Kitobni o'qish: «Психология только для студентов»

© Абрамова Г. С., 2001

© «ПЕР СЭ», оригинал-макет, оформление, 2001

 
Времена не выбирают,
В них живут и умирают…
 

А. Кушнер

Предисловие
написано для тех, кто проявит интерес к этому тексту

Суть предисловия – пояснить задачи автора и дать возможность читателю решить для себя вопрос о целесообразности чтения книги в целом.

Мысль о необходимости написания такой книги возникла при работе со студентами много лет назад, когда я только начинала преподавать психологию. Ситуацию экзамена, при которой мною были осознаны и сформулированы задачи как задание мне самой на всю мою профессиональную жизнь, я помню до последней детали. Это был нарядный летний день, когда все в природе и в людях наполнено той силой жизни, которая не ощущается до тех пор, пока не будет потеряна. Передо мной в аудитории, наполненной этим летним, неповторимым светом, сидела девушка – красивая, как этот день. Неестественными и чуждыми и ей самой, и всему дню были слова, которые она пыталась произносить, характеризуя мышление человека, как это предполагал экзаменационный билет. Я ничего не сказала ей – не успела этого сделать. Она посмотрела мне в глаза и взмолилась (именно взмолилась):

– Не спрашивайте меня ничего о том, что я понимаю… Я здесь ничего не понимаю. Когда я начинала читать психологию, я думала, что это и обо мне, а тут ничего нет… Я все определения знаю. Спросите, я выучила.

Девушка училась заочно, значит, практически самостоятельно. Наша встреча с ней была первой и последней. Я не была ее преподавателем, я была для нее только экзаменатором (такое бывает в практике высшей школы). Но! Именно благодаря этой встрече смыслом всей моей преподавательской работы стало сообщение людям знания о них самих. Как у меня это получалось и получается, судят они сами. У читателя будет возможность это сделать, если он прочтет текст.

Главную мою задачу я сформулирую так: показать студентам существование обобщенного знания о людях и о них самих, наметить пути и способы использования этого знания в организации ими собственной жизни. Помня слова девушки во время того, теперь уже очень далекого экзамена, я хотела бы, чтобы каждый читатель нашел в тексте то, что было бы о нем. Ценность и необходимость информации каждый расценит по-своему. Однако есть то, что заставляет прикладывать силы, тратить время и писать этот текст. Сегодня – это тот жизненный и профессиональный опыт, который разделяет людей на поколения и обостряет чувство заботы о будущем, вашем, мои читатели, и моего сына, как людей другого – нового поколения. А нас – мое поколение – уже будут называть иначе…

В мире много вечного – есть даже вечные проблемы. В мире много преходящего – это жизнь каждого из нас. О ней и будем говорить языком науки, которая называется психологией.

Я написала текст только для студентов, чтобы

– наука не была для них набором правил и определений, а стала тем живым текстом, который порождает другие тексты, т. е. вызывает отношение;

– молодые люди не считали отчужденным от их жизни то научное знание, которым владеет психология;

– знание о себе и о других людях наполнило их жизнь новыми красками и оттенками чувств, которые взрослые люди называют еще жизненным богатством, помогающим решать сложнейшие жизненные задачи.

Чего не хотелось бы для моих читателей? Скуки, пустоты, иллюзий силы и опустошающего бессилия при неудаче.

Чего хотелось бы? Жизненного интереса, той неутолимой жажды жизни, которая способна преобразить и душу, и тело человека…

Жизненный интерес, как думается, не задается человеку другими людьми, а создается самим человеком, когда он…

Вот об этом, «когда он…» и пойдет речь в тексте, который перед вами. В нем использованы дневниковые записи молодых людей, с которыми мне приходилось встречаться во время профессиональной работы. Публикуются они с согласия их авторов. В тексте использованы также данные тестовых исследований, материалы психологического консультирования, наблюдения за молодыми людьми в ситуациях обучения психологии, материалы бытового и профессионального общения с разными людьми, размышления о судьбе молодого поколения и о своей собственной в наше время, в нашей стране, в странах, которые сегодня называют постсоветским пространством. Это – Россия или Беларусь, Казахстан или Армения…

Хотела бы поблагодарить всех людей, чьи откровенные разговоры и доверие к психологическому знанию сделали возможным существование этой работы. Особую благодарность выражаю студентам Брестского государственного университета (Беларусь), тем из них, кто хотел и умел задавать вопросы, и тем из них, кто не умел этого делать, но стремился научиться. Бесконечная благодарность моей семье – моим родителям за их жизнелюбие и доброту к людям, умение ценить каждое мгновение жизни. Спасибо сыну за его участие в моей жизни и мужу за любовь и понимание.

Апрель – июнь 2000

Беларусь – Дания

Глава 1
Что такое психология

– Есть такие вопросы, на которые нельзя ответить?

– Есть.

– Тогда я тебе сейчас такой задам…

(Из разговора ребенка с мамой в московском автобусе.)

Психология – это научная дисциплина, которая представляет собой рефлексируемый автором способ изложения основных научных понятий, позволяющих объяснить психические явления в его собственной жизни и в жизни читателя. Психология будет рассматриваться нами как учебная дисциплина. Это значит, что автором определены его позиция, его точка зрения по отношению к тому материалу, которым он будет пользоваться.

Современная психология существует как наука в виде научных текстов, непосредственного профессионального общения людей, работающих в науке, в виде научных институциональных учреждений (институтов, лабораторий, центров и т. п.) и представляет собой систему знаний о психической реальности как особом предмете исследования. Можно сказать, что психология как наука позволяет выделить, зафиксировать и исследовать специфические качества своего предмета, их отличие от качеств других предметов. При этом фиксируются не только предмет исследования, но и средства и способы, которыми осуществляется воздействие на него с целью получения информации как об отдельных качествах, так и обо всем предмете в целом.

Вся информация (о качествах психической реальности, о средствах и способах воздействия на нее с целью изучения этих качеств) существует в виде научных понятий. Научные понятия – это форма обобщения той информации, которую человек получил, воздействуя на предмет науки с целью выделения его качеств. В психологии, как и в любой другой науке, существуют специальные термины, которые отражают процесс обобщения именно свойств психической реальности, а не какой-либо другой. Именно по этой научной терминологии, можно определить, что текст является научно-психологическим, а не художественным или, например, медицинским. В приведенной ниже цитате можно встретить такие термины: «Состояние Я Взрослого имеет дело с объективной реальностью. Взрослый не зависит от возраста, но на него влияют образование и жизненный опыт личности. Когда активизируется состояние Взрослого, человек может собирать и перерабатывать информацию, предсказывать возможные последствия различных действий и принимать сознательные решения. Но даже когда решение принято Взрослым, оно не обязательно будет точным, если ему не хватает информации. Однако использование Взрослого может помочь сократить число поступков, в которых он раскаивается, и увеличить вероятность успеха» (9, с. 277).

Думаю, что вы сами в состоянии выделить в этом тексте термины, а мне остается только пояснить их необходимость в любой науке. Термин позволяет зафиксировать особый способ познания предмета – научный, т. е. осознанный человеком как поиск существенных закономерностей в интересующем его предмете. Человек, занимаясь наукой, все время держит в поле своего внимания вопрос о том, что же является главным, закономерным в существовании предмета, который он пытается понять, пытается предсказать на основе этого понимания жизнь предмета и построить свое отношение к нему. Эту работу по удержанию в поле внимания всего предмета изучения позволяет осуществить методология (постарайтесь не пропустить это слово). Методология – это правила, которые надо соблюдать, чтобы предмет познания не потерялся, чтобы он был целостным для самого исследователя и тот мог представить его другим людям. С этой целью и создается методология, т. е. правила, которые соблюдаются всеми, кто имеет отношение к одному и тому же предмету.

Что это за правила? Когда-то юный Рене Декарт сформулировал их как правила для руководства ума. По сути они остались такими же и сегодня – правила для руководства ума человека, который занимается наукой, т. е. стремится познать истину, получить информацию, позволяющую ориентироваться в свойствах целостного предмета, каким может быть и реально является психическая реальность. (Считается, что эта работа была написана примерно в 1619 г.) (8).

К числу методологических правил относятся следующие (я не буду описывать их все, так как эту информацию можно найти в любом учебнике психологии, а приведу только некоторые, используя текст Рене Декарта):

«Правило 3. В предметах нашего исследования надлежит отыскивать не то, что о них думают другие или что мы предполагаем о них сами, но то, что мы ясно и очевидно можем усмотреть или надежно дедуцировать, ибо знание не может быть достигнуто иначе…

Правило 4. Метод необходим для отыскания истины…

…Правило 6. Для того чтобы отделять наиболее простые вещи от трудных и придерживаться при этом порядка, необходимо во всяком ряде вещей, в котором мы непосредственно выводим какие-либо истины из других истин, следить, какие из них являются самыми простыми и как отстоят от них другие: дальше, ближе или одинаково…

Правило 7. Для того чтобы сделать ум проницательным, необходимо упражнять его в исследовании вещей, уже найденных другими, и методически изучать все, даже самые незначительные искусства, но в особенности те, которые объясняют и предполагают порядок…

…Правило 12. Наконец, нужно использовать все вспомогательные средства интеллекта, воображения, чувств и памяти как для отчетливой интуиции простых положений и для верного сравнения искомого с известным, чтобы таким путем открыть его, так еще и для того, чтобы находить те положения, которые должны быть сравниваемы между собой; словом, не нужно пренебрегать ни одним из средств, находящихся в распоряжении человека…»

Следование методологическим правилам (они могут быть и другими, не обязательно рациональными, обоснование и выбор их являются делом самого исследователя) позволяет определить предмет науки как предмет познания. В психологии есть множество точек зрения на этот счет, но для построения данного текста как изложения научной дисциплины мною была выбрана соответствующая позиция, которая позволяет зафиксировать в качестве предмета науки психологии изучение свойств психического как особой реальности. Для этого надо увидеть и зафиксировать ее существование, выявить специфические свойства и исследовать их закономерности, позволяющие предвидеть появление других свойств и изменение психической реальности как особого целостного предмета. Как это сделать? Ответ на этот вопрос связан с проблемой методов исследования, которые являются неотъемлемым свойством науки. В психологии, как и в любой другой науке, есть методы наблюдения и эксперимента, каждый из которых имеет свои разновидности, определяемые спецификой качеств психической реальности, на которые воздействуют с их помощью.

Существенное, можно сказать, принципиальное отличие метода наблюдения от метода эксперимента состоит в том, что эксперимент предполагает организованное и контролируемое воздействие на исследуемое качество психической реальности, тогда как наблюдение это категорически запрещает и ориентирует исследователя на пассивное присутствие в жизни изучаемого свойства психической реальности.

Итак, методы отличаются мерой воздействия на изучаемые качества психической реальности, тогда как методология обеспечивает обоснование воздействия, выбор качеств психической реальности, на которые будет оказываться воздействие (или такового не будет при осуществлении наблюдения). Воздействие осуществляется с помощью методики, которую можно понимать как инструмент для воздействия с определенной целью. Как и любой инструмент, методика психологического исследования снабжается инструкцией: где, как, когда и почему она может быть применима.

Результаты научных исследований, полученные с помощью разных методов и методик, оформляются научными терминами в виде понятий. Понятия – это формы обобщения тех закономерностей, которые были выявлены исследователями. Например, понятие защитных механизмов личности, понятие Я, понятие понятия, понятие мышления и т. п. как научные понятия по своему содержанию являются обобщением и способом получения обобщения, которые были реализованы в науке в момент создания этих понятий. Понятия всегда существуют в системе, т. е. объединяются, так как они могут освещать одни и те же качества психической реальности, но обобщенные по разным признакам. Например, неуверенность человека может быть описана в понятии самооценки или в понятии тревожности, в понятии типа темперамента или в понятии защитных механизмов личности. Возможность использовать то или иное понятие как форму представления о качестве психической реальности определяется уровнем владения человеком содержанием того обобщения, которое есть в этом понятии. Если вы не понимаете, что такое тревожность, то лучше не использовать это понятие, о неуверенности человека можно мыслить и другими понятиями.

Понятия как форма мышления, как система обобщенного знания дают возможность существовать теориям – способам построения целостного представления о строении и закономерностях психической реальности, которые позволяют удерживать ее как целостный предмет и определять ее место среди других предметов. Теории имеют своей целью объяснение, интерпретацию закономерностей существования целостного предмета. Они всегда существуют как идеи, как идеальный объект, который можно использовать для обоснования воздействия на целостный предмет или его свойства. В психологических текстах это можно встретить всегда как прямое указание на ту или иную теорию, которая используется автором текста для обоснования своего воздействия. Так, М. Джеймс и Д. Джонгвард (9), цитата из книги которых приведена выше, прямо указывают на то, что они используют в своей работе трансакционный анализ Эрика Берна и гештальттерапию в интерпретации Ф. Перлза.

Трансакционный анализ – это одно из направлений современного психоанализа, который, в свою очередь, тоже является только одной из теорий современной психологии. Психоанализ предполагает разделение целостной психической реальности на ее составляющие и исследование каждой из них и их взаимосвязи как проявление закономерностей в целостном предмете. Принцип же выделения единиц анализа может быть разным, что и порождает разные варианты психоанализа. Трансакционный анализ был создан на основе классического. Те, кого это серьезно заинтересует, могут обратиться к работам Э. Берна и З. Фрейда.

Психология как научная дисциплина выстраивается как система понятий, отражающая, по мнению преподавателя этой дисциплины, целостность предмета науки. Обратите внимание на слова «по мнению преподавателя». Это и есть тот рефлексируемый, т. е. осознанный, понимаемый, контролируемый самим преподавателем и любым наблюдателем, способ построения целостного предмета – психической реальности. Реализуется этот способ в выборе системы понятий, в преемственности этих понятий, в их организации в пространстве и времени тех текстов, которые будут строиться преподавателем в ходе изложения дисциплины.

Смысл изложения научной дисциплины – психологии, по моему мнению, состоит в том, чтобы объяснить психические явления своей жизни и жизни тех людей, которым преподается дисциплина. Без объяснения с помощью преподаваемой дисциплины своей собственной психической жизни нет смысла заниматься этим в отношении жизни других людей. Преподавать то, чему сам не доверяешь, что сам не можешь использовать по назначению, по крайней мере нечестно, хотя думаю, что с моим мнением можно и поспорить.

Возникает и другой вопрос: какие явления психической жизни других людей, тех, которым будет преподаваться научная дисциплина, требуют объяснения. Не складывается ли при этом ситуация, когда под бременем информации о себе человек не сможет ею воспользоваться, или наоборот, лихо взявшись за дело при дефиците информации навредит и себе, и другим… Как определить целесообразность научной дисциплины? Это вопрос и к себе, и к вам, мои читатели. Он мог бы быть предельно простым: каких знаний о себе и других людях вам не хватает? Я его задавала много раз в студенческих аудиториях в разные годы своей преподавательской деятельности, и как отражение ответов на этот мой вопрос к вам появились главы этой книги.

По сути дела все изложенное дальше отражает мою аксиологическую позицию как преподавателя, т. е. мою систему ценностей, которая была реализована в выборе содержания, в обосновании его необходимости для студентов как потенциальных читателей, в моем понимании студенчества как особой категории молодых людей, ориентированной на содержание собственного мышления о собственной жизни среди людей.

Глава 2
Почему психология может быть чьей-то

Я – мамин, папин и еще… мапин

(Из рассуждений трехлетнего малыша.)

Современные работы по психологии дают возможность обсуждать вопрос, вынесенный в название этой главы, любому человеку, даже беглым взглядом окинувшему прилавок книжного магазина. На обложках книг по психологии можно прочитать: «Психология лжи», «Психология менеджера», «Психология рекламы», «Психология воспитания подростков», «Психология ранней юности», «Геронтопсихология», «Психология мошенничества» и т. п. Дело не только в необходимости найти броское название, которое привлекло бы читателя, но и в том, что сама психология как сфера человеческого знания не представляет собой единой научной дисциплины. Сегодня можно говорить о существовании множества психологий (их еще называют отраслями) в русле единой науки. Если следовать той логике, которая формально выражается в возможности создания множества психологий, то вполне очевидна и закономерна возможность создания отрасли психологии, которую можно было бы назвать собственным именем, например, психология Саши или психология Алены (фамилию и имя можно поставить любые). Возможно ли, необходимо ли это, кто, как и когда это решает? Попробуем в этом разобраться, проанализировав жизнь научного знания, науки, психологии как одной из наук.

Двадцатый век всей своей историей показал, что роль человека – одного человека – может быть очень велика в жизни миллионов людей. Существование тоталитарных режимов, где все подчинено воле одного человека, где все решения относительно жизни человека принимаются без его непосредственного участия, где от воли и усилий человека минимально зависит качество его жизни, доказывают существование механизмов воздействия на него, которые делают его управляемым, т. е. предсказуемым, прогнозируемым другим человеком с большой точностью. Самое удивительное, на мой взгляд, состоит в том, что возникновение этих страшных своими последствиями тоталитарных режимов было предсказано задолго до их появления многими психологами и философами – людьми, которые получали научное знание о человеке. Они остались не услышанными своими современниками. Сегодня мы, люди жившие в государствах с тоталитарными режимами и пережившие их, можем только поражаться точности научного прогноза В. Райха, К. Юнга, Ортега-и-Гассета, А. Маслоу, В. Бехтерева, В. Соловьева, Д. Андреева и многих других.

Можем поражаться точности прогноза, и еще и еще раз задаваться вопросом, что такое научное знание о человеке, кто, как и почему его получает и использует. Естественно, возникает вопрос и об отношении этого знания к нашей собственной жизни, о его применимости в ней, о его необходимости. Ведь можно же найти аналогию, например, с научным знанием об астрономии. Мы все знаем, что вечером на небе можно найти звезды, что лучше это делать в безоблачную ночь. Однако нас совершенно может не интересовать формула вычисления орбиты движения планеты, которой мы только что любовались. Не зная этой формулы, мы не чувствуем себя обделенными красотой звездного неба, это не мешает нам радоваться и восхищаться его вечностью. Формула – это научное знание, а красота… Красота – это наше впечатление. Можно сказать: «Я чувствую красоту», «Я вижу красоту». Видение это может быть разнообразным, что отличает его от постоянства формулы. Видение, идущее от «Я», позволяет человеку смотреть так, как увидел девушку, например, Ю. Олеша, выразив свое впечатление от встречи с ней: «Она прошумела мимо как ветка, полная цветов и листьев». В этом образе нет того, что было бы научным знанием, нет той узнаваемости и точности, воспроизводимости и завершенности, которые позволили бы любому человеку узнать эту ветку среди множества других. Тем не менее эта девушка-ветка – существует (существовала) не только в воображении писателя. Читателю остается только предполагать, какой она была на самом деле, какой она была в действительности, если хотите, то какой она была настоящей, реальной… Вот в этих вопросах мы и встретились с существованием того факта, что может быть несколько видов знания о человеке. Одни из них, как я уже сказала, можно считать настоящими, другие – это личные, индивидуальные знания, даже, можно сказать, воображаемые, придуманные. Какие из них могут влиять на жизнь человека?

Приведу только один пример, чтобы читатель сам принял решение о возможности влияния разного знания на индивидуальную жизнь человека. Скажем, знание о том, что нация, к которой вы принадлежите, – избранная, лучшая, может влиять на вашу жизнь? Может, да еще как. Если надо убить представителя другой нации, вы сделаете это без особых раздумий, ведь вы служите своей великой нации. Всю жизнь человека может изменить его знание о том, что любимый человек не разделяет его чувства. Трагедия неразделенной любви – одно из самых тяжелых испытаний на знание о другом человеке, на ваше знание о другом человеке… Истинное ли оно, правда ли это, как можно проверить, надо ли проверять, если так тяжело это знание, которое выражается предельно просто словами: «Я его люблю, а он меня не любит».

Все это – знание о людях, знание о человеке, которое может влиять (влияет) на жизнь, если хотите, на судьбу человека и народов.

Где начинается научное знание? Для человека, который живет ежедневной, будничной жизнью (его еще называют обывателем), встреча с наукой, с научным знанием происходит в форме научных текстов или в форме продуктов, созданных с помощью научного знания. Из текстов, если они будут прочитаны и поняты, человек получает новые способы мышления о предмете науки. Пользуясь продуктами, созданными на основе научного знания, например, медицинскими препаратами, машинами, строительными материалами, бытовой химией и т. п., человек получает новые возможности для действия. Когда человек получает знание о другом человеке, о людях, о себе как о человеке, он может приобрести и новое качество мышления о людях, и новые возможности взаимодействия с людьми и с собой как с человеком. Это оптимистическая позиция, в которой отражается, задается априори необходимость научного знания, как и вообще знания. На деле все обстоит несколько иначе. Достаточно, думаю, вспомнить далеко не оптимистическое отношение к знанию, выраженное в пословице «Много будешь знать, скоро состаришься». Хотя для полноты картины можно привести и противоположное мнение, выраженное уже другой пословицей: «Красна птица перьем, а человек ученьем». Дальше у читателей есть возможность самим определить свое мнение по поводу излагаемой позиции. Вместе с тем очень хотелось бы, чтобы он не остался равнодушным к самой проблеме – месту научного психологического знания в картине мира современного человека.

Попытаюсь ответить на вопрос, что такое наука с разных точек зрения, одна из которых может быть выражена словами А. Маслоу (18) в отношении того, что «… наш внешний мир зачастую изоморфен нашему внутреннему миру, что „внешние“ проблемы, которые мы пытаемся решить „научным путем“, зачастую являются также нашими внутренними проблемами и что наше решение этих проблем является, в принципе, самотерапией в широком смысле этого слова». Думаю, что надо напомнить и себе, и читателям, что самотерапия – это помощь самому себе, когда у человека что-то болит, что-то не так. Самотерапия начинается с переживания боли, ощущения неудобства, дискомфорта, от которого хочется избавиться своими силами, чтобы приобрести чувство спокойствия, уверенности, комфорта, и, как следствие, поверить в свои возможности избавления себя от боли. Наука – это один из путей, который позволяет человеку заниматься самотерапией, гордиться своим разумом и верить в свои возможности познания.

Я считаю, что сегодня важным является вопрос об актуальности научного знания, так как мы являемся свидетелями не только торжества науки, но и ее поражения. Достаточно в этом смысле сопоставить такие факты, которые в историческом времени практически слиты в одно мгновение: катастрофа на Чернобыльской АЭС, удачные эксперименты по клонированию, победа компьютера над чемпионом мира по шахматам. Эти результаты известны всем, последствия можно только предсказывать. Ученые, которые всегда были странными, теперь воспринимаются и как опасные люди. Падение престижа науки в целом отмечается всеми, кто следит за ее жизнью. Это фон сегодняшнего дня, на котором хотелось бы попытаться ответить на вопрос, что такое наука, а значит, и что такое психология как наука.

Я попытаюсь осветить этот вопрос с разных точек зрения, предоставив читателю возможность рассмотреть их и сформулировать свою собственную. Итак, начнем с точки зрения того человека, которого я выше назвала обывателем. Это будет первая точка зрения, думаю, что ее можно назвать массовой.

Обыватель представляет науку как нечто очень далекое от его жизни, трудно доступное (достаточно взглянуть на иной научный текст, в котором можно просто не узнать родного языка из-за обилия специальной терминологии), имеющее одновременно смысл важности и случайности в его собственной жизни. Обыватель использует научное знание в виде идей, транслируемых средствами массовой информации, в виде предметов быта. Реже он сам становится объектом научного исследования. Использование данных науки в виде предметов для обывателя всегда связано с известной долей риска (достаточно вспомнить о существовании радиоактивного заражения), часто очень большой. Новые лекарства и продукты питания, увеличивающиеся скорости транспорта, новые виды энергии, изменение темпа и ритма жизни человека – все это конкретные результаты науки, которые вносят в жизнь человека неопределенность, являются факторами риска и источниками стресса.

Наука своим существованием с этой точки зрения добавляет в жизнь вместе с новыми возможностями и новые опасности. Тогда что такое наука? Если стремиться к комфортной и безопасной жизни, то это – источник неопределенности, а значит, страха. Если стремиться к жизни, наполненной поиском и преодолением, то наука – это источник новых жизненных путей, тогда она интересна, хотя и небезопасна, к ней надо относиться осмотрительно. Это, кстати, и делается через законодательное регулирование направлений научных исследований и областей их применения.

С этих позиций может быть оценено и психологическое научное знание. В нем может быть усмотрена опасность как знания, чрезмерно обнажающего внутренний мир человека, или намеренно снижена его ценность как безличного, всеобщего знания, не имеющего конкретного применения и воплощения. В суждении (осуждении) типа: «это все психология» может звучать и завуалированный страх перед сложностью, и неприкрытое опасение быть разоблаченным публично. Психология как наука тогда воспринимается в качестве занятия, которое должно приносить пользу (больше всего именно тому человеку, который высказывает о ней свое обывательски оценочное суждение).

Вторая точка зрения на науку и научное знание потенциально и реально принадлежит потребителям научного знания. Люди становятся таковыми в силу их профессиональной деятельности или при реализации идей, связанных с их хобби. С их точки зрения наука является занятием полезным, а научное знание – ценным, если это измеримо: стало лучше (быстрее), качественнее, надежнее и т. п. Пользователь научного знания подходит к нему с критериями времени. Ведь любое изменение как совершенствование (чего угодно) можно оценить только по отношению к уже существующему, т. е. сопоставить прошлое и настоящее свойство. При этом настоящее как новое и должно быть оценено как более совершенное. Другими словами, пользователь научного знания ждет от него прогресса и потенциально предполагает, что прогресс неизбежен. Доверие пользователя научного знания к нему основано на идее прогресса, на вере в прогресс, в конечном счете – на возможности оценивать современное как прогрессивное, лучшее, совершенное по отношению к прошлому, которое еще может быть и не исчезло совсем, а присутствует в виде материальных предметов культуры или просто в лице пожилых людей.

Психологическое знание, психология как наука с этой точки зрения воспринимаются как путь поиска и находок ключей к человеческому счастью. Именно этого ждут от научного знания, в этом направлении рождаются сомнения в его ценности и целесообразности. Такая позиция вызывает у людей раздражение, когда вместо рецепта счастья они находят в психологической информации предложение думать, а не делать, понимать, а не оценивать, слушать, а не воздействовать…

Третья точка зрения на науку и научное знание принадлежит тем людям, которые должны (в силу разных причин) осваивать знание, наработанное в той или иной науке, а само знание и наука воспринимаются ими с позиции понимания. Наука становится объектом понимания. Я бы усилила это содержание, выразив мысль так: для себя пониманием.

Наука предстает перед понимающим ее человеком часто в виде очень сложных текстов (о чем я уже упоминала выше). Человеку, поставившему цель понимания, усвоения, присвоения, предстоит работа с этими текстами. Наука, пусть на время, превращается в книгу, в текст, во множество текстов, которые обладают своими неповторимыми свойствами. Какими?

Глава 3
Что такое жизненные задачи и как их решают люди?

Скажу вам по секрету, что больше всего хотелось бы влюбиться…

(Возраст женщины, признавшейся в тайном желании случайному собеседнику, значения не имеет)

Психология как наука ориентируется на исследование существенных, закономерных, присущих всем (или большинству людей) свойств психической реальности.

Психология как научная дисциплина позволяет использовать уже найденные закономерности для объяснения и понимания того, что в жизни конкретного человека может и должно быть понято с помощью найденных законов.

По-моему, первое, что нуждается в понимании, – это факт существования психической жизни как особой реальности, с которой человеку надо устанавливать особые отношения. Комизм и драматизм этой ситуации состоит в том, что психическое принадлежит человеку, можно сказать, это его собственность. Однако собственность обладает такими свойствами, что с необходимостью заставляет обращаться с собой осторожно и внимательно. Какие это свойства психической реальности, которые требуют специального внимания самого носителя этих свойств, т. е. вас?

Опишу самое главное свойство, используя страницы из дневника Ирины В. – вашей современницы и сверстницы:

«Была у Г. В. Все еще слишком много играю. Хотя „слишком много“ – это не то выражение. Как избавиться от „играю“? Ведь я же чувствую любовь, и именно в сердце, к этим ребятишкам и их родителям. Так зачем же играть? Почему мы постоянно придумываем условности и учим друг друга? Когда я говорю о любви, становится неловко, когда молчу, люди думают, что что-то не так.

Поразил ребенок, встреченный на вокзале. Сколько внутреннего достоинства в малыше. Мальчик, ведущий свою жизнь. Трудную, но свою. Но ведущий…»

Еще несколько строчек, заполненных вопросами без ответов:

«Два дня пропадаю. Почему другие живут просто, а я все время борюсь за выживание? Я не могу погрузиться в жизнь, все время отрываюсь. Я не могу радоваться. Что значит прожить жизнь? Что значит – пройти светло и достойно. Пройти. Жить для себя нельзя. Не потому, что совестно. Просто невозможно. Я все время спрашиваю: зачем? И только одно дает силы двигаться – это нужно не мне…»

Что в этих отрывках? Говоря лирическим языком – живая душа живого человека, юного человека, стоящего перед вечными проблемами человеческой жизни. Эти проблемы уже задолго до его появления на свет мучили других людей и заставляли обсуждать вопрос: быть или не быть… Однако объяснение заявленной задачи в рамках учебной дисциплины требует другого языка и другой интерпретации.

В приведенных отрывках из дневников можно увидеть важнейшее свойство психической реальности – ее искусственный характер. Она создается во времени и пространстве жизни человека, и это создание требует усилий самого человека, усилий его «Я», чтобы психическое не исчезло, не превратилось в форму без содержания, чтобы оно существовало. История жизни людей показывает, что человек может заиграться сам в себя до смерти в буквальном смысле этого слова – поиск психического как качества своей жизни может превратиться в бесконечный. На этом мы остановимся позже подробнее.

Пока же можно сказать, что во внутреннем мире человека есть особые свойства, которые можно было бы назвать устойчивыми и изменчивыми. Устойчивое или устойчивые свойства позволяют Ирине зафиксировать существование в себе себя самой – определить наличие того пространства и времени, которое можно было бы назвать: «Это Я». «Я» позволяет выделить и другие свойства психической реальности, которые можно было бы назвать изменчивыми. Именно их существование воспринимается Ириной как некая искусственность ее жизни, как игра, которая не соответствует ее же устойчивым качествам – качествам «Я».

Психолог может констатировать в этом переживании Ирины неоднородность строения психической реальности – наличие в ней естественных образующих («Я») и искусственных образований, обусловленных наличием других людей и необходимости жить среди них по правилам. Эти искусственные образования дают о себе знать тогда, когда человек встречается с Другим в себе. Этот Другой потенциально присутствует в «Я» человека, как потенциально в личинке бабочки присутствуют и гусеница, и красавица бабочка. Должно пройти некоторое время с момента рождения человека, чтобы это Другое дало о себе знать. Вы понимаете, что человек растет, а это значит, что он изменяется. Одно из изменений и связано с тем, что «Я», данное человеку его природой, начинает проявлять все многообразие своих качеств. Нужно заметить, что, как и любой предмет, «Я» обладает множеством качеств, которые проявляются в нем при взаимодействии с другими предметами. Кроме того, «Я», будучи свойством живого, обладает собственной программой, обеспечивающей ему целостное существование в пространстве и во времени. Это то, что обеспечивает ему индивидуальную историю появления на свет, жизни и исчезновения (так не хочется писать – умирания) как природного образования.

У «Я» человека – устойчивого образования внутреннего мира – есть свои законы проявления свойств и качеств во времени. Это отражается в состояниях человека, его переживаниях в качестве самоощущения. Вот это самоощущение «Я», которое естественно для студенческого возраста как физического времени жизни «Я» человека, и проявляется в фиксации несоответствия свойств «Я» и других качеств психической реальности (качеств сознания). Именно это как момент естественной, природной, соответствующей свойствам «Я» жизни отражается в чувстве Ирины, ориентирующем ее в появляющихся у нее новых свойствах ее «Я». Она описывает его как борьбу, как напряжение, связанное с удержанием пробивающегося нового качества «Я».

Психологи называют это качество диалогичностью. Оно характеризуется тем, что человек может, хочет и умеет выделять границы своего «Я» и не-«Я» и устанавливает отношения между ними в виде диалога. Это может быть внутренний диалог, когда человек ведет его сам с собой как с собеседником. Это может быть и внешний диалог – реальное, вслух общение с реальным собеседником. Такой диалог позволяет уточнять свойства «Я» и не-«Я», а значит, снимает напряжение (даже боль), которое возникает при проявлении новых качеств «Я». (Боль при проявлении новых качеств «Я» может быть такой же естественной, как боль при смене зубов.) В дневнике Ирины также можно прочитать об этом:

«Чувствую – играю, а поделать с собой ничего не могу. В груди словно открытая рана, которая нестерпимо болит. Открыться? Открыть эту боль? И не могу. Только в молитве отпускает. И, главное, поделать ничего не могу. Уйти? Лучше не будет. Выплеснуть? На кого? И это не вижу. Сижу, и никаких сил. Ломает, колотит, трясет от холода. Я же вижу, чувствую, понимаю. Временами, правда, были провалы. И так хочется, прикасаться душою, чтобы согрели, затушили эту боль, чтобы хоть немного стало полегче. Сама виновата. Не открылась? А что, мне надо было сказать: смотрите, как мне плохо? Вот же я тут, мучаюсь. Раз не чувствуют, значит, и после слов увидят лишь внешне. Не надо ничего навязывать. И боль тоже. Спрятать. Ведь справилась же. И сейчас уже легче. Состояние физической открытости. Словно сердце – вот оно, а не за кожей и костями. И так больно рядом с С. Все время хочется спрятаться. И рядом с В. нелегко. Почему? Не знаю. Просто физическое ощущение. А с С. легко, проходит. Но опять не смогла поговорить. Может, не время. И с Т. легко. Пришла – и опять в работу. До изнеможения. А иначе не выдержать. И что это?

– Не позволяй мне играть!

– Пожалуйста, хоть кому-нибудь открыться. Хоть с кем-нибудь быть собой.

– Я вызывала на искренность. Но их искренность мне кажется маской.

– С этого дня я постараюсь быть внимательной и заботливой. Сколько раз я не замечала чужой боли?»

В приведенном тексте вы можете почувствовать, как протекает диалог «Я» и не-«Я» Ирины, как меняется его направленность – то на себя, то на конкретных людей, то на людей вообще. Это – изменение направленности «Я»-усилий по проявлению своих новых качеств.

Снова можно было бы провести аналогию, но уже с появлением на свет цыпленка, когда он клюет скорлупу яйца, напрягает мускулы, чтобы освободиться от прежнего состояния. Аналогичное происходит и с «Я» молодых людей, когда оно уже готово приобрести новое качество – диалогичность, но для его окончательного оформления нужны усилия, «Я»-усилия. Необходимость таких «Я»-усилий диктуется жизненной задачей – ситуацией рождения нового качества самого «Я», а, значит, и всей психической реальности, которая выстраивается через реализацию «Я»-усилий или, как еще говорят в психологии, через осуществление активности или организацию поведения, в регламентированной правилами деятельности или в спонтанном, возникающем без видимых правил творчестве. Короче говоря, во всех тех формах жизни, в которых будет востребоваться новорожденное качество психической реальности.

В студенческом возрасте таким новорожденным качеством «Я», как уже говорилось выше, является его диалогичность, которая позволяет определить, уточнить, очертить границы «Я» как данности психической жизни именно этого конкретного человека – лично вас. Это происходит через разрешение противоречия между естественным чувством «Я» как источника своей активности, как того, что есть у человека безусловно, само по себе, по праву рождения присутствует в его жизни, и той искусственной (ненатуральной) ситуацией, где «Я» должно приобрести форму в соответствии с уже существующими в жизни людей нормами и правилами. Это противоречие обостряется в юношеском возрасте, так как юность готова к решению задачи проявления своей уникальности – своего «Я» как целостного, а, значит, имеющего границы образования. Решение этой задачи происходит в конкретных условиях жизни человека – их называют культурной средой, социальной ситуацией развития или обществом, в котором живет человек. Особенность этих условий жизни – человеческих условий жизни – в том, что они организованы, что они действительно подчиняются правилам. Имена создателей этих правил практически никогда неизвестны, а правила существуют и сами по себе – вне человеческих отношений – не имеют смысла. Так, мы пользуемся грамматическими правилами родного или иностранного языка, правилами вежливости или правилами дорожного движения, дипломатическими правилами или правилами математики, правилами нотной азбуки или правилами приготовления жареной картошки… Все они имеют общее – построены на использовании знаков – искусственных форм, отражающих более или менее полно содержание реальной, живой жизни, но никогда не тождественных самой жизни. Использование этих форм для организации отношений между людьми придает отношениям опосредованный характер (запомните это слово). Это значит, что люди понимают друг друга и мир вокруг, и себя как часть этого мира, опираясь на эти формы.

Универсальной формой, опосредующей отношения между людьми, является язык. Владеть языком – значит владеть сознанием. Важнейшее свойство любого языка – его обобщенный характер и структурная организация. Это позволяет утверждать, что язык как образование искусственное (язык цвета и форм, язык жестов, язык звуков, язык запахов, язык времени и т. п.) обладает определенной целостностью и завершенностью на какой-то момент времени.

Человек, живущий в искусственном мире, организованном с помощью разных языков, решая задачу проявления качеств своего «Я» как уникальных, как тех, которые могут и должны быть обозначены через обозначение границ «Я» и не-«Я», попадает в неопределенную ситуацию выбора языка (языков) для осуществления диалога между «Я» и не-«Я». В конечном счете выбор осуществляется через конкретизацию границ «Я» в каком-то из существующих (или нескольких) языках как овеществление качеств «Я», как их опредмечивание, как их экстериоризацию, т. е. проявление во вне того, что дано человеку как природное свойство его «Я».

Это все впереди, а пока юность решает задачу появления нового качества «Я» в той конкретной ситуации своей жизни, которая еще называется историческим временем жизни человека.

У психологов всегда были большие сложности в исследовании влияния конкретного исторического времени на психическую жизнь частного человека, так и хочется сказать нормального человека или обывателя, простого человека, какими мы в большинстве своем и являемся, о ком и для кого пишется этот текст. В современных работах по культурно-исторической психологии (науке будущего) об этом пишется с полной откровенностью. Например, в работе М. Коула «Культурно- историческая психология» (14, с. 168–169) об этом написано так:

«…Опосредованная деятельность имеет разнонаправленные последствия; она одновременно изменяет субъекта по отношению к другим и связь „Я“-Другие по отношению к ситуации в целом, а также и среду, в которой „Я“ взаимодействует с Другими.

…Культурное опосредование предполагает такие изменения в развитии, при которых деятельность предыдущих поколений аккумулируется в настоящем как специфически человеческая составляющая среды. Эта форма развития в свою очередь предполагает особую значимость социального мира для развития человека, поскольку только другие люди могут создать специальные условия, необходимые, чтобы это развитие произошло…

Центральным является необходимость изучения культурно опосредованного поведения в развитии для выявления динамичных взаимодействий, объединяющих различные стороны целостной жизни. Не менее важным следствием является необходимость проводить исследование на нескольких уровнях развития (генезиса) для определения способов их взаимодействия и переплетения со временем в жизни человека».

Говоря иначе, человеку для решения жизненных задач проявления природных качеств его психической реальности нужны другие люди – люди настоящего с ним времени, не менее нужны, чем люди из прошлого исторического времени или люди из будущего. Прошлое предстает перед молодым человеком в виде знаков – языков разного рода, организующих его жизнь; настоящее связано с употреблением этих языков всеми, кто его окружает; будущее первоначально предстает в виде его собственного «Я», рождающегося с болью в муках диалога с не-«Я».

Как у каждого природного образования, у «Я» есть свойственные только ему правила – законы- существования в пространстве и времени. Если они не реализуются, «Я» начинает исчезать, как и любое явление природы. (Думаю, что напоминание о существовании экологической «Красной книги» здесь будет вполне уместно.)

Сегодня в психологии описаны жизненные задачи, которые решают люди с момента рождения и до смерти. Они составляют достояние современной психологии развития или возрастной психологии. С работами в этой области психологии вы можете подробно (при желании) познакомиться. Мне кажется, целесообразно было бы знать, что для людей, живущих в культуре (как бы внешне не отличались типы культур), существуют типичные задачи, требующие проявления «Я»-усилий для их решения. Каждая из этих задач своим существованием обязана наличию закономерностей проявления (если хотите, развития) природных качеств «Я» как естественного свойства психической реальности.

Какие жизненные задачи вы уже решили на сегодняшний день? Что стало в вашей жизни результатом решения этих задач? Ответ на эти вопросы в современной психологии можно найти, если принять точку зрения, что для объяснения явления можно использовать какую-то систему понятий. Я выбираю для этого идеи существования закономерностей в проявлении качеств «Я» человека как данности его психической реальности, как его естественного свойства. Реализуются эти идеи в построении периодизации психического развития человека, т. е. в описании последовательности проявления этих качеств.

Из всего многообразия периодизаций, где описываются различные качества «Я» человека, мне кажется наиболее продуктивной периодизация, основанная на идеях Э. Эриксона относительно того, что в самой природе человека существует потребность в психосоциальной идентичности. Это значит, что человек стремится сохранять свое «Я» целостным и существующим (живым, способным к изменению) в условиях, где присутствуют и другие «Я», стремящиеся к тому же. «Я» одного человека может существовать только потому, что есть другие «Я», своим присутствием в прошлом, настоящем и будущем времени его жизни определяющие как целостность «Я», так и целостность, осуществимость самой жизни. Иначе говоря, человек решает свои жизненные задачи проявления «Я» среди других людей, которые могут как помогать ему в этом, так и мешать. Человеку надо научиться жить с другими людьми и при этом сохранить и проявить свое «Я» как естественное свойство своей жизни. Человек делает это, решая жизненные задачи – реализуя цели, которые возникают как необходимость снятия напряжения, вызванного проявлением нового качества «Я», в конкретных условиях той культуры, того времени, в котором он живет.

Вам уже пришлось решать следующие задачи (последовательность их описания, естественно, начинается со дня рождения):

– установление социальных связей (выделение человека как особого существа среди мира предметов и явлений);

– освоение чувства непрерывности существования («Я» – это источник моей жизни, того, что «Я» в ней делаю);

– сенсорная разведка (узнавать новое в предметах и явлениях, различать новое и знакомое);

– причинность (все, что происходит, имеет начало, продолжение и конец; человек сам может определять их);

– созревание моторных связей (тело подчиняется вам, становится своим, знакомым и управляемым);

– самоконтроль (возможность предвидеть изменения своего «Я»);

– языковое развитие (сознание – понимание других людей; самосознание – понимание своего «Я»: рефлексивность, возможность диалога);

– фантазия и игра («Я» как предмет воздействия и самовоздействия);

– самостоятельное передвижение (пространство мира и пространство «Я»);

– половая идентификация (качества моего физического «Я»);

– начальное моральное развитие (мера воздействия на себя и другого человека);

– конкретные мыслительные операции (анализ, синтез, обобщение, сравнение; аналогии, сходство и различие в предметах);

– групповые игры (отношения людей строятся по правилам);

– самооценка (свойства «Я» для меня самого, рефлексивность);

– обучение навыкам (свойства «Я» проявляются, овеществляются, в действиях с предметами);

– принадлежность команде («Я» как Другие «Я» – поиск сходства и различия, переживание сходства и различия).

Это – задачи, которые вы уже решили, прожив время своей жизни от рождения до сегодняшнего дня. Итог их? Его вы можете подвести сами, оценивая свое «Я» с точки зрения наличия в нем таких (необходимых для прожитого времени) качеств, как:

– доверие к себе и людям;

– ощущение своего «Я» как ценности;

– чувство силы своего «Я»;

– трудолюбие.

Мне не хотелось бы предлагать какую-то шкалу для оценки вами своего «Я». Попробуйте сделать это так, как у вас получится. Я же приведу еще отрывки из дневника, чтобы вы могли увидеть, как это делают другие молодые люди, когда необходимость самооценки для них диктуется сегодняшними задачами.

Из дневника Владимира О.: «На работе скандал, какой-то службе я оказался нужным и кому-то расстроил все планы на день. Пришлось скрыться в духе, чтобы это не коснулось меня. Люди, считавшие вчера меня паинькой, чуть ли выносившие, смотрят на меня с выпученными глазами и пытаются внушить мне, кто я такой, и пора знать свое место, и не много ли я уже получил еще, почти не работая. В какой-то момент я растерялся, не зная, куда смотреть. Если смотреть в глаза открытым духом, я почему-то стесняюсь в таких случаях, боясь, что ли, напугать человека, тем еще больше разъярить его. Но в такие моменты, как я заметил, человек теряется, но почему-то теряюсь и я. Интересно, мне даже стыдно становится. Пришлось поставить в глаза мысль наподобие раскаяния. Сейчас, вспоминая это, понимаю, что экзамен выдержан и победа в духе, потому что эмоциональных переживаний совершенно никаких нет и мысль к этому не возвращается. Правда тогда, после разговора, в животе, в области солнечного сплетения ощущалось сильное напряжение».

В этом отрывке переплетается все – желание его автора анализировать свое состояние как проявление качеств его «Я», зависимость состояния «Я» как от собственных усилий, так и от воздействия других людей. Недоверие к оценкам других людей и ориентация на них присутствуют одновременно и создают сложный фон чувств, связанных с самоощущением как своего тела, так и качеств своего «Я» и «Я» другого человека. Возможность воздействовать на других людей переживается не только как проявление силы своего «Я», но и как чувство вины и стыда перед другими людьми. Именно эти чувства и говорят о том, что молодой человек решает жизненную задачу идентификации (самотождественности) в тех условиях, где протекает его жизнь. Ему надо уметь сопротивляться воздействию других «Я», чтобы сохранять свою идентичность, свою целостность. Одновременно он должен воздействовать на других людей, на их «Я», чтобы вступать с ними в адекватные социальные отношения – отношения, которые организованы нормами и правилами ситуации, в которой он живет. Это еще называют процессом социализации – необходимостью жить по правилам организованного общества, к которому принадлежишь. Обусловлено это решением задач установления социальных связей. Они, естественно, существуют для человека на протяжении всей его жизни среди людей.

В целом по приведенному выше отрывку из дневника, думаю, можно сказать, что Владимир О. обладает высоким уровнем доверия к жизни и к людям. У него есть чувство независимости его «Я» от «Я» других людей, которое в то же время сочетается с сильными переживаниями воздействий других людей как проявление зависимости от них. Возможность самоорганизации, а значит, трудолюбие Владимира О. по приведенному выше отрывку можно представить как значимое для него качество его «Я». Можно сказать, что, прожив часть своей жизни, он сумел решить многие из жизненных задач, которые в настоящий момент позволяют ему решать новые задачи, необходимые для жизни в возрасте молодого человека.

Это – задачи, которые могут быть сформулированы языком психологии в следующем виде:

– физическое созревание;

– абстрактные мыслительные операции;

– принадлежность группе сверстников;

– начальная половая близость;

– независимое существование;

– принятие решения о начале карьеры;

– интериоризация морали;

– прочные интимные отношения;

– принятие природы человеческих отношений.

Решение каждой из этих задач связано с проявлением новых качеств «Я» молодого человека, с изменением самоощущения в связи с их возникновением и появлением сначала в зачаточном, а потом и в более выраженном состоянии. Я попробую описать их для вас, ориентируясь на те переживания ваших сверстников, о которых они хотели и могли рассказать в своих дневниках. И это будет содержанием последующих глав. Каждая из них будет посвящена рассмотрению того, что происходит с молодым человеком, когда он решает ту или иную жизненную задачу.

То, что было с вами до момента сегодняшнего дня, можно описать следующим образом: решая жизненные задачи, вы пережили присутствие в своем теле особых качеств, которые зависят от ваших собственных усилий по их выделению. Это – качества вашей психической реальности, среди которых есть постоянно присутствующие – качества вашего «Я». Вы научились говорить об этих качествах, т. е. научились их осознавать, отделять то, что принадлежит только вам, от того, что принадлежит и другим людям. Можно сказать, вы научились быть собственником своей психической реальности – знаете, как ею можно пользоваться. В психологии это еще называют произвольностью, т. е. качеством, которое человек приобретает, научившись дифференцировать свое «Я» как источник своей активности и свойства своего сознания. Впервые в вашей индивидуальной истории это проявляется в фактах вашего сопротивления воздействию другого человека как ваше желание и возможность действовать самому. Позднее вы об этом скажете словами, которые говорите и сегодня: «Я хочу…» Обратите внимание на то, что в этих двух словах уже разделены в пространстве и во времени «Я» и его качество – хотение. Ваша возможность их дифференцировать позволяет утверждать, что во внутреннем мире произошла дифференциация, разделение его свойств по признакам качества. «Я» и его качества – это одно, «хотение» или потребности – это другое. Эта дифференциация делает возможным осуществление внутреннего диалога, создает предпосылки для проявления «Я» в самых разных свойствах, вариантах качеств психической реальности. Это и происходит, когда вы не только чего-то хотите, но и думаете, делаете, чувствуете и при этом можете видеть с помощью вашего «Я», что во времени могут не совпадать такие качества, как хотеть и делать, чувствовать и думать. Состояние, когда человек делает не то, что он хочет, думает не о том, что он чувствует, как проявление дифференциации качеств его психической реальности – это то состояние, с которым вы встретились в настоящее время. Оно требует создания новой целостности психической реальности, новой активности «Я», связанной с проявлением его новых качеств. Это будет осуществляться вами как вариант достижения идентичности вашего «Я» и «Я» только уже с использованием его новых, рождающихся свойств. Вам надо найти то новое состояние, которое приведет к переживанию вами силы своего «Я» как целостного, единого, активного основания вашей жизни. Вы это будете делать, решая новые жизненные задачи.

Если попробовать еще раз ответить на вопросы, вынесенные в название главы, то мог бы получиться такой ответ: жизненные задачи – это цели проявления качеств «Я» человека как основания его активности, реализующиеся в конкретных условиях культуры, где он осуществляет свою активность. Культура определяет систему знаков, в которых будут представлены проявляющиеся качества «Я» как самому человеку, так и другим людям. Значит, люди решают свои жизненные задачи с помощью знаков как средств, организующих их психическую реальность в пространстве и во времени.

Далее хочу несколько подробнее рассказать о тех основных понятиях, которые используют в психологии как учебной дисциплине для объяснения того, что происходит в жизни человека.

Глава 4
Как думают психологи

Как делить – поровну или по справедливости?

(Шутка.)

Как решить вопрос о том, какие понятия могут (должны) быть главными? В поисках ответа обращаюсь к работам тех, кому доверяю, чьи идеи были основанием и обоснованием работы с людьми в разных ситуациях – в преподавании и консультировании, в понимании собственной жизни и чужой.

Как определить то главное в жизни человека, что требует понимания и объяснения? Отвечаю – любовь, труд, знания. Можно изменить последовательность этих слов, но они все равно останутся по сути теми же. Можно изменить их звучание и заменить научными терминами: высшие чувства, организованная активность, познавательная деятельность. Можно использовать и другие термины: потребности, деятельность, личность или «Я», активность, картина мира или еще много других.

Правила изложения требуют определенности, поэтому выбираю те понятия, которые, как говорят психологи, работают. Работающее понятие – это понятие, объясняющее, устанавливающее связь во времени и пространстве событий жизни человека в тот момент, когда ему это необходимо сделать.

Выше уже говорилось о том, что понятие – это форма мышления, которую можно наполнить содержанием собственной жизни, и тогда она – жизнь – будет восприниматься иначе. Часто это необходимо сделать, чтобы преобразовать напряжение, которое связано с появлением новых качеств «Я» человека, в конструктивное (полезное) для осуществления жизни состояние. Обозначение напряжения словом – понятием – переводит его в новое качество. Напряжение осознается, это значит, что человек может отнестись к нему, отделить его в своем внутреннем пространстве от «Я» и может вести с ним диалог как с не-«Я». Так, если вы назвали свой гнев или страх, свою волю или свое желание словами- понятиями, вы уже можете иметь с ними дело как с особыми образованиями, присутствующими в вашем внутреннем мире. Вы даже можете общаться с ними, можете избавиться от них, можете, наоборот, продлить их присутствие, направив на них свои «Я»-усилия…

Итак, среди понятий психологии как науки, выбираю первым понятие о понятии, о чем уже сообщала читателям. Еще раз прошу их обратить внимание на то, что научная дисциплина позволяет сделать этот выбор. Может быть, она потому и дисциплина, что выбрав, следуешь собственному выбору уже по доброй воле.

Понятие как форма мышления обеспечивает человеку разделение способа мышления и предмета мышления, т. е. того, как мыслится (находится новое для человека качество предмета), и того, о чем мыслится (предмета).

Понятие существует в виде слова, которое позволяет выделить и зафиксировать существенные свойства предмета, а за счет этого и находить новые для человека качества предмета. Например, понятие о животном позволяет нам в незнакомом предмете выделить те его свойства, которые позволят думать о нем как о животном. Или понятие о «Я» позволит оперировать с его качествами при анализе своей жизни и жизни других людей.

Понятие может быть в виде действия, которое выделяет существенные свойства предмета, но это действие еще (или уже) не имеет названия. Это ситуации, когда мы можем показать, как действовать с существенными свойствами предмета, но не можем объяснить словами. Наиболее часто это встречается в ручной работе, например, каменщика, столяра, пекаря. Человек может так выполнять свое действие, что использует свои свойства и свойства предмета, на который оно направлено, как существенные, но при этом трудно определимые словами. Действие, а иногда и движение оказываются более значимыми для проявления существенных свойств предмета, для мышления об этих свойствах.

Существенные свойства предмета, отражающие законы его жизни, могут быть выражены в виде образа. Тогда обычно уточняют и говорят об обобщенном образе, представляют его в виде схемы, графика или другой наглядной формы, которая позволяет зафиксировать существенное. Например, понятие о жизни человека может быть представлено в образе дороги или в образе реки. В психологии обычно говорят, что это – метафора, особая форма мышления, которая позволяет в образе зафиксировать существенные качества предмета мышления и выделять новые. Попробуйте, например, найти для себя новые свойства такого возможного предмета мышления, как ваше «Я», в образе-метафоре фонарщика, который спит… Что нового о своем «Я» вы можете узнать, используя этот образ как форму мышления? Думаю, что вы можете ответить на этот вопрос…

Вот несколько ответов, которые были даны вашими сверстниками.

1. Да, это могло бы быть обо мне. Я часто жду, что кто-то должен проявить ко мне интерес. Тогда я развернусь в полную силу…

2. Человеку надо проявлять усилия, чтобы жить. Эти усилия не возникают сами по себе, надо их искать в себе.

3. Мне не нравится эта метафора. Она какая-то безнадежная. Нужен кто-то, чтобы «Я» стало существовать. Это не обо мне.

Итак, понятие – это форма мышления, если мы обнаруживаем у кого-то или у себя возможность использовать обобщенное знание о предмете или создавать такое знание, то мы имеем дело с понятием. Обобщить – значит предвидеть, значит находить закономерное, значит владеть предметом своего мышления как целым, имеющим конец и начало, имеющим обоснования своего существования.

Владеть понятием, значит уметь использовать выделенные с его помощью закономерности для анализа и синтеза конкретных фактов жизни, т. е. уметь рассуждать о целостном предмете. В дневнике Владимира О. есть попытка такого рассуждения, основанного на использовании, как говорят, предельных понятий (отражающих самые сущностные – экзистенциальные – свойства жизни): «… череда землетрясений, прокатившихся по планете, напряжение событий в Чечне – все сказывается на сердце. Я начал довольно остро чувствовать подошедшее время, и это, наверное, сказывается на моем поведении. Сегодня с Сергеем начали разговор с довольно широким спектром личных взглядов и суждений, о наличии правды в творении рук человеческих. В чем-то мы, конечно, не согласились друг с другом, но разговор еще только начат и будет возможность поговорить об этом. С. утверждал, что все, что создано руками человеческими, создано Богом и поэтому имеет равную ценность. Но и у Бога, может быть, что-то не получается и поэтому имеет неравноценную ценность. Все, что движет к Эволюции, только то имеет ценность. Эволюция – это путь к совершенству, к единству, исключая все личностное. И поэтому чем меньше элементов личности в творении человека и больше выражение единства пусть будет группы людей, народа или человечества, тем больше Правды будет в творчестве».

В этих рассуждениях использованы сложнейшие понятия – понятие Бога, Правды, Творчества человека, Эволюции. Владимир О. использует их в своем мышлении о своей жизни и жизни людей в целом, делает на основе их умозаключение, выстраивает систему суждений как движение к умозаключению – итогу своего мышления (в тексте оно представлено последней фразой).

Психическая реальность – понятие, которое позволяет зафиксировать такое важнейшее качество жизни, как ее возможность создавать себя в разных формах.

Сознавая всю неполноту и сложность выделения в этом понятии существенного, воспользуюсь текстами из дневников молодых людей, которые, на мой взгляд, раскрывают самое существенное в этом понятии – возможность самотрансформации, самоизменения как главного свойства психической реальности: последняя становится предметом мышления в молодости.

Из дневника Владимира О.:

«И еще маленький, но неприятный момент, доставляющий столь много хлопот и неприятностей. Волнение. Волнение, возникающее непонятно откуда. Казалось бы, для этого нет никаких оснований. Но предательски перекрывает дыхание, и все сходит на нет. Уверен, что при более частых таких ситуациях это постепенно пройдет. Может, что-то и останется, судя по ощущению многих людей, прошедших это, но это скорее как мобилизирующее начало. Здесь же все губит.

Я не скажу, что я особо застенчив. Но то, что трогает струны твоей души, чувствуя правду и глубину того, что говоришь, играет тормозящую роль при передаче… Огромным усилием воли я подавил волнение и, что называется, перегорел, внутри образовалась какая-то пустота. И передать свое ощущение стиха уже стало невозможно, струнки порвались, и я его уже не чувствовал. В чем здесь преткновение, ведь буквально час назад я читал его в кругу ребят и прекрасно чувствовал стихотворение».

Из дневника Ирины В.:

«Я меняюсь. Абсолютно меняюсь внешне. Словно то, что у меня внутри, наконец-то нашло дорогу наружу. Меняется ритм жизни, меняется отношение к происходящему. А ощущение, как у бутона, который распускается. И появляется что-то от той девочки, которая просто жила и верила в себя. Приходит именно та подвижность и деятельность, свобода общения. Это потом стали мучать приступы неуверенности, неловкости, стыда… И еще вернулось то ощущение внутреннего достоинства. Решительность. Сдержанность. Как раньше. Я была со всеми и одна. Любила гулять, бродить в одиночестве (как сейчас), отправляться в неизвестные места. Любила новые встречи. Решала, не боясь ошибиться. Жила по голосу сердца. Я помню это. Только это и помню. А потом началась игра. Игра во что-то иное, отличное от меня. А теперь многое возвращается. Мама иногда говорила: что же со мною делать? Потому что я делала только то, что хотела. Я не умела обманывать себя, изменить себя, повиноваться. Это не идеализация детства. Это я. Не-я – это последующие 12 лет. Я понимаю, отчего появилось двойственное отношение к маме. Буду откровенна с собой. От рождения я мало похожа на нее и внешне, и внутренне. Когда жил папа, у меня было больше возможностей оставаться собой. (Я не помню ее до 9 лет. Абсолютно не помню)…

Почему-то раньше я боялась быть одна. Внутренне тосковала. А теперь мне вновь в радость одиночество. И в сущности это не одиночество – это ощущение своей индивидуальности.

То ли это новое испытание? Испытание сбывающимися мечтами. Бывает и так. Все сбылось. Ты, жизнь, он. И все получается так, как мне мечталось. Дорогие люди, новые отношения, смысл жизни, любовь. Мы меняемся, когда сбываются наши мечты…»

Надеюсь, что читатель внимательно отнесся к этим текстам и может сам создать такой же текст – текст о своей психической реальности. В нем он выявит в себе ее свойство – в каждый момент времени быть иной формой, оставаясь собой – порождающей себя. Есть ли пределы этому самоизменению, этой возможности быть другой формой?

Вопрос этот возникает как перед человеком, переживающим наличие в себе возможности трансформации, так и перед ученым-исследователем, изучающим свойства психической реальности.

Человек это переживает так: «… люди устают от высокого и слушают музыку полегче, смотрят фильмы попроще, ведь лучше искать более высокого, чем выбирать легкое и упрощенное, на котором можно учиться, если оно попадется на глаза, а не сознательно выбирать. Это, конечно, мой путь и мой выбор, и один из моих недостатков, иногда брать планку выше, чем могу перепрыгнуть…» (Из дневника Сергея С.)

Да, можно быть другим, другим в соответствии со свойствами своего «Я». Молодой человек это переживает и… делает выбор, о котором В. П. Зинченко пишет так: «… сознание, выбирая свободу, всегда рискует, в том числе и самим собой. Это нормально. Трагедия начинается, когда сознание мнит себя абсолютно свободным от натуральной и культурной истории, когда оно перестает ощущать себя частью природы и общества, освобождается от ответственности и совести и претендует на роль Демиурга¹. Последнее возможно при резком снижении способности индивида к рефлексии и деформированной самооценке, вплоть до утраты сознания себя человеком или признания себя сверхчеловеком, что в сущности одно и то же» (11, с. 18).

Трансформация психической реальности возможна вплоть до ее исчезновения – преобразования в другую реальность, с новыми свойствами. Сегодня в психологии есть название – понятие – для этого вида реальности. Ее называют психологической смертью человека. В этом качестве нет способности к самоизменению, к созданию новых форм – существует только законченное число форм, которые воспроизводятся в занимаемом ими пространстве и в необходимом для воспроизведении времени. Эти формы обладают определенным запасом прочности, который тратится со временем, и формы отмирают.

В живой психической реальности, способной к самовоспроизведению новых форм, границы изменения определяются, с одной стороны, качествами «Я» человека, а с другой – бесконечностью, т. е. пространством и временем самой жизни. В этом смысле «Я» человека потенциально обладает возможностью быть всем, оставаясь собой. Именно эта особенность психической реальности, которая в сознании человека выступает как задача быть собой, как то напряжение, которое переживает человек, ощутивший в себе недостаток своего «Я», его непроявленность заставляет психологов обсуждать вопрос о строении психической реальности, ее неоднородном характере.

Именно эта особенность психической реальности позволяет говорить о том, что у нее есть естественные и искусственные составляющие, которые могут определять природные, казалось бы, свойства человека – видеть, слышать, чувствовать. Карл Роджерс писал об этом так: «Индивид становится все более открытым осознанию своих собственных чувств и отношений, таких, какими они существуют у него на органическом уровне… Он также начинает более адекватно, непредвзято осознавать реальность так, как она существует вне его, не втискивая ее в заранее принятые схемы. Он начинает видеть, что не все деревья зеленые, не все мужчины суровые отцы, не все женщины его отвергают, не все неудачи его опыта свидетельствуют о том, что он плохой, и тому подобное. Он способен принять очевидное скорее так, как оно есть, чем исказить его, чтобы оно соответствовало той схеме, которой он уже придерживался» (28, с. 162).

Вот это свойство психической реальности, которое выше было названо искусственным образованием, проявляется в том, что для человека может возникнуть необходимость разделения – буквально через проведение четкой границы – того, что принадлежит его «Я», и того, что принадлежит его же психической реальности, но не соответствует свойствам «Я», деформирует, разрушает их, а значит, причиняет боль, от которой человек стремится избавиться. Помогают ему в этом другие люди. В современном обществе есть профессия психотерапевта – человека, который по роду своей профессиональной деятельности должен помочь человеку обрести содержание переживаний, соответствующее его свойствам. Как говорит об этом процессе Карл Роджерс, «Я» человеку может быть открыто в его собственном опыте и воспринято спокойно как то, что не надо прятать, не надо защищать маской, не надо уподоблять чему-то или кому-то, а быть открытым своему «Я». Это тот процесс, который я уже называла идентификацией.

Если продолжить цитату с с. 162 текста Карла Роджерса, то там об этом можно прочитать следующее: «Как можно ожидать, эта все увеличивающаяся открытость опыту делает его более реалистичным при встречах с новыми ситуациями и новыми проблемами. Это значит, что его верования не являются застывшими, он может нормально относиться к противоречиям. Он может получать много противоречивых сведений и не пытаться отвергнуть ситуацию. Открытость сознания тому, что в данный момент существует внутри его и в окружающей его ситуации, мне кажется, является важной характеристикой человека…»

Эта открытость – признак наличия границ между разными качествами психической реальности, которые способствуют внутреннему диалогу человека. Именно это качество психической реальности обостренно переживается в юности как обретение «Я» новой (еще одной и далеко не последней) формы. Об этом в дневнике Владимира О. написано: «… мне начинает нравиться говорить без предварительного обдумывания. Но это пока бывает еще редко. И моя внутренняя страстность пока не дает говорить спокойно, без напряжения. Над этим еще придется поработать. Интересно получается, что когда я начинаю излагать свое мироощущение, я становлюсь оппонентом моим ребятам. Это меня ничуть не страшит, даже порой радует, что они все дружно единятся в своих мнениях. Получается единение, если раньше кто-то с кем-то был не согласен…» И далее: «И пусть я не всегда могу удержаться в новом, но мне это состояние начинает нравиться и постепенно начинаю осваиваться в нем. И когда я падаю в себя бывшего, я начинаю это острее осознавать. Когда раньше я мог жить в себе в старом без всякого дискомфорта и только затем осознать срыв, то теперь это проявляется сразу… Сейчас это трудно, но состояние настороженности сознания на некоторые периоды уже возможно. И это совсем не утомительно. Вообще в духовном мире радость всегда рождается от какого-либо нагнетания. Радостью настороженности или можно назвать это радостью дозора, радостью ответственности, и чем больше ответственность, тем больше радость. Указуется радость ответственности за свое мышление, затем мышление человечества и затем за ответственность эволюции человечества. Естественно, что эти состояния бывают недолгие. Пока не удается сделать это постоянным своим состоянием…»

Понятие психической реальности позволяет увидеть в текстах дневников и в научных текстах проявление ее свойств как отражение существенного, закономерного – порождение новых форм.

Период жизни человека – время решения жизненной задачи, которое содержит моменты ее возникновения, поиска решения, решения и обретения в этом решении новой формы «Я».

Периоды отличаются содержанием задач, а, значит, и характером их решения: скоростью, точностью, способами и средствами. Критерии, по которым выделяются периоды, зависят от того, как в той или иной научной теории рассматривается жизнь человека в целом, что считается источником изменений в жизни. (Я не буду останавливаться на конкретных теориях, предлагающих различные периодизации. При желании читатель может найти соответствующую информацию в литературе по возрастной психологии или психологии развития.) В этот момент изложения учебного предмета важно иметь в виду, что периоды – это условное деление жизни человека на отрезки времени, которые могут отличаться (с точки зрения того, кто их выделяет) параметрами изменения свойств психической реальности. В этом смысле юность можно рассматривать как один из периодов, предполагающий решение жизненных задач определенного типа. Если для этого потребуется вся оставшаяся жизнь человека, то ее можно будет назвать вечной юностью. Думаю, что в жизни вам встречались взрослые люди, которые имеют юношеский способ мышления и такой же стиль жизни. О них еще говорят: не могут угомониться или не помнят, сколько им лет… Для таких людей это и не важно. Они живут не по физическому времени своей жизни, а по психологическому, которое и характеризуется тем, какие задачи может и хочет решать человек в своей жизни. Если он решает юношеские задачи, он и живет в психологическом времени юности. Но если он в юности решает задачи зрелости, то это значит, что психологическое время этого человека течет быстрее, чем физическое время его жизни. (Такие факты в жизни тоже бывают, например, когда юная семья должна решать задачи, типичные для более солидного возраста.)

Часто человек сам отмечает, что в его жизни что-то закончилось и началось новое. Это чувство новизны связывается не обязательно с внешними событиями; чаще всего это именно внутренние изменения, о которых вы уже встречали суждения авторов дневников. Наблюдатель также может заметить появление новых свойств в психической реальности человека и рассматривать их как соответствующее его представлениям о периодах жизни проявление закономерностей изменения.

В большинстве случаев своей жизни каждый из нас встречается с понятием периода, тогда когда внешне (значимо не только для самого человека, но и для других людей) фиксируются изменения, которые произошли или происходят с ним. Это поступление в школу, ее окончание, получение паспорта, женитьба или замужество, рождение детей, начало работы, выход на пенсию и т. п. Обычно это связано с изменением социального статуса человека – его места среди людей, которое предполагает новые отношения с ними, характеризующиеся необходимостью изменения ответственности за свою жизнь.

Для излагаемого учебного предмета важно, что понятие период позволяет выделять в жизни человека отрезки времени, в которые происходит такое изменение свойств его психической реальности, которое связано с решением им жизненной задачи, существенной для организации активности в данное время.

Кризис – это понятие позволяет проанализировать характер изменений, с которыми связано решение жизненных задач. Изменения могут происходить постепенно, плавно и не вызывать у человека острой боли, острого напряжения в связи с их появлением. Тогда говорят о стабильных периодах в жизни человека.

Изменения могут происходить быстро, болезненно для человека, могут сопровождаться противоречивыми переживаниями, связанными с ощущением силы своего «Я» (от полного бессилия до переживания огромного потенциала своих сил). Тогда в психологии говорят о кризисе «Я», а время, когда человек его переживает, называют кризисным периодом.

Все признаки переживаемого кризисного периода можно встретить в дневниках молодых людей:

«Я чувствую полное бессилие».

«Проснулся полным сил и энергии – кажется все могу».

«Кажется, что я никогда ничего не смогу».

Подобные суждения встречаются у всех молодых людей, чьи дневники я уже цитировала. Причем они могут описывать свое состояние буквально в течение одного или нескольких дней.

Кризисы могут отличаться по происхождению – возрастные, т. е. закономерные, естественные для жизни человека, и ситуативные, вызванные воздействием на человека конкретных обстоятельств его жизни. Последние еще называют обстоятельствами, вызывающими жизненный стресс. В этих обстоятельствах человек переживает качества своего «Я» как необходимое основание для разрешения жизненной ситуации, например, потери близкого человека. Часто в состоянии ситуативного кризиса человеку требуется помощь других людей, чтобы обрести новые формы фиксации качеств своего «Я». Это то необходимое обретение сил, которое приходит к человеку с выявлением новых качеств своего «Я» как основания для организации психической реальности.

Иногда человек некоторое время своей жизни переживает особую чувствительность к каким-то воздействиям. Эти периоды получили название сензитивых или периодов повышенной чувствительности. Они сопровождаются типичными переживаниями, которые еще описывают как устойчивый интерес. Так для периода юности повышенной является чувствительность к музыке. Ее восприятие и создание становятся жизненно необходимыми для молодых людей. Пускаясь в музыкальные странствия, они переживают особые состояния, позволяющие уточнять качества «Я», границы «Я» как существующие индивидуализированные целостные образования. Человек чувствует единение с миром и с самим собой, которое в высшей форме его развития называют гармонией души. В юности душа стремится к этой гармонии, становясь особенно чувствительной, сензитивной к музыке. Музыка из всех знаков, созданных человеком, больше всего обладает универсальностью. Она не требует уточнения, объяснения, перевода. Она понятна своей обращенностью к сущностному в человеке, любом из людей.

Появление сензитивности к какому-то воздействию, как я уже отмечала, можно узнать по устойчивому интересу человека. Таким может быть интерес к языку, движениям, играм, философствованию и т. п. Сензитивность может объединять человека со сверстниками. Тогда в полной мере можно говорить об интересах (сензитивности) поколения: молодого, например, – к музыке, а старшего – к философствованию. Сензитивность как индивидуальное качество может и отделять человека от других людей. Тогда и возникает переживание непонятости для самого человека и его непонятности для других людей.

Новообразования – этим понятием описываются те изменения, которые возникают в психической реальности человека при переходе от одного периода жизни к другому как следствие решения им жизненных задач.

Типичные возрастные задачи при их адекватном решении человеком порождают и типичные новообразования. Тогда говорят о возрастных особенностях человека.

Применительно к студенческом возрасту описывают такие типичные новообразования внутреннего мира, как юношеский максимализм, чувства дружбы и любви, интериоризация морали, развитие абстрактного мышления. О каждом из них мы еще поговорим подробно, а пока я только приведу примеры их проявления на страницах дневников.

Юношеский максимализм проявляется в таких суждениях их авторов:

«Люди не виноваты, что они не понимают… Я желаю всем добра и света».

«Мне так хочется, чтобы люди меня любили…»

«Я всем все прощаю – я же понимаю…»

«Сказал себе, что я всегда могу быть выше этого».

(Надо сказать, что при проявлении юношеского максимализма в текстах молодых людей чаще всего встречаются такие временные параметры, как «всегда – навсегда – никогда», или «все – ничего», или «нигде», или «никому», или «все», т. е. та категоричность и абсолютность оценок, которая самой же юностью и обесценивается: «Никогда не говори никогда».)

Юношеские чувства дружбы и любви чаще всего проявляются в их литературных работах, одну из них – стихи Ирины В. – я хочу привести здесь:

 
Я не уйду в сон,
Я не хочу спать,
Вновь не придет он,
Чтобы меня спасать.
 
 
Вновь не пришел он,
Только опять спас.
Все без него – сон
В тысяча первый раз.
 
 
Все без него – тлен,
Все пропадет в дне,
Жизнь, а не ночи плен
Вновь подари мне.
 

Вот строчки из дневников о дружбе:

«… она меня пригласила на чай, так хорошо посидели, поговорили обо всем…»

«… зашли ребята, все мое сердце им было открыто, так с ними спокойно…»

«…на выставке были наши, так чувствовалась их поддержка…»

Интериоризация морали – это не простое дело, связанное с необходимостью понимать природу человеческих отношений, стремясь к воздействию на других людей или испытывая их воздействие на себе.

Переживается это так: «… и когда она срывает на мне зло, эгоизм свой, я со всей силой сердца протягиваю луч любви в ее сердце. Обратный удар неминуем, и здесь я поделать ничего не могу, таков закон. Злость и тьма порождают в человеке сами себя. И вот здесь мое участие состоит в том, чтобы человек почувствовал эти тьму и зло. Пусть на короткое время, но чтобы опыт был». (Из дневника Владимира О.)

Абстрактное мышление в юности чаще всего можно наблюдать как философствование на отвлеченные темы. У авторов дневников это встречается часто. Вот только несколько суждений:

«Когда трудно, думай о других».

 
«… Чем гуще тьма, тем ярче Свет,
И мне давно пора усвоить,
Что дня такого в мире нет,
Что может горы перестроить
Чем больше бездн, тем больше гор,
Но разве эти горы рады?
Им разве нужен этот спор,
И эти глупые преграды?
Страданье ставит на колени,
Мы зарываемся в Планету,
Но строят из земли ступени,
Чтобы по ним добраться к свету…»
 

«… Выйди из мира пустых мечтаний, лживой обычности и употреби все свои силы, чтобы непрестанно взбираться вверх…»

Мы еще встретимся с этими новообразованиями в дальнейшем тексте и поговорим о них подробнее. Сейчас же мы обратимся к новому понятию учебной дисциплины, к понятию, которое уже много раз упоминалось в этом тексте.

«Я» – понятие психологии, позволяющее выделить природные свойства психической реальности, определяющие ее активность. Думается, что анализ этого понятия по-настоящему начался с работ Зигмунда Фрейда, когда он открыл и описал существование различных уровней организации психической жизни – ее глубину. Сегодня психологи используют представления З. Фрейда о многоуровневой организации психической реальности, ее иерархическом построении, взаимозависимости разных уровней психической жизни, их специфическом строении и происхождении.

Психологи применяют для описания разнообразия качеств психической реальности три основных термина: «Я», Оно, Сверх-Я.

Как уже отмечалось, термин «Я» применяется для фиксации данности психической реальности как ее неотъемлемого природного качества быть живой, самой в себе создающей новые формы. «Я» живет по принципу реальности – ориентирует человека в его настоящем времени и том пространстве, где он в данный момент времени находится. В этом смысле любой из нас может обнаружить свое «Я», отвечая на простые вопросы: где мы находимся и какое сейчас время. Владеть временем и пространством – значит уметь организовать активность своего «Я», придать ему форму, соответствующую реальности, ее изменчивым и постоянным условиям. Самый обычный факт – одежда по сезону- говорит о работе «Я», его проявленности в активности человека. Другим, например, фактом проявленности «Я» будет наша возможность оценить свое состояние, ответить на вопрос: как мы себя чувствуем. Ответ на этот вопрос часто вызывает затруднение, когда его задают в прямой форме. Это – естественное затруднение, связанное с выделением качеств «Я» и их фиксацией в слове. Но когда это происходит, когда человек находит форму для выражения своего состояния, когда качества «Я» проявляются, могут быть такие варианты описания своего состояния: «я как волчонок в мешке», «во мне все болит», «я чувствовал себя в неестественном напряжении» и т. п. Думаю, не надо напоминать читателю, что я привожу примеры из дневников их сверстников.

Оно – характеризует бессознательную сферу человека. Это – характеристика глубинных процессов, которые постоянно присутствуют в жизни человека и являются ее естественным свойством, влияющим на направление активности. Оно помогает человеку осуществлять выбор направления активности среди всего многообразия возможных вариантов – единственный из них, который в данный момент приведет к организации психической реальности в целостность. Например, бессознательно, т. е. через проявление свойств Оно, человек отдергивает руку от горячего предмета. Но, если он будет в этой ситуации организовывать свою активность с помощью «Я», проявляя его силу, то он может терпеть воздействие предмета вплоть до появления сильного ожога.

Оно как бы само по себе контролирует, организует активность человека. При этом его границы подвижны и могут изменяться под воздействием «Я» и Сверх-Я. Однако у Оно есть такие специфические качества, которых нет у других образований психической реальности, что позволяет говорить о его своеобразии. Такими можно считать наследственный и врожденный характер влечений человека, что определяет содержание его энергии.