Kitobni o'qish: «Детективы с Земляничной поляны»

Последнее помилование Перчика или КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

Глава 1

Сочные одуванчики и плошка земляничныхягод наполнили живот кролика приятнойсытостью. На прогулку мама дала сладкий корешок и сказала:

– Веди себя скромно, в лесу не шуми ибудь осторожен.

– Хорошо, – беззаботно кивнул кролик,откусил корешок и выскочил из норы.

Зелёная панама в крупных жёлтыхгорошинах замелькала средиподорожников и лютиков, длинные уши жизнерадостно подпрыгивали, тут итам взлетая над травой.

– Привет, ушастый! – окликнули его собочины.

– Привет, кузнечик, – поздоровалсякролик и поскакал дальше.

Над его головой промелькнула быстраятень.

– Обокр-р-али! Кар-р-раул! – суматошномахая крыльями, мимо пролетела ворона Гаркуля, вопя на весь лес.

Разогнавшийся Крос пробурил пяткамиборозду, поднял фонтан пыли, панама взлетела вместе с ушами.

«Что-то случилось...», – подумал он, исвернул с тропы...

На Ромашковой поляне, около раскидистогостарого дуба метался енот Флунтик. Бедняга держался лапами за голову истрадальчески восклицал:

– За что?! Как можно было так со мнойпоступить?!

Заметив кролика, он схватил лежащую напеньке газету и, почти тыча листками в нос кролику, начал жаловаться:

– Украли! Присвоили мой труд! Здесь нетдаже намека на мое имя!

Заметив, наконец, что кролик вытянулвперед лапы и пытается увернуться от газеты, енот замолчал, плюхнулся наскамейку, хвост и лапы его безвольно повисли, от чего бедняга стал похож на увядшийбаклажан.

Кролик покосил глазами, не придумалничего утешительного, и тогда просто сказал:

– Очень вам сочувствую, могу ячем-нибудь помочь?

– Да чем же здесь поможешь?! – Флунтик сновавскочил, скомкал газету и в сердцах закинул её в кусты.

Крос поднял и отряхнул от прилипшихтравинок смятые листки, и принялся их изучать. Просматривая последнюю страницу,он весело хмыкнул, а уши его взлетеликверху.

–Флунтик, вы зря расстраивались, – здесь есть ваше имя, оно написаномаленькими буквами внизу последней страницы.

– Что? Покажи! Не может быть!

Енот вскочил и выхватил газету из лапкролика.

– Где? Не вижу!

– Да вот же, – Крос ткнул в едвазаметную строчку под статьей.

Флунтик растерянно захлопал ресницами, ичуть не сел мимо пенька.

– Как глупо! Некрасиво получилось. Какже это я не увидел... И Гаркуля по всему лесу, наверное, уже разнесла...

– Делать мне больше нечего! – раздалосьс ближайшей ветки, – ворона встопорщила перья и нахохлилась.

Флунтик озадаченно посмотрел на нее,почесал макушку сразу обеими лапами, и спросил:

– Ты же улетела...?

– И что? Захотела, улетела, передумала,вернулась. Что хочу, то и делаю! Так, значит, ничего у тебя не украли? – воронасклонила голову на бок, почти касаясь лбом ветки, любопытные черные бусинки хитросмотрели на енота.

– Выходит, что так. Глупо вышло. Ты ужне рассказывай никому, пожалуйста!

– Еще чего! Надо мне больно... И несобиралась! – ворона презрительно каркнула, шумно захлопала крыльями и улетела.На сей раз окончательно.

Забыв о кролике, енот принялся бегатьвзад-вперед, причитая:

– Что же делать, как глупо я выгляжу...,– по траве за ним тянулась примятая дорожка, – ее оставлял поникший хвост.

– Не расстраивайтесь вы так, Флунтик! Скаждым может такое случиться! – утешил его Крос, помахал на прощание лапой ипродолжил прерванную прогулку.

Тропинка петляла меж кустов жимолости ибузины, ныряла в тенистые осинники, окуналась в заросшие сочной осокой идушистым клевером овраги. Вскоре Крос забыл про енота, зато вспомнил, что еслиидти (подпрыгивать, размахивать лапами и даже бежать) и петь песенку, прогулка будет вдвойнеприятней, и поспешил запеть:

Я весёлый смелый кролик.

Никого я не боюсь.

Я иду гулять по лесу.

Если мне смешно, смеюсь.

Громче всех пою я песни.

Я быстрее всех бегу.

Потому что, самый храбрый.

Всё умею, всё могу.

И грабитель мне не страшен.

Я злодея не боюсь.

Пусть мне только попадется,

С ним я быстро разберусь.

– Ка–ап. Ой. Кап–кап–кап. Ой–й. –послышалось откуда-то сверху.

«Кто бы это мог быть...?» – подумалкролик, остановился и осмотрелся.

На ветке берёзы сидел Непонятно Кто, оченьпохожий на пушистый мохнатый, желтый блинчикв оранжевых штанах. Он моргал пушистыми ресницами и говорил «Ой». Глаза его походилина два больших абрикоса, из которых вытекали прозрачные и звонкие, как льдинки,слёзы.

– Ка–а–ап, – падала слезинка.

– Ой–й,– ойкал Непонятно Кто.

– Привет! Ты кто? – полюбопытствовалкролик.

– Не знаю, – ответил Непонятно Кто,потом подумал, и добавил, – Привет! Ой–й.

– Зачем ты ойкаешь? – спросил кролик.

– Когда ойкаешь, плакать удобнее, ой–й.

– Как тебя зовут?

– Не знаю.

– Тогда я буду звать тебя Ойзи. Ты непротив?

– Я не против. Ой–й. А тебя как зовут?

– Я кролик Крос. Хочешь откуситькорешок? – И протянул корешок.

– Спасибо. Я не ем корешки. Ой.

– Перестань ойкать, – попросил Крос.

– Не могу, – пожаловался Ойзи и сноваойкнул.

– Тогда перестань плакать. Кстати, апочему ты плачешь? – спохватился кролик.

– Скучно одному.

– А как же я?

Ойзи приподнял правую бровь, палец уткнулсяв уголок рта, абрикосы покосились на кролика.

– Пожалуй, ты прав. Можно перестатьплакать, – согласился он и перестал плакать.

– Давай дружить! – предложил кролик, –только слезь с дерева, пожалуйста. Мне надоело задирать голову.

– Давай! – обрадовался Ойзи, спрыгнул,приземлился на тоненькие ножки и спросил:

– Теперь удобно?

– Да, в самый раз, – ответил кролик.

– Здорово! Тогда идём гулять?

– Идём!

Крос поскакал по траве, Ойзи перелетал сдерева на дерево, то обгоняя, то пропуская друга вперед. Их звонкий смех далекоразносился во все стороны.

Глава 2

Друзьярезвились на солнечной лужайке, когда Ойзи воскликнул, – «Ой–й», – и спряталсяпод лист лопуха.

–Ты чего..., о–ой..., – и кролик нырнул под соседний лопух».

–Здравствуйте! – Поздоровался кто–то достаточно громко, чтобы его точно услышаливсе на поляне.

«Еслипромолчать, можно показаться невежливыми», – подумал кролик, поэтому он высунулсяиз–под лопуха и тоже поздоровался:

–Здравствуйте.

Наполяне переминался с лапы на лапу волчонок. Глаза серого шарили по траве, хвостприветливо крутился. Увидев кролика, он жизнерадостно объявил:

–Меня Чуки зовут, а как вас зовут, я уже знаю. Я в спасательную команду пришёлзаписываться. В лесу говорят, вы сотрудников в агентство принимаете.

Кроликтак удивился, что осмелел и вылез наружу целиком. Сначала он уставился напосетителя и принялся его рассматривать, от кончика носа до кончика хвоста и вобратную сторону. Потом скосил глаза на лопух, под которым сидел Ойзи. Потом бросилвзгляд на небо. Наконец, так и не придумав, что ответить, переспросил:

–Какую, какую команду...?

–Спасательную, – терпеливо повторил волчонок.

–А мы не..., – начал, было, Крос и тут же замолчал, – он сообразил, чтоболтливая ворона не смогла удержаться, и в лесу узнали об утреннемпроисшествии.

–Ойзи, вылезай, – сказал он в сторону подозрительно шевелящегося крупноголопуха.

Ойзивысунулся и поинтересовался:

–Кролик, я не ослышался?

–Ты не ослышался.

–Но у нас же нет никакой команды. – Ойзи вылез полностью и широко развел руками,а его глаза-абрикосины от удивления сделались совсем круглыми.

Кроликзадумался. Бросил взгляд на небо, вспомнил, что это не помогает, вздохнул исказал:

–Придётся создать.

–Извините, я не понял, так вы меня приняли?

–Да приняли, приняли, – отмахнулся озадаченный кролик, – только у нас даженазвания пока нет.

– Ура–а! Я спасатель! – воодушевился волчонок и помчался нарезать круги по поляне.

Крос и Ойзи посмотрели в след мелькающим розовым пяткам, потом посмотрели друг на друга.

– Нужно название, – серьёзно сказал кролик.

– Согласен. Только, где мы его возьмём?

– Давай думать.

Друзья присели на корточки и стали думать. Долго думали, целых две минуты. Они морщили и терли лбы, вскакивали, чтобы походить взад–вперёд, прикладывали лапу к подбородку. Ничто не помогало.

– Не придумывается, – пожаловался Ойзи.

– Надо пересесть на другое место.

Они перебрались под большой лопух, потом думали под кустом боярышника, потом отошли на край поляны и сели под корни старой разлапистой сосны. Всё без толку.

Волчонок давно перестал бегать и с возрастающим интересом наблюдал за передвижениями новых друзей, силясь понять, чем те заняты. Наконец, он не выдержал.

– Вы зачем по всей поляне ходите? Вы что–то ищите?

– Да. Ищем. Название для агентства. Только оно не находится никак, – озабоченный кролик изо всех сил наморщил лоб.

Волчонок тоже наморщил лоб и пробормотал:

– Находка.

– Что ты сказал? – оживился кролик.

– Я сказал «находка».

Кролик вскочил и забегал взад–вперед. Периодически он останавливался, переводил взгляд на небо и говорил:

– Находка. Интересненько. Находка. Очень интересненько. Находка.

Потом, вдруг ка–а–ак закричит:

– Ура–а–а! Я придумал! Мы назовёмся <<Спасательное агентство «Находка»>>.

– Вообще–то, это я придумал, – пробурчал Чуки, но поскольку его никто не услышал, то он как–бы ничего и не сказал.

– Нам нужен офис, – объявил кролик. – У настоящего агентства должен быть офис.

Сказав это, он выжидательно уставился на волчонка. Серый кивнул, старательно наморщил лоб и ничего не сказал. Тогда кролик посмотрел на Ойзи, но тот с крайне сосредоточенным видом считал пролетающие мимо тучки. Не осталось ничего другого, как думать самому. Кролик стал думать.

– Никто не видел объявление, что сдаётся нора или дупло? – Спросил он через некоторое время.

Ойзи подскочил.

– Я видел! У пня висит объявление, что сдаётся дупло. Только оно сдаётся вместе с пнём.

– А чего же ты молчишь? – Возмутился кролик.

– Ничего я не молчу. И ты про пень не говорил, что он нам тоже нужен! – обиделся Ойзи.

– Нам пень не нужен. Совсем. Но где ты видел дупло само по себе? Без пня или дерева?

– Пожалуй, ты прав, − согласился Ойзи и перестал дуться.

– Далеко? – Уточнил Крос.

– Что далеко?

– До пня далеко? – у кролика задергались усы, − он начинал нервничать.

– Я тоже это объявление видел, – вмешался волчонок, − пень на Земляничной поляне стоит.

Обеспокоенный кролик вскочил.

– Пошли скорее, а то вдруг нас опередит кто–нибудь.

Пень оказался действительно большим. Вход в дупло закрывала кривовато сколоченная дверь, сбоку на доске нацарапали объявление:

«Сдаётся дупло для добрых дел», – и ниже, в углу, совсем неразборчиво, – «Обращаться к».

Кролик трижды прочитал надпись на табличке. Сначала про себя, потом два раза вслух.

– Кто такой «к» и где его искать? – обратился он к двери.

– Что ты шумишь! «К» это я! Искать меня не надо, я здесь, – из приоткрывшегося окна выглянул сердитый бурундук Дин.

– Это вы сдаёте дупло? – как можно вежливее поинтересовался кролик.

– Допустим, я, – бурундук раскрыл окно шире и высунулся наружу. – Что с того? Хочу и сдаю.

– Как, что с того? Нам ваше дупло очень нужно.

– Оно вовсе даже не моё! – бурундук замолчал, пожевал губами и начал вынимать из–за щёк жёлуди, складывая их на подоконник. Скоро подоконник оказался завален желудями, щёки бурундука наполовину похудели, и он добавил, − но я его сдаю.

– Это как? – удивились все трое.

– Было не моё. Но! Раз я его нашёл, и оно было ничьим, значит теперь оно моё, и я могу его сдать. Уф–ф, – выдохнул Дин, и устало провёл лапой по лбу. Он не привык вести переговоры.

– А вы точно знаете, что оно было ничьё?

– Я в этом совершенно уверен, – не слишком уверенно сказал бурундук, и принялся засовывать жёлуди обратно за щёки.

Друзья переглянулись.

– Кролик, ты не думаешь, что затея с дуплом может плохо закончиться? – с крайне озабоченным видом спросил волчонок.

– Думаю. Но дупло нам нужно.

– Тогда договаривайся.

– Уважаемый бурундук, вы так и не ответили. Вы сдадите нам дупло?

– А для чего оно вам?

– Под агентство по поиску пропавших животных.

Ойзи начал слегка подпрыгивать, толкаться в бок и зашептал:

– И вещей. Скажи еще, что вещей тоже. На всякий случай.

– И вещей тоже. На всякий случай.

– Не надо было говорить «на всякий случай»!

– Поздно. Я уже сказал, – сердито прошептал кролик и вопросительно уставился на бурундука.

– Подождите, – проворчал Дин и скрылся. Окно захлопнулось,

в дупле что–то громко зашуршало и забумкало. Прошло несколько мгновений. Бурундук боком, очень странно стал просачиваться наружу через дверь. Выглядело так, словно сзади его кто–то пихает, а он изо всех сил сопротивляется. Друзья удивлённо наблюдали за его действиями.

Наконец, бурундук вылез, попытался закрыть дверь, но оттуда посыпались желуди и орехи, − дупло оказалось завалено ими до самого верха.

«Интересно, как он там пролез?» – подумал кролик.

– Кажется, нам предстоит немного поработать…, – пробормотали Чуки и Ойзи.

Остаток дня ушёл на то, чтобы перетащить содержимое дупла в нору неподалёку, и обустроиться в освобождённом помещении. Первым делом переписали табличку.

Теперь она гласила: Агентство <<НАХОДКА>>.

Над табличкой долго спорили. Ойзи настаивал, чтобы обязательно указали весь перечень предлагаемых услуг. Рассудительный кролик убеждал, что весь перечень не влезет. Волчонок с ним согласился. Сошлись на том, что если написать <<Агентство НАХОДКА>>, все и так всё поймут. А кто не поймёт, тот слишком бестолковый, и с ним лучше не связываться.

Из найденного в лесу ящика получился стол для директора. Из маленьких пеньков соорудили стулья. У запасливого бурундука нашлось много всяких ненужных ему нужностей, с которыми он охотно расстался. Лупы большая и маленькая, игрушечный бинокль, прогулочная трость, толстая верёвка, ведро и лопата, шторка на окно, шляпа, коврик, чтобы положить у входа, и даже пишущая машинка. Правда, там не хватало половины клавиш, зато на столе она смотрелась очень солидно. Забрали всё, а бурундука пригласили в агентство завхозом. Он важно надул и без того пухлые щёки и согласился. Осталось решить главный вопрос, кого назначить директором.

– Давайте голосовать, – предложил сообразительный Крос. – Кто за то, чтобы директором назначить кролика? – И поднял лапу.

Ойзи тоже поднял ладошку, он привык соглашаться с кроликом. Потом догадался, что соглашаться не обязательно, но опустить лапу показалось неудобным. Волчонок посмотрел на них и проголосовал, как все. Ему показалось нескромным не поддержать друзей.

– Принято единогласно, – торжественно объявил кролик и сел за стол.

– Поздравляю тебя, кролик, с важной должностью! – искренне поздравил друга Ойзи и пожал ему лапу.

– Поздравляю! – поддержал волчонок. – Из тебя получится, – договорить он не успел, – в дверь постучали.

– Входите, открыто, – воскликнули все трое и привскочили.