Kitobni o'qish: «Египетская «Книга мертвых»»

Оригинальное название:

The Egyptian Book of the Dead:

The Papyrus of Ani in the British Museum

Научный редактор Виктор Солкин

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023

* * *

Предисловие научного редактора

«Книга мертвых» стала, пожалуй, таким же символом древнеегипетской культуры, как пирамиды или золотая маска Тутанхамона. Однако название, ставшее столь узнаваемым в западной культуре, с самого начала вводит читателя в заблуждение. Средневековые арабы, открывая древние саркофаги с мумиями в поисках ценностей, называли папирусные свитки, содержания которых они не понимали, «Книгами мертвеца». Вслед за ними приписали текст к миру мертвых и европейские путешественники, бездумно покупавшие красивые свитки. Подлинное его название, между тем, говорило о поиске бессмертия, ведь Эр ну перет эм херу переводится как «Изречение выхода в свет дня». Это был сборник изречений, благодаря которому египтянин надеялся обрести посмертное бытие, воссоединение с миром божеств, возможность вновь увидеть благих предков – свою родню. Там, на далеких «Полях Иалу», к которым стремится сущность человека, переходящего через смерть, как через водный поток, находится его истинный дом. В окне этого дома, как гласят египетские тексты, горит неугасимый масляный светильник в знак той силы, с которой в мире богов и праведных душ ждут каждого.

«Книга мертвых» – это самый известный текст из огромного корпуса древнеегипетской заупокойной литературы. Однако он лишь часть его, преемник более древних памятников, в которых описывались бессмертие духа и его странствие по потусторонним пространствам. «Тексты пирамид», предназначенные только для царского погребения, были записаны в XXIV веке до н. э., а до этого много веков были частью устной жреческой традиции. На смену им пришли «Тексты саркофагов», где идея бессмертия и сопричастности к миру богов уже стала доступна знатным египтянам. И, наконец, приблизительно с XVII века до н. э. на этой основе появляется «Книга мертвых» – текст, где множество древних ритуалов было упрощено, однако идея путеводителя по запредельному иному миру была сформулирована четко и понятно. Богато иллюстрированный, этот литературный памятник должен был помочь ушедшему из земной жизни, а вовсе не просто умершему в западном понимании этого слова, преодолеть все опасности и испытания иного мира, доказать чистоту помыслов и своего собственного сердца на загробном суде, стать достойным спутником бога солнца и, наконец, трансформироваться в бессмертный, испускающий яркий свет дух – Ах. «Книга мертвых» – это текст не о смерти, а о сражении с нею и о победе над ней, как это видели древние египтяне.

Жанрово изречения текста, которые условно называют «главами», это молитвы и гимны богам иного мира, магические формулы и заклинания, описания важнейших эпизодов погребального ритуала. Единого перечня и последовательности «глав» не существовало: заказчик, видимо, выбирал из имеющегося перечня те элементы, которые считал для себя наиболее важными. Общее число «глав» текста, которые мы знаем по разным свиткам, – 193, однако их число и комбинации могут быть различными. Конечно же, в древности «главы» не имели номеров – их в XIX столетии предложил использовать для упрощения работы с текстом выдающийся германский египтолог Карл Рихард Лепсиус (1810–1884); он опирался на изданный им экземпляр текста, датирующийся греко-римским временем, когда общий перечень изречений был все-таки приведен к единой системе.

Читать «Книгу мертвых» следует подготовившись: без знания многочисленных богов и богинь, мифологических конструктов, символов, элементов египетского погребального ритуала текст останется непонятным нагромождением заклинаний и странных смысловых ходов. И наоборот, человек, знакомый хотя бы с базовыми принципами египетского мировоззрения и символического кода, откроет в «Книге…» бездонное море смыслов, поразительный рассказ о конечности смерти и богатейшее описание самой бессмертной сущности человека, которой и посвящен этот текст.

Условно можно разделить содержание «Книги мертвых» на четыре больших «блока». Первый блок – шествие погребальной процессии по некрополю, само погребение, молитвы, обращенные к Ра – богу солнца, и к Осирису – владыке иного мира («главы» 1–16). Второй – «выход в день», возрождение умершего, его триумфальная победа над силами хаоса и приобщение к тайнам богов («главы» 17–63). Третья часть – это окончательная трансформация умершего в бессмертное божество, приобщение его к команде и кругу спутников ладьи солнца, загробный суд и познание тайн жизни и смерти, которое позволит сущности человека «не умереть еще раз» («главы» 130–162). Наконец, завершающая часть посвящена прославлению умершего и того поразительного пространства, частью которого он теперь стал.

Очень важная часть свитков с текстом «Книги мертвых» – это виньетки, часто выполненные мастерски, ставшие восхитительным примером книжной иллюстрации на заре истории человечества. Известно, что часто писцы готовили свиток, оставляя для иллюстраций места, причем часто иллюстрации к более значимым частям текста, например к «главам» о загробном суде, исполнял более опытный художник. Часто, в том случае, если не удавалось уместить в той или иной части свитка полный текст необходимой главы, писец предпочитал сократить текст, но оставить место для виньетки; в XIX–X вв. до н. э. встречаются даже экземпляры «Книги мертвых», которые состоят только из рисунков. Загадочное пространство мира иного, полный трудностей путь души умершего, магические заклинания и формулы, диалоги с существами, обитающими в потустороннем мире, благодаря картинкам становились более понятными, доступными; их можно было понять и найти возможность, избежав опасностей, возродиться.

Папирус царского писца Ани, который лежит в основе этого издания текста, – потрясающий шедевр египетского искусства, многие виньетки которого не сходят со страниц художественных изданий о Древнем Египте. Читая «Книгу…», очень важно не забывать обращать внимание на иллюстрации, которые позволят глубже понять многие мысли, заложенные в свитке его древними авторами. Сегодня этот свиток – один из главных, бесценных шедевров египетского собрания Британского музея.

История обретения Лондоном папируса Ани – это колониальный детектив, главное действующее лицо которого – сэр Эрнест Альфред Уоллис Бадж (1857–1934), выдающийся ученый-ориенталист, авантюрист и многолетний хранитель восточных коллекций знаменитого музея. Ему были интересны и Египет, и Ассирия, однако на берегах Нила ему особенно везло: так, в 1888 году египетские торговцы, связанные с нелегальной перепродажей древностей, найденных в Луксоре, предложили ему свиток «Книги мертвых», который сразу поразил его красотой и очень высоким уровнем исполнения. «Вскоре после моего возвращения в Луксор как-то вечером я посетил с несколькими местными одно место на западном берегу, где были найдены папирусы, – пишет Бадж в книге воспоминаний. – Там я обнаружил в изобилии прекрасные и редкие вещи, а среди них – самый большой свиток папируса из тех, что я видел. Свиток был обвязан толстой папирусной веревкой и был в превосходной сохранности; глиняная печать, которая соединяла концы веревки, была нетронутой. Свиток лежал в прямоугольной нише в северной стене погребальной камеры вместе с несколькими каменными амулетами. Сломать печать и развязать веревку казалось тогда святотатством, однако, скопировав имя на оттиске печати, я сделал это, иначе понять содержимое папируса было бы невозможно. Мы развернули несколько футов папируса, совсем немного, так как он был чрезвычайно хрупким, и я был потрясен красотой и свежестью цветов на фигурах людей и животных, которые в тусклом свете свечей и разогретом воздухе гробницы, казалось, ожили. Отблеск сцены загробного суда показал, что свиток был большим и полным кодексом Пер-эм-херу, или “Книгой мертвых”, а многие колонки знаков повторяли имя человека, для которого этот восхитительный свиток был создан и расписан, – «царского писца Ани…»¹ Узнав о покупке, египетские власти опечатали дом, где Бадж временно хранил свои сокровища, однако он был хитрее и встретил полицейских и инспекторов Службы древностей² обильным угощением. Одновременно по его приказу слуги сделали подкоп внутрь помещения, где хранились главные обретения, и среди них, конечно же, папирус Ани. Свиток позже был аккуратно развернут, разрезан на отдельные листы и, упакованный в металлические тубусы, отправлен в Англию, на адрес главного библиотекаря Британского музея, как «собственность Британского правительства», в обход таможни. За «подвиг» Казначейство Великобритании заплатило Баджу 150 фунтов. Именно так Египет лишился еще одного бесценного памятника, который Бадж, тем не менее, блестяще опубликовал в 1913 году.

Настоящий перевод папируса Ани, осуществленный египтологом Светланой Архиповой по изданию Э. А. У. Баджа, – лучший в настоящий момент из всех русскоязычных изданий «Книги мертвых», ни одно из которых так и не было сделано непосредственно с древнеегипетского, а не с английского языка. Для правильного и более точного понимания текста он снабжен обширным египтологическим комментарием, а многие устаревшие замечания из британского издания сокращены или заменены на актуальные ссылки, в том числе на профессиональные египтологические издания на русском языке. И все же надо понимать, что чтение египетской «Книги мертвых» – это процесс, требующий подготовки, терпения и большого интеллектуального труда, без которых не удастся проникнуть в смыслы древнего текста, ведущего человека сквозь запредельное пространство к бессмертию духа. Важно отметить и то, что настоящее издание текста выходит в год двухсотлетнего юбилея египтологии – молодой науки, значительный вклад в которую внесли и русские специалисты.

Виктор Солкин

Введение. Папирус Ани

Папирус Ани был обнаружен в Фивах и приобретен попечителями Британского музея в 1888 году. Он достигает 23,6 м в длину при ширине в 39,5 см и является самым длинным папирусом фиванского периода³. Папирус Ани состоит из шести отдельных частей, длина которых варьируется от 8 до 1,5 м. Писчий материал составляет три слоя стеблей, диаметр которых равнялся приблизительно 13 см. Составные части соединены очень аккуратно, исправления и вставки (см. табл. XXV, XXVI) выполнены с большой тщательностью.

Когда папирус Ани нашли, он имел светлый оттенок, наподобие папируса Хунефера (Брит. музей, ЕА 9901⁴), но, после того как его развернули, он потемнел и некоторые секции немного сморщились.

Папирус Ани содержит ряд глав «Книги мертвых», почти все они сопровождаются виньетками. Начало и конец каждой главы отмечены бордюром, выполненным двумя цветами – красным и желтым⁵. В верхней и в нижней частях папируса имеется незаполненное пространство, соответственно 15 и 28 см. Текст сохранился полностью, утрата нескольких знаков, испорченных при разворачивании свитка⁶, не мешает прочтению. Текст выполнен тремя или более писцами, однако единство стиля виньеток указывает на меньшее число художников, работавших над иллюстрациями. Названия глав, рубрики, ключевые слова и так далее выписаны красными чернилами. В некоторых случаях художник занял так много места, что писцу пришлось ужимать текст (например, приведенный в табл. XI), иногда он даже вынужден был писать поверх бордюра (табл. XIV, табл. XVII), на основании чего можно заключить, что виньетки были выполнены раньше текста.

Не все разделы папируса изначально были изготовлены для Ани, так как в некоторых местах⁷ его имя добавлено другой рукой. Но в первой секции, которая насчитывает в длину около 5 м, таких приписок нет, следовательно, с самого начала она делалась для Ани, в то время как остальные являлись готовыми копиями, в которых были оставлены чистые места, где следовало вписать имя покойного, для которого будет приобретен этот папирус. Писец, вписавший имя Ани в предназначенные для этого промежутки, допустил крайнюю небрежность: в главе XXX, во второй строке, ему не хватило места для имени «Осирис» в словосочетании «Ани, правогласный перед Осирисом» (табл. XV), а в главе XLIII, в строках 1 и 2, имя повторено дважды (табл. XVII). В главе IX, в первой строке, он пропустил детерминатив; в главе XV, во второй строке, вместо «Ани, правогласный в мире» писец написал «Ани в правогласии» (табл. XX). В главе CXXV, в 18-й строке, словосочетание «правый голосом» выписано дважды – впрочем, возможно, это было сделано для того, чтобы просто заполнить строку до конца (табл. XXX). В главе CLI имя владельца выписано криво, а детерминатив вообще опущен (табл. XXXIV). В главе XVIII (Введение, табл. XII) писец в двух местах, где следовало, не вписал имя владельца. Представляется очевидным, что все секции папируса выполнены приблизительно одновременно и представителями одной и той же школы. Неоднородность заполнения пространства текстом и разница в цвете бордюра указывают, что даже лучшие писцы при изготовлении копий «Книги мертвых» не связывали себя единым планом или методом.

В тексте имеется много серьезных недочетов: исключительно по недосмотру в папирус Ани включили две копии главы XVIII: одну – с необычным Введением, другую – без Введения, а большой раздел главы XVII, важный для всей работы в целом, был полностью пропущен. Подобные недочеты и пропуски встречались и в более ранних копиях «Книги мертвых». Например, в папирусе Небсени, выполненном в Мемфисе в середине XVIII династии (Брит. музей, ЕА 9900), дважды выписаны главы L, LVI, LXIV, CLXXX и трижды главы С и CVI, а два отрывка главы XVII оказались в разных местах.

Папирус Ани не датирован и не содержит каких-либо указаний на время, когда жил Ани, что позволило бы отвести этому источнику конкретное место в ряду иллюстрированных папирусов фиванского периода⁸.

Полная титулатура Ани звучит следующим образом: «Царский писец истинный, писец и счетовод всех богов, начальник житницы владык Абидоса, писец божественного имущества владык Фив».

Еще об Ани сказано, что он «любим владыкой Верхнего и Нижнего Египта» и сам «любит его». Невозможно по таким указаниям определить имя царя, который имеется в виду. Положение «царского писца» было не рядовым, на что указывает дополнение «истинный», а должность писца и счетовода всех богов являлась, возможно, наивысшей, какую только мог занимать писец⁹. Другие должности Ани – «начальник житницы владык Абидоса» и «писец божественного имущества владык Фив» – также свидетельствуют о высоком общественном положении, так как Абидос и Фивы были крупнейшими религиозными центрами Египта. Жена Ани, Туту, названа «госпожой дома, певицей Амона»¹⁰. Мы не знаем, что конкретно означает титул «госпожа дома»¹¹, но титул «певица Амона» носили знатные дамы, которые пели или играли на музыкальных инструментах в храмах богов¹². Дама Туту была жрицей Амона-Ра в Фивах, она всегда носила в руках систр и менат – символы ее должности¹³. Таким образом, Ани и его жена принадлежали к высшему жречеству, относящемуся к культу Амона.

Изучение папирусов фиванского периода, хранящихся в фондах Британского музея, позволило сделать вывод, что в эпоху XVIII династии сложились две различные группы папирусов «Книги мертвых». В копиях первой группы текст и виньетки выполнены черными чернилами¹⁴, рубрики и ключевые слова – красными.

Во второй – только для написания текста использованы черные чернила, для рубрик – красные, а виньетки красиво раскрашены разными цветами. В папирусе Ани, который принадлежит ко второй группе, текст и виньетки хотя и сопоставимы с более ранними памятниками фиванской версии, но занимают совершенно особое во всех отношениях место. Сопоставимый по основным параметрам с папирусами XVIII династии, папирус Ани имеет орфографические особенности, которые нигде более не встречаются. Почерк первой секции указывает на период расцвета XVIII династии, но, поскольку некоторые знаки писец выписал в индивидуальной, своеобразной манере, палеографические свидетельства не имеют решающего значения.

Сбор папируса. Изображение из гробницы Пуимре в Фивах. XV в. до н. э.

© The Metropolitan Museum of Art.

Не вызывает сомнений, что папирус Ани восходит к тому же времени, которым датируются папирусы Небкед¹⁵ и Кенна¹⁶, то есть к XVIII династии¹⁷. Он старше папируса Хунефера, созданного в правление Сети I, так как хотя он и относится к группе богато орнаментированных папирусов, но исполнение его виньеток отличается большей изысканностью и тщательностью.

Обработка папируса. Изображение из гробницы Пуимре в Фивах. XV в. до н. э.

© The Metropolitan Museum of Art.

Папирус Ани можно разделить на две части. Первая содержит необычные версии двух гимнов Ра и Осирису, виньетку с изображением восхода солнца (глава XVIa) и сцену загробного суда с сопровождающими надписями, некоторые из которых нигде больше не встречаются. Ко второй части относятся 62 главы фиванской версии «Книги мертвых» в следующем порядке: I, XXII, LXXII, рубрика, XVII, CXLVII, CXLVI, XVIII, XXIII, XXIV, XXVI, ХХХb, LXI, LIV, XXIX, XXVII, LVIII, LIX, XLIV, XLV, XLVI, L, ХСIII, XLIII, LXXXIX, XCI, XCII, LXXIV, VIII, II, IX, СХХХII, X, [XLVIII], XV, СХХХIII, CXXXIV, XVIII, CXXIV, LXXXVI, LXXVII, LXXVIII, LXXXVII, LXXXVIII, LXXXII, LXXXV, LXXXIII, LXXXIV, LXXXIa, LXXX, CLXXV, CXXV, Введение и Отрицательная исповедь, XLII, CXXV, Приложение, CLV, CLVI, XXIXb, CLXVI, CLI, VI, CXLVIII, CLXXXV, CLXXXVI. Названия этих глав в нумерации Р. Лепсиуса звучат следующим образом:

Глава I. «Начало изречений “Выхода в день”, песен восхваления и прославления, выхода и входа в великую Херет-нечер, что в прекрасном Аменти. Говорится в день погребения: вход после выхода» (табл. V, VI).

В папирусах начала XVII династии эта глава называется «Изречение входа к божественным глазам Осириса». Иллюстрации папируса Ани отличаются изображением большого количества мужчин, стоящих около погребальных носилок, и рыдающих женщин.

Глава II. «Изречение о выходе в день и жизни после смерти» (табл. XVIII). Эта глава включена еще только в один папирус фиванского периода (Брит. музей, ЕА 9964). Другая копия этой главы сохранилась на пеленах мумии, хранящейся в Лувре (№ 3097)¹⁸.

Глава VI. [См. главу CLI, в которую она включена.] В папирусе Небсени (Брит. музей, ЕА 9900) эта глава встречается отдельно и озаглавлена: «Изречение о том, как заставить ушебти исполнять работу за покойного в Херет-нечере».

Глава VIII. «Изречение о прохождении через Аменти и о выходе в день» (табл. XVIII). В качестве отдельной главы встречается лишь в двух других папирусах XVIII династии¹⁹.

Глава IX. «Изречение о выходе в день после прохождения сквозь гробницу» (табл. XVIII). Виньетка в папирусе Ани аналогична виньеткам к главам VIII и IX других папирусов.

Глава X. [См. главу XLVIII, табл. XVIII.]

Глава XV.1. «Гимн восхваления Ра, когда восходит он в восточной области неба» (табл. I). Эта версия нигде более не встречается.

Глава XV.2. «Гимн восхваления Осириса-Уннефера, бога великого в Абидосе»²⁰ (табл. II).

Глава XV.3. «Гимн восхваления Ра, когда восходит он в восточной части неба и садится в [страну] жизни» (табл. XVIII–XXI).

Литания Осириса (табл. XIX) и гимн Ра (табл. XXIV, табл. XXV), следующие за вариантами главы XV, аналогичны литании и гимну, опубликованным Э. Навиллем²¹.

Глава XVIa. Состоит только из виньетки (табл. II). Собственно говоря, эту виньетку следовало бы отнести к главе XV или к той ее части, которая посвящена восходящему солнцу. Подобно многим другим ранним папирусам, папирус Ани не содержит виньетки с изображением заката.

Глава XVII. «Начало молитв и восхвалений выхода и входа в великолепный Херет-нечер прекрасного Аменти, выхода в день и превращений по желанию своему, игры в сенет и восседания в зале Сех, выхода в качестве живой души» (табл. VII–X).

Это одна из самых древних и важных глав «Книги мертвых», в которой наиболее полно содержатся положения относительно египетской космогонии, сформулированные жрецами гелиопольской школы. По-видимому, случайно писец пропустил значительную часть этой главы.

Глава XVIII. Без названия.

В папирус Ани включены две копии этой главы. В первой копии боги различных местностей сгруппированы отдельно, а тексту предпослано весьма редкое Введение, в котором жрецы Иунмутеф и Самериэф представляют Ани богам, к которым он обращается с двумя речами (табл. XII–XIV). Во второй копии текст распадается на две группы, и боги не распределены по группам (табл. XXIII–XXIV).

Глава XXII. «Изречение о даровании уст Осирису Ани, писцу и возглашателю священных приношений всех богов» (табл. VI). Церемонию дарования уст покойному, согласно виньетке папируса Небсени, проводил «Страж Весов». В папирусе Ани виньетка к этой главе отсутствует; интересно, что эта глава следует непосредственно за главой I.

Глава XXIII. «Изречение об отверзании уст Осириса, писца Ани» (табл. XV).

Глава XXIV. «Изречение о наведении чар на Осириса Ани в Херет-нечере» (табл. XV). Подобно другим ранним фиванским копиям, в папирусе Ани нет виньетки к этой главе.

Глава XXVI. «Изречение о даровании сердца Осирису Ани в Херет-нечере» (табл. XV). Виньетка, сопровождающая эту главу, возможно, уникальна.

Глава XXVII. «Изречение о том, как не допустить похищения сердца в Херет-нечере» (табл. XV). Виньетка необычна.

Глава XXIX. «Изречение о том, как не допустить похищения сердца в Херет-нечере» (табл. XV). Эта глава встречается только в папирусе Ани.

Глава XXIXb. «Изречение о том, как воспрепятствовать похищению сердца Осириса Ани в Херет-нечере» (табл. XV).

Глава XLII. Не имеет заголовка (табл. XXXII), но в других папирусах названа «Изречение о том, как избежать убиения в Хенен-несу».

Глава XLIII. «Изречение о том, как избежать отрезания головы в Херет-нечере» (табл. XVII). Как и в других ранних фиванских папирусах, глава не сопровождается виньеткой.

Глава XLIV. «Изречение о том, как не умереть во второй раз в Херет-нечере» (табл. XVI). Виньетка очень своеобразна.

Глава XLV. «Изречение о том, как не подвергнуться разложению в Херет-нечере» (табл. XVI). Известна еще одна копия этой главы²². Сопровождающая ее в папирусе Ани виньетка является особенностью этого памятника.

Глава XLVI. «Изречение о том, как избежать гибели и обрести жизнь в Херет-нечере» (табл. XVI). Известна еще одна копия этой главы (Брит. музей, ЕА 9900). Среди фиванских папирусов сопровождающая ее в папирусе Ани виньетка является особенностью этого памятника.

Глава XLVIII. «Другое изречение о выходящем днем против врагов своих в Херет-нечере» (табл. XVIII). Известна другая копия этой главы (Брит. музей, ЕА 9900). Среди фиванских папирусов виньетка является особенностью папируса Ани.

Глава L. «Изречение о вхождении в колоду» (табл. XVI). Текст этой главы в этом памятнике ближе версии папируса Небсени, чем копии Британского музея (ЕА 9964). Поскольку папирус Ани происходит из Фив, в этом нет ничего неожиданного.

Глава LIV. «Изречение о предоставлении дыхания в Херет-нечере» (табл. XV). Известна другая копия этой главы, она не сопровождается виньеткой²³.

Глава LVIII. «Изречение о дыхании воздухом и приобретении власти над водами в Херет-нечере» (табл. XVI). О других копиях этой главы неизвестно.

Глава LIX. «Изречение о дыхании воздухом и приобретении власти над водами в Херет-нечере» (табл. XVI). Известна другая копия этой главы.

Глава LXI. «Изречение о том, как избежать отторжения души в Херет-нечере» (табл. XV). Виньетка аналогична той, которая сопровождает эту главу в папирусе Сутимеса²⁴. Э. Навилль датирует ее не ранее периода XIX династии²⁵.

Глава LXXII. Приложение (табл. VI).

Глава LXXIV. «Изречение о хождении ногами и о выходе на землю» (табл. XVIII).

Глава LXXVII. «Изречение о превращении в золотого сокола» (табл. XXV).

Глава LXXVIII. «Изречение о превращении в божественного сокола» (табл. XXV, XXVI).

Глава LXXX. «Изречение о превращении в бога, посылающего свет во тьму» (табл. XXVIII).

Глава LXXXIa. «Изречение о превращении в лотос» (табл. XXVIII). Изображение на виньетке пруда, наполненного водой, необычно.

Глава LXXXII. «Изречение о превращении в Птаха» (табл. XXVII). Как и в других папирусах XVIII династии, в этом памятнике виньетка к данной главе отсутствует.

Глава LXXXIII. «Изречение о превращении в птицу Бену» (табл. XXVII). Как и в других копиях XVIII династии, в папирусе Ани отсутствует дополнение к этой главе, имеющееся в папирусе Сутимеса.

Глава LXXXIV. «Изречение о превращении в цаплю» (табл. XXVIII).

Глава LXXXV. «Изречение о превращении в душу²⁶ Атума» (табл. XXVII). Виньетка к этой главе аналогична той, которая имеется в папирусе Тура по прозвищу Неферубенеф эпохи XVIII династии²⁷.

Глава LXXXVI. «Изречение о превращении в ласточку» (табл. XXV).

Глава LXXXVII. «Изречение о превращении в Сата» (табл. XXVII).

Глава LXXXVIII. «Изречение о превращении в крокодила» (табл. XXVII).

Глава LXXXIX. «Изречение о том, как добиться единения души с телом в Херет-нечере» (табл. XVII). На виньетке изображены два человека, возжигающие благовония: один – в головах, другой – в ногах погребальных носилок; эта сцена является особенностью папируса Ани.

Глава XCI. «Изречение о том, как не допустить, чтобы душа попала в плен в Херет-нечере» (табл. XVII).

Глава ХСII. «Изречение об отверзании гробницы для души и для тени²⁸, о выходе в день и о приобретении власти над ногами» (табл. XVII). Виньетка папируса Ани к этой главе необычна и представляет большой интерес, так как на ней изображена душа Ани, сопровождаемая его тенью.

Глава ХСIII. «Изречение о том, как не переправиться на восток в Херет-нечере» (табл. XVII). Сопровождающая эту главу виньетка является особенностью папируса Ани.

Глава СХIIIа. «Другое изречение» (табл. XVII).

Глава СХ. «Начало изречений о Сехет-Хетепу и изречений выхода в день, о вхождении и выхождении из Херет-нечер, прибытии в Сехет-Иалу и о пребывании в мире в городе великом, овеваемом свежим ветром» (табл. XXXIV). Текст неполон.

Глава CXXIV. «Изречение о вхождении к божественным главам Осириса» (табл. XXIV). На виньетке следовало поместить четырех, а не трех богов.

Глава CXXV. «Изречение о вступлении в Зал Двух Истин: гимн восхваления Осириса» (табл. XXX). Введение к этой главе, в таком виде, как в папирусе Ани, более нигде не встречается. Но текст, который обычно следует за «Отрицательной исповедью», здесь опущен. Виньетка является особенностью папируса Ани.

Глава СХХХII. «Изречение о том, как дать возможность человеку вернуться, чтобы вновь узреть дом свой на земле» (табл. XVIII).

Глава СХХХIII. «[Изречение], которое следует произносить в день месяца» (табл. XXI).

Глава СХХХIII. Приложение (табл. XXII).

Глава CXXXIV. «Гимн восхваления Ра в день месяца, когда плывет он в своей ладье» (табл. XXII).

Глава CXLVI. «Изречение об обновлении пилонов в Доме Осириса, что в Сехет-Иалу» (табл. XI, XII).

Глава CXLVII. «Изречение, которое следует произносить, когда Ани вступает в первую Арит» (табл. XI, XII).

Глава CXLVIII. Не имеет заголовка (табл. XXXV).

Глава CLI. Сцена в погребальной камере (табл. XXXIII, XXXIV).

Глава CLV. «Изречение о золотом столбе джед» (табл. XXXIII).

Глава CLVI. «Изречение о пряжке из сердолика» (табл. XXXIII).

Глава CLXVI. «Изречение о подголовнике, что помещен под голову» (табл. XXXIII).

Глава CLXXV. «Изречение о том, как не умереть во второй раз» (табл. XXIX).

Имеется другая, сильно испорченная, копия этой очень важной главы. Она провозглашает, что ни смертные, ни боги не в состоянии постичь, сколь великой славы удостоен покойный в своем загробном существовании, и что его посмертная жизнь продлится на «миллионы миллионов лет».

Глава CLXXXV. «Гимн восхваления Осириса, обитателя Аменти, Уннефера в пределах Абджу» (табл. XXXVI).

Глава CLXXXVI. «Гимн восхваления Хатхор» (табл. XXXVII).

Египетская «Книга мертвых»

Таблица I

Виньетка

Писец Ани, воздев руки в позе адорации, стоит перед жертвенным столом с приношениями, состоящими из бычьих ног и жертвенных пирогов, сосудов с вином и маслом, фруктов, цветов лотоса и других цветов. На нем бело-шафрановые одежды, на голове – парик, на шее – ожерелье, руки унизаны браслетами. Позади Ани стоит его жена – «Осирис госпожа дома, певица Амона Туту»²⁹; облаченная подобно мужу, она держит систр и виноградную (?) лозу в правой руке и ожерелье менат в левой.

Виньетка из папируса Ани (таблица I)

Гимн, восхваляющий Ра, когда восходит он над восточным горизонтом.

Осирис, писец священных приношений всем богам, Ани говорит он: приветствую тебя, являющийся подобно Хепри – подобно Хепри, создателю богов. Ты восходишь, ты сияешь, озаряя светом свою матерь [Нут], увенчанный венцами царя богов. Твоя матерь Нут воздает тебе приветствия обеими руками. Страна Ману с удовлетворением встречает тебя, а богиня Маат утром и вечером заключает тебя в свои объятья. Да дарует он³⁰ тебе славу, могущество и оправдание, а также выход в качестве души живой, лицезреющей Хора-Обоих-Горизонтов, – для ка Осириса писца Ани, правогласного³¹ перед Осирисом, который говорит: приветствую вас, боги Храма Ea, уравновешивающие небо и землю, податели пищи, обеспечивающие мясо в изобилии! Приветствую тебя, Татенен, Единственный, создатель рода человеческого и Девятерицы богов Юга и Севера, Запада и Востока. Возносишь ты хвалы Ра, Владыке Неба, Правителю – да будет он жив, невредим и здоров! – и Создателю богов: поклоняешься ты ему, когда во всем великолепии поднимается он в ладье Манеджет³². Обитающие на высотах и населяющие глубины славят тебя. Тот и Маат отмечают твой путь. Твой Враг³³ предан огню, злодей повержен, его руки связаны, а ноги отрублены великим Ра. «Дети неудавшегося восстания» никогда не смогут подняться вновь. В Доме Владыки праздник, и голоса тех, кто радуется там, звучат в огромном жилище. Боги ликуют, когда видят Ра, восходящего над Горизонтом, его лучи озаряют мир. Величие бога, вызывающее трепет, распространяется повсюду и достигает земли Ману. Ра освещает землю; возрождаясь каждый день, он отправляется в то место, где был вчера. О, да будет со мной твое благоволение, позволь мне узреть твою красоту, позволь передвигаться по земле вновь, позволь мне убить Осла, разгромить твоего супостата, уничтожить Апопа в час его³⁴, позволь мне созерцать рыбу абджу в момент ее творения, и появление рыбы инет, и ладью Инет в ее озере. Да буду созерцать я Хора у руля ладьи, когда Тот и Маат встанут по обе стороны от него, да буду держать я носовой канат ладьи Месектет³⁵ и кормовой канат ладьи Манеджет. Пусть дозволит он ка Осириса Ани видеть диск солнца и лицо бога луны³⁶ постоянно, каждый день, пусть душа моя передвигается, ходит тут и там по желанию своему. Да будет возглашаться имя мое, когда обнаружат его на жертвенном столе, да будут доставляться мне приношения пред лицо мое, подобно приношениям, которые положены следующим путем Хора; да будет уготовано мне место в солнечной ладье в день явления бога, и да буду я допущен в присутствие Осириса в земле оправдания – для ка Осириса Ани.

Приложение

Приведенные ниже варианты этой главы заимствованы из других версий «Книги мертвых».

I. Гимн, восхваляющий Ра, когда восходит он над восточным горизонтом

Осирис, торговец Кенна, говорит он: «Приветствую тебя в твоем восходе, Атум, в великолепии твоих венцов красы. Ты восходишь, ты восходишь, о блистающий Ра, ты сияешь на рассвете дня. Ты увенчан венцами царя богов, и богиня Шути воздает тебе приветствие. Девятерица богов восхваляет тебя в Обоих твоих Жилищах. Ты путешествуешь в небесной вышине, и твое сердце преисполнено радости. Ладья Месектет приближается, это Ра плывет по Небу с попутным ветром в ладье Манеджет. Ликует Ра, ликует Ра. Твой отец – Нун, твоя матерь – Нут, а [сам] ты коронован в качестве Ра-Хоремахета. Твоя ладья движется в мире. Твой враг повержен, его голова отрублена, и сердце Госпожи Жизни в радости оттого, что враг ее господина побежден. Сердца моряков Ра спокойны, Иуну³⁷ торжествует».

Торговец Кенна говорит: «Я пришел к тебе, о Повелитель богов Атум-Хоремахет, проходящий над землей […] Я знаю, чем ты жив. Да уподоблюсь я тем, которые угодны тебе среди следующих за Великим богом. Да будет провозглашаться мое имя, да не исчезнет оно, а будет найдено, да будет оно постоянно обновляемо вместе с […] Подняты весла в ладье Месектет, и священная ладья продвигается в мире. Да узрю я Ра, когда он поднимается в небе на рассвете и когда его враги угодили на плаху. Да будет дано мне лицезреть Хора, стоящего у руля ладьи и правящего [ею] обеими руками. Да увижу я рыбу абджу в момент ее творения, и рыбу инет в момент ее рождения, и ладью Инет на ее озере. О Единственный, о Могущественнейший, о Величайший – ты, который никогда не становится слабым и которого нельзя лишить силы, […] покорный слуга владыки Абидоса».

Торговец Кенна, говорит он: «Привет тебе, Хорахти-Атум, Хор-Хепри, могущественный Сокол, благодаря которому тело человека возвращается к жизни. Прекрасноликий, украшенный двумя перьями. Ты просыпаешься в красоте своей на рассвете, когда Девятерица богов и смертные поют тебе радостные песни; хвалебные гимны воспевают тебе вечером. Звездные божества [также] поклоняются тебе. О перворожденный, ты лежишь без движения – так восстань! Твоя матерь направляет на тебя любовь и заботу каждый день. Здравствует Ра, а демон Ник мертв; ты будешь жить вечно, а демон повержен. Ты плывешь по небу, живой и могущественный. Бог Нехебкау путешествует в ладье Манеджет, священная ладья в радости. Твое сердце радуется, а твое чело украшено двумя змеями».

II. Гимн, восхваляющий Ра, когда восходит он над восточным горизонтом

Осирис торговец Кенна, правогласный, говорит он: «Привет тебе, восходящий в Нуне, который своим [воз]рождением несет в мир свет. Вся Девятерица богов поет тебе хвалебные гимны. Прислуживающие Осирису поклоняются ему как Повелителю Севера и Юга, прекрасному и возлюбленному младенцу. Когда он восходит, смертные живут. Народы радуются ему, а Души Гелиополя поют ему песни радости. Духи городов Пе и Нехена³⁸ восхваляют его, обезьяны рассвета³⁹ преклоняются перед ним, дикие и домашние животные – все вместе прославляют его. Богиня Себи низвергла твоих врагов, поэтому ликование [царит] в твоей ладье и находящиеся в ладье довольны. Ты плывешь в ладье Адет, и твое сердце расширяется от радости. О Владыка богов, когда ты создал их, они воспели тебя. Богиня неба Нут окружает тебя со всех сторон, а бог Нун затопляет тебя своими лучами света. О, ниспошли свой свет на меня и дай узреть мне твою красоту – мне, Осирису Кенна, торговцу, правогласному! Когда взойдешь ты над землею, я вознесу хвалы твоему прекрасному лику. Ты поднимешься над Горизонтом неба, и твоему диску поклонятся, когда он появится над горой, чтобы принести в мир жизнь».

Говорит Кенна, торговец, правогласный: «Ты восходишь, ты восходишь, поднимаясь от бога Нуна. Ты вновь молодеешь, ты такой же, каким был и вчера. О могущественный, ты создал себя сам. Не […] моя рука. Ты идешь, преисполненный своим великолепием, ты наполняешь небо и землю светом, твои лучи – как свечение чистого изумруда. Земля Пунта⁴⁰ основана ради благоуханий, вдыхаемых твоими ноздрями. Ты восходишь в небе, о Прекрасносущий, две змеи на твоем челе. Ты – Владыка мира и его обитателей; Девятерица богов и Кенна, торговец, правогласный, преклоняются перед тобой».

III. (1, 2) Гимн, воспевающий Ра, когда восходит он над восточным горизонтом

Осирис Хунефер, правогласный, говорит он: «Привет тебе, о Ра, когда ты восходишь, и тебе, Атум, когда ты заходишь. Ты восходишь, ты восходишь; ты сияешь, ты сияешь, увенчанный венцами царя богов. Ты Владыка Небес, ты Владыка Земли, ты Творец обитающих на высотах и населяющих глубины.

Ты – Единственный бог, воссуществовавший в начале времен. Ты создал землю, сотворил человека, сделал водную пучину неба, очертил форму Хапи, ты – Творец течений и великих глубин. Ты дал жизнь всему, что в них. Ты сморщил горы, создал род человеческий и всех зверей диких, слепил небо и землю. Поклоняются тебе, кого богиня Маат обнимает утром и вечером. Ты путешествуешь по небу, и сердце твое преисполнено радости, Озеро Испытаний пребывает в покое.

Демон Ник пал, обе его руки отрублены. Ладья Месектет плывет с попутным ветром, и сердце находящегося в своем храме (гробнице) преисполняется ликованием. Ты облечен божественной формой – Единственный, обеспеченный [всеми вещами]. Ра прибывает из Нуна с триумфом. О Могущественный, Вечное Солнце, сам себя зачавший, сам себя родивший! О Могущественный, имеющий десять тысяч форм и обликов, Царь мира, Владыка Гелиополя, Повелитель вечности и Правитель бесконечности!

Девятерица богов пребывает в радости, когда ты восходишь и плывешь по небу в ладье Месектет! О Благороднейший, почтение тебе, Амон-Ра, – тебе, который отдыхает, покоясь на Маат, тебе, который путешествует по небу и видит каждого. Ты велик, когда продвигаешься вперед и освещаешь своими лучами каждый лик. Ты сокрыт, и тебя нельзя обнаружить […] Ты единственный […] [Люди] славословят тебе под именем [Ра], они бесконечно верят тебе, ибо ты их Господин. Ты слышишь своими ушами и видишь своими глазами. Миллионы лет протекли над миром, и я не могу назвать число их, через которые ты прошел. Сердце твое провозглашает день удачи в имени твоем [Ра]. Ты путешествуешь и проходишь сквозь бессчетное число миллионов и сотен тысяч лет, ты движешься в мире, и твой путь лежит через водную бездну к месту, которое ты любишь, – все это ты делаешь в мгновение ока, [а затем] спускаешься, этим завершая часы».

Осирис управляющий дворца Повелителя Обеих Земель (Сети I. – У. Б.) Хунефер, правогласный, говорит он: «Приветствую тебя, мой Владыка, тебя, прошедшего сквозь вечность, чье бытие бесконечно. Приветствую тебя, Солнечный Диск, Повелитель лучей света, ты восходишь и даешь жизнь всему роду человеческому. Позволь мне каждый день лицезреть тебя на восходе».

IV. Гимн, воспевающий Ра, царского писца Нахта, командира воинов

Говорит он: «Привет тебе, о Блистающее Божество! Ты, создавший все вещи, – о Атум-Хорахти, когда ты восходишь на Горизонте, возгласы радости вырываются из уст людей. О Прекрасное Божество, ты омолаживаешь себя сам в свое время в лоне твоей матери Хатхор, поэтому везде каждое сердце преисполняется ликованием, когда ты восходишь, и будет так всегда. Восточная и Западная области Неба приветствуют тебя и издают возгласы радости при твоем появлении. О Ра, ты – Хорахти, Могущественный, Наследник вечности, сам себя зачавший и сам себя родивший, Царь земли, Правитель иного мира, Владыка гор Иугерет⁴¹, ты поднимаешься над Горизонтом и озаряешь мир лучами изумрудного света. Ты родился из воды, проистек из Нуна, который сформировал и расположил в порядке члены твоего тела. О коронованный Царь богов, Бог жизни, Повелитель любви, – все народы живут в твоем сиянии. Богиня Нут приветствует тебя, а богиня Маат обнимает тебя. Они поют тебе вслед оды радости и склоняются до земли в поклоне, когда встречают тебя. Бог Небес, правитель Земли, Царь Правды и Справедливости, Бог вечности, Повелитель бесконечности, Царь всех богов, Бог жизни, Творец вечности, Основатель Неба и Создатель всего, что там! Девятерица богов приветствует твое появление, земля ликует, когда твои лучи касаются ее, мертвые воскресают с возгласами радости на устах, чтобы узреть твою красоту. Ты путешествуешь над землей и по небу, становясь с каждым днем все сильнее благодаря твоей матери Нут. Ты плывешь в высших сферах Небес, и твое сердце преисполняется торжества, а Озеро Испытаний пребывает в покое. Твой Враг повержен, его руки отсечены, его тело разрублено пополам. Жив Ра воистину. Ладья Месектет продвигается вперед по своему пути и приходит к причалу. Юг, Север, Запад и Восток восхваляют тебя, о не имеющая формы природа земли, создавшая себя сама. Исида и Нефтида приветствуют тебя, они поют в твою честь гимны в твоей ладье, они защищают тебя, закрывая своими руками. Души Востока следуют за тобой, Души Запада восхваляют тебя. Ты – правитель всех богов, твое сердце расширяется, когда ты пребываешь в своем храме. Змей Ник предан пламени, и твое сердце будет радоваться вечно. Твоя мать Нут присуждена твоему отцу Нуну».

Таблица II

Виньетка

Солнечный диск, поддерживаемый парой рук, и символ жизни, который покоится на знаке джед – эмблеме Запада и символе Осириса, а этот знак установлен на иероглифе горизонта. По обеим сторонам диска располагаются по три павиана – духи Востока. Их руки воздеты вверх в знак благоговения перед солнечным диском. Справа от столба джед находится богиня Нефтида, а слева – Исида, обе богини с поднятыми в жесте адорации руками, каждая стоит на коленях на эмблеме золота. Над ними простирается изображение неба в виде иероглифа «небеса». Эта виньетка на самом деле относится к гимну восходящего солнца⁴².

Текст [Гимн Осирису]

Слава тебе, Осирис-Уннефер⁴³, Великий бог Абидоса, Владыка вечности, Правитель бесконечности, существующий миллионы лет. Первородный сын, вышедший из лона Нут, зачатый Гебом, что от пат⁴⁴, Повелитель венцов Севера и Юга, Владыка, [увенчанный] высокой белой короной. Повелитель богов и людей, он получил посох, плеть и сан от своего божественного отца.

Пусть же удовлетворится сердце твое, что в горе Аменти: твой сын Хор взошел на твой трон. Ты – коронованный правитель Джеду и повелитель Абидоса. Через тебя мир стал зеленым⁴⁵ и ликует перед могуществом Неберджера. Он ведет за собой то, что есть, и то, чего нет, – в имени своем Тахерсетанеф⁴⁶.

Виньетка из папируса Ани (таблица II)

Он путешествует по земле, торжествуя в имени своем Сокар. Он чрезвычайно могуч и ужасен в имени своем Осирис. Он вечен и бессмертен в имени своем Уннефер⁴⁷. Привет тебе, Царь царей, Владыка владык, Правитель правителей, из лона Нут овладевший всем миром и правящий всеми землями и землей Иугерет. Тело твое из золота, сердце – из лазурита, ты окружен изумрудным ореолом. О Ани, проживший миллионы лет, Всепроникающий и Прекрасноликий в земле Та-джесерт. Даруй для ка Осириса писца Ани величие на небесах и могущество на земле, оправдание в Херет-нечере⁴⁸. И пусть будет дано мне спускаться вниз, в Джеду, в качестве души живой и подниматься наверх, в Абидос, подобно птице бенну. Да будет дано мне входить и выходить беспрепятственно из ворот Дуата⁴⁹. Да будут предоставлены мне хлебы в Доме прохлады и приношения едой в Гелиополе, [а также] имение в Сехет-Иалу – навечно, с пшеницей и ячменем, что в нем.

Таблица III

Виньетка

Сцена взвешивания сердца умершего (психостасия). Ани и его жена входят в Зал Двух Истин, где сердце покойного, символ его совести, кладется на чашу весов против «гири» – пера богини Маат, символа Правды, на другой чаше. Сверху помещено изображение 12 богов – каждый с посохом уас, – восседающих на тронах перед жертвенным столом с фруктами, цветами и т. д. Их имена: «Великий бог в ладье» Ра-Хорахти, Атум, Шу, «Владычица Неба» Тефнут, Геб, «Владычица небес» Нут, Исида, Нефтида, Хор Великий, «Владычица Аменти» Хатхор, Ху⁵⁰ и Сиа⁵¹. На перекладине весов сидит павиан, который ассоциировался с богом Тотом⁵², писцом богов. Шакалоголовый Анубис проверяет стрелку весов, свисающий бракет которых имеет форму пера. Надпись над головой Анубиса гласит: «Ты, находящийся в гробнице, скажи: “Молю тебя, о весовщик справедливости, управиться с весами так, чтобы они пришли в равновесие”». Слева от весов, лицом к Анубису, стоит «Судьба» писца Ани – Шаи, а над ней помещен предмет, именуемый месхен, который обычно трактуется как «“кирпич” с человеческой головой» и который, как предполагают, как-то связан с местом рождения человека⁵³ Позади стоят богини Месхенет и Рененутет⁵⁴. Позади Месхенет на пилоне сидит Ба писца Ани в виде птицы с человеческой головой.

Справа от весов, за Анубисом, стоит Тот, писец богов, с тростниковым каламом (пером) и палеткой⁵⁵, содержащей черные и красные чернила, с их помощью он готовится записывать результаты взвешивания сердца. За Тотом притаилось чудовище женского пола по имени Амемит⁵⁶ – «Пожирательница», или Ам-мут – «Поглотительница смерти».

Текст (глава ХХХb)

Осирис писец Ани, говорит он⁵⁷: «Мое сердце – матерь моя, мое сердце – матерь моя, мое сердце – мое прибытие в мир живых! Пусть ничто не свидетельствует против меня на моем суде; пусть не воспрепятствует мне Джаджат, пусть не воспротивишься ты мне в присутствии того, кто хранит весы! Ты – мое ка в моем теле, что связывает⁵⁸ вместе и укрепляет члены моего тела. Да достигнешь ты того места счастья, к которому⁵⁹ направляюсь и я. Пусть же Шенит⁶⁰ не заставит мое имя испускать зловоние и да не будет сказано лжи обо мне в присутствии бога!⁶¹ Хорошо это для тебя – слышать [подобное] […]⁶²».

Виньетка из папируса Ани (таблица III)

Тот, справедливый судья Великой Девятерицы богов, говорит он перед богом Осирисом: «Услышьте же вы суждение (то есть вынесение приговора. – У. Б.). Сердце Осириса было взвешено по справедливости, а его душа выступала свидетелем его. Выяснена правда путем взвешивания на Великих Весах. Не было совершено им злого поступка, не воровал он приношений в храмах, не приносил он вреда своими действиями, не произносил он злых речей в бытность свою на земле».

Великая Девятерица богов отвечает Тоту, обитающему в Хеменну: «Вышедшее из уст твоих было предопределено. Осирис писец Ани, правогласный, чист и праведен. Не грешил он и не творил злого против нас. Да не будет он отдан Пожирательнице Амемит на съедение. Да будут предоставлены ему приношения мясом и возможность лицезреть бога Осириса вместе с усадьбой в Сехет-Хетеп – навечно, как положено для следующих путем Хора»⁶³.

Таблица IV

Виньетка

Ани, оправданного в Зале Двух Истин, представляют Осирису. В левой части сцены изображен сокологоловый Хор – сын Исиды, увенчанный соединенными коронами Севера и Юга. Он берет Ани за руку и ведет его к «Осирису, Повелителю Вечности», который сидит на троне в правой части сцены. Трон стоит в святилище, выполненном в форме погребального ящика. Бог изображен в короне Атеф с перьями, знак менат висит у него на груди, в руках он держит посох, скипетр и плеть – эмблемы верховной власти и суверенного права. Фигура бога закутана в погребальные пелены, орнаментированные чешуеобразным узором. Роспись боковых сторон трона напоминает двери гробницы. Позади бога стоят Нефтида по правую руку и Исида по левую.

Лицом к нему, на цветке водяной лилии, находятся четверо «сыновей Хора». Первый, Имсети, представлен с человеческой головой, второй, Хепи, – с головой обезьяны, третий, Дуамутеф, – с головой шакала, а четвертый, Кебехсенуф, – с головой сокола. Висящий рядом с лилией предмет обычно считается шкурой пантеры, но скорее это воловья шкура⁶⁴.

Крышу святилища поддерживают колонны с папирусовидными капителями, крыша увенчана фигурой Сокара и рядами уреев.

В центре Ани преклонил колени перед богом на циновке из тростника, он воздел правую руку в жесте адорации и держит в левой руке скипетр хереп. На нем белый парик⁶⁵, увенчанный «конусом»⁶⁶, назначение которого неизвестно. Вокруг шеи – широкое ожерелье из драгоценных камней. Рядом с Ани находится стол приношений, заваленный мясом, фруктами, цветами и т. д., выше изображены сосуды с вином, пивом, маслом, воском и т. д. вместе с хлебами, жертвенными пирогами, тушками уток, цветочными гирляндами и бутонами.

Приложение

Иногда святилище представлено в виде пилона, карниз которого орнаментирован либо уреями, либо солнечными дисками и перьями – символами Маат. Эта конструкция обычно покоится на пьедестале, выполненном в форме прямоугольника. Трон, на котором восседает Осирис, покоится на тростниковых циновках (Брит. музей, ЕА 10471), или на прямоугольном основании, или на бассейне с водой, откуда растет цветок лилии с бутонами. На раскрывшемся бутоне помещены боги четырех сторон света (Брит. музей, ЕА 9901). В некоторых папирусах, относящихся к более раннему времени, тело Осириса раскрашено в белый цвет⁶⁷, а сам он стоит прямо, а не сидит на троне. Исида величается «Великой Женой, Божественной Матерью», а Нефтида – «Владычицей загробного мира». В папирусе из собрания Британского музея ЕА 10471 сцена представления покойного Осирису необычна и очень интересна. Справа писец Нахт и его жена Чуйу стоят, воздев руки в жесте адорации перед Осирисом. Позади них на прямоугольном основании изображен дом с четырьмя окнами в верхней его части, а над крышей дома видны два треугольных выступа, похожие на вентиляционные отверстия, подобно тому как это принято в современных восточных жилищах. Перед дверью растут сикомор (?) и пальма с гроздьями плодов; слева на троне сидит Осирис, позади него стоит «Маат, Владычица Обеих Земель, Дочь Ра», над которой изображены две простершиеся из горы женские руки, держащие диск. В центре изображения, между Осирисом и умершими, находится бассейн с водой и тремя сикоморами (?) с каждой стороны, а в каждом углу – пальма с финиками; подле него произрастают виноградные лозы с гроздьями винограда.

На изображении, сохранившемся на папирусе ЕА 10472 Британского музея, бог сидит на троне в святилище, увенчанный короной бога Татенена, его имя читается как «Птах-Сокар-Осирис, пребывающий в потаенном месте, Великий бог, Владыка Та-джесерт, Царь вечности, Повелитель бесконечности».

Текст

Говорит Хор, сын Исиды: «Я пришел к тебе, о Уннефер, и я привел к тебе Осириса Ани. Его сердце оправдано после взвешивания, и он не грешил против богов и богинь. Тот взвесил его (сердце. – У. Б.) согласно приказу, произнесенному над ним Девятерицей богов, и оно [оказалось] правдиво и добродетельно. Обеспечь же ему жертвенные хлеба и пиво, разреши ему войти в покои Осириса, и да будет он приравнен к следующим путем Хора навеки».

Виньетка из папируса Ани (таблица IV)

Осирис Ани, говорит он: «О владыка Аменти, вот я перед тобою. Нет во мне греха, не лгал я умышленно, не делал я чего-либо с лживым сердцем. Позволь мне приобщиться к удостоенным почестей, которые окружают тебя, да буду я Осирисом, пользующимся расположением Прекрасного Бога и любимым господином мира, [я] – царский писец истинный, любимый им, Ани, правогласный перед Осирисом».

Приложение

Обычно заглавие этой главы (ХХХb) звучит следующим образом: «Изречение, чтобы сердце [умершего] не было удалено от него в загробном мире». Она составлена в виде обращения умершего к собственному сердцу, которое он именует своим ка или «двойником» в своем теле. Глава должна сопровождаться виньеткой с изображением сцены взвешивания сердца, где сердце взвешивается против самого покойного, как представлено в раннем папирусе Небсени. В папирусе Ани, однако, как можно убедиться, гирей служит перо Истины – Маат. Эта иллюстрация часто сопровождает главу CXXV. Любопытные варианты виньеток к главе ХХХb были собраны Э. Навиллем (Todtenbuch, Bd. I, Bl. 43). На них представлено, как покойный обращается к своему сердцу, водруженному на штандарте, либо к жуку-скарабею, либо к сердцу, снабженному усиками жука. В некоторых папирусах эта глава сопровождается следующим заголовком: «[Это изречение] следует произносить над скарабеем⁶⁸ из зеленого камня, оправленного в металл “сему”, с кольцами из серебра, который⁶⁹ следует поместить на шею умершему. Изречение было найдено в Хеменну⁷⁰, написанным на плите из железа Юга самим богом, под ногами величества бога⁷¹, во времена правления Менкаура⁷², царя Верхнего и Нижнего Египта, чей голос правдив, царским сыном Джедефхором⁷³, который обнаружил ее (плиту) в ходе инспекции храмов».

Скарабеи, которых находят внутри мумий или на их груди над сердцем, составляют интересный раздел любой крупной коллекции египетских древностей. В экспозиции Британского музея представлены все важнейшие типы погребальных скарабеев. Они изготовлялись из зеленого базальта, зеленого гранита (ЕА 7894 и 15497), белого известняка (ЕА 7917, 7927, 15508), светло-зеленого мрамора (ЕА 7905), черного камня (ЕА 7907, 7909, 7913), синей пасты (ЕА 7904, 14549), синего стекла (ЕА 22872), а также пурпурного, синего или зеленого глазурованного фаянса (ЕА 7868, 7869). Длина подобных скарабеев варьируется от 5 до 13 см. Главы о сердце, более или менее полностью, обычно вырезались на основании (то есть брюшке насекомого), но иногда они наносились красными чернилами (ЕА 7915) или позолотой (ЕА 15518). Поверхность иероглифов иногда покрывалась листовым золотом (ЕА 7881). Имя человека, для которого предназначался скарабей, обычно следовало за текстом главы, посвященной сердцу; имеется много примеров, когда пробелы в иероглифическом тексте оставлялись незаполненными, без имени покойного, что служит доказательством того, что эти амулеты изготовлялись для широкого потребления, массово, а не только по индивидуальному заказу. Основания очень часто лишены изображений и иероглифов (ЕА 7965, 7966), или там, где обычно вписывается имя умершего, помещаются фигуры Осириса, Исиды и Нефтиды (ЕА 15500, 15507). Тыльная сторона скарабеев обычно делалась совершенно плоской, но встречаются образцы с изображением солнечной ладьи Осириса, с плетью и посохом, с птицей бенну и знаком уджат (ЕА 7883), с фигурами Ра и Осириса (ЕА 15507). Один скарабей несет на своем основании изображение птицы бенну и надпись: «Могущественно сердце Ра» (ЕА 7878). Скарабей очень высокого качества из зеленого камня, изготовленный в греческий или римский период, содержит на спинке изображения четырех греческих божеств (ЕА 7966). В редких случаях жуки представлены с человеческим лицом (ЕА 7876, 15516) или с человеческой головой (ЕА 7999). Искусно выточенные скарабеи вставлялись в золотое обрамление, соединявшееся на спинке, в месте соединения крыльев. В Британском музее хранится экземпляр позднего времени (ЕА 7977) со спинкой, полностью покрытой золотом. Скарабеев изготавливали в золотой оправе с маленьким колечком, для удобства подвешивания на цепочке или для прикрепления за колечко к пеленам мумии (ЕА 15504).

Осирис. Расписанный рельеф из гробницы царицы Нефертари в Фивах. XIII в. до н. э.

Фотографии В. Солкина.

Скарабей Тутмоса III (ЕА 18190) из зеленого глазурованного фаянса подвешен на позолоченной цепочке из крученой бронзы. Толстый золотой шнур был прикреплен к ЕА 24401. Основанию скарабеев иногда придавалась форма сердца (ЕА 7917, 7925). Замечательный пример такого разнообразия форм представляет собой экземпляр ЕА 7925, где символы «жизни» (анх), «стабильности» (джед) и «защиты» (узел Исиды) выгравированы на верхней части его основания. На спинке скарабея, созданного для вельможи Иуи, имеется следующий текст: «Ты появляешься на небе трижды спокойный в своей ладье Месектет, когда ты являешь свой лик […] тебе». На левом крыле написано: «Он дает тебе (отверзание) твоих очей, чтобы ты видел, и твоих ушей, чтобы ты слышал».

Скарабей. Фаянс, золото. XV в. до н. э.

© The Metropolitan Museum of Art.

Хорошо отполированный скарабей с человеческим лицом (ЕА 7876), прекрасно вырезанный из зеленого базальта, помещен в обрамление из золота, на лицевой и боковых частях амулета вырезаны отрывки из главы, посвященной сердцу. В период, наступивший за XXII династией, имеющие надписи скарабеи из сланца, пасты и т. д. встречаются в виде вставок на пекторалях, выполненных в виде пилонов из египетского фаянса, покрытого синей, зеленой или желтой глазурью. Такие амулеты помещались среди пелен мумии, между слоями бинтов, над сердцем. На пекторалях солнечная ладья изображалась либо красками, либо в виде рельефа, скарабей находился в ладье, в которой он и «путешествовал»; слева от него изображалась Исида, а справа – Нефтида (ЕА 7857, 7864, 7866).