Kitobni o'qish: «Завтра мы станем Легендой»

Глава 1. Первый шаг

Молодой паренек поежился и приподнял воротник легкой весенней куртки, когда очередной порыв холодного ветра напомнил о том, что зима только-только начала отступать. Он посмотрел на возвышавшееся перед ним здание, потом огляделся по сторонам и полным недоверия голосом спросил:

– Мы будем жить в этой дыре?

Мужчина, привезший его сюда, сплюнул на землю и замахнулся тяжелой рукой:

– Ты мне еще поговори! Ишь принц нашелся!

Парень испуганно сжался и опустил взгляд, понимая, что сейчас не время для претензий.

– Простите, менеджер, – проговорил он, опасаясь смотреть на рассерженного мужчину.

– Ладно, пошли, Сону. Покажу вашу халупу.

Мужчина, бывший одним из немногочисленных менеджеров довольно успешного, хотя и небольшого агентства «MS», хлопнул паренька по плечу и первым зашел в обветшалое здание, которому явно был не один десяток лет. Местами штукатурка покрылась трещинами и плесенью, стены были разрисованы хулиганскими граффити, а некоторые ступеньки на межэтажных металлических лестницах расшатались так, что вызывали опасения за здоровье постояльцев.

Сону послушно следовал за менеджером, постоянно оглядываясь по сторонам. Настроение у него становилось все хуже и хуже. Нет, он, конечно, был рад, что ему дали шанс стать частью группы, что оценили его талант по достоинству, но… Не о таком он мечтал, когда бросал школу в Америке, оставлял там своих родителей и летел столько утомительных часов в Корею. Парень вздохнул, смотря на паутину, украшавшую углы лестничной площадки, на которой они с менеджером остановились.

– Вот ваша квартира, – мужчина достал из кармана ключ и повернул его в замочной скважине. – Заходи, стажер. Первым будешь.

Менеджер посторонился и подтолкнул замершего в нерешительности Сону. Парень, как и было принято во всех приличных домах, снял при входе обувь, но тут же об этом пожалел. В квартире, судя по всему, уже очень давно не убирались. Пол и мебель покрывал толстый слой пыли. Белые простыни, которыми когда-то накрыли диван и кресло, стали серыми.

– Не стесняйся, осмотрись хорошенько, – менеджер, не снимая обуви, прямиком направился к дивану и сдернул простынь, отчего вверх поднялось облако пыли.

Сону зачихал и подбежал к окну. Раздвинув плотные черные шторы со следами паутины, он со скрипом приподнял нижнюю створку и запустил в квартиру свежий воздух.

– У меня аллергия, – извиняющимся тоном проговорил он.

– Ничего, пройдет, – менеджер сдернул простынь и с единственного в гостиной кресла. – Потом отнесешь их в прачечную. Она, кстати, тут на первом этаже. Сможете пользоваться до поры до времени.

Сону еще раз чихнул, пробормотал «понятно» и поспешил уйти из пыльной гостиной на кухню. Хотя кухня и отделялась от гостиной только невысокой перегородкой, но пыли здесь было гораздо меньше. Юноша открыл один за другим все шкафчики, заглянул в холодильник и, не обнаружив там ничего съедобного, повернулся к менеджеру, который сидел на диване и ковырял в носу.

– Менеджер, а где еда? – обратился он к мужчине, еле сдержавшись, чтобы не скривиться от омерзения. Мама бы его за такое отшлепала бы по рукам.

– Привезут через пару часиков вместе с твоими шмотками, – ответил менеджер, вытирая пальцы о штаны. – Ты пока выбирай себе койку. Да и приберись тут немного. Не жить же в таком свинарнике. Я поехал. У меня еще дела.

Сону проводил менеджера до двери и только, когда в замке вновь провернулся ключ, отрезая его от внешнего мира, он смог выдохнуть и расслабиться. Тяжело быть хорошим мальчиком в глазах других, когда внутри бушует целая куча эмоций и большинство из них негативные.

– Свинья, – бросил вслед ушедшему мужчине Сону. – Надеюсь, к нам приставят кого-то поприличнее.

Отвернувшись от входной двери, стажер еще раз осмотрел гостиную. Довольно просторная комната с мягким диваном, напротив которого стоял небольшой телевизор. Одно кожаное кресло, старый потертый деревянный столик и невысокая книжная полка. Пока еще такая же пустая, как и холодильник. В гостиную выходили три двери. За первыми двумя оказались крохотные спальни, где можно было жить по двое, а за третьей дверью Сону обнаружил совмещенный с ванной туалет. Наличие туалетной бумаги было первым положительным впечатлением от квартиры, которая должна была стать для стажеров домом на несколько месяцев, а то и лет.

Сону проверил наличие в кранах воды, помыл руки и сам умылся, смывая накопившуюся за день усталость. Ополоснув лицо, он всмотрелся в свое отражение в зеркале, висевшем над раковиной. Как же он не любил свои тонкие черты лица, маленькие глаза и рот и выдававшийся вперед нос. Многие говорили, что он миловидный, смягчая тем самым то, что действительно хотели сказать: женственный. Сону не хотел быть милым и тем более не хотел быть похожим на женщину, но все разговоры о пластической операции, которые он заводил с родителями, сходили на нет, так как они были категорически против. И теперь стажер боялся, что его внешность может помешать будущей карьере певца. Он снова вспомнил разговор, который состоялся сегодня перед тем, как его привезли в это общежитие.

***

– Здравствуй! Итан, если я не ошибаюсь? – мужчина средних лет сидел в дорогом кожаном кресле и внимательно рассматривал сидевшего перед ним семнадцатилетнего парня. – Как долетел?

– Хорошо, спасибо, – ответил тот, тщетно пытаясь сдержать дрожь в голосе.

– Не бойся, я не кусаюсь, – мужчина усмехнулся и покрутил стоящий перед ним стаканчик с горячим кофе. – Хочешь кофе, чай, сок?

– Нет, спасибо, – Сону так нервничал, что даже слюну сглатывал с трудом.

Отпив кофе, директор взял со стола анкету и начал внимательно просматривать.

– Значит, тебе семнадцать. Настоящее имя: Чон Сонпиль, но просишь называть тебя Сону. В Америке тебя звали Итан. Я все правильно говорю? – мужчина посмотрел на юношу и, дождавшись кивка, продолжил. – С детства пел в школьном хоре, мечтал стать оперным певцом.

На этот моменте директор усмехнулся.

– У меня есть предложение получше, – он отложил анкету и впился взглядом в нервничающего паренька. – Я даю тебе шанс стать звездой Кореи, стать ее символом и героем. Думаю, это лучше, чем петь в опере.

Сону кивнул, не решаясь что-либо сказать.

– Ну, тебе это уже говорили на кастинге в Америке, раз ты оказался здесь. И я думаю, что ты согласился. Да, Итан?

Парень, нервно сглотнув, снова кивнул.

– Ты понимаешь, что придется пойти на некоторые жертвы? Что придется работать до седьмого пота так, что ты еле-еле будешь доползать до кровати?

Сону снова кивнул.

– Понимаешь, что тебе придется отказаться на время от любой личной жизни? Понимаешь, что ты почти не будешь видеться с родителями? Итан, ты это хорошо осознаешь?

Стажер продолжал кивать в такт словам директора.

– Не кивай, как болванчик. Ответь ясно и громко.

– Да, я понимаю, директор, – Сону, наконец, встретился взглядом с мужчиной, который в ближайшее время будет управлять его жизнью и определять его судьбу. – Я в вашем распоряжении.

– Ну, ты мне не в слуги нанимаешься и не рабство сдаешься, – рассмеялся директор. – Но все-таки запомни: если примешь мои правила игры, то в конце тебя ждет большой приз. Главное, не отступать, потому что нового старта может и не быть.

– Я запомню, директор, – Сону смотрел мужчине прямо в глаза, желая дать понять, что он всерьез понимает всю ответственность и что очень благодарен за этот шанс.

– Вот и славно. Кстати, забыл сказать, что я видел записи со школьного концерта, на котором тебя и присмотрели наши агенты. У тебя есть талант, это точно. Теперь моя задача – его развить, отшлифовать, превратить в драгоценность. Просто слушайся меня. Нас ждут впереди большие вершины.

В глазах директора загорелся огонек, который появляется у тех, кто говорит об истинно любимом деле. Сону понял, что для этого человека работа – это смысл его жизни. Мысленно пообещав ему, что тоже отдаст всего себя работе, парень скромно улыбнулся в ответ на речи своего новоиспеченного начальника.

***

И вот сейчас Сону сидел на твердой кровати и понимал, что это были не шутки, когда директор говорил о жертвах, что все очень даже серьезно.

Почувствовав холод, проникающий под дверью из гостиной, Сону поежился и поспешил закрыть распахнутые окна. Прибираться ему совсем не хотелось. Не потому что было лень, а потому что он слишком сильно сегодня устал. Перелет, переговоры, заселение. А ведь только вчера он прощался с друзьями и говорил родителям «до свидания». При мыслях о маме почему-то очень сильно захотелось плакать.

«Опять за свое?! А ну не хнычь, – мысленно прикрикнул на себя Сону, но сдержать слезы все же не смог. – Ладно, но только сегодня. Завтра начнется новая жизнь».

Он прилег на кровать, как был – все в той же курточке, накрылся одеялом и вскоре уснул, даже не заметив, что в квартиру входили люди, принесшие ему еду на первое время и его вещи.

Глава 2. Новые знакомства

Тишину квартиры нарушил противный дребезжащий звук. Трезвонил будильник, каждый день будивший своего молодого владельца ровно в семь утра. Он исправно нес свою службу, но каждый раз получал в ответ лишь ругань на смеси корейского и английского. Порой в него даже летели тапки, а один раз в него запустили бутылкой с водой. Что поделать, если хозяин любит поспать подольше.

Вот и в этот раз из-под одеяла показалась рука и, нащупав у кровати тапок, кинула его в сторону неутихающего побудчика.

– Что б у тебя все стрелки отвалились и шестеренки заржавели! Черт! – выругался Сону и сел на кровати, взлохмачивая спутавшиеся после сна волосы.

Он специально поставил будильник на тумбочку, стоящую у другой кровати, чтобы не было соблазна его выключить и продолжить валяться в теплой постели.

Учителя, у которых он занимался уже две недели, очень не любили опоздания и о каждом докладывали директору. Один раз Сону к нему даже вызвали, прямо как в школе нерадивого ученика. Тогда директор очень серьезно посмотрел на стажера и задал всего один вопрос: «Хочешь домой?» Сону помотал головой и пообещал, что будет стараться еще больше. Директор сказал, что на первый раз прощает, а вот если это повторится, то он хорошенько подумает, правильный ли сделал выбор.

С тех пор молодой стажер ни разу не опоздал и потихоньку начал привыкать к строгому графику.

Вот и теперь он, хорошенько потянувшись и от души позевав, откинул одеяло и поднялся с кровати. Выключив будильник, он пошел умываться. Но, выйдя из комнаты, уловил аппетитные ароматы, доносившиеся с кухни. Радостно улыбнувшись, Сону вприпрыжку побежал на запах.

– Джевон-хён!1¹ – воскликнул он, увидев на кухне своего нового менеджера, которого приставили к нему на второй день пребывания в Сеуле. – Доброе утро!

К удивлению стажера, менеджер оказался довольно молод. Ему было всего двадцать восемь. А еще он был строгим, но добрым. Он с радостью помог новичку обустроиться в квартире и познакомил с повседневной жизнью их агентства. И вдобавок, иногда, когда у него было время и хорошее настроение, готовил парнишке, который умел только кимбап сворачивать.

– Доброе утро, Итан! – улыбнулся в ответ менеджер, помешивая суп. – Молодец, сегодня вовремя встал. Давай умывайся и садись завтракать.

– Хорошо, хён, – ответил парень и побежал в ванную.

После простого, но сытного завтрака Сону и его менеджер отправились в агентство. Сегодня у стажера были уроки вокала и самостоятельная танцевальная практика. Больше внимания, конечно, уделялось вокалу, потому что в первые же дни руководство решило, что хорошего танцора из стажера не получится, а вот одним из ведущих вокалистов он стать может.

Когда они подъехали к зданию агентства, Сону заметил, что около него собралась целая толпа старшеклассниц, которые что-то высматривали.

– Хён, кого они там ищут? – поинтересовался он у менеджера.

– Наверное, кто-то из «Жары» приехал. Больше им ждать здесь некого.

«Точно», – подумал про себя парень.

«Жарой» называлась первая и пока единственная группа агентства «MS». Они дебютировали всего год назад, но уже успели набрать довольно большой для первой в истории айдол-группы фандом2².

Сону вышел из машины и последовал за менеджером, низко опустив голову, будто боялся излишнего внимания. Джевон уверенно проделал в толпе взбудораженных девчонок лазейку и, взяв Сону за руку, протащил его к дверям.

– Кто это? Кто это? – раздалось среди старшеклассниц. – Ты его знаешь?

– Нет, но он симпатичный.

– Может, стажер?

– Ох, поскорее бы он дебютировал. Кажется, я уже стала его фанаткой.

– Предательница! А как же…

Дальше Сону уже ничего не расслышал, так как входная дверь за ним закрылась и заглушила все уличные звуки.

– Ничего, скоро и ты станешь знаменитым, – Джевон отпустил руку подопечного, у которого горели уши. – Ну всё, давай, иди учись. Я зайду за тобой, как обычно, после занятий.

Сону кивнул и, попрощавшись с менеджером, направился на второй этаж, где находились тренировочные комнаты. Проходя мимо комнаты отдыха стажер услышал громкий смех, а затем и голоса.

– Дони, ну ты и скажешь! – донеслось из-за двери.

– А сам-то! Знал, а мне ничего не сказал!

«Дони? Дони Ан из «Жары»? – пронеслось в голове у Сону.

Ему несказанно повезло столкнуться с ними, так как их группа покидала пределы общежития только по работе, поддерживая продуманный агентством таинственный образ.

Понимая, что второго шанса поприветствовать будущих сонбэ3³ возможно придется ждать целую вечность, Сону протянул руку к двери, но замер в нерешительности. Что он им скажет? И не будет ли наглостью, если стажер, который в агентстве всего лишь пару недель, будет надоедать признанным знаменитостям?

– Эй, привет! – раздался за его спиной веселый голос. – Ты чего застыл? Застеснялся, что ли?

Сону резко развернулся к говорившему. Перед ним стоял паренек, примерно его возраста. В руках он держал большую сумку, и, судя по тому, что одно плечо опустилось существенно ниже другого, очень тяжелую.

– Ты, наверное, Итан? – продолжил незнакомец, так и не дождавшись ответа. – Хочешь, я тебя с ними познакомлю?

– А ты их знаешь? – стажер наконец–то справился с волнением и подал голос, забыв удивиться, что незнакомый парень знает его американское имя.

– Конечно, – улыбнулся незнакомец и направился к двери. – Кстати, меня зовут Эндрю. Приятно познакомиться.

Эндрю уверенно толкнул дверь и вошел в комнату, в которой сидели двое ребят из «Жары»: Дони и Хук. Они что-то рассматривали в толстом глянцевом журнале, но когда дверь распахнулась, Хук спрятал журнал за спину.

– Джейсон! – воскликнул Дони и вскочил с кресла. – Ты вернулся?! Наконец-то!

Участник «Жары» подбежал к пареньку и крепко его обнял.

– Вот же мелкий! Почему не предупредил? – Дони снял с плеча Эндрю сумку и, приобняв, повел к дивану. – Давай рассказывай, как там дела в Америке.

Все это время Хук молча улыбался, а Сону стоял в дверях, не решаясь войти.

– Подожди, – сказал Эндрю и повернулся к нерешительному стажеру. – Заходи, Итан.

Только сейчас Дони и Хук обратили внимание на еще одного зрителя этой сцены воссоединения давно не видевшихся друзей.

– Джейсон, это кто? – спросил Дони у своего донсэна4⁴.

Тот уже хотел было ответить, но тут у Сону вновь появился голос и он сказал первое, что пришло на ум:

– Почему Джейсон? Ты же Эндрю…

Увидев его растерянное выражение лица, Эндрю рассмеялся.

– Джейсон – это мое американское имя, а Эндрю – это мой псевдоним для сцены, – пояснил он, а потом повернулся к старшим коллегам. – Кстати, вы тоже должны привыкать называть меня именно так.

– Эндрю, так Эндрю, – согласно кивнул Хук и внимательно посмотрел на Сону. – Ты, наверное, тот самый новый стажер? Ну, будем знакомы. Я Хук, а это Дони.

– Меня зовут Итан Чон, – стажер вежливо поклонился. – Псевдоним мне еще не придумали.

В его голосе прозвучали легкие нотки обиды, но сонбэ сумели их различить.

– Ничего, директор все успеет. Эндрю-то у нас уже давно, – пояснил Дони. – Он сам чуть в нашей группе не оказался. Что, не жалеешь?

– Неа, – Эндрю улыбнулся и, быстренько посмотрев на ошарашенного Сону, заявил: – Я вас со своей группой еще обставлю.

– Это еще что за тон? Мы же твои многоуважаемые сонбэ! – деланно разозлился Хук, но тут же мягко улыбнулся и подмигнул. – Я буду за вами следить.

Сону хотелось задать еще множество вопросов, начиная от «Почему Эндрю не попал в вашу группу?» до «А не дадите ли вы мне автограф?», но даже не подумал спросить, о какой «своей группе» говорил Эндрю. Он просто пропустил это мимо ушей.

И тут он вспомнил, что его ждет преподаватель по вокалу.

– О, черт! – воскликнул Сону.

Быстро поклонившись и попрощавшись с сонбэ и загадочным Эндрю, стажер понесся дальше по коридору в класс, где его уже с недобрым нетерпением ждал учитель.

– Странный он какой-то, – проговорил Дони, когда стажер скрылся в дверном проеме.

– А мне он понравился, – сказал Хук, доставая из-за спины спрятанный журнал. – Дони, на чем мы остановились?

– Хёны, вы опять за свое?! – с упреком воскликнул Эндрю, но его уже никто не слушал, слишком уж интересными были развороты журнала.

Вечером, когда занятия наконец закончились, изможденный Сону поплелся в холл на первом этаже, где он обычно встречался с менеджером. На этот раз Джевон-хён ждал его не один.

– Привет, Итан, – улыбнулся Эндрю, поправляя на плече свою тяжелую сумку. – Как отучился?

– Хорошо, спасибо, – ответил Сону и вопросительно уставился на менеджера.

– А, ты еще не знаешь же! – менеджер хлопнул себя по лбу за то, что забыл сообщить подопечному такую важную новость. – Эндрю будет с тобой в группе. Наше агентство его уже давно присмотрело. Мы даже готовили его к дебюту с «Жарой», но его родители посчитали, что он еще слишком маленький для этого.

– А теперь он подрос? – Сону еще раз внимательно оглядел, как оказалось, своего будущего согруппника. – А сколько тебе лет?

– Шестнадцать, – с вызовом ответил Эндрю. – Самый подходящий возраст.

– Никто и не спорит, Джейсон, – менеджер похлопал его по плечу, зная, что это больная тема для парня.

– Не Джейсон, а Эндрю! – хором поправили менеджера парни. Они переглянулись и рассмеялись.

– Думаю, мы подружимся, – заключил Сону. – Да, Эндрю?

– Согласен, хён, – паренек широко улыбнулся и первым направился к выходу.

Менеджер одобрительно посмотрел на своего первого стажера и поднял вверх большой палец.

– Дружба – залог успеха, запомни, – сказал он и пошел вслед за Эндрю.

Сону кивнул и тоже поспешил на выход. Ему хотелось, как можно быстрее оказаться в общежитии, чтобы отдохнуть и безжалостно завалить вопросами своего нового донсэна.

Глава 3. Соседи

«Дружба – залог успеха», – повторял про себя Сону всю дорогу до общежития. Он поглядывал на дремавшего Эндрю и думал, смогут ли они подружиться. Он сам с людьми сходился с трудом. Возможно, виной тому была природная застенчивость и молчаливость, а может, это было из-за того, что к людям он, сам того не замечая, предъявлял слишком высокие требования. Он не хотел дружить ради галочки. Ему нужны были настоящие друзья, с которыми он мог бы разделить свою жизнь.

Стажер тяжело вздохнул, вспоминая немногочисленных друзей, оставшихся в Америке. Там у него была свобода выбора, а здесь в Корее ему придется налаживать отношения с теми, с кем посчитает нужным его агентство.

И первым из них оказался Эндрю–Джейсон – таинственный парень, чуть не ставший частью «Жары». Сону воспользовался возможностью разглядеть его получше. Высокий лоб, большой нос, пухлые губы. Черные волосы зачесаны назад, как у героя известного сериала. Простая неброская одежда. Обычный корейский парень. Чем же он так заинтересовал директора, что даже после запрета родителей, он не разорвал с ними связи и пригласил его снова, чтобы сделать участником новой группы?

– Приехали, – сообщил менеджер, прерывая раздумья Сону.

Эндрю открыл глаза, потянулся и посмотрел на улицу.

– А, опять сюда, – протянул он недовольно.

– Ты здесь уже бывал? – удивился Сону.

– Ну да, – Эндрю подхватил сумку и вышел из машины. Повернувшись к хёну, он пояснил: – Здесь мы жили перед дебютом «Жары».

Менеджер достал из багажника купленные по пути продукты, и они с Сону присоединились к Эндрю, который уже уверенно направился в общежитие.

– Так, Эндрю, располагайся, знакомься с Итаном, а завтра я вас обоих отвезу в школу, – сообщил Джевон, пока заполнял холодильник продуктами. – И, пожалуйста, не проспите.

– В какую школу? – удивился Сону.

– Обычную, – менеджер закрыл холодильник и повернулся к своим подопечным. – Ты же школу еще не закончил, а Эндрю тем более. А по договоренности с вашими родителями, вы должны получить хотя бы обязательное образование. Про колледж и университеты вы сами потом будете думать.

Сону представил, что теперь, кроме изматывающих занятий в агентстве, ему придется посещать еще и обычную школу. Он застонал и плюхнулся на диван.

– Зачем нам это образование? Мы должны уметь петь и танцевать. Логарифмы и пестики с тычинками нам вообще не пригодятся в жизни, – возмутился он.

– Хён, мы же будем публичными людьми, – начал объяснять ему Эндрю. – А общество любит людей с образованием. Не можем же мы стать айдолами, не получившими даже школьный аттестат.

– Вот-вот, Итан, послушай, что ребенок говорит, – менеджер улыбался, с гордостью глядя на Эндрю.

– Хён, какой я тебе ребенок?! – от возмущения у Эндрю покраснели кончики ушей.

– Очень милый, – Джевон подошел к Эндрю и ущипнул за пухлые щеки, выводя его из себя еще больше.

– Хён! Больно же! – Эндрю схватил мужчину за руки и попытался его от себя отцепить.

Менеджер только еще шире улыбнулся и, быстро обняв младшего стажера, сказал:

– Как же я по тебе скучал! Наш самый взрослый и рассудительный ребенок. Ну всё. Я пошел. Завтра за вами заеду, как обычно.

Лицо Эндрю осветила довольная улыбка. Все-таки было приятно услышать такое от человека, которого он уважал. Он помахал вслед уходящему менеджеру и повернулся к Итану, который все это время молча за ними наблюдал.

– А вы хорошо с ним ладите, – проговорил он вслух.

– Нам чертовски повезло, хён, – Эндрю тоже присел на диван. – Джевон-хён, по-моему, единственный адекватный менеджер в нашем агентстве. Был у нас один. Так он шагу не давал ступить, постоянно за нами следил, кричал и мог даже ударить.

– Ударить? – Сону не мог поверить в такую жестокость. – А вы говорили директору?

– Нет, мы же не маленькие дети, которые сразу бегут жаловаться мамочке, – Эндрю пожал плечами. – Мы сами нашли способ справиться.

– Какой? – не удержался от вопроса Сону.

– Не хочу об этом вспоминать, – Эндрю нахмурился и отвернулся.

Какое-то время стажеры сидели молча, размышляя каждый о своем. Но тут Эндрю резко подскочил, отчего Сону испуганно дернулся.

– Хён, а мы же толком друг другу и не представились, – Эндрю выпрямился и вежливо поклонился. – Меня зовут Эндрю Ли, настоящее имя Ли Минхёк. Приехал из Лос-Анджелеса.

Сону не торопясь поднялся с дивана и тоже слегка поклонился Эндрю.

– Итан Чон. Тоже из Лос-Анджелеса. Приятно познакомиться, – он протянул руку, и Эндрю ответил ему крепким рукопожатием.

– Хён, а какое у тебя корейское имя? – младший смотрел на хёна, ожидая ответа, но тут зазвонил телефон.

– Алло? – поспешил ответить на звонок старший стажер. – Хён?

– Итан, я забыл вам сказать, что завтра приезжает еще один стажер, – звонил недавно ушедший менеджер. – Просто, чтобы вы были в курсе. Его зовут Мун Канхёк, он тоже из Лос-Анджелеса, как и вы.

– Понятно, – ответил Сону и, еще раз попрощавшись, положил трубку.

– Мун Канхёк? – Эндрю слышал, что сказал менеджер, и теперь в его глазах появился странный огонек. – Тот самый?! Вау! Это было бы круто!

– Ты его знаешь?

– Если это тот, о ком я думаю, то нам здорово повезло! – Эндрю чуть ли не подпрыгивал от радости. – Он потрясный!

– Ладно, ладно, успокойся, завтра и увидим, кто это, – Сону не нравилось, что тут все друг друга знают, лишь он один оказывался не удел. – Выбирай себе кровать. Завтра вставать рано, так что пора ложиться. Я устроился в первой комнате. Если хочешь, можешь жить со мной.

Втайне стажер надеялся, что Эндрю выберет свободную комнату. Он, конечно, ничего бы не сказал, если бы младший захотел жить с ним, но так как он всегда чувствовал неловкость с новыми знакомыми, ему хотелось пожить одному, как можно дольше, пока они все не познакомятся поближе.

Эндрю заглянул в комнату Сону.

– Ого, хён, ну и беспорядок, – протянул Эндрю, увидев скиданную в бесформенную кучу одежду. – Извини за вопрос, но когда ты в последний раз прибирался? Может, тебе помочь? Я в этом мастер.

Вопрос беспорядка был для Сону больным. И если бы в этот момент он почувствовал хоть каплю издевки в голосе младшего стажера, то мог здорово взбеситься. Но тот говорил искренне, и чувствовалось, что он не шутит и серьезно предлагает помощь.

– Давненько, – ответил Сону. – Я сам приберусь, не волнуйся.

– Ну ладно, ты, если что, говори, – Эндрю в последний раз бросил укоризненный взгляд на беспорядок и направился в соседнюю комнату.

– Я здесь устроюсь, – заявил он, бросая сумку в угол комнаты.

– Хорошо, – Сону про себя порадовался выбору соседа. – Кто первым пойдет в ванную?

– Если хён не против, то я бы пошел, – Эндрю начал стягивать с себя футболку и Сону поспешил отвернуться. – Я после дороги чувствую себя таким грязным, будто неделю не мылся.

– Ну давай, а я пойду приготовлю что-нибудь на ужин.

Когда Сону нарезал яблоки, напевая свою любимую песню, из ванной вдруг раздался вскрик. Бросив нож, стажер помчался посмотреть, что случилось.

– Эндрю, что с тобой? – Сону замер у дверей ванной, прислушиваясь к звукам, которые доносились изнутри.

– Хён, это реально ужасно! – воскликнул Эндрю, открывая дверь.

– Что?

– Ты только посмотри! – младший чуть отошел в сторону, пропуская Сону.

– Ну что там? – парень все больше нервничал, не понимая, что же такого ужасного случилось. – Где?

– Там, – Эндрю указал на корзину для грязного белья.

Сону осторожно к ней приблизился и медленно приподнял крышку, готовясь к чему угодно, но только не к тому, что сказал Эндрю.

– Ты белье вообще не стираешь? Ну и запах! – младший сморщился и покачал головой.

Сону ошарашено смотрел на Эндрю. У него запылали щеки, а руки самопроизвольно сжались в кулаки. Стажер начинал злиться.

– Ты издеваешься? – произнес он, сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. – Я подумал, что с тобой что-то случилось. А ты мне про мое белье?!

– Хён, его нельзя держать в корзине так долго, это негигиенично и вредно для здоровья, – Эндрю подошел к хёну, снова открыл корзину для белья и стал перекладывать грязные вещи в тазик.

– Что ты делаешь? – Сону стоял, не понимая, что происходит.

– Я пойду в прачечную. Постираю все, – спокойно объяснил младший. – Ты не переживай, мне не трудно. Все равно я свои вещи собирался стирать.

Старший стажер смотрел, как его грязные футболки, носки и штаны методично укладываются в тазик. Но как только в руках Эндрю оказались его трусы, он вздрогнул и вырвал их из его рук.

– Перестань, я сам все сделаю! – Сону быстро сбросал остатки грязного белья в одну кучу и поспешил с тазиком на выход.

– Подожди, хён, я с тобой, – Эндрю подхватил другой тазик со своей одеждой и побежал за товарищем.

Им повезло, и в прачечной никого не оказалось. Под присмотром Эндрю Сону рассортировал одежду на светлую, черную и цветную и так же под руководством младшего запустил прачечные автоматы. Он смотрел, как намокает и начинает вращаться внутри машин его одежда, и размышлял о том, что сосед ему попался не такой простой, каким казался.

– Хён, – вдруг раздалось за его спиной.

– Что? – не сумев скрыть недовольства в голосе, ответил стажер.

– Ты злишься?

– Нет, с чего ты взял?

– Злишься, – расстроено произнес Эндрю.

Сону повернулся, чтобы разуверить его в этом, но замер на полуслове. Он и не заметил, что за то небольшое время, что он провел сегодня с Эндрю, он привык видеть его неизменную улыбку. А сейчас Эндрю сидел, понурив голову, и нервно комкал носовой платок, который забыл положить в машину вместе с остальным бельем.

– Эндрю, ты чего? – Сону подошел и осторожно похлопал соседа по плечу. – Я совсем не злюсь.

Эндрю вздохнул и посмотрел на хёна.

– Хён, я просто очень не люблю беспорядок. Меня так воспитали, – младшенький еще раз тяжело вздохнул. – Не злись на меня. Ты, наверное, подумал, что я тебе указываю или вмешиваюсь в твои дела, но это совсем не так.

– Я ничего такого не думал, – начал отрицать Сону, виня себя за то, что такие мысли у него действительно промелькнули.

– Думал-думал, не отрицай. Я уже привык, – Эндрю встал и отошел подальше. – Раньше я постоянно ссорился из-за этого с друзьями. Я пытаюсь измениться, но ничего не могу с собой поделать. Хён, ты можешь просто считать это моей странностью и не злиться на меня?

Сону задумался. С одной стороны, он очень не любил тех, кто пытался насильно приучать его к порядку, раньше он порой даже ссорился из-за этого с мамой, а с другой стороны, он понимал, что жить в постоянном беспорядке тоже нельзя.

– Хорошо, в конце концов, меня мама постоянно ругала за бардак, и я сам хотел уже что-то с этим сделать. Вот ты мне и поможешь. Только не расстраивайся так больше, если я в какой-то момент… буду этому не рад. Просто характер у меня такой. Мир? – Сону протянул Эндрю руку.