Kitobni o'qish: «Язык архитектуры. От ордера до хай-тека»

© Елена Олейник, текст, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Вступление
От автора

Зачем эта книга?

Этот вопрос вопросов действительно требует ответа.

Архитектура моя давняя страсть, не помню даже, когда все началось. Мне всегда хочется заразить своим интересом других. Так что надеюсь с помощью этой книги обратить некоторую часть человечества в свою веру.

Кроме того, никак не привыкну к словам умных интеллигентных людей, что архитектура – это какой-то непонятный и мудреный мир. Напротив. Нет ничего яснее и легче.

К тому же заметила, что самое наболевшее – это архитектурные стили и как в них разбираться. Магические слова «рококо» и «ампир» могут ввести в ступор кого угодно. Что ж, с этой книгой у вас есть шанс легко запомнить, что такое «архитрав», «волюта» и почему в готике появились витражи.

Как

Главный вопрос нашей жизни – время. Есть сведения, что вращение земли ускоряется. Да-да! Значит, времени у нас все меньше и меньше.

Поэтому на каждую тему в этой книге выделено примерно 60 секунд. Такой формат: кратко и емко. Можно читать книгу сначала: тогда будет видна логика развития архитектуры. Можно начать с середины, да хоть с конца – кому как нравится.

Книга охватывает всю историю архитектуры: «от» и «до». Но это не марафон, а короткий спринт, стремительный забег с остановками. Ведь 60 секунд в день мы всегда найдем, не так ли?

Для кого

Для тех, кто не знает ничего и даже не знает, с чего начать. Могу ободрить: если один человек сумел что-то построить, а другой простым языком это объяснил, значит все возможно. Главное, идти – хотя бы маленькими шагами.

Для тех, кто интересуется искусством и уже кое в чем разбирается. Тут все легко: ведь новое ложится на уже вспаханную почву. И все-таки разложить по полочкам признаки основных архитектурных стилей и пополнить свой багаж самыми важными памятниками – это крутой результат.

Для любителей на родных улицах и в путешествиях смотреть по сторонам. В конце концов, пора научиться определять на глаз, когда это построено.

Для специалистов, работа которых так или иначе касается искусства. Как выясняется, какие-то лекции были пропущены, какие-то вообще забыты. Так что компактное изложение истории архитектуры пригодится и культурологам, и архитекторам, и дизайнерам.

А главное – студентам, как подсказка и шпаргалка.

Один знаменитый архитектор сказал: «Архитектура – это язык. Когда вы очень хороши, вы можете стать поэтом»¹.

Не знаю как вас, а меня эти слова очень вдохновляют.

Часть 1
Древняя Греция. Что такое «антаблемент»?

Дом, который построил…

Если вы захотите построить дом, то…

Сначала поставите опоры. Потом возьметесь за крышу, станете это чем-то перекрывать. В конце концов, все получится.

Дети, кстати, сооружают свои шалаши примерно так же: сдвигают стулья, сверху накрывают покрывалом и дальше – по возможности.

Логика простейшей конструкции: стойка – опора, балка – перекрытие. Самое замечательное, что эта мысль пришла людям в голову почти сразу.

Возьмем древнейшие мегалиты. Их строили из огромных каменных блоков. Собственно, от греческих слов «мега» (большой) и «литос» (камень) произошло название.

Что мы видим? Вертикальные камни поддерживают горизонтальную глыбу. Тот же принцип. Хотя, разумеется, это вообще не домики: их назначение до конца не выяснено. У них своя символика, своя выразительность. Иногда пишут, что это нечто среднее между архитектурой и скульптурой. Тем не менее это опять опора и опять перекрытие.

А дальше будут колонны Древнего Египта, которые тоже несут горизонтальные балки. Их уже интересно рассматривать, эти колонны очень хороши. Они всегда напоминают что-то природное: то бутон лотоса, то пальмовые листья, то связку папирусов. Впрочем, нам важен принцип. А он тот же.

И только в Древней Греции нашли универсальный архитектурный язык и сумели превратить это в систему.

В какую же?

Дольмен Пулнаброн, Ирландия, 4200 до 2900 гг. до н. э.

Папирусовидная колонна в Луксорском храме, Египет, XIV в. до н. э.

Полный «порядок»

Знаете, что означает слово «архитектор»? «Главный строитель». То есть все-таки главный, а не простой, скорее творец, чем исполнитель.

Да и архитектура для греков была больше, чем крыша над головой. Она стала языком, текстом, который собирал мир в порядок.

Итак, простейшая конструкция – это стойка и балка. Эту конструкцию так и называют – стоечно-балочной. Она состоит из несущих и несомых элементов. Несущие, конечно, колонны, а несомые – горизонтальные балки.

Опоры и балки были и до греков, но в древнегреческой архитектуре они выглядят иначе – абстрактно. Они ни на что не похожи, ничего не изображают, имеют ценность сами по себе. Как ноты, из которых складывается музыка.

Именно в Древней Греции эта простейшая конструкция оформилась в систему, которую назвали «ордер». Даже навскидку, английское слово order означает порядок. А то, что принято называть ордером в архитектуре, происходит от латинского ordo, и значение его точно такое же.

Элементы античного ордера у нас перед глазами постоянно. Что-то из архитектуры Египта вот так, запросто, гуляя по городу, и не встретишь. А фронтон в древнегреческом духе увидеть легко – хоть на здании Большого театра; разнообразные колонны – тем более.

Поэтому чтобы читать архитектуру, так важно понимать ее язык.

Что такое «АНТАБЛЕМЕНТ»?

Колонны Храма Зевса Олимпийского, Афины, II в. до н. э. – II в. н. э.

Большой театр, арх. Осип Бове, Москва, 1825

Предлагаю начать с самого интересного. Что же означает труднопроизносимое слово антаблемент?

Итак, основа греческого здания – это вертикальная опора и лежащая на ней балка перекрытия. Только, заметьте, балок тут целых три.

Первая, самая тяжелая, называется архитрав. Следующая за ней – фриз. И третья, которая немного выступает, чтобы с нее могла стекать дождевая вода, – карниз. Даже в такой жаркой стране, как Греция, бывают дожди.

Эти три балки вместе и получили название антаблемент. Вот и все!

Правда, есть одна проблема. Балки перекрытия, которые перпендикулярно лежат во втором ряду, выходят торцами прямо на фасад. Нехорошо. Грубые торцы, а между ними дыры. Это надо было как-то исправить.

Например, замаскировать торцы каменными плитками с вертикальными желобками (они называются триглифы). А промежутки между ними заполнить плитками с рельефами (метопы). В дорическом ордере они так и чередуются: где балка, – триглиф, а в промежутке – метопа. Так сложился триглифно-метопный фриз.

Крытая колонная галерея образует портик, который иногда завершает каменный треугольник – фронтон. Поле фронтона обычно заполняют скульптуры и рельефы. С фронтоном, конечно, совсем другое дело – здание выглядит нарядно, пафосно.

Но главное, опять же, система.

Колонна

Итак, колонна – главный признак греческого ордера. Легко увидеть, что колонна не такая уж ровная, это не столб. Она имеет определенную форму. Часто даже на глаз можно заметить утолщение в середине – энтазис.

Это не случайно. Энтазис выражает работу колонны. Ведь она несет тяжелые балки, держит фронтон. От этой тяжести колонна как будто слегка припухла в середине, расширилась. Чудесный пример одушевления архитектуры.

Ствол колонны часто обработан вертикальными желобками. Их называют каннелюры. Зачем они?

Во-первых, для светотени. В сущности, колонна выглядит как скульптура: ее поверхность не ровная и не гладкая, а пластичная, живая. Она буквально играет на солнце.

А кроме того, каннелюры – это то, что стройнит колонну. Примерно как вертикальные полоски на женском платье. Кто носил, тот знает.

Колонны помещены на ступенчатый подиум – стереобат. Его верхняя ступень, на которую опираются колонны и стены, называется стилобат.

То есть получилась трехчастная система: несущая часть – колонны, несомая часть – антаблемент и цоколь – стереобат.

Именно потому, что в этой композиции все элементы идеально завязаны, она и оказалась такой живучей. Система, которая пронизывает греческие постройки снизу доверху, и есть тот самый порядок.

Тот самый ордер.

Три греческих ордера

Известны три древнегреческих ордера: дорический, ионический и коринфский. Чем же они отличаются друг от друга?

Прежде всего, пропорциями. Дорический считается мужским: его колонны довольно приземистые. Ионический – женским, тут пропорции колонн более стройные. А коринфский – девичьим. Хотя пропорции здесь примерно такие же, как у ионического.

Кроме того, колонны в этих ордерах различаются наличием или отсутствием базы. Дорическая колонна не имеет базы, ее ствол располагается прямо на подиуме. А у ионической и коринфской мы видим внизу как будто изящные подставки – это и есть базы.

И конечно же, все три ордера различаются формой верхней части, которая называется капитель.

На самом деле, капитель – не просто красивая декорация.

Когда есть колонна, есть тяжелая балка, которая давит, то нужна какая-то прокладка, подушка, принимающая тяжесть на себя. В этом – важная функция капители.

И конечно, в каждом из ордеров капитель получила свою форму.

Дорическая капитель имеет форму плиты под названием абак. В ионическом она похожа на закрученные бараньи рожки, которые называют волюты. А коринфская капитель состоит из листьев аканта. Она самая пышная, хотя акант, между нами, это вид репейника. Но важно ведь, как этот мотив подать. А подан он роскошно.

Еще два ордера

В линейку ордеров древние римляне добавили еще два. Конечно, они их создали на основе греческих, но что-то свое все-таки придумали.

Тосканский ордер очень похож на дорический, у него точно такая же капитель, в виде плиты. Но… он не имеет каннелюр, колонна здесь совсем гладкая. Зато есть база.

Еще один римский ордер – композитный. Название само напрашивается, чтобы его расшифровать. Compositus – на латыни «составной». Но тут, откровенно говоря, римляне поработали только над капителью. Они сделали микс из волют ионического ордера и листьев аканта коринфского ордера. Получилось два в одном. Для чего? Чтобы «пожирнее и погуще», то есть еще торжественнее и еще пышнее.

В Средние века капители станут совсем другими: они покроются разнообразными орнаментами, на них можно будет увидеть в невероятном переплетении изображения растений, людей и животных. В истории архитектуры будут происходить и разные метаморфозы с колонной.

А пока все строго. Кстати, для древнего грека невозможно, например, поставить на дорическую колонну антаблемент с ионическим фризом. То есть никак нельзя собрать пазл из двух ордеров сразу. Все-таки ордер – это порядок, и его надо соблюдать.

Так что, если греческий архитектор строит по каким-то правилам, то следует им до конца.

Как создать копию Парфенона?

Парфенон изучили досконально, обмерили до миллиметра. А, кстати, почему до миллиметра?

Оказывается, что если мысленно продолжить линии колонн Парфенона, то через несколько километров они сойдутся. Значит они не параллельны, а слегка наклонены. Как и в других древнегреческих храмах, его колонны не прямые, а имеют едва заметное утолщение в центре – энтазис. Но есть и много других тонкостей.

Выяснилось к тому же, что расстояние между колоннами разное и уменьшается к краям. А угловые колонны более массивны, чем центральные.

Точные обмеры показали, что стилобат Парфенона чуть выгибается к центру. То же самое происходит с антаблементом. При этом сам антаблемент наклонен немного назад, а фронтон, наоборот, выступает чуть вперед. И это еще не все.

Причем, речь идет совсем не о коррекции оптических искажений. А о том, что для греков это была живая структура с разнообразными и многочисленными подробностями. Ведь живое по своей природе уникально, и, даже имея что-то общее, различно в деталях.

Вся геометрия Парфенона на поверку оказывается чистой органикой. Поэтому от его повторений веет холодом. Достаточно посмотреть хотя бы на «точную» копию Парфенона, которую возвели 1897 года в Нашвилле. А подлинные древние руины невозможно забыть.

Все дело в миллиметрах!

Парфенон, архитекторы – Иктин и Калликрат, Афины, 447–438 гг. до н. э.

Кривизна линий Парфенона

Копия Парфенона, архитекторы – Уильям Кроуфорд Смит, Нашвилл, 1897

Древнегреческие храмы. Тема с вариациями

Поскольку главное во всем у греков система, то появление храмов разного типа – еще один отличный пример, как с этой системой можно работать.

Самый распространенный тип древнегреческого храма – периптер. Прямоугольный храм, со всех сторон окруженный колоннами. Тут классика жанра, конечно, Парфенон.

Но возможны варианты.

Например, если эту композицию закольцевать, получится толос.

А если окружить двойной колоннадой, – диптер.

Можно оставить колонны только на одном торцевом фасаде, и тогда уже будет простиль. А если на двух – амфипростиль.

Бывают также храмы в антах. Если удлиняют продольные торцы стен (анты), а колонны помещают между ними.

Такая вот тема с вариациями.

Количество опор в колоннаде на главном (торцевом) фасаде также упорядочено. Оно всегда должно быть четным. Почему? Вопрос на логику. Если будет нечетное количество колонн, то одна из них окажется по центру и человек, входящий в храм, прямо лбом ударится об нее.

Еще один принцип: на боковой стороне храма колонн всегда больше вдвое, чем на торцевой. Плюс еще одна. То есть, если на короткой стороне 6 колонн, то на длинной будет 13.

В общем, греки создали не просто идеальную систему, а прямо-таки сверхсистему, которую последующие поколения архитекторов будут изучать столетиями.

Периптер

Диптер

Простиль

Амфипростиль

Толос

Храм в антах

А вас театр лечит?

Наверняка многие на этот вопрос ответят: «Да!» Что ж, вы не одиноки. Так считали и древние греки.

Поэтому в IV веке до н. э. в Эпидавре построили театр не где-нибудь, а в святилище Асклепия. А он, как известно, был самый знаменитый врачеватель.

Сначала сделали места для зрителей – театрон. Их вырубили полукругом прямо в скале. Потом круглую площадку, на которой происходило действие, – орхестру. И наконец, скену – сооружение, которое находилось за актерами (там они переодевались, там же хранили реквизит). Так и сложилась классическая схема древнегреческого театра.

В Эпидавре 55 рядов сидений чашей идут по склону холма. Сегодня даже трудно представить, как много там помещалось зрителей. Театр был рассчитан на 14 тысяч человек. Актеры, чтобы их было видно, вставали на котурны, надевали маски. Но главное, каждому зрителю было слышно все, вплоть до шелеста бумаги. Это уже был секрет древнегреческих архитекторов, которые прекрасно разбирались в акустике.

Кстати, скену еще раскрашивали, чтобы она была задником для спектаклей. Хотя главной и лучшей декорацией была природа вокруг – горы и небо. Разве это можно чем-то заменить?

Театр был в каждом греческом городе. В каждом!

Да, были времена, когда люди понимали, что такое настоящий терапевтический эффект.

Схема древнегреческого театра

Театр в Эпидавре, архитектор – Поликлет Младший, IV в. до н. э.

Часть 2
Древний Рим. Зачем нужны арки, своды и купола?

Другая планета

Красивое слово «античность» ничего не значит: Греция отдельно, Рим отдельно.

Рим – это другая цивилизация, другой тип личности и другие ценности. Самая главная задача римлян – развивать государство.

Римская империя простиралась широко. Римлянам были нужны гражданские сооружения: дороги, мосты, акведуки, общественные бани (термы). Им нужен был масштаб.

Экономика Древнего Рима достигла сногсшибательных высот. Только в XIX веке уровень производства и сельского хозяйства дотянулся до того, что было в Древнем Риме. И это за два тысячелетия до промышленной революции.

Рим был городом-миллионником. Лондон догнал его по количеству жителей только в 1800 году. Но благосостояние граждан Римской империи было, пожалуй, выше, и жили они богаче.

Римская империя была единым государством. По всей стране строились новые города. Причем каждый из городов провинции хотел быть маленьким Римом со своими форумами, базиликами, термами и даже небольшим амфитеатром.

Но главное, все города были благоустроены. Про водопровод «сработанный еще рабами Рима»² все помним еще из Маяковского. А канализация, которая спасала от эпидемий? А многоэтажные дома?

Ко всему этому европейские города тоже пришли только к середине XIX века.

Раз и навсегда

Римляне строили быстро и много. Их сила была в применении разнообразных технологий.

Во-первых, они начали делать кладку с использованием известкового раствора.

Так увеличилась скорость и разом закрылись несколько проблем. Зачем обтачивать камни, чтобы они плотно прилегали друг к другу? Раствор все спишет. Зачем долго обучать строителей? Бери хоть солдат, хоть пленных, главное – рабочие руки.

Во-вторых, римляне стали активно использовать бетон.

Искусственный строительный материал – податливый и прочный – делали без заморочек. Ставили деревянную опалубку, бросали туда песок (обычно вулканический), щебенку, негашеную известь, толченый кирпич, все это заливали водой, а когда застынет, опалубку снимали.

И раствор как связующее, и бетон в разных вариациях знали раньше – в Китае, в Египте. Но именно римляне внедрили это в регулярное строительство.

Большой стране – большие дороги. Карта римских дорог поражает.

Технология дорожного строительства тоже была отработана. Выкапывали яму, с двух сторон делали дренажные каналы. Дальше слоями укладывали крупные каменные блоки, щебенку с раствором, битый кирпич и мостили булыжником.

Глядя на Аппиеву дорогу, которая для своего возраста очень неплохо сохранилась, понимаешь: строили они хоть и быстро, но прочно.

Что-то общее

Аппиева дорога, Рим, IV в. до н. э.

Строительство дороги

И все-таки неслучайно греко-римскую древность стали называть общим словом «античность».

Римляне – великие мистификаторы. Они умели заимствовать, переосмыслять, интерпретировать и сживаться с образом. Это тот самый случай, когда маска становится лицом.

Греческая культура была пленительна. Настолько, что, как мы знаем, в линейку греческих ордеров римляне добавили парочку своих.

И храмы Древнего Рима визуально напоминают греческие. Взять хотя бы знаменитый храм Мезон Карре в Ниме. Похоже? Похоже. Только если в Греции периптер, тут псевдопериптер.

Почему «псевдо»? Потому что портик у него только с одного торца. А с трех сторон – глухие стены с полуколоннами. Так что прогуляться под колоннадой уже не выйдет. Тут сразу ясно, с какой точки храм нужно воспринимать, понятно, куда входить. И вместо низкого стереобата – высокий подиум. Памятник, а не храм.

Любили римляне и все колоссальное. В провинциях традиционно использовали схему периптера, но масштаб и высота колонн были грандиозны. Для сравнения высота Парфенона 13 м, а высота храма Вакха в Баальбеке – 31.

Еще римлянам полюбился тип круглого храма-толоса. Придумали его греки, а вот строили в основном римляне.

Так что различить бывает непросто. Но можно. Особенно, если посмотреть, как римляне работали с ордером.

Ордер. Триумфальная арка Тита

Храм Мезон Карре, Ним, I в. до н. э.

Храм Вакха, Баальбек, III в. н. э.

Таких сооружений в Греции не было. Триумфальные арки в Риме появились еще в эпоху республики, но особую популярность приобрели в период империи. Это символы побед, которые сооружали в честь императоров и героев. Через них проезжали победители, на них размещали статуи.

Но нас интересует ордер, и он есть. Арка Тита украшена колоннами с композитными капителями: по 4 с каждой стороны. Над колоннами – антаблемент, выше – аттик с посвятительной надписью, а еще выше должна была быть статуя императора Тита (но не сохранилась).

Колонны-то есть, но вот зачем они, не сразу понятно. В греческих памятниках они несли перекрытие. Здесь был узел стоечно-балочной конструкции. Опора работала, и это было настолько очевидно, что видно было даже в пластике. Ствол колонны имел утолщение, энтазис. Было заметно ее мускульное усилие.

А колонны Арки Тита ничего не несут. Они организуют стену, создают объем, игру светотени, но точно не «работают». Да и антаблемент как-то задвигался, появились выступы над колоннами. В конце концов, если эти колонны убрать, ничего не изменится. Конструкция устоит.

Элементы ордера утратили свою функцию. Стали украшением и чем-то вроде знака высокой культуры. Декорация оторвалась от конструкции. Возможно, в первый, но далеко не в последний раз.

Ордер. Колизей

Триумфальная арка Тита, Рим, 81 г. н. э.

Кто не знает эту гигантскую арену для представлений в Древнем Риме? Colossus, гигант! Хотя название пошло от огромной статуи Нерона, которая была совсем рядом, это не отменяет масштабов Колизея. Там помещались 70 тысяч зрителей. Почти современный дворец спорта.

Стены охватывают эллипс арены Колизея кольцом. Высота их тоже немаленькая – 50 метров. В декоре присутствует ордер. Но использование его любопытно.

Стена разделена на четыре яруса. Три из них украшают полуколонны, которые никак не могут быть конструктивным элементом. Они просто приставлены к стене. А четвертый – пилястры. Пилястра – это плоский выступ, своего рода проекция колонны.

Причем в нижнем ярусе полуколонны тосканского ордера. Он основательный, приземистый. Во втором ярусе ордер уже ионический: он легче и пропорционально, и в деталях. В третьем – самый изящный коринфский. Пилястры тоже коринфские.

Римляне великолепно освоили законы тектоники, когда архитектурные элементы визуально облегчаются снизу вверх. Такая схема расположения ордеров даже получила название ордерная суперпозиция. И это чудесное открытие очень пригодилось в будущем.

Ордер помогает воспринимать здание: его масштаб, структуру. Но, по сути, это опять декоративная оболочка, конструктивная функция ордера исчезла.

Колизей, или амфитеатр Флавиев, Рим, 72 г. н. э.

Ордерная суперпозиция на стенах Колизея

Арка

Однако и в Колизее, и в Арке Тита появился новый элемент: арка. Такого в Древней Греции не было.

Всем хороша стоечно-балочная конструкция. Но есть у нее одна проблема: длина балки. Она не позволяет перекрывать большие пролеты. Ведь если сделать балку слишком длинной, она просто переломится. А римляне любили масштаб. Одни Термы Диоклетиана – это 13 гектаров.

Термы (общественные бани) были местом, где люди не только мылись, они общались, проводили время. А чтобы подавать воду, нужно было возводить акведуки. Были и другие потребности, которые порождали новые задачи. Все это, в свою очередь, приводило к изменению архитектуры.

Оказывается, необязательно использовать стоечно-балочную конструкцию, если она не может помочь. Можно поступить иначе. Сделать полукруглый деревянный шаблон, по нему выложить арку и замкнуть ее в центре клиновидным камнем.

Получится другая конструкция – арочная. Очень устойчивая. Теперь можно перекрывать любые пространства. Самые большие.

Арка была известна задолго до римлян: еще в Древнем Египте, в Месопотамии. Но именно римляне стали ее очень широко использовать. К тому же в архитектуре появилась циркульная кривая. А это совсем другой образ.

У стоечно-балочной конструкции есть своя проблема, а у арки – своя. Какая же?

В чем проблема арки?

Арка

Попробуйте полукругом согнуть лист бумаги. Только отпустите палец, лист тут же распрямится. Так и арка. Чтобы она не распрямилась (то есть не развалилась), ее надо крепко «держать».

В чем же дело? Главная проблема арки – боковой распор, то есть горизонтальная сила. Поэтому, чтобы арка была устойчивой, нужны мощные опоры.

Но в то же время арка сама в себе таит решение.

Если сделать аркаду, то есть систему связанных арок, то они будут держаться друг за друга и взаимно гасить распор. Тогда тяжелые основательные опоры понадобятся только на концах.

Самый яркий пример – римские акведуки, которые использовались для подачи воды. Многие прекрасно сохранились. Скажем, акведук в Сеговии. Его высокая многоярусная аркада имеет длину 18 км. Тут 75 одинарных арок и 44 двойные, а пролеты между ними достигают 5 метров. Каждая арка передает свой распор на соседние. Опоры здесь стройные, арки легкие, и держится все прекрасно.

Еще один способ погасить распор – замкнуть аркаду в кольцо. По этому принципу строились все древнеримские цирки и арены. Взять хотя бы роскошную аркаду амфитеатра в Ниме, или знаменитый Колизей.

Но помимо проблем, у арки есть множество преимуществ. И кроме прочих, ее важное свойство – способность развиваться в пространстве.

Что это значит?

Акведук, Сеговия, 50 г. н. э.

Амфитеатр, Ним, 72 г. н. э.

Своды, купол

Своды тоже придумали не римляне. Но они им очень пригодились. Ведь им нужно было перекрывать гигантские пространства.

Любой свод – это вариация арки. Например, если взять много-много арок и приставить их друг к другу, получится тоннель. Это простейший цилиндрический свод. У него есть один недостаток. Он довольно тяжелый. Как и в случае с аркой, он тоже норовит расползтись. Его распор требует мощных, массивных стен.

Но у цилиндрического свода есть и достоинство. Это своеобразная матрица, из которой можно создать самые разные варианты сводов. Гораздо более сложные. Вариаций может быть множество.

Скажем, если поставить два цилиндрических свода крест-накрест, получится так называемый крестовый свод. Это уже интересно.

Такой свод может опираться не на стены по всей длине, а только на четыре точки, на опоры. Образуется совсем другое пространство. Во-первых, большое: сводчатые перекрытия это позволяют. Во-вторых, просторное, без стен внутри. А если крестовые своды складываются в систему, то могут, как и в аркаде, взаимно гасить распор.

Еще один родственник арки — купол. По форме он обычно напоминает полусферу или что-то близкое к ней. Как из долек апельсина, купол собирается из полуарок. И самым прекрасным примером будет, конечно, купол Пантеона.

Можно ли спрятаться от дождя в римском Пантеоне?

Цилиндрический свод

Крестовый свод

В Пантеоне нет окон. Только девятиметровое отверстие в куполе – окулюс. Отсюда и свет, и воздух. А в дождь? Вода. В полу есть стоки.

Купол Пантеона гигантский – его диаметр 43 метра, а вес 5 тысяч тонн.

Даже представить трудно, какой у него колоссальный распор. Главным для архитекторов, конечно, был вопрос: как погасить? Тогда знали только один способ – толстые стены. У опорного кольца, на котором размещается купол, они имеют толщину 6 метров. Достаточно вспомнить длину своей комнаты, чтобы оценить размер этих стен.

И всеми силами этот купол строители пытались облегчить.

Они сократили толщину его оболочки от основания к вершине: с шести метров до полутора.

Изменили состав бетона, добавляя в него легкую пемзу.

Придумали систему разгрузочных кирпичных арок, которые скрыли в толще стен.

Сделали изнутри 140 кессонов – объемных квадратных углублений, которые сужаются кверху. Кессоны не только украшают купол, но и уменьшают нагрузку на стены.

Круглое окно наверху было тоже решением двух задач: освещения храма и облегчения конструкции купола.

Римляне не армировали бетон стальными стержнями, как это делают сейчас. Так что купол Пантеона можно считать самым масштабным сооружением всех времен и народов.

А спрятаться от дождя, здесь, конечно, можно. Если не стоять под окулюсом.

Пантеон, или «Храм всех богов», Рим, 128 г. н. э.

Пантеон. Разрез

Инсулы и домусы

Рим был городом-миллионником. А когда в городе много людей, появляются доходные дома. Как в XIX веке. В древнем Риме их называли инсулы. Земля была дорогая, дома стояли плотно друг к другу и, естественно, росли вверх. Так что 7–8 этажей считалось нормой.

В отличие от современных любителей пентхаусов римляне верхние этажи не считали престижным жильем. Там ютилась беднота. Нижние – другое дело. На первом этаже, как правило, находились таверны и лавки. А вот чуть выше жили те, кто побогаче. У них могли быть даже свои веранды, увитые виноградом. А это красиво.

Водопровод, если и был, то только на первом этаже, канализация тоже. Но чаще, чтобы помыться, нужно было идти в термы, которые постепенно по функциям и размерам разрастались до масштабов современных торгово-развлекательных центров. Ну и общественные туалеты на много мест были тоже достоянием римской империи.

Частные дома, как и сегодня, были привилегией богатых. Особняки (домусы) строили не больше двух этажей. Со стороны улицы глухие стены, зато внутри – рай. Тихий двор-атриум с бассейном, а иногда еще один двор с колоннадой, садом и фонтаном. Все помещения группировались вокруг этих дворов.

Так сложилась композиция дома, которую потом очень долго использовали архитекторы разных веков.

Инсула в Остии

Римский домус

Что такое базилика?

Первые базилики были еще в Древней Греции. Светские сооружения для судебных дел, которые вершил правитель-басилевс. Отсюда, собственно, и название – базилика. Уже тогда определился тип этого сооружения: зал с колоннадой.

Ранние римские базилики продолжили греческую традицию. Правда, теперь их функции расширились. Это были уже не только помещения для судебных заседаний, но и места, где деловые люди занимались своими коммерческими делами.

Со временем оформилась архитектурная схема базилики.

Это сооружение вытянутое в плане, с полукруглой нишей в торце (для места судьи).

Его пространство делится на продольные коридоры (они получили название нефы) несколькими рядами колонн.

Нефов обычно три или пять. Причем, центральный неф выше и шире боковых.

Поначалу базилики имели деревянные стропильные перекрытия. Но в эпоху империи они уже выглядели величественно, украшались пышно и перекрывались сводами.

В Базилике Максенция появились крестовые своды. Ее сводчатая конструкция на столбах, схема распределения нагрузок, свободное зальное пространство стали не только образцом инженерной мысли, но и взглядом в будущее.

А базилика оказалась тем типом здания, который приобрел очень важное значение в архитектуре другого времени – эпохи Средних веков.

Базилика Максенция-Константина, Рим, 312 г.

План и схема Базилики Максенция-Константина

Часть 3
Что сумели придумать в эпоху «темного» Средневековья?

Базилика меняет содержание

Как только в 325 г. в восточной части Римской империи христианство стало государственной религией, началось строительство храмов.

Раннехристианская архитектура была тесно связана с древнеримской и поначалу активно использовала ее язык. Так базилика превратилась в церковь.

Теперь она была не просто вытянутой, но стала строго ориентироваться с запада на восток. Восточный торец завершал тот же полукруглый выступ, но это была уже алтарная часть – абсида. Перед входом, как правило, располагался открытый двор — атрий, за ним притвор, примыкающий к зданию, – нартекс.

Внутри те же три или пять нефов. Главный – для церковных церемоний, боковые для верующих. Ряды колонн, ведущие к алтарю. Стропильные перекрытия, которые иногда закрывал кессонированный потолок.

Все было так и не так.

Для новых задач старая оболочка была лишь формой. Ей нужно было новое содержание. Другой акцент. И его перенесли на интерьер.

Снаружи – суровость и сдержанность, внутри – торжественность и красота. Облицовка стен полудрагоценными камнями, золотые кубики смальты в мозаиках, свет, мерцающий внутри храма, – вот он, «мир горний». А самая важная часть – алтарь – была отделена подобием триумфальной арки.

Теперь не было сомнений, где в этом здании самое сакральное место.

Мозаика Базилики Сант-Аполлинаре-Нуово

Базилика Сант-Аполлинаре-Нуово, Равенна, конец V – начало VI вв.

Византия. Под куполом

Купол. Вот элемент, который вывел архитектуру Византии на высочайший уровень мысли: как инженерной, так и образной.

Византийский храм полон символов. Купол здесь представляет небесную сферу – бесконечную, непостижимую. Сама христианская литургия разворачивается под куполом.

В Древнем Риме полусфера купола ложилась на круглое основание. А в византийских храмах надо было перекрыть куполом прямоугольное в плане пространство.

Поэтому сначала выделяли столбами или стенами подкупольный квадрат, а уже на его основании сооружали купол. И, разумеется, нужны были переходные элементы.

Архитекторы нашли для этого два решения: купол на тромпах и купол на парусах.

Тромпы – это угловые ниши, перекрытые полукуполами. А паруса – вогнутые сферические треугольники. И то и другое облегчает переход к круглому основанию купола.

Купольное пространство Пантеона было торжеством материи или даже, до известной степени, победой над ней.

А вот византийские купола – бестелесные и парящие – стали преображением этой материи во что-то такое, о чем вспоминали со словами: «Мы не знали – на небе мы или на земле мы»³.

Купол на тромпах

Купол на парусах

Сколько строили Софию Константинопольскую?

Современники называли Софию Константинопольскую «вместилищем света». Даже сейчас поражает ее огромный купол, который будто парит над линией окон.

А когда-то в основании окон золотого купола были зеркала, так что свет отражался и направлялся вверх. И это выглядело еще эффектнее.

О конструкции святой Софии нередко говорят словами Браманте, что это купол Пантеона, поставленный на Базилику Максенция. Но распор купола Пантеона гасили стены невероятной толщины. А что держит купол Софии?

Конечно, тут есть мощные опоры. Но этого явно недостаточно. Есть стены, но они тонкие, как скорлупа, и еще прорезаны множеством окон.

Гениальность строителей святой Софии в том, что распор купола переходит на целую систему полукуполов. Сначала на два больших с запада и востока, а потом и на несколько малых.

Распор погашается постепенно, как будто стекает каскадом: от больших форм к меньшим. И если посмотреть наверх, то вся эта система будет похожа на гигантский цветок.

София была сооружением на грани возможного. Она строилась как одно из чудес света вопреки всем физическим законам.

Но самое интересное, что ее построили за пять лет!

И понятно, почему в день освящения Софии император Юстиниан произнес: «Слава Богу, удостоившему меня совершить такое дело!»⁴

Собор Святой Софии, архитекторы – Анфимий из Тралл и Исидор из Милета, Константинополь (Стамбул), 532–537 гг.

Крестово-купольная система

Крестово-купольная система лежит в основе большинства древнерусских храмов. Но сложилась она в Византии.

Чтобы понять, что это значит, посмотрим на какой-нибудь известный русский храм. Например, на церковь Покрова на Нерли во Владимире.

Этот храм небольшой, одноглавый. Его глава – это тот же купол, но он расположен не на своде, а на барабане. Барабан опирается на четыре столпа, а связывают их паруса. Знакомо.

Тем не менее распор купола гасят не только опоры, но и цилиндрические своды со всех четырех сторон. Из этих сводов образуется крест, который легко прочитать и в плане, и в конструкции. Именно поэтому система называется крестово-купольной.

Боковые ячейки тоже перекрываются сводами, обычно крестовыми. Так складывается композиционная схема: три нефа, четыре столпа, три полукруглые алтарные апсиды.

Фасады расчленены плоскими лопатками на звенья по количеству нефов, то есть на три части. Их называют прясла. Прясла завершаются рельефными арками (закомарами). Окна обычно узкие, щелевидные, а вход образуют объемные порталы.

По горизонтали стену делит аркатурно-колончатый пояс.

Тот архитектурный язык, который используется в этом храме, будет варьироваться и дальше в древнерусском зодчестве.

Но так отчетливо и наглядно он проявился именно здесь.

Церковь Покрова на Нерли, Владимир, 1165 г.

Романская эпоха XI–XII вв. Базилика

Итак, мы плавно переместились в «темное» Средневековье.

Если вы думаете, что все античное наследие в Западной Европе этого времени было забыто, то ошибаетесь.

Не зря же целая эпоха в искусстве Средних веков называется романской. Roma – это же Рим по латыни. И хотя термин «романский» появился позже, только в XIX веке, своя правда в нем есть.

Во-первых, в основе – все та же базилика – вытянутое в плане здание, которое делится опорами на несколько нефов. Однако, легко заметить, что этот план образует латинский крест. Кроме продольных нефов есть еще поперечный, который называется трансепт.

В месте пересечения центрального нефа и трансепта образуется средокрестие. Над ним чаще всего ставится башня. На востоке, как и полагается, алтарная абсида (или несколько).

Здесь есть те же архитектурные элементы, которые уже встречались в Риме. Во-первых, полуциркульная арка: в интерьере, в форме порталов и окон, в мотивах декора на фасаде.

Что еще? Цилиндрический свод. Тот самый, который использовали римляне и которому нужны были толстые стены, чтобы гасить распор. И вот объяснение, почему у романских храмов такие мощные стены и мало окон. Окна ослабляют конструкцию, поэтому здесь довольно сумрачно.

Так что отбрасывать римское влияние все-таки не будем.

Собор Марии Лаах, Глис, XI–XIII вв.

Базилика Сен-Сернен, Тулуза, XI–XII вв.

Как из кубиков

В наследство от Древнего Рима архитекторам романской эпохи достался еще один свод – крестовый. А это – шанс освободить внутреннее пространство. Ведь распор тогда переносится не на стены, а на опоры.

Но даже при беглом взгляде на интерьер или на план романского собора, видно, что опоры чередуются. Причем в этом есть определенная система: мощная опора с полуколонками и помельче, тяжелая и полегче. Почему?

Это действительно система, у которой даже есть название – «связная». Система модулей, из которых складывается структура романского храма.

За модуль берется одна ячейка центрального нефа перекрытая крестовым сводом. Ей соответствуют по две маленькие ячейки боковых нефов. Образуется модуль, из которого, как из кубиков, постепенно выстраивается целая церковь. Какова инженерная мысль!

Так решается проблема распора. Мощные тяжелые опоры располагаются в точках, куда переносит свою тяжесть крестовый свод большой ячейки. Они главные. А между ними стену поддерживают изящные колонки.

Кстати, о колонках. Что же, в романской архитектуре есть элементы ордера? Отчасти, хотя их увидели по-своему. Особенно капители, где в орнамент сплетаются люди, звери, растения и черти.

Да, здесь можно увидеть колонны и капители, только внутренний смысл у них совсем другой.

Связная система. Чередование опор

Связная система. План романского собора

Храмы-крепости

Соборы Западной Европы романской эпохи похожи на крепости: толстые стены, небольшие окна. Собственно, крепость – нормальный тип сооружения того времени. Надо же было в это время как-то обороняться. В романском храме, кстати, тоже можно было схорониться в случае чего.

План романского собора в объеме виден как на ладони. В его внешнем образе четко выявлен латинский крест. Легко читается центральный неф, который шире и выше боковых, выделяется трансепт. Средокрестие отмечено башней. Великолепная геометрия. Строгое и рациональное мышление.

На западном фасаде, как правило, расположены две высокие башни. Иногда еще две башни могут быть и с восточной стороны. Все зависит от региона: везде свои особенности.

Главный мотив декора – полуциркульные арочки. Входы в храм, как правило, оформлены большими объемными полукруглыми арками. Такой вход получил название портал.

Верхняя часть портала как будто отсечена и образует полукруг. Он называется тимпан. Именно там помещают рельефные композиции. Очень часто они изображают «Страшный суд» с чертями и грешниками. Яркий контраст: глухие стены храма «молчат», а рельефы буквально «кричат».

Это тоже красота – суровая, благородная. Но почему романский стиль называют «куколкой готики»?⁵ Как одно связано с другим?

Собор Святого Петра, Вормс, XII в.

Рельефы собора Сен-Лазар, Отён, XII в.

Страшный суд. Рельеф собора Сен-Лазар, Отён, XII в.

Готика: наследница по прямой (XII–XV вв.)

На смену романскому стилю пришла готика. Черты готической архитектуры настолько известны, что вспомнить их легко: устремленность ввысь, стрельчатые арки, высокие своды, витражи, готические розы.

Но готика – прямая наследница романского стиля. Вплоть до того, что стрельчатые арки обнаруживаются внутри классических романских храмов.

Скажем, внешний вид церкви Нотр-Дам в Парэ-лё-Мониаль типично романский. Толстые стены, четкие объемы, суровая простота. А внутри стрельчатые арки.

Конечно, стрельчатую арку знали еще арабы. После крестовых походов богатейшая восточная культура проникла в Европу. Скорее всего, именно так эта идея сюда и попала. И все-таки то, что внутри романской архитектуры зарождались другие инженерные решения, которые открывали новые возможности, важно и интересно.

А «готическая роза», круглое окно на фасаде? Элемент, в самом названии которого заключено определение эпохи. И тут все не так просто.

Распустились эти прекрасные розы действительно во времена готики. А появились еще в романский период. Более того, их происхождение ведут опять же от древних римлян, из-за их круглых отверстий в перекрытиях, тех самых окулюсов, как в Пантеоне.

«Готика наследует романскому стилю, как цветок наследует бутону», – сказал Роден⁶. Так и есть.

Базилика Нотр-Дам, Парэ-лё-Мониаль, интерьер

Базилика Нотр-Дам, Парэ-лё-Мониаль, XI–XII вв.

Гении Средневековья

Теперь посмотрим на план готического собора. В сущности, здесь все то же самое, что было и в эпоху романики.

Это вытянутое пространство, та же базилика. Тот же латинский крест в плане. Кроме трех или пяти продольных нефов есть поперечный. Иногда их даже два.

Формально план похож. Но насколько он легкий. Тут уже нет мощных опор и нет таких тяжелых стен. Он выглядит как тонкая паутинка.

Как строили эти храмы?

Их тоже строили по модульной системе. И этот модуль, который состоял уже только из одной ячейки центрального нефа и соответствующих ей боковых, получил название травея. Так, травея за травеей, постепенно и строили готические соборы.

А возводили их долго. Иногда это могло длиться несколько столетий. Причины были разные. В алтаре уже шла служба, а где-то рядом все строили и строили.

Слово «готика» произошло от названия одного из варварских племен – «готы». Сам термин возник позже, в эпоху Возрождения, и звучал презрительно. Тогда считали, что пришли варвары и разрушили такую совершенную античную культуру.

Но сколько абсолютно гениальных инженерных открытий было в этих «варварских» соборах эпохи готики! И какой долгий путь пришлось совершить архитектуре, чтобы вновь прийти к тому же высочайшему уровню конструктивных решений!

План готического собора

Собор Нотр-Дам, Реймс, XIII в.

Фахверк

А теперь с высот архитектурных шедевров обратимся к народным пластам творчества.

В европейских городах можно встретить дома с побеленными стенами, как будто расчерченные темным деревом. Это фахверковые постройки. Fach по-немецки – секция (или панель), werk – работа. Почти «панельное строительство». Кстати, это была отличная технология, когда людям нужно было строить жилье как можно быстрее.

Такие дома появились еще в позднем Риме, но особое распространение получили в Средние века.

Как их строили?

Брали деревянную раму, каркас, а промежутки заполняли плетнем. Потом смешивали глину с соломой или камышом и делали обмазку. Все это штукатурили, а дерево смазывали дегтем. Иногда ячейки заполнялись кирпичом и камнем, но это было реже.

Самое главное – детали каркаса оставляли на виду, обнажая конструкцию. Видно, что деревянные перемычки идут не только прямо, но и по диагонали. С одной стороны, это элементы, которые держат конструкцию, – не зря такие дома стоят веками. Но иногда рисунок балок имел и символическое значение.

А при чем тут готика? В этом и суть вопроса. Здесь вся конструкция держится на деревянных рамах. Получается примитивный вариант каркасной системы. Неудивительно, что эта идея, стала, в конце концов, частью большой архитектуры.

Фахверковые дома

Вопрос ребром

Как получилось, что после тяжелых стен и мощных опор романских соборов мы оказались в хрустальном дворце готики?

А в это время неизвестные нам архитекторы внедрили абсолютно новый тип конструкции – каркасный.

Что это значит?

Во-первых, они полностью отказались от цилиндрических сводов в пользу крестовых в разных вариациях.

Кроме того, укрепили и выделили в этих сводах ребра жесткости. Их называют нервюры (от французского слова nervure – ребро). Получился каркас, скелет: на него можно перенести нагрузку, а промежутки заполнить легкой кладкой.

Кроме того, эти гениальные люди заменили полуциркульную арку стрельчатой. Почему?

Дело в том, что полуциркульная арка имеет сильный боковой распор, у стрельчатой он значительно слабее, ее вектор направлен вертикально вниз. Так что часть распора свода переносится на опоры внутри храма. Причем, чтобы не нарушать ощущение легкости, их даже маскируют под пучок тонких колонок.

В готическом соборе своды очень высокие, взлетающие. Не зря сравнение архитектуры с застывшей музыкой⁷ чаще всего употребляют именно по отношению к готике. Но, разумеется, своды эти тяжелые.

Ни нервюры, ни внутренние опоры с распором такого свода все-таки справится не могут. Как же нашли решение?

Вот это и есть самое интересное.

Крестовые своды и нервюры

Схема конструкции готического храма

Видимое и невидимое

В готическом соборе впервые самую главную конструкцию, которая все определяет, вынесли вовне, за пределы храма. Внутри – бестелесный иллюзорный мир. А снаружи настоящая архитектурная инсталляция.

Напротив каждого внутреннего столба мастера готики ставили мощную опору за стенами храма. Она получила название контрфорс. Но чтобы как-то перекинуть силу распора свода на этот контрфорс, они делали полуарку, аркбутан. Чаще всего было даже два яруса аркбутанов.

То есть часть распора гасил столб внутри, а всю основную его тяжесть с помощью аркбутана переносили на контрфорс.

На контрфорсы и на уступы аркбутанов еще ставили изящные красивые башенки. У них очень запоминающаяся форма, которая придает готическим храмам такой знакомый остроконечный силуэт.

Башенки эти называются пинакли. Но здесь они не просто так. В готической архитектуре ни одна деталь не бывает случайной. Пинакли имеют и конструктивную функцию. Они фиксируют всю эту систему аркбутанов и контрфорсов, чтобы она держалась крепко, не сдвигаясь. Их даже утяжеляли, наполняли свинцом.

Именно потому, что основная конструкция готического храма вынесена вовне, прямо на улицу, он сверху, с высоты птичьего полета, выглядит как гигантский жук со множеством лап, а внутри кажется невероятно легким.

Система аркбутанов и контрфорсов. Собор Нотр-Дам, Реймс, XIII в.

Собор Нотр-Дам, Париж, XII–XIII вв.

Стеклянный дворец

Еще раз посмотрим на конструкцию готического собора. Это сплошные дыры, один скелет. А стены? Благодаря каркасу и всей системе аркбутанов-контрфорсов они стали предельно тонкими.

Теперь в них появилось много больших проемов, через которые в собор проникает солнечный свет. До изобретения листового стекла было еще далеко, а вот заполнить эти проемы множеством разноцветных мелких стеклышек было возможно.

Кусочки цветного стекла соединялись свинцовой пайкой в самые необыкновенные композиции (конечно же, библейские). Так в эпоху готики получили распространение витражи. Проникающий через витражи солнечный свет воспринимался как божественный.

Со временем своды готических соборов все больше усложнялись. Обычный четырехчастный крестовый свод превратился в шестичастный. Дальше – больше. Появились звездчатые, веерные, сетчатые, крученые своды. Нервюры сплелись в головокружительные рисунки. Особенно ярко это проявилось в английской готике.

Вот оно, парящее пространство: высокие, легкие своды, разноцветный свет. Настоящий полет души. И всем этим мы обязаны каркасной конструкции, которую внедрили именно во времена готики.

Но самое парадоксальное, что впоследствии это потрясающее инженерное решение было вычеркнуто, забыто. От него отказались на долгие века.

Своды собора Святого Петра и Святой Неделимой Троицы, архитектор – Томас де Кантебрюгге, Глостер, XIV в.

Витражи Собора Нотр-Дам, Шартр, XII–XIII вв.

Как в Средние века создавали сплошное остекление?

Здесь стены словно исчезают, как будто здание состоит только из света и цвета. В часовне Сент-Шапель в Париже – это сплошное стекло.

Ее построили в XIII веке как реликварий, специально для хранения величайшей святыни – тернового венца Христа. Сделали два уровня. Нижний – для дворцовой гвардии и слуг. Верхний – для короля и свиты.

Этот верхний королевский ярус и представляет собой настоящее чудо искусства. Стрельчатые арки, высокие своды и вместо стен – только витражи. Их общая площадь более 600 квадратных метров. Настоящий хрустальный дворец, сквозь стекла которого струится призрачный свет.

Обычно нагрузку сводов в готических храмах берут на себя мощные контрфорсы за пределами храма. Поэтому можно делать легкие стены и витражные окна. Но тут контрфорсы выглядят как строгие аккуратные вертикали, не больше. Как же в Средние века смогли фактически создать сплошное остекление?

Оказывается, чтобы держать конструкцию, здесь были использованы металлические связи. Увидеть их сложно, они скрыты внутри каменной кладки и нервюр.

Тем не менее мастера готики использовали здесь абсолютное революционный прием. Фактически прообраз железобетона, до изобретения которого было еще 600 лет.

Только XIX век сможет технически состязаться с готической архитектурой!

Витражи Сент-Шапель

Часовня Сент-Шапель (Святая капелла), Париж, 1242 – 1248