходи сюда и говори.

– Никто не сомневается в твоей силе, – начал он, – но для чего куда-то уходить? Мы можем здесь устроить лагерь, укрепить его, и спокойно жить.

– Вы помните, кто вы? И где находится ваш дом?

Многие отрицательно кивали головами. Я увидел чётко и ясно, что без вожака люди здесь пропадут. Мне стало горько и обидно, что так всё получилось, и мы абсолютно безоружны и беспомощны. Из шалаша вышла Лена и смотрела на меня сонными глазами.

– Мы обязаны вернуться на Землю. Там наш дом, друзья, родственники. И для этого мы не должны сидеть и ждать, пока нас спасут. Такое, может, никогда не случится, и придётся остаться на Люмиксе навсегда. Я предлагаю организоваться и искать новые формы жизни. Вполне возможно, что удастся найти наших братьев, которые помогут. Умирать, лично я, не согласен, как и прозябать в этой дыре. Мне нужны будут помощники.

Я посмотрел на Олега. Он вышел и встал по правую руку.

– Кто ещё?

– А можно мне? – спросила Лена.

– Нет. Только мужчина.

Лена обиделась и отвернулась.

Больше желающих не нашлось.

– Итак, пока мы останемся здесь. Укрепим наши границы от врагов. Предлагаю всем мужчинам делать забор. Вот так примерно.

Я взял свою палку и вставил в почву.

– Мы, таким образом, защитимся от непрошеных гостей.

Палкой я прочертил линию и показал, где ставить забор.

– Желательно толстые палки ищите. Если не найдёте, тогда ломайте ветки деревьев. Ночью у костра будут дежурить два человека, по очереди, и поддерживать огонь. Мы сейчас спустимся в долину к воде и посмотрим, что там может нам пригодиться. И ещё, затачивайте об камни концы веток, чтобы были копья. За работу!

С Олегом мы отправились в долину. Лена загадочно пропала, но я не обратил на это внимания.

Глава 11

Спускаясь в долину, я не переставал обдумывать своё положение. Олег молчал, насупившись, и с тревогой в глазах оглядывался по сторонам.

– Ты чего боишься? – спросил я остановившись.

– Ничего, – ответил он без особого энтузиазма в голосе. – Пытаюсь вспомнить кто я, и как здесь оказался.

– Ну, и как успехи?

– Пока не важные, если честно. В голове пустота, дырка.

И он постучал пальцем по виску.

– Все мои попытки ограничиваются сегодняшним положением. Больше ничего. Стоит барьер, который я не в силах разрушить.

Он в растерянности пожимал плечами.

– Мне кажется, что это временно и память вернётся. Так и у меня тоже было, пока, наконец, не появился мощный фактор, благодаря которому я вспомнил кто я такой на самом деле.

– И что это был за фактор?

– Когда я сбрасывал шкуру ящера и вылупился как птенец из яйца, в голове возникла яркая вспышка света и мозг начал за ней тянуться. Только и всего. У тебя видно не было такого, вот и существует преграда. Не расстраивайся, я уверен, что природа человеческого организма возьмёт своё, и ты обязательно вспомнишь. Я поведу всех людей за собой, иначе мы погибнем. У меня имеется кое-какой опыт, мне приходилось бывать на других планетах и там, поверь, условия были не лучше и звери попадались гораздо кровожаднее, чем здесь.

С тоской я вспомнил Тана, Юниту. Как же это было всё давно… И живы ли они сейчас? От грустных мыслей, меня оторвал Олег. Мы уже были возле воды, и он мне протягивал знакомый по Земле предмет.

– Где ты нашёл его? – спросил я с заметным волнением. В руках у меня лежал бластер, я вертел его в разные стороны, не веря в удачу. Вычистив его от пыли и песка, я решил проверить, и нажал на курок. Раздался выстрел, и сотни брызг воды разлетелись по сторонам. Олег, испугавшись звука выстрела, упал на песок.

– Ты не помнишь этот предмет?

Я протянул ему бластер, от которого он шарахнулся, как от гремучей змеи.

– Не-е-т, – протянул он жалобным голосом.

– Это оружие землян, но как оно здесь оказалось? Давай искать.

Больше мы ничего не нашли, хотя с упорством проверяли каждый метр берега. Попадались куски обшивки звёздного корабля, обгоревшие обломки. Ни трупов членов экипажа, ничего другого. По всей видимости, здесь разбился наш корабль, но очень давно, и если остались живыми члены экипажа, они покинули это место. Бластер Олег нашёл в высокой траве. По всей видимости люди его не нашли, хотя может и не искали вовсе.

– Давай возьмём железо, оно нам может в лагере пригодиться.

– Что мы с ним будем делать? – спросил, недоумевая Олег.

– Приспособим под определённые нужды. Какие? Ну, я пока не решил.

Взвалив на плечи металл, мы отправились обратно. В лагере полным ходом шло строительство забора. Народ, даже не обратил на нас вначале ни какого внимания. Все как один были заняты делом и с энтузиазмом обустраивали территорию. Сбросив железо на траву, я уселся рядом, чтобы перевести дух. Олег побежал за друзьями, радуясь как мальчишка находкам. Двое парней с любопытством разглядывали железо. Оно уже нагрелось от яркого света, и один из парней обжёгся.

– Осторожней с ним, – предупредил я и лёг на спину.

Походом нашим я остался доволен, поглаживая ручку бластера, вспоминал, каким был метким стрелком в учебной части на Земле.

– Люди! Сегодня первый день новой жизни, – начал я. – У нас есть успехи. Вот посмотрите, что нашёл сегодня Олег.

И я поднял сверкающий бластер. На людей, это не произвело никакого впечатления. Им больше нравилось железо, которым можно было заделать крышу от дождя и солнца.

– Что это? – спросил не высокий парень и хотел взять бластер у меня из рук, но я отстранил его.

– Это оружие, которое используют люди на Земле. Называется оно бластер. С ним не страшны дикие звери. Я не хочу показывать, как он работает, потому что осталось мало заряда.

Людей мои слова не очень впечатлили, о какой-то блестящей вещице в моих руках. Я хотел было выстрелить, и поднял бластер, но на плечо легла мягкая женская рука.

– Не стоит этого делать. Береги заряд, он может пригодиться.

Я узнал голос Лены и повернулся. Она уже себе сделала повязку на бёдра и грудь, и выглядела как амазонка.

– Хорошо выглядишь, – сказал я и подмигнул. – Тебе ещё бы длинное копьё и колчан со стрелами. Ты знаешь для чего бластер?

– Конечно, знаю и стреляла из него не один раз. Давай отойдём, – сказала она шёпотом. Лицо её стало серьёзным и я, не задавая лишних вопросов, последовал за ней.

– У нас проблема и серьёзная, – прошептала она. – Люди не хотят отсюда уходить. Они тебе не доверяют.

От слов Лены я растерялся и часто моргал глазами.

– А причина есть этому?

– Я не могу ответить определённо, но будь осторожен.

– Мне бояться нечего, я сейчас всё выясню.

Оставив Лену в гордом одиночестве, я отправился на разговор. Мужчины тут же окружили меня со всех сторон, и я почувствовал некоторую напряжённость.

– Вы сами выбрали меня вожаком, – сказал я, рассматривая каждого человека в отдельности.

Большинство стояли с отрешёнными лицами. Первым высказался Олег.

– Мы тебе верим, но откуда ты всё знаешь? И почему мы должны покидать эти места? Очень волнуются женщины. Нам не хочется погибнуть от жажды, или стать добычей зибров.

– Люди, – сказал я горьким голосом, – вы ошибаетесь. Мы не должны здесь оставаться.

– Мы не совсем понимаем значение слов люди. И не называй нас так, – сказал молодой парень.

Он явно был возбуждён, и готовился наброситься на меня с кулаками. На всякий случай, я снял бластер с предохранителя и приготовился.

– Верить тебе мы не можем, потому что ты отличаешься от нас. Мы ящеры, и привыкли жить обособленно. Нас здесь всё устраивает. Тут полно еды, есть вода, и даже забор, который мы делали по твоему указанию. Но идти мы никуда не хотим.

Глаза у этого парня были красными, на лбу выступила испарина. Он явно был не в себе, и не собирался отступать. Остальные поглядывали на него с уважением в глазах. Лица у большинства были мрачными и серыми. Я посмотрел на оранжевый диск на небе и прищурился. Стояла мёртвая тишина, было слышно жужжание насекомых в траве и воздухе.

– Я никого не заставляю идти со мной. Каждый сам вправе сделать свой выбор. Если вы хотите остаться здесь, тогда я уйду. Кто пойдёт со мной?

Ни один человек не сдвинулся с места. Только Лена подошла ко мне и прижалась к руке.

– Прощайте, – сказал я и махнул от отчаяния рукой.

Глава 12

Выйдя за пределы посёлка, я опустился на сухую почву. Она была каменистой и горячей. Рядом присела Лена и посмотрела с тоской на небо. Необычайные вихревые потоки, создавали причудливые узоры. Они менялись в зависимости от скорости ветра. Странные чувства овладевали мной.

– Почему ты не осталась с племенем? – спросил я Лену и посмотрел ей в глаза. В них отражались озорные огоньки, то и дело, вспыхивая на доли секунды. Щёки горели румянцем и распущенные волосы, делали Лену похожей на русалку. Я невольно залюбовался ей, и убрал прядь волос с лица.

– Мы вдвоём можем погибнуть. Ты не боишься?

– Нет. Лучше погибнуть в борьбе за жизнь, чем уныло прозябать день за днём в племени. Больше не спрашивай об этом. Я приняла это решение, когда слышала разговоры людей. Хотя они и не считают себя таковыми.

Она замолчала и опустила голову. Я погладил её по мягким волосам. Лена не смело улыбнулась и прижалась ко мне.

– Нам пора идти, – сказал я с заметным раздражением в голосе.

– Да, – согласилась Лена и поднялась.

– Мы нашли разбитый корабль, по всей видимости, на планете есть люди. Это мои предположения. Экипаж мог спастись при посадке.

– Но ведь вы не обнаружили тел?

– Верно. Но их могли растащить звери. Так что, это не факт. В любом случае надо идти. Дорога у нас с тобой долгая и длинная.

Свет начал меркнуть, и я взглянул на небо. Диск опускался за горизонт, надвигался вечер. Глаза уже не резал ослепительный свет, и идти было гораздо легче. На сердце появилась уверенность и спокойствие. Взяв Лену за руку, я направился на север, в сторону тонущих в солнечных лучах гор. Удивительно, но не пить, ни есть не хотелось. И на мой вопрос о еде, Лена покачала головой, и чуть скривилась.

– Мне даже неприятно думать о еде, – ответила она. – И пить не хочется. Может мы не совсем ещё стали людьми?

– Может быть. Но я думаю, что дело не в этом. После всех трансформаций, человеческий организм работает в новой фазе, включая защитные реакции и рефлексы. Если на Земле нам обязательно нужно было в течение дня пить, есть, то сейчас этого нет. С одной стороны не плохо, и я не ощущаю голода. В организме удвоилась энергия и сила. А у тебя как?

– Я ещё утром заметила это явление, но боялась тебе сказать. Вдруг ты подумал бы, что я больна, и не согласился взять меня с собой.

– Так я и не соглашался.

Я усмехнулся и крепче сжал маленькую руку Лены.

– Ты же без моего согласия ушла из лагеря.

– Это так. Мне показалось, что я нужна тебе.

Она остановилась и дрожащей рукой погладила мне лицо. По телу пробежала дрожь, и кровь прильнула к лицу.

– Идём, – сказал я как можно громче, скрывая непонятные до конца чувства. – Нам нельзя задерживаться.

Лена широко улыбнулась, и мы прибавили шаг. Освещённая закатом долина была мрачной и не совсем приветливой. Камни и редкие деревья, приобретали кровавый оттенок. Казалось, что она подвергалась чудовищным температурам и здесь совсем недавно была ядерная зима. Становилось неуютно и страшно. Я всматривался в причудливые очертания гор, понимая, что там нас может ждать смерть.

– Мне страшно Алексей, – прошептала Лена хриплым голосом. – Кажется, что сейчас кто-то нападёт. Сердце стучит с немыслимой скоростью, вот послушай.

И она приложила мою руку к груди. Я почувствовал частые удары сердца и насторожился. Лена была права, меня самого обуял неведомый страх, из-за которого душа переместилась в пятки. Но рядом никого не было, и зловещая тишина сводила с ума. Постепенно окружающий нас воздух стал горячим. Дышалось с трудом, и я вытер пот со лба. Лену трясло от страха, глаза у неё расширились от ужаса. Она вцепилась в мою руку, и мы прибавили шаг, переходя на бег. Уже, не замечая никого вокруг, мчались, что было сил. Впереди я заметил несколько уродливых теней. Они сопровождали и не отставали. Звериный рёв донёсся из густой рощи. Там находились звери, и их мощь заставляла трепетать. Я узнал по рыку зибров, и остановился как вкопанный. «Жаль, что нет костра», – подумал я и прижал к себе Лену.

– Давай спрячемся, – шептала она. – Я хочу в туалет…

– Нашла время думать о туалете, – съязвил я и усмехнулся. – Терпи, пока не разберёмся с зибрами.

– Ты думаешь, они нападут?

– А ты сомневаешься? Зибры не выпустят нас живыми. Эти ребята голодные и хотят поужинать. Только мы не сдадимся, так же?

– Ага, – вялым голосом ответила Лена. – Может, рванём дальше?

– Это не спасёт. Их надо уничтожить.

Из рощи донёсся короткий и злобный рык зибра.

– Бежим, – закричал я, и ринулся вперёд.

Место нашей временной остановки не совсем подходило для отражения атаки. Девушка летела словно птица. Её красноватое тело блестело в лучах заката. Мы выскочили на берег озера, и остановились. У воды было много красивых цветов, с большими головками разного цвета. От красных до ярко-голубых, с маленькими лепестками. Запах стоял пряный, и невольно возбуждал аппетит. Я сглотнул слюну и наклонился, чтобы напиться. Вода была хрустально чистой. Зачерпнув ладонью, я сделал несколько глотков. Холодная вода обжигала горло, как огонь. Напившись вдоволь, я огляделся. Раскатистый рёв, который был совсем рядом, вернул в действительность. Лена умыла лицо, и спряталась за мою спину.

– Смотри пещера! – крикнула Лена и показала на другую сторону узкого озера.

– Давай туда, – крикнул я и потянул Лену в воду.

Зверь выпрыгнул на берег неожиданно и замер. Он демонстрировал повадки хищника. Мягкие движения и необычайная гибкость. Он зарычал и двинулся на нас. В свирепых глазах затаилась ненависть. Мы уже были по колено в воде, и чем дальше шли, становилось глубже. До противоположного берега оставалось метров десять.

– Ты плавать умеешь?

– Я не помню, – ответила Лена, и нырнула с головой.

Хищник не отставал, и смело плыл за нами. Я поднял руку с бластером, чтобы не намочить его, и поплыл. Удивлению моему не было предела, когда я увидел Лену на другом берегу. Она уже выбралась и ждала меня.

– Не жди меня, спасайся в пещере, – крикнул я.

Делая гребки одной рукой, я плыл неуверенно к берегу. Уже чувствуя под ногами почву, торопился выбраться. Зверь был на середине озера, и отставал. Пригрозив хищнику кулаком, я втиснулся в узкую пещеру. Зибр выкарабкался на берег и, стряхивая с шерсти воду, бросился за нами. Несколько прыжков и он застыл перед входом. Мы с Леной прижались к стене и замерли. Дальше хода не было. Зибр принялся когтями рыть почву, обрушивая всю свою мощь. Начался самый настоящий камнепад. Я понимал, что нам деваться просто некуда и направил на него бластер.

– Закрой уши руками, – крикнул я, и нажал на курок.

Раздался сухой щелчок, и выстрела не последовало. Я пробовал ещё и ещё раз, но бластер не срабатывал. Уже в метре от нас находились острые когти зибра. Он рычал и приближался, я уже ощущал его ненависть и горячее дыхание.

Глава 13

Лена дрожала и прижималась к стене. Я ковырялся с бластером, пробуя перезапустить. Заряд заканчивался, и моргала красная лампочка. Зверь рычал, заглушая причитания Лены. Она что-то бормотала себе под нос. Отверстие расширялось, и зибр вытаскивал лапой последний камень. Он мешал ему протиснуться в пещеру. Злобный рык и горящие от гнева красные глаза зверя уже были совсем рядом. Зибр набрасывался на камни, стальными когтями вырывая их. Ничего другого не оставалось, как бросить бластер в зибра, тот ударился об стену и упал возле зверя. Он принюхался и надавил на него лапой, за скрежетом пластика раздался электрический разряд и вспышка. Сработал нейронный датчик и бластер взорвался, обдавая перепуганного хищника мощным разрядом. Этого оказалось достаточно, чтобы у зверя от испуга разорвалось сердце. Он успел отскочить назад и рухнул замертво на траву. Я бросился наружу, хватая первый попавшийся под руку камень, чтобы добить зибра, но этого не понадобилось. Хищник лежал с открытой пастью, застывший, как набитое поролоном чучело. Он умер мгновенно. Лена выскочила за мной бледная, как стена. С широкими от ужаса глазами она смотрела на гору мяса. Я направился к воде, чтобы умыться.

– Ты куда? Не оставляй меня одну, – закричала истерическим голосом Лена. – Я боюсь…

– Я всего лишь к озеру, сейчас вернусь. Если хочешь, идём вместе.

Лена подбежала и схватила меня за руку.

– А что ты бормотала в пещере?

– Я не помню? И какая теперь разница.

Она отвернулась, но я успел заметить в её глазах слёзы.

– Лена! Лена! – крикнул я и остановился. – Зверя нет, он убит. И прошу тебя давай не разводить сырость.

– Тебе хорошо говорить, ты мужчина, а я не привыкла к таким трудностям.

– Теперь привыкай! Всему в жизни приходиться учиться и здесь мы принадлежим сами себе, больше никому. Друзей у нас не осталось, так что, дорогая, учись.

Я усмехнулся, и обнял её за плечи. Она всхлипывала и продолжала дрожать.

– Умойся холодной водичкой и всё пройдёт!

Я наклонился к воде и от удовольствия зажмурился. Не верилось, что хищник убит, и мы живы.

– Ты есть не хочешь?

На деревьях я заметил оранжевые плоды, и направился к ним. По форме они напоминали груши и так же ароматно пахли. Откусив от плода кусочек, я ощутил во рту вкус сладкого мёда.

– Попробуй, не пожалеешь.

Я протянул Лене самую большую грушу и разлёгся на траве. Суставы и мышцы болели от непривычных нагрузок. Растирая икры ног, я блаженствовал от облегчения. Усиливался ветер – надвигалась ночь.

– Где ночевать будем? – спросил я у Лены.

Она уже зевала и закрывала глаза.

– Давай, в пещере, что скажешь?

Лена с неохотой кивнула и потёрла глаза.

– Рвём траву и несём её в пещеру, – сказал я командирским голосом. – Она нам послужит вместо матраса.

Через час в пещере получился травяной настил, на котором можно было отдыхать. Я завалил вход камнем и, расположившись в углу, притянул к себе Лену. Она засыпала у меня на руках и я, чтобы лишний раз её не тревожить, свернулся калачиком и закрыл глаза. В пещере было прохладно и сыро и мне пришлось несколько раз укутывать Лену, чтобы она не так мёрзла.