Kitobni o'qish: «Оценка реализации профессионала в системе «человек-профессия-общество»»

Name: Оценка реализации профессионала в системе «человек-профессия-общество»
Author: Е. П. Ермолаева
ISBN: 978-5-9270-0211-5

Е. П. Ермолаева

Shrift:

Введение

Социально-экономические преобразования последних лет сдвинули критериальные ориентиры оценки профессионализма и сделали очевидной обратную зависимость качества выполнения профессиональных обязанностей от состояния общества и его отношения к профессионалу. Появился массовый слой профессионалов, не отвечающих социальному назначению своей профессии. Поэтому проблема реализации профессионала в настоящее время, по сути, стала проблемой его социальной реализации, а область ее исследования расширилась до системы идентификационных отношений «человек-профессия-общество» (Ермолаева, 2008).

В данном пособии профессионал рассматривается как субъект, включенный в структуру идентификационных отношений «человек-профессия-общество»: от профессиональной идентичности как высшей формы их взаимного соответствия, через различные степени неидентичных форм соответствия и до профессионального маргинализма как индикатора распада данной структуры.

В методологическом плане понятие системы «человек-профессия-общество» является ключевым. В нем аккумулированы идентичность, соответствие и социальность, которые позволяют рассматривать реализацию профессионала не как самореализацию, происходящую внутри субъекта и в интересах субъекта, степень которой оценивается субъектом же, с позиции того, насколько ему подходит эта профессия, – а как реализацию, обращенную вовне, осуществляемую в форме социальных профессиональных поступков, через которые уже сам социум оценивает, насколько ему подходят эта профессия и этот профессионал, в какой степени они соответствует его интересам и запросам.

Это предполагает разработку новых проективно-реконструктивных исследовательских моделей, принципов и методов исследования в русле все более заметных тенденций, выходящих за рамки традиционных эмпирико-экспериментальных канонов. Специфический объект приложения таких методов – профессионалы разных идентификационных типов в условиях затрудненной реализации, вызванной современными социально-экономическими проблемами, а конечная цель – вклад в оптимизацию профессиональной динамики в рамках антикризисной социальной политики, проводимой в стране в ходе реформ и глобализации.

Решение этой проблемы выводит исследование профессионала за рамки проблематики субъекта деятельности в сферу психологии человеческого бытия. Обращение к социальным аспектам профессиональных отношений предполагает закономерный переход от традиционных моделей исследования деятельности к описанию поведения профессионала, где в качестве единицы поведения и основного предмета исследования выступает профессиональный поступок (Рубинштейн, 1956; Брушлинский в кн.: Психология и этика, 1999). В этом контексте принцип соответствия субъекта, деятельности и социума нашел у нас выражение в связке «идентичность/маргинализм» в качестве психологического инструмента исследования и нового «языка» для описания неоднозначных тенденций динамики профессионализма в условиях глобализации и повышения удельного веса профессий, несущих в себе не только большую социальную значимость, но и социальную опасность. В нашей трактовке системы «человек-профессия-общество» были учтены положения системного подхода Б. Ф. Ломова: реальное поведение профессионала не ограничено рамками одной системы, выходит за пределы действия законов психологической науки и существует в контексте развития общества, то есть «соотносится с макросистемой» (Ломов, 1984). При разработке конкретных методов учитывались отдельные положения субъектно-деятельностных подходов Б. Г. Ананьева и С. Л. Рубинштейна, а также разрабатываемых в ИП РАН концепций А. Л. Журавлева, К. А. Абульхановой, Д. Н. Завалишиной, В. А. Бодрова, Л. Г. Дикой, Ю.Я. Голикова, А.Н. Костина. При выборе конкретных направлений для оценки реальной психологии профессионала учитывались новейшие теоретические разработки в области системной методологии, экономической психологии и в области изучения феномена глобализации (А. В. Карпов, Ю. К. Стрелков, Г. М. Зараковский, Е. М. Иванова, Ю. И. Александров, В. В. Знаков, В. П. Позняков, А. В. Юревич).

На рисунке 1 дана принципиальная схема методов исследования различных уровней и проблем социальной реализации профессионала: от первичной эмпирики, сбора и систематизации фактов, их концептуального обобщения, к созданию теоретических моделей исследуемых феноменов и к разработке методологических принципов, приемов и методов их исследования, – до конкретных приложений и адаптации методов к решению прикладных задач диагностики и выработки рекомендаций.

Рис. 1. Этапы разработки исследовательских методов и области их применения на практике

Ниже приводятся определения наиболее значимых терминов, положенных в основу выбора оценочных шкал и оцениваемых параметров в наших методиках. Теория и методология подробно изложены в монографии (Ермолаева, 2008).

Профессионал, находясь в фокусе системы «человек-профессия-общество», выступает одновременно в социальной, индивидуальной и инструментально-операциональной ипостасях, а его профессиональная идентичность приобретает три измерения: индивидуальное, социальное и инструментальное. Этот триадный принцип открывает путь к исследованию стратегий реализации профессионала через анализ нарушения связей каждой пары в системе.

Уровень социальной приемлемости внутри конкретного общества отражает массовый профессиональный субъект. Профессиональный маргинализм определяется как социально пограничное состояние, поведенческий и концептуальный антагонист профессиональной идентичности и особая стратегия социальной реализации субъекта при рассогласовании компонентов системы «человек-профессия-общество». Деградация социального назначения профессии проявляется в теневой функции профессиональной роли, которая рассматривается как прерогатива «действующих» маргиналов, оставшихся формально включенными в трудовой процесс, но утративших внутреннюю принадлежность к профессиональным ценностям и этике. Сущность теневой функции – подмена декларируемого назначения профессии скрытым личным или корпоративным интересом. Социально неадекватные профессиональные действия (ошибки) служат системным выражением теневой функции.

Оценка профессионала на континуальной шкале идентичность/ маргинализм возможна по трем критериям: номинально-профессиональному, по которому человек и социум опознают профессию, а сам профессионал идентифицирует себя с ней; социально приемлемому, по которому оценивается уровень соответствия профессионала запросам той социальной среды, в которой он реализуется; и внешнему (общецивилизационному) критерию, отражающему уровень соответствия профессионала мировым стандартам, в контексте которых профессия выступает как общечеловеческая ценность.

Реализационные стратегии профессионала рассматриваются в системе двух координат: социально-личностной и социально-субъектной. Положение конкретных стратегий в этой системе координат обусловливает специфику социальной реализации профессионалов разных идентификационных типов: конформиста, прагматика, маргинала, действующего маргинала, ортодокса, трудоголика и идентичного профессионала.

Социально-экономические реформы вносят в процесс реализации профессионала характерную особенность, которая связана с действующим субъектом и состоит в том, что ломка старых профессиональных стереотипов выступает как совладающее поведение и преодоление психологических барьеров.

Глава 1
Проективно-реконструктивные принципы и модели исследования профессионалов в реальных условиях

Специфика предлагаемого подхода обусловлена принципиальной невозможностью прямого исследования действующего профессионала в реальных условиях традиционными методами. Нестандартные профессиональные решения и поступки, как правило, недоступны непосредственной фиксации и проявляются лишь в отдаленных последствиях, которые невозможно исследовать общепринятыми в науке эмпирическими методами. Эксперимент невозможен, наблюдение ограничено тем, что лишь отдельные случаи и эпизоды могут быть прослежены с достаточной достоверностью, от начала до конца. Для тестирования должностные лица малодоступны. Метод прямого интервью ограничен по той же причине. Статистические оценки недостоверны в силу качественного разнообразия профессиональных поступков, да и просто потому, что подобной статистики пока не существует.

Реальные профессиональные поступки теряют свое качество при попытке их расчленить на задачи исследования и не могут быть непосредственно измерены, поскольку «психическое объективно существует только как субъективное» (Брушлинский, 1995, c. 29). Однако это не значит, что они непознаваемы. Они познаются с помощью «схем познающего субъекта», различные варианты которых ранее были теоретически описаны Кантом, Гуссерлем, Хайдеггером, Ясперсом. В более поздних исследованиях они приобрели и прикладное значение (Роджерс, 2001; Бердяев, 1990; Мэй, 2001; Василюк, 1994). Результат такого познания – всегда относительная, частичная истина, так как он обусловлен качеством той «схемы познающего субъекта» (методология, теория, модель), с помощью которой получен. Основаниями для «отвержения» или «принятия» результата в качестве частичной истины могут быть не только проверка практикой и статистика, но и общефилософские законы причинно-следственных связей, логики и т. д. Если познаваемое явление имеет высокую социальную значимость, то эта «синтезированная истина» подвергается дополнительной нравственной оценке. Понятно, что такой подход не укладывается в рамки принятой в психологии естественнонаучной эмпирической исследовательской парадигмы. Но отказ от данной парадигмы как единственно верной уже наметился (В. В. Давыдов, в кн.: Психология и этика, 1999, с. 58; Равен, 2002; Василюк, 1996).

Недостаточная социальная релевантность психологии обусловлена также тем, что психологи часто ограничиваются в своих выводах числовыми показателями, пренебрегая содержательной интерпретацией полученных результатов (Юревич, 2008, с. 13). Поэтому наряду с тем, что различные способы «измерения неизмеримого» в психологии применялись неоднократно, всегда находились и критики этих методов (Небылицын, 1960; Винер, 1966; Иванова, Асеев, 1969). Более того, высказывание известного математика М. Клайна заставляет всерьез задуматься о математике как критерии истинности: «Внутренних критериев, позволяющих отдать предпочтение одному ‹…› из множества соперничающих направлений в математике ‹…› перед другим или как-то обосновать принятое решение, не существует» (цит. по: Александров, 2009, с. 30).

В отношении социальной релевантности измерения поступков действующего профессионала допустимо говорить лишь в контексте воссоздания реальной картины конкретного события по его проекциям в речи, тексте, ошибках, документах, то есть реконструкции психологической основы поведения профессионала. Методологический принцип реконструкции уже давно существует в психологии в разных вариантах. На методическую роль психологической реконструкции указывал и С. Л. Рубинштейн: «Анализ человеческого поведения предполагает раскрытие подтекста поведения, того, что человек „имел в виду“ своим поступком. При этой расшифровке должен быть определен смысл самого поступка через то, как он входит в общий „замысел“, в план жизни. Этот „психоанализ“ предполагает раскрытие смысла жизни, смысла того или иного поступка человека» (Рубинштейн, 1976, с. 362–363).

Однако применительно к анализу психологических феноменов социально-реализационного поведения профессионала принцип реконструкции не применялся, хотя во многих случаях ретроспективная реконструкция мотивов социально неадекватных профессиональных поступков – единственный путь их исследования путем моделирования причинно-следственных связей. Например, по профессиональным ошибкам, как и по фрейдовским «оговоркам» и «парапраксиям», можно установить причину социальной деформации профессиональных ролей. Если в качестве критерия оценки нормы, патологии, идентичности, маргинализма реальных поступков профессионала взять исторически сложившиеся в общественном сознании требования к профессионалу, то их совпадение у рядового потребителя профессии, общества как заказчика и профессионала как исполнителя может указывать на идентичность профессионала; наличие же расхождений свидетельствует о той или иной форме и степени маргинализма.

В условиях «реорганизационного шока» верность профессии все чаще становится причиной внутреннего дискомфорта, сравнимого с психотравмой. Не владея ситуацией, человек ощущает себя либо «пленником профессии», либо начинает воспринимать ее не как часть себя, а как атрибут окружающей враждебной среды. Подобные проблемы побуждают обратиться к моделям исследования, использующим принципы не только реконструктивной исследовательской модели, но и проективной диагностики, особенно когда объектом исследования являются переживания людей, отягощенные трагическими воспоминаниями, а предметом – реальные невоспроизводимые события. Все это способно спровоцировать деструктивные формы профессиональной активности, в том числе непредсказуемую агрессию. В российской психологической практике уже есть примеры использования качественных и проективных методов для реконструкции психологии поведения участников чернобыльской аварии (Бобнева, 1992; Лизарева, 1992).

В основе проективного исследования и психологической реконструкции мотивационно-ценностной основы поступков профессионала лежат априорные эталоны поведения, с которыми сравнивается исследуемый поступок; реальные или подразумеваемые, они являются обязательным звеном любого социально ориентированного психологического исследования. При этом непосредственно анализируется не сам деструктивный поступок, который уже произошел, и не его первопричина – травмирующий фактор, бывший, возможно, много лет назад, а лишь версия поступка в документальном, речевом или поведенческом контексте, которая с учетом ошибок, оговорок, умолчаний является проекцией деструктивной личности. Собственно механизм реконструкции и прогноза – это процедура интерпретации исследователем взаимосвязей ценностно-мотивационных факторов и феноменов реального поведения.

Стремясь изучать реальные явления, подверженные влиянию большого числа неучтенных факторов, путем сравнения с уже существующими или специально созданными упрощенными моделями, где все факторы учтены, а связи однозначны, психология неизбежно прибегает к редукционизму (Смит, 2003, с. 74). Но во многих случаях «сведение внешне сложных и несопоставимых процессов к более простым и основным силам и принципам является ‹…› не недостатком, а научной целью» (Демоз, 2000, с. 11).

Мы не ставим целью упрощение реальных явлений, но при установлении основных инвариант и переменных, необходимых для опознания социальной идентичности и маргинализма профессионала, мы неизбежно прибегаем к редукционизму. Это служит основой для стандартизации методической процедуры психологического анализа ценностно-мотивационной основы профессиональных поступков и обеспечения возможности сопоставления профессиональных феноменов совершенно разных эпох, культур и сфер деятельности по единым основаниям.

Для описанных ниже методов важно, что рассмотрение поступков профессионала возможно вне его самого: по следам его поведения в социуме. Причем социумом фиксируются только те поступки, которые значимы для него либо со знаком плюс, либо со знаком минус. Это позволяет определять и область применения идентификационно-реконструктивных методов – социально значимые профессиональные поступки. Поступок – конечный продукт деятельности профессионала, и поскольку он уже отделен от человека, то есть реализован, то может быть исследован самостоятельно, вне самого человека и даже тогда, когда этого человека уже нет. Но человек там всегда присутствует в проекциях его мотивов и ценностных ориентаций, которые в принципе можно реконструировать, анализируя поступки. Этим и обусловлен ведущий принцип нашего исследования – реконструктивный.

Сказанное целиком относится к тем ситуациям, в которых профессионалы недоступны для прямого контакта в качестве респондентов и где исследователю остается лишь попытка воссоздать реальную картину уже совершенного поступка по его документальным следам и моделировать его ценностно-мотивационную предысторию. В случаях же, когда профессионалы доступны для прямого контакта, исследователь может прогнозировать и будущие поступки по полученным в ходе тестирования проекциям мотивационно-ценностной сферы и самоидентификациям профессионала.

На рисунке 2 в единой модели представлены два принципа проективного исследования: реконструктивный и идентификационный, отражающие обязательные процедурные элементы: по три эталона для сравнения и последовательность шагов исследования (от профессионального поступка к реконструированию его происхождения в первом методе и от оценки идентичности к прогнозу профессионального поступка – во втором). Конкретные приемы исследования и тестовый материал могут быть весьма разнообразны, в зависимости от поставленных задач исследования, типа профессии, особенностей профессионалов. Здесь в качестве примера предлагается два варианта. Первый – это реконструктивный метод на основе ретроспективного анализа реальных интервью путем соотнесения их с эталонами-конструктами (для профессионалов, недоступных прямому исследованию). Второй – идентификационный метод на основе проективной идентификации с содержательными тестовыми высказываниями (когда прямые контакты с респондентом возможны).

Особенности исследования психологии профессионала

Рис. 2. Идентификационно-реконструктивная модель проективного исследования

Проективно-реконструктивный метод (рисунок 2, правая часть) направлен на выявление мотивационно-ценностной основы профессионального поступка, которая в момент его совершения была осознанной, но социально нежелательной и потому специально скрывалась, однако была зафиксирована в виде ошибок, оговорок, высказываний, в поведенческих реакциях. Метод допускает некоторую редукцию реального события, поскольку в качестве эталонов для оценки позиции профессионалов используются унифицированные конструкты. Для определения эталонов были исследованы эмпирические источники, описывающие поведение профессионалов (сообщения СМИ, мемуары, интервью, дневники, высказывания, акты расследования происшествий), и выделены три группы описаний. В одной из них представлены заведомо идентичные профессионалы, поступки которых отличались высоким профессионализмом и нравственностью, независимо от тяжести ситуации и отсутствия вознаграждения; в другой – типично маргинальные фигуры, совершавшие серьезные нарушения профессиональной этики и долга в своекорыстных целях, которые вызывали социальное осуждение; в третьей – профессионалы, выполнявшие свои функции удовлетворительно лишь в стабильных и комфортных условиях, однако большинством их коллег и клиентов это расценивалось как «нормальное».

В результате контент-анализа по смысловым единицам выделились два полярных эталона на базе противоположных ценностей и третий, отражающий «массовые ценности». «Эталон идентичности» включает признаки поведения на основе личностного отождествления с профессией: это творческая самореализация через профессию, мессианство, совершенствование мастерства, повышение социальной ценности профессионального вклада. «Эталон маргинализма» включает признаки поведения на базе ментального отторжения профессии: отношение к ней как к средству удовлетворения личных потребностей, а не как к «конструктивной цели»; имитацию профессиональной деятельности и профессионального сознания; «пограничное пребывание» в профессии. Эталон «массовый профессиональный субъект» включает «конструкт» признаков наиболее выраженной социально приемлемой тенденции поведения «среднего» профессионала.

Структура проективно-реконструктивного метода такова. Исходная позиция – профессиональный поступок (нижний круг на схеме); процедура исследования – проективное сравнение поступка с тремя эталонами (правая траектория); содержание метода – реконструкция мотивационно-ценностной основы поступка профессионала. Психологическая реконструкция включает несколько аспектов. Во-первых, каждый профессиональный поступок оценивается с позиции всех трех эталонов и располагается на континуальной шкале идентичность/маргинализм. Во-вторых, поступки группируются по признаку нарушений в тех звеньях системы «человек-профессия-общество», которые привели к их неадекватности. В-третьих, проводится сравнительный анализ и систематизация типичных деструктивных поступков и вероятностное моделирование их ценностно-мотивационной основы.

Проективно-идентификационный метод (рисунок 2, левая часть) основан на прямом выявлении идентичности профессионала по трем тестовым испытаниям, предъявляемым в форме высказываний, как бы взятым у других профессионалов.

«Тест идентичного профессионала» представляет собой текст, который содержит рассуждения реального профессионала о своей работе, отвечающие инвариантным критериям профессионализма и социальной этики.

«Тест типичного профессионала» предлагается в виде интервью, в котором отражены наиболее выраженные и достаточно противоречивые массовые представления о роли и характеристиках профессионала в наше время.

«Тест маргинального профессионала» представлен в форме «рекомендаций специалиста», как следует себя вести, чтобы добиться успеха любыми способами, даже пренебрегая нормами морали; он отражает аспекты ментального несоответствия профессионала социальным запросам и профессиональной этике.

Испытуемый последовательно получает эти три вида текстов с инструкцией: подчеркнуть в каждом из них те утверждения, которые он мог бы принять как руководство к действию, а после предъявления всех текстов – определить, какая из трех позиций ему ближе в целом. Содержательный анализ полученных результатов позволяет достаточно точно квалифицировать наличный уровень профессиональной идентичности и прогнозировать наиболее вероятные тенденции социального поведения данного профессионала в будущем.

Структура проективно-идентификационного метода следующая. Исходная позиция – профессиональная идентичность (центральный круг на схеме); процедура исследования – проективное испытание профессионала по трем тестам идентичности (левая траектория); содержание метода – установление наличного уровня профессиональной идентичности и прогнозирование наиболее вероятных тенденций социального поведения профессионала.

Для построения конкретных методик идентификационного позиционирования профессионалов важно уточнить два понятия: идентификационная диспозиция и идентификационная динамика.

Идентификационная диспозиция. Профессионал, находясь в фокусе системы «человек-профессия-общество», выступает как субъект, наделенный одновременно социальной, индивидуальной и инструментально-операциональной сущностью, с которыми соотносятся три функции, три модели профессии и, соответственно, три компонента профессиональной идентичности: индивидуальная, социальная и инструментальная. Поэтому в методическом отношении весьма актуальным представляется определение топографии профессионала по отношению к каждому из этих трех компонентов, что послужило бы основой для выделения в структуре идентичности ведущего компонента, который мог бы стать индикатором нарушений в отношениях человека с социумом и профессией и регулятором процессов адаптации профессионала к новым условиям. Профессии также различаются по степени выраженности того или иного компонента: одни призваны отвечать социальным запросам, другие в большей степени апеллируют к индивиду с его неповторимыми способностями, третьи – к отработанному до совершенства умению владеть профессиональным инструментарием. Если отношения профессионала с каждой из этих функций представить как пространственную модель взаимосвязей, то близость и сила связей между функциями будут отражать функциональную структуру самой профессии.

Позиционная модель идентичности описывает позиционные отношения личности внутри своей и к иным профессиональным группам. Для характеристики позиционных отношений внутри референтного профессионального сообщества в нашей модели используется параметр «консолидация/отстраненность». Человек может в большей или меньшей степени отождествлять себя с представителями своей профессиональной группы либо в той или иной мере отстраняться от нее, рассматривать ее как бы со стороны. При этом он может ощущать себя в центре или на периферии своего профессионального сообщества. Консолидация может быть тотальная – со всей профессиональной группой, либо локальная – только с частью профессионалов: например, в науке – с теоретиками или с практиками, либо с одним направлением, с одной научной школой. Это сопровождается отстраненностью, отсутствием интереса к другим направлениям и специализациям.

Уровень «профессиоцентризма» и степень неравномерности позиционных отношений внутри своей профессии у конкретного лица могут быть представлены соответствующим количественным и качественным сочетанием зон полной или частичной консолидации и зон полной или частичной отстраненности вплоть до профессионального маргинализма.

Позиции по отношению к другим профессиям и профессиональным сообществам различаются по параметрам когнитивной или эмоциональной дистантности и профессионального космополитизма. Дистанцирование себя как профессионала или своей профессии от других профессий – это способ подчеркнуть специфику профессии или свою непохожесть на других. Дистанция может быть большой или малой. Отсутствие дистанции – профессиональный космополитизм – означает расширение зоны идентификации: это идентичность, выходящая за пределы своего профессионального пространства и профессионального сообщества. Профессиональная идентификация с более общими категориями, например, с «профессионалами вообще», с интеллектуалами, деятелями науки, искусства и т. д., – это способ оценить меру своей общности с другими и условие для более широкой адаптационной основы в иных профессиях и культурах (но одновременно и потеря существенной части профессиональной специфичности).

Идентификационные диспозиции человека с его профессией в социуме обусловливают персональные стратегии и социальные формы реализации профессионала:

– положительную, предполагающую полное принятие профессии как смысла бытия и ведущей сферы самореализации;

– нейтральную, предполагающую лишь частичную самореализацию в профессиональной сфере;

– отрицательную, выстраивающую отношения с профессией по «периферийному принципу» и отдающую предпочтение самореализации в иных сферах социальной активности.

С другой стороны, профессионал имеет собственную субъектно-личностную сущность. Это послужило основой для выделения разных идентификационных типов профессионалов, которые могут быть как профессионально инвариантными, то есть встречаться в любой профессии; так и профессионально специфичными, то есть формироваться под влиянием характерных особенностей той или иной профессии. Иными словами, нет жесткой и однозначной связи «тип профессии – тип профессионала», эти связи более мягкие и подвижные.

Идентификационная динамика. Реальную динамику профессионала в обществе обеспечивают соотношение преобразующей, стабилизирующей и исполнительской функций профессиональной идентичности и циклический переход ведущей роли от одной функции к другой, которые на каждом этапе профессиогенеза находят выражение в гендерно-возрастных особенностях структурных компонентов идентичности (социального, индивидуального, инструментального).

Основная стабилизирующая функция профессиональной идентичности – обеспечение необходимой степени профессионального центризма и устойчивой профессионально-ментальной позиции, параметры которой: константность (способность к сопротивлению изменениям), адаптивность (способность к разрушению неадекватных профессиональных стереотипов), дистантность (представление о месте профессии в семантическом, информационном и межкультурном профессиональном пространстве) (Ермолаева, 1998).

Преобразующая функция профессиональной идентичности зависит от:

– масштабности идентификации себя с профессией (возможности адаптации выше у людей с широкой идентификацией);

– дистанцирования образа своей профессии от других (профессиональная самоизоляция затрудняет адаптацию в изменившихся условиях и «наведение мостов» при переходе в иное профессиональное пространство);

– системности или «рыхлости» структуры идентичности.

Все эти факторы в совокупности составляют преобразующий потенциал профессионала.

Кроме признаков и компонентов профессиональной идентичности, в основу оценочных шкал и параметров в наших опросниках и методах заложены личностные, субъектные, индивидуально-психологические характеристики. Среди личностных показателей динамики профессиональной идентичности следует отметить гибкость, мобильность и альтернативную им косность. Субъектные аспекты динамики профессиональной идентичности связаны со способностью к защите самоценности собственной личности. По критерию устойчивости профессиональной идентичности как личностно ценностного образования можно выделить три категории профессионалов: ригидные, первопроходцы, выжидающие (Ермолаева, 1996, с. 31–32).

Профессионал как субъект ценностных ориентаций может соответствовать одному из следующих уровней проявления субъектности:

– массовый профессиональный субъект, ориентированный на бесконфликтное следование ведущей социально навязанной тенденции;

– прагматический, стремящийся действовать оптимально, исходя из «просчитанных» оценок наибольшего числа параметров реально складывающейся ситуации;

– творчески-рациональный, для психики которого характерно реагирование на изменение ситуации путем «творческого разрушения собственных стереотипов»;

– творчески-иррациональный, не подверженный разрушительному влиянию изменений среды на систему его ценностных ориентаций и способный удерживать высокий уровень профессионализма даже в самых неблагоприятных условиях;

– ригидно-иррациональный, неспособный к переоценке ценностей и оказавшийся в плену прежних стереотипов;

– агрессивно-рациональный, стремящийся к устранению факторов среды, не отвечающих его персональной модели «должного»;

– агрессивно-иррациональный, оказывающий активное сопротивление любым, даже очевидно позитивным, нововведениям.

Социогенная инверсия ценностных ориентаций профессионала представлена в трансформациях массового профессионального субъекта, отражающих наиболее выраженные тенденции в сдвиге иерархии ценностей и профессиональной этики от общественного к личному благу и в снижении порога моральных запретов в профессиях, подвергшихся коммерциализации, вкупе с девальвацией социально приемлемого уровня.

Для измерения процессов переидентификации нами введено два дополнительных инструмента: «Реальная профессиональная идентичность», которая располагается между крайними позициями – гибкой и широкой идентичностью на одном полюсе и жесткой и узкой на другом, и «Наличная профессиональная идентичность», которая отражает текущий уровень и качество профессиональной идентичности на данный момент времени и в данных специфических условиях.

Для измерения идентификационного позиционирования профессионала разработана шкала «идентичность/маргинализм», где профессиональные маргиналы и идентичные личности занимают полярные позиции в континуумах профессионального самосознания (самоотрицание, конформизм, обособление, самоотождествление) и способов выхода из кризиса (деструктивный, адаптивный, индивидуализированный, преобразующий). Один полюс (идентичность) отражает сбалансированные связи между элементами системы «человек-профессия-общество», другой (маргинализм) – разрыв связей между ними. Между этими полюсами расположены все иные формы психологического соответствия субъекта, профессии и социума в профессиональной сфере. Каждая из форм соответствия отличается от других конфигурацией и силой связей между названными элементами системы.

Конкретные методики исследования. Исследование идентичности профессионалов в проективно-реконструктивной парадигме проводится с использованием методик, ориентированных преимущественно на качественный анализ мотивационно-ценностной основы поведения и реальных поступков профессионала по тем или иным «следам» в его биографии.

Перечислим здесь основные методы сбора данных.

Биографический и автобиографический метод – исследование профессионального поведения по мемуарам и воспоминаниям – основа для ретрореконструкции психологической основы поступков, последствия которых и произведенный ими социальный эффект уже получили позитивную или негативную оценку, так как стали достоянием истории.

Дневниковый метод (анализ дневников профессионалов, отражающих события в момент их свершения), совмещающий в себе лонгитюдый метод и метод самоанализа, позволяет проследить динамику профессиональной идентичности (а в ряде случаев и маргинализма) в течение многих лет. Откровенность авторов дневников (которые пишутся для себя, а не на публику) служит основой для получения достоверной информации не только о психическом состоянии, но и о способах совладания с проблемами, поскольку люди, склонные к ведению дневников, обычно обладают повышенной способностью к самоанализу и саморегуляции.

Анализ интервью и выступлений. Особенно ценный эмпирический материал для психологической реконструкции аспектов социальной реализации дает использование не тех интервью, которые получены у профессионалов с заданной целью в ходе психологического исследования, а публичные интервью в СМИ, так как в них человек старается высказать то, что ему самому кажется важным в его профессии именно в социальном плане. Поскольку он говорит на публику, ему надо отметить те аспекты своей профессии, которые могут быть интересны публике, социуму. Часто при этом человек, дающий интервью, переходит на уровни философского или исторического анализа своей профессии, выделения социального смысла своего творчества в труде.

Анализ документальных источников: акты расследования происшествий, заключения, ответы на обращения граждан.

Метод включенного наблюдения в режиме общения исследователя (в роли потребителя профессиональных услуг: клиента, пациента, заявителя) с респондентом.

При обработке данных интервью, мемуаров и т. д. применялся вариант метода контент-анализа» путем категоризации знаковых высказываний, то есть смыслового соотнесения словосочетаний, относящихся к профессионально-социальной идентификации, с перечнем выделенных нами ведущих признаков идентичности и маргинализма и распределения их по соответствующим категориям.

По сравнению с классическим контент-анализом, где выводы делаются на основе проведения количественного подсчета числа тех или иных смысловых единиц в высказываниях респондента, в нашем случае количественные показатели не являются решающими. Иногда достаточно одной-единственной фразы, чтобы понять идентификационный статус профессионала. Поэтому при наличии цели количественной оценки полученных результатов для формальной «чистоты» исследовательской процедуры следовало бы ввести весовые коэффициенты по каждому типу высказываний, которые отражали бы степень их связи с мотивационно-ценностной основой поведения и позволили бы определить место каждого респондента на континуальной шкале идентичность/маргинализм, включая промежуточные позиции. Но это – задача на перспективу. На данном этапе разработки методов мы ограничили нашу цель дихотомическим анализом, то есть разнесением респондентов по двум основным идентификационным группам: социально идентичные профессионалы и маргиналы. В число последних попадают все профессионалы, чьи высказывания не просто отражают непонимание социальной функции своей профессии, но прямо противоречат ей, оправдывают не разовый, а систематический отказ от ее выполнения. Причем на первом этапе не важны нюансы, то есть то, по какой именно причине происходит этот отказ: из идейных или прагматических соображений, эмоционального или физического «износа», психологического выгорания, материальных затруднений, по личным или семейным обстоятельствам и т. д. Исследование причин – уже следующий этап, не относящийся непосредственно к проблематике контент-анализа как метода.

В ситуациях непосредственного эмпирического исследования для получения содержательных данных о наличии и свойствах профессиональной идентичности/маргинализма и психологических барьеров для каждого объекта исследования были специально разработаны комплексы методик. Они включали в себя авторские тесты, которые в ряде случаев дополнялись последующим исследованием респондентов в режиме диалога, с использованием отдельных приемов коучинга и психокоррекции.

Основные особенности предлагаемых методов таковы.

1. Комплексность. Приемы исследования лежат на стыке психологии, социологии и ретроспективного психоанализа. Факты добываются «проективным» путем, чаще с помощью социологических, чем психологических приемов, а их психологический подтекст анализируется уже после того, как исследуемый профессиональный феномен проявился или поступок уже совершился спонтанно, без участия исследователя, в реальной, а не в экспериментальной ситуации.

2. Качественность. Данные методы не экспериментальные и количественные, а феноменологические и качественные. Совершается анализ реальных феноменов поведения путем их соотнесения между собой и с теоретическими конструктами – эталонами того или иного образца поведения.

3. Опосредованность. Это методы косвенного, непрямого исследования, предмет которого не сами события, а их следы в текстах, дневниках и т. д. Только небольшая доля анализируемого материала реально может быть результатом включенного наблюдения и включенного интервью.

4. Синтетичность. Методы предполагают сочетание приемов проективного анализа, интерпретации и психологической реконструкции, вышедших из психоанализа. Но это не в полном смысле психоанализ, поскольку ведется поиск не глубинных причин неадекватности профессионального поступка в подсознании, а того, что являлось тайным, но вполне осознанным мотивом данного поступка.

5. Проективность. С позиции проективной парадигмы выявление факта наличия профессиональной идентичности или маргинализма проводится путем их психологической идентификации по проекциям в поведенческих и речевых признаках.

6. Реконструктивность. С позиции реконструктивной парадигмы мотивационно-ценностная основа профессиональных поступков и социально значимых ошибок выявляется по инвариантным признакам эталонов идентичности и маргинализма.

7. Иерархичность. При наличии сходных или повторяющихся эмпирических феноменов маргинализма или идентичности они расцениваются как проявления соответствующего единого явления более общего характера.

В рамках идентификационного подхода по-новому раскрываются наиболее актуальные проблемы социальной реализации профессионала, к числу которых относятся:

– диагностика профпригодности в социально значимых сферах – на основе использования идентификационной типологии профессионалов и модели трехкомпонентной структуры профессиональной идентичности;

– идентификационные основы профессиональной карьеры;

– преодоление психологических барьеров переидентификации при выборе новой профессии;

– оценка социальной безопасности профессионала на основе модели трехкомпонентной структуры профессиональной идентичности;

– корпоративная идентичность и ее связь с индивидуальной и социальной идентичностью профессионала;

– идентификационные проблемы коммерциализации профессий;

– гендерно-возрастная динамика профессиональной идентичности;

– идентификационные основы ценностно-нравственных регуляторов профессионального поведения;

– идентификационные проблемы адаптации профессионала в условиях глобализации.

Предлагаемые в следующих главах методы основаны на общем приеме исследования: анализе поведения респондента в ситуациях выбора приоритета в диадах: «профессионал-человек», «профессионал-профессия», «профессионал-общество». Однако цель всегда одна: представить всю систему отношений в триаде «человек-профессия-общество» как основу для психологического позиционирования профессионала на шкале идентичность/маргинализм, для чего и разработаны специальные качественные методы реконструкции мотивационно-ценностной основы профессиональных поступков и методы графического представления причинно-следственных связей в виде «дерева поступков», блок-схем и др.

Глава 2
Методы оценки социально-профессиональной пригодности по шкале «идентичность/маргинализм»

Оценка реализационного аспекта социально-профессиональной пригодности проводится как на этапе первичного приобщения к профессии, так и в группах действующих профессионалов с тем или иным опытом работы. Цель такой оценки: а) превентивный и ретроспективный отбор/отсев пригодных и непригодных по устойчивым инвариантам социально-профессиональной идентичности и маргинализма; б) выявление потенциальных «идентичных», «маргинальных» и «массовых» профессиональных субъектов по характерным признакам идентичности и маргинализма, которые еще не стали устойчивыми атрибутами личности. В основу оценочных шкал положены типологические различия профессионалов по инвариантным признакам идентичности и маргинализма.

Базовые инварианты идентичности и маргинализма, имеющие принципиальное значение при оценке профессиональной пригодности, представлены в таблице 1.

Таблица 1. Инвариантные признаки профессиональной идентичности и маргинализма

Психологические инварианты идентичности и маргинализма служат опознавательными признаками, по которым можно оценивать профессионала как непосредственно, так и (что наиболее важно для практики) косвенно, устанавливая не только лежащую на поверхности причинно-следственную логику профессиональных поступков, но и их внутренний, более глубокий, мотивационно-ценностный смысл, то есть, проводя психологическую реконструкцию. При разработке опросников содержание инвариантов идентичности и маргинализма было конкретизировано нами путем сличительного анализа и отбора сходных признаков из большого числа источников, описывающих поступки и содержащих самоанализ профессионалов разных сфер труда и разных эпох. В качестве тестовых признаков идентичности были отобраны следующие:

– нацеленность на самореализацию личности в профессии и через профессию;

– вера в избранность своего дела и своего места в нем;

– направленность на общественно полезный результат (служение Родине, людям, идее, науке);

– мотивированность на заслуженный адекватный ответ от общества за свой труд (справедливое вознаграждение, обеспеченная старость), возмущение недооценкой своего труда и завышенной оценкой недостойных и т. п.;

– вера в заинтересованность общества, государства или соответствующей отраслевой структуры в твоей работе;

– подразумеваемая разумность и справедливость устройства той общественной системы, на благо которой направлен труд, а также целесообразность соответствующей ведомственной иерархии, компетентность и профессиональная адекватность ее чиновников и руководства;

– придание большого значения фактору времени, темпу работы, скорости решения профессиональных вопросов, раздражение всем тем, что замедляет работу или мешает ей;

– свобода творческого труда: стремление занять в профессиональной иерархии автономную позицию, которая позволяет в наибольшей степени реализовать свой потенциал (причем это не обязательно должна быть руководящая должность);

– готовность отстаивать свою правоту, бороться за свои решения, предложения, в правильности которых убежден;

– стремление к самосовершенствованию в своем деле, к получению новых знаний и обмену информацией с другими специалистами;

– стремление передавать свой опыт и нравственные ориентиры молодому поколению.

При разработке идентификационной типологии профессионалов оказалось, что традиционная трактовка идентичности как самоидентификации, или «Я-концепции», не позволяет оценивать реализационный аспект профессиональной пригодности, поскольку не отвечает на вопрос, как это «Я» будет вести себя дальше, в социальном мире. Поэтому в концепцию идентичности введен ее второй аспект – аспект социального соответствия, связанный с парадигмой соответствия субъекта и его деятельности в социуме, – который составляет методологическую базу для разработки методов оценки пригодности. Реальная профессиональная идентичность лежит на пересечении (в пространстве координат): индивидуально приемлемого типа профессионала (Я-концепции); социально приемлемого типа профессионала; усвоенного профессионального инструментария. Идентичный профессионал в предлагаемой здесь трактовке – это самоактуализированная личность, сочетающая индивидуальную профессиональную идентичность с инструментальной и социальной идентичностью, – что автоматически выводит ценностные механизмы идентификации за пределы конкретной личности, в социум и в специфику профессии.

Таким образом, в основу разработки методов оценки пригодности была положена классификация профессионалов в пространстве двух (независимых) измерений идентичности: как соответствия и как самоидентификации (Ермолаева, 2008, с. 81–82).

По степени внешнего соответствия субъекта его профессиональной деятельности выделяются профессионалы:

A. тождественный;

Б. полностью профпригодный;

B. частично профпригодный;

Г. ментально профнепригодный (на рабочем месте);

Д. социально профнепригодный (на рабочем месте);

Е. инструментально профнепригодный (на рабочем месте);

Ж. полностью профнепригодный (ушедший из профессии)

По уровню самоидентификации личности с профессией выделяются:

1. Идентичный профессионал – это личностно-ментальное отождествление себя с профессией как сферой реализации своей жизненной миссии на основе понимания социальной функции профессии как собственной судьбы.

2. Конформист – идентификация с данной профессиональной структурой, выполняемыми в ней функциями и своей профессиональной ролью.

3. Трудоголик – идентификация с содержательной и идейной направленностью своего труда как сферы самоутверждения или психологической компенсации других, нереализованных сфер самореализации личности.

4. Прагматик – идентификация с профессией как целесообразной сферой приложения своих способностей и усилий для выполнения профессиональных функций с целью обеспечить карьерный рост и материальное благосостояние.

5. Ортодокс – профессионал с ограниченным запасом вариативности, остановившийся на стадии владения профессией в пределах четко обозначенных должностных обязанностей и в рамках жесткой структуры руководства/подчинения.

6. Действующий маргинал – идентификация, основанная на специфических функциях профессии, позволяющих использовать свои профессиональные знания и должность для собственных целей в ущерб или в противоположность прямому социальному назначению профессии.

7. Маргинал – не сформировавший или утративший ментальную профессиональную идентичность и покинувший профессию.

В сочетании они дают 7x7 идентификационных типов, которые отвечают требованиям необходимости и достаточности для описания всего спектра реальных профессиональных случаев в соотнесении с соответствующими поведенческими стратегиями. Поскольку эти основания для классификации – независимые характеристики, то профессионал с идентичной Я-концепцией может полностью соответствовать требованиям профессии (1Б) и социума (1В), но может быть и инструментально или социально профнепригодным в профессии (1Е, 1Д). И наоборот: объективно соответствующий всем требованиям деятельности профессионал может обладать Я-концепцией ортодокса (А5), прагматика (А4) или конформиста (А2). Единственное, чего не может быть в реальности – это сочетания крайних противоположных позиций. Маргинал не может быть тождественным или полностью соответствующим деятельности профессионалом, а социальная профнепригодность несовместима с идентичной Я-концепцией, хотя, например, инструментальная профнепригодность может сочетаться с субъективно идентичной профессиональной Я-концепцией, но весьма условно: лишь при крайне нетребовательных потребителях профессиональных услуг.

Представленные в единой системе координат, эти измерения образуют следующее пространство профессиональных типов (рисунок 3).

Сравнительный анализ типичных случаев, свидетельствующих о разныхуровнях нарушений в системе «человек-профессия-общество», позволил выделить следующие, наиболее общие формы и механизмы дисбаланса. Они представлены в таблице 2.

Личностно-профессиональный дисбаланс возникает при нарушении связей «человек-профессия». Индивидуальная модель профессии перестает соответствовать инструментально-функциональной в результате инверсии субъективного смысла профессии. Индивидуально-социальный дисбаланс возникает при нарушении связей «человек-общество» в результате социально-личностно го разрыва профессиональной роли, когда личностная значимость труда отделяется от его социальной функции. Социально-профессиональный дисбаланс возникает при нарушении связей «профессия-общество», когда социальная модель профессии перестает совпадать с ее социальным предназначением. Психологический механизм такого нарушения – инверсия социального смысла профессии.

Рис. 3. Пространство профессиональных типов

На схеме II и IV квадранты отражают внутренне непротиворечивые типы профессионалов: квадрант II – успешно функционирующих в профессии, квадрант IV – отвергающих профессию; I и III квадранты включают профессионалов с разными типами внутренних конфликтов между самоидентификацией и реальным профессиональным соответствием, часть из которых может относиться к еще действующим профессионалам, часть отражает маловероятные в реальности типы (1Ж, 7А). Звездочки отражают частотность сочетания признаков.

Таблица 2. Уровни, формы и механизмы дисбаланса

Оценочно-регуляторный дисбаланс возникает в результате нарушения координирующей функции профессионала как «ядра» системы «человек-профессия-общество». Неадекватные оценки связаны с психологическим типом субъектности. В системе координат активность/пассивность и вера/знание мы выделили два противоположных типа: субъект «пассивной веры» и субъект «активного знания»; в любых условиях они склонны выбирать только характерные для них способ, стиль, стратегии поведения. «Сбои» регулирующей функции этих двух типов субъектов возникают в первом случае от комплекса неполноценности в форме отказа от власти, во втором – от комплекса превосходства в форме превышения полномочий, как придания своей профессиональной роли большего статуса, чем позволяет ее социальное назначение.

Системный дисбаланс – результат нарушения системных связей «человек-профессия-общество». Его основной механизм – психологическая проекция на систему ЧПО неадекватных внешних систем: социальных, технических, политических, экономических.

Стратегии реагирования профессионала на негативные воздействия мы расположили в системе двух координат. Первая, социально-личностная, связана с принципиальными различиями в ценностно-нравственных ориентациях. Личности с позитивной доминантной выбирают одну из конструктивных стратегий профессионального поведения (социально-адаптивную, индивидуально-адекватную или функционально-преобразующую), это позволяет по-разному решить проблему профессиональной модификации при сохранении идентичности. Носители негативной ценностно-нравственной доминанты выбирают деструктивную позицию и отказ от социально-профессиональной идентичности.

Вторая координата, социально-субъектная, характеризует ведущую тенденцию реагирования на ситуацию: уход, защита, адаптация, сопротивление, деформация, преобразование. Их выбор обусловлен социальной автономностью либо зависимостью, степенью активности, локусом контроля, а также тем, является ли профессия для человека средством самореализации, самоутверждения, выживания или привычкой, видом заработка, способом «убить время».

В этой системе координат выделяется семь типичных стратегий:

1. ригидно-рациональная – конформистское, бесконфликтное следование ведущей социально навязанной тенденции;

2. прагматическая, отражающая просчитанный минимум ущерба и максимум выгоды;

3. творчески-рациональная, оптимизирующая ситуацию путем «творческого разрушения собственных стереотипов»;

4. творчески-иррациональная нацелена на сохранение ценностных ориентаций в самых неблагоприятных условиях;

5. ригидно-иррациональная, оставляющая профессионала в плену прежних стереотипов;

6. агрессивно-рациональная, направленная на устранение факторов среды, не отвечающих персональной модели «должного»;

7. агрессивно-иррациональная – активное сопротивление любым, даже очевидно позитивным, нововведениям.

В различных сочетаниях с ведущим принципом реагирования указанные стратегии могут стать оптимизирующей основой для формирования конкретных путей выхода из кризиса у профессионалов разных идентификационных типов. Таблица 3 представляет основную стратегию поведения, ведущий принцип реагирования и выхода из ситуации для конформиста, прагматика, маргинала, действующего маргинала, ортодокса, трудоголика и идентичного профессионала.

На рисунке 4 эти семь типов профессионалов представлены в едином континууме идентичность/маргинализм в порядке убывания идентичных и нарастания маргинальных признаков. Кроме двух крайних – идентичный и маргинал, – остальные типы могут занимать всякий раз разные позиции в зависимости от специфики социальных условий профессионального труда. В каких-то случаях прагматик будет ближе к идентичному профессионалу и будет даже сливаться с ним, в других случаях – наоборот. Например, конформист будет ближе к идентичному типу для исполнительских профессий, ортодокс – для чиновников контролирующих органов, а трудоголик приближается к идентичному типу в сфере науки или искусства.

Таблица 3 Оптимизирующие стратегии поведения профессионалов разных типов

Наиболее общим и инвариантным по отношению к специфике профессии основанием для построения континуальной модели является расположение типов профессионалов по двум критериям: 1) по способности к сохранению идентификационного статуса в ситуациях, препятствующих его реализации, и 2) по склонности к уходу от выполнения профессиональных функций, если это не сулит личной выгоды.

Рис. 4. Типы профессионалов в континууме идентичность/маргинализм. ИП – идентичный профессионал; К – конформист; Т – трудоголик; П – прагматик; О – ортодокс; ДМ – действующий маргинал; М – маргинал.

В связи с этим следует сказать несколько слов о двух типах диаметрально противоположно мотивированных субъектов. Субъект с позитивной внутренней мотивацией исполнен стремления к самореализации своего потенциала и не принимает, не интериоризирует негативную мотивацию, идущую извне: будет оттягивать по возможности выполнение вынужденных обстоятельствами действий. Чтобы реализовать себя, такой профессионал обращается к модели реализации на основе механизмов «психологической рационализации иррационального» (на субъективном уровне и в субъективном плане). В результате у него еще более усиливается направленность на самореализацию в самом процессе труда, а не на социальный смысл или цель труда, и, соответственно, утрируется идея поиска работы «по интересу», которая была в советское время, например, выражена больше, чем сейчас.

Субъект с негативной внешней мотивацией нуждается в понукании к деятельности или в вынуждении к ней внешними обстоятельствами, то есть в социально обусловленной необходимости выполнять ту или иную работу. Он легко принимает к исполнению действия по принципу «надо – так надо», но неспособен к продуцированию положительной самомотивации и к творческому труду при отсутствии объективной необходимости.

Таким образом, конкретные стратегии реализационного поведения профессионала должны рассматриваться в контексте всей совокупности факторов, каждый из которых имеет свои ценностнонравственные «ориентиры», являющиеся для профессионала «знаковыми» в его социальной самореализации.

Рис. 5. Обобщенная модель взаимосвязи параметров профессиональных измерений

В обобщенной модели (рисунок 5) по шкалам и столбцам в виде «профессиональных срезов» наглядно представлено нормативное соотношение психологических характеристик профессионала друг с другом и с социально приемлемым уровнем идентичности. Это позволяет систематизировать различные аспекты профессионального маргинализма.

Абсолютным признаком маргинализма является разбалансирование показателей по шкалам 1-2-3-4. Это происходит в тех случаях, когда, например, для творческого типа профессии конкретный субъект может предложить лишь компетентность и ригидную установку при нормативном механизме идентификации.

На основе дифференцировочных признаков поведения и мировоззрения маргинального, идентичного и «массового» профессиональных субъектов нами были разработаны опросники «Идентичность/маргинализм» и «Соответствие желаемого и действительного», которые представлены в этой главе, а также опросники «Глобализационный потенциал», «Глобидмар» и обобщающий тест «Деловой шанс», которые приведены в следующих главах.

Тест «ИДЕНТИЧНОСТЬ/МАРГИНАЛИЗМ»
ФИО:
Возраст:
Пол:
Специальность:
Образование:
Семейное положение, дети:
Стаж по данной специальности:
Стаж по другой специальности (если имеется):
Инструкция: При ответе на следующие вопросы выберите только один из предложенных вариантов
1. В вашей профессии важнее…
1) личные достижения
2) социальный эффект
3) технический эффект
2. В последние годы ваша профессия.
1) стала более востребованной обществом
2) осталась в прежнем статусе
3) стала ненужной
3. Вы хотели бы работать в условиях.
1) непредсказуемых, с отсутствием четких правил
2) с гибкой системой правил
3) с неизменными правилами поведения, руководства и подчинения
4. Вы хотели бы работать в условиях…
1) свободных от контроля
2) разумной конкуренции
3) под постоянным контролем
5. Перемены к лучшему должны происходить…
1) снизу
2) в результате консенсуса «верхов» и «низов»
3) сверху
6. Положение профессионалов в вашей отрасли приведет общество…
1) к расцвету
2) к застою
3) к деградации
7. Если ситуация в вашей профессии изменится в неблагоприятном направлении, вы готовы…
1) изменить ситуацию
2) изменить себя
3) уйти из профессии
8. Ваша профессия может пригодиться…
1) в большинстве стран
2) в большинстве регионов России
3) только в вашем городе
9. В случае снижения спроса на вашу профессию вы предпочли бы…
1) выбрать совершенно новую, более перспективную в современных условиях профессию
2) выбрать иную сферу приложения для ваших профессиональных навыков
3) остаться в рамках прежней профессии
10. Какие неблагоприятные факторы окажутся решающими, чтобы вы ушли из профессии…
1) невозможность реализовать свои способности
2) отсутствие перспектив продвижения по службе
3) резкое снижение доходов
11. В незнакомой и трудной профессиональной ситуации вы…
1) идете «своим путем»
2) делаете как все
3) полагаетесь «на авось»
12. Я считаю, что знания, полученные в ходе профессионального обучения…
1) необходимое, но недостаточное условие для профессионального успеха
2) необходимое и достаточное условие для успешной профессиональной деятельности
3) никак не влияют на успех в профессиональной карьере
13. Чтобы быть настоящим профессионалом…
1) надо им родиться
2) требуется знание не только своей профессии, но и ее места в обществе, влияния на экологию и здоровье людей
3) достаточно иметь большой опыт работы по специальности
14. Считаю, что я как профессионал…
1) отношусь к профессиональной элите
2) являюсь типичным представителем своей профессии
3) занимаю малозаметное место
15. При ответе на вопрос: «Кто вы?» свою профессию я назвал бы…
1) в первую очередь
2) в середине списка
3) одной из последних
16. Для меня моя профессия является прежде всего…
1) смыслом всей моей жизни
2) объектом приложения моих способностей для достижения успеха
3) средством удовлетворения материальных потребностей
17. Если я достигну наивысшего уровня профессионального мастерства, то я…
1) постараюсь как можно скорее раскрыть все секреты мастерства молодому поколению
2) поделюсь с другими только тем, что не убавит моего приоритета в профессии
3) буду строго хранить от других секреты своего мастерства, которые мне так тяжело достались
18. Если я знаю, что выполнение профессионального долга может негативно повлиять на экологию или здоровье людей, то я…
1) заявлю свой протест начальству и откажусь выполнять работу, даже если меня уволят
2) постараюсь оттянуть время выполнения работ и подожду, вдруг начальство само отменит неверное решение
3) выполню свой профессиональный долг при любых обстоятельствах
19. Если в результате многолетней работы я увижу в своей профессии существенные изъяны, которых не замечают другие, то я…
1) буду упорно выступать с критикой положения дел в профессии для устранения недостатков
2) буду стараться, чтобы в моей личной работе эти недостатки не проявлялись
3) постараюсь никому не говорить о недостатках: все равно ничего не изменится, а отношения с коллегами можно испортить
20. Высокого профессионального результата легче добиться…
1) находя нестандартные пути к решению профессиональных задач
2) строго выполняя все инструкции и нормативы
3) благодаря покровительству руководства
21. В сложной ситуации, когда нет единственно правильного решения профессиональной проблемы, я предпочту…
1) действовать «по велению сердца»
2) взвешивать все «за» и «против» и принимать решение с позиции минимального вреда
3) передоверить свои функции другим сотрудникам или руководству
22. Если я столкнусь с непредвиденной профессиональной ситуацией, то я постараюсь…
1) отвлечься от старых шаблонов и направить все силы на выработку принципиально нового решения
2) соотнести эту ситуацию с прежними случаями и, выбрав подходящий аналог, действовать так же
3) всегда поступать по инструкции
23. На фоне всех аспектов моей жизни моя профессия…
1) является центром моей жизни
2) сама составляет фон для моей личной жизни
3) теряется
24. Теперь я понимаю, что…
1) только в моей теперешней профессии и должности я могу реализовать полностью свой потенциал
2) мой потенциал гораздо больше той профессии, которую я получил
3) есть много других профессий, где я мог бы себя реализовать
25. В характеристике моей профессии для меня главное…
1) то, что представляет собой ее внутреннее содержание
2) то, что объединяет всех ее представителей в особую общность людей
3) то, что выделяет ее среди других профессий
26. Когда проблемы моей профессии становятся темой обсуждения по радио или телевидению, то я…
1) сразу бросаю дела и стараюсь ничего не пропустить из сказанного
2) не обращаю внимания и сразу же забываю, о чем была речь
3) выключаю телевизор или радио
27. Выбор мною профессии был…
1) сделан самостоятельно на основе анализа своих способностей и желаний
2) подсказан родителями или друзьями
3) случайным
28. Выбор мною профессии был обусловлен прежде всего…
1) возможностью посвятить себя интересному делу
2) возможностью быстрого трудоустройства
3) высокой доходностью
29. Я считаю, что понятия профессиональной чести и долга…
1) совершенно необходимы для нормального функционирования общества
2) не существуют в профессии, это разные сферы
3) придуманы для дураков, чтобы заставить их работать бесплатно
30. Я считаю, что моя профессия…
1) необходимое звено в ряду других профессий, обеспечивающих стабильность и процветание общества
2) нужна только мне
3) часть того хаоса, который царит в обществе
31. Можно ли сказать, что ваша профессия – традиция вашей семьи?
1) да, и это придает мне уверенности, но и налагает дополнительный груз моральной ответственности перед семьей
2) нет, и это хорошо, так как я не связан в своей работе никакими предрассудками
3) нет, и это плохо, поскольку временами я чувствую себя «белой вороной»
32. Можно ли утверждать, что ваша профессия обеспечивает вам экономическую свободу?
1) нет, но я стараюсь использовать все законные возможности моей профессии, чтобы скомпенсировать это недостаток
2) нет, но я могу соизмерять свои запросы с возможностями
3) нет, мне приходится подрабатывать на стороне не по специальности
33. Ваш профессиональный уровень соответствует прежде всего…
1) требованиям клиентов
2) требованиям работодателя
3) диплому
34. Ваша профессиональная квалификация соответствует…
1) требованиям времени
2) высоким международным стандартам
3) официальным нормативам и должностным инструкциям
35. Ваш профессиональный уровень соответствует…
1) морально-нравственным принципам выполнения профессионального долга
2) моим личным представлениям о профессии и профессиональном долге
3) невысоким запросам нашего общества
36. Что в первую очередь снижает вашу удовлетворенность работой?
1) отсутствие реальных возможностей для профессионального роста
2) отсутствие четких критериев оценки моего труда, на которые можно ориентироваться, чтобы улучшить свои показатели
3) низкий заработок
37. Что сильнее всего нарушает ваш психологический комфорт на работе?
1) внутреннее убеждение, что эта работа мне неприятна
2) боязнь неблагоприятных перемен в организации
3) впечатление, что меня «зажимают»
38. Что больше всего вас пугает в случае утраты работы?
1) сама мысль о том, что именно я незаслуженно стал «безработным»
2) вероятность смены профессии и проблема выбора новой профессии
3) перспектива остаться без средств к существованию на неопределенное время
39. Моя профессия оказалась…
1) не тем, что я предполагал, и это мне понравилось
2) делом, в котором есть много вариантов для разнообразного приложения своих усилий
3) не тем, что я предполагал, и я разочарован
40. Моя профессия оказалась…
1) делом, в котором нужно постоянно совершенствоваться, и это меня вдохновляет
2) делом, в котором нужно постоянно совершенствоваться, и это нормально
3) делом, в котором нужно постоянно совершенствоваться, и это меня утомляет
41. Моя профессия оказалась…
1) делом, жизненно важным для других людей
2) делом, важным лично для меня
3) пустым занятием, только лишь средством заработка
42. На профессиональном поприще я прежде всего стараюсь…
1) создать что-то новое и значительное, чего никто до меня не делал
2) добиться одобрения людей и признания коллегами моих заслуг
3) добиться быстрого продвижения по службе
43. В своей профессиональной деятельности я прежде всего стремлюсь…
1) всегда отстаивать свои идеи и решения, если я в них уверен
2) выполнять свои обязанности в разумных пределах, чтобы ко мне не было претензий
3) не делать работу, за которую не платят
44. В случае конфликта между принципами профессиональной морали и желанием хорошо заработать как бы вы поступили?
1) я ни при каких обстоятельствах не поступлюсь принципами
2) только ради карьеры или денег я не готов нарушить профессиональный долг, но смогу это сделать в случае угрозы для моей жизни
3) я готов поступиться некоторыми принципами профессиональной морали, если это поможет заработать больше денег
45. В случае конфликта между выполнением профессиональных обязанностей и интересами общества как бы вы поступили?
1) профессиональному долгу нужно следовать, только если его выполнение не противоречит общему благу
2) я всегда исхожу из собственных интересов, даже если они противоречат общему благу
3) я не стану разглашать сведений о профессиональных нарушениях в организации, ведь это навредит организации
46. Что могло бы вас удержать от заведомо неправильных, но хорошо оплачиваемых действий на вашем рабочем посту?
1) уважение к себе как к профессионалу: стыдно будет людям в глаза смотреть
2) чувство гражданской ответственности
3) страх перед наказанием
47. Что еще могло бы вас удержать от заведомо неправильных, но хорошо оплачиваемых действий на вашем рабочем посту?
1) если мои неправильные действия нанесут вред другим людям, то мне не нужны никакие деньги
2) если так же неправильно поступят другие, то и я не буду отказываться от хороших денег
3) ничего не остановит, лишь бы побольше заплатили
48. Если бы вы сейчас выбирали профессию, какую бы предпочли?
1) ту же, которую имею
2) профессию, более соответствующую моим способностям и интересам
3) более доходную профессию, на которую есть устойчивый спрос
49. Если бы вы снова выбирали профессию, какую бы предпочли?
1) самую востребованную современную профессию
2) самую высокооплачиваемую профессию, кроме криминальных
3) что-нибудь поближе к элите
50. Какую профессию из перечисленных вы бы предпочли?
1) профессию, в которой ни один день не был бы похож на другой
2) такую профессию, в которой я буду больше всего нужен людям
3) профессию со стабильным заработком и чтобы ее не пришлось менять
51. Какую профессию из перечисленных вы бы предпочли?
1) профессию, которая дала бы шанс прославиться
2) не так важна сама профессия, как должность, которая дает власть над людьми
3) профессию, где минимум работы и максимум денег
52. Я уйду из профессии, если…
1) она не дает простора для карьеры и обогащения
2) я не буду чувствовать себя в профессии состоявшимся человеком
3) ее нельзя назвать «профессией для души»
53. Как вы относитесь к требованиям работодателей предоставить резюме при поступлении на работу?
1) резюме – это формальность, главное – личная беседа с работодателем, к ней и надо готовиться
2) отношусь серьезно и стараюсь представить сведения о себе в наиболее выгодном свете
3) резюме придумали, чтобы был повод отклонить кандидатуры «с улицы», а на работу берут все равно по знакомству
54. Насколько правдивым должно быть ваше резюме?
1) в резюме должна быть только правда, поскольку в дальнейшей работе истинное положение дел обязательно обнаружится
2) резюме – это приукрашенная правда, и важно уметь поддержать этот красивый образ до момента приема на работу
3) неважно, правда или ложь представлены в резюме, важно устроиться на работу, а там уж я смогу удержаться
55. Какую роль играет резюме при поступлении на работу?
1) я считаю, что резюме дает шанс повлиять на дальнейшую беседу с работодателем в нужном для меня направлении
2) боюсь, что дальше резюме мой контакт с работодателем не пойдет
3) резюме ничего не дает, так как каждый может составить любое резюме
56. Как вы будете готовить ваше резюме?
1) у меня не было опыта в составлении резюме, но я буду делать это самостоятельно, максимально честно, и постараюсь привлечь к себе внимание
2) чтобы составить резюме, обращусь к специалистам
3) у меня не было опыта в составлении резюме, но это не проблема, – скачаю из Интернета или спрошу у друзей

Пояснения

Каждый вопрос предполагает выбор только одного из трех предложенных ответов, которые располагаются в порядке убывания силы эмоциональной связи и степени идентификации с позицией, сформулированной в вопросе.

Bepul matn qismi tugad.