Kitobni o'qish: «Дневники медсестры»

Shrift:

Действующие лица:

Олеся – Медсестра

Тетка – Старшая медсестра

Толя – Заключенный

Миша – Следователь

Сан Саныч – Начальник колонии

Сцена 1

(Миша подъезжает на попутке к колонии)

Миша: Так… так… где же это… Ага, нашел. Что там мне дали? Так. Дело, убийство в колонии, ну понятно, два зэка вспомнили старое вот и пырнули друг друга. Что мне то это дело вручили? Я такое двадцать лет назад еще как орешки щелкал. А тут еще отправляют в Сибирь. Вот зачем? Что я там не видел то. Мотаться еще туда, хотя… что я жалуюсь, я в прошлый раз так поехал и машину купил себе. Не ну а что? Кто взятки не берет сейчас? Вот ты берешь? Нет? Да врешь. Нет, я понимаю, я тоже могу сказать, что я не беру, но сам-то беру. Это по началу еще я что-то боялся, сам намекал, а потом уже мне просто так деньги приносили в папке с делами. Порой там жесть была. Вот прям вообще. А порой – нет.

Случай был один, все никак забыть не могу. Ночью позвали на место преступления, мол, дело срочное, надо решать что делать. Я и поехал. А это знаешь, стоматология какая-то подвальная, там в одной из комнат операции делали, ну как операции, животы вскрывали и аборты делали по-быстрому. Шлюх отвозили, наркоманки проползали. Ну, вот видимо одну такую приволокли и оставили умирать там. Она, видать, очухалась, начала вопить где ее ребенок, нападать. Короче, умерла она. Два мужика там были, один молодой совсем парень, второй уже старый. И деньги только у старого были, его отмазали, а на второго забили. Да я ниче сделать не мог, там уже соседи начали выглядывать, дело нельзя было закрыть уже так по-тихому. Все повесили на того парня и отправили мотать срок. А я смотрел в его глаза и видел прям – честные. Глаза эти с тех пор часто вижу, синие такие, чистые. Вот все бы отдал, чтобы изменить тогда все. Деньги не брать, понимаешь? Чтоб по-честному все было, чтобы посадили кого надо, кто виноват, а не у кого денег больше.

Что это я вспомнил его то? Давно дело было. Странно, ладно, где дело то, только что же в руках держал. Ага, нашел. Так ну ладно, по дороге почитаю. Ох, скорей бы на пенсию, сил уже нет. И что еще начальник то так подмигивал, когда дело вручал? Знает, что я мокруху люблю? Или деньги? Че хотел то?

Вот вы, вы кем работаете? Я Следователь. Михаил Сергеевич. Но для всех я просто Миша. Миша стрельни сигаретку, Миша поработай в Новый год. Миша, Миша. А я может устал от всего. Семью хочу, жениться на девушке толковой, чистой, светлой. Но только где она? Вокруг одни продажные. И достала уже коррупция, несправедливость. Столько всего навидался и понял одно: деньги решают все. Один человек не может ничего изменить. Или все-таки может? Где там дело то это, опять потерял? А нет, нашел. Так…

Сцена 2

(Приходит Сан Саныч)

Сан Саныч: Михаил Сергеич, Я Сан Саныч, рад знакомству. Я вот просто в восторге, что именно вы возьметесь за это дело. Я слышал, что вы самый быстрый следователь. А где время, там и деньги, да? Время-деньги как говорится, ну, да? да?

Миша: Я еще не посмотрел дело, что там, в двух словах?

Сан Саныч: Ну как же, девчонка сошла с ума и убила своего декана. Приехал посмотреть, как она тут, а она его так встретила.

Миша: Девчонка?

Сан Саныч: Ну, Медсестра, не тетка, а другая, Олеся, если быть точнее.

Миша: Хм, целых две медсестры? А что же вторая с ума не сошла?

Сан Саныч: Да она старая уже, ее уже ничего не берет.

Миша: Интересно.

Сан Саныч: Что тут интересного? Вот деньги – это куда интереснее.

Миша: Ага, ну да.

Сан Саныч: Вы же на пенсию уже собираетесь? Последнее дело вам дали? Что вам возиться то с такими мелкими людишками? Тут же крысы одни, нормальных нет. Предлагаю вам забыть, что вы тут видели и отправиться домой. Деньгами мы вас обеспечим до самой вашей старости. Идет?

Миша: Сан Саныч, я тут что-то устал, давно с простыми людьми не общался. Хочу напоследок так сказать, душу отвести. Позови-ка мне эту, тетку, на пару слов? Ну что ты побелел то, давай. И сам смотри, далеко не уходи. Коньячку с тобой выпьем, за жизнь потрем, а? Давно ли ты со следователем пил? Ладно, иди уже давай. Зови тетку эту.

(Сан Саныч уходит)

Миша: Знает он меня, собака сутулая, и про деньги, и про пенсию. Так, чую хрень какая-то тут. Где там дело, ну-ка быстро, откуда тут женщины взялись? Это же мужская колония. Так, вот. Ну да, странно получается. Убила заключенного. Не верю. С женщинами всегда вопрос иной, они так просто никогда не полезут на мужика. Что же мне делать то? С одной стороны вот – куча бабок, с которыми можно прям сейчас на пенсию выходить. Но дело громкое, надо постараться, чтобы замять. Придется все на девчонку повесить, совсем, как с тем парнем получится. Отправят ее в колонию, будет там отсиживаться. А сколько ей? Мда, молодая совсем, только после института. Так, ну а если не возьму деньги, что тогда? Придется тогда еще поработать, да и дело будет нелегкое, хватит ли сил у меня на это? Распутывать все. Когда молодым был, какое время было, не то, что сейчас. Надоело! Так хочется что-то поменять. Может, стоит попробовать? Останусь тут на денек, поговорю со всеми свидетелями, а там уже решу. Ну, что они с тобой тут сделали, Олеся, а?

Сцена 3

(Тетка приходит)

Тетка: А? Ой я это, старая совсем стала. Плохо вижу, ничего не слышу. Мне сказали, надо про Олесю рассказать? Да что рассказывать то. Я ее почти не знала. Ну как, она приехала к нам в сентябре, молодая такая, только после МЕДа. Что она тут забыла то? У нее и личико такое смазливое, и вся такая хохотушка. Постоянно что-то чистила, пела, красоту наводила – это ее слова, она так говорила. Мы работали в смотровой. Ей практика нужна была, ну вот она и проводила осмотры, анализы там брала, я учила ее. У нее ж рука была не поставлена. То в вену попадет, то шприцы перепутает. Совсем из нее врач никудышный. Тупая. Ну а что скрывать. Все это знали, что тупая. Я до сих пор не понимаю, что она у нас забыла. До этого приезжали не такие. Тоже молодые, но вот внутри у них было что-то другое. Им плевать было на все, они работали, по вечерам отчеты свои строчили, что-то там еще делали, ну вот.

Миша: Ну вот? А дальше что?

Тетка: Ну я не помню. Я же старая. Уезжали.

Миша: Сами уезжали?

Тетка: Ну через пару лет. Кто как.

Миша: И много таких было?

Тетка: Три. Олеся – четвертая.

Миша: Уезжали значит, да?

Тетка: Да-да, я так и сказала.

Миша: А вы тут сколько работаете?

Тетка: Да всю жизнь почти. Я никакой другой работы и делать не могу. И семьи у меня нет и не было. Не могу я детей иметь. Вот и работаю тут. Мне нравится.

Миша: А живете вы где все?

Тетка: В смотровой. Ну то есть там слева от нее Олеся жила, я – справа.

Миша: А как часто были осмотры?

Тетка: Хм, пару раз в неделю. Нам когда новеньких привозят, обязательно осмотр. Да и так по мелочи.

Миша: Как это? По мелочи?

Тетка: Ой, не знаю, просто так ляпнула. Можно идти? Меня там Толя в смотровой ждет.

Миша: Странно, ну пока да, идите.

(Тетка уходит, Миша один)

Миша: Ох не нравится мне она. И пьет что ли? Не ну точно пьет, может не много, но каждый день – это да. Руки тряслись, когда волосы седые поправляла. Значит ничего плохого про Олесю не сказала. Это всегда странно. Что-то плохое – да кто-то скажет. Значит скрывает. Но что? И эти девушки молодые, что их сюда тянет то? Интересно, что скажет это липкий тип.

Сцена 4

(Сан Саныч приходит)

Сан Саныч: Коньячку да, ну давай. Что тетка то рассказала? Небось опять чушь какую? Ты ей не верь, Михалыч. Она старая, не в себе. Мы ее держим то только потому, что других нет.

Миша: Так как нет, она вот сказала, что и другие были медсестры то.

Сан Саныч: Как? И ты поверил? Не было никого.

Миша: Она очень убедительно рассказала про трех других. Что они тоже…

Сан Саныч: Ниче не знаю, что она там несла. Я давай расскажу, как мы все придумали. Ты же все равно дело закрывать будешь? А мы хитрый план придумали! Идеальный! Наливай давай. Ты ж не знаешь наверно нихрена про штуки с ЕГЭ? И я не знал. Целевое распределение. Слышал? Мы платим за обучение кого-то, а потом он у нас отрабатывает. Не понятно? Ну смотри, есть студент, он не набрал баллы по ЕГЭ. А есть мы – мужская колония в Сибири, где никто почему-то не хочет работать. И мы выбираем одного человека, платим за него, а он потом работает у нас по контракту.

Миша: Но у вас одни девчонки молодые работают, что не так с парнями то?

Сан Саныч: Их, скажем так, можно усмирить. Они боятся. На нее шыкнешь – она тут же как шелковая.

Миша: Так. А что за контракт?

Сан Саныч: Да ничего особенного. Обычный контракт как у всех. Там условие, что нельзя уволиться или уехать. Если что-то не так – то плати всю сумму за обучение сразу. А это несколько миллионов. Хаха, никто еще не заплатил, это всегда слишком большие деньги для них!

Миша: Всегда?

Сан Саныч: Ага, хотя была одна, хотела уехать, приходила ко мне, плакала, умоляла, мол все сделает, лишь бы скорей родных увидеть. Да какой там! А мне что делать? Я же деньги за них не сам плачу! У меня тоже контракт. Отсюда никому нельзя уезжать. Никогда. Вот я ей так и сказал, что нет! Это контракт, ты знала, на что идешь. Либо давай плати, либо терпи! Ну вот как-то так. Высказал ей все, отругал и все.

Миша: А тебе кто платит? Кому интересно спонсировать туповатых медсестр?

Сан Саныч: Да есть там… Но это уже не твое дело Миш, там такие люди, тебя в порошок сотрут, и меня и всю эту колонию к чертям собачьим.

Миша: Как мне нравится, значит кому-то нужны именно молодые тупые медсестры?

Сан Саныч: Да нет, ну как же… Нет.

Миша: А кто была та девушка?

Сан Саныч: Какая? Ой да я и не помню.

Миша: И что с ней стало?

Сан Саныч: Так она это, сбежала.

Миша: Сбежала? Из колонии? Как это?

Сан Саныч: Да как-то ночью что-то взяла и убежала. Не знаю. Мы не искали особо.

Миша: Почему? Девчонка одна в лесу.

Сан Саныч: А… ну да, не ну мы искали, конечно, с собаками ходили. Но не нашли.

Миша: А тетка то сказала, что все девушки уезжали. Не говорила, что кто-то убегал.

Сан Саныч: Да она же старая, не помнит то уже ничего. Как же, вместе с нами ходила, искала.

Миша: Так, допустим. Была медсестра… сколько она работала?

Сан Саныч: Да пару лет. Ей там буквально оставалось год наверно работать. И все.

Миша: Значит была медсестра, молодая, да? Ну конечно, вчерашняя студентка. Из бедной семьи видимо, раз нет денег за учебу заплатить. Врачом хотела стать. Ага, отправили ее после института сюда отрабатывать. Работала-работала и потом бац – убежала в ночи. А куда убежала? Что с ней стало – никому не известно. Так что ли получается?

Сан Саныч: Да фиг его знает, наверно так. Давай еще по одной.

Миша: Погоди, а что было потом? Ну вот убежала она, вы ее не нашли.

Сан Саныч: А ну тогда год без медсестры работали. Тяжело было, очень! Я в тот год внимательно девушек смотрел и выбрал вот одну – Олесю. Чтобы и спокойная была, такая ну, понимаешь… сирота если – вообще отлично. Ну кто ж знал, что она убийцей окажется.

Миша: Значит, Олеся попала в колонию спустя год, так скажем, перерыва?

Сан Саныч: Да.

Миша: А тетка ничего не делала?

Сан Саныч: Да кому она нужна, она же старая, кружку то еле держит…

Миша: Понял. Слушай, а где эти осмотры проходили? Дай гляну, ну напоследок, а? Я только сам дойду. Там же нет никого сейчас? Ну я пошел, я просто посмотрю. А ты еще коньячку найди, а то чет одной мало. На пенсию же провожаем человека.

(Миша уходит в смотровую)

Сцена 5

(Миша идет и говорит сам с собой, потом заходит в смотровую)

Миша: Странное место. Саныч то конечно дурак, но все равно не колется. Если тут то, о чем я догадываюсь, то дело трудно будет прикрыть. Если еще с теткой были подозрения, что тут нечисто и что-то скрывают, то сейчас я чую прям, что тут что-то круче, чем обычная мокруха будет. И что за хрень с этим целевым распределением? Кто это придумал? Бред какой-то. Надо отрабатывать, чтобы не стало. А если не нравится? Это же студент – еще ребенок. Да и какая тут практика может быть среди зэков? Яйца им проверять? Щас и узнаю, что за осмотры там были.

Толя: ТЫ! Это ты меня сюда посадили! Это из-за тебя я здесь!

Миша: Эти глаза. Это ты! Ты тот самый парень! Сколько лет прошло, а вот глаза я помню, никак их забыть не могу.

Толя: Ох я бы тебе, да как дал бы в морду, продажная ты скотина. Ты хоть знаешь, что тут делают с людьми? Ты хоть представляешь, куда ты меня отправил? Я никого не убивал, а ты меня смешал с говном и отправил в эту жопу.

Миша: Толя, погоди. Я узнать все хочу. Помоги мне. А я тебе помогу.

Толя: Чем ты мне поможешь то? Помогатель блин. Еще дел повесишь? Что, скажешь, что я декана убил? Хотя, если это поможет Олесе, то пусть так. Лишь бы ей жизнь не портить.

Миша: Олесе?

Толя: Ну да. Блин, ну че ты вылупился то? Ну люблю я ее! Люблю! Вот так бывает. Завертелось тут у нас, все, прям тут, в смотровой. Ты это, правда можешь помочь ей? Я все расскажу, ты только послушай меня.

Я человек не плохой. Может поэтому она меня и полюбила. Не знаю, почему выбор на меня пал. Тут же ха – целая колония мужиков. Все ее хотели, но она никому не давала. Я думал и у меня шансов нет. Кто я и кто она. Хотя, нас кое-что сближало, я же тоже врач. Но об этом потом.

Олесенька. Тоненькая такая, молоденькая, с веснушками. Я когда первый раз увидел ее, так офигел. Я таких красивых в жизни не видел. Волосы постоянно в косички заплетала, как ребенок. А один волосок постоянно выбивался – она его за ушко поправлять любила, когда нервничала. Сядет так порой за стол, вздохнет, и давай что-то там записывать. Она как будто не отчет писала в карту, а дневник. Даже казалось, что не замечает никого вокруг, все пишет и пишет, а ты стоишь как дурак со спущенными штанами. Не знаешь то ли идти, то ли стоять на месте. Как-то раз я помню, подошел к ней близко и волос этот ей сам за ушко убрал. Я думал, что вот сейчас отпрыгнет от меня в другой конец смотровой. А она нет. Смутилась, что ямочки вот тут на щеках появились и покраснела. Так поцеловать ее хотел. Но знал – нельзя. Мне срок еще могут намотать больше. Я же тут давно уже, выходить уже скоро. И каждый раз короче думал, как бы ее увидеть, да подольше бы. Долго мы так в гляделки играли, я видел, что тоже вроде как нравлюсь ей. И однажды не сдержался, руку ей положил на коленку, когда рядом с ней сидел за столом. А она не убрала. Покраснела только еще больше. Я тогда повыше, ну и завертелось все у нас.

Ну как…Мы же видеться могли только тут, на осмотрах личных. У нас было десять минут, когда мы оставались один на один. Но мы не всегда спали. Иногда разговаривали. Она говорила, что я тут единственный, с кем ей хочется поговорить. Но и все она рассказать мне не могла. Спрашивала про других девочек, что знал – ей рассказывал. Она очень боялась, что ее однажды убьют, как других и в мешке выкинут на свалку, как собаку.

Сцена 6

(Олеся сидит за столом)

Олеся: Ох я так устала от этих расспросов, я все постоянно говорю-говорю, меня слушают-слушают, а толку нет. Я даже не надеюсь на то, что меня можно оправдать. Тут таких не оправдывают. Тут либо убивают, либо сами убиваются. Одна я какая-то не такая. И сама не могу умереть, и мне не дают. Они знают, что у меня есть доказательства на них, вот и держат тут. Они прибежали тогда к Санычу с испуганными глазами и долго что-то обсуждали, кричали, спорили. Думали, куда их всех остальных деть, что самим делать. И эксперименты все закрыли. Хотя это нельзя было делать так сразу. В общем, шуму вы навели знатно. Перед вашим приездом тут разве что язык мне не хотели вырвать. А уж что Толику вкололи, чтобы он мог встать – даже не знаю. Как он? Он говорил с вами? Хорошо? Странно, но это хорошо. Я рада, если с ним дальше будет все хорошо.

Я поступила в медицинский, не сама, мне помогли. У меня не было денег на обучение, я не добрала два балла и идти в другой институт даже не думала. У меня была только одна цель в жизни: стать врачом. И когда увидела, что не прошла – у меня внутри все рухнуло прям. А потом узнала про целевое, ну и с их помощью и прошла на бюджетное. Училась легко, лучшая студентка, красный диплом. Хотят тетка меня постоянно дурой и тупой обзывала, она просто слепая и вены не видела.

Меня тогда забрали прям из общаги. Я даже вещи не успела собрать, приехали ночью и дали час на сборы. Надо было тогда еще-то заподозрить, соседку предупредить куда еду, но нет, я думала, что все нормально, типа ехать далеко, поэтому такая срочность. Ну что поделать, наивная! И договор не читала тогда, мне тогда нужны были только деньги. И когда привезли в этот лес, я офигела мягко сказать. Мужская колония! Что я тут делать то буду? Ох, потом поняла, к чему была срочность: у них не было никого тут долго вот они и торопились, сроки у них поджимали. Сразу заставили работать.

Тетка потом рассказала, что это на самом деле за место. Она называла это психушкой. Ну потому что свозят сюда всех отшибленных – маньяков, убийц, полоумных. Отбросов короче. Кому на всех плевать, жив человек или нет. Хорошо бы, если бы даже нет. И можно бы было оставить их тут да, чтобы они исправлялись и понимали свои ошибки. Здесь тестировали именно это: как переделать преступника в нормального человека. С одной стороны это круто, что они хотели избавить мир от преступности, грабежей, убийств и тюрем, разработав волшебную таблетку или укол. Я, как врач, была поражена этой идей. Но не на людях же все пробовать!

Прошлые девочки тут времени зря не теряли, узнавали все как могли. Я случайно нашла дневники медсестер, когда убиралась. Сначала выкинуть хотела, но как прочитала, так все поняла. И у меня тогда план созрел. Что нужно попытаться что-то изменить. Я подумала, а если я убью кого-то из проверяющих? Звучит ужасно, знаю. Я же врач. Но тогда был бы шанс, что начнется дело и люди узнают, что тут происходит. Но не могла я сама у человека жизнь забрать. Но в итоге все получилось… как получилось.

Тот декан – ужасный человек. Он еще в институте пытался лапать меня, предлагал всякое такое, но я не такая. А тех девчонок, как я поняла – насиловал, чтобы они учиться могли дальше. И в тот день он выпил, зашел ко мне в смотровую, начал руки распускать. Я сопротивлялась, толкала его за дверь, а он рассвирепел, повалил меня, пытался изнасиловать, мне так страшно было! Я чудом дотянулась до стола рукой, а там шприц был для особо буйных. Ну я и вколола ему все с силой. Ну и дальше вы знаете…Он сразу умер. Потом Тетка прибежала, давай причитать, что нам будет, ой е, за голову схватилась. Короче, не ожидали такого. Можно ли меня считать убийцей?

В любом случае, план сработал. Люди узнали, слух пошел. Вас прислали. У меня сейчас одна только на вас надежда. Найдите те дневники. Я подозревала, что за мной скоро придут, поэтому смогла там написать все, что знаю. Они под шкафом, на скотче. Я не могу туда попасть, но у вас есть шанс. Найдите их. Возможно, меня убьют после этого разговора. Не знаю, думаю, никто не хочет, чтобы были свидетели. А если меня убьют, то у вас и доказательств не будет и они в следующем году возьмут новую медсестру и продолжат дальше эти испытания. Понимаете?

Все как по кругу. А я не хочу, чтобы другие дальше страдали. Надо, чтобы у человека был выбор решать, что ему делать. Пусть даже это выбор после распределения, что если не нравится там, куда их отправили по контракту, чтобы была возможность сменить место, а ведь такой возможности нет. Денег у нас нет, и шанса что-то изменить тоже. И у ребят этих в колониях я же с ними говорила. Не все хотят меняться, кто-то понимает, что сделал и хочет всю жизнь провести тут в изоляции, они не знают, как там начинать жить. Боятся. И их тоже могут лишать выбора. На них ставят эксперименты, как на крысах. Но от того, что они убили человека, они не превращаются в животных, они остаются людьми. Если бы вы вот сбили бы кого-то случайно, ну ехали ночью, а тут под колеса бросилась старая бабка. И вас бы отправили сюда. А потом издевались бы и лечили бы, чтобы нормальным сделать. Не у всех есть силы сопротивляться, даже самых сильных со временем ставят на колени.

Я вижу, что вы хоть и следователь, но хороший человек. У вас внутри тоже есть стремление к справедливости. Вы конечно можете взять деньги, а вам подготовили огромную сумму, чтобы дело прикрылось и потерялось. Вы же знаете, как это делается. Повесите на меня все, поеду в тюрьму, буду там доживать. Может там и повешусь. Вот такая будет у меня жизнь. У меня не будет шанса на суде. Я – никто. Если вы найдете дневники – все будет не зря. Жизнь тех девушек, тех мужчин, моя, их судьбы. Только вы, можете нас всех спасти. Только вы сможете изменить закон. В память о всех.

Сцена 7

(Миша один)

Миша: Ночью Олеся умерла. Тот разговор действительно был последним. Утром ко мне зашел Саныч и сказал, что у нее остановилось сердце, видно, не выдержало переживаний. Положил мне пухлый конверт с деньгами на стол и вышел. Я положил их в чемодан и ушел. Я мог, конечно, что-то попробовать изменить, но что? Это же мороки с судом, с законами. Такие дела одним человеком не решаются…. или решаются?

Могу ли я что-то изменить?

Могу ли я изменить закон с отработкой по контракту?

Могу ли я изменить закон о преступности?

Могу ли я изменить что-то тут?

А может я могу изменить что-то в себе?

Этих денег мне хватит на тихую спокойную жизнь где-то у моря, как и мечтал. Буду каждое утро плавать, играть с собакой, потом делать зарядку, отдыхать. Красота! Но буду ли я счастлив от этого, зная, что тут происходит и будет происходить дальше?

Нет. Надо рискнуть, я могу хотя бы попробовать открыть это дело, заявить о нем, рассказать о том, что тут происходит, а когда об этом узнают больше людей, это уже нельзя будет игнорировать. Как это сделала Олеся.

Всего один человек! В память о ней. В память о всех.

Где там эти дневники? Где же они, так, так, снова не могу найти их. Так… так… где же это… Ага, нашел.

Что это за звук?

(В Мишу стреляют, деньги и дневники забирают).

Конец

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0

Yosh cheklamasi:
16+
Litresda chiqarilgan sana:
05 sentyabr 2019
Yozilgan sana:
2019
Hajm:
16 Sahifa 1 tasvir
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati: