Kitobni o'qish: «Психология семьи. Учебник для вузов»

Рецензенты:

Д. В. Ушаков, доктор психологических наук, член-корреспондент РАН, заведующий лабораторией психофизиологии Института психологии РАН;

В. Л. Ситников, доктор психологических наук, заведующий кафедрой прикладной психологии Петербургского государственного университета путей сообщения;

Р. А. Березовская, кандидат психологических наук, доцент кафедры обеспечения профессиональной деятельности факультета психологии Санкт-Петербургского государственного университета.

© ООО Издательство «Питер», 2017

© Серия «Учебник для вузов», 2017

Введение

Рождаясь мальчиком или девочкой, каждый из нас становится человеком именно в семье. Семья вводит ребенка в мир природы и мир людей, из нее он берет навыки общения и способы познания окружающей среды. Наша страна имеет большой опыт воспитания детей вне семьи – в детских домах. Однако, как бы много финансов ни вкладывало государство в поддержку таких детей, они не выдерживают конкуренции с детьми, выросшими в семьях, часто тратящих много меньше средств на них, чем государство – на детдомовских. Никакими деньгами не купишь тепло человеческих отношений, то самое глубинное, чему обучает семья ребенка, чтобы он стал человеком: за душевное тепло можно платить только душевным теплом.

Потребность в создании нового учебника обусловлена тем, что семья – живой и крайне изменчивый организм. Несмотря на внешне кажущуюся фундаментальность и незыблемость, даже в течение жизни одного поколения можно видеть происходящие внутри нее трансформации. Все меньше семей живет группами из нескольких поколений, все больше возникает смешанных семей, в которых родители вступают не в первый брак, а дети имеют родителей, живущих в других семьях. Мы видим, что многие молодые люди предпочитают заключать брак значительно позднее, чем это делали их родственники несколько поколений назад. Семья из ячейки общества, одной из функций которой была хозяйственная, все больше становится убежищем, где люди ищут психологический комфорт, душевное тепло, а не материальную поддержку. Эти изменения необходимо описать и оценить с точки зрения их последствий для каждого члена семьи.

Данное издание относится к учебникам третьего поколения. Новый стандарт делает акцент не столько на усвоении содержания предмета, сколько на формировании компетенций, то есть умении применять полученные знания в том реальном социуме, в который погружены и студенты, и преподаватели. Особенностью нового стандарта является то, что больше внимания уделяется самостоятельной работе студентов, поиску ими необходимой информации не из одного, возможно, очень качественного, источника, а из многих. Поэтому учебник, в котором была бы собрана вся информация по предмету, и не столь необходим, и невозможен, поскольку объем информации слишком велик, чтобы быть аккумулированным в одной книге. Таким образом, этот учебник имеет своей целью не создание информационной базы, но описание круга вопросов, направленных на исследование семьи и ее роли в современном обществе, подходов к анализу трудных, возможно, пока крайне конфликтных ситуаций, поляризующих современное общество. Задача учебника состоит не в том, чтобы для подобных случаев дать однозначно верный ответ, а в том, чтобы предложить разные подходы и взгляды на эти сложные проблемы и предоставить студентам имеющуюся на настоящий момент информацию о возможных путях разрешения конфликтов, связанных с семьей.

Изучая практически любой источник по проблемам семьи, студенты столкнутся с представлением о том, что сегодня семья находится в кризисе. Однако современное состояние может выглядеть кризисом только в том случае, если мы полагаем, что некогда был «золотой век» семьи, когда она переживала расцвет, а сейчас, как об этом говорят мифы, мы живем в «бронзовом веке», забыв прежние идеалы. Мне хотелось бы подчеркнуть, что во все времена у семьи возникали проблемы. Это не значит, что современные проблемы чем-то тяжелее прочих. Каждый этап развития человечества рождает тот тип семьи, к которому интеллектуально и морально готов человек, живущий в обществе. Меняются люди, меняются ценности, и вслед за ними меняется семья. Потому не нужно сетовать о «золотом веке», но следует попытаться привести в соответствие человека и его семью, описать условия, при которых в семье будут созданы возможности для максимального развития каждого ее члена.

Весь объем материала по разным аспектам семейных отношений не может быть представлен в одной книге, какой бы большой она ни была. В конце каждой главы предлагаются задания, для выполнения которых требуется не только знание материала этого учебника, но и обращение ко многим другим источникам, чтобы будущий специалист мог оценивать семейную ситуацию целостно, а не ориентируясь на позицию узкой группы ученых. Более того, многие задания предполагают наличие различных ответов на один и тот же вопрос. Значит, здесь нужен не поиск единственно правильного ответа, а умение сопоставлять факты, анализировать и осуществлять прогноз развития семьи, исходя из конкретных данных.

В учебнике затрагиваются как теоретические, так и практические проблемы жизни современной семьи. Рассматриваются животрепещущие вопросы роли мужчины и женщины в воспитании ребенка, безопасности в семье, приемных семей, неполных семей, однополых браков и семей, в которых один из родителей отбывал заключение в исправительном учреждении. Отдельная глава посвящена семьям, воспитывающим больного ребенка.

Этот учебник предназначен для специалистов, которым предстоит практическая работа с семьями, порой с такими, которые составляют небольшой процент от общего числа семей. Проблемные аспекты анализируются именно для того, чтобы в дискуссии на занятиях можно было попытаться найти способы помощи в сохранении семьи, какие бы сложности она ни переживала.

Дисциплина «Психология семьи» в рамках нового государственного стандарта входит в учебный план подготовки бакалавра по направлениям 050400 «Психолого-педагогическое образование» и 050100 «Педагогическое образование». Эта дисциплина включена в профессиональный цикл дисциплин как вариативная часть и имеет четыре кредита, то есть на нее предусматривается 144 академических часа на втором курсе. Содержание выстраивается с ориентировкой на компетенции ОПК-6 (способность организовать совместную деятельность и межличностное взаимодействие субъектов образовательной среды) и ПКПП-3 (способность осуществлять сбор и первичную обработку информации, результатов психологических наблюдений и диагностики.

Учебник включает 10 глав. В главе 1 семья представлена в рамках общества, для которого она и готовит детей и ценности которого в той или иной мере отражает.

Глава 2 посвящена историческому аспекту семьи. Акцент делается на то, что представление о семье как ячейке общества, состоящей из родителей и детей, отсутствовало практически до конца XVIII века. Современная семья – реально новый тип общественной группы. Когда мы говорим о семье в более ранние периоды, мы используем то же слово, но имеем в виду принципиально другую с точки зрения психологии структуру.

В главе 3 семья рассматривается в ее поколенческом развитии. Проанализирована основная концепция жизненного цикла семьи от момента возникновения до смерти родителей, ее создавших. Понимание жизненного цикла позволяет дифференцировать методы влияния на каждого из членов семьи в зависимости от этапа, на котором она находится.

В главе 4 осуществлена попытка соотнести понятия «любовь» и «брак». Они имеют много интерпретаций, поэтому в главе рассматривается большое количество проблемных точек.

Глава 5 посвящена соотнесению понятий «личность» и «семья». Каковы механизмы формирования и поддержки личности в семье? Есть ли возможность создать условия для максимального саморазвития каждого члена семейной группы? Насколько эффективна семья, в которой развитие одного члена обеспечивается стагнацией остальных?

В главе 6 анализируются теоретические представления о семье и ее структуре. Многие учебники начинаются именно с теории. Однако мы полагаем, что, чтобы иметь возможность сравнивать эффективность различных теоретических представлений, студент должен ознакомиться с проблемным полем, которое эти теории описывают.

В главе 7 проведен анализ типов семей. Эта глава следует за теоретическим материалом, поскольку в ней не только дана классификация семей, но и описываются проблемы, представленные в этих семьях, и возможные методы, с помощью которых данные проблемы могут быть разрешены.

Глава 8 посвящена семьям, которые воспитывают детей, имеющих проблемы со здоровьем. Данная тематика недостаточно хорошо исследована в нашей стране, однако широко представлена в работах европейских и американских ученых. К сожалению, у нас отсутствие внимания к особым детям сразу бросается в глаза. Мы практически не встречаем на улицах родителей с такими детьми. Мы знаем, насколько не приспособлены российские города для передвижения людей с ограниченными возможностями и как в целом сложно адаптироваться им к нормальной жизни.

В главе 9 рассматриваются проблемы безопасности в семье. Привычным является представление, что опасность может подстерегать человека только на улице. Реалии современной жизни таковы, что огромное количество правонарушений происходит именно в семье, когда насилие осуществляют родители над детьми, дети над родителями и родители друг над другом. В обществе обсуждается проблема постоянного муссирования криминала на телевидении, практически каждый ребенок видит насилие и в реальной жизни: в семье, у соседей, в школе, на улице. Какое влияние это оказывает на ребенка? Может ли само созерцание жестоких поступков изменить его психику? Это одна из самых актуальных проблем современного мира.

Наконец, в главе 10 представлены теоретические основы коррекционной работы в семье и практические приемы, которые может использовать психолог в работе с проблемной семьей. Конкретные методы психотерапии требуют отдельного изучения, поэтому теоретические и практические материалы в рамках главы дают общий взгляд на психотерапию, что должно помочь психологу сориентироваться в процессе работы и определить, к какому специалисту и по поводу какой проблемы он может направить семью, а что способен сделать самостоятельно.

Я благодарю психологическую редакцию издательства «Питер», предложившую мне написание этого учебника и терпеливо ожидавшую окончания работы.

Глава 1. Семья и общество

Семья и брак: определение

Слово «семья» – одно из самых неоднозначных понятий в культуре: кто-то мечтает ее обрести, кто-то стремится вырваться из нее, а кто-то меняет одну семью за другой в попытке найти ту единственную, идеальную, которая сделала бы его счастливым. Однако ни человек, ни семья, ни какой-то иной социальный институт не могут сделать человека счастливым. Напротив, человек, будучи счастливым, может создать хорошую семью.

Семья и люди, в ней живущие, постоянно влияют друг на друга, а потому человек некоторым образом строит семью, но и семья определенно унифицирует его, делая похожим на других ее членов. Следовательно, идентифицируясь с семьей, человек утрачивает часть своей уникальности, приобретая взамен безопасность и стабильность. Есть семьи, создающие условия для развития личности, есть и препятствующие ее развитию и даже разрушающие ее. Что определяет направленность семьи в ту или иную сторону по отношению к личности?

Термин «семья» имеет современное содержание и древнее происхождение. Ученые находят в нем индоевропейские корни, схожие со словами, обозначающими общность территории (Фасмер, 2004). В древнеславянском и древнерусском языках было слово сѣмия, которое обозначало группу кровных родственников и проживающих с ними рабов или слуг, а также других домочадцев (Колесов, 2000). Преобладание именно таких групп и отсутствие слов для обозначения малой группы из родителей и детей (сейчас мы называем ее нуклеарной семьей) наблюдалось практически до конца XVIII века в разных точках земного шара и прежде всего в Европе (Гис Ф., Гис Дж., 2002). Ситуация в России лишь отражала общую тенденцию к проживанию большими группами со многими поколениями родственников. Конечно, представление о семье зависело и от социально-экономического положения человека. Так, в крестьянских хозяйствах Российской империи под семьей понимали тех, кто обедал за одним столом (Кравченко, 2010). Очевидно, что в помещичьих семьях люди обедали не за одним столом, но проживали на одной территории.

Для обозначения такой большой группы в научной литературе приняты термины «фамилия» или «линьяж» (Гис Ф., Гис Дж., 2002). Они определяют иерархически организованный коллектив родственников и близких, владеющих некоторой общей территорией. Родственные связи, общность территории и экономический статус – характеристики, которые описывали подобные группы в различных частях света.

В разные исторические периоды к семье предъявлялись неодинаковые требования, поэтому она менялась с течением времени (об этом будет говориться в главе 2).

Сегодня хозяйственная функция семьи утратила ведущую роль, значимость приобрели другие функции. Семья считается формой организации личного быта, основанной на супружеском союзе и родственных связях, то есть на отношениях между мужем и женой, родителями и детьми, проживающими вместе. Выделяют три группы родственных связей: кровное родство (между сибсами, то есть братьями и сестрами), порождение (родители – дети), законное родство (муж – жена, отчим – пасынок, мачеха – падчерица). Однако в одной семье могут и сейчас проживать родственники нескольких поколений: родители – дети, бабушки – дедушки, прабабушки и прадедушки. Иногда включаются и более дальние родственники, например дяди, тети, племянники.

В Большой советской энциклопедии говорится, что семья – «основанная на браке или кровном родстве малая группа, члены которой связаны общностью быта, взаимной моральной ответственностью и взаимопомощью. В браке и семье отношения, обусловленные различием полов и половой потребностью, проявляются в форме нравственно-психологических отношений. Как социальное явление семья претерпевает изменения в связи с развитием общества; однако прогресс форм семьи обладает относительной самостоятельностью» (БСЭ, 1968–1979). Следовательно, все чаще в определение семьи включается не хозяйственный, а эмоциональный компонент. Говоря о семье, стараются подчеркнуть характер взаимоотношений. Вот еще одно определение: «Семья – это важнейшая форма организации личной жизни, вид социальной общности, малая группа, основанная на супружеском союзе, родственных связях или усыновлении, то есть на многосторонних отношениях между мужем и женой, родителями и детьми, братьями, сестрами, другими родственниками, живущими вместе и ведущими общее хозяйство» (Посысоева, 2004. С. 22). Многие из функций семьи изменились с течением времени, что будет рассмотрено позднее.

Следует различать понятия «семья» и «брак». Брак – это документально засвидетельствованное состояние семьи. Если семья может быть без брака, то брак не может существовать без семьи. Очевидно, что семья появилась существенно раньше, чем государственные структуры, фиксирующие ее состояние как соответствующее или не соответствующее требованиям государства. Адам и Ева представляли собой семью, но не состояли в браке.

Понятие «брак» в большей мере означает права и обязанности, усиливая юридический компонент взаимоотношений: «Брак – это исторически обусловленная, санкционированная и регулируемая обществом форма отношений между мужчиной и женщиной, определяющая их права и обязанности по отношению друг к другу и к детям» (Демографический энциклопедический словарь, 1985). В браке государство контролирует распределение имущества и бюджета семьи в соответствии с законом, тогда как тип отношений не может контролироваться и нет правовых оснований оценить наличие или отсутствие любви в данном браке. Семья может состоять из любящих людей, не зарегистрировавших официальный брак и не имеющих четкого распределения имущества и бюджета. Но государство контролирует права детей, а потому они, даже рожденные вне брака, имеют право на наследование имущества, если отцовство владельца имущества будет доказано юридически.

Слово «брак» происходит от греческого слова γάμος, производного от глагола «брать» (например, «он берет ее в жены») (Фасмер, 2004). Смысл этого слова далек от описания отношений, основанных на чувствах. Оно обозначает отношения, базирующиеся на возможностях, силе, установленных правилах и т. д. В правовых документах вместо слова «брак» возможно использование терминов «брачный союз» и «супружество». Следовательно, заключение брака регулируется обществом и происходит в определенных государственных органах (в нашей стране в настоящее время – в отделах органов местного самоуправления, осуществляющих запись актов гражданского состояния, то есть ЗАГСах). В браке в нашей стране регистрируется семейная связь между двумя разнополыми людьми, достигшими брачного возраста (в настоящее время это 18 лет).

Брак порождает права и обязанности членов семьи по отношению друг к другу, рождающимся детям, а также близким родственникам, если это специально оговаривается в брачном контракте. Заключение брачного контракта позволяет оценить имущественное положение будущих мужа и жены, обозначить формы распределения этого имущества в браке и при его расторжении. Некоторое время назад в обществе бытовало негативное отношение к заключению брачного контракта как к чему-то, что обнаруживает корыстные отношения между супругами. Однако наличие брачного контракта, напротив, делает отношения более открытыми и предсказуемыми и лишает корыстных иллюзий, если они существовали, у одного из партнеров.

В Российской Федерации, согласно Конституции, брак возможен только между двумя разнополыми людьми (в ряде стран заключаются и однополые браки). В то же время в мире существуют браки одного мужчины с несколькими женщинами (такие отношения называют полигинией) или одной женщины с несколькими мужчинами (полиандрия). Правовые аспекты брака раскрываются в Кодексе о браке и семье, в котором закреплены основы семейного законодательства, условия и порядок заключения и прекращения брака, права и обязанности супругов и некоторые другие понятия.

Существует еще один термин – «брачность», означающий сам процесс образования семьи в конкретном обществе. Этот термин чаще применяется в демографическом анализе для описания последовательностей, ведущих к формированию семьи как внутри брака, так и вне его.

Итак, если семья – это в большей мере форма отношений между мужчиной и женщиной, их желание иметь определенное количество детей и определенным образом их воспитывать или не иметь совсем, то брак – это форма контроля общества над семейными отношениями, способ сохранения и развития общества и потребность в воспитании определенного типа граждан, соответствующих обществу на данном этапе его развития. Не всегда общественные механизмы контроля соответствовали (и соответствуют) внутренним потребностям развития личности, в том числе в рамках семьи. Подобные противоречия между интересами личности и общественными задачами, связанными с решением обществом своих проблем, являются механизмом развития не только личности, но и общества в целом, движения общества от авторитаризма, то есть полного подчинения личности задачам государства, к демократии, когда развитие человека ограничивается конституционными правами других членов общества.

Следует иметь в виду, что в быту часто не делается различий между понятиями «семья» и «брак».

Функции семьи

Говоря о функциях семьи, мы, безусловно, будем иметь в виду функции брака, потому что контролировать общество может только брачные отношения.

Функции семьи меняются с развитием общества. Вообще функции обусловлены историческим периодом, составом семьи, ее социальным статусом, конкретными условиями (мирная жизнь или война, революция и т. д.) и ее собственным жизненным циклом. Мы попытаемся их привести в историческом порядке.

Биологическая функция семьи состоит в воспроизводстве людей, то есть рождении и воспитании детей, соответствующих представлениям общества, к которому принадлежит семья. Безусловно, эта самая первая функция, необходимая для сохранения человечества. При рождении дети слишком слабы и не могут выжить самостоятельно, поэтому в обществе должны были возникнуть механизмы поддержки женщины, кормящей ребенка и ограниченной в этот момент в возможностях поиска пропитания. С древности известны методы, с помощью которых правители стремились увеличить число собственных граждан за счет стимулирования рождаемости (Зацепин, 1991). В настоящее время в некоторых странах речь идет не об увеличении рождаемости, а об ее сокращении или стабилизации. Именно поэтому биологическая функция семьи трансформировалась в функцию планирования рождаемости и воспроизводства населения.

Территориальная функция семьи означает, что люди объединяются по признаку совместного проживания и владения определенной территорией. Это может быть квартира, дом, участок земли, которые передаются по наследству по правилам, существующим в обществе. Все большая мобильность общества ведет к тому, что в поисках работы родители переезжают в другой город или даже в другую страну, а потому понятие «отчий дом» утрачивает территориальную составляющую и наделяется эмоциональными характеристиками, связанными с психологической атмосферой пребывания детей вместе с родителями вне зависимости от конкретного места.

Экономическая функция семьи состоит в том, что семья должна обеспечить некий уровень экономического благополучия, соответствующий представлениям общества, в котором она пребывает. Этот уровень достигается совместным ведением хозяйства и общим бюджетом, распределением обязанностей между членами семьи (Смелзер, 1994). Эта составляющая имеет значение, пока в семье есть экономически несамостоятельные дети. Все чаще возникают «гостевые браки», при которых экономически самостоятельные люди встречаются регулярно, но не живут вместе постоянно, что обусловлено характером работы каждого из членов такого союза, требующего длительных командировок или интенсивной изолированной активности.

Передача социального статуса. На протяжении длительного времени в обществах, где социальные лифты были невозможны, человек сохранял тот социальный статус, который был у его родителей (Смелзер, 1994). В XX веке произошли существенные изменения. В демократических странах человек может своим трудом обеспечить переход из одной социальной группы в другую.

Воспитательная функция. Семья представляет собой малую ячейку общества, институт социализации его членов, передающий им нормы, ценности, представления общества. Именно поэтому одной из важнейших функций современной семьи является воспитание детей таким образом, чтобы в дальнейшем они стали членами общества, обеспечивающими непрерывность его развития, обогащение культуры, доставшейся от предков.

Создание условий для безопасности личности, ее самоактуализации. Эмоциональная поддержка личности. Эта функция не только сохраняется, но приобретает все большую значимость для членов семьи, где дети обучаются (или не обучаются) эффективному общению, поддержке, проявлениям привязанности и любви.

Суть рекреативной (восстановительной) функции сводится к восстановлению и поддержанию здоровья, укреплению психофизиологических и психологических ресурсов организма. Именно родители обучают детей отвечать за свое здоровье, собственным примером показывают, как можно снимать стресс, как воздерживаться от вредных привычек.

Поддержание благосостояния (Смелзер, 1994). Поскольку семья обладает тем или иным капиталом, она может передавать его детям или поддерживать своих членов в тяжелые моменты их жизни.

Семья и культура

При анализе семьи наиболее распространен системный подход, в рамках которого семья рассматривается как единая система, имеющая ту или иную иерархически организованную структуру (см. главу 6). В зависимости от конкретной теории ее характеризуют различные параметры и подсистемы. Как правило, это подсистемы супружеских отношений, сибсов и детско-родительских отношений (Parke, 2004). Общеизвестно, что семья существует не в вакууме, а погружена в культуру того или иного общества, имеющего определенную экономическую систему, систему производства материальных благ и их распределения, ценностные убеждения и картину мира, соответствующую уровню развития науки. Это общество наделяет семью важнейшей задачей – транслировать его требования и специфику его культуры каждому из членов семьи, прежде всего детям. Благодаря этому не только воспроизводится определенное народонаселение, но и сохраняются ценности, созданные культурой ранее, а также существует возможность их дальнейшего развития и усовершенствования.

Очевидно, что семья будет в полной мере отражать ситуацию в обществе, которое она представляет. Анализируя специфику семьи, можно отчетливо увидеть все характерные черты культуры, и наоборот.

Вот как охарактеризовал взаимосвязь семьи и общества русский философ Н. А. Бердяев (1989. С. 132): «Семья есть необходимый социальный институт и подчинена тем же законам, что и государство, хозяйство и пр. Семья очень связана с хозяйственным строем и имеет мало отношения к любви, вернее, имеет отношение к каритативной (благотворительной, заботливой. – Е. Н.) любви и лишь косвенное отношение к полу. Элементы рабства всегда были сильны в семье, и они не исчезли и до настоящего времени. Семья есть иерархическое учреждение, основанное на господстве и подчинении. В ней социализация любви означает ее подавление».

Подобное описание семьи как жестокого института обусловлено в том числе устройством общества, в котором жил Бердяев. У читателя есть возможность сравнить это описание с собственным представлением о том обществе, в котором он живет.

Каждая культура на определенном историческом этапе создает свою нормативную модель семьи. Понятие «семья» включает специфику эмоциональной привязанности между членами семьи, некоторую идеологию, в частности религиозные и моральные нормы и нравственность, которых придерживаются ее члены, психологическое описание ролей детей и родителей. Можно сказать, что семья – это то, как данная малая группа и ее члены описывают себя сами в рамках культурных стереотипов, в которых живут.

Как уже было сказано, понятие «брак» определяет правовые отношения между членами семьи, меру ответственности перед обществом каждого члена, способ контроля обществом соблюдения этой ответственности. На разных этапах развития общества цели семьи и брака могут сближаться или расходиться. Так, во время войны необходимость защиты общества и каждого ее члена ведет к тому, что и семья, и общество поставляют юношей в армию. Однако в мирное время семья может укрывать юношей от призыва в армию, хотя обществом предусматриваются меры ответственности за подобное уклонение.

Обществу необходимы дети. Однако не любые дети, а те, которые будут поддерживать его устои, продолжать существующую политику. Именно поэтому до определенного времени в нашей стране на улицах не было детей с проблемами в развитии, которых общество называло инвалидами. Но и сейчас каждый имеет возможность оценить доступность среды того места, где он живет для таких детей.

Современная семья, та самая, что имеет столь недавнюю историю, наделена обществом весьма важной функцией: социализировать ребенка. Это означает, что семья должна так обработать то уникальное, что есть в ребенке от рождения, чтобы он смог проявлять свои желания и реализовывать собственные замыслы в приемлемой для данного общества форме. Именно поэтому самые яркие исторические личности часто входили в конфронтацию с обществом. В свою очередь, общество имеет репрессивную машину, которая перемалывает не только тех людей, которые реально нарушают права других граждан, но и тех, кто стремится ускорить или изменить процесс развития общества. Часто такими людьми являлись выдающиеся ученые, чьи личности не вмещались в узкие рамки, оставленные обществом для проявлений индивидуальности. Менделеев, чьим достижением мы так гордимся, был уволен из Санкт-Петербургского университета за поддержку политических требований студентов. Мечников не выдержал напряженных отношений с начальством сначала в Новороссийском университете, а потом и в бактериологической станции в Одессе, и Нобелевскую премию получил за работу у Пастера в Париже.

Общество критически наблюдает за тем, как появляется ребенок, и часто больно «бьет» его, если ребенок рождается до брака, вне брака или внутри брака, но не от законного супруга. Это не прощается никому: даже Петр I был бессилен сделать свою дочь от Екатерины, рожденную до брака, законной наследницей, и Елизавете пришлось силой добиваться престола.

Формальная процедура фиксации брака становится крайне жестким препятствием для нормального развития ребенка в семье, который не может отвечать ни за поступки его родителей, ни за правила, принятые людьми в силу тех или иных причин.

Практически все важнейшие задачи общества реализуются через семью. Уже было сказано о защите общества от внешних врагов. Именно в семье формируются представления о том, сколько детей должна иметь семья и как она их должна воспитывать. Таким образом решается демографическая проблема. Состояние здоровья общества также определяется семьей, поскольку именно в семье закладываются гигиенические навыки, ответственность за свое здоровье или безответственность, привычка к закаливанию, получение удовольствия от физической нагрузки или потребность в алкоголе при всех значимых событиях, происходящих и в семье, и вне ее. В семье у ребенка формируется отношение к потреблению материальных благ и восприятие духовных ценностей общества. Семья определяет, насколько важно образование для ребенка. Отношение родителей ребенка к школе и учителям предопределит его интерес к знаниям и интеллектуальному развитию либо очень рано приведет к остановке личностного роста.

Семья прививает ребенку отношение к труду, а потому именно от нее зависит, будут ли в обществе трудовые ресурсы и какого качества, насколько добросовестно человек будет выполнять свои обязанности, насколько вероятно, что он будет созидать, а не искать способы получения пособия по нетрудоспособности. Семья помогает проблемному ребенку научиться отвечать за себя либо формирует зависимость от внешней помощи.

Точно так же семья предопределяет отношение к старшим, воспитывает заботу внуков о стариках, взаимопомощь и взаимоподдержку или, напротив, взращивает глухую ненависть всех против всех.

Подобное описание семьи связано с социологическим подходом, при котором семья рассматривается как малая группа со свойственным ей распределением ролей и статусов. Задача психологии семьи другая. Она состоит в описании влияния семьи на личность каждого ее члена и влияния каждого члена на общий психологический климат в семье.

Известно, например, что люди в рамках семьи живут дольше, чем люди, не создавшие семейных уз (Семенова и др., 2009). Это касается практически всех причин смертности: и в результате самоубийств, и в результате злоупотребления алкоголем, никотином или наркотиками, и в результате болезней, требующих длительного лечения.

Безусловно, положительное влияние на здоровье оказывает только благополучная семья, тогда как неблагополучная скорее ухудшает его. Известно немало заболеваний, корнями уходящих в семью. В частности, зависимое поведение сейчас рассматривается как производное от зависимой личности, формируемой в семье (Николаева, 2002).

Ребенок, взрослея, идентифицирует себя с группой людей, его окружающей. Кроме имени, которое подбирают ему родители, исходя из собственных представлений, он получает, как правило, фамилию, одинаковую у всех членов семьи. Затем он узнает, что у него есть и отчество, обещающее более точную идентификацию с той группой, поведение которой он должен рассматривать как образцовое и на мнение которой должен ориентироваться в выборе жизненного пути.

Семья зачастую закрыта от взгляда извне. Именно поэтому она может окружить ребенка любовью, защищая до определенного времени от жестких требований общества, но она же может выбросить крошечного человечка в холодный мир улицы, ломающий неподготовленную душу недетскими законами. Тот факт, что ежегодно дети убивают своих родителей, а родители – детей, свидетельствует не в пользу семьи. Однако при этом не существует других институтов социализации ребенка, которые были бы эффективнее семейных, когда семья функционирует в рамках нормы (Боулби, 2006).

Многие проблемы современной семьи и общества исторически обусловлены. Весь животный мир и человек как его часть умеют отличать свое и чужое. Любое сообщество имеет соподчиненную структуру, которая обычно соотносится со степенью родственной близости к руководителю этого сообщества.

Мы уже говорили, что основными являются три признака семьи:

• брачные или кровнородственные связи между всеми ее членами;

• совместное проживание в одном помещении;

• общий семейный бюджет.

Семья аккумулирует все противоречия общества. Наше общество называет себя демократическим. Демократические законы декларируют свободу вероисповедания. Однако где в православной церкви положено находиться только что родившей женщине? В приделе, рядом с провинившимися по той или иной причине людьми, на которых наложена епитимья. Тогда как ее муж, отец ребенка, имеющий непосредственное отношение к его рождению, стоит на службе вместе со всеми. Женщина, давшая жизнь ребенку, находится за пределами круга людей, достойных войти в церковь. Такие противоречия между провозглашаемыми демократическими лозунгами и конкретными фактами патриархального уклада проходят через семьи и в каждой из них разрешаются по-своему.

Часто подобные противоречия подрывают основу прочности биологической диады мать – ребенок. На словах женщина – полноправный член общества, а на деле – в общественном мнении существует множество нюансов, подчеркивающих неравноправие между мужчиной и женщиной и преимущественную ответственность женщины за рождение ребенка в браке или вне его, а также за рождение больного ребенка.

В стране, по разным подсчетам, в больших городах на 10 браков приходится до семи разводов. В любом классе школы большого мегаполиса не менее трети детей живут в смешанных семьях по причине вторичных браков их родителей. В этих семьях обнаруживается противоречие, реализуемое через язык. В русском языке понятия, описывающие неродственные связи в семье, часто обозначаются словами, имеющими явный негативный оценочный компонент в значении. Так, сын противостоит пасынку, дочь – падчерице, мать – мачехе, отец – отчиму. Для сына любимая – невеста, для его матери – невестка. Как много родителей сообщают детям, что те являются падчерицами или пасынками по отношению к ним, отчимам и мачехам? Очевидно, что люди пытаются уйти от этого языкового разъединения людей, разных по крови, но в силу обстоятельств принадлежащих одной семье. Недостаток полномасштабных исследований этой проблемы свидетельствует об отсутствии интереса к ней со стороны общества, хотя она касается трети населения. Несказанное подспудно действует на каждого участника общения.

Именно поэтому с таким трудом формируется институт приемной семьи. Ведь препятствия существуют не только в самих обстоятельствах, но и в языке, на котором говорят члены семьи, а соответственно, язык отражает понятия, существующие в их умах.

Язык нашего общества не имеет приемлемых слов для объяснения ребенку процесса его появления – самого значимого момента в жизни малыша, семьи и в конечном счете – страны. Есть достаточно слов, существующих в узких рамках определенных субкультур. Поскольку они считаются нецензурными, жаргонными, их нельзя применять в школе или дома, когда родители пытаются ответить ребенку на вполне закономерный вопрос: «Откуда я взялся?»

В литературных источниках используются научные термины, заимствования из латинского и греческого языков. Почему римляне и греки могли не стесняться, а для современного россиянина говорить «об этом» неприлично? Получается, что люди нечто делают, более того, то, что они делают, – крайне значимо для общества, называющего это «демографической проблемой», и у них нет возможности обсудить данный вопрос друг с другом даже в кругу семьи.

Любые попытки начать разговор с представителями подрастающего поколения о проблемах сексуальных отношений (в данном контексте это словосочетание употреблено как наиболее нейтральное, но вряд ли оно подходит для общения мужа и жены, отца и сына, матери и дочери) приводят к жестким спорам. Они всегда заканчиваются победой тех, кто против открытого диалога общества с молодежью о том, что ее интересует, и настаивает на поучающем лицемерном монологе взрослых. Возможно, именно потому, что в обществе получила распространение ложь: родители делают то, о чем не могут сказать детям; дети, вырастая, совершают множество ошибок, которые ломают судьбы новых детей, за которых никто не несет ответственности. Ибо если детей приносит аист, то он и должен их воспитывать и в конечном итоге отвечать за них перед законом (даже страшно подумать, что будет, если эту функцию возложат на капусту).

Язык и сознание составляют единое целое, направляющее действие человека и общества не по декларируемому пути, а по тому, который под этим подспудно подразумевается. Сознание – «совместное знание», выраженное средствами языка. «Неродное» означает «худшее», а части тела родителей, участвующие в процессе создания ребенка, и сам процесс зачатия обозначается словами, имеющими оттенок чего-то грязного и непристойного. Однако благодаря этому грязному рождается самое светлое – наши дети, наше будущее и наша надежда. Языковое знание завуалированно влияет на отношение к женщине (с которой можно общаться определенным образом, но нельзя это называть, и за результат этого процесса она одна должна нести ответственность), к ребенку (о котором можно говорить, но происхождение которого окутано тайной, а потому его всегда можно назвать неродным), а также к неродному ребенку, который плох из-за самого факта отсутствия родства.

За пределами семьи

Понятия «свой» и «чужой» – одни из первых, с которыми знакомится ребенок. Практически все русскоязычные дети засыпают под колыбельную:

 
Баю-баюшки баю,
Не ложися на краю.
Придет серенький волчок
И потащит во лесок.
Он потащит во лесок
Под ракитовый кусток.
 

Что будет потом? Воображение малыша может нарисовать картину, в которой последствия будут варьироваться от приключений Маугли до чего-то в стиле Фредди Крюгера. В любом случае «потом» будет проходить уже вне теплых семейных рамок.

Край – это то, что отделяет свое от чужого (Осорина, 2008). Ребенок с детства учится понимать, что за краем – другие законы и правила, которые ему пока знать не следует, поскольку они опасны для него. Семья постепенно учит подчиняться этим правилам по мере развития у ребенка физической и психологической способности их исполнять.

Человек – существо глубоко общественное. Известно, что в Афинах периода Древней Греции при наказании гражданин выбирал между самоубийством (он должен был выпить чашу напитка с цикутой) и изгнанием. Многие, в частности Сократ, предпочитали самоубийство изгнанию, настолько болезненным для них было отчуждение от сообщества, в котором прошла жизнь. Чужое выглядело (и, безусловно, таковым и являлось) весьма опасным. Достаточно вспомнить, что философ Платон дважды попадал в рабство, когда оказывался вне родных Афин.

Однако лишь совсем недавно (а именно в 1974 году) этой способности – вычленять признаки чужого – было дано название «социальная эксклюзия» (Gore, 1994). Соответственно, вовлечение своих в совместные действия стало называться инклюзией. В основе социальной идентификации, то есть отождествления себя с определенной группой и автоматического отделения от других, лежат, безусловно, эволюционные механизмы, свойственные всем млекопитающим. Однако у человека на этот процесс накладывается влияние культуры, которая через свои символы (слова, образы, знаки, обозначающие мужское и женское начало, страну и многое другое) предлагает приемлемые образцы поведения для каждого своего члена.

Под термином «социальная эксклюзия» понимаются социально незащищенные группы людей: дети с проблемами в развитии, одинокие родители, пожилые инвалиды, дети-сироты. Очевидно, что это именно те, кто в силу обстоятельств оказался вне рамок семьи. Общеизвестно, что при рождении ребенка с проблемами, которого до сих пор называют инвалидом в нашей стране, вероятность того, что отец уйдет из семьи, составляет 50 % (в странах, где этим семьям оказывается разнообразная государственная поддержка, такое происходит гораздо реже). Следовательно, за пределами семьи оказывается большая группа людей, которые ни при каких условиях не смогут быть настолько конкурентоспособными и эффективными, чтобы самостоятельно обеспечить свое существование в том специфическом мире, который мы называем современным, прогрессивным, цивилизованным и т. д. Эти люди неагрессивны по своей природе и не угрожают обществу. Они лишь стоят перед его глазами немым укором, являются свидетельством того, что пресловутые вечные ценности признаются таковыми только на бумаге, в церкви или средствах массовой информации.

Современная общественная мысль предлагает два способа решения проблемы социальной эксклюзии. Первый способ ориентирован на включение подобных людей в общественную жизнь. При этом те, кто считает эту позицию правильной, утверждают, что любые меньшинства в рамках общества имеют право на защиту, а общество являет собой целостность всех граждан, а не только их большинства. Они полагают, что большинство монополизировало право и создало те правила жизни в обществе, которые удобны ему. Однако в этом случае большинство должно предоставить право для реализации гражданских прав и тем, кто не соответствует этому правопорядку. Именно эту позицию разделяют Европейская комиссия и Совет Европы, объясняющие социальную эксклюзию неадекватной реализацией социальных прав (Гомьен и др., 1998).

При таком пути решения проблемы общество обязано создавать условия, при которых каждый человек из групп эксклюзии наделяется социальной поддержкой. Она обеспечивается за счет граждан, способных быть успешными в существующих условиях. Именно поэтому все общественные здания строятся таким образом, чтобы в них беспрепятственно могли попасть люди на колясках, слепые и глухие граждане.

Однако есть и другое решение, согласно которому каждый человек самостоятельно выбирает право на тот или иной стиль жизни. Очевидно, что люди с ограниченными возможностями, а также дети не смогут ни выбирать, ни самостоятельно выжить в обществе, пренебрегающем их нуждами. К такому обществу, к сожалению, относится и наше. Оно предпочитает не замечать представителей групп эксклюзии, а потому даже современные общественные здания (прошло более 20 лет перестройки) в России, как правило, не имеют пандусов, лифтов и других необходимых конструкций, способных предоставить равные возможности всем людям, в том числе семьям, имеющим ребенка с проблемами в развитии. Но все-таки человечество достигло столь высоких степеней развития, что на каком-то этапе самые чувствительные из его членов сформулировали представление об альтруизме, предполагающем возможность помощи тем, кто сам не способен обеспечить собственную защиту (Кропоткин, 1907).

В законодательстве нашей страны вместо слов «социальная эксклюзия» используется термин «трудная жизненная ситуация» (Федеральный закон, 1995; постановление Правительства, 1997). Он характеризует людей, нуждающихся в помощи: инвалиды (только у нас существуют этот термин для обозначения людей с ограниченными возможностями и соответственное отношение); люди пожилого возраста; нетрудоспособные и социально уязвимые группы населения; дети-сироты; безнадзорные дети; несовершеннолетние правонарушители; дети-социальные сироты; лица без определенного места жительства; лица, не способные к самообслуживанию в связи с преклонным возрастом, болезнью; малообеспеченные; безработные; дети, подвергающиеся жестокому обращению в семье; граждане, пострадавшие от физического или психического насилия, стихийных бедствий, в результате вооруженных и межэтнических конфликтов; другие клиенты социальных служб, нуждающиеся в предоставлении временного приюта.

Очевидно, что государство не может обеспечить условия для реализации прав данных групп. Даже если бы в одно мгновение оно получило бы достаточно средств, чтобы все эти люди смогли иметь достойное жилье и еду, оно не сможет дать им тепло душевное. Семья имеет неоспоримое преимущество перед любым из государственных институтов: она удовлетворяет самую важную потребность после физиологической и потребности в безопасности (Маслоу, 1997) – потребность в теплых человеческих чувствах, любви, близости. Однако государство определенно способно помочь семье, с одной стороны, не отказываться от стариков и детей, а с другой – принять в свое лоно чужих и сделать их своими.

Задания

• Сопоставьте определения семьи из разных источников. Выберите наиболее полное из них и обоснуйте свою точку зрения.

• Проанализируйте отличие понятий «семья» и «брак». Приведите пример брака без семьи и семьи без брака.

• Как вы считаете, сохранятся ли оба термина в будущем? Обоснуйте ваш вывод.

• Обсудите функции семьи. Возможно ли, что некоторые функции исчезнут в будущем и добавятся другие? Какие?

• Какие функции семьи вас устраивают в настоящее время? Какие вы хотели бы изменить? Как?

• Отметьте черты патриархальности современной культуры России. Как они проявляются в рамках семьи? Опишите положительные и негативные стороны наличия разных укладов в рамках демократического государства.

• Предложите ваши методы борьбы с эксклюзией в обществе.

• Приведите пример инклюзии. Опишите возможности применения инклюзии в разных социальных институтах.

• Создайте словарь терминов, с которыми вы встретились в рамках данной главы.

• Какие аспекты взаимоотношений семьи и культуры не рассмотрены в данной главе, но они необходимы для эффективного анализа семьи?

• Опишите действия государства, которые способствовали бы расцвету семьи в нашей стране. Что для этого могут сделать психологи?

Глава 2. Семья в исторической перспективе

Основания для классификации семей в историческом процессе

Семья меняется в процессе исторического развития человечества, но и описание истории зависит от того, готовы ли люди объективно рассматривать свое прошлое или предпочитают жить в мире иллюзий относительно собственной истории.

Очевидно, что не сохранилось письменных или других достоверных материальных источников, свидетельствующих об особенностях взаимоотношений мужчин и женщин в период становления человеческого общества. Именно поэтому информацию о тех первых отношениях восстанавливают на основе изучения более примитивных обществ, до сих пор живущих на земле.

Есть теории, описывающие изменения семьи как связанные с экономическим развитием общества, его классовым состоянием, социальным становлением. Сделаем попытку соотнести развитие семьи с изменением ее функций во времени и с уровнем культуры, принимая во внимание разные теоретические построения.

Итак, современная семья описывается как результат длительной эволюции, сохранения семейных традиций и их разрушения в соответствии с новыми задачами, которые ставят перед собой люди, формирующие семью.

Одной из первых функций семьи, которые общество взяло под контроль, была сексуальная функция, поскольку продолжение рода – первое условие существования любого общества.

Анализ сексуальных связей в рамках разных сообществ свидетельствует о том, что в реальности существовали и до сих пор существуют все теоретически возможные варианты отношений мужчин и женщин в браке. Брак, который создается двумя людьми, называется моногамным, многими – полигамным (многобрачие). Моногамный брак может быть гетеросексуальным (между мужчиной и женщиной) и гомосексуальным, или однополым (между представителями одного и того же пола). Полигамия может выглядеть как полиандрия (многомужество, распространено в странах Южной Америки, Тибете, среди племен Индии) или как полигиния (многоженство, распространено в мусульманском мире и странах Востока). Когда жена старшего брата становится общей женой всех братьев и занимает достаточно высокое положение в семье (до сих пор такое возможно в Индии), такой вариант полиандрии называется фратернальной (братской) семьей. Если в брак вступают несколько сестер с одним мужчиной, такая полигиния называется сороральной (Зритнева, 2006).

Эта классификация брачных отношений основана на горизонтальном срезе возможных сексуальных связей, иными словами, описывает разнообразие отношений как некогда существовавших, так и присутствующих в настоящее время. Рассматривая степень контроля со стороны общества за сексуальными отношениями исторически (то есть в некоторой последовательности появления), можно выделить следующие этапы.

1. Промискуитет (с лат. – «всеобщность»), то есть социально нерегулируемая связь между полами. Считается, что этот тип отношений существовал на раннем этапе развития человечества. Стоит подчеркнуть, что понимание связи между половым актом и рождением ребенка возникает в истории человечества достаточно поздно, поэтому промискуитет связан не с рождением детей, а с особенностями социальных отношений и поддержкой между членами группы. Так, у ближайших к человеку родственников – карликовых шимпанзе бонобо – с помощью полового акта заключаются примирения противников (вне зависимости от пола), поддержка больного или ослабленного члена сообщества и т. д.

2. Эндогамия (от греч. «эндо» – «внутри», «гамос» – «брак»), то есть обычай заключения браков внутри замкнутой группы сородичей.

3. Экзогамия (от греч. «экзо» – «вне», «гамос» – «брак») – форма отношений между полами, связанная с ограничением сексуальных связей между кровными родственниками.

Есть мнение, что в человеческом сообществе промискуитета быть не могло (Малиновский, 2005), поскольку оно отличается от животного наличием культуры, которая весьма рано накладывает на человека определенные ограничения, имеющие функциональное значение. Однако для наложения подобных ограничений необходимо понимание последствий сексуальных отношений, а оно отсутствует иногда у существующих в настоящее время примитивных сообществ. Поэтому большинство исследователей настаивают на возможности такого типа взаимоотношений.

Экзогамия имела существенное преимущество перед другими формами отношений, поскольку резко снижала вероятность возникновения инбредных потомков, то есть характеризующихся одинаковыми аллелями генов, расположенных на хромосомах, пришедших от разных родителей. Суть явления состоит в следующем. Ребенок получает гены от двух родителей. Каждый ген имеет несколько разновидностей – аллелей. При скрещивании с неродственниками ребенок получает разные аллели одного гена. Когда имеет место близкородственное скрещивание, резко повышается вероятность получения одинаковых аллелей генов. С течением эволюции накапливается множество мутаций, а потому часть аллелей обусловливает ту или иную патологию. Если на двух хромосомах находятся одинаковые поврежденные аллели, вероятность гибели ребенка резко возрастает. В тех случаях, когда аллели разные, вероятность того, что один будет точно неповрежденным, резко повышается. Рождение нежизнеспособного потомства, по-видимому, и стало причиной возникновения запретов на близкородственные браки на весьма раннем этапе эволюционного развития. Стоит подчеркнуть, что в существующих в настоящее время сообществах млекопитающих имеются различные препятствия для близкородственного скрещивания (Вааль де, 2016). Подобные запреты появились практически во всех сообществах людей, как бы далеко они ни были расположены друг от друга.

Безусловно, не сохранилось свидетельств того, как выглядели первые брачные отношения. Исследователи, опираясь на изучение примитивных племен, описанных в период всплеска географических открытий, предполагают, что первой формой брака мог быть групповой дуально-родовой брак. В этом случае представители одного рода вступали в сексуальные отношения с представителями другого рода, но в целом ответственность за детей несла не пара, а весь род. В силу сложности определения отцовства в те времена родство оценивалось по материнской линии, а потому и период этот называется матриархатом. Иными словами, матриархат в общем смысле – это не главенство женщины в роде, а период, когда родство описывалось по материнской линии. Предполагается, что групповой брак существовал повсеместно до конца каменного века. Подобный тип отношений был обнаружен у народа айны на Курильских островах и Сахалине еще в начале XX века.

Следующим этапом стал парный брак, при котором предполагалась некоторая длительность отношений мужчины и женщины. Он мог возникнуть в том случае, если пара имела возможность вести какую-либо хозяйственную деятельность, но пока в рамках рода.

Усовершенствование способов производства и возникновение земледелия как более надежного способа прокормить семью привело к формированию моногамной семьи, имеющей определенную хозяйственную самостоятельность и, как следствие, самостоятельность в воспитании детей. Необходимость передачи собственности обусловила потребность установления отцовства и отсюда – ограничение сексуальных связей внутрисемейными отношениями.

Соответственно, передача собственности от отца к сыну привела к возникновению патриархата и одновременно появлению неравенства супругов. Преимущество получал мужчина, обладающий большей силой и осуществляющий передачу собственности. Это определило его главенствующую роль в семье. Формирование института частной собственности стало тем механизмом, который создал патриархальную семью.

В соответствии с религиозной принадлежностью в рамках христианства сформировались преимущественно моногамные семьи, в рамках ислама – полигамные.

Далее на развитие семьи влияли сразу несколько процессов: становление определенной государственности, хозяйственных отношений, в которых участвовала семья; индустриальная революция, позволившая вывести хозяйственную функцию за пределы семьи и усилить внимание к воспитанию детей и индивидуально-личному общению между членами семьи. При смене общественного уклада менялась и семья – от расширенной патриархальной группы к малым нуклеарным семьям.

По типу власти в семье различают три типа семейных групп (Смелзер, 1994):

• патриархальная семья, где власть принадлежит мужу;

• матриархальная семья, в которой власть принадлежит жене;

• эгалитарная семья, в которой власть равномерно распределяется между мужем и женой.

По типу отношений родителей к детям, санкционированных государством, Л. де Моз (2000) выделил шесть стилей отношений в семьях. Следует отметить, что появление данной книги вызвало большой общественный резонанс, однако детальный анализ обнаружил в ней много ошибочных выводов и наличие неподтвержденных фактов. Вместе с тем это не препятствует рассмотрению выделенных стилей, но требует от читателя большей скрупулезности и тщательности при изучении приведенных данных.

1. Инфантицидный – стиль, при котором родители могли совершать детоубийство или насилие по отношению к детям. Реальность подобных расправ доказывается многократно пересказанным эпизодом убийства детей в Спарте в местечке Кеадос. Плутарх (в «Сравнительных жизнеописаниях») рассказывал, что после рождения каждого ребенка демонстрировали совету старейшин, который осматривал новорожденного и решал, жить младенцу или нет. Большинство современных ученых настаивает на том, что подобный подход к детям в Древней Греции – всего лишь миф. Во время археологических раскопок в этом месте не обнаружено детских скелетов, хотя найдено достаточное количество останков взрослых. Это не означает, что младенцев в Спарте не убивали. Однако, вероятно, это не носило такого масштаба, как об этом думали только на основании свидетельства Плутарха.

2. Факты убийства младенцев – инфантицид – есть в любом обществе, в том числе и в современной России. И в Древней Греции, и в Древнем Риме глава семейства мог убить ребенка, если по какой-то причине он не соответствовал его представлениям (с древности до IV века н. э.), и не иметь в связи с этим юридических последствий (Марру, 1998). Конечно, это не было функцией общества как такового. Это просто отсутствие видения в ребенке личности. Но и сейчас есть семьи, в которых отцы отказываются от общения с малышом, утверждая, что начнут его воспитывать, когда подрастет.

3. Бросающий – стиль, отличающийся тем, что воспитанием ребенка занимались не родители, а некто другой. Позитивным по отношению к предыдущему периоду становится факт признания у ребенка наличия души и, соответственно, возникновение препятствий для простого убийства новорожденного. Безусловно, этот подход опирается на христианство. Однако в соответствии с библейскими заветами по отношению к ребенку возможно насилие, и оно признается обоснованным. Обычно ребенка отдают кормилице, если семья состоятельная, в чужую семью, в монастырь и пр. (IV–XVII века). Известно, что Ж.-Ж. Руссо, сам выросший в приюте, отдал своих пятерых детей в приют, поскольку полагал, что жить там им будет лучше, чем в обществе, в котором жил он и которое считал развращенным.

4. Амбивалентный – стиль, отличающийся тем, что ребенок включался в эмоциональную жизнь родителей. Тем не менее дети еще не были полноправными членами семьи, ими и их будущим управляли родители, используя в качестве инструмента воспитания жестокие физические методы наказания (XIV–XVII века).

5. Навязчивый – стиль, символизирующий тот факт, что эмоциональная связь между родителем и ребенком становится более интенсивной, но регламентация поведения ребенка не ослабевает, что порождает (XVIII век) конфликт отцов и детей. Родители предопределяют профессию ребенка, его религиозную принадлежность, находят ему супругу (супруга), требуют выполнения тех или иных социальных норм.

6. Социализирующий – стиль, при котором усилия родителей направлены на подготовку детей к самостоятельной жизни, формирование характера; ребенок для них – объект воспитания и обучения (XIX – начало XX века).

7. Помогающий – родители стремятся обеспечить индивидуальное развитие ребенка с учетом его склонностей и способностей, наладить эмоциональный контакт с ним (середина XX века – настоящее время).

Де Моз полагал, что эти шесть стилей возникали в обществе исторически, последовательно один за другим. Сейчас доказано, что это не так. Известно, что уже в Древней Греции мальчиков с семи лет воспитывали не родители, а учителя в гимнасиях. Итак, бросающий стиль может относиться к детям до и после того периода, который определил де Моз. Инфантицид также не закончился ранним периодом существования общества. Амбивалентный стиль, отличающийся тем, что родители включали ребенка в свою эмоциональную жизнь, также ставит ряд вопросов. Обладая родительским инстинктом, окрашенным человеческой индивидуальностью, здоровая мать не могла быть неэмоциональной по отношению к новорожденному. Дети всегда вызывали чувства у своих родителей в той или иной степени, как бы общество ни ограничивало степень эмоциональной близости.

Таким образом, эта классификация выглядит не как последовательная смена стадий взаимоотношений родителей с детьми в какой-либо исторический период, но как иллюстрация к наиболее типичным ситуациям, характерным для европейского общества, относящегося к христианскому миру. Это не значит, что в Азии или на Американском континенте изменения отношения к детям имели такие же закономерности. В каждом случае необходимы отдельные исследования, поскольку в значительной мере общество под влиянием религиозных представлений регламентирует и родительские чувства, и способы их проявления в конкретных условиях.

Де Моз высказал важные соображения о том, что плод уже в утробе матери получает некоторый опыт (фетальный, с лат. – «зародыш»). Он полагал, что негативные воздействия, испытываемые матерью, травмируют плод, а затем и ребенка. Такими негативными воздействиями могут быть недостаток кислорода, питания или присутствие в воздухе и пище вредных веществ. Эти фетальные травмы сохраняются в человеке на протяжении всей жизни, поскольку находятся в бессознательном и не имеют выхода в виде осознанного переживания. Тем не менее эти переживания определяют осознанные поступки человека. Как и другие высказывания де Моза, указанные предположения не подкрепляются достаточным количеством данных, хотя будят мысль ученых и направляют дальнейшую исследовательскую работу.

Основные теории происхождения семьи

Теоретические представления о семье зависели от общества, в котором они формировались, но и сами оказывали влияние на взгляды на семью в тот или иной исторический период. Особенно сильным такое влияние было в период появления философских трактатов, распространения общих рассуждений, но отсутствия письменных источников, позволяющих представить реальную семейную жизнь, в которых описывались бы действия родителей по отношению к детям.

Первые теории происхождения семьи можно назвать описательными, основанными на тех или иных представлениях авторов. Уже говорилось, что представление о том, что в Спарте больных детей сбрасывали со скалы, впервые было взято из труда Плутарха (1994), который сам не жил в описываемое им время, но пересказывал услышанное.

Геродот (2007), считающийся родоначальником исторической науки, не просто описывал те или иные племена или сообщества, но и высказывал собственные замечания относительно соответствующего содержания. Например, в качестве положительной черты некоторых сообществ он отмечал общность в них женщин. Вполне возможно (достоверных источников во многих случаях нет), что какие-то из подобных описаний являются результатом его неполной информированности о происходящем.

Платон (1971) попытался описать идеальное государство в одноименном сочинении. Он считал, что общность жен, детей и имущества – весьма положительное явление в таком государстве, поскольку способствует сплоченности общества. Многие философы, в том числе и Платон, полагали, что правители могут прислушаться к их мнению и изменить государство в сторону создания идеального общества, удобного для всех.

Появление христианства на территории Европы на долгое время сделало основным источником знаний Библию. Согласно схоластам, трактовавшим тексты, людей в пары соединяет божественный промысел, а потому браки совершаются на небесах. Более того, тип семьи, описанный в Ветхом Завете, никогда не менялся.

Философы рано начали рассматривать семью не как нечто статичное, а как то, что меняется, хотя описаний связи трансформаций с историческим процессом не было. Они полагали, что, изменяя общество, можно изменить тип семьи. В «Утопии» Т. Мора (1978) семьи состоят не менее чем из 40 человек. Их основная задача – хозяйственная, поскольку в них обучают труду, либо сельскохозяйственному, либо ремесленному. Человек, желающий сменить одну специальность на другую, должен быть усыновлен соответствующей семьей.

Любой современный человек, знакомясь с трактатом «Город Солнца» Т. Кампанеллы (1947) и встречая в нем описание жизни детей второго и третьего года жизни, которые гуляют вдоль стен домов под наблюдением старцев (а не собственных мам!), возможно, облегченно вздохнет, что эта фантазия философа, который провел в тюрьмах 27 лет и, возможно, поэтому совсем не знал жизни, никогда не была воплощена. В этом удивительном городе, описанном монахом, люди с удовольствием делают все, что нужно, но если они не выполняют предписаний, то их бьют и не дают еды.

Наиболее подробно и трогательно описан способ деторождения, существующий в этом городе счастья: «Когда же все, и мужчины и женщины, на занятиях в палестре, по обычаю древних Спартанцев, обнажаются, то начальники определяют, кто способен и кто взят к совокуплению и какие мужчины и женщины по строению своего тела более подходят друг другу; а затем, и лишь после тщательного омовения, они допускаются к половым сношениям каждую третью ночь… Вечером приходят мальчики и стелют им ложа, а затем их ведут спать согласно приказанию начальника и начальницы… Они спят в отдельных комнатах до самого часа совокупления. Тогда встает начальница и отворяет снаружи обе двери.

Ежели какая-нибудь женщина не понесет от одного мужчины, ее сочетают с другим; если же и тут она окажется неплодною, то переходит в общее пользование, но уже не пользуется почетом… Когда же они родят, то кормят сами и воспитывают новорожденных в особых общих помещениях; грудью кормят они два года и больше, в зависимости от предписания Физика. Вскормленный грудью младенец передается на попечение начальниц, если это девочка, или начальников, ежели это мальчик». Цитата намеренно приведена полностью, чтобы пересказ текста не вызвал предположений об излишнем усилении некоторых моментов.

Интерес к пониманию феномена семьи как к исторически возникшему процессу в большей мере проявился в XIX веке. Исследования этнографов и историков, посетивших новые, неизвестные ранее европейцам места и описавших обычаи племен, а также варианты семейно-брачных союзов привлекли внимание ученых. В середине XIX века вышло множество работ, среди которых выделяются «Материнское право» швейцарского этнографа И. Я. Бахофена (1861) и «Первобытный брак» шотландского этнографа и историка Дж. Ф. Мак-Леннана (1861).

И. Я. Бахофен предположил, что все народы на пути к индивидуальному браку прошли через материнское право. В этот период времени женщины занимали высокое положение в обществе и родственное положение оценивалось по материнской линии (в виду сложности установления отцовства).

Дж. Ф. Мак-Леннан ввел понятие «экзогамия», которое иллюстрировало возникновение в обществе запрета на браки внутри рода.

Постепенно формировалось представление о развитии общества и семьи от более простых ко все более сложным формам. Л. Морган в работе «Древнее общество» (1933) определил первоначальную форму общества как род. Род – это группа родственников, имеющих общего предка. В примитивных обществах часто распространено убеждение, что род берет начало от животного, которого в этом случае называют тотемным. Род проживает на общей территории, имеет совместное хозяйство, средства производства, предполагает равенство всех членов племени. Л. Морган, опираясь на реальные исследования семей примитивных народов его времени, предложил следующую последовательность развития рода в исторической перспективе.

1. В кровнородственной семье брачные отношения основаны на кровном родстве, но разделены по поколениям: в каждом поколении жены и мужья общие, но нет межпоколенных связей.

2. В пуналуальной семье (от гавайского слова со значением «интимные друзья»; именно на Гавайях Морган обнаружил такой тип семьи) есть запрет на отношения между братьями и сестрами, а также родителями и детьми. Пуналуальная семья стала основой рода, где родственников определяли по отношению к женщине-основательнице рода. Возможно, что в этот период существовал полигамный брак и в варианте многоженства (полигиния), и в варианте многомужества (полиандрия).

3. Парная семья (синдиасмическая, с лат. – «соединение вместе») – группа, состоящая из мужчины и женщины, которые, однако, могут не проживать вместе. В подобной группе отцовство не играло большой роли.

4. Патриархальная семья – брак, в котором власть принадлежит исключительно мужчине, использующему ее для управления семейной группой и совместного ведения хозяйства. Патриархальная семья была как моногамной, так и полигамной. В ней отцовство играет первостепенную роль, поскольку в этом браке происходит передача наследства от отца к детям.

В качестве доказательства того, что патриархату в историческом развитии предшествовал матриархат, приводится анализ пантеона богов древних цивилизаций: если в самых древних цивилизациях пантеон возглавлялся богинями (например, в Вавилоне – Астарта, в Аккаде – Иштар, в Индии – Хала и Шакти, во Фригии – Кибела), то в более поздних пантеон всегда возглавляет бог (Древняя Греция – Зевс, Древний Рим – Юпитер).

5. Моногамная семья отличается от парной большей прочностью уз, которые нельзя расторгнуть по желанию (поскольку это требует передела собственности). Именно этот период связан с порабощением женщины в семье и обществе. В брак вступает отдельная пара один раз и на всю жизнь.

Л. Морган полагал, что кровнородственная, пуналуальная и моногамная семьи – этапы, через которые проходят все народы. По его представлениям, род не мог состоять из семей, поскольку был экзогамной группой. Это означает, что сначала появляется материнский род и лишь потом возникают семейные отношения.

Наиболее известный труд, посвященный развитию института семьи, принадлежит Ф. Энгельсу (1972), который, изучая архивы К. Маркса, обнаружил конспект книги Л. Моргана «Древнее общество». Опираясь на эту работу, он объединил представления Моргана о семье с собственными мыслями о частной собственности. На основе анализа литературы, имеющейся к началу XIX века, Ф. Энгельс делает вывод о том, что в истории развития семьи существовал период времени, который он назвал групповым браком, когда социум не регламентировал отношения между мужчиной и женщиной.

По мнению Ф. Энгельса (1972), семья появляется как результат возникновения частной собственности, которую необходимо передать именно потомку, опираясь на родословную по отцовской, а не по материнской линии. Он полагал, что в истории важнейшим аспектом изменений в обществе является производство и сопроизводство жизни. Производство он рассматривал с двух сторон: и как производство средств производства, и как производство самого человека, то есть продолжение рода.

С этой позиции переход в будущем к бесклассовому обществу и отмена собственности должны были привести и к исчезновению семьи.

Моногамная семья связана с порабощением женщины в семье и обществе. Власть мужа над всеми домочадцами, рождение детей от достоверно известного отца и передача им наследства – цель пожизненного единобрачия. Делая прогноз, Энгельс утверждал, что, если в будущем моногамная семья не сможет выполнять требования общества, трудно заранее предположить, какой характер она будет иметь на следующем этапе развития. Таким образом, именно Энгельс показал, что семья всегда соответствует обществу и меняется вслед за ним. С этой позиции нет смысла говорить о кризисе семьи, так как кризис семьи – всегда отражение кризиса в обществе.

Уточняя типы наследования имущества, французский социолог Ф. Ле-Пле (1897) выделил три типа семьи.

• Патриархальный тип – вариант семейной группы, в которой несколько поколений живут совместно. В подобную группу входят сыновья, создавшие собственные семьи, их дети. Однако власть и право управления имуществом принадлежат отцу, которые после его смерти передаются старшему сыну.

• Неустойчивый тип семьи связан с разделом родительского имущества между сыновьями в равных долях. Подобная ситуация вела к распылению накопленных богатств и часто предполагала борьбу сыновей за всю долю родительского имущества.

• Устойчивый (коренной) тип семьи состоит в том, что недвижимое имущество достается только старшему сыну, что позволяет сохранять богатство как единое целое. Именно такой тип отношений описан в сказке о Коте в сапогах: старшему сыну досталось недвижимое имущество (мельница), среднему – движимое (осел), а младшему – кот. Третий сын в русских сказках, как правило, является дураком. Это вполне можно объяснить тем, что его никто не учил (поскольку он все равно не получал никакого имущества), а старшие сыновья должны были (вне зависимости от желания) освоить профессию отца и продолжить его занятие.

Попытку описать семью с точки зрения изменения ее функций с течением времени впервые предпринял Э. Дюркгейм (1995). Он подчеркивал, что современная ему семья продолжает меняться, в частности детей в семьях становится меньше, ослабевает хозяйственная функция семьи, но все чаще люди вступают в брак добровольно на основе возникающих между ними чувств.

Своего рода психологическую или философскую концепцию происхождения семьи создает А. Шопенгауэр. «Мировая воля» или неосознанное хотение заставляет соединиться мужчину и женщину, чтобы воспроизвести самое себя. Мужчины и женщины, влюбляясь, полагают, что делают осознанный выбор, тогда как это – лишь желание рода быть всегда. Каждый человек собственным выбором партнера сохраняет свой родовой тип. Выбор партнера не осознается, но его последствия ощущаются на осознанном уровне. Эту идею в дальнейшем будет использовать З. Фрейд. В то же время А. Шопенгауэр полагал, что семья должна иметь несколько иную структуру, чтобы быть максимально устойчивой. Двое мужчин должны объединяться в пару и жить с одной женщиной в рамках одной семьи. Такую форму теоретически созданной им модели семьи он назвал тетрогамией. В подобном тройственном союзе его представители должны жить до тех пор, пока женщина может рожать здоровое потомство.

Попытку с помощью психоанализа объяснить различное наказание за убийство отцом ребенка и ребенком отца, экзогамию, а также запрет инцеста была проведена З. Фрейдом (2005). В основу гипотезы он положил два факта: влияние на поведение человека бессознательных страхов и данные антропологов о том, что первобытная семья представляла собой циклопическую семью с одним самцом и самками с детенышами. Из такой семьи подрастающие сыновья изгонялись. Он предположил, что сыновья такого самца сговорились, убили отца, чтобы завладеть его самками. Однако позднее их охватил страх мести духа отца, и они условились о запрете как на убийство отца, так и на инцест. Это предположение не подтверждается реальными фактами и имеет лишь историческое значение.

Семью в исторической перспективе можно рассматривать и с точки зрения типологии отношений в ней. В семье есть три типа отношений: отношения порождения (родители – дети), отношения кровного родства (сиблинги – одно слово для обозначения сыновей и дочерей), отношения свойства (муж – жена).

Исходя из типов отношений С. И. Голод (1998) конструирует три идеальных исторических типа семьи:

• патриархальный (или традиционный);

• детоцентристский (или современный);

• супружеский (или постсовременный).

Такая классификация подчеркивает изменение внимания к тем или иным отношениям на протяжении исторического периода. Отказ от сватовства (когда родители подбирали молодым пары) и появление избирательности в предбрачный период предопределило возникновение новой семейной стратегии – супружеской. В этом случае общение супругов не ограничивается ритуализированным набором безличных отношений, свойственных патриархальной семье. Кроме физической интимности есть потребность в душевной близости. При этом появляется ряд тесно связанных между собой приспособительных отношений, каждое из которых в большей или меньшей (но непременно в значимой) степени оказывает воздействие на стабильность индивидуальной семьи.

Одна из распространенных классификаций брачности – подразделение семьи на европейский и азиатский типы.

В XVI веке в европейских странах начинает проявляться тенденция к повышению брачного возраста. Исследователь этой тенденции английский демограф Дж. Хаджнал (1979) назвал новый тип брачности европейским. Его характерными чертами являются поздний возраст вступления в брак и высокий уровень безбрачия. Имеющиеся данные о населении Европы в XVI–XVII веках свидетельствуют о том, что средний возраст вступающих в брак женщин составлял 25 лет, а мужчин – 28 лет. Эта тенденция существовала до начала XX века, то есть практически 400 лет. Сопоставляя данные разных источников, Дж. Хаджнал установил, что европейский тип брачности был характерен для государств, расположенных западнее воображаемой линии Санкт-Петербург – Триест в Европе, и для стран Северной Америки, то есть для США и Канады.

Таким образом, данный тип брачности свойственен большинству европейских стран, за исключением Болгарии, России и Сербии. Промежуточное положение занимали Венгрия и Греция. Господствующий в Европе тип брачности был тесно связан с особенностями социально-экономического развития этих территорий, а также со спецификой протестантской этики. При европейском типе брачности с момента наступления зрелости до заключения брака проходит достаточно длительный период времени. Так, в возрасте от 20 до 30 лет человек может работать с максимальным напряжением. Он здоров и не обременен заботой о детях. Это наиболее благоприятный период, когда есть возможность делать денежные накопления и карьеру. Следовательно, поздний брак способствует росту материального благосостояния, и люди вступали в брак в более зрелом возрасте, поскольку необходимым условием бракосочетания было достижение определенного жизненного стандарта.

Вот характерные черты европейского типа брачности (Хаджнал, 1979. С. 16):

• относительно более поздний возраст вступления в брак – для мужчин 28–39 лет, для женщин – 21–29 лет, что объясняется потребностью создать материальную базу семьи;

• относительно большая доля лиц, никогда не вступавших в брак к 50 годам: для мужчин – 9–15 %, для женщин – 11–18 %;

• меньшее количество детей (в среднем пять-семь), рождаемых с большими интервалами (два-четыре года) за весь репродуктивный период, что объясняется существенным снижением детской и младенческой смертности у обеспеченных слоев населения.

Азиатский тип брачности, сохранившийся в России, обусловлен преобладанием крестьян среди населения и принадлежностью семьи общине. В этом случае отец мог при жизни не выделять наделы сыновьям. Это вело к тому, что браки заключались рано, но не нуклеарная семья решала свои проблемы, а глава патриархальной семьи или его жена.

В Советском Союзе при нерешенности жилищной проблемы новая семья также продолжала жить на территории родительской, но уже не из-за желания патриарха не давать наделы детям, а в силу отсутствия возможности для новой семьи обзавестись собственным жильем. В этом случае не родители, а бабушки и дедушки обеспечивали экономический уровень семьи и воспитывали детей.

Исторические иллюстрации семейных групп

Дохристианские отношения в браке

Практически невозможно составить последовательное историческое описание семьи из-за неравномерности ее описания в различные исторические эпохи в разных странах. Во многих случаях данных о быте людей в конкретный период времени недостаточно. Письменные источники с древности были предназначены не для описания повседневной жизни людей, а для фиксации важных государственных событий или для хозяйственных нужд. Именно поэтому многие доступные описания следует воспринимать как иллюстративные.

Как бы ни были разнообразны теоретические представления о происхождении семьи, реальные примеры не вписываются в них. Для изучения студентами предлагаются исторические свидетельства, характеризующие семью на разных этапах ее развития. Выбранные примеры не охватывают всю историю земного шара (для этого потребовалось бы многотомное издание). Они позволяют лишь проанализировать с психологической точки зрения отношение к семье в рамках европейской традиции. Это именно та семья, с которой с большой вероятностью будет работать психолог в нашей стране.

Первые сведения о семьях, создаваемых в ранних цивилизациях, мы получаем из сохранившихся документов. Важнейшим подобным источником являются законы шестого царя первой Вавилонской династии Хаммурапи (1792–1750 годы до н. э.). Эти законы были найдены в 1901 году французской археологической экспедицией под руководством Ж. де Моргана при раскопках в Сузах – столице Эламского царства, восточного соседа Вавилонии. Некогда эламский царь вывез в качестве трофея в Сузы стелу с начертанными на ней законами. Базальтовая стела оказалось разбитой на три части.

Законы Хаммурапи в древности много раз переписывались на глиняных табличках, что позволило ученым восстановить все тексты (Сборник, 1996).

Система законов Хаммурапи представлена в таком виде:

• суд (ст. 1–5);

• собственность (ст. 6–124);

• брак и семья (ст. 126–195);

• преступления против личности (ст. 196–214);

• договоры найма (ст. 215–282).

Вот некоторые пункты законов Хаммурапи, которые, судя по всему, существовали достаточно долго и были приняты не только в Вавилоне.

§ 128. Если человек возьмет жену и не заключит (письменного) договора, то эта женщина – не жена.

§ 129. Если жена человека будет захвачена лежащей с другим мужчиною, (то) должно их связать и бросить в воду. Если хозяин жены сохранит жизнь своей жене, то и царь сохранит жизнь своего раба.

§ 130. Если человек изнасилует жену человека, не познавшую мужчину и жившую в доме своего отца, и возляжет на ее лоно, а его схватят, (то) этого человека должно убить; эта женщина останется свободной (от ответственности).

§ 131. Если жену человека опорочит под клятвою ее муж, а лежащей с другим мужчиною она не была захвачена, (то) она должна произнести клятву богам и может вернуться в свой дом.

§ 137. Если человек вознамерится покинуть наложницу, родившую ему детей, или бесплодную (женщину), (то) должно вернуть этой женщине ее приданое, а также дать ей отрезок поля, сада и (движимого) имущества, чтобы она могла вырастить своих детей. Когда она вырастит детей, должно выдать ей из всего данного ее детям долю, подобную (доле) одного (сына) – наследника, и затем ее может взять замуж любимый ею муж.

Этот текст, как представляется, нужно понимать следующим образом. Если жена бесплодна, она должна найти мужу наложницу, чтобы у того остались наследники. Следует отметить, что эти законы противоречат представлению об инфантициде в древности. Дети представляли собой богатство. Они были хранителями имущества, которое нарабатывала семья. Многие законы регламентируют, каким образом жена предоставляет наложницу и как наложница должна вести себя.

§ 150. Если человек подарит своей жене поле, сад, дом и (или?) (движимое) имущество и выдаст ей документ с печатью, (то) после (смерти) ее мужа ее дети не могут требовать от нее ничего (по суду); мать может отдать то, что (будет) после нее, своему сыну, которого любит; брату она не должна отдавать.

§ 153. Если жена человека даст умертвить своего мужа из-за другого мужчины, (то) эту женщину должно посадить на кол.

Весьма жестокое наказание ожидало и мужчину, который будет схвачен за сексуальные домогательства к дочери или жене своего сына. Законы предполагали наказание за любые сексуальные отношения между отчимом и дочерью или мачехой и сыном.

§ 169. Если он совершил по отношению к отцу тяжкий грех, (достаточный) для лишения его наследства, они должны на первый раз простить его; если (же) он совершил тяжкий грех во второй раз, (то) отец может лишить своего сына наследства.

§ 170. Если человеку его супруга родит детей и его рабыня также родит ему детей, (и) отец при своей жизни скажет детям, которых родила ему рабыня: «Мои дети», причислит их к детям супруги, (то) после того как отец уйдет к судьбе (то есть умрет), дети супруги и дети рабыни должны делить между собой достояние отцовского дома поровну; наследник, сын супруги, при разделе должен выбрать и взять (свою часть первым).

§ 185. Если человек усыновит малолетнего, (находившегося) в пренебрежении, и вырастит его, (то) этот воспитанник не может быть потребован (обратно по суду).

§ 186. Если человек усыновит малолетнего и, (лишь) когда его усыновили, он узнает своего отца и свою мать, (то) этот воспитанник может вернуться в дом своего отца.

§ 188. Если какой-либо ремесленник возьмет малолетнего в воспитанники и научит его своему ремеслу, (то) он не может быть потребован (обратно по суду).

§ 194. Если человек отдаст своего ребенка кормилице и этот ребенок умрет в руках кормилицы, а кормилица без (ведома) его отца и его матери подменит (его) другим ребенком, (то) ее должно изобличить и за то, что она без (ведома) его отца и его матери подменила его другим ребенком, должно отрезать ей груди.

§ 195. Если сын ударит своего отца, (то) ему должно отрезать пальцы.

§ 209. Если человек ударит дочь человека и причинит выкидыш ее плода, (то) он должен уплатить за ее плод 10 сиклей серебра.

§ 210. Если эта женщина умрет, (то) должно убить его дочь (Сборник, 1996).

Данный пример свидетельствует, что в те времена законом защищались права ребенка, а также существовало приемное родительство. Известны правила, охранявшие нуклеарную семью от произвола главы большой семьи. Безусловно, существование законов не означало их точного исполнения. Однако это указывает на наличие у общества потребности защищать детей.

В Древнем Египте, как и в других государствах того периода, основания для заключения брака могли быть различными. Особенностью египетского общества было то, что перед браком разрешался «год кормления» – пробный брак. Молодые могли попробовать жить вместе, но если их отношения не складывались, то брак не продлевался или расторгался согласно договору (Эрман, 2008).

Плутарх рассказывал о женщинах Египта, что они ходят на рынки и торгуют, а мужчины сидят дома за ткацким станком; женщины носят грузы на плече, а мужчины – на голове; сыновья не обязаны обеспечивать своих родителей, а дочери – должны (Плутарх, 1994).

Источники свидетельствуют, что мужчины посвящали возлюбленным стихи, также найдены папирусы, в которых вдовцы оплакивали умерших супруг. Все это говорит о том, что на фоне хозяйственных дел египетским семьям были известны любовь, верность, теплота человеческих отношений.

У египтян была принята моногамия, хотя в некоторых случаях фараоны имели нескольких жен, что определялось политическими целями (в этом отношении можно упомянуть Рамзеса II).

Еще одной особенностью египетского общества была возможность сочетаться браком с ближайшим родственником, чтобы сохранить имущество или престол. Так, царица Клеопатра сначала была женой своего старшего брата, потом – младшего.

Возможно, это обусловлено тем, что ведение родословной и наследование в Египте происходило по женской линии, поскольку здесь можно точно быть уверенным в происхождении ребенка. Даже фараон не мог быть уверенным в том, что дети его жены – его дети. Поэтому, пытаясь сохранить трон для потомков, они предпочитали вступать в брак с сестрами (Эрман, 2008). Науке не известны документы, связанные с расторжением брака в те времена.

О древнеиудейских браках нам известно из Ветхого Завета. Весьма важными пунктами в выборе жены или мужа были хозяйственные нужды и тип родства. Как и в Египте, браки часто заключались между двоюродными братьями и сестрами, чтобы сохранить семейное имущество. Высоко ценилась девственность, поскольку она могла быть подтверждением того, что все потомство будет принадлежать супругу. При этом каралось кровосмешение. Смертность была достаточно высока, а потому, чтобы вдовы могли выжить и воспитывать детей, их должны были брать в жены братья или родственники мужа. Этот обычай иллюстрируется историями Иуды и Ира (Бытие XXXVIII), а также Руфи и Вооза (Руфь IV). Целью данного обычая было, очевидно, продолжение рода умершего. В случае отказа родственников мужа это сделать вдова могла пожаловаться старейшинам, что приводило к суровым санкциям в отношении обидчиков.

Вместе с тем женщина описывается как существо второго сорта, поскольку из-за нее человек был изгнан из рая. Ее низким происхождением объяснялось греховность всего рода человеческого.

Похожие законы были и у хеттов, еще одной древней цивилизации. Обнаруженные источники свидетельствуют о патриархальном характере семьи, хотя по некоторым признакам женщина занимала все же более высокое положение, чем в Иудее. Считается, что большая свобода женщин у хеттов унаследована от народа, жившего ранее, – ликийцев. Девушка могла выйти замуж без согласия родителей, хотя оно и было желательным. Если мужчина убивал мальчика из другой семьи, он отдавал собственного сына. Была важна не личность ребенка, а сам ребенок как некоторый вклад в будущее семьи. Как и во всем мире того времени, мужчина отдает дочь, а жених ее берет и затем владеет ею (Генри, 1987).

Подобно вавилонским обычаям, женитьба начиналась с подарка, который жених делал невесте. Подарок был скорее символическим, поэтому брак такого рода нельзя называть покупным. От своего отца невеста получала приданое. Последующий отказ жениха или семьи невесты от брака расценивался как невыполнение договора. Виновная сторона наказывалась: жених лишался своего подарка, а семья невесты выплачивала жениху двух- или трехкратную компенсацию. Жена могла остаться в доме своего отца и не переходить в семью мужа (такая же традиция отмечена у ассирийцев), но было возможно и отдельное проживание молодой семьи.

В других цивилизациях этого и более позднего времени браки между близкими родственниками также запрещались. В случае смерти мужа вдова выходила замуж за его брата или другого родственника по мужской линии. У хеттов брак между братом и сестрой не был запрещен. Например, царь Арнуванда I был женат на своей сестре (Генри, 1987).

Древняя Греция и Иудея были исторически близкими государствами, но отношение к семье в них значительно отличалось, что связывается с существенным изменением восприятия личности (правда, пока только гражданина и мужчины, но не женщины). В самой Греции устройство семьи не было единообразным и отражало особенности законодательной и социальной системы соответствующего полиса (города-государства).

Спарта известна как город воинственных дорийцев, в котором из мужчины воспитывали воина. Такому воспитанию подчинялась и жизнь семьи. Даже женившись, спартанец продолжал до 30 лет жить в солдатской казарме. Встретиться с женой он мог поздно ночью, хотя утром его ждал ранний подъем в казармах. Вплоть до 60 лет мужчина продолжал обедать в казарме, а не дома. Обоснованием такого устройства общественных и семейных отношений было представление о том, что частые встречи с женой ухудшают боевой дух спартанца (Марру, 1998).

Поскольку мужья слишком много времени проводили вне семьи, женщины Спарты пользовались достаточно большой свободой. Они могли зачать детей не от мужа, и муж мог иметь детей вне семьи. Это приводило к рождению достаточного числа детей для воспроизводства жителей города. Более того, богатым спартанкам разрешалось иметь нескольких мужей, при этом в обязанность входило следить за хозяйством всех. Так как заключение брака сопровождалось объединением имущества, женщина могла приобрести достаточно большие земли и материальные блага, что опять-таки увеличивало вероятность выживания ее детей за счет лучшего питания и воспитания (Джеймс, 1985).

Афины не были столь воинственны. Афинские женщины, как и женщины других цивилизаций того времени, зависели от мужей или отцов во всех отношениях. Если в Спарте хозяйственная функция возлагалась на женщину, то в Афинах эта ноша полностью лежала на плечах мужчин, что способствовало сохранению имущества в кругу одной семьи. Если спартанская женщина была достаточно свободна в сексуальных действиях, то по афинским законам муж мог убить жену, обнаружив измену. Женщины поддерживали порядок в доме и ухаживали за детьми. Они практически не выходили из дома и бо́льшую часть времени проводили в женских покоях – гинекее (Джеймс, 1985).

Согласно римским обычаям, жена после брака становилась частью имущества мужа со всеми вытекающими отсюда последствиями. Законы Рима запрещали браки между родственниками до четвертого колена, то есть между дядьями и тетками, племянниками и племянницами, но разрешали браки между двоюродными братьями и сестрами.

Итак, источники свидетельствуют, что дети представляли значительную ценность, а потому, если явление инфантицида и существовало, то оно было неярко выражено и не имело широкой распространенности.

Брак и христианство

Анализ взаимоотношений богов древнегреческой и древнеримской мифологии свидетельствует об относительно равноправном положении мужчин и женщин в обществе, создавшем этих богов. В пантеоне, и греческом и римском, главный бог имеет решающее слово, но остальные боги, в том числе женского пола, обладают существенной самостоятельностью, что в значительной мере отличается от христианства, закрепившего патриархат в семье. Однако само христианство не создало новый тип брака, выбрав один из вариантов семейных отношений и сделав его обязательным для всех.

Распространение христианства связано с изменением отношений внутри семьи. Муж в церковном браке нес всю ответственность за семью. Широкая сфера обязанностей предполагала и широкую сферу прав: он управлял не только хозяйственной стороной жизни семьи, но и поведением всех ее членов, полностью находившихся в его подчинении. Закрепилось и распределение обязанностей между членами семьи. Так, жена отвечала за состояние дел внутри семьи, она выполняла домашнюю работу и воспитывала детей. Дети обязаны были беспрекословно подчиняться родителям.

Только в раннем христианстве до момента превращения его в государственную религию браки были частным делом тех людей, которые создавали семьи. Постепенно церковь полностью подчинила себе институт брака. Однако это было связано не с духовной, а с материальной стороной взаимодействия церкви и общества: заключение брака должно быть оплачено, и эта плата вносилась в пользу церкви. Именно поэтому в 398 году Карфанесским собором было принято решение, в соответствии с которым после брака новобрачная должна хранить девственность три дня и три ночи. Это время требовалось, чтобы уладить некоторые формальности: вступать в половые отношения супруги могли только после уплаты особого церковного сбора.

Полигамные браки были запрещены, а для этого церковники должны были объяснить, почему патриархи Ветхого Завета имели много жен, тогда как современные мужчины должны ограничиваться одной. Такое объяснение нашлось: от патриархов требовалось восполнить народонаселение, погибшее при наводнении, организованном Богом.

Армянская церковь первой признала необходимость церковного обряда для легитимизации брака. Это подтверждает канон 7 Шахапиванского собора 444 года. Однако Европе потребовалось больше времени. Так, в Византийской империи вплоть до предписания Алексея I Комнина в 1092 году заключение брака регулировалось нормами римского права. По этому праву письменный договор при заключении брака требовался только для высших сословий. Большинство браков в богатых семьях Древнего Рима заключалось с некоторой целью, требовавшей документального подтверждения: для продолжения рода, для объединения имущества, для укрепления политических союзов. Специальные юридические церемонии для фиксации брака отсутствовали. Достаточно было обоюдного согласия, после чего жену отводили в дом мужа.

Святой Августин в IV веке н. э. ввел понятие греха, под которым понималось переживание сексуального удовольствия во время полового акта. Сексуальное взаимодействие мужчины и женщины признавалось необходимым только для деторождения, поэтому появились новые понятия «супружеские обязанности» или «отправление супружеского долга». Они обозначали нейтральное поведение (то есть отсутствие эмоций, но осознание необходимости подобного поведения) мужчины и женщины по поводу деторождения. Даже супружеские пары церковь призывала отказываться от интимной жизни ради целомудрия. Женщина, как и в иудаизме, из которого возникло христианство, рассматривалась как более низкое существо, легко поддающееся влиянию дьявола. Именно поэтому мужчина должен был контролировать ее действия. Подобные представления сохранялись на протяжении всего периода Средневековья (с конца V века н. э. после падения Западной Римской империи в 476 году).

Идеи Августина, насаждавшиеся церковью, не имели поддержки у обычных верующих. Германские племена, расселившиеся в Европе, отказывались подчиняться строгим церковным правилам. Например, церковь не поощряла браки между родственниками. Однако с их помощью можно было сохранить имущество в рамках одной семьи. Франкский король Хлотарь I женился на вдове своего брата, а потом на ее сестре. Другой франкский король Меровей женился на вдове своего дяди. Подобным образом поступали многие правители. Однако в 596 году Хильдеберт II издал закон, предусматривавший смертную казнь для человека, женившегося на вдове своего отца, сестре своей жены, или для вдовы, вышедшей замуж за брата покойного мужа. Хлотарь II (584–629), дед которого женился на сестре своей еще здравствующей жены, назначил наказание в виде смертной казни для знатного человека, женившегося на собственной мачехе. В 506 году собор, проведенный в Агде, запретил браки между двоюродными братьями и сестрами и даже их детьми, то есть троюродными братьями и сестрами.

Однако требования соборов не выполнялись. Короли и их ближайшее окружение VI–VII веков имели наложниц, содержали несколько жен или разводились с одной женой, чтобы взять в жены другую, не прибегая к каким-либо формальностям. Иметь наложницу до брака было обычным делом для молодого человека. Когда в возрасте 15 лет Хильдеберт II женился, у него уже имелись наложница и сын от нее. Хлодвиг II взял в наложницы рабыню-англичанку Балтхильд, когда ему еще не исполнилось 15 лет, и позднее женился на ней (Гис Ф., Гис Дж., 2002).

Хлотарь I имел, по свидетельствам разных источников, от двух до четырех жен одновременно. Его сын Хариберт развелся с женой и женился сначала на ее фрейлине, потом на дочери пастуха и затем на сестре второй жены. За это парижский епископ святой Герман отлучил его от церкви.

Обычно для брака требовалось разрешение родителей, согласие молодоженов могло декларироваться. Но это не значит, что им кто-то интересовался, поскольку с помощью брака в основном решали имущественные вопросы. В Лангобардской правде, своде законов VII века н. э., говорится о том, что мужа для девушки без ее согласия мог выбрать отец или брат.

На втором Орлеанском синоде (541 год) было оговорено, что никто не должен жениться на девушке вопреки воле ее родителей под страхом отлучения от церкви. Однако молодые могли обойти согласие родителей путем похищения невесты. В дальнейшем мир в новой семье восстанавливался за счет подарков, преподнесенных родителям и невесте.

В разных местах Европы эта проблема разрешалась различными способами, вплоть до того, что укравший невесту человек приговаривался к смертной казни.

Сама процедура заключения брака у германцев предполагала обручение, соглашение об условиях брака и свадебного празднества. Жених обязательно дарил подарки как родителям невесты, так и ей самой. В частности, в то время уже было принято дарить кольца.

Позднее, в VII веке, часть подарка преподносилась невесте на утро за то, что она лишалась невинности. Зачастую подарком выступал земельный надел. Приданое невесты состояло из постельного белья и предметов домашнего обихода, необходимых в быту. Его размер зависел от состоятельности семьи невесты (Гис Ф., Гис Дж., 2002).

Предписание Льва VI Мудрого 895 года было довольно жестким: свободные люди могли заключать брак только с церковного благословения. Однако оно не всегда выполнялось. Только в конце XIII – начале XIV века при императоре Андронике II Палеологе и патриархе Афанасии I все браки стали заключаться с обязательного разрешения приходского священника.

Большинство богословов отвергали романтическое отношение к женщине, тем более в браке. Фома Аквинский (1225–1274), продолжая линию святого Августина, настаивал на том, что женщина не может быть достойна любви, поскольку задумана не как мужчина (по образу и подобию Бога), а сотворена из ребра мужчины, то есть оставшегося материала. Нужно принимать во внимание, что как при заключении браков люди не всегда соблюдали требования церкви, так и в отношениях друг с другом они следовали в большей мере не предписанным правилам, а выполняли те привычные действия, которые осваивали в собственной семье. Именно поэтому, пытаясь понять отношения реальных людей в ту или иную эпоху, следует обращаться к различным источникам.

Позднее, в период Высокого Средневековья, когда произошло повышение жизненного уровня большей части населения Европы, изменилось и отношение к женщине. Перемены коснулись не всей структуры общества, а в основном аристократической семьи. Королевская власть несколько ослабла, усилилась аристократия, появились новые способы реализации личностных качеств. Власть, титул и богатство передавались старшему сыну по наследству, тогда как младшие сыновья оставались не только без титула, но и без денег. Это привело к существенному расслоению аристократического общества (Хейзинга, 1988).

Появилось рыцарство с особым отношением к прекрасной даме. «Борьба за любовь выросла на почве ненормально сложившегося средневекового брака, являвшегося, по справедливому выражению Вернона Ли, простой «феодальной необходимостью» и не дававшего в силу этого в огромном большинстве случаев душевного удовлетворения вступавшим в него. Брак – сделка; следовательно, истинная любовь – вне брака. Где же искать ее? Античный мир создал гетеру. Но средневековое общество было слишком сословным и слишком малообразованным, чтобы пойти этим путем. Любовь к девушке не решала вопроса, так как девушка рассматривалась исключительно как объект брака и до этого решавшего ее судьбу момента сидела взаперти. Оставался путь, который вел к даме, «domina», то есть замужней женщине. Обетованной землей ищущего сердца оказался, таким образом, адюльтер» (Шишмарев, 1965. С. 191).

Брак по-прежнему восприниматься как способ приумножения или сохранения имущества. В этом смысле дети становились товаром. Именно поэтому договаривались о браке задолго до взросления дочерей или сыновей. Девочку могли обручить уже в 10–12 лет. Поскольку наличие девственности считалось важной характеристикой невесты, то обрученных девочек отправляли в место жительства будущего мужа, где они ждали момента совершения брака. Так, в 1168 году английский король Генрих II обручил своего сына Ричарда Львиное Сердце с восьмилетней дочерью французского короля Людовика VII Алисой. Девочку отправили из Парижа в Англию. Пока Алиса подрастала, Генрих II сделал ее любовницей, причем она родила ему ребенка. После смерти Генриха II в 1189 году Ричард отказался жениться на любовнице отца и сочетался браком с Беренгарией Наваррской в 1191 году. Поскольку Алиса официально все еще была помолвлена с Ричардом, Филипп, брат Алисы, предложил жениться на ней брату Ричарда Иоанну Безземельному. Алиенора, мать Иоанна, жена Генриха II, которую тот последние годы держал в заточении, воспрепятствовала браку. Алиса вышла замуж за Уильяма IV, графа Понтье, в 1195 году. Одна из ее дочерей от этого брака, Мария, стала бабушкой Элеоноры Кастильской, жены Эдуарда I. Трудно представить, что все эти брачные перипетии не были основаны на чувствах. Они свидетельствуют о страстях, бушевавших за стенами домов и замков, и о весьма важной роли женщин не только в быту, но и в политической жизни стран.

Часто сыновей знатных родителей отправляли к родственникам для постижения науки рыцарства, а дочерей – для обучения правилам хорошего тона. Де Моз назвал стиль воспитания того периода «бросающим». Однако так поступали только представители аристократических семейств. (Можно отметить, что подобное явление существует и в наше время: детей отправляют на обучение в закрытые учреждения с полным пансионом.) Обычные крестьяне и горожане воспитывали своих детей сами. Да и браки они не заключали, поскольку обычаи наследования имущества у них были иными.

Крестьянские дети весьма рано привлекались к труду и работали уже с восьми лет. Мальчики могли пасти домашних животных, девочки помогали матерям по хозяйству. Подростки вместе со взрослыми возделывали поля.

Если в семье было много детей, отец мог продать дочь в другую семью, где та исполняла роль прислуги. Хозяин был обязан предоставить ей жилье, кормить, одевать, а к моменту достижения брачного возраста – найти жениха и обеспечить приданым. Девушка могла вернуться с приданым к родителям, в этом случае жених выбирался ими.

Мальчиков в работы отдавали реже, поскольку они были нужны отцу для помощи по хозяйству. Если родители могли оплачивать содержание, сыновей направляли в качестве подмастерьев на обучение к мастерам. Согласно правилам, принятым гильдиями ремесленников, мальчикам запрещалось учиться у отцов. Сыновья зажиточных родителей могли учиться в школе. Тогда мастеру такой ребенок отдавался после овладения грамотой. Мастер обучал ремеслу и воспитывал мальчика по соглашению с родителями. Основой воспитания того времени были весьма серьезные физические наказания, а первой задачей – выработка уважения к старшим. Однако если мастер усердствовал в наказании и плохо обращался с ребенком, последний мог пожаловаться в гильдию мастеров.

Проблема воспроизводства семьи в те времени стояла особенно остро. Антибиотиков не было, а Европу настигли несколько жесточайших эпидемий. Так, в XIV веке две следующие одна за другой эпидемии чумы сократили численность населения на четверть.

Именно поэтому в тех случаях, когда брак оказывался бесплодным, ремесленник мог иметь детей от другой женщины и даже передавать им наследство. Он же направлял их на обучение. В среде рабочего люда не было дискриминации незаконных детей по отношению к законным.

В ситуации, когда детей было много, часть из них отдавали в монастыри. Отношение в них к детям весьма различалось. В некоторых зарождались педагогические системы, которые были перенесены и в светское общество. В монастырях бедные дети могли получить хорошее образование, но одновременно с этим ребенка приучали к строгой дисциплине. Так, бенедиктинский монах VIII века Павел Диакон писал, что телесные наказания приносят больше вреда, чем пользы. По правилам бенедектинских монастырей дети, жившие в них, должны быть сытыми и тепло одетыми. Иногда за хорошее поведение им предлагались сладости. В некоторых монастырях предоставлялся час отдыха днем, когда дети развлекались самостоятельно (Гис Ф., Гис Дж., 2002).

Однако в большинстве монастырей по обычаям того времени детей жестоко били, хотя некоторые священники настаивали на смягчении отношения к детям. Таким был и Ансельм Кентерберийский. «Но скажите мне, ради Бога, как возможно, что вы являете такое недружелюбие? Разве вы не человеки? Разве не то же у вас естество, что у них? Хотели бы вы, чтобы с вами поступали таким образом? Ведь вы были то, что они суть ныне. Но оставим это. Неужели одними заушениями и розгами надеетесь вы образовать в них добрые нравы? Приходилось ли вам видеть ремесленника, который силился бы одними только ударами образовать из золотого или серебряного листа изящное изваяние? Не думаю. А как это бывает? Ваяя потребный образ, мастер то своим орудием легко сжимает и ударяет лист, то искусной лаской разглаживает и круглит его. Так должно поступать и вам, если вы хотите, чтобы школяры ваши просияли изяществом нравов; грозя им розгами, облегчайте им бремя лаской и подкреплением отеческой доброты и приветливости» (Эадмер, 1972).

Теплое отношение к детям встречалось и в обычных семьях. Следует помнить, что смертность детей была велика, а потому личностное общение между детьми и родителями если и возникало, то только после достижения ими пяти лет, когда появлялась уверенность, что ребенок останется жить. Так, Ф. Гис и Дж. Гис (2002) приводят пример из жизни лондонских юношей: когда те играли в футбол, их родители наблюдали за игрой и болели за своих. Они же описывают биографию святого Петра Дамиани. Этот человек родился в семье, где уже было много детей, и мать отказалась кормить его. Служанка же обратилась к христианскому чувству матери, и та начала кормить угасающего младенца. После смерти родителей Петр оказался сначала под опекой старшего брата, отношение которого было ужасным, но затем его взял к себе другой брат, он и помог мальчику стать взрослым и получить образование.

Можно согласиться с де Мозом, что, как правило, детство Средневековья связано с эмоциональным голодом. Родители часто умирали, детей растили родственники, которые не очень-то заботились о них в материальном аспекте, и, безусловно, у них не хватало тепла для эмоционального общения с чужим ребенком, когда сама жизнь требовала постоянного приложения сил. В то же время существовали семьи, где детей любили и давали им столько ласки, сколько могли позволить себе усталые от тяжелой физической работы родители.

Возрождение внесло новые веяния не только в науку и искусства, но и в быт семьи. С одной стороны, церковь не отменяла утверждений о женщине как о греховном субъекте, с другой – появились представления о связи ее с Мадонной. Женщины-аристократки пользовались косметикой и нарядами подчеркивали свою сексуальность. Некоторые могли посещать учебные заведения.

Широко распространилась рыцарская, куртуазная любовь – чувство преимущественно духовного плана. Ее удостаивались исключительно жены богатых властителей. Для любви к женщине или девушке из низшего сословия внешних препятствий вроде бы не существовало. Зато было препятствие другого рода – различие в социальном положении. Феодальному обществу было свойственно обостренное чувство социальной дистанции. Тот, кто в феодальной иерархии находился чуть выше, относился к чуть более низшему с чванством и пренебрежением, и самые выдающиеся личные качества низшего не стоили ровным счетом ничего. Поступки, а также образ мыслей каждого индивида были строго регламентированы правилами сословного положения.

Для любви-служения прекрасной даме обстановка была самой благоприятной. Рыцарь, живущий в замке или при замке, имел возможность более или менее постоянного общения с дамами и прежде всего с женой господина. Он мог сказать что-то учтивое, произнести комплимент, выразить преданность, блеснуть на турнире. О своей преданности рыцарь мог сообщать открыто. Да и безоглядная слепая верность сюзерену считалась в Средние века важнейшей из всех добродетелей. Выражение восхищения и верности по отношению к жене сеньора могло дополнительно подогреваться, с одной стороны, физическим влечением, а с другой – надеждой на получение подарков от объекта такой любви (Шипов, 2010).

В то же время исследователи описывают эволюцию понятия чувственности: при возникновении рыцарства существовала идея первенства рыцарского идеала над чувством любви (в нем было превосходство мужчины над женщиной, супружеская верность, обоюдная страсть), затем появилось представление о равенстве полов и даже превосходстве дамы, наконец, усилилось духовное начало в любви.

В XV веке началась Реформация, которая объявила войну католической церкви. Преобразования в рамках церкви привели и к изменениям в законах о браке. В зависимости от направления Реформации отношение к браку различалось. М. Лютер подчеркивал, что целями брака являются рождение детей и жизнь супругов во взаимной верности. Согласно его представлению, брак – это не только совместная хозяйственная деятельность, но и духовное единство мужа и жены (Лютер, 1997). Кальвин (1997) полагал, что в браке не может быть места удовольствию и чувственности. В Женеве, где он проповедовал, в домах были разбиты все зеркала, а женские прически высмеивались.

Иная ситуация была там, где человек активно перемещался и его жизнь реально зависела от вложенных усилий. При освоении Северной Америки женщины работали наравне с мужчинами и желали соответствующего отношения к себе. В 1630 году А. Хатчинсон требовала равных прав для женщин. Ее убили, но идеи остались. Абигайл, жена Дж. Адамса (1735–1826), второго президента Соединенных Штатов Америки, выступала с подобными инициативами. Однако основной избиратель – мужчина – пока не был готов к этому.

С течением времени отношение к браку менялось. Женщины получали все больше прав и хотели работать и самостоятельно строить свою жизнь. Параллельно с этим многие мужчины стали брать на себя некоторые домашние обязанности и более активно участвовать в процессе воспитания детей.

Постепенно преобразования в обществе привели к изменению отношения к самому институту официального брака. Многие современные молодые пары живут без его официального оформления. У них есть стремление сохранить и чувство любви, и чувство относительной свободы, что не представлялось возможным в рамках прежнего восприятия брака.

Брак в дореволюционной России

Христианство, пришедшее на Русь, также негативно относилось к чувственным отношениям между мужем и женой, ведь в браке могло существовать только «отправление супружеских обязанностей». Удовольствиями же считали уют и хлебосольство. Согласно Дружинину (2006), зависимость от людского мнения – основная черта национального характера семейных отношений на Руси. Социальному окружению нужно было демонстрировать семейное благополучие и никогда не выносить сор из избы.

Отношение к эротической части жизни в семье в рамках христианства определяется двумя ролями, которые исполняла Дева Мария. С одной стороны, она – супруга Бога, но эта ее роль практически не рассматривается, подчеркивается лишь факт девственности, а следовательно, отсутствия эротики в ее отношениях с Богом. В то же время весьма поощряется ее вторая роль как Богоматери, матери Иисуса Христа. В русской культуре в женщине также в большей мере оценивалась не роль супруги, но роль матери (Дружинин, 2006).

В то же время крестьянская семья резко отличалась в плане культуры и быта от семьи аристократической, ориентированной на Западную Европу. Водораздел проходил через психологический склад личностей: крестьянина отличала привязанность к общине, семье, тогда как западноевропейской ментальности русских аристократов был больше свойствен индивидуализм. Однако, будучи соотечественниками, придерживаясь одних и тех же традиций и религии, они имели немало общего.

Деревенская русская семья сложилась тогда же, когда и русская сельская община. Однако, начиная с реформ Петра I, идет расхождение крестьянской семьи, которая как бы законсервировалась и до начала XX столетия практически не менялась, и семей дворянской и буржуазной, которые все более и более приближались к европейским стандартам и поэтому были более разнообразны во времени.

Управлением общиной занимались главы семейств. Они решали хозяйственные вопросы и вмешивались во внутрисемейные дела, если они как-то влияли на ситуацию в общине. Поэтому, ради сохранения надела в общине, они могли управлять процессом подбора невесты. Неженатый мужчина не имел права входить в управление общиной, и до старости его могли называть «малый» или «бобыль», а незамужняя женщина и в старости была «девкой».

Передел земли совершался в зависимости от подушного состава семьи, но пропорционально числу женатых мужчин, холостяки и женщины в расчет не принимались. Только брак обеспечивал доступ к землепользованию, именно поэтому дореволюционная Россия была на первом месте в Европе по уровню брачности: в 1897 году лишь 4 % женщин и 3 % мужчин в возрасте от 40 до 50 лет были незамужними или холостяками. В брак не вступали только увечные, дефективные и те, кто уходил в монастырь.

В XIX веке в деревне «семья» и «двор» были синонимичными понятиями. Существовало два типа семей: составная (преимущественно отцовская) и нуклеарная. Составная семья включала родительскую семью и семьи сыновей на одном дворе. Отец, хозяин двора, назывался большаком, а его жена – большухой. Имущество большой семьи не делилось, и в хозяйстве участвовали все семьи сыновей. Семья была патриархальной и воспроизводила в себе структуру крестьянской общины (Безгин, 2008). Власть большака была абсолютной, младшие безоговорочно должны были подчиняться старшим. Типичный большак противился выделению отдельных хозяйств своих сыновей, не учил детей, чтобы сохранить неизменным заведенный в старину быт.

Большак отвечал за семью перед сельским сходом, платил повинности. Если он не выполнял своих обязанностей перед сельской общиной, пьянствовал или болел, сельский сход мог лишить его права управлять хозяйством. Зато в семье он был единоличным судьей и распоряжался и хозяйством, и домочадцами, каждому из которых планировался определенный объем работ назавтра. Большак мог отдавать в работники сына и младшего брата против их воли. Роль главы усиливалась тем, что вступать в какие-либо сделки членам семьи позволялось только с его согласия.

Большуха распределяла между женщинами хозяйственные работы, очередность приготовления пищи, пряжу, следила за тем, как выполнялись ее распоряжения. Работы у женщины было достаточно: уход за домом, огород, дойка коров, выделка пряжи, ткачество, шитье одежды и постельного белья. Ее личностными качествами и трудовыми навыками определялись уют в жилище и эффективность хозяйствования.

Следующим по рангу после большака и большухи был старший сын. Он первым выделялся в отдельное хозяйство. Его называли по имени и отчеству. Именно он отправлялся на ярмарку продавать хлеб и покупать необходимые для семьи товары. Его жена была правой рукой большухи и считалась главной среди невесток. В этой семейной иерархии на нижней ступени находилась молодуха – молодая жена (в течение первого года после свадьбы, иногда – первых нескольких лет). Старшие невестки могли быть к ней особенно несправедливы. На любую работу ей приходилось просить благословления у родителей мужа. Молодухе запрещалось без разрешения выходить на улицу, ходить в гости.

В основе семейной жизни лежала строгая иерархия, в которой нижестоящие безропотно подчинялись старшим, жены – мужьям, дети – родителям. Конечно, такая семья в XIX веке переживала острый кризис, поскольку отдельные сыновья хотели вырваться из этой властной вертикали и завести собственное хозяйство.

Также в семье было разделение труда. Вся работа делилась на мужскую и женскую. Кроме того, существовал приоритетный труд, связанный с получением урожая. Мужчины выполняли все полевые работы, требующие физической силы. Это пахота, боронование, сев и заделка семян, косьба и уборка сена, жатва хлебов, молотьба, вывоз навоза и т. п. Они же вне страды занимались запасением дров, строительными работами или починкой избы, хозяйственных построек, изгороди, изготовлением колес, саней, ремонтом конской упряжи и другими вещами. На пике страды на уборку урожая мобилизовали всех, кроме глубоких стариков и младенцев.

Обладая полной властью в семье, в рамках общины большак не имел абсолютного права на имущество. Выделение наделов сыновьям глава осуществлял с согласия всех членов семьи. Передавать имущество по наследству он мог совместно со взрослыми членами двора. После его смерти имуществом владел старший сын, или брат, или вдова. Однако обычай не признавал права детей требовать раздела, действовал принцип: дети при отце не делятся. Лишь когда большак расточал семейное имущество, допускался раздел помимо его воли с выделением доли имущества сыновьям. В этом случае община имела право вмешиваться в семейные отношения.

А. Г. Вишневский (2008) говорит, что такая расширенная семья существовала наряду с нуклеарной, включающей только родителей и детей. Для возникновения расширенной семьи нужно, чтобы все сыновья дожили до возраста вступления в брак. Однако смертность и родителей, и детей была высока. Возможно, большинство людей стремились к созданию и сохранению многопоколенных, неразделенных больших отцовских семей, поскольку это резко повышало возможность выживания в неурожайные суровые годы. Однако совершенно неизбежным было большое число несостоявшихся или частично состоявшихся семей нуклеарного типа. Могли складываться братские семьи – двухпоколенные семьи, в которой совместно проживали семьи двух братьев, поскольку родители умерли рано. Возникали и малые нуклеарные семьи, но в крестьянской среде это была вынужденная нуклеарность.

Для России были типичны ранние браки. Н. И. Костомаров (1993) утверждал, что в XVI–XVII веках женихами часто становились подростки 12–13 лет. Петр I указом 1714 года запретил дворянам жениться, не достигнув 20, и выходить замуж, не достигнув 17 лет, а по указу Екатерины II (1775 год) для всех сословий запрещалось венчать мужчин моложе 15, женщин моложе 13 лет; в случае нарушения указа брак расторгался, а священник лишался сана. Позднее нижняя граница бракоспособного возраста повысилась. В соответствии с императорским указом 1830 года минимальный возраст для вступления в брак поднялся до 16 лет для невесты и 18 лет для жениха. Однако крестьяне и бедные горожане обращались к священнику за разрешением выдать замуж дочь в более раннем возрасте. Обоснованием этому была необходимость иметь в доме работницу или хозяйку. Еще к началу XX века брачность в России оставалась достаточно ранней. Более половины всех невест и около трети женихов в европейской России были не старше 20 лет (Вишневский, 2008).

В крестьянском мировоззрении отсутствовало представление об ответственности родителей перед детьми, но зато общиной жестко контролировалась ответственность детей перед родителями. Основным документом, регулирующим отношения в деревенской семье, в России был Домострой. В его третьей части «О строении домовном» излагаются 64 правила поведения домочадцев.

Отношение главы семейства к домашним в то время вполне соответствовало данному документу. Главе семьи предлагалось «быти грозою для жены», при провинности – «сокрушать ребра», «плетью стегать по вине смотря». Рассматривать это нужно в рамках культуры того периода и не соотносить с современностью.

В параграфе 15 «Как детей своих воспитать в поучении и страхе божьем» говорится, что родители должны заботиться о детях, «любить их и беречь, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а осудив, побить. Наказывай детей в юности – упокоят тебя в старости твоей». Параграф 17 «Как детей учить и страхом спасать» предписывает: «Наказывай сына своего в юности его, и упокоит тебя в старости твоей и придаст красоты душе твоей; и не жалея бей ребенка: если прутом посечешь его, не умрет, но здоровее будет, ибо ты, казня его тело, душу его избавляешь от смерти… Воспитай дитя в запретах и найдешь в нем покой и благословение; не улыбайся ему, играя: в малом послабишь – в большом пострадаешь, скорбя, и в будущем будто занозы вгонишь в душу свою. И не дай ему воли в юности, но сокруши ему ребра, пока он растет, и тогда, возмужав, не провинится перед тобой и не станет тебе досадой, и болезнью души, и разорением дома, погибелью имущества, и укоризной соседей, и насмешкой врагов, и пеней властей, и злою досадой».

Насилие признается совершенно нормальной и, кроме того, главной формой воздействия. Особенно часто физически наказывались маленькие дети, но розга не обходила вниманием и подростков.

Женщины также страдают от побоев. Что бывало, если жена изменяла мужу, наблюдал лично М. Горький 15 июля 1891 года в д. Кандыбовке Николаевского уезда Херсонской губернии. Пострадавший привязал обнаженную, связанную жену к телеге, сам залез на телегу и оттуда хлестал жену кнутом. Телега в сопровождении улюлюкающей толпы двигалась по деревенской улице. В других местностях, по сведениям М. Горького, с изменницами обходились гуманнее: «…Женщин обнажают, мажут дегтем, осыпают куриными перьями и так водят по улице, в летнее время мажут патокой и привязывают к дереву на съедение насекомым» (цит. по: Миронов, 2000).

Молодые вступали в брак не по любви, а по родительской воле, которая в данном случае не являлась прихотью стариков, а отражала интересы семьи в целом, ибо брак рассматривался как нечто подобное имущественной сделке.

Схожая ситуация была в среде обедневших помещиков и купцов. Таковы, например, воспоминания о своей семье М. Е. Салтыкова-Щедрина (1980. С. 45): «Ни отец, ни мать не занимались детьми, почти не знали их. Отец – потому что был устранен от всякого деятельного участия в семейном обиходе; мать – потому что всецело была погружена в процесс благоприобретения. Она являлась между нами только тогда, когда, по жалобе гувернантки, ей приходилось карать. Являлась гневная, неумолимая, с закушенною нижней губою, решительная на руку, злая. Родительской ласки мы не знали, ежели не считать лаской те безнравственные подачки, которые кидались любимчикам на зависть постылым».

Далее М. Е. Салтыков-Щедрин описывает эффективность применения Домостроя (1980. С. 46–47): «Вообще телесные наказания во всех видах и формах являлись главным педагогическим приемом. К сечению прибегали не часто, но колотушки, как более сподручные, сыпались со всех сторон, так что “постылым” совсем житья не было. Я, лично, рос отдельно от большинства братьев и сестер (старше меня было три брата и четыре сестры, причем между мною и моей предшественницей-сестрой было три года разницы) и потому менее других участвовал в общей оргии битья, но, впрочем, когда и для меня подоспела пора ученья, то, на мое несчастье, приехала вышедшая из института старшая сестра, которая дралась с таким ожесточением, как будто мстила за прежде вытерпенные побои. Благодаря этому педагогическому приему во время классов раздавались неумолкающие детские стоны, зато в неклассное время дети сидели смирно, не шевелясь, и весь дом погружался в такую тишину, как будто вымирал. Словом сказать, это был подлинный детский мартиролог, и в настоящее время, когда я пишу эти строки и когда многое в отношениях между родителями и детьми настолько изменилось, что малейшая боль, ощущаемая ребенком, заставляет тоскливо сжиматься родительские сердца, подобное мучительство покажется чудовищным вымыслом. Но сами созидатели этого мартиролога отнюдь не сознавали себя извергами – да и в глазах посторонних не слыли за таковых. Просто говорилось: “С детьми без этого нельзя”. И допускалось в этом смысле только одно ограничение: как бы не застукать совсем! Но кто может сказать, сколько “не до конца застуканных” безвременно снесено на кладбище? Кто может определить, скольким из этих юных страстотерпцев была застукана и изуродована вся последующая жизнь?»

Множество подобных свидетельств есть и у Горького в 9-й главе повести «Детство» (1989): «Несколько вечеров подряд она рассказывала историю отца, такую же интересную, как все ее истории: отец был сыном солдата, дослужившегося до офицеров и сосланного в Сибирь за жестокость с подчиненными ему; там, где-то в Сибири, и родился мой отец. Жилось ему плохо, уже с малых лет он стал бегать из дома; однажды дедушка искал его по лесу с собаками, как зайца; другой раз, поймав, стал так бить, что соседи отняли ребенка и спрятали его.

– Маленьких всегда бьют? – спрашивал я; бабушка спокойно отвечала:

– Всегда».

Н. Костомаров, известный русский историк, в «Очерке домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетиях» писал о том, что «иностранцы поражались домашнему деспотизму в России. Согласно христианским канонам, женщина считалась существом ниже мужчины. Она выполняла огромную работу по дому и воспитывала детей. Однако женщина получала больше свободы и уважения, став вдовою и матерью.

Между родителями и детьми господствовал дух рабства, прикрытый ложной святостью патриархальных отношений» (Костомаров, 1993. С. 155).

Таким образом, в начале XX века образовался разрыв между традиционной крестьянской культурой, ее носителями и европеизированной в той или иной мере культурой города, образованными слоями общества и господствующими верхами – всеми теми, кто олицетворял общество в то время. Этот разрыв неминуемо вел к конфликту двух культур (Миронов, 2000).

Семья аристократическая в России менялась в разное время в соответствии с теми политическими событиями, которые в ней происходили. Петр I ввел в Россию протестантскую мораль и одновременно с ней разрешение женщине на развод. В XVIII веке под влиянием реформ Екатерины II начинается европеизация не только страны, но и семьи. Вот как описывает Ю. М. Лотман результат этих новшеств (1995. С. 51): «…семья в начале XVIII века очень быстро подверглась такой же поверхностной европеизации, как и среда. Женщина стала считать нужным, модным иметь любовника, без которого она как бы “отставала” от времени. Кокетство, балы, танцы, пение – вот женские занятия. Семья, хозяйство, воспитание детей отходили на задний план. Очень быстро в верхах общества устанавливается обычай не кормить детей грудью. Это делают кормилицы. В результате ребенок вырастал почти без матери (конечно, это не в провинции и, конечно, не у какой-нибудь бедной помещицы, у которой двенадцать человек детей и тридцать душ крепостных, а у дворянской, чаще всего – петербургской знати)».

В начале XIX века ситуация изменилась: вернулась мода на грудное вскармливание и внимание к детям. Согласно Лотману, фантастический всплеск русской духовности XIX века, необычайный взлет русской культуры был подготовлен женщинами. Эти дамы, грезившие жертвенными подвигами, создали рафинированные понятия чести, долга, совести. Они их внушили своим детям. Однако этого практически никто не заметил, потому что их жизнь была тихим духовным подвигом, и они не говорили о себе сами.

Описывая рабочие семьи в начале XX века, ученые отмечали большую роль женщины в них, чем в крестьянских семьях (Дружинин, 2006). К концу XIX века, как свидетельствует перепись населения 1897 года, в Российской империи проживало 125 млн человек, из них 106 млн – крестьяне (85 %); в 1913 году численность крестьянства несколько уменьшилась, но по-прежнему составляла абсолютное большинство населения – 82 %, и только в 1962 году возник паритет численности горожан и сельчан. Сельский крестьянский быт обрядами и обычаями держал под своей культурной эгидой не только пригороды, но и маленькие городки, в которых проживало большинство населения России (Миронов,1989).

Россия и до революции была многонациональной страной, а потому в ней существовали и мусульманские браки с многоженством, необходимостью покупки жены, после чего она поступала в безраздельное пользование мужчины. В мусульманских странах женщина не имела фактически никаких прав и принадлежала мужу. Согласно В. Г. Яковлеву (1985), один багдадский красильщик, умерший в возрасте 87 лет, последовательно женясь и разводясь, состоял в браке с 900 женщинами, то есть в среднем каждый месяц имел новую жену.

В Сибири даже непосредственно перед революцией в некоторых местах сохранялись остатки первобытно-общинного строя.

Как и в Европе, семья в России постепенно уменьшалась в размере. Если первоначально в семью входил целый род и множество родственников разных поколений, то со временем их число сокращалось. К началу XX века распространяется нуклеарная семья, включающая родителей и живущих с ними несовершеннолетних детей.

После революции было принято несколько декретов, относящихся к семье. В 1918 году декрет «О введении равной оплаты за равный труд для женщин и мужчин» стал значимым шагом на пути ликвидации экономической дискриминации женщин. Декреты «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния», «О расторжении брака» (1917 год) и другие документы о семье строились на таких принципах, как единобрачие (запрещение браков с лицами, которые уже состоят в браке), равноправие супругов в отношении к имуществу и во взаимоотношениях в семье, обязательность материальной поддержки нетрудоспособных членов семьи и т. д.

Тем не менее патриархальные обычаи до сих пор живут в современных семьях. Вот только две сохранившиеся патрилинейные традиции: невестка практически всегда меняет свою родовую фамилию на фамилию мужа, а при названии новорожденного используется реестр семейных имен.

Изменения семьи в XX веке

Облик семьи зависит от того, городская она или сельская, к какой этнической и имущественной группе принадлежит, каков ее образовательный и культурный уровень, есть ли в ней дети и сколько их, кто старше по возрасту – муж, или жена, или они ровесники, какой характер и темперамент у супругов, сколько лет они прожили вместе, и еще от множества обстоятельств и превратностей судьбы, пережитых людьми вместе (Миронов, 1989).

Различия в европейском и азиатском типах брачности в XX веке стали особенно ярко выраженными. В России до сих пор (начало XXI века) сильна традиция ранних браков. В Западной Европе она была изжита уже в XVI веке. С конца Средневековья здесь стал распространяться европейский тип брачности (Хаджнал, 1979). Отличительными чертами его были позднее вступление в брак и высокая доля тех, которые так и не женились и не вышли замуж. Суть более позднего времени вступления в брак составляет осознанное родительство. Молодые люди живут вместе, но не оформляют брак до тех пор, пока не получат образование, профессию, будут иметь возможность содержать семью и воспитывать ребенка самостоятельно, не обращаясь за помощью к родительской семье. К началу XX века во многих странах Западной Европы 70–80 % женщин в возрасте 20–24 лет не были замужем, и даже к 30 годам доля незамужних достигала 40 %, а иногда и 50 %. Неженатых мужчин в этих возрастных группах было еще больше (Хаджнал, 1979).

В России же сохранялась практически поголовная брачность, поскольку, как уже говорилось, отсутствие брака не позволяло получить земельный надел. Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 года показала, что к возрасту 50 лет почти все мужчины и женщины состояли в браке: только 4 % женщин и 5 % мужчин к этому возрасту никогда не имели семьи. Подобная ситуация была лишь в Сербии и Болгарии. Очевидно, что в брак вступали люди с любыми физическими недостатками, если они были признаны юридически способными к браку. Только в прибалтийских губерниях, где был распространен протестантизм, ситуация походила на общеевропейскую. В Швеции 19 % женщин и 13 % мужчин не состояли в браке к 50 годам никогда (Вишневский, 2008).

Если рассматривать Россию без прибалтийских губерний, то доля ранних браков становится еще большей: в брак вступали сразу после наступления социально признаваемого возраста совершеннолетия, который во второй половине XIX века находился для девушки в интервале 13–16 лет, для юноши – 17–18 лет. Верхняя возрастная граница совершеннолетия совпадала с бракоспособным возрастом. На российском Севере и в Сибири норма для брачного возраста устанавливалась в более широких пределах и в среднем на более высоком уровне, однако и там браки после 25 лет и для юношей и тем более для девушек были редкостью (Бернштам, 1988).

В целом на рубеже XIX и XX веков по показателю среднего возраста вступления в первый брак европейская часть России, даже с учетом западных и северных губерний с их более поздней брачностью, была гораздо ближе к самым отсталым аграрным восточноевропейским странам, таким как Болгария, Румыния, Сербия, или к Японии и другим странам Азии, нежели к странам Западной Европы и Северной Америки. Если в Западной Европе и Северной Америке средний возраст вступления в брак для женщин колебался в пределах 24–27 лет и для мужчин – в пределах 27–29 лет, то в России и для тех, и для других он был как минимум на четыре года ниже (Захаров, 2006). Следует подчеркнуть, что подобная ситуация обусловлена не желанием молодых людей создавать семьи, а требованиями сельской общины в формировании земельных наделов.

Предполагалось, что революция переломит ситуацию в направлении европейской тенденции. Однако в последние 100 лет в России возраст вступления в брак зависел не столько от решения молодых людей, сколько от особенностей той или иной политической ситуации. Главные выводы, которые можно сделать из анализа тенденций брачности для поколений, родившихся в XX веке в нашей стране, сводятся к следующему. Вторая мировая война вызвала временную дестабилизацию брачности, затронувшую в первую очередь женские поколения 1920-х годов рождения, для которых возможности выйти замуж в годы войны были снижены до минимума. В послевоенные годы подавляющее большинство представительниц данных групп (почти 90 %) все-таки смогли выйти замуж, но в более позднем возрасте, по сравнению со старшими поколениями, и нередко за женихов моложе себя, поскольку многие ровесники погибли на войне. В результате максимальное увеличение доли никогда не состоявших в браке к 50 годам оказалось совсем небольшим – с 7–8 % до 9–10 %. Следует отметить, что вернувшиеся с войны мужчины часто создавали последовательно несколько семей, поскольку выбор невест был огромный, тогда как число мужчин жестко ограниченно. Средний возраст первого брака для женщин, родившихся в первой половине 1920-х годов, возрос существенно – на два-три года по сравнению с поколениями, успевшими вступить в брак до войны.

В течение последующих 20–30 лет соотношения по полу нормализовались, и в России восстановился не европейский, а азиатский тип брачности. Более того, тенденция к омоложению брачности даже усилилась. Частота браков 18-летних женщин, рожденных в начале 1970-х годов, превысила частоту браков во всех остальных возрастных группах. В результате к началу 1990-х годов молодые люди вступали в брак в том возрасте, в котором это делали их прадеды в конце XIX века. Это означало, что возраст начала сексуальной активности, возраст начала брачной жизни и возраст рождения первенца оказались сближенными до предела. По словам С. В. Захарова (2006), мечта традиционалистов о слитности сексуального, брачного и репродуктивного поведения была воплощена не в условиях пуританских «законов жизни» и «высокой морали» позднего сталинизма, а в результате размывания традиционных ценностей в эпоху застоя и перестройки. Это означало, что молодежь раньше начинала половую активность, а в силу отсутствия средств предохранения беременность наступала практически сразу. Молодые заключали брак не потому, что осознавали потребность в этом, а чтобы «узаконить» возникшую беременность.

Таким образом, причины парадоксального омоложения брачности в России в 1960–1980-х годах заключаются в низкой культуре планирования семьи на фоне снижения возраста начала регулярной половой жизни (Голод, 1998). Это привело к высокой распространенности добрачных зачатий, что в свою очередь стимулировало заключение ранних браков. Известно, что среди всех детей, рожденных в 1960–1980-е годы в первом браке, 30–40 % были зачаты до официальной регистрации отношений, а у женщин до 20 лет эта пропорция составляла 50–60 %. Безусловно, бо́льшая часть таких беременностей была не только не запланирована, но и нежелательна. В результате главной причиной повышения вероятности заключения брака до 20 лет стала малодоступность контрацептивных средств и массовая безграмотность людей в сексуальной и контрацептивной сферах на фоне официальной табуированности темы для научных и общественных дискуссий. Даже между мужем и женой проблемы предохранения от нежелательной беременности должным образом не обсуждались, о чем уже говорилось в главе 1 «Семья и общество».

Еще одним фактором раннего возраста вступления в брак в Советском Союзе стала государственная семейная политика начала 1980-х годов, состоящая в том, что матерям предоставлялся полуторагодовой отпуск по уходу за ребенком, законодательно закрепилась категория населения «молодая семья», принадлежность к которой предоставляла молодому человеку возможность избежать призыва в армию, а молодой семье – получить жилье.

Последним фактором омоложения возраста вступления в брак стала официально не декларируемая политика государства по сдерживанию доступа к высшему образованию. Высшее образование становилось все более популярным, особенно в городах, тогда как стране нужны были рабочие ресурсы. Государство создавало развернутую систему училищ и техникумов разного типа, при которых создавались общежития. Закон 1984 года гласил, что ориентация учащихся после восьмого класса будет осуществляться в зависимости от «потребностей экономики, регионов, городов и сел». Пребывание молодых людей в общежитии без родителей приводило к тому, что в начале 1980-х годов до одной трети новобрачных еще продолжали учиться либо совмещали учебу с работой, и процент семейных студентов увеличивался (Сысенко, 1986). Возникновение студенческих семей объясняется как снижением возраста сексуального дебюта, так и необходимостью легитимации беременности через вступление в брак. Либерализация сексуального поведения в студенческой среде протекала очень активно, что вызвало снижение возраста заключения брака в реальных поколениях женщин с высшим образованием, родившихся в 1955–1964 годах. Расширившаяся практика предоставления специальных общежитий для семейных еще больше подталкивала к раннему вступлению в брак. Кроме того, в заключении брака до завершения учебы нередко был и меркантильный интерес исключительно советского свойства: избежать обязательного распределения после получения диплома, остаться (прописаться) в большом городе и т. п.

После перестройки с отменой тех льгот, которые предоставлял ранний брак, и в связи с доступностью приобретения контрацептивных средств возраст вступления в брак стремительно повысился и у женщин, и у мужчин за короткий период между 1994 и 2002 годами (Захаров, 2006).

Тем не менее по темпам «старения» брачности Россия среди развитых стран – скорее аутсайдер: движение в сторону более поздней брачности началось почти на два десятилетия позднее, чем в западных государствах, и протекает менее интенсивно, чем в соседних странах Восточной Европы. Средний возраст российской невесты в первом браке, по самым последним оценкам, лишь приближается к 24 годам. В Эстонии, Венгрии, Хорватии и Чехии этот показатель равен 25 годам. В западных странах «нормальный» возраст первого замужества уже составляет 26–28 лет и продолжает увеличиваться (в Швеции, например, он преодолел 30-летнюю планку!). Для ситуации в нашей стране есть достаточно простое объяснение – это недоступность жилья и отсутствие традиции его аренды в течение длительного времени, не позволяющая семьям вступать в брак и одновременно переезжать в собственную квартиру. В результате молодые создают семьи на родительской территории. Все это снижает ответственность молодежи за свою семью. При этом руководство молодыми семьями и рождающимися детьми берут на себя не родители, а бабушки и дедушки.

Новые тенденции в развитии семьи

С середины XX века по настоящее время идет разговор о кризисе традиционной семьи и семейных ценностей. Это связано с реальным переходом и в мире, и в нашей стране к брачности европейского типа, что объясняется широким доступом девушек и женщин к образованию любого уровня, изменением системы труда как на производстве, так и дома. Тяжелый ручной труд уходит в прошлое, многие работы по дому легко выполнимы, поскольку существуют и специальные машины, и компании, предоставляющие разнообразные домашние услуги. Женщины хотят исполнять роль не только матери и жены, но и профессионала. Если раньше дети вырастали и оставались в рамках семьи, то теперь весьма часто они строят собственную семью и проживают вне родительского дома. Около 20 лет после того, как дети покинули дом, женщина может жить в своей семье, не выполняя ежедневных материнских обязанностей. Многие женщины, ориентируясь на подобное будущее, стремятся обеспечить себе возможность в этот период реализоваться в профессии (Зидер, 1997).

Подобные процессы протекают в разных концах земли, куда дошел прогресс. Все это меняет и семейные роли, и суть семейных отношений. Оба родителя в большей мере уделяют внимание воспитанию ребенка, и оба родителя пытаются воспользоваться шансом достичь высокой квалификации в профессии.

Не желая повторять несчастливые браки родителей, многие дети отказываются от государственной фиксации отношений и живут в гражданском браке, полагая, что именно они будут решать возникающие при этом проблемы, тогда как официальные структуры не должны мешать им реализовывать собственные семейные проекты.

Государство пока еще не готово отказываться от регулирования имущественных и детско-родительских отношений в семье, чему также имеется обоснование. Оно состоит в том, что есть достаточное число родителей, отказывающихся отвечать за судьбу собственных детей, часто возникают имущественные тяжбы между разводящимися супругами, что требует определенных правил и участия государства в семейном устройстве.

Если ранее родители отвечали за выбор будущего супруга, то в настоящее время мужчины и женщины предпочитают сами выбирать себе партнеров. Однако это не означает, что будущие муж и жена принимают решение исключительно самостоятельно. Прежде чем начать поиск брачного партнера, и девушка, и юноша проходят длительный период обучения в социуме, когда они осваивают на примере своих близких семейные роли и специфику детско-родительских отношений (Bowen, 1978). Именно поэтому большинство браков происходят в рамках близкого социума и близкой культуры. Браки межнациональные или межкультурные стали заключаться чаще, но и число проблем в них существенно больше, чем в обычных. Семья как бы воспроизводит людей, настроенных на семью того типа, который их породил и воспитал (Copp, 2011).

Несмотря на то что семья перестала быть производственной ячейкой, работа каждого из супругов воздействует на семейную жизнь различными способами: структурируя оставшееся от работы время, влияя на состояние каждого из супругов после рабочего дня и т. д. Опыт, приобретаемый на работе, а также способ и степень восстановления рабочих сил работающих членов семьи во многом обусловливают течение семейных будней (Зидер, 1997). В сравнении с домохозяйками работающие женщины требуют от детей как большей приспособляемости, так и более высоких достижений (Smith e. a., 2009).

В настоящее время брак все чаще сопровождается заключением брачного договора. Как правило, это происходит в тех случаях, когда жених или невеста состоятельны. Договор придает супругам уверенность в будущем, повышает степень ответственности каждого (стабилизирующая функция), позволяет избежать судебных передряг (регулирующая функция) и сохранить психическое равновесие личности в случае развода (мобилизационная функция). Что касается причин малой распространенности брачного договора в нашей стране, то юристы объясняют это низким материальным положением большинства населения. Социологи и психологи основную причину видят в особенностях русского менталитета в виде сложившихся стереотипов, в отсутствии ранее данного социального института. Помимо этого все эксперты связывают данное явление с небольшим сроком официального существования договора (с марта 1996 года) и недостаточной информированностью граждан о наличии и функциях такого документа.

Эти новые тенденции заставляют одних людей говорить о кризисе семьи, других – об изменении семейных ценностей и реализации новой модели семейных отношений.

Вновь возникают идеи о возращении к стабильной семье из трех поколений, описанной Э. Дюркгеймом (1995) в конце XIX века, ошибочно считавшим ее единственным вариантом семьи того времени. Однако те, кто взывает к этой идее, забывают, что такая семья, будучи внешне стабильной, была достаточно конфликтна внутри себя. Великая русская литература дает многочисленные примеры такого рода. После войн, прошедших через Европу в XX столетии, часто возникали ситуации, когда семьи увеличивались до трех поколений. Однако как только улучшалась экономическая ситуация, родственники стремились к разъезду.

В то же время стремление жить раздельно не иллюстрирует реальные отношения между поколениями. Так, в России широко распространен тип «мобильной бабушки», разъезжающей от одного своего выросшего ребенка к другому, чтобы помогать воспитывать внуков (Тольц, 1986). Тем не менее, если экономические условия достаточны для этого, наблюдается стремление к большему общению не с членами семьи, а с теми, с кем есть общие интересы, возможность поделиться опытом, совместно воспитывать детей одного возраста.

В настоящее время усилилась тенденция к неполным семьям, прежде всего семьям разведенных и расставшихся с мужьями женщин с детьми, а также тенденция к добрачной совместной жизни и схожему с семьей сожительству.

Это сопровождается падением рождаемости, свойственным всем развитым странам современности. Если во времена, когда семья была в том числе производственной структурой, дети представляли ценность как работники, то с появлением наемного труда они утратили хозяйственное значение, но приобрели ценность в связи с личностным общением родителей с ними. Однако личностное общение требует времени, и оно затрудняется, когда в семье одновременно воспитывается более трех детей.

Европейская семья испытала бум послевоенных лет, когда экономическая ситуация позволила не откладывать брак на потом и заключать его по мере необходимости. У многих семей появилась возможность содержать трех-четырех детей. Однако начиная с 1960-х годов вновь увеличивается возраст вступления в брак, а также падает число детей в семье.

Потребность в ограничении рождаемости основывается в значительной степени на комплексном сочетании объективных и субъективных факторов, которые в неразрывном единстве обусловливают общую тенденцию к модернизации жизни. Желание все большего числа женщин не прекращать трудовую деятельность, возросшие требования к качеству жилья и досуга, личному общению с ребенком являются важнейшими причинами сокращения рождаемости. Дети не нужны ни как рабочая сила, ни как гаранты обеспечения в старости. Для эмоционального обогащения, которое муж и жена ожидают от своих детей, достаточно уже одного или двух.

В то время как количество детей, рожденных в браке, сократилось, почти во всех промышленных странах возросло число внебрачных детей. Рождение ребенка вне брака постепенно утрачивало черты позорного явления, и с 1960-х годов число незамужних матерей увеличивалось. Следует помнить и о том, что социальные условия для незамужних матерей изменились решающим образом. Меры семейной и социальной поддержки позволяют незамужним мамам в случае беременности принимать решение об отказе от вынужденного брака и самостоятельном воспитании ребенка.

Отношение детей к биологическим родителям как к социальным родителям перестает быть само собой разумеющимся, они все чаще участвуют в процессах, связанных с обретением нового партнера их физиологическим отцом или матерью.

Кривая разводов на протяжении прошлого века непрерывно росла. Так, в 1913 году на 95 млн православного населения синодом было зарегистрировано около 4 тыс. разводов, к 1990 году население страны выросло примерно в три раза, а количество расторгаемых браков – более чем в 240 раз (Голод, 1998). Однако следует учитывать, что развод является не причиной, а симптомом кризиса брака (но не семьи в целом). Более того, весьма часто развод может иметь положительное значение, если он прекращает насилие в семье.

Вспомним патриархальную крестьянскую семью: если бы у сыновей была возможность уходить из большой отцовской семьи, это делало бы большинство из них. Если бы у мужа и жены была возможность разойтись, то и в XIX веке произошел бы рост количества разводов. Если бы Анна Каренина могла получить развод без потери ребенка, вполне вероятно, она бы не выбрала самоубийство как метод решения проблемы. Нужно осознать, что развод – лишь клапан, через который выходит пар. Этот пар невозможности жизни в одной семье накапливался во все времена, однако доступные способы его выпустить появились лишь в наши дни.

Рост числа разводов не в последнюю очередь предопределен переходом от сватовства как способа заключения брака к индивидуальному решению мужчины и женщины. Свобода выбора партнера в свою очередь предполагает и свободу разрыва отношений, если они складываются неудачно (Голод, 1998).

С этой же позиции следует рассмотреть и проблему рождаемости. Доля рождений вторых и последующих детей уменьшилась. Первый ребенок до сих пор появляется практически спонтанно, его рождение в большинстве случаев не планируется. Число рождений у женщин моложе 20 лет увеличилось на 2 % и у несовершеннолетних – на 11 %, то есть рост числа рождений происходит лишь в тех группах, где сексуальность напрямую не связана с использованием средств защиты, о чем говорилось ранее (Основные…, 1991).

Для возникновения такой ситуации есть множество причин. Прежде всего человек ушел от естественного отбора. Это привело к тому, что большое количество слабых в отношении здоровья людей вступают в брак и рождают детей. Изменения в семье стали возможными и благодаря изобретению антибиотиков. Еще в конце XIX века в России летом погибало 85 % детей. Их смерть связывали с тем, что страна была крестьянская, а крестьянку летом никто не освобождал от работы. Она рожала на меже, пережевывала кусок хлеба, заворачивала в тряпицу и давала ребенку вместо соски. За летний день в слюне и частично переваренном куске хлеба возникало такое количество бактерий, что дети погибали в основном от кишечных инфекций. Семьи были большие, но личностные отношения с детьми родители не выстраивали, поскольку смертность была слишком велика (Ранкур-Лаферрер, 1996).

Теперь смертность уменьшилась в разы. Появление антибиотиков (у нас в стране в 1943 году) привело к тому, что большинство рожденных детей выживают. Однако и женщины рожают реже. Между родителями и детьми выстраиваются личностные отношения. Безусловное подчинение детей родителям заменяется теплотой, взаимной поддержкой, пониманием и искренностью. Отцы все больше включаются в воспитание детей. Данные факторы меняют и структуру семьи. Вместо четкой иерархии все чаще выстраиваются отношения равенства между мужем и женой. Эти отношения в большей мере носят личностный, в том числе эротический характер.

Будущее современной семьи

Типичной является картина, когда родительская семья живет по законам брачных отношений, тогда как вышедшие из нее дети апробируют новые возможности совместного существования. Единственным аргументом в пользу брака в настоящее время остается воспитание детей, поскольку пока не найдено лучшей системы, чем семья, для их развития и воспитания. Можно предположить, что дальнейшей тенденцией станет утрата браком монопольного положения как единственной модели совместного проживания.

Основанные не на кровном родстве формы солидарности и опеки предположительно приобретут большее значение. Можно ожидать возникновения новых форм взаимопомощи и поддержки вне брачных уз. Следует подчеркнуть, что этот процесс происходит не потому, что молодые люди имеют менее стойкие моральные установки, чем их родители. Очевидно, что ответственность за детей и поддержка пожилых людей – не прерогатива семейного устройства. У многих млекопитающих и у всех высших обезьян доказано существование поддержки детей и пожилых людей. Более того, исследования, проведенные в местах расселения неандертальцев, свидетельствуют о том, что они поддерживали больных детей и пожилых взрослых (Вааль де, 2016). К тому же известно, что некоторые современные семьи не выполняют данных функций. Скорее всего, именно несчастливая жизнь родителей в браке заставляет молодежь искать альтернативные пути.

На протяжении последнего столетия, во время которого и сетуют на кризис семьи, исследователи говорят об одних и тех же тенденциях: увеличивается число одиноких мужчин и женщин, растет количество разводов, снижается уровень рождаемости, увеличивается число неполных семей, внебрачных связей и т. д.

Смысл патриархальной моногамии кратко сводится к двум принципам: жесткой половозрастной субординации и отсутствию индивидуальной избирательности на всех стадиях семейного цикла (Голод, 1998). Центральными понятиями для семьи до XX века были нерасторжимость и принадлежность индивидуума семье: сначала собственным родителям, потом супругу. В XX столетии личность выходит из-под контроля кого бы то ни было и стремится самостоятельно строить собственную жизнь, входя в семью на основе равенства, а не подчинения. Подобная идея предполагает возможность развития внутреннего мира человека, смены его представлений на разных этапах жизненного пути, а следовательно, и возможность расторжения прежнего брака и заключения нового.

Если согласиться с представлением, что будущее семьи – это супружеская семья, то нет необходимости искать причины кризиса семьи, хотя, возможно, брак может и исчезнуть. Есть свидетельства нового развития семьи, которое может кому-то нравиться, кому-то – нет. Во все другие времена тип брака определялся внешними обстоятельствами, а не желанием конкретных людей. Можно предположить, что тенденция индивидуального выбора сохранится и в будущем. Усиление роли индивидуальности создало видимость семейного кризиса: увеличение числа разводов, выход женщины на арену общественной и политической жизни, планирование рождаемости супругами, активное участие детей в жизни семьи. Однако это – не свидетельство кризиса, но признаки конструирования новых семейных отношений, удобных для развития индивидуальности. Мы является свидетелями и в какой-то мере творцами этих изменений.

Свободный выбор будущего супруга и потребность в интимности в личной сфере ведет к тому, что время появления первого ребенка отодвигается, поскольку необходим период, в течение которого супруги учатся пониманию, адаптируются друг к другу. Это также может интерпретироваться не как кризис, а как условие для возникновения нового типа семьи – семьи, в которой есть уважение всех членов на основе любви, а не внешней регламентации.

Представляется, что обучение поиску путей взаимодействия и взаимной поддержке в школе поможет изменить имеющиеся тенденции к лучшему. В любом случае современное состояние отражает именно этот поиск молодыми людьми возможностей как самореализации в новых моделях отношений, так и повышения качества возникающих отношений.

Любовь и тепло человеческого общения могут существовать в группах, не связанных брачными узами. Возможно, будет найдено равновесие между автономией личности и существованием ее в рамках группы эмоциональной и социальной поддержки. Решающим аспектом этого развития, без сомнения, является создание условий для принятия отдельным человеком важных жизненных решений в соответствии с личным мнением, а не универсально действующими нормами или групповым принуждением.

Все больше появляется людей, которые согласны с Б. Расселом (2004) в том, что трудно сохранять счастье с одним человеком более восьми лет совместной жизни. Статистика свидетельствует, что наибольшее число разводов происходит в две волны. Первая волна разводов возникает в течение двух лет после заключения брака. Люди, фиксировавшие брак для легитимации беременности, понимают, что не готовы к семейным отношениям и ответственности. Вторая волна – развод после 7–13 лет совместной жизни – связана с тем, что люди, некогда любившие друг друга, в течение этого времени развивались с разной скоростью и в разных направлениях. Следовательно, такие разводы обусловлены сущностными проблемами, а не развращенностью или аморальностью людей.

Семья, в которой человек получает эмоциональное удовлетворение, безусловно, улучшает качество его жизни. Известно, что продолжительность жизни женатых мужчин больше, чем холостых, а холостых – больше, чем вдовцов. Смертность женатых мужчин от сердечно-сосудистых заболеваний в два раза ниже, чем разведенных, такая же закономерность выявлена и при других серьезных психосоматических болезнях (рак пищевода). Что еще удивительнее, у состоящих в браке мужчин вероятность погибнуть в автодорожных катастрофах в четыре раза ниже. Суицид более чем в четыре раза чаще совершают разведенные, чем женатые.

Людей, отказывающихся от официальной фиксации отношений, стремящихся самостоятельно решать семейные проблемы, становится все больше. Возможно, это связано с тем, что современный государственный институт семьи в основном контролирует семьи, не выполняющие обязанностей по отношению к детям или друг к другу. Но законы, контролирующие такие семьи, не подходят к тем парам, где родители ответственно относятся ко всем своим действиям. Например, Закон о материнском капитале учитывает тот факт, что есть женщины, которые рожают детей, чтобы получить деньги на собственные нужды, а не чтобы использовать их на цели ребенка. Однако таких матерей единицы, тогда как ограничения накладываются на огромное число заботливых родителей, которым средства нужны в первые дни рождения ребенка. Подобных особенностей законодательства достаточно, чтобы семья предпочла отказаться от помощи государства в одних случаях, что позволит избежать контроля – в других. Следовательно, для сохранения института брака государство должно повернуться лицом именно к положительным семьям, а не исключительно контролировать семьи, не выполняющие свои обязанности по отношению к детям. Согласно одному из психологических законов, открытых бихевиористами, нужно поддерживать правильные поступки людей, а не направлять всю силу государственной машины на наказание провинившихся (Николаева, 2006).

Однако есть и другая проблема, которую в будущем нужно решать. Большинство современных людей достигают социокультурной зрелости раньше, чем экономической независимости. Будучи ответственными, они не могут заключать брак, не имея возможности содержать семью. Вместе с тем потребность в теплых отношениях именно в юности особенно сильна. Если общество и дальше будет двигаться в направлении игнорирования проблем экономической самостоятельности молодых людей, брак, безусловно, будет терять устойчивость и привлекательность.

Еще одно преимущество семьи, не фиксирующей отношения официально, состоит в свободе экспериментирования, но не в худшем смысле этого слова – развращенности, а в свободе развития в рамках возникающего союза молодых людей. В этом случае мужчина и женщина встречаются только тогда, когда у них есть острая потребность в этом. В другое время они могут интенсивно учиться или работать. Безусловно, это не союз на всю жизнь, но это попытка уйти от тех негативных примеров отношений в родительской семье, которые многих молодых людей отучили положительно воспринимать слово «брак». С этой точки зрения самое большое счастье ребенка – родиться в хорошей семье, где родители любят друг друга и детей. Если мы хотим что-то менять в обществе, нужно обучать еще в школе тому, как формировать отношения в семье и как воспитывать детей. В этом случае у детей, родившихся в несчастливых семьях, будет больше шансов создать семью и, возможно, более счастливую, чем та, в которой они выросли.

Более того, следует учитывать, что сожительство до брака – позитивный, а не негативный момент в жизни современной молодежи. Подобные отношения есть во всех странах, и они помогают молодым людям обрести способность адаптироваться к другому. Поэтому необходимо убрать из законодательства функцию брака как действия, узаконивающего сексуальные отношения.

Семейные отношения без брака требуют более высокого уровня рефлексии и способности противостоять давлению общественных норм. Это означает, что такие отношения свойственны наиболее образованным членам общества, более способным к творчеству во всех сферах собственной жизни, предпочитающим самостоятельно нести ответственность за свои поступки людям.

Наконец, нужно отметить, что сохраняется вариант коммун, которые в различные времена уже были опробованы во многих странах. Когда происходит насильственное вселение разных людей в одно помещение, возникает не коммуна, а коммунальная квартира, в которой психологический климат зависит от индивидов, случайным образом собранных в одном месте. Однако до сих пор создаются студенческие коммуны в университетских городках, члены которых могут решать одну большую научную задачу; сельскохозяйственные коммуны, где собираются люди, желающие выращивать экологически чистые продукты (кибуцы в Израиле); педагогические сообщества, в которых родители применяют, например, антиавторитарное воспитание; религиозные и лечебные группы и т. д. Это могут быть объединения семей, сообщества, где есть семейные и одинокие люди. Таких людей, в отличие от ранней большой семьи, формировавшейся на основе родства, объединяют общий интерес и совместная деятельность. Если в прошлые времена в них преобладали политические или экономические задачи, то теперь это чаще всего социокультурные интересы, например создание школы или детского сада с наилучшими условиями для саморазвития своих детей.

Подобное совместное экспериментирование собирает людей из разных концов света, часто с помощью Интернета. Большинство людей, объединяющихся в коммуны, ищет возможности воплощения тех или иных идеалов своими руками, собственными усилиями. Коммуна позволяет им осуществлять солидарную групповую защиту от мира, который им кажется враждебным. Можно предположить, что поток людей, не желающих жить в обществе потребления и мириться с несправедливостью в нем, будет возрастать. Подобные сообщества весьма текучи по составу, и многие семьи живут в них лишь то время, которое необходимо для решения собственных задач. Однако они являются частью современного общества и решают те его проблемы, которые невозможно ликвидировать традиционными методами. Так, в подобных сообществах рушатся представления о половых ролях, поскольку за детьми присматривают и мужчины, и женщины. Так как за детьми ухаживает не один человек, а группа взрослых, это облегчает выполнение однообразных действий родителям, у них появляется больше времени для индивидуального общения. Наконец, в подобном сообществе всегда могут найтись собеседники, поскольку именно ради этого и создается коммуна. Коммуны, в которые происходит отказ от личной автономии, обычно долго не существуют. Большинство создающихся сейчас коммун предполагают как автономию личности, так и автономию семей.

Следовательно, семья будет существовать и в дальнейшем, однако какой она будет – зависит в том числе и от ныне живущих юношей и девушек.

Задания

1. Приведите пример обществ, в которых есть полиандрия, полигиния, полигамный брак.

2. Попробуйте найти типы браков, которые не описаны в учебнике.

3. Опишите эволюционное преимущество экзогамии по отношению к эндогамии.

4. Приведите примеры классификаций типов семей по разным основаниям.

5. Проанализируйте классификацию стилей детско-родительских взаимоотношений на протяжении исторического развития человека. Приведите исторические примеры, соответствующие конкретным типам детско-родительских отношений.6. Обсудите представления о семье в «Идеальном государстве» Платона, «Утопии» Т. Мора и «Городе Солнца» Т. Кампанеллы. Как исторический период повлиял на различие представлений о семье? Какие высказывания, с вашей точки зрения, применимы и в отношении современной семьи? Что вы считаете невозможным для использования в современной семье? Обоснуйте.

7. Как вы считаете, какие высказывания Ф. Энгельса сохраняют актуальность в настоящее время, а какие – не соответствуют современным данным?

8. Какая из теорий происхождения семьи представляется вам наиболее обоснованной? Сопоставьте прогностически значимые предсказания теорий и исторически неверные.

9. Каков, по вашему мнению, вклад Э. Дюркгейма в теоретическое описание происхождения семьи?

10. В чем состоит специфика теории Ф. Энгельса о происхождении семьи?

11. Сопоставьте особенности законов, относящихся к семье, в древних государствах на территории Малой Азии с таковыми в микенской культуре и цивилизациями городов Хараппы и Мохенджо-Даро в долине реки Инд III–II тыс. до н. э.

12. Что мы можем узнать об отношении в семьях к мужчинам, детям, женщинам из сведений о законах в древних цивилизациях? Как эти представления способствовали выживанию древних цивилизаций?

13. Что известно о семье в Персии времен войны с Александром Македонским?

14. Опираясь на книгу Д. Г. Бертрама (1992), опишите наказания, которым мог подвергнуться мальчик из средневековой европейской семьи, обучающийся у мастера.

15. Каковы причины возникновения рыцарского отношения к прекрасной даме в Средние века?

16. Охарактеризуйте крестьянскую семью в России в XVII–XIX веках.

17. В чем состояло различие между крестьянской и аристократической семьями?

18. Найдите информацию о том, какой была семья на Руси до принятия православия.

19. Перечислите законы, вышедшие в первые годы советской власти, имеющие отношение к семье. В чем прогрессивность данных законов?

20. Чем отличается европейский и азиатский типы брачности?

21. Объясните причины сохранения азиатского типа брачности во времена Советского Союза и в настоящее время.

22. Как большинство авторов трактует причины кризиса семьи? Как иначе можно интерпретировать факты, на которые опираются сторонники представления о кризисе семьи?

23. Как вам видится будущее семьи? Аргументируйте ответ.

Глава 3. Жизненный цикл семьи

Этапность в жизни семьи

Жизненный цикл семьи – это определенная последовательность стадий, которые проходит любая семья, в каком бы месте на земном шаре она ни находилась. Подобно тому, как человек рождается, живет и затем умирает, семья вместе с людьми, ее создающими, минует ряд этапов в соответствии с физиологическими, психологическими и нравственными изменениями, происходящими с ее членами. Характер изменений определяется личностными особенностями и возрастом супругов и детей, а также культурой, в которой они живут.

Жизнь семьи неодинакова на разных этапах ее развития (Imber-Black, Roberts, 1993). Она может рассматриваться как движение с множеством остановок-стадий: от «свадебно-медовой» через рождение и взросление детей к стадии «пустого гнезда», когда дети выросли, создали собственные семьи, а пожилые супруги остались вдвоем. На каждой из стадий жизненный стиль семьи относительно стабилен, все ее члены заняты выполнением задач, соответствующих этому периоду жизни (Селигман, Дарлинг, 2007).

Для ребенка семья является средой, с помощью которой он входит в сложный мир, созданный человечеством. В каких-то семьях это вхождение будет постепенным, позволяющим личности раскрыться в полной мере. В каких-то, напротив, ребенок будет оставлен рано без родительской поддержки, и условия взрослой жизни, к которой он не готов, могут сломать его. Взрослый человек находит в семье возможность реализовать свою потребность в любви, заботе, общении, отдыхе.

На каждой стадии жизненного цикла семьи меняются условия жизни для всех ее членов, а также цели и задачи, которые они должны решить вместе.

Теории жизненного цикла

Классифицировать этапы можно различным образом. Выделяют от 6 до 24 стадий развития семьи (Grusec, 2015) в соответствии с задачами, стоящими перед ней. Например, родительство имеет большее значение, пока в семье есть дети, и влияние его уменьшается, когда они вырастают. Задачи зависят от возраста ребенка и родителей. Малышу необходимо постоянное внимание, тогда как подростку в большей мере нужны свобода и самостоятельный поиск. Ключевым аспектом смены стадий жизненного цикла являются изменения в функциях членов семьи, вызванные взрослением детей и изменением жизненных обстоятельств.

Различия в теоретических позициях состоят в том, на каком типе взаимодействия в большей мере фокусируется классификация. Если рассматриваются супружеские отношения, то выделяют супружество молодое, среднего возраста, зрелого и пожилого. Акцент делается на том, что со временем супруги устают от отношений друг с другом. Так, супружество среднего возраста длится 6–14 лет. В этот период люди экономически активны, занимают устойчивое общественное положение. Несмотря на стабильное состояние семьи, это достаточно опасная стадия ее жизни. Согласно Б. Расселу (2004), после 8 лет совместной жизни происходит усталость друг от друга и требуется смена отношений и возникает потребность в новом партнере. В эти годы привычка может перерасти в скуку, однообразие. Возникающие конфликты связаны не лично с каждым из членов семьи, а являются результатом разрешения их сущностных проблем.

Супружество зрелого возраста наступает после 15 и длится до 25 лет совместной жизни. В семье уже взрослые дети, супруги остаются одни или привыкают жить с их семьями, занимаются своими делами или воспитывают внуков. Психологическое благополучие семьи на этом этапе обусловлено зрелостью личности каждого из супругов, взаимной уступчивостью, близостью потребностей и интересов мужа и жены.

Супружество пожилого возраста связано с решением проблемы выхода или невыхода на пенсию, состоянием здоровья или болезнями. Это стадия стабильного барака, в котором все сложные проблемы решены на более ранних этапах. Супруги нуждаются в помощи и боятся потерять партнера, а потому относятся друг к другу более бережно, чем раньше. Некоторые супружеские пары с увлечением исполняют роли бабушек и дедушек, осваивают новые функции в семье. Их интересы все больше переключаются на внуков. Другие пары продолжают иметь собственные интересы и максимально продуктивны в профессиональной сфере.

Однако классификация может основываться не на взаимоотношениях супругов, а на особенностях развития детей в семьях. Такой жизненный цикл обычно включает шесть стадий: добрачный период, заключение брака и образование новой семейной пары, семья с маленькими детьми, семья с детьми подросткового возраста, период приобретения детьми взрослого статуса и их отделения, период жизни после отделения детей. В этом случае стержневой функцией анализа семьи становится родительство. Стаж супружества не определяет стадию жизненного цикла. Переход семьи на качественно новый этап обусловлен решением задач рождения и воспитания детей и выбором того, что будет делать семья, когда дети уйдут из нее.

Б. Картер и М. МакГолдрик (Carter, McGoldrick, 1988) предложили следующие критерии периодизации:

• жизненные цели;

• задачи, реализуемые для достижения этих целей;

• состав семьи (число детей);

• переходы с одной стадии на другую в соответствии с новыми жизненными установками семейной системы в связи с взрослением детей.

С. И. Голод (1998) на основе эмпирического исследования выделил семь адаптационных ниш внутри семьи: духовная, психологическая, сексуальная, информационная, родственная, культурная и бытовая. Он полагает, что ниши имеют подвижную иерархизированную структуру, сдвиги в ней предопределяются стадией развития индивидуальной семьи. Так, в начальной стадии, то есть до рождения ребенка, иерархия такова: духовная, психологическая, сексуальная и культурная. При появлении ребенка культурная ниша вытесняется бытовой.

В стереотипных условиях современного мира семья оказывается той универсальной общностью, где в повседневных неформальных контактах супругов и родителей с детьми при благоприятно складывающихся отношениях восполняется дефицит личностного общения. Однако если нет психологической совместимости, это приводит к устойчивым конфликтам (например, «бегству в болезнь»). Не менее важным показателем индивидуализации супругов в рамках семьи является мера их сексуальной адаптированности. По данным С. И. Голода (1998), среди супругов, достигших высокого уровня сексуальной экспрессии, более 60 % – психологически адаптированные, у каждой третьей пары эти отношения напряженные и у 7 % – несовместимые. При этом 3/4 мужчин из общего числа убежденных в полном духовном взаимопонимании с женой испытывают от сексуального общения с ней удовольствие, остальные – удовлетворение. Среди духовно неадаптированных супругов уровень сексуальной отзывчивости жен (по оценке мужей) распределился так: менее 40 % – высокий, 44 % – удовлетворительный и 16 % – низкий. Следовательно, между адаптационными нишами существует тесная связь: если отсутствует психологическая, бытовая или духовная совместимость, то трудно ожидать сексуальной гармонии (Голод, 1998).

Попробуем объединить представления разных авторов, выделив то общее, что каждый из них вкладывает в понятие этапности становления семьи.

Описание стадий жизненного цикла

Нулевой цикл

Нулевой цикл (добрачная стадия, стадия монады) семьи – время до ее возникновения, когда молодой человек и девушка начинают встречаться, и в конце концов у них возникает решение о совместной жизни. В зависимости от того, как они подошли к этому периоду, будут разрешаться в дальнейшем сложные ситуации в семье. Эффективность этого периода в полной мере предопределяется психологической зрелостью людей, вступающих в брак. Психологическая зрелость – это готовность нести ответственность за те или иные решения. Если брак был случайным, например в силу того, что будущая невеста забеременела или по каким-то другим вынужденным обстоятельствам, в дальнейшем резко повышается вероятность развода. Однако если брак был хорошо продуманным шагом, возможность сформировать устойчивую семью повышается. Тем не менее и при абсолютно взвешенных решениях о заключении брака могут возникать ситуации, способствующие разводу. Как было сказано ранее, причиной в таких случаях часто являются различные пути личностного развития супругов.

Эффективность брака не зависит от продолжительности знакомства до свадьбы. Известны случаи, когда молодые люди знали друг друга несколько дней, но затем создавали устойчивую семью на многие годы. Бывает и так, что после длительного ухаживания созданная семья живет недолго. Это определяется личностями тех, кто формирует семью, их готовностью стать родителями и нести ответственность, а также сходством или различием устройства семей, из которых вышел каждый из супругов.

Согласно Г. Бейтсону (2004), целью этого этапа может стать достижение эмоциональной и экономической самостоятельности личности, принятие ответственности за себя и свою судьбу. Уже говорилось о двух типах брачности. Многое определяется тем, получена ли специальность супругом, чтобы иметь возможность содержать семью материально (вне зависимости от пола), имеется ли подходящая работа и есть ли место, где семья могла бы жить, наконец, насколько выбранный партнер подходит на роль родителя ребенка. Проблема состоит в том, что с мужем или женой можно развестись, но невозможен развод с детьми. Согласно всем законам генетики, ребенок будет походить на супруга и его родственников и станет хранителем уже нелюбимых черт бывшего супруга (супруги), если произойдет развод.

Поэтому для сохранения брака важна способность принять безоговорочно какие-то особенности будущего супруга или супруги. Выбор супруга без намерений изменить его в дальнейшем – одна из предпосылок успешности брака.

Молодые люди, имеющие эмоциональную и финансовую независимость от родителей, получают больше шансов создать успешную семью. Более того, каждый из них должен иметь навыки ухаживания и общения с представителем другого пола, чтобы все-таки достичь нужного результата: встретиться, понравиться и заинтересовать человека. Этот этап значим как для индивидуального психического развития, так и для развития будущей семьи. Важными условиями успешности семейной жизни будут умение супругов разрешать конфликтные ситуации, наличие общих ценностей, совместное воспитание детей и совместное выполнение тех или иных домашних работ.

Нулевой цикл в семье выделяют не все авторы, поскольку он связан с периодом знакомства и ухаживания будущих супругов. Однако добрачная стадия значима именно потому, что на ней человек осваивает возможные роли в качестве супруга и родителя, глядя на собственных родителей и впитывая требования культуры, в которой он развивается. Эта стадия представлена индивидуальной жизнью каждого из будущих супругов.

В пьесе Н. В. Гоголя «Женитьба» (1994) Агафья Тихоновна должна выбрать жениха из четырех претендентов, и попытка решить эту задачу не свидетельствует о ее зрелости как личности: «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородность Ивана Павловича – я бы тотчас решилась».

Первый этап

Первый этап (молодая семья, семья молодоженов, семья в медовый месяц) начинается с момента образования семьи и заканчивается появлением первого ребенка. Его длительность в каждой семье различна. Г. Бейтсон (2004) называет эту стадию периодом диады, поскольку семья пока состоит из двух человек.

Ее особенностью является относительная беспроблемность: практически ничего не изменилось в жизни супругов с началом их совместной жизни. Они могут испытывать эйфорию, полагая, что легко справятся со всеми трудностями вместе. Они достаточно молоды. Тем не менее на этом этапе возникает первый кризис, обусловленный адаптацией друг к другу. Люди начинают жить вместе и должны договориться о том, по каким правилам это будет происходить. Есть правила, которые легко выработать, тогда как другие требуют взаимных уступок и компромиссов. Легче всего установить внешние правила (кто и когда моет посуду, кто ходит в магазин, кто зарабатывает деньги и т. д.). Труднее выработать правила, связанные с глубинными вещами (как воспитывать будущего ребенка, в каком составе ездить отдыхать, сколько свободных денег может иметь каждый супруг, насколько самостоятельно каждый из них может принимать решение о проведении свободного времени и т. п.).

Это период притирки характеров, взглядов на жизнь, семейного уклада, вызывающего подъемы и спады настроения молодых. Насыщенный самыми противоречивыми переживаниями, этот момент супружеской жизни часто запоминается навсегда и отражается на дальнейшей судьбе семьи. Каждый из партнеров не только открывает мир другого, но и сам обнаруживает в себе что-то, ранее не замеченное.

Часто появляется желание изменить партнера, сделать таким, каким он (она) некоторое время назад казался (казалась). Могут возникать размолвки с родственниками. Все чаще каждый из супругов получает от другого щелчки по самолюбию. Впервые оба осознают, что для совместной жизни кроме любви нужно нечто большее – чувство такта, доброта, уступчивость, забота.

Очень многое зависит от того, живет семья отдельно или с родственниками и как родственники принимают супруга (супругу).

Успешное прохождение этой стадии связано с решением следующих задач:

• выработать и согласовать общие семейные ценности и семейный уклад;

• решить вопросы главенства или равенства, установления лидерства или его отсутствие;

• распределить роли;

• принять ответственность за выполнение задач и достижение целей;

• определить финансово-экономический статус семьи;

• организовать семейный бюджет;

• решить территориальные проблемы (проблемы проживания) семьи;

• организовать досуг, удовлетворяющий каждого;

• адаптироваться друг к другу;

• формировать самосознание «мы»;

• выработать общую позицию в отношении будущего семьи;

• планировать основные жизненные цели;

• установить отношения с расширенной семьей (родителями и родственниками каждого из супругов).

От успешности решения задач формирования новой семейной системы существенным образом зависят жизнестойкость семьи и ее будущее. На смену осознанию формулы «я и ты» приходит осознание нового качества отношений «мы». Завершение медового месяца знаменует собой начало перестройки прежних отношений близости и изменение интенсивности переживания чувства любви.

В этот период молодая семья особенно чувствительна к внешнему негативному воздействию – и браки распадаются нередко, что свидетельствует как о сложности задач данной стадии жизненного цикла семьи, так и о недостаточной психологической готовности молодых супругов к браку, а это обусловлено нерешенностью задач предшествующей стадии. Например, сохраняется эмоциональная, поведенческая, ценностная зависимость от родителей, отсутствует экономическая самостоятельность и т. д. Для выявления прогностических факторов успешности будущей семейной жизни проводились соответствующие исследования. Рассматривались такие показатели: пол будущего родителя, его возраст, образование, опыт семейной жизни (в каком по счету браке состоит и общий стаж семейной жизни), стаж семейной жизни в данном браке, количество детей в родительской семье, порядок рождения в ней (то есть каким по счету ребенком был испытуемый). Семьи членились на группы в соответствии с тем, какого ребенка они ждали (первенца или второго ребенка) (Рюмина-Македонова, Цветкова, 2006). Оказалось, что на ранних этапах совместной жизни (до четырех лет) и мужчины, и женщины ориентированы на традиционные представления об устройстве семьи (главенство мужчины, подчиненность женщины). Однако чем дольше существует семья, тем в большей мере женщины стремятся к равноправию (эгалитарное устройство семьи), тогда как мужчины желают восстановления своего главенства и предпочитают вернуться к патриархальному укладу. Именно поэтому семьи, ожидающие второго ребенка, стремятся к равенству отношений в большей мере, чем семьи, ждущие первенца. Такие результаты можно объяснить следующим. Ожидая первенца, женщина еще не знает, что при патриархальном укладе именно она будет нести на своих плечах все тяготы воспитания ребенка. Поэтому к моменту появления второго ребенка она предпринимает больше усилий по включению отца в этот процесс и, соответственно, стремится к более равномерному распределению обязанностей по дому.

На каждом этапе меняется и отношение к сексуальной стороне жизни семьи. Супруги, находящиеся во втором браке, в большей степени подчеркивают необходимость сексуальной сферы общения, чем супруги, живущие в первом браке. У супругов со средним образованием пик интереса к сексуальной сфере семейных отношений приходится на возраст 25–34 года, затем постепенно интерес уменьшается. У супругов с высшим образованием на возраст 25–34 лет приходится минимум интереса к этой области, но далее он возрастает. Интерес к сексуальной сфере выше у супругов, ожидающих второго ребенка, по сравнению с теми, кто ожидает первенца (Рюмина-Македонова, Цветкова, 2006).

Иногда выделяют стадию семьи, ожидающей ребенка. Беременная женщина существенно меняется и внешне, и внутренне. Дальнейшее состояние семьи зависит от того, как примет некоторое отчуждение муж, насколько он будет заботлив и терпелив в этот период. Состояние женщины в существенной мере отражается на развитии ребенка (Sweeny, Cavanaugh, 2012), а значит, и на том, как будет чувствовать себя семья на следующем этапе.

Второй этап

Второй этап – рождение ребенка. Это трудный этап во всех отношениях. Однако если ребенок болен и диагноз – навсегда, вероятность распада семьи в нашей стране составляет 50 %. Семья сохраняется в том случае, когда оба супруга готовы к роли родителя, настроены поддерживать друг друга. Часто сохранению семьи помогает рождение следующего здорового ребенка, воспитание которого и объединяет родителей. Подробный разбор жизни семьи с больным ребенком представлен в главе 8.

Г. Бейтсон (2004) называет этот период стадией триады, подчеркивая, что триада способствует большей устойчивости семьи как системы. Одновременно происходит дистанцирование родителей друг от друга, поскольку они больше внимания уделяют ребенку. А потому появление ребенка, по Г. Бейтсону, – это символический развод с мужем. Его рождение изменяет функции, права и обязанности членов семьи, поэтому нужно договориться о правилах новой жизни.

В этот период происходит изменение прежних отношений мужа и жены и одновременно появление новых, обусловленных уходом за ребенком отношений матери и отца. Если раньше супруги были заняты друг другом, то теперь в их отношения включается ребенок, требующий внимания и заботы. Бессонные ночи и круговорот действий по уходу за малышом и его воспитанию кардинально перестраивают весь уклад жизни. В то же время наряду с заботами супруги переживают радость отцовства и материнства. Фактом своего рождения ребенок заставляет родителей пересмотреть иерархию ценностей, глубже понять смысл жизни.

Ребенок дает возможность вернуться к пройденным этапам жизни, расширить круг личных и семейных интересов, обогатить и укрепить внутрисемейные связи, получить эмоциональное удовлетворение от участия в становлении личности. Многочисленные факты доказывают, что именно семья и отношения родителей формируют положительные и отрицательные качества личности ребенка (Николаева, 2006). Задачами этого этапа становятся:

• развитие идентичности супругов за счет принятия ролей матери и отца;

• изменение ролевой структуры семьи, включая перераспределение функций и появление новых родительских функций;

• изменение ролевых отношений за пределами семьи, в том числе в профессиональной области, сфере дружеских отношений и увлечений;

• изменение системы отношений в расширенной семье благодаря принятию родителями супругов ролей бабушек и дедушек.

Появление нового члена семьи вызывает кризис, поскольку меняется привычный семейный уклад. К ребенку нужно вставать ночью. Если встает отец, то он, скорее всего, пойдет на работу не выспавшись. Однако именно от его работы зависит благополучие семьи в настоящий момент. Если к ребенку встает мать, у нее от недосыпания может пропасть молоко. Родители должны договориться, чтобы разрешить эту проблему в пользу всех членов семьи. Наиболее удачным вариантом будет, если отец возьмет отпуск на некоторое время и будет вставать к ребенку ночью. Поскольку от него не пахнет молоком, ребенок может достаточно быстро отвыкнуть от ночных кормлений и будет лучше спать. Способность к взаимопомощи на этом этапе позволит разрешить возникающие проблемы безболезненно для всех членов семьи.

Третий этап

Третий этап – семья с ребенком в возрасте от трех лет до школы. Теперь родителям существенно легче. Мать может работать, что улучшает экономическое положение семьи и эмоциональное состояние матери, которая может общаться не только с ребенком, но и с коллегами. Ребенок начинает посещать детский сад и становится более самостоятельным. Задачами семьи станут:

• единство требований родителей при воспитании ребенка;

• распределение усилий при рождении еще одного ребенка;

• супружеская совместимость.

Следующий этап, который часто считают подэтапом третьего этапа, – стадия квадрата, когда появляется второй ребенок. Если между детьми небольшая разница в возрасте, возникают конкурентные отношения, которые должны уметь регулировать именно родители, договариваясь о путях разрешения конфликтных ситуаций.

Следует сказать о подводном камне, который влияет на ситуацию в семье на всех стадиях, кроме, возможно, периода медового месяца (в зависимости от того, сколько он продолжается). Первоначальные яркие чувства постепенно притупляются, супругам кажется, что они давно все знают друг о друге. У одних привыкание и даже равнодушие друг к другу появляются после первых лет совместной жизни, у других – спустя несколько месяцев. Этот период может быть даже более ответственным, чем первый, когда происходило приспособление супругов. Причин, осложняющих отношения на этом этапе, много. Одна из них состоит в том, что каждый начинает считать другого своей частью, перестает выделять его из общего фона бытовых условий. Если в начале семейной жизни супруги старались выглядеть лучше, когда находились в рамках семьи, то сейчас они расслабились и позволяют себе выглядеть естественным образом, обнаруживая не только сильные, но и слабые стороны. Если работа вне дома требует большого напряжения, то супруги ищут в семье отдохновения, не стыдясь обнаружить свои слабости.

Особое значение в этот момент для сохранения семьи имеет супружеская совместимость, то есть удовлетворенность отношениями, ощущение единства, целостности пары, желание быть вместе. Первоначальная эмоциональная связь переходит в дружеские отношения. Если этого не происходит, отношения становятся утилитарно-деловыми, при которых супруги замыкаются каждый в своей роли и перестают вкладывать чувства во взаимодействие.

Еще одно качество, способствующее сохранению семьи в сложной ситуации, – уживаемость. Уживаемость супругов зачастую облегчается за счет компенсирования несовместимости в одной сфере совместимостью в другой. Так, несовместимость в хозяйственно-бытовой сфере, составляющей область физического комфорта, может компенсироваться совместимостью сексуальной (Обозов, 1990).

Четвертый этап

Четвертый этап – вновь тяжелый период для семьи, поскольку один из детей начинает ходить в школу. Он полдня остается один, и семье нужно решить проблему, с кем в это время он будет находиться.

При этом происходит проверка семьи на эффективность воспитания ребенка. Таким образом, задачи данного этапа:

• поддержка ребенка в процессе адаптации к школьному обучению;

• решение проблемы пребывания дома по окончании занятий в школе при работающих родителях.

В семье, в которой супруги поддерживают друг друга и ребенка, он легко войдет в процесс обучения. При возникающих у него проблемах родители будут внимательны и помогут с ними справиться. Кроме того, научившись в семье эффективному общению, ребенок будет успешен и в общении с одноклассниками.

Появление проблем у ребенка уже в первом классе свидетельствует либо о дисфункциональности семьи, либо о проблемах ребенка, которые семья по какой-то причине не увидела. Супруги, надеявшиеся на то, что проблемный ребенок может посещать обычную школу, обнаруживают, что он не справляется с занятиями и нуждается в особом обучении. Для многих родителей это сложное решение, которое может привести и к разладу между ними.

В любом случае ребенок постепенно входит в процесс обучения в рамках той или иной школы, а семья вместе с ним адаптируется к его возрастающей самостоятельности. Бывают ситуации, когда мать или оба родителя активно вмешиваются в процесс обучения ребенка, лишая его самостоятельности. Это возможно тогда, когда жена материнством компенсирует все другие свои функции. А потому активное участие в процессе обучения ребенка объясняется не потребностями ребенка, а страхом матери утраты единственной функции, придающей ей значимость в семье.

Пятый этап

Пятый этап начинается, когда ребенок становится подростком. Часто семью на этой стадии сравнивают с вулканом, от которого в любой момент можно ожидать неприятностей. В кровь подростка выбрасываются огромные порции половых гормонов. В голове возникают взрослые мысли при отсутствии умения разрешать проблемы, связанные со взрослым поведением взрослым же способом. Задача семьи на данном этапе состоит в том, чтобы ребенок при любых конфликтах, возникающих у него с родителями, остался дома, а не предпочел улицу. У матери и отца должны найтись нужные слова для разговора с сыном или дочерью. Подростковый возраст – время критического переосмысления взрослой жизни и жизни своих родителей в частности. Ценностные представления сверстников могут стать более значимыми, чем ценности, предлагающиеся в семье. Часто подростковый возраст у ребенка сочетается с кризисными периодами у его родителей (кризис 40 лет) и, возможно, с кризисными моментами бабушек и дедушек (проблемы со здоровьем). Зрелость всех членов семьи и способность обсуждать возникающие разногласия, а не замалчивать их, позволят сохранить семью.

Следовательно, целью семьи на данном этапе становится развитие семейной системы с учетом растущей независимости детей и оказание поддержки бабушкам и дедушкам, которые могут все больше и больше зависеть от родственников.

В качестве задач можно выделить:

• пересмотр системы детско-родительских отношений в целях признания права подростков на взрослость и предоставление им необходимой и возможной степени независимости и самостоятельности;

• заботу о старшем поколении семьи.

Данная стадия жизненного цикла, как уже говорилось, характеризуется высокой степенью тревоги у многих членов семьи. В данный период времени возрастает вероятность распада семьи, и в этом случае появляется задача сохранения и поддержания отношений всех ее членов вне зависимости от места проживания.

Шестой этап

Шестой этап – время, когда дети покидают семью. В нашей стране весьма часто на этом этапе дети продолжают жить в семье, чему есть несколько причин. Первая состоит в высокой стоимости жилья и невозможности для семьи купить отдельные квартиры всем детям. Однако весьма часто и неработающие матери задерживают процесс взросления детей. Это прежде всего те матери, которые посвятили детям всю жизнь, не оставив ничего для собственного личного роста и развития. Во многих странах существует специальная психологическая служба для таких женщин. Для них пытаются найти занятие, поскольку после многих лет пребывания дома они внезапно остались без привычных забот, что подрывает их представления о собственной значимости, связанной исключительно с материнской функцией.

Чтобы мать не начала всеми возможными способами удерживать детей возле себя, продолжая жить их жизнью, она еще до рождения ребенка должна осознать, что он уйдет из семьи, а потому ей необходимо иметь некоторую отдельную жизнь, позволяя ему по мере взросления становиться все более самостоятельным. Следовательно, мать должна иметь иные интересы помимо воспитания детей, чтобы в тот момент, когда у ребенка появится желание обрести независимость, не пытаться противостоять этому, тем самым за счет сына или дочери решая проблемы собственной значимости. На этой стадии жизненного цикла существует большое разнообразие форм отношений родителей со взрослыми детьми. Дети могут проживать:

• вместе с родителями, не имея собственной семьи;

• вместе с родителями, имея собственные семьи;

• отдельно.

Отдельное проживание детей, закончивших школьное обучение, – более редкое явление у нас, чем в европейских странах, где это общепринято. Основной целью семьи на данном этапе становится формирование гибкой системы с открытыми границами. Это возможно при решении задач:

• реконструкции семейной системы как диады;

• формирования новой системы отношений между родителями и детьми по типу «взрослый – взрослый»;

• включения в семейную систему новых членов (жены сына или мужа дочери, внуков);

• освоения новых семейных ролей – бабушки и дедушки;

• повышенной заботы о старшем поколении, принятия мысли о возможной недееспособности и смерти родителей.

Шестая стадия жизненного цикла семьи характеризуется завершением выполнения воспитательной функции, отделением взрослых детей и необходимостью перестройки семейной системы, в которой спустя много лет вновь актуальными становятся супружеские отношения. Перед супругами, как и в начале жизненного цикла, возникает задача построения взаимодействия в рамках диады. Рождение внуков открывает иные ролевые возможности для реализации воспитательной функции, но теперь уже в качестве бабушки и дедушки.

Здесь необходимо решить следующие задачи:

• сохранить прежние индивидуальные интересы, виды активности, формы взаимодействия и функционирования вопреки физиологическому старению и утрате физических сил;

• изучить возможности выполнения новых социальных и семейных ролей;

• пересмотреть итоги жизни, принять мысль о неизбежности собственной смерти;

• урегулировать проблему личностной интеграции перед угрозой распада.

Типы отношений в такой семье различаются по эмоциональной близости и уровню взаимопонимания партнеров, распределению прав и обязанностей, общности деятельности, интересов и ценностей, эмоциональной включенности в семейные отношения. У семьи в данный период есть разные возможности для развития. Если семья творческая или состоит из родителей, успешных в работе, она с большим усердием начнет реализовываться в этих сферах. Супруги могут обратиться друг к другу (а не искать возможности реализации себя как личности на стороне) и вновь почувствовать себя любимыми и любящими. Иногда они берут ребенка из детского дома и оказываются прекрасными приемными родителями, поскольку уже имели опыт успешного родительства, особенно в тех случаях, когда муж и жена имеют одинаковые представления по поводу будущего своей семьи.

Возможен и негативный исход, когда семья рушится, поскольку каждый из супругов начинает искать себя вне семьи, не получив отклика в душе другого. Кто-то из них сможет встретить такого же ищущего человека, что приведет к распаду семьи.

Седьмой этап

Наконец, наступает седьмой этап жизни, когда семья состоит только из одного родителя. Здесь многое зависит от того, кто остается в живых. Он может быть самостоятельным и всеми силами стремиться успешно жить, не мешая детям или помогая им в случае необходимости. Есть родители, которые обязывают детей ухаживать за собой, причем часто дочь или сын остаются без семьи ради того, чтобы обеспечить матери (отцу) удобную для нее (него) старость. Весьма часто процессы, связанные со старением, меняют личностные особенности пожилого человека, приводя к существенным изменениям в эмоциональной сфере. Необходимость жить вместе ведет к конфликту между ним и другими родственниками, что отражается на внутрисемейном климате и больно ранит каждого участника.

Возрастные задачи в этот период включают дальнейшее развитие семейной системы в целом. Выход на пенсию приводит к коренной перестройке всех жизненных устремлений личности. Центральными становятся проблемы здоровья. Немаловажны также проблемы общения, поскольку привычный круг, связанный с профессиональной деятельностью, исчезает. Именно поэтому целью данного периода является перестройка системы отношений поколений в рамках расширенной семьи с учетом возрастных изменений.

Проходя цикл жизни в семье, человек начинает с беспомощного состояния через созидание семьи, рождение ребенка и вновь возвращается в состояние зависимости и слабости. Не все могут смириться с этой последней стадией. Мы знаем, что дочь и зять К. Маркса Лаура и Поль Лафарги нежно любили друг друга, а в пожилом возрасте покончили жизнь самоубийством. Они оставили записку о том, что не хотят никому быть в тягость. Психологически этот поступок можно интерпретировать как страх перед жизнью пожилых людей, не имеющих детей, а значит, не могущих рассчитывать на поддержку. Старость в кругу близких никогда не ведет к таким поступкам: отданное тепло в зрелом возрасте детям сполна возвращается в старости, делая ее не менее значимым периодом жизни, чем все другие (Эриксон, 1996).

На разных этапах жизненного цикла меняется полоролевая дифференциация – степень жесткости распределения ролей между мужем и женой. В кризисные периоды распределение ролей становится более традиционным, когда основную часть домашней работы выполняет жена. К таким ситуациям относят жизненные этапы с новорожденным ребенком и подростком, период, когда ребенок уходит из семьи. Оказалось, что подобные изменения по-разному влияют на удовлетворенность браком мужчин и женщин, причем уровень удовлетворенности зависит от стадии развития семьи.

Готовность быть отцом или матерью

В 2007 году на конференции в Йене Европейское общество по психологии развития присудило премию В. Прейера за уникальное достижение исследователю из Турции Ч. Когитчибаши. Она и возглавляемая ею группа ученых обучали матерей из беднейших окраин Стамбула, у которых были дети от трех до пяти лет. Они давали самое начальное образование этим матерям и поощряли их к обучению детей. Работа велась в течение одного года и не требовала больших денежных затрат, так как обучение происходило только несколько раз в месяц. В это время женщинам рассказывали о том, как поведение матери влияет на развитие интеллекта ребенка, а также о значимости обучения ребенка для его личностного роста и самореализации в будущем.

Через 22 года исследователи сравнили детей обученных матерей и их соседок, которые не участвовали в проекте. У всех обученных матерей дети окончили среднюю школу (что было большой редкостью среди других детей этого беднейшего района города), многие получили высшее образование, имели более престижную работу и чаще пользовались пластиковыми банковскими карточками (свидетельство принадлежности детей из бедных окраин к среднему классу). Оказалось, что чем выше образовательный уровень матери (в пределах средней школы), тем выше достижения ее ребенка. Представления матери о знании как о ценности передаются ребенку, и он с большей вероятностью лучше учится и, следовательно, стремится реализовать себя в областях, где знания необходимы.

Итак, небольшие знания, посеянные на благодатную почву, принесли невиданные плоды. Безусловно, осознание собственной роли в воспитании детей будет иметь огромное значение и для отцов. Проблема заключается в том, что отцы и в Турции, и в России с меньшим желанием отзываются на образовательные проекты, считая это «женским делом».

Готовность к материнству и отцовству включает несколько аспектов:

• физиологическую готовность – зрелость организма, который может выносить и родить здорового ребенка, – для матери; способность быть надежной опорой на долгие годы – для отца;

• психологическую готовность – стремление родителей нести ответственность за жизнь ребенка, желание его воспитывать;

• желанность – признак будущего благополучия ребенка, поскольку, вынашивая желанного сына или дочь, женщина с большей вероятностью будет вести образ жизни, адекватный состоянию беременности.

Физиологическая готовность предполагает, что девушка и юноша должны заботиться о своем здоровье, о своем теле, чтобы одна смогла выносить ребенка, а другой смог оградить семью от невзгод. Забота о здоровье проявляется в том, что девушка одевается так, чтобы не простывать, еще задолго до того, как сможет забеременеть, занимается спортом или физическими упражнениями, правильно питается не только в момент беременности, не имеет вредных привычек.

Многочисленные данные свидетельствуют о том, что даже среди молодежи абсолютно здоровых людей немного. При тотальном обследовании студентов университета выявлено не более 1 % молодых людей и девушек, не имеющих той или иной патологии (Отева и др., 1994). В школах по статистике более чем у половины старшеклассников есть хронические болезни. Да и в колледжах до 40 % студентов имеют заболевания прежде всего опорно-двигательной системы (Николаева, Королева, 2007). При вынашивании ребенка позвоночник будущей мамы будет нести дополнительную нагрузку. Более того, если мать больна, то в зависимости от заболевания это отразится и на ребенке. Например, если у матери проблемы с сердечно-сосудистой системой или почками, плод будет испытывать гипоксию, что приведет к энцефалопатии и к изменению внутриутробного развития организма. В дальнейшем это ляжет в основу патологии у ребенка.

Физиологическое здоровье включает и ряд других аспектов. Ранние половые связи без использования презервативов могут привести к инфекционным заболеваниям половых путей и наступлению беременности. Следовательно, лечение болезней придется на период беременности, и использование лекарств может весьма негативно сказаться на развитии ребенка.

Каждая девушка или молодая женщина должна знать, что при начале беременности падает иммунитет. Это обусловлено тем, что ребенок несет принципиально другой генетический набор, чем тот, что есть у матери, поскольку половина генов принадлежит отцу. Если иммунитет матери будет в норме, она может отторгнуть ребенка, возникнет риск гибели обоих. Природа обеспечила возможность их сосуществования за счет того, что у матери падает иммунитет, а у ребенка он не формируется. Следствием становится то, что любые возбудители инфекций могут привести к заболеванию матери, причем болезнетворные агенты, проникая сквозь плаценту, вредят развитию ребенка.

Психологическая готовность представляет собой готовность к изменению поведения и принятие ограничений, связанных с воспитанием ребенка. Так, узнав о своей беременности, молодая женщина должна думать о здоровье как своем, так и ребенка и не посещать места, где много людей и где есть возможность получения инфекции. Более того, и после рождения нежелательно примерно до полутора месяцев показывать ребенка родственникам и знакомым, а также посещать с ним многолюдные места, где высока вероятность встретить потенциальных переносчиков возбудителей болезней. За это время у ребенка формируется система – гематоэнцефалический барьер (барьер между мозгом и кровью), позволяющая защитить мозг от возможной инфекции. Соответственно, об этом должен помнить и отец, чтобы обеспечить матери возможность общения в кругу семьи.

В настоящее время активно развивается психология здоровья – наука, задача которой состоит в повышении уровня здоровья людей прежде всего посредством изменения их образа жизни и поведения. Что заставляет людей курить и злоупотреблять алкоголем? Почему человек может выпить и сесть за руль, подвергая опасности жизни чужих людей и детей, которых везет в машине сам? Почему девушка, принимая спиртные напитки, не боится забеременеть и родить больного ребенка? Даже в давние времена на Руси, когда люди не гнушались обильных возлияний, молодоженам было запрещено брать алкоголь в рот.

Можно понять курение матерей в начале века, когда не было данных статистики, свидетельствующих о последствиях этого занятия, но нет оправдания матерям, курящим при ребенке и во время беременности сейчас. Современные данные говорят о том, что наибольший вред курение женщины принесет ее внукам. Так, вероятность диабета у них увеличивается в 40 раз. Люди, болеющие диабетом в нашей стране сейчас, могут вспомнить своих бабушек в послевоенные времена, когда курение считалось частью поведения сильного человека. Женщине в то время выбора не предоставлялось, но этот выбор есть у каждой современной матери.

У детей курящих родителей нередко встречаются и сердечно-сосудистые заболевания. Известно, что в начале XX века диагноз «инфаркт миокарда» был исключительным событием, тогда как сейчас он входит в список заболеваний, чаще всего приводящих к смертельному исходу. Отцы, которые выходят курить на площадки в подъездах, чтобы дым не воздействовал на их детей, должны четко осознавать, что они отравляют чужих детей, родители которых этого не делают. Они должны также помнить, что, когда возвращаются, выдыхая воздух, наполняют дымом и свой дом. Наибольший вред сигаретный дым приносит не курильщикам, организм которых адаптируется в конце концов к курению, а пассивным курильщикам – тем, кто сам не курит, но вдыхает дым. Рак легких – одно из самых страшных заболеваний, которые уносят жизни, в том числе и пассивных курильщиков.

В настоящее время известен механизм, посредством которого курение бабушки влияет на ожирение внуков. Это происходит за счет метилирования (присоединения метильной группы) соответствующих генов. Известно, что метилирование прекращает процесс экспрессии гена (Van Vliet-Ostaptchouk е. а., 2012).

Все это означает, что низкая продолжительность жизни людей в нашей стране – это общая ответственность семей, их воспитавших, и их самих (когда они выходят из семьи в 18 лет, то могут изменить свое поведение), а не только высокий уровень бедности и плохая экология. Подтверждением тому являются люди весьма почтенного возраста, до сих пор проживающие на территориях, пострадавших от аварии на Чернобыльской АЭС.

Многие из перечисленных тем широко не обсуждаются в средствах массовой информации. Необходимость использования презервативов – это прерогатива иностранных общественных организаций, действующих в России. Тема алкоголя рассматривается в ключе того, что люди погибают от отравления незаконно произведенными суррогатами, а государство между тем не получает акцизов. Законодательные акты об ограничении курения с трудом принимаются Государственной Думой, поскольку многие из ее членов курят, а курение считается социально приемлемым поведением. На ряде предприятий для курящих работников существуют перекуры – перерывы для курения, во время которых некурящие продолжают работать.

Желанность означает, что родители не принимают рождение ребенка как неизбежное зло или затруднение в их жизни, а планируют его появление. Однако и не планируя, узнав об этом случайно, они желают и терпеливо ждут рождения нового члена семьи, меняя свое поведение для улучшения условий его развития.

Данные свидетельствуют о том, что около 35 % нежеланных беременностей не донашиваются, тогда как вообще в популяции не донашивается лишь 4 %. Следовательно, отношение женщины к ребенку до рождения некоторым образом влияет на исход беременности. При этом резко возрастает патология и при вынашивании, и при родах. Преждевременное излитие околоплодных вод встречается в 60 % случаев, признаки гипоксии новорожденных – в 50 %, функциональная или морфологическая незрелость – в 45 %, симптомы нарушения мозгового кровообращения – в 50 % (Брутман и др., 1994).

В этом нет ничего мистического. Не желая ребенка, женщина не меняет образа жизни, не подстраивается под новый ритм двух организмов, а потому ребенок развивается в агрессивной для него среде.

Психологическая готовность и отца, и матери заключается в способности нести ответственность за ребенка. Под этим понимается, что родители уже осознанно выстроили иерархию системы ценностей, а потому готовы идти навстречу друг другу, когда возникают проблемы, и поддерживать друг друга.

Однако желанность – обязательное условие, но не исчерпывающее. Когда родители позволяют ребенку самостоятельно строить свою судьбу, помогая в достижении целей, он имеет все шансы успешно реализовать свой потенциал. Бывает и так, что родители планируют рождение ребенка, чтобы с его помощью осуществить то, что не смогли сделать сами. Они будут заставлять его действовать так, как считают нужным, ограничивая в собственных методах реализации и требуя идти точно по намеченному ими пути. Поэтому следующая характеристика – психологическая готовность к родительству – является еще одним обязательным фактором успешного освоения функции родителя.

Психологическая готовность также предполагает готовность осознанно подходить к воспитанию ребенка. М. Айнсворт подчеркивает, что адекватное поведение родителей связано не только с заботой о ребенке, но и с уважением его самостоятельности и спонтанности. Потребность в индивидуальной, самостоятельной активности – изначально одна из главных потребностей ребенка, и ее удовлетворение зависит от гибкости и чуткости близких.

М. Айнсворт (Ainsworth, 1983) разработала тест оценки материнского отношения к ребенку, который включает четыре шкалы, направленные на анализ особенностей поведения матери, крайне важных для эффективного воспитания ребенка:

1. Чувствительность – нечувствительность к потребностям младенца. Этот очень важный параметр фиксирует, насколько мать способна понимать потребности ребенка и видеть ситуацию с его точки зрения. Многие матери думают, что если они кормят ребенка по требованию (то есть дают грудь каждый раз, когда ребенок заплачет), то они чувствительны к его потребностям. Но это не так. Ребенок плачет не только потому, что хочет есть. Когда мать, вместо того чтобы во всех случаях предоставлять ребенку грудь (что является следствием нежелания понять его состояние, стремления облегчить себе жизнь), различает причины, по которым ребенок проявляет те или иные реакции, – это и есть чувствительность.

2. Принятие – отвержение. Эта шкала определяет меру принятия ребенка родителем, то есть оценивает, насколько ребенок соответствует ожиданиям. В данном параметре фиксируется значимость ребенка для его родителей.

3. Неоперативность – вмешательство. Эта шкала особенно значима для мам нашей страны, поскольку даже в научной литературе часто можно встретить рекомендации о постоянном контроле ребенка. Параметр оценивает уважение матерью самостоятельности и индивидуальности ребенка, степень ее готовности поддерживать его инициативу, развивать его способности, а не подавлять их, требуя реализации собственных желаний. Более того, мать должна давать ребенку возможность проявлять самостоятельность уже в первый год его жизни.

4. Поддержка – игнорирование. Шкала фиксирует тот аспект в поведении матери, который выявляет степень ее эмоциональной адекватности. Этим параметром оценивается способность мамы поддержать малыша в тот момент, когда он испытывает затруднения, или оставить его наедине с нерешенной проблемой. Мать не игнорирует проблемы ребенка и не решает за него встающие задачи, но помогает их разрешать и поощряет к самостоятельному решению.

В настоящее время существует и русскоязычный тест с аналогичными шкалами (Верещагина, Николаева, 2009).

Общение матери с ребенком в процессе грудного вскармливания может вскрыть все особенности ее отношения к малышу, а в дальнейшем отразиться на принятии или непринятии им окружающего мира. Рассмотрим несколько примеров поведения молодых мам во время кормления ребенка. Здесь, как в зеркале, отражается вся проблематика привязанности.

В первом случае ребенок заплакал, мать взяла его на руки, прижала к груди. Ребенок почувствовал привычное тепло и запах, знакомую частоту сердечных сокращений и быстро успокоился. Через некоторое время ребенок не через слова, а посредством некоторого общего впечатления поймет, что с этим миром можно договориться. Следует послать точный сигнал, и получишь нужный ответ.

В другом случае ребенок плачет, но к нему никто не подходит. Через какое-то время на самом глубинном уровне у малыша возникнет ощущение общего недоверия к миру и созреет решение, что всего в нем нужно добиваться жесткими методами.

В третьем случае ребенка регулярно кормят, но никто не отвечает на его улыбку или плач соответствующими переживаниями. На подсознательном уровне у него также возникнет недоверие, но оно будет сочетаться с отсутствием адекватного эмоционального выражения и неумением понимать эмоции других людей.

Наконец, ситуация, когда при любом дискомфорте ребенок получает грудь. В дальнейшем вырастает человек орального типа, который будет из всех стрессовых ситуаций выходить с помощью еды и питья, а не пытаться искать разные пути решения проблем (ведь и его мама поступала таким же образом при общении с ним).

Следовательно, самое раннее поведение матери крайне значимо для развития ребенка.

Многочисленные данные свидетельствуют, что материнское поведение, как правило, не меняется в течение первых трех лет жизни ребенка и является стабильным.

Итак, готовность к родительству определяется психической зрелостью родителей. Вот определение психической зрелости, предложенное Ж. Аррю-Ревиди (2015): «Психическая зрелость взрослого человека – это результат целенаправленного духовного развития под руководством воспитателя. Это – приобретение способности глубоко и полно воспринимать реальность, ассимилировать ее, постигать и размышлять над ней: форма полноценного бытия, гармоничного и в то же время хрупкого. Созреть – значит научиться справляться с реальностью, осознавать, что принцип реальности преобладает над принципом удовольствия, уметь отсрочить исполнение своих желаний и справляться с разочарованиями. Созреть – значит играть со временем, с его длительностью, и уметь ждать, даже если ты вынужден подчиняться происходящему, а не выбирать самому».

Девиантное отцовство и материнство

В этом разделе рассматривается преимущественно девиантное материнство, поскольку женщины, оставляющие детей в роддоме, доступны для исследований. Контакты с отцами, как правило, затруднены, их порой трудно найти, но и в случае их наличия сложно привлечь к длительной работе с тестами.

Под девиантным (отклоняющимся) материнством понимается поведение, при котором мать отказывается от ребенка либо, не отказываясь формально, не выполняет обязанности по отношению к нему. Весьма часто оно свойственно несовершеннолетним девочкам, оказавшимся и без поддержки родительской семьи, и без поддержки отца ребенка. К подобному поведению женщину может подталкивать родительская семья, когда она крайне негативно настроена по отношению к ребенку и, например, угрожает отказать будущей матери в жилье в случае появления младенца.

Бельгийский комитет по социальным проблемам женщин описал три категории матерей, оставляющих детей сразу же после рождения (Брутман и др., 1995):

• будущая мать, которую бросил отец ребенка;

• замужняя женщина, рожающая ребенка от внебрачной связи;

• беременная женщина с низкой социальной и моральной приспособляемостью.

Исследование женщин, отказавшихся от детей, показало, что среди них 60 % – молодые женщины 15–19 лет. Как правило, они не замужем, многие живут с родителями. Меньшую часть из них составляют женщины зрелого возраста (Брутман и др., 1995).

Вообще чаще всего отказываются от детей девочки из неблагополучных семей. Факторами риска неблагополучия в семье считаются переживаемые такой женщиной стрессовые ситуации, конфликты, психопатология родителей, низкий социоэкономический статус. Напротив, защитными факторами, поддерживающими беременную молодую женщину, будут семейное единство, социальная поддержка, морально-религиозная ориентация (Preavatt, 2003).

Согласно данным В. И. Брутман с соавторами (1995), 58 % обследованных ими женщин-отказниц воспитывались в семьях, где грубо относились друг к другу и применялось физическое наказание. В 60 % случаев матери этих женщин отказывались помогать в воспитании ребенка. Многие росли без отцов, а имеющиеся отцы злоупотребляли алкоголем регулярно (38 %) или время от времени (63 %).

В силу воспитания в подобных семьях женщины с девиантным материнством преимущественно не имели высшего образования, для них был характерен низкий социальный статус. 11 % из них не смогли окончить даже четыре класса, половина – жила на иждивении родственников. Их портрет авторы завершают таким описанием: часто это эмоционально незрелые личности, которых отличают аффективная несдержанность, низкая устойчивость к стрессам, эгоцентризм и независимость. Они не способны контролировать свои влечения и импульсы, имеют обостренную потребность в привязанности, принятии, положительном отношении к себе.

Незрелость личности проявляется прежде всего в том, что, отказываясь от ребенка, большая часть таких женщин планирует для себя счастливую семейную жизнь впоследствии и только 1 % стремится к бездетности. То есть почти никто из них думает о том, как они будут жить с будущими детьми, зная, что чужие люди воспитывают уже имеющегося ребенка.

Оказалось, что эти женщины принимают решение отказаться от ребенка задолго до его рождения (Брутман и др., 1995). Раннее выяснение данного факта позволит вовремя взять этих женщин под социальную опеку, чтобы обеспечить здоровое вынашивание их детей. Однако для психолога важнее понимание того, что при соответствующей поддержке, возможно, эти женщины не откажутся от ребенка и таким образом порочная цепь проживания без родителей будет прервана.

Наиболее доказанной причиной неадекватного поведения матери по отношению к ребенку считается воспитание вне семьи или без матери. По статистике, только 1 % детдомовских детей могут сформировать семью (но статистика ничего не говорит об их проблемах). Уже отмечалось, что формирование семьи, процесс ухаживания – это культурально обусловленное поведение. Человек учится этому от своих родителей, старших братьев, других родственников. Он впитывает быт семьи на основе собственного опыта, а потом будет воспроизводить именно его.

Подобную передачу взаимодействия от родителей к ребенку отмечают и этологи, исследующие поведение животных. Посетители зоопарков весной могут наблюдать удивительный феномен, когда детенышей кошачьих вскармливает обычная дворовая кошка. Это объясняется тем, что оказавшиеся в зоопарке кошачьи – тигры, львы, леопарды – попадают туда, как правило, после гибели родителей. Следовательно, эти малыши никогда не имели опыта взаимодействия с ними, а потому, вырастая, такие мамы (львицы или тигрицы) отказываются от воспитания своих детенышей. Тогда как дворовая кошка, некогда воспитанная матерью, легко берет на себя функцию воспитания «котенка», даже если он крупнее ее в несколько раз.

Наиболее показательны исследования Х. Ф. Харлоу, который впервые продемонстрировал последствия материнской депривации на будущем половом поведении обезьян. В его знаменитом эксперименте детеныши воспитывались «суррогатными мамами» – грубо выполненными металлическими каркасами, похожими на силуэт обезьяны, один из которых был обернут махровой тканью. По окончании эксперимента обезьян выпустили в общее стадо. В отличие от других особей, выращенных матерями, эти, «воспитанные» «матерями» из металла, отказывались от спаривания. После искусственного оплодотворения у них все-таки родились детеныши. Однако даже этот важный факт, который в норме возбуждает материнский инстинкт практически у всех млекопитающих, не привел к возникновению материнского поведения у данных обезьян. Одно из этих несчастных животных оторвало лапу новорожденному, вторая – раскусила голову детеныша, как кокосовый орех (Harlow, 1971).

Эта печальная история должна не вызывать грустные мысли у читателей, а возбуждать желание сделать все, чтобы ребенок воспитывался матерью, которую при этом нужно постоянно учить общению с ним. Ибо пока общество подбирает малышу новую мать, время стремительно меняет его мозг, а потом и поведение в сторону отрицания родительства.

Государственная поддержка матери, которая не имеет работы, специальности, жилья, а потому отказывается от ребенка, необходима хотя бы по двум причинам. Если она отдаст ребенка, то это позволит ей еще и еще раз вести себя неадекватным образом, бросая детей. Ведь данная ситуация научила ее: она может отказаться от того, что вызывает трудности, и не иметь никаких последствий. Вторая причина заключается в том, что ребенок уже зафиксировал данную женщину как мать и всю жизнь будет в дальнейшем искать ее, отвергая более эффективные способы общения с ним. Если же мы поможем этим двум существам найти друг друга, то получим одного ответственного человека сейчас и другого – в будущем. Затраченные на это финансы – ничтожная сумма по сравнению с двумя поломанными судьбами, для каждой из которых весьма вероятно криминальное будущее неполезное для всего общества.

В то же время обучение матери, например как в упомянутом турецком проекте, даст значимый эффект в формировании личности ребенка.

Да и в тех случаях, когда в семье оба родителя не выполняют своих обязанностей по отношению к детям, нужно создавать условия, при которых они смогут получить работу и самостоятельно воспитывать детей. Обучение ответственности взрослых людей – одно из самых сложных мероприятий, но в случае успешности это полезнее, чем забирать детей из таких семей: семья будет далее опускаться по социальной лестнице, а дети утратят возможность в будущем быть успешными родителями.

Виды неуспешного родительства многообразны. К ним относится неприятие, эмоциональное отвержение ребенка (осознаваемое или неосознаваемое), проявляющееся жесткими регламентациями и контролем, навязыванием ребенку определенного типа поведения в соответствии с родительскими понятиями о «хороших детях». Другой полюс отвержения характеризуется полным равнодушием, попустительством и отсутствием контроля со стороны родителей.

Еще один вариант неэффективного родительского поведения – гиперсоциализирующее воспитание, заключающееся в тревожно-мнительном отношении взрослых к здоровью ребенка, успехам в учебе, статусу среди сверстников. Такие родители постоянно озабочены будущим ребенка и ему внушают такой же страх.