Kitobni o'qish: «Двойник»

Глава 1

Двойник

Стояло лето 1953 года. 25-летний Филипп Иванов косил сено в нескольких километрах от своей деревни. Жена с грудным ребёнком и мать Филиппа оставались дома.

Соседский мальчик десятилетний Андрейка частенько приходил к Филиппу: то принесёт ему хлеб с молоком от жены, то в чайник воды наберёт, то ещё в чём-нибудь поможет. Потом убегал либо к друзьям поиграть, либо домой помочь матери, либо к речке искупаться. Лето – отрадная пора, ребятишкам раздолье.

Однажды Андрейка, как обычно, прибежал к Филиппу, принёс ему хлеб и варёную картошку. Вместе поели, поболтали о том о сём. Потом Филипп вернулся к сену, а мальчик убежал в деревню.

Через пару часов Филипп снова увидел Андрейку. Мальчик подошёл к костру, где кипятился чайник, и молча стоял. Филипп окликнул его: «Ты что-то ищешь, Андрейка?». Андрейка поднял голову, посмотрел на Филиппа, но ничего не говорил. Лицо у мальчика было очень серьёзное, даже печальное. Он долго и пристально смотрел на Филиппа, потом медленно огляделся вокруг, будто вбирал взглядом все, что видел. Филипп прекратил косить и пошёл к костру: «Я иду, Андрейка». Но мальчик повернулся и начал уходить прочь. Когда Филипп подошёл, Андрейки уже не было.

Вечером, вернувшись домой, Филипп рассказал жене и матери о том, как прошёл день. И мать сказала: «Видимо, к тебе приходил двойник Андрейки. Если это так, то ему грозит беда. С утра сходи к нему домой, поговори с его матерью». Тут Филипп спросил у своей матери, какие случаи с двойниками ей известны. Старуха (хотя по меркам нашего времени, далеко не старуха, ей не было и 50-ти) рассказала сыну о трёх случаях из своей жизни.

Первый случай. Много-много лет назад тогда ещё молодой дед Филиппа (отец его матери) ранним утром рыбачил на речке с лодки. Вдруг увидел на берегу соседку Анну, окликнул её и даже пытался заговорить. Но Анна не сказала ни слова и скрылась в лесу, что очень удивило рыбака, так как соседка славилась среди односельчан чрезмерной болтливостью и могла вести бесконечный разговор на любую тему. Потом дед поймал неплохую рыбу и отвлёкся на свою добычу. А Анна, как позже выяснилось, умерла несколькими часами раньше: покончила с собой, повесившись позади своего дома. Говорили, что из-за мужа-тирана.

Второй случай. Старик Анисим пил зимним утром чай и увидел через окно старуху Матрёну, которая задумчиво смотрела на него, причём была одета не по-зимнему легко. Анисим вышел во двор, чтобы предложить войти в дом и спросить, не нужна ли ей помощь, а Матрёны нигде и не видать. Поискал, подивился, а потом другие дела поглотили его внимание. Днём, увидев Матрёну в деревне, Анисим спросил, почему она приходила к нему утром, да ещё и без верхней одежды. Старуха только посмеялась: «Да ну тебя, делать мне нечего, как по утрам к тебе голышом бегать. Уснул, поди, за чаем, и во сне такую красоту увидел. Мечтай, старый». На другой день Матрёна отправилась в соседнюю деревню, а на обратном пути заблудилась в метели и замёрзла насмерть.

Третий случай. Жившая на окраине деревни старуха Ульяна в панике прибежала к другой старухе, Арине, прокричала ей, что практически только что видела её мужа, всего в крови, бредущего в лес. Увидев раненого, Ульяна в полном ужасе выскочила со двора, побежала за мужиком, да не нашла его и вот примчалась к нему домой. Арина, конечно, подивилась: «Тебе, видимо, приснилось, а ты резко проснулась и приняла сон за явь. А мой Николай спит ещё. Посмотри сама». Ульяна приоткрыла дверь в другую комнату и действительно увидела сладко спящего Николая. Успокоилась, но сомнение мучило её. Она сказала Арине: «Я вовсе не спала, я вообще-то во дворе была». Та ответила: «Ну, значит, ты ненадолго на ходу вздремнула или, может, ты заболеваешь, и бред какой-то у тебя возник». Ульяна решила согласиться с Ариной, больше для своего успокоения, а вообще была уверена, что видела именно её мужа. Через день Николая убило молнией во время жестокой грозы.

Впечатлённый рассказами своей матери и еле дождавшись утра, Филипп побежал к соседям. Андрейка был дома. Выяснилось, что вчера он повторно к Филиппу не приходил. Мать Андрейки Марья спросила: «Может, ты уснул, и тебе во сне привиделось? Или жара так повлияла?». Филипп сказал, что ничего подобного не было, и двойник Андрейки действительно приходил. Марья встревожилась и обещала следить за сыном.

Но разве удержишь дома шустрого десятилетнего мальчишку? Андрейка помог матери по хозяйству, а потом сказал: «Пойду к Филиппу». И убежал. Мать вслед крикнула: «Только сразу к нему беги, и вечером вместе приходите». Через час Марья побежала туда, где косил Филипп. Материнское сердце чувствовало, что надвигается что-то страшное. Андрейка был её единственным ребёнком от погибшего на войне мужа.

Добежав до Филиппа, Марья узнала, что Андрейка туда не приходил. Вдвоём побежали искать мальчишку.

Как оказалось, по пути к Филиппу Андрейка встретил своих друзей. Они шли купаться и позвали с собой. Андрейка побежал с ними. «А потом сразу к Филиппу» – подумал он.

Это был последний день жизни Андрейки. Во время купания с друзьями он утонул. Хотя плавал как рыба. Друзья даже не уловили момент, когда и как это произошло. Только что вроде плескался в воде, нырял, смотрел сквозь воду на солнце, весело смеялся, радовался жизни, и вот, через несколько мгновений, нет его. Долго искали…

Тело мальчика нашли через несколько дней.

Двойник действительно предвещал смерть.

Я всё же думаю, что двойники в описанных случаях были видениями, возникшими, возможно, во время кратковременной отключки сознания. А смерти были совпадениями, которыми изобилует жизнь.

Глава 2

Это был чёрт

Это случилось в 1920-е годы в Якутии. Молодая советская власть переживала нелёгкое время, враги наступали со всех сторон, но эту новую власть защищали искренне преданные ей люди, готовые с радостью отдать жизнь за счастье будущих поколений. Вот так писал один известный деятель тех лет: «Мы должны жертвовать собой, мы обязаны работать изо всех сил, не зная покоя, покуда не сойдём в могилу, истощённые работой, зато с полным сознанием своего полезного существования».

Итак, поздним вечером один из таких борцов за новый коммунистический мир, комсомолец Миша Васильев возвращался с собрания. От районного центра, где проходило собрание, до деревни, где жил Миша, было километров семь-восемь. Что ж, не привыкать. Миша шёл один, тихонько напевая песню. Светила полная луна, поэтому идти было легко. И хотя что-то потустороннее и пугающее было в блеске спутника Солнца, на душе у парня было светло.

Вся жизнь у Миши была впереди. Ему недавно исполнилось 20 лет, он всем сердцем принял советскую власть, ни в бога, ни в чёрта не верил, и учил земляков быть атеистами и строителями светлого коммунистического будущего. Совсем недавно в его деревне закрыли церковь. Миша самолично снял с неё кресты, заколотил окна и двери. «Бога нет, чертей нет, жизнь одна, не будет после смерти ни божьего царства, ни чертей в аду. Поэтому полагайтесь только на себя и все свои силы отдавайте великому делу – созданию общества, где всем будет хорошо и все будут идеальны, потому что при такой жизни, которую мы построим, все человеческие пороки будут забыты» – говорил Михаил односельчанам.

И вот идёт комсомолец по дороге, освещаемой луной. В какой-то момент юному атеисту показалось, что это не луна на небе, а огромный глаз фантастического, нездешнего зверя. Внезапно, как из-под земли, перед Мишей возник некто громадного роста, плотный, с землисто-смуглым лицом. И не скажешь даже, что точно человек, хотя в целом черты имел человеческие. Великан молчал, смотрел тяжёлым, тусклым взглядом. Миша от неожиданности будто остолбенел, хотя сам был далеко не мальчиком для битья: высокий, сильный, мускулистый. Драться Мише приходилось в жизни не раз, а тут вдруг заробел. Ему вспомнились древние якутские предания о злых духах, которые по поверьям обитали в мрачном Нижнем мире. Там, в подземном мире, клубился туман, похожий на недоваренную рыбью уху, росли железные деревья и железная, ранящая ноги, трава, тянулся многоярусный железный забор вокруг ужасного вида построек. А сами злые духи – существа необычной величины, страшной наружности, злые, жестокие. Мишина бабушка по вечерам рассказывала внукам о встречах людей с потусторонней злой силой: «И встал во весь рост чёрный, страшный, огромный, ростом с лиственницу, не то человек, не то не человек». А ещё: «Когда чёрт умер, из его носа и рта ручьём полилась чёрная вонючая кровь, словно кровь, накопившаяся в сгнившей коже».

Так вот, какое-то время Миша и здоровяк стояли друг против друга, освещённые могильным светом луны. Вражина глядел на соперника мутно-красными, словно заржавелыми, глазами. А потом он бросился на Михаила, повалил на землю и начал душить. Сила в верзиле была воистину нечеловеческая. Миша начал бороться, разжал чужие руки на своей шее, схватил детину за волосы, сбросил с себя, затем попытался повалить его на спину. Долго возились, ни один спуску другому не давал. Потом Мише почти удалось опрокинуть соперника и тут громадина исчез так же внезапно, как и появился. Видимо, провалился в подземелье, «смрадную страну смерти и бедствий, облитую сукровицей, всю в сгустках крови», как рассказывала Мише бабушка.

Миша понюхал свои пальцы, от них несло протухшим мясом. Миша от запаха гнили даже сознание ненадолго потерял. Насилу доковылял комсомолец до дома. Несколько дней его нещадно лихорадило. В бреду Михаил снова и снова боролся с потусторонним гостем, а однажды привиделось, что гигант утащил его в страшную, забрызганную чёрной кровью страну с блёклым, опрокинутым, уродливым подобием солнца и кривым, тусклым, безобразным месяцем.

Выздоровев, парень сразу отправился в райцентр и отрекся от комсомола. «Вот вы говорите, что чёрта нет, а он есть, я сам видел» – сказал Миша, бросив на стол комсомольский билет. Всю свою остальную жизнь Миша верил и в бога, и в чёрта, и в ад, и в рай, и в жизнь после смерти, и в посмертное воздаяние по заслугам. Хотя вполне нашёл своё место в атеистическом советском государстве, работал, получал награды, героически воевал в Великую Отечественную, выжил в огне Сталинградской битвы, вернулся домой и работал дальше во славу Родины.

Михаил Кириллович Васильев дожил почти до 100 лет и оставил после себя многочисленное потомство.

В данном случае я склоняюсь к тому, что Михаил встретился всё же с реальным человеком, рослым, сильным, но запущенного вида и с недобрыми намерениями, например, с беглым преступником или асоциальной личностью.