Kitobni o'qish: «Тарталетка и Рябинка. Пушистые истории»

Как Тарталетка устроила "День абсолютной уютности"

В одном старом дворе рос облепиховый сад. Осенью на ветках загорались оранжевые гроздья — будто фонарики. Даже в хмурый день казалось, что в саду светит своё солнце. Говорят, поэтому улицу и назвали Облепиховой.

Под одним из деревьев жила пушистая кошечка по имени Тарталетка. Её домом была обычная картонная коробка. Но сама Тарталетка считала, что это вовсе не коробка, а самая настоящая штаб-квартира.

— Это не просто коробка! — важно объясняла она всем, кто проходил мимо. Даже жучку, однажды проползшему у самого входа. — Это центр управления интересностями!

Однажды Тарталетка решила устроить «День абсолютной уютности». В её штаб-квартире должно было быть всё идеально: красивая занавеска, табличка с названием и особенный коврик для самых уставших лап.

С занавеской всё получилось замечательно. Тарталетка повесила мягкую тряпочку и завязала на ней бантик.

Потом взялась за табличку. На кусочке картона она старательно вывела: «Штаб-квартира Тарталетки». Правда, буква «Р» получилась похожей на прыгающего кузнечика. Но Тарталетка решила, что так даже интереснее.

Оставался коврик. На скамейке лежал мягкий полосатый коврик. Он пролежал там всё лето, выцвел и покрылся пылью. Тарталетка огляделась: вокруг никого не было. «Наверное, его выбросили, — подумала она. — Бедный коврик, ему одиноко без дома! Возьму-ка я его к себе!»

Она потянула коврик за край. И тут подул ветер! Коврик взлетел, как парус. Тарталетка вцепилась в него лапками и побежала следом. Они пронеслись через весь двор и плюхнулись в кучу сухих листьев.

Из-за куста выглянул воробей.

— Чик-чирик! Штаб-квартира полетела!

— Это не штаб-квартира! — фыркнула Тарталетка. — Это я! И я не летела, а проводила эксперимент на воздушность!

Воробей захихикал и улетел. Тарталетка отряхнулась и посмотрела на коврик. Он был весь помятый.

— Ну вот, — вздохнула она. — Хотела, чтобы было идеально, а получилось…

Тут она услышала тоненький звук. Не ветер, не шуршание листьев и не воробьиный смех. Кто-то всхлипывал.

— Интересность! — прошептала Тарталетка и побежала на звук.

За старым сараем, возле кучи веток, сидела мокрая кошечка. Она дрожала и смотрела на Тарталетку огромными глазами.

— Ой, — сказала Тарталетка. — Ты тут совсем одна? Тебе холодно?

Кошечка кивнула.

Тарталетка посмотрела на неё, потом на помятый коврик. И вдруг улыбнулась.

— Пойдём со мной! У меня есть штаб-квартира. Там можно согреться. И коврик у меня теперь есть. Правда, он немного полетал, но это ничего!

Кошечка не сразу решилась встать. Тогда Тарталетка подошла ближе и помогла ей подняться.

По дороге она рассказывала:

— У меня есть занавеска! Есть табличка! Правда, буква «Р» там немножко прыгает. Зато скучно не будет. А ещё у меня есть место для тех, кому холодно.

В коробке Тарталетка расстелила полосатый коврик в самом сухом уголке.

— Вот, устраивайся. Это теперь твоё место. А я посижу рядом.

Кошечка свернулась на коврике и наконец перестала дрожать. Они долго сидели молча. Потом Тарталетка спросила:

— А как тебя зовут?

Кошечка приоткрыла рот и прошептала:

— Р-р-р…

Тарталетка навострила уши.

— Имя на «Р»! Вот это удача! Сейчас придумаем.

Она уселась поудобнее и принялась перебирать:

— Может, Ручка? Без ручки не нарисовать ни одного плана сокровищ! Или Ракушка? В неё можно спрятать секрет — и никто не догадается! А ещё есть Розетка! Она даёт энергию всему штабу. Вот бы нам такую!

Кошечка слушала. Сначала она робела, но потом поняла: Тарталетка просто хочет её развеселить.

— А как тебе Рюкзачок? — продолжала Тарталетка. — Очень удобное имя! Можно взять тебя с собой в приключение!

И тут кошечка чихнула:

— Апчхи!

Она сама испугалась и зажмурилась. А Тарталетка не выдержала и рассмеялась.

— Апчхи! Вот это имя! Хотя нет… слишком чихучее!

Кошечка посмотрела на неё и тоже улыбнулась. А потом они засмеялись вдвоём — негромко, чтобы не распугать уют.

— Прости, — сказала Тарталетка. — Я столько имён придумала, что сама запуталась.

Кошечка помолчала. Она согрелась, перестала дрожать и наконец прошептала:

— Меня зовут Рябинка.

— Рябинка! — обрадовалась Тарталетка. — Какое красивое имя! Прямо как ягодка! Пусть Ручка пишет планы, Ракушка хранит секреты, Розетка даёт энергию, а ты будешь Рябинкой!

Рябинка улыбнулась, но вдруг спросила:

— А почему я Рябинка, если вокруг облепиха? Может, я не туда попала?

Тарталетка посмотрела на оранжевые ягоды у входа.

— Как раз туда! Видишь, какая облепиха яркая, как солнышко. А рябинка — красная, как капелька осени. Вместе они делают сад ещё красивее. Так что здесь самое место для Рябинки!

Рябинка прижалась к коврику и улыбнулась уже смело.

Тарталетка устроилась рядом. Она посмотрела на занавеску, на табличку с прыгающей буквой и на коврик, который сегодня успел полетать. Всё вышло совсем не так, как она задумала.

Но теперь в её коробке была ещё одна кошечка.

И почему-то от этого стало гораздо уютнее.

Снаружи шуршали листья, оранжевые ягоды светились в сумерках, а картонная коробка под облепиховым деревом стала домом для двоих.

Это был самый лучший «День абсолютной уютности».

Творческий беспорядок и большая Луна

Тарталетка и Рябинка жили вместе уже несколько дней и успели стать настоящими подругами.

Сегодня Рябинка проснулась первой и сидела у входа в штаб-квартиру. А Тарталетка ещё сладко сопела, закрыв глаза лапками. Из-под лапок торчал только кончик носа.

— Тарталетка, вставай! У меня идея, чем мы займёмся сегодня!

Тарталетка вскочила так, будто её укусил комар.

— Идея? Где? Какая? Я не хочу пропустить интересность!

— Давай уберёмся в штабе, — предложила Рябинка.

Тарталетка замерла.

— Убраться? А может, лучше побегать за воробьём? Или научить его мяукать?

— Тут скоро негде будет спать, — сказала Рябинка и показала на гору сокровищ.

Вчера они играли в кладоискателей и собрали целую кучу находок: фантики, листочки, камешки, старую варежку и монетку, которую, кажется, обронила сорока.

— Ладно, — согласилась Тарталетка. — Но только потому, что мне негде спать. А не потому, что я люблю убираться!

Они принялись разбирать находки. Фантики — в баночку, листочки — в коробочку, камешки — на полочку.

— Фантик номер один спасён от беспорядка! — торжественно объявила Тарталетка.

Рябинка хихикнула.

Среди камешков нашёлся один в форме сердечка.

— Это тебе, — сказала Рябинка. — Потому что ты моя подруга.

Тарталетка смутилась и положила камешек рядом с собой. А потом нашла другой — похожий на зуб.

— Смотри! Может, это зуб динозавра. Или бегемота!

— А зачем он нам?

— Будет охранять наши сны. Положим его под подушку.

Когда почти всё было разобрано, Рябинка заметила в углу что-то под старой картонкой.

— А это что?

Тарталетка отодвинула картонку и ахнула:

— Мой телескоп! Я думала, он потерялся!

— А что им делают?

— Я смотрю на звёзды! И на Луну! И… иногда на нашего воробья-озорника. Но лучше всё-таки на Луну.

Тарталетка оглядела чистый уголок.

— Если бы мы не убрались, телескоп так и лежал бы спрятанным.

— Теперь у каждой вещи будет своё место, — сказала Рябинка. — И мы всегда найдём то, что ищем.

Вечером кошечки отнесли телескоп на полянку, откуда было видно небо. Они уселись рядом и долго смотрели на Луну.