Kitobni o'qish: «Гражданско-правовые институты, понятия и термины в налоговом праве»
© Смолицкая Е. Е., 2017
© ООО «Проспект», 2017
Предисловие
Развитие налогового законодательства в России в последние 20 лет заставило юридическую науку признать, а юридическую практику объективно осознать, что налоговое и гражданское право очень тесно взаимосвязаны, так как оба регулируют имущественные отношения.
Ярким свидетельством этого является тот факт, что Налоговый кодекс Российской Федерации заимствовал гражданско-правовые термины и институты и в п. 1 ст. 11 позволил применять их в том содержании (значении), в котором они используются в гражданском законодательстве. Однако «налоговый законодатель» тут же сделал оговорку: «если иное не предусмотрено настоящим Кодексом». В XXI в. это дало импульс для активного осмысления многообразной судебной практики, заимствующей гражданско-правовые термины и институты для решения налоговых споров. В научном аспекте это побуждает ученых развивать уже на новой основе возникшую еще в XIX в. в Европе, а затем и в России проблему связи гражданского и налогового права и одновременно автономии последнего.
Представленная вниманию читателей научная работа интересна тем, что дает, прежде всего, методологию исследования взаимосвязи налогового и гражданского права. Именно этому аспекту проблемы посвящена первая глава монографии. И автор совершенно прав, что основу этой связи составляют имущественные отношения, регулируемые как гражданским, так и налоговым правом. Однако налогово-правовой сегмент имущественных отношений пока недостаточно исследован в науке, в связи с этим повышается ценность работы Елены Смолицкой, акцентирующей внимание на указанном аспекте.
Монография Елены Смолицкой представляет собой глубокий теоретический анализ взаимосвязи налогового и гражданского права в аспекте терминов и правовых институтов, основанный не только на изучении теоретических работ, но и на глубоком, вдумчивом анализе современной российской практики. Работа интересна еще и тем, что автор нашел нетрадиционные срезы исследования, а именно: исследовал не только практические, но и доктринальные аспекты проявления связи налогового и гражданского права; дал не только статический, но и динамический срез взаимосвязи; выделил обратную связь этих правовых феноменов.
Связь налогового и гражданского права в той парадигме, в которой она установлена и проявилась в российском законодательстве и правоприменении, является сложной, требующей от читателя, пытающегося ее осмыслить, решения многих когнитивных задач: построения мысленной структуры взаимосвязи в различных аспектах, системного расположения соотносимых понятий и т. д. В связи с этим заслугой автора монографии являются предложенные в работе схемы, облегчающие читателю знакомство с авторской концепцией взаимосвязи налогового и гражданского права в сегменте терминов и правовых институтов.
Марина Валентиновна Карасева (Сенцова),
доктор юридических наук,
профессор, заслуженный работник
высшей школы России
Введение
Задача развития отечественной промышленности и внутреннего рынка, стоящая сегодня перед Россией, требует создания благоприятных условий для предпринимательства, в частности достижения предсказуемости и правовой определенности регулирования имущественных отношений. Особенно это касается гражданского и налогового права, напрямую регулирующих деятельность предпринимателей.
Традиционно каждая отрасль права имеет свой терминологический аппарат, свои институты. Однако в налоговом праве используются институты, понятия и термины из гражданского права, что требует научного объяснения и исследования.
Использование в налоговом праве терминологии и правовых конструкций гражданского права порождает множество правовых проблем, в частности несовершенство и отсутствие единообразия юридической техники налогового закона; сложность толкования налоговых норм, содержащих гражданско-правовые термины; трудности в согласовании правовых режимов и конфликты правопонимания при использовании гражданско-правовых институтов в налоговой сфере, возникающие по той причине, что гражданское право является частным, а налоговое право – публичным.
Решить эти проблемы призван п. 1 ст. 11 НК РФ1, который гласит: «Институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в настоящем Кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом». Однако практика показывает, что данная правовая норма не решает вышеперечисленных проблем, а вызывает новые, так как допускает изменение значения терминов, что позволяет сторонам налоговых споров манипулировать этими значениями и делает судебную практику непредсказуемой.
Крупной правовой проблемой является отсутствие четких правил использования гражданско-правовых институтов в налоговом праве: не определены пределы их использования, не решены вопросы о том, допустимо ли видоизменение этих институтов в налоговом праве, и если допустимо, то каким образом оно может осуществляться. Требует разрешения дискуссия о межотраслевой адаптации частноправовых конструкций.
Кроме того, в налоговом законодательстве обнаруживаются пробелы в регулировании имущественных отношений. Например, не урегулирован порядок изъятия в бюджет ошибочно возвращенного налога. Отсутствие соответствующих налоговых норм и запрет на применение гражданского законодательства без специального указания закона (ч. 3 ст. 2 ГК РФ) препятствуют вынесению законных и обоснованных решений по таким делам.
Необходимо разработать такие научные подходы, которые опирались бы на объективные закономерности связи налогового и гражданского права. Разработка научно обоснованных принципов заимствования налоговым правом правовых конструкций из иных отраслей имеет стратегическое значение для развития сравнительно молодого налогового права.
Теоретическим вопросам соотношения налогового и гражданского права посвящены диссертационные исследования по гражданскому праву (В. Г. Гуща, И. И. Карабанов, М. Ю. Челышев), по финансовому праву (Н. Н. Волкова, Э. М. Цыганков), по теории права (И. В. Синица), а также труды таких ученых, как Г. Н. Богдановская, А. В. Брызгалин, В. В. Витрянский, С. А. Герасименко, М. В. Карасева, А. В. Красюков, А. Н. Костюков, С. В. Овсянников, А. А. Рябов, О. Н. Садиков и др. Практических проблем взаимосвязи налогового и гражданского права в своих трудах касались Т. А. Гусева, В. М. Зарипов, Э. Н. Нагорная, С. Г. Пепеляев и другие авторы.
Отдельным аспектам связи налогового и гражданского права посвящен целый ряд финансово-правовых исследований. В частности, вопросы объекта налогообложения рассматривали О. О. Журавлева, А. В. Чуркин и др., проблемы пени – В. А. Соловьев, В. В. Стрельников и др., проблемы зачета и возврата налогов – М. В. Горбачева, С. Н. Эльдаров и др., способы обеспечения уплаты налогов – Е. А. Имыкшенова, Е. У. Латыпова, А. С. Нажесткин и т. д.
Однако методология разрешения проблем использования налоговым правом гражданско-правовых институтов, понятий и терминов до конца не разработана. Юридико-технические способы использования налоговым правом гражданско-правовых конструкций не исследовались; в науке финансового права не выработаны единые логически оформленные подходы к использованию правовых конструкций иной отраслевой принадлежности.
Целями настоящей работы являются получение научного знания о закономерностях использования гражданско-правовых институтов, понятий и терминов в налоговом праве и разработка научно обоснованных подходов и правил использования гражданско-правовых конструкций, а также выявление и анализ недостатков действующего налогового законодательства и практики правоприменения в рассматриваемой области и внесение предложений по совершенствованию действующего законодательства.
Для достижения поставленной цели в работе предпринята попытка решения следующих научных задач:
• выявить объективные закономерности связи гражданского и налогового права, берущие свое начало в рамках экономических отношений;
• разработать целостную концепцию связи налогового и гражданского права;
• разграничить категории «институты», «понятия» и «термины» применительно к теме исследования;
• провести критический анализ ст. 11 НК РФ и разработать ее рекомендуемую формулировку;
• исследовать и описать способы использования гражданско-правовых понятий и терминов в налоговом правотворчестве;
• разрешить дискуссию о допустимости изменения значения заимствованных терминов на основе общенаучной методологии;
• исследовать и описать юридико-технические способы использования гражданско-правовых институтов в налоговом правотворчестве;
• определить понятие межотраслевой адаптации частноправовых конструкций и разрешить дискуссию о ее допустимости;
• провести анализ использования гражданско-правовых институтов, понятий и терминов в налоговом правоприменении.
В ходе исследования автором было изучено 95 судебных актов и 15 писем Минфина России и Федеральной налоговой службы, относящихся к заявленной теме.
Следует отметить, что особенностью методологии настоящего исследования является использование научных положений логики, философии и семиотики в части учения о понятиях и терминах, что позволяет авторской концепции претендовать на некоторую оригинальность.
Глава I
Сущностная обусловленность и проявления связи налогового и гражданского права
§ 1. Сущностная обусловленность связи налогового и гражданского права
1.1. История развития научной мыслио связи налогового и гражданского права
В последние годы все больше внимания ученых стали привлекать проблемы взаимосвязи налогового и гражданского права, в том числе различные аспекты использования гражданско-правовых институтов, понятий и терминов в налоговом праве. Во многом интерес к этим вопросам связан с эволюцией правосознания и поиском новых форматов взаимодействия публичных и частных субъектов.
Для того чтобы исследование отдельных проблем на стыке налогового и гражданского права было достаточно полным и глубоким, а главное, чтобы оно имело работоспособную методологию, необходимо проводить его с опорой на полноценную концепцию связи налогового и гражданского права, которая позволяла бы видеть причины, внутренние закономерности и формы проявления связи указанных правовых образований, намечать направления развития и вырабатывать пути решения проблем, адекватные внутренним закономерностям связи налогового и гражданского права. Поэтому в данном исследовании необходимо, прежде всего, разработать концепцию связи налогового и гражданского права, на основе которой можно будет успешно решать вышеперечисленные задачи.
Стоит отметить, что к вопросу о концепции связи налогового и гражданского права в той или иной степени уже обращались такие ученые, как В. Г. Гуща, А. А. Рябов, М. Ю. Челышев2 и др., что подтверждает значимость данной проблемы.
Связь понимается как отношение, создающее что-либо общее между чем-либо3; отношение, объединяющее многое в одно либо отношение воздействия одного явления на другое (воздействие может быть односторонним или двусторонним)4.
Выделяют два основных типа связи: а) внутреннюю связь сущностей; б) прямое или опосредованное соединение5.
По нашему мнению, между гражданским и налоговым правом существуют оба типа связи. В первом случае речь идет о сущностном единстве рассматриваемых правовых образований, проявляющемся в их схожести, влиянии друг на друга. Во втором случае – о внешней связи, т. е. о взаимодействии налогового и гражданского права, дополнении ими друг друга в процессе правового регулирования.
Данные рассуждения согласуются с выводами цивилистов о том, что гражданское и налоговое право взаимодействуют и влияют друг на друга. Это отмечал в своей диссертации В. Г. Гуща6, но более обстоятельно рассмотрел М. Ю. Челышев, выделив «межотраслевое взаимное влияние» и «межотраслевое взаимодействие»7.
Еще в XIX в. ученые обращали внимание на связь гражданского и налогового права и пытались выявить ее причины. Отметим, что тогда проблемы налогового права отдельно не рассматривались, и все рассуждения велись относительно финансового права как более крупного правового образования.
Изначально наиболее четко звучала мысль, что связь финансового права с гражданским возникает, когда государство вступает в обязательственные отношения и приобретает права по защите своего имущества. В таком случае, по замечанию В. А. Лебедева, государство становится субъектом гражданского права8. И. Т. Тарасов указывал, что связь финансового права с гражданским правом обнаруживается там, «где государство рассматривается как субъект имущественных прав или где оно входит в соприкосновение с частноправовыми имущественными отношениями»9.
Более того, красной нитью через сочинения ученых-классиков проходит идея производности государственного имущества от частного.
«Государственный доход извлекается из частного», – пишет Б. Н. Чичерин10. Налог автор характеризует как «принудительное имущественное отношение граждан к государству»11. Идея «создания государственного имущества из имущества народного» прослеживается также в трудах В. А. Лебедева12.
В рассуждениях о взимании налогов многие авторы за отправную точку берут гражданско-правовой институт собственности. Такие явления, как налог и собственность, рассматриваются в неразрывной связи. Н. И. Тургенев замечает: после того как у рядовых граждан появилось право собственности, «налоги начали быть распределяемы и собираемы с большею справедливостью»13.
Б. Н. Чичерин обстоятельно рассматривает вопрос, не нарушает ли права собственности взимание государством налогов, и приходит к выводу, что такое «стеснение собственности» является нормальным явлением, ибо вызвано потребностями финансирования функций государства14.
Таким образом, дореволюционные авторы исследовали динамику имущественных отношений в частной и публично-правовой сфере, рассматривая взимание налогов как движение имущества из первой сферы во вторую.
В советское время ученые стали говорить о связи гражданского и финансового права в контексте исследования их предметов правового регулирования.
В литературе по финансовому праву можно встретить мысли, что его связь с гражданским – наиболее тесная по сравнению с другими отраслями советского права, и это объясняется наличием имущественных, и в частности денежных, отношений в предметах указанных отраслей15. М. А. Гурвич называет рассматриваемые правовые отрасли смежными16.
Чем ближе правовые отрасли друг к другу, тем сложнее провести между ними черту. Не случайно Е. А. Ровинский указывает, что разграничение финансового и гражданского права является наиболее сложным17. На ту же проблему указывает Д. М. Генкин, объясняя это тем, что обе отрасли регулируют имущественные отношения18.
Вообще попытки разграничить имущественные отношения, регулируемые гражданским и финансовым правом, встречаются во многих советских учебниках по соответствующим дисциплинам. Это еще раз подтверждает, что имущественные отношения, входящие в предметы рассматриваемых правовых отраслей, имеют некую общность. Как нам представляется, в данном случае затронут статический аспект связи гражданского и финансового права.
Сами имущественные отношения понимались в советской правовой литературе как волевые отношения, в которых производственные отношения находят свое выражение в общественной жизни как отношения между лицами по поводу принадлежности или перехода имущественных благ19.
При этом имущественные отношения в финансовом праве самостоятельно не исследовались. Считалось, что в финансовых отношениях основным является организационный элемент, а имущественные отношения носят подчиненный характер20.
На современном этапе возросло внимание к имущественным отношениям в финансовом праве. Все отчетливее звучит мнение, что такие отношения «составляют ядро финансово-правового регулирования»21.
Связь гражданского и налогового права сегодня стала самостоятельной научной проблемой. Одной из первых к ней обратилась Г. В. Петрова, указав, что имущественные отношения, регулируемые ГК РФ, часто являются предпосылками возникновения налоговых отношений22. Аналогичные мысли высказывала Ю. А. Крохина: «Налоговые отношения возникают на основе фактических имущественных отношений, правовой формой которых выступают гражданские отношения»23, об этом писали и другие ученые24.
Наиболее глубоко данную проблему исследовала М. В. Карасева. Она пишет об идентичности имущественных отношений, регулируемых гражданским и налоговым правом. Кроме того, автор указывает, что гражданское право регулирует отношения обмена, в рамках которых налогоплательщик получает доход, а налоговое право – отношения распределения этого дохода; указанные стадии сменяют друг друга, вследствие чего налоговое право зависит от гражданского права, детерминировано им25. Анализируя эту позицию, мы видим, что идея производности государственного имущества от частного, возникшая еще в XIX в., сегодня продолжает свое развитие и позволяет раскрывать динамический аспект связи гражданского и налогового права.
Итак, отечественные ученые уже более века единодушно признают существование связи между гражданским и налоговым правом, а причины этой связи усматривают в плоскости имущественных отношений.
Проведенный нами ниже научный анализ не только подтверждает данную точку зрения, но и позволяет утверждать, что связь гражданского и налогового права представлена в двух аспектах: статическом и динамическом.
Статический аспект связи указанных правовых образований заключается в сходстве регулируемых ими имущественных отношений и, как следствие, используемых при этом юридических конструкций.
Динамический аспект связи гражданского и налогового права проявляется во времени и в движении экономических благ в процессе воспроизводства общественного продукта и кратко выражается формулой: «налоговые отношения возникают на базе гражданско-правовых».
1.2. Статический аспект взаимосвязи гражданского и налогового права. Имущественные отношения как основа этой связи
Чтобы вскрыть закономерности взаимосвязи гражданского и налогового права в статическом аспекте, остановимся подробнее на исследовании имущественных отношений, объединяющих их предметы правового регулирования.
Имущественные отношения складываются в экономической сфере жизни общества и по своей сути являются экономическими. Это само собой разумеется для ученых-экономистов26 и признается правоведами. «Имущественность есть признак не юридический, а только экономический»27, – писал Г. Ф. Шершеневич. На экономический характер имущественных отношений указывали С. Н. Братусь, Н. Д. Егоров, Е. А. Ровинский, Е. А. Суханов, Ю. К. Толстой и другие видные ученые28.
Кроме того, имущественные отношения имеют характер правовых отношений, поскольку, затрагивая общественно значимые интересы лиц по поводу имущественных благ, они объективно требуют правового регулирования.
Основной отраслью, регулирующей имущественные отношения, исторически выступало и выступает гражданское право. Не случайно полноценная теория имущественных отношений в середине XX в. была сформирована именно в лоне цивилистики. В финансовом праве теория имущественных отношений находится на стадии формирования29 и во многом опирается на достижения цивилистов.
Важнейшим свойством имущественных отношений является то, что их объектом всегда является некое экономическое благо (экономическая ценность), что предопределяет остальные свойства этих отношений и их единый характер в гражданском и налоговом праве.
Объектами имущественных отношений могут выступать различные блага. Отметим, что их состав не исчерпывается понятием «имущество». Статья 128 ГК РФ к имуществу относит вещи как материальные блага (в том числе наличные деньги и документарные ценные бумаги), а также иное имущество, в том числе безналичные деньги, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права. Кроме перечисленных объектов, имущественные отношения могут возникать по поводу результатов работ и оказания услуг, результатов интеллектуальной деятельности30.
Все перечисленные объекты имеют общие черты: они способны удовлетворять потребности людей (т. е. обладают полезностью), воплощают в себе определенное количество труда, могут передаваться одним лицом другому. Из этих черт экономических ценностей неизменно вытекает еще одна: они всегда обладают стоимостью как внутренней характеристикой, выражающей полезность экономического блага либо количество труда, воплощенное в нем31.
Объекты имущественных отношений являются носителями стоимости в силу самой своей природы независимо от особенностей имущественных отношений, в рамках которых они образовались или движутся. Утверждать это нам позволяют выводы современных экономистов о единстве стоимости независимо от форм ее выражения32, а также о том, что стоимость, образуемая на стадии производства, продолжает свое движение на последующих стадиях общественного воспроизводства: в процессе распределения, обмена и потребления33. Подчеркнем, что экономистами признается стоимостный характер финансовых отношений34.
В финансовом праве объектом имущественных отношений выступают в основном денежные средства35. Деньги по определению имеют номинальную стоимость, поэтому все сказанное о стоимости в полной мере касается и движения денежных средств.
Таким образом, все имущественные отношения опосредуют движение стоимости, заключенной в их объекте – экономическом благе, и в этом смысле имущественные отношения как в гражданском, так и в налоговом праве имеют стоимостный характер.
Более того, с экономическим благом может быть произведен всегда один и тот же набор операций: это благо может быть передано одним субъектом другому, возвращено, удержано, истребовано; за пользование чужим экономическим благом взимается материальная компенсация (обычно в виде процентов) и т. д. Как указывала М. В. Карасева, имущественное правоотношение в силу его унифицированного объекта (экономического блага) в любой сфере своего возникновения имеет единую парадигму развития36.
Определенную последовательность действий, которые могут производиться с экономическими благами (передача, зачет, возврат, взимание процентов), предлагается именовать имущественными алгоритмами.
Можно ли на основании изложенного утверждать о сущностной связи налогового и гражданского права? По нашему мнению, да, причем речь идет о статическом аспекте этой связи, т. е. сходстве моделей отношений в гражданском и налоговом праве (в обоих случаях подразумевается передача экономических ценностей одним субъектом другому).
Подтверждает данную мысль и разработанная в правовой науке концепция налогового обязательства, согласно которой налоговое отношение строится по модели гражданско-правового обязательственного отношения. Эта идея зародилась в работах С. В. Запольского37 и была развита М. В. Карасевой38, Е. В. Пороховым39, Д. В. Винницким40 и другими учеными41.
Как было доказано в научной литературе, налоговые отношения обладают следующими чертами, характерными для обязательственных отношений:
• имущественным характером;
• относительным характером (распределение имущества может быть осуществлено только адресно, строго определенным лицам);
• активным типом правоотношения (от налогоплательщика требуется выполнить обязанность уплатить налог);
• целенаправленностью (налогоплательщик выполняет свою обязанность исключительно в пользу государства);
• обеспеченностью имущественными санкциями (эту роль выполняет пеня)42.
Обратим также внимание на сходство правоотношений по содержанию. Согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т. п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Основное содержание имущественных налоговых правоотношений, состоящее в обязанности налогоплательщика передать государству часть своего имущества и праве государства требовать этих действий от налогоплательщика, аналогично содержанию гражданско-правовых обязательственных отношений.
Учитывая сказанное, между гражданским и налоговым правом существует внутренняя (сущностная) связь, заключающаяся в том, что данные правовые образования регулируют единые по своей природе имущественные отношения с помощью единых имущественных алгоритмов.
В принципе одни и те же имущественные алгоритмы можно обличить в разные правовые конструкции или по-разному поименовать, но налоговое право во многих вопросах пошло именно по пути заимствования гражданско-правовых институтов и терминов, что объясняется исторически.
Налоговое право возникло намного позже гражданского – в XIX в. Причиной развития системы налогов, как писали классики финансового права, стало бурное развитие военного дела, промышленности и образования, что породило повышение расходов государства и поиск новых источников их финансирования43.
Следует согласиться с В. М. Савицким, что при образовании новой отрасли права заимствование неизбежно44. Естественно, заимствование должно производиться из наиболее близкой по природе отрасли. К моменту зарождения налогового права гражданское право было уже достаточно развито, что создавало возможность новому правовому образованию заимствовать уже устоявшуюся гражданско-правовую терминологию и правовые средства45.
Конечно, в ходе дальнейшего развития отрасли возможна переработка заимствованных конструкций или разработка собственных, но имущественные алгоритмы в гражданском и налоговом праве всегда будут оставаться едиными, в какую бы юридико-техническую «оболочку» они ни были заключены.
Напомним, что все сказанное выше о единой природе предметов правового регулирования и сходстве правовых моделей гражданского и налогового права относится к статическому аспекту связи рассматриваемых правовых образований.
Образно статическую связь гражданского и налогового права можно представить в виде модели, изображенной в Приложении 2. Общественные отношения, входящие в предметы их правового регулирования, – это некое поле, которое делится на две части: область гражданского и область налогового права. Трава, которая в данном случае символизирует конкретные отношения конкретных субъектов, на каждом участке произрастает с учетом его ландшафта и особенностей, однако, что немаловажно, в обеих областях травинки имеют сходное строение.
1.3. Динамический аспект взаимосвязи гражданского и налогового права
Рассмотрев имущественные отношения с позиций их единой сущности (т. е. в статике), обратимся к динамике развития этих отношений в процессе воспроизводства общественного продукта.
Как уже отмечалось, суть связи гражданского и налогового права в динамическом аспекте сводится к формуле: «Налоговые отношения возникают на основе гражданско-правовых».
Имущественные отношения в своем развитии проходят следующие стадии воспроизводства общественного продукта: производство, распределение, обмен и потребление, бесконечно сменяющие друг друга.
Как указывают цивилисты, гражданское право регулирует обменные (товарно-денежные) отношения46. В свою очередь, финансовые отношения возникают в сфере распределения (перераспределения) национального дохода47. Понимание природы этих стадий и их соотношения позволит раскрыть суть динамической связи гражданского и налогового права, а применительно к отдельным налогам – констатировать ее отсутствие.
Обменные отношения характеризуется возмездностью и эквивалентностью, подразумевают свободу выбора экономической деятельности, равноправие и инициативность участников. Их экономические интересы выступают здесь движущей силой, благодаря чему такие имущественные отношения могут саморегулироваться и не требуют от права жесткой регламентации. Товарно-денежные отношения могут существовать и вовсе без правового оформления, т. е. как фактические отношения. В таком виде они и зародились48.
Что же касается распределения, то оно бывает первичным и вторичным. В процессе первичного распределения экономические блага распределяются между участниками материального производства. Вторичное распределение (перераспределение) позволяет получить долю стоимости созданного продукта членам общества, не участвующим в производстве, но создающим предпосылки его нормального развития (ученым, военным и др.) и социально незащищенным гражданам, а также перенаправить часть экономических благ в отрасли и регионы, которые не имеют для этого собственных источников49.
Именно на стадии вторичного распределения осуществляется налогообложение. Финансовыми инструментами перераспределения, как еще в советское время указывал С. Д. Цыпкин, являются налоги и сборы50.
Экономические блага могут вовлекаться в налогообложение с различных стадий воспроизводственного процесса. Высказанная Б. Н. Чичериным еще в XIX в. мысль, что казна «захватывает» имущество в производстве, обороте, потреблении51, подтверждается современными примерами. Добытые полезные ископаемые попадают под налогообложение прямо со стадии производства, доходы по сделкам – со стадии обмена, а имущество налогоплательщика, на какой бы стадии оно ни приобреталось, вовлекается в налогообложение уже со стадии потребления его полезных свойств.
Таким образом, перераспределение может следовать за любой из стадий воспроизводственного процесса в зависимости от того, где появляется объект обложения тем или иным налогом. И только когда объект налогообложения образуется на стадии, регулируемой гражданским правом, то такая смена стадий будет обеспечивать преемственность гражданского и налогового права.
Соответствующая информация по каждому налогу отражена в таблице «Объекты налогообложения в воспроизводственном процессе» (см. Приложение 1).
Анализ этой таблицы показывает, что утверждение о существовании динамической связи гражданского и налогового права справедливо в отношении налогов с оборота, дохода, специальных налоговых режимов и имущественных налогов, а конструкции рентных налогов не обеспечивают динамической связи рассматриваемых правовых образований. Поясним подробнее.
Показательным примером динамической связи гражданского и налогового права служит взимание налогов с доходов: налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и налога на прибыль.
Налогоплательщик получает доход чаще всего на стадии обмена, которая, как уже указывалось, регулируется гражданским правом. Отдельные виды доходов, такие как заработная плата, дивиденды возникают на стадии первичного распределения. При этом отношения по распределению дивидендов также регулируются гражданским правом52.
Механизм установления связи гражданского и налогового права заключается в следующем. Допустим, налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений продал товар и получил доход, производный от его цены. Полученный доход переходит со стадии обмена на стадию вторичного распределения, где часть стоимости, заключенной в нем, подлежит изъятию в публичные фонды.
При этом гражданско-правовая категория цены и налогово-правовая категория налоговой базы оказываются связанными как проявления единой стоимости экономического блага на разных стадиях воспроизводственного процесса. В связи с этим вполне логично налоговую базу определять исходя из цены по гражданско-правовому договору, что повсеместно встречается на практике.
В целях налогообложения важен также и вид договора: он дает информацию о том, какую именно сумму считать доходом. Например, по договору купли-продажи недвижимости доходом является вся ее цена, а по договору аренды – арендная плата.
Таким образом, при взимании налогов на доходы сквозное движение стоимости на стадиях воспроизводства связывает товарно-денежные отношения с финансовыми, а в юридическом аспекте – гражданское и налоговое право, вынуждая последнее ориентироваться на юридические факты из плоскости первого и использовать его терминологию.
Возникает вопрос: если заработная плата также подлежит налогообложению, то почему движение стоимости в виде получения и обложения налогом зарплаты не вынуждает налоговое право использовать соответствующий термин трудового права?
На наш взгляд, налоговое право должно использовать специально-юридические термины из других отраслей только тогда, когда есть необходимость выделить какое-либо явление в целях налогообложения в связи с тем, что его специфический правовой режим требует особых правил налогообложения (как в случае с различными гражданско-правовыми договорами). В противном случае можно обойтись более широкими, общеупотребительными или экономическими терминами, одним из которых является как раз «доход». Категория заработной платы не нуждается в выделении из числа других и охватывается понятием дохода. Именно поэтому термин «заработная плата» не был заимствован из трудового права в налоговое.
Все вышесказанное с экономической точки зрения распространяется и на специальные налоговые режимы, объектом обложения которыми также является доход. Отметим, что в случае, когда объектом налогообложения выступает вмененный доход, фактические гражданско-правовые отношения налогоплательщика уже не учитываются в налоговом правоприменении (их заменяет фикция вмененного дохода), и в правовом механизме связь гражданского права с налоговым ослабевает. Однако она может быть в любой момент восстановлена, ибо связь соответствующих правоотношений с экономической точки зрения по-прежнему продолжает существовать.
Динамическая связь гражданского и налогового права прослеживается и в механизме взимания налогов с оборота (НДС, акцизов). Операции, которые признаются объектами налогообложения согласно НК РФ (главным образом реализация товаров, выполнение работ, оказание услуг), производятся на стадии обмена, и их правовое оформление может быть только гражданско-правовым. И вновь стадия перераспределения сменяет стадию обмена, порождая необходимость учитывать гражданско-правовые явления в налоговых целях.
Взимание имущественных налогов осуществляется на базе гражданско-правовых отношений присвоения. Возникнуть у налогоплательщика имущество может на любой стадии воспроизводства (на стадии производства, если сам построил себе дом, на стадии распределения, если получил квартиру от государства, на стадии обмена, если приобрел имущество по сделке). Но с момента появления прав на имущество у человека появляется власть над вещью, возможность извлечения ее полезных свойств, а значит, наступает стадия потребления. И именно со стадии потребления имущество вовлекается в налогообложение.
Отношения присвоения имущества регулируются гражданским правом и могут облекаться в различные правовые режимы, главный из которых – режим собственности. Как видно из анализируемой таблицы (см. Приложение 1), конструкции не всех имущественных налогов подразумевают наличие права собственности на имущество, признаваемое объектом налогообложения (примером чему служит транспортный налог), однако надо исходить из того, что в любом случае имущество должно находиться у налогоплательщика на законных основаниях. В противном случае его следует не облагать налогом, а изымать и возвращать законному владельцу.
Таким образом, взимание любого имущественного налога возможно только при наличии определенного гражданско-правового режима облагаемого налогом имущества, что говорит о существовании в данном случае динамической связи гражданского и налогового права.
Сказанное об имущественных налогах во многом распространяется также на налог на игорный бизнес, поскольку основные объекты обложения данным налогом (игровой стол, автомат) также являются имуществом.
Как видно из таблицы в Приложении 1, объекты рентных налогов (налога на добычу полезных ископаемых, водного налога) возникают на стадиях производства или потребления в рамках отношений, не регулируемых гражданским правом, вследствие чего динамическая связь гражданского и налогового права в части данных налогов отсутствует.
Таким образом, при взимании имущественных налогов, налогов с доходов и с оборота устанавливается связь гражданского и налогового права в динамическом аспекте.
Этот аспект связи мы называем динамическим, поскольку он проявляется во времени и в движении: распределение наступает всегда после хотя бы одной из других стадий, и в процессе распределения происходит буквально движение стоимости, когда часть стоимости экономического блага, подлежащего налогообложению, посредством налога передается в финансовые фонды. При этом адекватное взимание налогов возможно только при условии преемственности гражданско-правового и налогово-правового регулирования.
Таким образом, сущностная связь налогового и гражданского права имеет два аспекта: динамический (преемственность экономических отношений на стадии образования объекта налогообложения и на стадии перераспределения) и статический (единый имущественно-стоимостной характер гражданско-правовых и налоговых отношений), которые соответственно порождают преемственность правового регулирования и сходство юридико-технических решений гражданского и налогового права.
Образно модель динамической связи гражданского и налогового права представлена на схеме в Приложении 3. Гражданское право – это некое поле с травой. Над этим полем «вторым ярусом» располагается еще одно поле (оно символизирует налоговое право). Трава, вырастая до определенного уровня, попадает в плоскость второго поля и прорастает в нем. Трава в данном случае символизирует имущественные отношения налогоплательщика, движение стоимости. На этой схеме наглядно видно, что в область верхнего поля (налогового права) попадают только те явления и та стоимость, которые имели место в плоскости нижнего поля – гражданского права.
1.4. Имущественные отношения требуют разграничения
Осознание единой сущности имущественных отношений вызывает вопрос о необходимости их регулирования одной отраслью права. Дискуссия на эту тему длится уже более века.
Одна группа ученых выступает за объединение всех имущественных отношений в предмете одной отрасли права53.
Другая, более многочисленная, группа указывает на недопустимость смешения институтов частного и публичного права54 и настаивает на том, что имущественные отношения регулируются несколькими отраслями права, в том числе финансовым55.
Мы присоединяемся ко второй группе ученых. Даже небольшой экскурс в экономическую теорию показывает, что, несмотря на единство имущественных отношений, они имеют свои особенности на различных стадиях воспроизводства, и эти особенности задают различия в методах правового регулирования. В отличие от отношений обмена на стадии перераспределения у одной из сторон (налогоплательщика) отсутствует экономический интерес, ибо передача денег в финансовые фонды происходит для него безвозмездно. В связи с этим налоговые отношения носят характер «искусственных» и не могут существовать вне правовой формы, на что уже указывали многие ученые56. Чтобы изъять и перераспределить стоимость в публичных интересах, государству нужны четкие механизмы, прописанные в праве, обладающие обязательностью и властностью.
В связи с этим налоговые отношения объективно требуют императивного метода регулирования. Соответствующая группа имущественных отношений выпадает из предмета гражданского права и входит в публично-правовую сферу.
Следует согласиться с авторами, утверждающими, что властность является неотъемлемой чертой имущественных отношений в финансовом праве57. Стоит отметить, что именно из-за признака властности указанных отношений имущественные алгоритмы, веками отточенные в гражданском праве, претерпевают в налоговом праве деформацию, что является причиной ряда практических проблем на стыке гражданского и налогового права.
В связи с этим некоторые авторы начинают рассуждать весьма радикально. А. А. Иванов предлагает разделить властные и имущественные отношения и отнести их к предметам соответственно публичных и частных отраслей права58.
Это было бы удобным вариантом решения проблем взаимодействия налогового и гражданского права, но такое «механическое» разделение налогового правоотношения в большинстве случаев невозможно и носит искусственный характер. Например, норма подп. 1 п. 1 ст. 23 НК РФ, закрепляющая обязанность налогоплательщика уплачивать налоги, порождает правоотношение, объектом которого является налог, что означает имущественный характер данного отношения, а сам факт существования таковой обязанности, независимо от воли обязанного субъекта, свидетельствует о властном характере этого отношения. Такие признаки, как имущественность и властность, в налоговом праве неразрывно связаны между собой, и с этим надо считаться при разработке методологии разрешения проблем взаимосвязи гражданского и налогового права.
Итак, не отрицая единой сущности имущественных отношений, входящих в предметы гражданского и налогового права, необходимо одновременно разграничивать их.
В качестве критерия такого разграничения традиционно используется метод правового регулирования59, что берет начало еще с идеи И. А. Покровского о том, что «различие между правом публичным и частным… в различных приемах правового регулирования»60.
Отметим, что к налоговым отношениям в силу их экономической природы в отдельных случаях может применяться характерный для частного права диспозитивный метод61, но он используется эпизодически и не создает «фон» финансово-правового регулирования62.
В заключение следует отметить, что сегодня зарождаются новые подходы к проблеме взаимосвязи гражданского и налогового права. Все больше ученые говорят о межотраслевом взаимодействии и комплексных правоотношениях, состоящих из простых правоотношений различной отраслевой принадлежности, объединенных общей целью63. Оказывают свое влияние на характер связи правовых образований процессы взаимопроникновения публичных и частных начал, интеграции различных отраслей права. Это происходит как в российской правовой системе64, так и на уровне мирового правопорядка в целом65. Следует согласиться с С. В. Васильевым, что «сочетание норм публичного и частного права, их взаимное проникновение повышают творческие возможности права, его эффективное воздействие на экономические преобразования»66. Также верно писал К. С. Бельский: «В ряде случаев выработанный одной наукой материал оказывается в максимальной степени эффективным в другой»67.
Также в рамках процесса глобализации в мире все больше прослеживается взаимное влияние различных правовых систем, заимствование правовых конструкций и доктрин. Например, отечественное налоговое право восприняло из англосаксонской системы права доктрины «существо над формой», «деловой цели»68; активно исследуются иные зарубежные доктрины69. Все это было бы невозможно или по крайней мере нежизнеспособно во взаимодействии налогового и гражданского права, если бы между ними не существовало внутренней, т. е. сущностной, связи.
Выводы по параграфу
Между гражданским и налоговым правом обнаруживается внутренняя и внешняя связь. Внутренняя связь является сущностной и имеет два аспекта:
1) статический, заключающийся в том, что налоговые и гражданско-правовые отношения имеют единый имущественно-стоимостной характер и развиваются по единым имущественным алгоритмам. Под имущественными алгоритмами предлагается понимать определенную последовательность действий, которые могут производиться с экономическими благами (передача, зачет, возврат, взимание процентов и т. п.);
2) динамический, заключающийся в смене стадий воспроизводственного процесса, регулируемых последовательно гражданским и налоговым правом, и переходе стоимости с одной стадии на другую. В этой системе первой стадией выступает та, в рамках которой образовался объект налогообложения (чаще всего это стадия обмена), а второй – всегда стадия перераспределения, на которой часть стоимости подлежащего налогообложению экономического блага изымается и посредством налога передается в финансовые фонды.
Связь гражданского и налогового права в динамическом аспекте устанавливается прежде всего при взимании налогов с доходов и оборота, а также имущественных налогов. Такая связь отсутствует при взимании рентных налогов.
Внутренняя (сущностная) связь гражданского права с налоговым порождает следующие объективные закономерности:
1) статическая связь гражданского и налогового права обуславливает сходство моделей отношений и юридико-технических решений указанных правовых образований;
2) динамическая связь гражданского и налогового права требует преемственности гражданско-правового и налогово-правового регулирования, вызывает необходимость учета в налоговом правоприменении юридических фактов и правовых режимов из плоскости гражданского права.
Единство сущности имущественных отношений не отрицает того, что они могут регулироваться различными отраслями права в силу специфики имущественных отношений на различных стадиях воспроизводства. Так, отношения на стадии обмена и отношения на стадии перераспределения объективно требуют различных методов правового регулирования: первые являются саморегулируемыми, а вторые требуют жесткой регламентации и властных предписаний, так как у одной из сторон (налогоплательщика) отсутствует экономический интерес. В результате указанные отношения входят в предметы соответственно гражданского и финансового права.
§ 2. Связь налогового и гражданского права: практические и доктринальные аспекты проявления
2.1. Научные подходы к соотношению налогового и гражданского права
Связь налогового и гражданского права находит свое выражение в практических и доктринальных формах проявления. Первые встречаются в законодательстве и правоприменении, а вторые – в научных концепциях.
Приступая к исследованию проявлений указанной связи, необходимо прежде всего избрать научный подход, который позволил бы рассмотреть интересующие нас правовые явления во всей их полноте.
В мире традиционно используются два основных подхода к взаимосвязи налогового и гражданского права: теория соответствия (зависимости) и теория автономии налогового права.
Согласно теории соответствия (зависимости) налоговое право зависимо, производно от гражданского права и должно соответствовать ему в своем правовом регулировании. Эти идеи до недавнего времени преобладали в российской науке, особенно в среде цивилистов70. В зарубежной литературе они также популярны. Канадский профессор David G. Duff указывает, что Закон о подоходном налоге должен применяться с учетом регулирования отношений гражданскими законами71.
Не стоит абсолютизировать теорию зависимости, однако надо отметить ее методологическую значимость, так как она ложится в основу понимания принципов взаимосвязи гражданского и налогового права.
Теория автономии налогового права подразумевает его независимость от гражданского права, а в концепциях, абсолютизирующих такую автономию, – и от иных отраслей права72. Данный подход, на наш взгляд, излишне радикален.
Датский исследователь J. Bundgaard сетует, что приверженность одной из двух вышеупомянутых теорий окрашивает правовую действительность в черно-белые цвета. Автор утверждает, что взаимодействие гражданского и налогового права носит комплексный характер73. Следует согласиться с этим мнением, поскольку, как будет показано ниже, взаимодействие рассматриваемых правовых образований сочетает в себе элементы зависимости и автономии, и именно комплексный подход позволяет адекватно описать взаимосвязь налогового и гражданского права74.
Избрав, таким образом, комплексный подход к рассмотрению взаимосвязи гражданского и налогового права, приступим к исследованию практических форм проявления указанной связи.
2.2. Связь налогового и гражданского права через объект налогообложения
Основным практическим проявлением связи гражданского и налогового права является определение объектов налогообложения с учетом положений гражданского права.
Это утверждение справедливо в отношении тех налогов, объект обложения которыми образовался в лоне гражданско-правовых отношений.
Согласно п. 1 ст. 38 НК РФ объектом налогообложения признается реализация товаров (работ, услуг), имущество, прибыль, доход, расход или иное обстоятельство, имеющее стоимостную, количественную или физическую характеристику, с наличием которого законодательство о налогах и сборах связывает возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога. Из последней части определения следует, что появление объекта налогообложения является юридическим фактом, влекущим налоговые правоотношения, на что не раз указывалось в литературе75.
Объект налогообложения образуется при реализации фактических экономических отношений. Не случайно в определении объекта налогообложения присутствуют экономические категории: «прибыль», «доход», «расход» (п. 1 ст. 38 НК РФ), а в первоначальной редакции определения после перечисления объектов налогообложения вместо фразы «иное обстоятельство» было указано «иное экономическое основание».
Выступая экономическим явлением, объект налогообложения, тем не менее, должен иметь и правовое оформление. Как верно заметил С. В. Овсянников, «экономическое содержание хозяйственных операций налогоплательщика не может быть постигнуто само по себе… Судить об экономическом характере действий участников гражданского оборота можно по внешним выражениям их воли, среди которых сделка (прежде всего договор) – наиболее адекватная (в силу ее предназначения) форма отражения действительного экономического смысла реальных имущественных отношений»76.
Исходя из этого, налоговое право, закрепляя объекты налогообложения, вынуждено отталкиваться прежде всего от сделок, оформляющих появление объекта налогообложения.
Кроме сделок нести информацию о реальных имущественных отношениях призваны и другие юридические факты гражданского права (например, переход права собственности), а также гражданско-правовые режимы имущества налогоплательщика (принадлежность на праве собственности, нахождение во временном владении и т. п.).
Приведем примеры того, какое значение в налоговом законодательстве придается этим гражданско-правовым явлениям.
Вид сделки влияет на налоговые обязанности. Согласно ст. 156 НК РФ при реализации товаров по договору поручения, комиссии либо агентскому договору налоговой базой по НДС служит вознаграждение по этим договорам, в то время как по общему правилу при реализации товаров налоговой базой служит их стоимость (ст. 154 НК РФ).
Переход права собственности, выступая юридическим фактом гражданского права, изменяет и налоговые правоотношения, так как порождает объекты налогообложения. С переходом права собственности на жилое помещение, строение, сооружение у граждан появляется обязанность уплачивать налог на имущество физических лиц (ст. 400 НК РФ). А согласно ст. 39 НК РФ передача права собственности на товары и результаты работ является их реализацией, что порождает объект обложения НДС.
Гражданско-правой режим имущества налогоплательщика также учитывается налоговым правом. Например, земельным налогом облагаются земельные участки с правовым режимом собственности, постоянного (бессрочного) пользования или пожизненного наследуемого владения, а участки с правовым режимом безвозмездного срочного пользования или аренды не облагаются земельным налогом (ст. 388 НК РФ). Также примером может служить правовое регулирование вышеупомянутого налога на имущество физических лиц.
Тем не менее связь гражданского и налогового права по критерию объекта налогообложения на практике обретает пределы своего проявления. Дело в том, что гражданско-правовое оформление отношений, в которых возникает объект налогообложения, не всегда соответствует реальным имущественным отношениям налогоплательщика, а может и вовсе отсутствовать.
Примечательно, что в налоговом законодательстве отсутствует общее правило, которое закрепляло бы, что налоговые последствия всегда определяются исходя из гражданско-правового оформления имущественных отношений. Договорам и иным документам, несущим информацию об имущественных отношениях налогоплательщика, не придается преюдициальной силы77.
Судебная практика в целях налогообложения отдает приоритет не гражданско-правовой форме, а реальным экономическим отношениям сторон. Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»78 объем прав и обязанностей налогоплательщика должен определяться исходя из подлинного экономического содержания его хозяйственных операций79. Представляется верной рекомендация ВАС РФ, что «налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые во исполнение этих сделок финансово-хозяйственные операции»80. Причем для учета хозяйственной операции в налоговых целях решающее значение имеет ее реальность, как указал Президиум ВАС РФ в Постановлении от 03.07.201281.
Например, сделка может не учитываться в налоговых целях, если операции по ней не производились82. Допустимо также изменение юридической квалификации сделки, если к фактическим отношениям сторон больше подходит другой вид договора83.
Следует подчеркнуть, что подобные ситуации имеют целью противодействие уклонению от налогообложения, носят характер исключения и в целом не отрицают наличие законодательно установленной связи гражданского и налогового права по критерию объекта налогообложения.
Кроме того, связь указанных правовых образований устанавливается с помощью правовых позиций судов.
Примером служит Постановление Президиума ВАС РФ от 29.03.2011 № 16400/1084, посвященное обложению недвижимого имущества налогом на имущество организаций.
Объектом обложения указанным налогом по общему правилу (п. 1 ст. 374 НК РФ) признается имущество, учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств, причем оно может иметь различный гражданско-правовой режим.
Согласно Положению по бухгалтерскому учету «Учет основных средств»85 актив принимается к учету в качестве основных средств, если одновременно выполняются условия:
а) объект предназначен для коммерческого использования (или уставной деятельности некоммерческих организаций);
б) объект предназначен для использования в течение срока свыше 12 месяцев;
в) не предполагается последующей перепродажи объекта;
г) объект способен приносить доход (условие для коммерческих организаций).
В дополнение к этому перечню условий Президиум ВАС РФ в Постановлении от 29.03.2011 № 16400/10 поставил необходимость учета в качестве объекта основных средств недвижимости, переданной по договору купли-продажи, в зависимость от регистрации права собственности на нее. К этому выводу он пришел в ходе толкования законодательства о бухгалтерском учете и придал своей позиции общеобязательную силу.
Возникновение объекта обложения налогом на имущество организаций было поставлено в зависимость от гражданско-правового юридического факта – государственной регистрации права собственности.
На наш взгляд, указанная правовая позиция ВАС РФ имеет положительное значение. Во-первых, это позволяет сделать более универсальными правила налогообложения имущества организаций и физических лиц86. Во-вторых, факт государственной регистрации права собственности легко проверяем, что вносит четкость и однозначность в налогово-правовое регулирование, упрощает механизм налоговых проверок и доказывания в суде.
Интересно, что Минфин России буквально за неделю до издания указанного Постановления Президиума ВАС РФ на основе толкования того же законодательства пришел к иному выводу87, а до этого каждый из государственных органов занимал позиции, противоположные вышеуказанным88. Эта комичная ситуация свидетельствует о том, что толкование законодательства может быть неоднозначным. Поэтому необходимо перенести приведенную правовую позицию ВАС РФ в законодательство в целях обеспечения определенности налогообложения.
Итак, связь налогового и гражданского права по критерию объекта налогообложения проявляется в законодательстве и судебной практике. Эта связь не является абсолютной, но в целом гражданско-правовые сделки и иные юридические факты весьма важны для определения объекта налогообложения.
2.3. Связь налогового и гражданского права через правосубъектность участников соответствующих отношений
Следующее практическое проявление связи налогового и гражданского права заключается в некоторой зависимости налоговой правосубъектности от гражданской.
Согласно ст. 9 НК РФ в число участников налоговых отношений включаются организации, физические лица, налоговые и таможенные органы.
Д. В. Винницкий, подразделяя субъектов налогового права на публичных и частных, писал, что у обладающей властными полномочиями стороны налоговых отношений (публичных субъектов) налоговая правосубъектность является производной от конституционной или административной правосубъектности, а у стороны налоговых отношений, не наделенной властными полномочиями (частных субъектов), – от гражданской правосубъектности89.
К частным субъектам налогового права относятся организации и физические лица. НК РФ возлагает на них обязанности налогоплательщиков, плательщиков сборов или налоговых агентов.
Налоговый законодатель не использует гражданско-правовое понятие «юридическое лицо» при определении субъектов налогового права. Еще до принятия части 1 НК РФ М. В. Карасева справедливо отмечала, что статус юридического лица, хотя очень часто и необходимый показатель финансовой правосубъектности организации, все же не является единственным показателем для ее определения90.
Вместо понятия юридического лица в налоговом законодательстве фигурирует более широкое понятие «организация», которое, согласно определению п. 2 ст. 11 НК РФ, включает: 1) юридические лица, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации, – российские организации, 2) иностранные корпоративные образования, обладающие гражданской правоспособностью, 3) международные организации, 4) филиалы и представительства указанных иностранных лиц и международных организаций, созданные на территории России.
Правоспособность российских организаций определяется соответствующими нормами гражданского права (ст. 49 и 51 ГК РФ). Как только юридическое лицо получает государственную регистрацию, оно в силу п. 2 ст. 11 НК РФ считается организацией, а в силу ст. 19 НК РФ – налогоплательщиком. Одновременно оно становится потенциальным налоговым агентом. К иностранным корпоративным образованиям также предъявляется требование обладать гражданской правоспособностью, как явствует из текста п. 2 ст. 11 НК РФ. Но к третьей и четвертой группам организаций такого требования не предъявляется, зачастую оно и не может быть выполнено: например, филиалы и представительства иностранных юридических лиц сами не имеют статуса юридического лица.
Исходя из этого следует согласиться с утверждением, что все субъекты гражданского права являются субъектами налогового права, но не все субъекты налогового права обладают гражданской правосубъектностью91. Иначе говоря, круг субъектов налогового права шире, чем круг субъектов гражданского права.
С 1 января 2012 г. появилось два специальных вида налогоплательщиков: ответственный участник КГН (консолидированной группы налогоплательщиков) и управляющий товарищ, ответственный за ведение налогового учета инвестиционного товарищества92. На наш взгляд, новых видов субъектов налогового права, помимо тех, что были перечислены в ст. 9 НК РФ, не образовалось93.
Относительно физических лиц в литературе звучит мнение, что их налоговая дееспособность зачастую вторична по отношению к гражданской и трудовой94, что объясняется возникновением у лица объекта налогообложения в большинстве случаев в результате его участия в гражданских или трудовых отношениях.
Вступать в гражданско-правовые отношения лицо может с 14 лет (ст. 26 ГК РФ). Возраст возникновения налоговой дееспособности законодательством не определен. Исходя из того что элементом дееспособности является деликтоспособность, а она в налоговом праве возникает с 16 лет (ст. 107 НК РФ), то с этого возраста налогоплательщики и становятся дееспособными95.
Мы видим несовпадение моментов, с которых физическое лицо может вступать в гражданские и налоговые отношения. Более того, иметь объект налогообложения физическое лицо может и до достижения возраста 14 лет, даже являясь младенцем, например, получив имущество в порядке наследования. Такое расхождение компенсируется с помощью института представительства.
Связь налогового и гражданского права проявляется при лишении лица гражданской дееспособности. Такое лицо становится недееспособным и в налоговом праве, о чем свидетельствует п. 2 ст. 51 НК РФ, согласно которому обязанность по уплате налогов и сборов физического лица, признанного судом недееспособным, исполняется опекуном за счет денежных средств этого недееспособного лица.
Между тем ограничение гражданской дееспособности (ст. 30 ГК РФ) не отражается на налоговой дееспособности лица. Нормы ГК РФ об ограничении дееспособности в данном случае не применяются к налоговым отношениям как к отношениям, основанным на власти и подчинении (п. 3 ст. 2 ГК РФ), а в налоговом праве специальных правил на этот счет не содержится. Лицо, ограниченное в гражданской дееспособности, налоги уплачивает самостоятельно.
Итак, налоговое право в регулировании правосубъектности частично полагается на гражданское, но в то же время расширяет круг своих субъектов за счет специфического определения организаций. Дееспособность физических лиц в гражданском и налоговом праве может не совпадать.
Рассмотрев проявления связи налогового и гражданского права по линии субъектов и объекта налогообложения, можно сделать вывод о существовании некой преемственности гражданско-правового и налогово-правового регулирования, заключающейся в том, что налогово-значимые обстоятельства (появление объекта налогообложения, налоговая правосубъектность) ставятся в зависимость от гражданско-правовых обстоятельств: заключения сделки, перехода права собственности, регистрации организации в качестве юридического лица и т. п. Указанные юридические факты гражданского права создают (изменяют) не только гражданские, но и налоговые правоотношения. Гражданско-правовые явления «переходят» из сферы действия гражданского в сферу действия налогового права, выступают связующими нитями гражданских и налоговых правоотношений.
2.4. Терминологическая связь налогового и гражданского права
Уникальным проявлением связи является использование налоговым правом гражданско-правовых понятий и терминов.
Уникальность данного проявления связи заключается в его интегративном, проникающем характере. Выступая языковым явлением, терминологическое единство опосредует все остальные проявления связи налогового и гражданского права, объединяет их собой, ибо все они выражаются посредством языка.
Близки к данному проявлению связи использование налоговым правом институтов гражданского права и использование конструкций, сходных с гражданско-правовыми. Но эти формы связи имеют свою специфику и будут исследоваться в отдельном параграфе работы.
Термины в языке закона являются наименованиями, словесными обозначениями юридических понятий96. Образно говоря, термин и понятие – это две стороны одной медали.
Заимствование налоговым правом гражданско-правовой терминологии положительно оценивается в науке97. Отмечается, что это обеспечит последовательность правовой регламентации налоговых правоотношений98.
С точки зрения языковых закономерностей использование гражданско-правовой терминологии в налоговом правотворчестве вполне логично. Как верно заметил А. С. Пиголкин, «если в различных отраслях законодательства используется одно и то же правовое понятие, то и обозначающий его термин должен быть единым»99.
Квинтэссенцией рассматриваемого проявления связи является п. 1 ст. 11 НК РФ: «Институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в настоящем Кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом».
Поскольку оговорка п. 1 ст. 11 НК РФ допускает использование терминов из других отраслей в ином значении в предусмотренных законодательством случаях, то создается двойственная ситуация.
С одной стороны, целый ряд терминов сохраняют в налоговых отношениях свое исходное гражданско-правовое значение, например «юридическое лицо», «предпринимательская деятельность», «право собственности», «дееспособность физического лица», «ценные бумаги», «акция», «сделка», «договор» и др.
С другой стороны, отдельным терминам придается собственное налогово-правовое значение путем специального определения соответствующих понятий. Примером служат понятия имущества, обособленного подразделения организации и др. (п. 2 ст. 11, в ст. 38 НК РФ).
Исходя из этого связь налогового и гражданского права при использовании налоговым правом гражданско-правовых терминов может проявляться в двух вариантах:
• в налогово-правовых актах употребляются гражданско-правовые термины в своем первоначальном значении, которое можно уяснить, обратившись к гражданскому законодательству;
• гражданско-правовому термину в налоговом праве придается собственное значение, и связь налогового и гражданского права проявляется в сохранении некоторых общих признаков в структуре соответствующих понятий в налоговом и гражданском праве. В данном случае имеет место многозначность (полисемия) – наличие у слова двух и более значений, исторически обусловленных или взаимосвязанных по смыслу и происхождению100.
Как отмечала Т. В. Губаева, значения многозначного слова связаны общими смысловыми элементами и образуют определенное семантическое единство101. Не следует путать многозначность с омонимией, при которой значения слов-омонимов никак не связаны102.
Если сравнить два приведенных варианта терминологической связи налогового и гражданского права, становится очевидным, что при использовании заимствованного термина в исходном значении связь более прочная, а при изменении значения – слабая. Вопрос о том, допустима ли многозначность в языке закона, является дискуссионным103.
2.5. Использование налоговым правом гражданско-правовых институтов и сходных правовых конструкций
Еще одним проявлением связи налогового и гражданского права является включение в налоговое законодательство гражданско-правовых институтов. Мы рассматриваем это проявление связи отдельно от предыдущего, поскольку природа правового института как совокупности правовых норм отличается от природы понятий и терминов – явлений языкознания и логики, не способных самостоятельно регулировать общественные отношения.
В качестве примера можно привести использование в налоговом праве института обеспечения исполнения обязательств в части залога, поручительства и банковской гарантии, соответственно регулируемых ст. 73–74.1 НК РФ. Требует исследования вопрос отнесения к данному проявлению связи правового регулирования пени в налоговом праве (ст. 75 НК РФ).
Споры вызывает вопрос о возможности использования гражданско-правовых конструкций в налоговом законодательстве в чистом виде. М. В. Карасева считает это возможным, отмечая, что в чистом виде в налоговом праве используются залог и поручительство (ст. 73, 74 НК РФ)104, а А. Н. Костюков и С. А. Ядрихинский выявляют особенности их правового регулирования, выражающиеся в установлении НК РФ несколько отличных правил возникновения и исполнения обязательства, делают вывод о невозможности функционирования указанных институтов в чистом виде105. В науке была инициирована дискуссия о межотраслевой адаптации частноправовых конструкций106.
Также проявлением связи налогового и гражданского права является использование в налоговом законодательстве правовых конструкций, сходных с гражданско-правовыми, но самостоятельно регулируемых налоговым правом. Примерами служат конструкции: списание безнадежной задолженности по налогам и сборам (ст. 59 НК РФ), возврат и зачет излишне уплаченных налогов и проценты, начисляемые на такие суммы (ст. 78, 79 НК РФ) и др.107
Такое проявление связи рассматриваемых правовых образований является достаточно удачным решением, поскольку одновременно и отражает их единую имущественную сущность, и учитывает особенности налоговых отношений в собственном правовом регулировании.
Каждый из затронутых вопросов будет подробно рассмотрен в параграфе втором главы второй настоящего исследования.
Итак, мы рассмотрели ряд проявлений связи гражданского и налогового права, которые в той или иной степени демонстрируют влияние гражданского права на налоговое.
Bepul matn qismi tugad.