Kitobni o'qish: «Невыносимые отношения. Как исцелить разбитое сердце»

© 2006 by John Welwood

© Перевод на русский язык ООО «Прогресс книга», 2025

© Издание на русском языке, оформление ООО «Прогресс книга», 2025

© Серия «Сам себе психолог», 2025

© ООО Издательство «Питер», 2025

Переводчик Е. Ванеева

В книге возможны упоминания организаций, деятельность которых запрещена на территории Российской Федерации, таких как Meta Platforms Inc., Facebook, Instagram и др.

Издательство не несет ответственности за доступность материалов, ссылки на которые вы можете найти в этой книге. На момент подготовки книги к изданию все ссылки на интернет-ресурсы были действующими.

Отзывы

«Эта книга весьма убедительно рассказывает о том, что наше глубочайшее стремление к любви фактически является ключом к исцелению наших личных ран и ран мира в целом. Послание Джона Уэлвуда перекликается с посланием Будды, указывая, что у нас есть прямой доступ к любви и счастью, к которым мы больше всего стремимся. Любовь – это наша глубинная суть».

Шарон Солсберг, автор книги «Любящая доброта»:

«Книга полна практической мудрости и вдохновленного Богом прозрения. Чудесное руководство для любого искателя, решившего идти по пути любви».

Белл Хукс, автор книги «Все о любви».

«В подходе Уэлвуда примечателен акцент на том, чтобы научиться получать любовь так же, как и дарить ее. „Невыносимые отношения. Как исцелить разбитое сердце“ предлагает как великие теории, так и полезные упражнения для внедрения этих знаний в вашу жизнь».

Журнал Body & Soul

«Предлагая четкие инструкции, Уэлвуд показывает, как залечить психические раны, открывшись „настоящей любви“, которая и есть наша суть».

Журнал Tricycle

«Уэлвуд бросает нам вызов: пройти путь от ненависти к себе до любви к себе. Он задает направление внутренней работе, которая позволит принять любовь и сделать человека свободным».

Журнал Spirituality & Health

Эта книга посвящена миру во всем мире.

Пусть все живые существа знают, что они любимы, чтобы они могли жить в мире с самими собой и со всеми остальными.

Вскакивай на ноги, размахивай кулаками,

Пугай и предупреждай вселенную,

Что твое сердце больше не может жить

Без настоящей любви!¹

Хафиз

Вступление

 
Ночь, полная разговоров, причиняющих боль,
Мои самые страшные тайны:
Все имеет отношение к любви и нелюбви².
 

Руми

«Я люблю тебя». Мы произносим эти слова с благодарностью, неподдельным интересом или заботой, когда в сердце возникает нечто изначальное, незамутненное – способность открыться миру и без оглядки говорить ему «Да!». Эти моменты приближают нас к совершенству естества настолько, насколько мы вообще можем приблизиться к нему. Искреннее «Да!», исходящее из сердца, как солнце, способно оживить все вокруг и вдохнуть силу в проявления истинной человечности.

Чистая и светлая любовь живет глубоко внутри нас. Но в то же время, как ни странно, трудно найти любовь вовне, особенно там, где это важнее всего, – в отношениях с другими людьми. Для многих наших современников любовные отношения сопряжены с риском, их пугает перспектива пережить боль или эмоциональное опустошение. Поскребите нашу помешанную на сексе и романтике культуру – и вы обнаружите толпу несчастных, разочарованных людей, для которых «любовь воняет», как поется в одной поп-песне. Как выразилась молодая женщина на одном из моих семинаров, «если любовь так прекрасна, почему отношения такие невыносимые? Не советуйте мне дальше открывать свое сердце: мое сердце и так слишком открыто, и я не хочу, чтобы мне опять делали больно».

Любовь совершенна – это бесспорная истина. Вторая истина, более сложная для принятия, – запутанная, сложная, порочная паутина межчеловеческих отношений. Отношения полны разочарований, приступов печали или гнева. Мгновение назад ваше сердце окрыляли любовь, чувство близости, открытости и заботы. Но не успели вы и глазом моргнуть, как вы и ваш любимый человек уже увязли в конфликтах и недопонимании, замкнулись в себе и ведете себя как эгоисты.

Даже когда наши чувства самые что ни на есть настоящие, что-то как будто блокирует их полное и абсолютное выражение в отношениях. «Я люблю тебя, но не могу жить с тобой» – классическое проявление болезненного разрыва между чистой любовью, живущей в сердце, и сложными взаимоотношениями, в которых мы существуем. Это несоответствие сводит нас с ума. Эту загадку каждый из нас должен «или разгадать, или быть разорванным на части», как выразился Д.Х. Лоуренс³.

У этой загадки много обличий. Любовь всегда возрождается и всегда приходит новая, но большинство топчутся вокруг да около любви как отверженные и смотрят на любовь как голодные в краю изобилия. Нет ничего проще и естественнее сердечного тепла, но «для одного человеческого существа любить другое – самая трудная из всех наших задач», как писал поэт Рильке. Любовь побеждает все, и все-таки на мировой арене война правит бал.

Люди чувствуют себя одинокими и отверженными не потому, что любви на всех не хватает. Любовь в той или иной форме можно найти везде, куда бы вы ни посмотрели. Каждая улыбка и большинство разговоров и взглядов, которыми вы обмениваетесь с людьми каждый день, содержат несколько крупиц любви в форме интереса, признательности, внимания, теплоты или доброты. Сложите все ежедневные контакты с окружающими, и вы увидите, что ваша жизнь поддерживается потоком взаимных связей, и именно так любовь ведет свою игру. «Нет в мире другой силы, кроме любви», – пишет тот же Рильке.

И все-таки… Пусть любовь – величайшая сила на земле, сила, без которой жизнь человека невозможна – а так оно и есть в некотором смысле. Почему сияние любви не может разогнать тьму, поглотившую мир, не может преобразовать и улучшить его? Почему любви так трудно пропитать суровую ткань человеческих отношений? Пусть любовь – наш величайший источник счастья и радости, но почему так трудно полностью открыться ей, дать ей волю направлять нашу жизнь? В чем проблема?

Эти вопросы встали передо мной особенно остро после 11 сентября 2001 года. Мир снова погрузился в войну. Бомбы дождем сыпались на Афганистан в отместку за террористические атаки в Нью-Йорке и Вашингтоне. Наша планета стала казаться мне особенно хрупкой. Мир подошел к опасной грани, он был готов рухнуть в пучину ненависти и насилия. Когда политические лидеры Америки развязали войну, обернувшуюся бесконечной бойней, я почувствовал необходимость по-новому осмыслить старую тему: почему добру, почему всему, что есть лучшего в человеке, настолько трудно существовать в этом мире.

Ранее я написал две книги об осознанных отношениях – «Путешествие сердца» и «Любовь и пробуждение». В них я рассказал, как по-другому взглянуть на проблемы в отношениях,– расценивая их как возможности для личных изменений и духовного пробуждения. В этой книге подход иной. Она фокусируется на основном источнике проблем, «матери всех проблем в отношениях» – нашем искаженном отношении к самому понятию любви.⁴

Ощущение нелюбви

На рынке печатной продукции можно найти сотни книг, авторы которых предлагают починить отношения тем или иным способом. Некоторые из этих методов могут сработать. Однако в какой-то момент большинство «технических» поправок оказываются неэффективными, поскольку они не устраняют причин межличностных конфликтов и недопонимания. Это касается и отношений супругов, и конфликтов между членами семьи, ссор с друзьями и коллегами по работе, и по большому счету недопонимания между различными этническими группами. Все трудноразрешимые проблемы в человеческих отношениях коренятся в том, что я называю ощущением нелюбви. Большинство из нас глубоко внутри таит сомнения, полагая, что нельзя по-настоящему полюбить нас такими, какие мы есть. Фундаментальная неуверенность мешает поверить в себя, доверять другим людям и самой жизни.

Невозможность ощущать всем своим естеством, что мы любимы или достойны любви, подрывает способность свободно дарить и получать любовь. Эта ущербность порождает межличностные конфликты и целый ряд сложностей в отношениях. Нам трудно доверять кому-то, мы боимся быть отвергнутыми и опасаемся, что другой может использовать нас в своих интересах, мы ревнуем и мстим, отстраняемся и замыкаемся в себе, спорим, доказывая свою правоту, обижаемся, злимся и проклинаем другого – вот лишь несколько проявлений неуверенности в том, что нас любят и что мы можем быть любимы.

Ощущение нелюбви часто проявляется в виде внезапных эмоциональных вспышек. Триггером становится любой намек на пренебрежение или плохое обращение. Бочка недоверия и обиды всегда полна и готова опрокинуться. Даже заботливые и сострадательные люди могут таить нелюбовь и при определенных обстоятельствах разражаться праведным гневом. У некоторых пар эти взрывы случаются на ранней стадии, с первых встреч разрушая зарождающиеся отношения. У других ощущение нелюбви может не проявлять свою разрушительную природу до тех пор, пока, казалось бы, счастливый брак не заканчивается. Один или оба партнера однажды просыпаются и вдруг понимают, что их по-настоящему не замечают и они никому не интересны. Не такая уж редкость услышать от человека, прожившего долгие годы в браке: «Я знаю, что муж/жена меня любит, но почему-то я не чувствую себя любимой(-ым)».

Иногда ощущение нелюбви проявляется в виде бесконечных ссор и придирок по мелочам. Оба партнера как будто ищут причины для недовольства: «Почему бы тебе не любить меня сильнее?» Например, одна пара, с которой я работал, описала следующий случай. Жена заварила мужу чай, а он рассердился за то, что она добавила в чай молоко: «Я сто раз говорил тебе раньше, что не надо добавлять молоко! Потому что я люблю, чтобы сначала чай крепче настоялся». Они поссорились и целую неделю не разговаривали.

Почему такой банальный повод может спровоцировать серьезный конфликт? Единственный способ выяснить это – разобрать, что означает ситуация для него и для нее. Муж считает, что жена пренебрегает им и его потребностями, как и все остальные женщины в его жизни, начиная с матери. Жена в свою очередь убеждается, что никогда не сможет завоевать любовь мужа: что бы она ни делала, даже готовила чай, это становится поводом для обвинений и недовольства. За мелким инцидентом скрыто болезненное переживание недооцененности и нехватки заботы, и оба партнера повторяют негативный опыт снова и снова.

Как практикующий психотерапевт, я был заинтригован устойчивостью ощущения нелюбви. Оно может жить в душе, несмотря на множество доказательств обратного (даже когда окружающие любят нас) или после многих лет психотерапии либо духовных практик. Что еще хуже, ощущение нелюбви обладает силой отталкивать, умалять или саботировать любую любовь, которая реально есть. Почему-то кажется, что настоящей любви не хватает – ее мало, она недостаточно хороша или не такая, как надо. Она не в состоянии убедить, что мы действительно любимы или достойны любви. Ощущение нелюбви как ожидание неприятия и неодобрения делает человека невосприимчивым к зарождению любви, которая готова постучаться в нашу дверь.

«Придется выбирать одно из двух: ты можешь остаться холостяком и быть несчастным или жениться и пожалеть, что не умер», – писал Х.Л. Менкен не без черного юмора. Я цитирую эту фразу на семинарах по взаимоотношениям, и всегда ответом аудитории является взрыв смеха. Людям становится легче, когда мы проговариваем эту базовую дилемму. Одинокая жизнь кажется несчастливой, потому что мы чувствуем себя обделенными или покинутыми и буквально испытываем ощущение нелюбви. Но женитьба не может вылечить недуг: жизнь с другим человеком каждый день будет усиливать чувство нелюбви и сделает его поистине адским.

Что делать нам, людям с разбитым сердцем? Как изменить ущербное восприятие любви, передающееся из поколения в поколение, и выйти из-под власти раздоров, правящих в нашем мире? Это самый важный вопрос в жизни, как частной, так и общественной. И он находится в центре внимания этой книги.

Природа и значение любви

Я бы определил любовь очень просто: мощная смесь открытости и теплоты, которая позволяет нам сближаться с другим человеком, получать удовольствие и быть благодарным, а также находиться в единении с самими собой, другими и самой жизнью. Открытость, как чистое, безусловное «Да!» сердца,– это сущность любви. А сердечная теплота – основное выражение любви, возникающее как естественное продолжение этого «Да!». Это желание протянуть руку и прикоснуться, желание соединиться с тем, кого мы любим, и подпитывать это чувство.

Открытость любви подобна ясному, безоблачному небу. Ее тепло как солнечный свет, струящийся с неба и играющий всеми цветами радуги: страсть, радость, близость, общение, доброта, забота, понимание, служение, верность и преданность – можете сами продолжить список.

Святые и мистики рассматривали любовь как само вещество нашей сущности; наша душа соткана из тепла и открытости любви. Не надо быть великими мудрецами, чтобы понять это. Нам нужно лишь честно взглянуть на все, что делает жизнь стоящей. Когда внутри жива любовь, жизнь наполнена смыслом и полноценна вне зависимости от внешних обстоятельств. Мы чувствуем себя в контакте с чем-то большим, чем наше маленькое «я». Это чувство заставляет забыть о собственной обособленности и отчужденности, приносит нам покой, лад и благополучие. Когда внутри нет любви, все окрашено в мрачные тона и кажется не совсем правильным; нам как будто чего-то не хватает, мы не радуемся, даже когда все хорошо и обстоятельства благоприятны. При этом приступы разочарования в жизни, тревоги или отчаяния накатывают без всякого повода.

Исследования мозга и нервной системы подтверждают, что связь с другими людьми влияет на здоровое развитие и функционирование мозга человека, его эндокринную и иммунную системы, эмоциональное равновесие. Любовь – основная сила, которая поддерживает всю нашу жизнь и делает ее целостной. Индийский гуру Нисаргадатта Махарадж говорил: «Жизнь – это любовь, а любовь – это жизнь».

Женщины, как правило, признают существенную значимость любви, а вот мужчины обычно соглашаются с этим утверждением неохотно. «Пожалуйста, не сводите все к этому», – я прямо слышу, как морщатся читатели-мужчины. «У меня есть более важные вещи, чем чувствовать себя любимым». Но подумайте еще чуть-чуть: автор бестселлера, победивший на выборах политик, бизнесмен, заключивший сделку или подписавший контракт, – все они счастливы, получив немного любви в форме признания, похвалы или выгоды. Даже трейдер, сорвавший куш на фондовом рынке, радуется, что боги ему улыбнулись.

Мы хотим безопасности, успеха, богатства, высокого статуса, власти, признания, одобрения, похвалы. Но все это лишь способы заполнить бездонную дыру внутри нас, а эта дыра образовалась вследствие дистанцирования от любви. Однако эти способы непрямого получения любви, некое ее замещение, не приносят настоящего удовлетворения. Они похожи на суррогатную пищу. Мы не можем насытиться ей, от чего внутренний голод только усиливается. Он заставляет нас крутиться все быстрее, как белка в колесе, в отчаянной надежде хоть на какое-то настоящее вознаграждение.

Любовь важна для нашего естества. Но почему мы так часто чувствуем себя лишенными ее? Все великие религии задавались вопросом, почему люди плохо относятся друг к другу, а в мире царит хаос. Объяснения находились разные: невежество, плохая карма, первородный грех, эгоцентризм или неспособность признать любовь в качестве основы самой нашей природы.

В чем же причина всех наших бед?

Раненое сердце

Давайте честно заглянем внутрь себя. У нашего сердца есть вполне реальная защита. У некоторых людей сердце защищает непробиваемая броня. У других это тонкий невидимый защитный экран или привычка зажиматься в ответ на угрозу. Самым частым триггером для включения самозащиты является подозрение, о котором я говорил выше: нас не любят по-настоящему и не принимают такими, какие мы есть. Оцепенение или отключение эмоций – тоже попытка избежать больной темы.

Когда мы не уверены, что можем быть любимы такими, какие мы есть, трудно поверить в саму любовь. Неверие вынуждает нас отрицать жизнь и ее дары. Мы можем убедить себя, что любовь не для нас. Но истина в том, что мы не до конца доверяем любви, нам трудно открыться и впустить ее в себя. Недоверие разрушает контакт с собственным сердцем, усугубляя ощущение нехватки любви.

Мы закрываемся от любви чаще всего из-за негативного опыта детства, когда родители нами пренебрегали, не понимали или откровенно жестоко обращались. Нам страшно, потому что нас не защищали объятия любви. Недостаток любви и заботы влияют на чувствительную нервную систему ребенка, он переживает потрясение и психологическую травму, эхо которой будет звучать всю дальнейшую жизнь.

Травма может развиться и неочевидным образом. Некоторые родители кажутся вполне любящими, но они скрыто или бессознательно выражают свое чувство через контроль или манипуляции. Они продолжают считать ребенка частью себя, не воспринимая его как самостоятельное существо со своими правами. Такие дети могут чувствовать, что их любят за определенные качества, а не за то, кто они есть. Стремясь угодить родителям и вписаться в общество, они начинают рассматривать любовь как нечто приходящее извне и думают, что ее можно заслужить, соответствуя определенным стандартам.

Конечно, дети пытаются защищаться от неполноценной любви. Они учатся отделять себя и дистанцироваться от того, что причиняет им боль, внутренне зажимаясь или отключая эмоции. Для этого явления есть специальный термин – диссоциация.

Диссоциация – выбор нашего мозга сказать «Нет» и отвергнуть душевную боль, свои чувства, потребность в любви, страдание и гнев из-за того, что нас не любят, отвергнуть само тело, где живут эти чувства. Это одна из самых частых и эффективных стратегий защиты, доступных ребенку. Главный недостаток стратегии в том, что она сужает или перекрывает доступ к двум основным центрам нашего тела: жизненному центру в животе, который отвечает за эрос, желания, витальную энергию и инстинктивное знание, и сердечному центру, ответственному за любовь и глубокие переживания. Говоря «нет» страданию из-за нелюбви, мы блокируем пути, по которым энергия любви курсирует в теле, и таким образом лишаемся невидимой, но так необходимой нам субстанции, питающей жизнь. Заканчивается это разрывом человека с самой жизнью.

Перед нами мучительная дилемма. С одной стороны, мы жаждем любви и ничего не можем с этим поделать. Одновременно мы избегаем любви и отказываемся полностью открыться ей, потому что не верим в нее.

Общий паттерн – не знать, что мы любимы такими, какие есть, заглушать то, что говорит наше сердце, чтобы не чувствовать этой боли, и перекрывать пути, по которым энергия любви течет в нас и через нас,– это раненое сердце. Эта рана появляется еще в детстве в результате действия механизмов приспособления к семейной ситуации, но только с годами она перерастает в серьезную духовную проблему – разрыв с любовью и полный разрыв с самой нашей природой.

Травма универсальная, и переживают ее почти все. На уровне тела она проявляется как ощущение пустоты, беспокойства или подавленности, на уровне отношений – как ощущение нелюбви, неуверенности, настороженности, недоверия и недовольства. Оттуда вытекают и все проблемы в отношениях.

Любовь и раненое сердце, похоже, всегда приходят в связке, рука об руку, как свет и тень. Как бы сильно мы ни влюбились, мы редко можем преодолеть страх и недоверие. Чем ярче вспыхивает в нас искра любви, тем больше застит свет тьма нашей незаживающей раны. Как только возникают конфликт, непонимание и разочарование, из темных глубин внутренний голос нашептывает: «Ну что, убедился? Тебя и в самом деле никто не любит».

На общественном уровне проявления раненого сердца – постоянная борьба, стрессы и разногласия. Сообщества и социальные институты всех типов: браки, семьи, учебные заведения, церкви, корпорации и нации во всем мире – разделены и настроены друг против друга. Планета терпит величайшие беды: войны, нищета, экономическая несправедливость, ухудшение экологии. Виной всему наша неспособность доверять друг другу, уважать различия, вести равноправный диалог и достигать взаимопонимания.

Все прекрасное и все ужасы нашего мира происходят из одного источника: наличия или отсутствия любви. Ощущение нелюбви, которое мы принимаем близко к сердцу, – единственная реально существующая травма. Она калечит нас, заставляя съеживаться и напрягаться.

Руководство по диагностике психических болезней, известное как DSM⁵ (за исключением фактора биохимического дисбаланса и неврологических расстройств), могло бы начинаться так: «Здесь описаны чудовищные вещи, которые переживают и творят люди, когда не знают, что их любят». Ненависть к себе и другим; весь наш страх, эгоизм, проблемы в общении и сексе; все патологии, неврозы, склонность мира к саморазрушению; весь кошмар истории, со всем ее кровопролитием и жестокостью, сводится к одному простому факту – сердца каменеют, когда мы не знаем, что любимы. В этом трагедия человеческого существования.

Когда люди не знают, что их любят, в психике образуется холодная черная дыра, где ютятся предубеждения. Людям кажется, что они незначительны, неважны, некрасивы или лишены других достоинств. Из пространства страха происходят все акты террора. Речь не только о бомбах, но, что бывает гораздо чаще, об эмоциональном насилии внутри нас самих и в наших отношениях.

Внешний террор – симптом внутреннего террора. Когда люди чувствуют, что их не любят или что с ними плохо обращаются, они ищут кого-то, кого можно обвинить, на ком выместить свою досаду и гнев. Войну и терроризм обычно рассматривают как проблемы политические, хотя суть в том, что люди, внутри которых энергия любви течет свободно, не сбрасывают бомбы. Терроризм, как и сама война, симптом ощущения нелюбви.

Власть страха и террора не закончится на планете, пока мы не победим эту чуму, не искореним ощущение нелюбви, передававшееся из поколения в поколение. «Война с терроризмом» – это оксюморон, это не работает, потому что нельзя искоренить террор с помощью войны, которая порождает еще больший террор. Мы можем чувствовать себя защищенными от агрессии, только когда миром правит любовь. «Выбор у нас один: любить или умереть», – написал У.Х. Оден в стихотворении о начале Второй мировой войны.

Понимаю, что отдельные читатели сочтут наивными и далекими от реальности слова об истине любви при обсуждении политических вопросов, таких как война и терроризм. Бесспорно, войны, этнические конфликты и факты социальной несправедливости требуют политических решений. В то же время решения политиков без уважения ко всем сторонам, без проявления заботы о людях не достигают цели и ведут к новым конфликтам.

Религиозные и общественные деятели часто расценивали страсть к войне как проявление нелюбви и подчеркивали центральную роль, которую любовь должна играть в решении мировых проблем. Например, Мартин Лютер Кинг-младший признавал, что ощущение несправедливости разжигает войны, и утверждал, что только любовь может вылечить эту болезнь: «Рано или поздно всем людям на планете придется найти способ жить в мире… Чтобы достичь этого, человечество должно выработать метод разрешения конфликтов, который отвергает месть, агрессию и возмездие. Основой такого метода является любовь».

Как человеку победить склонность к насилию и циничное отношение к любви? Основная мысль этой книги в том, что причина войны – обида на других, корни этой обиды в боли, сопутствующей любви. Мы обвиняем в своей сердечной ране других людей и отыгрываемся на них. В книге я показываю практический путь к глубокому пониманию и решению этой ключевой человеческой проблемы.

Любовь и обида

Моей первой реакцией на террористические атаки 11 сентября 2001 года и ответные военные действия США были гнев и возмущение. Я реагировал так остро, потому что всегда пытался решить проблему ненависти, актуальную для всего мира. У террористов была своя справедливая обида на Америку, у американского правительства – своя справедливая обида на террористов. И у меня, как и у этих воюющих сторон, тоже была справедливая обида – на мир, жаждущий войны и мести, и на всех сеятелей ненависти. Пока я считал террористов и разжигателей войн противниками, на которых можно обижаться и злиться, я становился приверженцем войны, хотя искренне стремился к миру во всем мире. Я осознал, что мои эмоции недовольства происходили из того же источника, откуда берется вся ненависть и все насилие в мире. Это открытие глубоко погрузило меня в процесс самоанализа.

Пытаясь понять, как золото любви превращается в свинец пуль, я долго и пристально исследовал феномен обиды. Анализируя личное недовольство и его влияние на мои отношения, я заметил одну странную вещь. Какая-то часть меня находила удовлетворение в том, чтобы настроить другого — кого-то или что-то – против себя, затем назначить этого другого неправым, а самому занять позицию пострадавшей стороны, защищающей правое дело. Я вынужден был признать, что в обиде есть что-то действительно привлекательное.

Куда ни взгляни, всюду найдешь людей с «обидчивым» образом мышления. Брачные союзы и семьи, школы и рабочие места – все это поля битвы, где люди тратят огромное количество драгоценной жизненной энергии на междоусобную войну, обвиняя друг друга и сводя счеты. Существует и целая «политика обиды» – когда политические кампании манипулируют недовольством и гневом людей: чтобы получить голоса избирателей, им надо лишь найти козлов отпущения. На мировой арене разные религиозные и этнические группы постоянно бросаются обвинениями и мстят друг другу.

Назначать противника, с которым нужно бороться,– этот механизм действует внутри нас самих. Вы можете каждый день сражаться со своей работой, видя в ней монстра, готового поглотить вас без остатка. Вы можете вести войну против обязанностей и списка дел, которые нужно сделать, стрессов, пробок на дорогах, погоды, собственных сложных чувств и даже самой жизни. Самая разрушительная битва может развернуться в вашем уме и теле, когда вы назначаете неправым или плохим себя: это порождает огромное эмоциональное напряжение и аутоагрессию. Некоторые люди настолько не в ладу сами с собой, что в конце концов вынуждены убивать чудовище, которым себя ощущают.

Откуда берется потребность создавать врагов и лелеять обиды? Это ведь только разрушает нас и тех, кто нас окружает. Когда я размышлял о последствиях террористических атак 11 сентября, просеивая их через сито своего недовольства миром, то обнаружил чувство непричастности к реальности, зародившееся во мне в раннем детстве. Я чувствовал себя инопланетянином, пока рос, потому что окружающие взрослые считали меня частью собственных личных планов на будущее. Они не пытались понять, кем я могу стать. Я оттолкнул свою мать, потому что она не позволяла мне быть собой, я закрылся от любви и был постоянно настороже на протяжении первых десятилетий своей жизни.

Я стал развивать свой интеллект – по крайней мере это давало облегчение от боли разрыва с любовью. И все же гораздо глубже, чем потребность писать, достигать чего-то или оставлять след в истории, было унизительное в своей простоте стремление: желание любить и быть любимым.

Оно лежало в основе всего, что я делал.

Моя обида на мир, сошедший с ума, была обидой ребенка, не знающего, что любовь доступна и ей можно доверять. В моей жизни было много любви, и я много лет исследовал и писал о близких отношениях, тем не менее в глубине души остался темный, скрытый уголок, где я не доверял ей. Именно здесь пустила корни обида – в том самом месте, где я впервые столкнулся с враждебностью окружающего мира. Внутри себя я обнаружил источник гнева и ненависти, того же гнева, который отравляет весь мир. Порожденные им обвинения и упреки в итоге приводят к насилию, разводам, вендеттам и войнам. Осознание связи между чувством нелюбви и чувством обиды внутри помогло мне понять, почему с любовью в человеческих отношениях дела не идут гладко.

Продолжая исследование, я провел опрос на тему обиды у студентов, которым преподавал. Тогда память об атаках 11 сентября была еще свежа, а уровень страха и возмущения очень высок. Для начала я попросил их сосредоточиться на любой стрессовой ситуации. Затем оценить, как их стресс в связи с 11 сентября соотносится с противопоставлением себя чему-то, что они считали враждебным. Некоторые предпочли сосредоточиться на личных отношениях или ситуации, связанной с работой; другие выбрали теракты, реакцию правительства США или хаос в мире.

Студенты с интересом отмечали, что в каждом случае напряжение росло, когда они говорили «нет» тому, что воспринимали как образ врага. Затем я попросил их подумать, смогут ли они найти в этой внутренней борьбе какую-нибудь старую обиду на других, которая осталась на всю жизнь. Я предложил им сформулировать претензии в настоящем времени в одной фразе, начинающейся с «Ты…» Вот несколько полученных ответов на тему обиды:

«Ты хочешь использовать меня».

«Ты не ценишь меня таким, какой я есть».

«Я тебе безразличен, ты интересуешься только собой».

«Ты хочешь контролировать меня».

«Ты меня не замечаешь».

«Ты меня не уважаешь».

«Ты хочешь убить меня».

«Ты не принимаешь меня, если я не вписываюсь в твои планы».

«Ты используешь меня в собственных целях».

«Ты не уделяешь мне времени и внимания».

«Ты заставляешь меня чувствовать себя неправым из-за моих потребностей».

«Ты не признаешь моих достоинств».

Они по очереди произносили свои претензии, и чем дальше, тем больше становилось ясно, что это были разные формы одной и той же жалобы, самой глубокой печали на свете: ты меня не любишь. Точнее: ты не любишь меня таким, какой я есть. Эта универсальная боль заставляет нас противопоставлять себя миру.

Любовь – это признание красоты. Каждый хочет чувствовать уверенность в своей красоте и доброте. Но нам нужен кто-то другой, особенно в детстве, чтобы разглядеть красоту нашей души и отразить ее, как зеркало, сделать ее видимой для нас. Когда эта красота не признана, мы ощущаем отсутствие любви, внутренняя система испытывает перегрузку и отключается.

Мы никогда не понимали, почему другие люди, Господь Бог или сама жизнь лишали нас признания, которое так необходимо для развития. Это сводило с ума. Мы всегда интуитивно знали, что любовь точно должна у нас быть и что нам нужно воссоединиться с ней, чувствовать, как она наполняет и пронизывает нас, снова и снова. Кто-то или что-то, несомненно, виноваты, что все не так! В итоге мы затаили обиду на других людей или саму жизнь за то, что те не дали нам необходимой любви, или на самих себя за то, что нам не удалось завоевать любовь.

Великая любовь

Мы все имеем право на совершенную любовь, это правда. Это наше право по рождению. Проблема в том, что мы ищем ее не в тех местах – вне самих себя, в несовершенных отношениях с несовершенными людьми, такими же травмированными, как и мы. Это неизбежно ведет к неудачам и разочарованию. Совершенная любовь иногда может проявляться в отношениях, но нельзя рассчитывать на других людей как на постоянный источник любви.

Проявления человеческой любви обычно неидеальны, и все-таки существует другой аспект любви, где она является совершенной, бесконечной и всегда доступной. Она перетекает прямо в сердце из высшего источника всего – называем ли мы это Богом, дао или истинной сутью Будды. Это великая любовь, абсолютная любовь, чистая, безусловная открытость и теплота, которая является сутью нашей природы.

Великая любовь подобна солнцу, а наша травма – облакам, временно не пропускающим ее лучи. К счастью, как облака не могут навредить солнцу, так нельзя уничтожить и нашу врожденную способность излучать душевное тепло и быть открытыми. Исцелить сердечную рану не так просто, как починить сломанную вещь. Человек с раненым сердцем больше похож на заблудившегося в облаках. Можно всю жизнь плутать в них, но это не означает, что само солнце исчезло или испортилось. Исцелить раненое сердце означает сделать нас доступными для солнца, чтобы оно светило и согревало нас.

Впустить любовь

Большинство религий пытаются решить проблему нелюбви, призывая нас к великодушию: нужно сначала полюбить самим, чтобы стать любимым. «Тому, кто имеет, будет дано». «Лучше отдавать, чем брать». Основной принцип духовной жизни, безусловно, верен. Однако рядом с первой существует вторая истина: мы не можем отдать то, чего не можем получить. Земля плодоносит благодаря способности получать и поглощать (солнечный свет и дождь с неба); точно так же и мы можем излучать любовь, только если сами способны принимать ее, впитывать и быть наполненными ею. Если мы сами не чувствуем себя любимыми, как мы сможем по-настоящему полюбить? Если наши раны мешают нам впустить любовь, что и сколько мы можем отдать?

«Любить – значит излучать свет», – пишет Рильке, а «быть любимым – значит пылать». Разве пылать менее духовно, чем излучать свет? И как мы можем излучать яркий свет, если сами не пылаем?

Ключ к любви, очевидно, в большей проницаемости для нее, открытии внутри нас путей, по которым живая сила любви могла бы перемещаться, как воздух в процессе дыхания. Даже если мы верим, что Бог есть любовь и наш долг – любить ближнего своего, от одних убеждений мало толку, пока канал для входа закрыт или сужен и не позволяет великой любви свободно течь в нас и через нас.

Бесчисленное множество книг посвящено тому, как правильно любить. У этой книги есть важное отличие. Она поможет вам сосредоточиться на способности получать любовь и развитии этой способности.

Один секрет человеческой любви обычно упускают из виду: получать ее гораздо страшнее и опаснее, чем дарить. Сколько раз вы не могли принять чужую любовь или даже отталкивали ее? Мы можем сколько угодно утверждать, что хотим быть по-настоящему любимыми, но слишком часто боимся этого, поэтому нам так трудно открыться любви.

Преодолевая страх принятия любви, пары часто занимают противоположные полюсы: один партнер ведет себя как преследователь, другой как убегающий. На первый взгляд кажется, что убегающий боится впустить любовь, но на самом деле обе стороны выбирают контроль, а не чувства. Преследователь требует, соблазняет или устраивает слежку вместо того, чтобы проявить нежность и раскрыться. Он часто боится получать любовь и отвечать, поэтому предпочитает сталкинг. Убегающий сохраняет контроль, отказываясь от контакта. Оба партнера жалуются друг на друга, но ведут они одну игру: используют стратегию, позволяющую избежать рисков полной открытости любви.

Психодуховный подход

Будучи практикующим психотерапевтом, я убедился в силе совмещения психологических и духовных методов для ускорения процесса исцеления и роста. Психологический подход больше фокусируется на проблемах: как мы травмированы в наших отношениях с другими людьми и как это исправить. Духовная работа сосредоточена на истинной сути проблемы: сама наша природа содержит неисчерпаемый ресурс, который можно развить, чтобы сделать жизнь более насыщенной. Психологический подход разгоняет тучи, а духовный открывает солнце. В этой книге оба подхода объединились в психодуховный метод терапии раненого сердца.

В плане психологии эта книга предлагает обзор новых идей и конкретных методов исцеления сердечных ран и избавления от старых обид, чтобы позволить любви свободно течь внутри вас. На духовном уровне она поможет развить способность открываться, справляться с тяжелыми переживаниями, оставаясь в пространстве любви, и более того: принять силу абсолютной любви и дать ей наполнить и осветить жизнь изнутри.

Работа на двух уровнях – устранение психологических травм и принятие великой любви – поможет вам обращаться с другими людьми, самими собой и всей жизнью великодушно и открыто. Вы поймете, что ваша травма не порок или дефект, а скорее стрелка компаса, указывающая направление к большей целостности. Это позволит творчески разрешить противоречие между совершенством любви и неизбежным несовершенством отношений.

Все идеи и методы, изложенные в этой книге, основаны на моем личном опыте и исследованиях, а также на моей практике психотерапевта. Делясь знаниями с людьми на занятиях и семинарах, я видел, как сильно эти знания меняют отношения людей с самими собой и другими. В контексте обучения практические упражнения дают возможность применить материал для разрешения конкретных жизненных ситуаций, пропустить его через себя. Включение практических упражнений в текст книги может мешать ходу повествования, поэтому я решил собрать и объединить их, за несколькими важными исключениями, в отдельном разделе в конце книги. Если вам так удобно, можете обращаться к этому разделу и работать с упражнениями после изучения каждой главы. Практикум поможет усвоить и закрепить знания, приобретенные в процессе чтения.

Пусть все живые существа живут спокойно и счастливо. Пусть всем нам откроется безграничный источник радости внутри и мы сможем поделиться любовью с окружающим миром. Пусть все мы осознаем свою истинную природу как благословенную, сияющую любовь.

Пролог. Чувствовать поддержку любви

В Дэвиде любопытным образом сочетались разные черты: он был привлекательным мужчиной лет сорока, проявлял большой интерес к женщинам и сексу и предпочитал честно и прямо контактировать с людьми. Однако его жизнь омрачала старая травма. Он заводил множество любовных романов, которые никогда не заходили далеко. У него не было проблем с поиском привлекательной партнерши, но повторялась одна и та же история: он либо находил, к чему придраться, и отталкивал женщину, либо держал ее на расстоянии, пока она сама не уходила. Дэвид отчаянно пытался наполнить свою жизнь любовью. Оглядываясь назад и вспоминая всех женщин, с которыми расстался, он признавал, что некоторые могли бы стать ему хорошей парой. Тем не менее в момент разрыва он всегда находил повод для оправдания своего недовольства и ухода. И обратился к психотерапевту, потому что хотел понять, что разрушает его личную жизнь.

Шесть месяцев назад у него завязались новые отношения. Дэвид влюбился в Линн безумно, сильнее, чем в кого-либо прежде. У них были сильная эмоциональная связь, долгие разговоры и потрясающий секс. Но в какой-то момент он спасовал и разорвал эти отношения. Он не мог доверять ей, испугался той боли, которую она могла бы ему причинить.

На первых сеансах Дэвид говорил в основном о Линн и ее неверности, но в конце концов я переключил его внимание на то, что происходило внутри него самого. Его воспитывала взбалмошная депрессивная мать, которая то и дело надолго исчезала. Даже когда мать была рядом, она не могла почти ничего дать сыну в эмоциональном плане. Любые действия Дэвида – от злости до ухода в себя – не приносили внимания и любви, в которых он так нуждался. В результате он просто разуверился в любви, перестал надеяться, что кто-то примет его таким, какой он есть. Дэвид все время пытался производить впечатление на женщин и доказывать свою состоятельность, одновременно обижаясь за то, что ему приходится это делать.

Внешняя привлекательность Дэвида скрывала чувство обиды, которое он едва мог осознать и тем более выразить, потому что в его семье обида и гнев считались величайшим грехом. Злиться и обижаться значило быть отвергнутым. Поэтому одним из способов выражения обиды стало отталкивание любого, кто пытался с ним сблизиться. Дэвид как бы заявлял всем женщинам, с которыми завязывал отношения: «Проваливай, я не доверяю твоему вниманию и привязанности, потому что ты никогда не полюбишь меня по-настоящему». Недоверие к Линн эхом отзывалось в коридорах его прошлого, всей предыдущей жизни, где он никогда не чувствовал себя полностью любимым.

После нескольких недель работы над проблемой и осознания собственной травмы Дэвид снова почувствовал любовь к Линн и захотел ее увидеть, хотя ему все еще было страшно. Размышляя о своей проблеме, в один прекрасный момент он поднял глаза, как бы глядя в небеса, и спросил почти риторически: «И это все? Ты любишь кого-то, открываешься и чувствуешь себя уязвимым, ты впускаешь другого в свою жизнь, этот человек становится важным для тебя, а потом он может выкинуть что угодно: бросить тебя, причинить боль, солгать – и ты ничего не можешь с этим поделать? Это и есть любовь?»

Прямота этих слов задела во мне чувствительную струнку, которая срезонировала с моим личным опытом, и я понимающе улыбнулся. Когда вы стремитесь к глубокой связи с кем-то, когда страсть поднимается из глубины души, как волна, вы не можете ее контролировать. Она просто разрывает вас на части. Вы не можете контролировать не только волну чувств, но и ответ другого человека на эти чувства. Когда-то я сам чувствовал себя таким же уязвимым, испытывая страх и инстинктивное желание защитить себя.

«Когда я открываю сердце кому-то, я вижу глубину и силу этого чувства, – продолжал Дэвид. – Я знаю, что именно этого хочу, в этом самый сок». Он говорил, что приятно сдать позиции, когда сила любви увлекает вперед, заставляя открывать душу все больше и больше и нестись без тормозов. «Но это кажется опасным, как будто меня могут убить».

Дэвид был на острие бритвы, не зная, поддаться ли силе влечения к Линн – это казалось рискованным, – или отступить и перестраховаться. Я спросил: «Из всего, что ты мог бы получить от этих отношений, что бы ты выбрал?» Первыми словами, слетевшими с его губ, было жалобное: «Я не знаю». Я посоветовал ему подольше подумать, заглянуть внутрь себя и найти ответ в глубине души. После паузы мужчина сказал: «Я хотел бы быть с ней и знать, что меня действительно любят». Как только эти слова слетели с его губ, он уточнил: «Может быть, я прошу слишком многого». Я спросил: «На что похоже чувство, когда тебя любят? Что оно тебе дает?» Пауза подлиннее, а затем: «Чувство принятия, чувство, что меня ценят за то, что я есть».

Моим следующим вопросом было: «Что это тебе дает – чувство, когда тебя принимают и ценят?» На этот раз пауза была еще дольше, после чего он тихо сказал: «Я так устал быть независимым и одиноким. Я по-настоящему хочу чувствовать близость». Дэвида преследовало чувство одиночества, он часто говорил, что ощущает себя потерянным и не находит себе места в целом мире. Но в тот раз он впервые прямо признал потребность в связи с другим человеком.

Я понимал, что его беспокоит что-то еще. Я предложил продолжить исследование и спросил, что дало бы ему это чувство связи. Ответ он нашел быстро, даже не успел обдумать свои слова: «Чувство принадлежности кому-то, чувство, что меня обожают просто таким, какой я есть, хотя я не знаю, как это на самом деле, потому что я никогда такого не испытывал».

Краска залила лицо Дэвида после последних слов, и я понял, чего стоил ему этот прорыв. Мы немного поговорили на тему, почему мужчинам трудно признавать желание состоять в отношениях и чувствовать себя любимыми и почему еще труднее признаться в своей уязвимости другому мужчине. Дэвид искал в моем лице признаки осуждения, но я дал понять, что я на его стороне и ценю его готовность делиться со мной. Мы оба посидели некоторое время в тишине, вместе переживая, каково ему было признаваться в своем желании быть любимым.

Часть меня хотела остановиться на этом и дальше пустить дело на самотек. Но мы зашли уже так далеко, что надо было еще кое с чем разобраться. Убедившись, что Дэвид в порядке, я предложил: «Представь себя единственным и обожаемым и посмотри, что это дает тебе внутри, какой опыт ты переживаешь». Он на некоторое время закрыл глаза, затем сказал: «Ощущение, будто меня кто-то держит в своих любящих объятиях… Я прямо сейчас это немного чувствую».

Мы с Дэвидом оба заметно расслабились в этот момент. Теплота, ясность и надежность, которые он испытывал, наполняли комнату.

Дэвид в детстве чувствовал себя настолько оторванным от семьи, что готовность признать потребность отношений, узнать, что им дорожат и любят, стала важным шагом на пути к исцелению от отчуждения. Непосредственно признавая свои потребности, признавая их право на существование, Дэвид принял опыт самопознания тепло и открыто. Это и позволило ему ощутить, что значит быть безусловно принятым и окруженным любовью, именно этого он искал.

Мы прошли долгий путь, и снова у меня возникло искушение остановиться. Но тут же следующий вопрос буквально слетел с языка: «Каково это, чувствовать, что тебя обнимают? Как это влияет на твое тело?» Ответ у Дэвида был уже под рукой, его не надо было искать: «Как будто под ногами у меня появилась твердая почва, которая не даст упасть. В груди тепло и в животе чувство наполненности».

«Что происходит, когда ты осознаешь новые ощущения в животе и груди?»

«Это расслабляет. Что-то во мне успокоилось».

Я посоветовал Дэвиду позволить себе продлить состояние покоя. Это был новый значительный опыт, поэтому было необходимо дать телу пережить расслабление во всей полноте. Через некоторое время он сказал: «По телу распространяется блаженное ощущение тепла, как будто оно пронизывает все мои клетки». Дэвид ощутил внутри свободное движение потока любви, и я рекомендовал и дальше испытывать блаженство во всем теле. Затем задал последний вопрос: «Каково это, позволить любви течь через тебя?»

«Это как причалить к твердой земле и обосноваться в новом месте… Как глубокий отдых… Полное ощущение цельности и целостности».

«Никому не надо ничего доказывать».

«Ровным счетом ничего. Я просто могу быть собой».

Мы подошли к концу исследования. Он обрел почву под ногами в единственном месте, где можно ее найти, – внутри собственного «я», наполненного открытостью и теплотой. Мы называем это любовью, добром или красотой. Он ощутил их в своем теле как наполненность в животе и открытость в сердце. Это ведь и было сокровенное желание Дэвида: отказаться от необходимости кому-то что-то доказывать, чтобы завоевать любовь, расслабиться и стать самим собой, восстановить связь с центром жизненной энергии и своим сердцем. Его охватило глубокое умиротворение, стоило лишь позволить себе осознать желание быть в себе, для себя, в мире с самим собой.

Это был важный поворотный момент в нашей совместной работе. Дэвид открыл чистый, живой родник в пустыне отчуждения, где он раньше блуждал долгие годы. Теперь он мог строить отношения с Линн по-новому, с более сильной позиции и более основательно.

Любовь как поддерживающая среда

Ключевыми моментами сессии были признание Дэвидом глубокой потребности чувствовать себя любимым и первое ощущение этого. В результате он смог расслабиться, успокоиться и погрузиться в себя. Плохие отношения Дэвида с матерью были причиной страха длительных отношений и скрытой ненависти к женщинам. На более глубоком уровне его травма проявилась как отрицание жизни. Ему было сложно признать саму основу существования как нечто безусловное и большее, чем доверительные отношения.

Какова же природа поддержки и заботы, в которой мы все нуждаемся?

Представьте на мгновение, как все во Вселенной удерживается чем-то большим. Земля благодаря силе тяготения движется и вращается в космосе. ДНК заключена внутри клетки, а клетки находятся внутри тканей и органов тела. Листья держатся на дереве, деревья растут из земли. Дети воспитываются в семейном окружении.

Британский детский психиатр Д.В. Винникотт назвал семью «поддерживающей средой», которая делает возможным и обеспечивает здоровый рост ребенка. Помимо физической заботы, необходимой малышу, Винникотт говорил о доброжелательной эмоциональной среде, которую создает семья.

Какая именно поддержка обеспечит развитие человека наилучшим образом? Допустим, вы поднимаете выпавшего из гнезда птенца. Если взять птенца слишком крепко, вы его раздавите. Если слишком слабо, он вырвется и упадет на землю. Надо держать его в ладонях бережно и не давить.

Это и есть два базовых аспекта заботы: контакт и пространство. Контакт состоит из встречи, видения, прикосновения, настройки, связи и заботы. Когда у детей хороший контакт, у них больше шансов развить уверенность в себе, умение поддерживать и принимать себя. Но одного только контакта недостаточно. Детям также необходимо пространство – место, где можно быть самими собой. Контакт без пространства может стать навязчивым, вызывающим клаустрофобию, удушающим.

Винникотт подчеркивал, что малышам необходимо предоставить возможность побыть в собственном «неструктурированном бытии», не мешая им. Когда родителям не удается обеспечить детям пространство свободы, те чувствуют себя подавленными или контролируемыми. В результате они начинают стараться угодить родителям, соответствовать их планам и сами теряют смысл жизни.

Когда родители не навязчивы, когда они признают индивидуальные ритмы и потребности ребенка, когда они уважают его пространство вместо того, чтобы постоянно прерывать его «существование в процессе»⁶ (термин Винникотта), ребенку наедине с собой вполне комфортно. Но если предоставленное пространство не уравновешивается хорошим контактом, это тоже создает проблемы, потому что ребенок чувствует себя брошенным.

Отсюда берут начало два основных типа травм, связанных с любовью и порождающих страх близости. Когда родители навязчивы и не предоставляют достаточно пространства, дети растут в страхе отношений: тесные связи с другими людьми угрожают поглощением, контролем, манипуляциями или насилием. А если родители не обеспечивают теплого эмоционального контакта, дети испытывают страх оттого, что межчеловеческие отношения сопряжены с брошенностью, потерями или лишениями. Страх поглощения обычно делает человека замкнутым, а страх быть покинутым ведет к прилипчивости, хотя у этих двух типов травм может быть много других симптомов. В той или иной форме от этих травм страдает большое количество людей и заставляет их строить отношения «тяни-толкай»: один преследует, другой уклоняется, затем преследователь отступает, когда второй идет ему навстречу.

Когда родители обеспечивают достаточное количество и близости, и пространства, создается благоприятная среда для здорового развития и здоровых отношений. В дружелюбной обстановке дети чувствуют себя в безопасности, могут расслабиться, радоваться жизни и доверять людям. Их сердечный канал открыт и тонко настроен. Такую восприимчивость тибетский мастер медитации Чогьям Трунгпа назвал «мягкой точкой».

Два аспекта заботы – контакт и пространство, сонастроенность и личная свобода – соответствуют двум основным качествам любви – теплоте и открытости, присущим нашей природе. Тепло – это естественный импульс выходить за собственные границы, прикасаться и создавать контакт, радоваться встрече, обнимать и получать удовольствие. Открытость – это способность позволять быть, разрешать, впускать в свою жизнь и принимать других такими, какие они есть, мягко, ненавязчиво, оставляя им свободу пространства, без необходимости доминирования или подчинения своей воле. Дать возможность человеку просто быть собой – величайшее благо, которым мы можем одарить тех, кого любим. Открытость и теплота, слитые воедино, позволяют нам распознавать прекрасное в сути всех вещей, или, говоря проще, любить.

Несмотря на то что эти два качества даны нам от рождения, нужна изначальная искра, чтобы их зажечь. Для детей эта искра – осознание того, что их любят. Дети понимают, что их любят, когда они ощущают искреннюю заботу, то есть когда родители обеспечивают им и теплый контакт, и пространство, позволяющее просто быть собой.

Почувствовать себя любимым – это ключ, как было и в случае Дэвида, к ослаблению напряженности и умению расслабиться. Позвольте потоку любви течь через себя и живите с открытым сердцем.

Глава 1. идеальная любовь, неидеальные отношения

 
Снова и снова терплю поражение —
Нельзя полагаться на других в поисках счастья.
 

Из стихотворения автора

Чистая сущность любви подобна солнцу в безоблачном небе, и ярче всего ее свет в начале и в конце отношений. Когда ребенок рождается, вы чувствуете себя благословленным. В вашу жизнь приходит очаровательное создание, и вы принимаете его полностью, безоговорочно, без каких-либо требований или осуждения. Когда вы влюбляетесь впервые, вас так восхищает чистая красота присутствия этого человека, что ваше сердце широко распахнуто. Какое-то время яркий солнечный свет всеобъемлющей любви льется в полную силу, и вы буквально купаетесь в блаженстве.

Подобное происходит, и когда умирает друг или любимый человек: все ваши претензии к нему исчезают. Вы просто благодарны другому за то, что он или она есть, и за то, что он разделил с вами месяцы и годы в этом мире. Чистая, безусловная любовь сияет, когда люди отбрасывают собственные требования и планы в сторону и полностью открываются друг другу.

Абсолютная любовь – это не то, что мы должны или даже можем придумать или создать. Она наполняет нас естественным образом, когда мы полностью открываемся другому человеку, самим себе или жизни. По отношению к другому это проявляется как бескорыстная забота. По отношению к самому себе – это внутренняя уверенность и принятие себя, согревающее изнутри. По отношению к жизни – это признательность и жизнерадостность, ощущение благополучия.

Абсолютная любовь

Открытость и теплота, исходящие от другого человека, дают нам необходимую подпитку: помогают включить нашу собственную теплоту и открытость, увидеть прекрасное в сути вещей, почувствовать благодать. Свет безусловной любви пробуждает благородство души, помогая семенам добра прорасти, расцвести и принести плоды, позволяет нам реализовать свой уникальный дар и поделиться им с другими. Получить чистую любовь, заботу и признание от другого человека есть великое благословение: это одобрение нашей сущности, это дает нам право говорить себе «да».

Когда два человека видят и ценят друг друга такими, какие есть, они разделяют момент признания «Я – Ты», как назвал бы это Мартин Бубер⁷. Бубер считает такое признание необходимым подтверждением самого факта нашего бытия: мы чувствуем, что мы есть.

Больше всего нас воодушевляет не просто чувствовать себя любимым, а чувствовать себя любимым именно таким, какой вы есть. Какие мы есть значит какие мы в самом своем акте существования. Абсолютная любовь – любовь к бытию.

Сам факт нашего существования больше всех наших личностных черт, больше боли или смятения. Наше явное динамичное присутствие в мире утверждает нашу сущность. Появляется чувство уверенности в себе, основательности и целостности. Когда наше существование очевидно и присутствие полное, поток любви свободно течет через нас, мы готовы открыться другим. Два человека, встретившиеся в состоянии полноты присутствия, проживают вместе идеальные мгновения абсолютной любви.

Важное замечание: сама по себе человеческая личность не является источником абсолютной любви. Свет ее исходит из высшего источника всего сущего и сияет сквозь нас. Мы лишь каналы, по которым течет сияющая сила любви. Протекая по нашим внутренним каналам, любовь наполняет сердца.

Мы естественным образом склонны поглощать эту идеальную пищу: она одновременно и наша сокровенная суть, и кровь нашей жизни. Вот почему каждый ребенок инстинктивно тянется к любви с момента рождения. Мы не можем противиться собственной природе.

Когда ценность и красота нашего существования во внешнем мире безусловно признаны, мы можем расслабиться, отпустить все тревоги и побыть наедине с собой. Расслабляясь, мы открываемся. И тогда энергия обновления вливается и наполняет нас, как свежий воздух наполняет комнату, когда открываешь окно. Приходит ощущение благополучия, подлинной силы. Д.Х. Лоуренс нашел подходящее определение для этого: «Жизнь врывается в нас»⁸.

Мартин Бубер видит в моменте единения «Я – Ты» сбрасывание старой защитной оболочки. Бабочка вылупляется из кокона. Подпитывая себя чистой, безусловной любовью, мы осознаем, как хорошо быть самими собой, хорошо быть живыми, хочется расправить крылья и воспарить. Поток витальности, струящийся через нас, ощущается как абсолютное счастье.

Переживание безусловной любви позволяет обрести внутренний покой в блаженном потоке витальности. Монах-бенедиктинец Дэвид Стейндл-Раст так описал состояние включенности: «Мы на мгновение осознаем, что все принадлежит нам, потому что мы принадлежим всему».

Доступ к чему-то большему, чем способность людей находиться в отношениях, есть один из величайших даров любви. Когда включается внутренняя витальность, мы есть сама жизнь во всей естественной красоте и силе. Когда жизнь принадлежит вам, а вы принадлежите жизни, вы не чувствуете голода и страха. Вы ощущаете органичное достоинство и благородство своего существования независимо от чьего-либо одобрения. В глубоком единении с жизнью вы осознаете, что нет неизлечимых сердечных ран, никогда не было и не может быть.

Абсолютная любовь – основа человеческого существования. Она помогает восстановить связь с нашей подлинной природой. Вот почему она так необходима.

Относительная любовь

Сердце человека – канал, по которому великая любовь излучается вовне. Увы, наш сердечный канал обычно забит мусором: защитными схемами поведения, продиктованными страхом и незнанием того, что мы любимы. Как следствие, естественная открытость, которую мы ощущаем в моменты блаженства, соединяя наши души, редко полностью заполняет человеческие отношения. Чем больше два человека открываются друг другу, тем больше обнаруживается между ними препятствий: глубокие болезненные раны, отчаяние и недоверие – самые сильные эмоциональные триггеры. Жар солнца испаряет влагу с земли и способствует образованию облаков; точно так и чистая открытость любви активизирует облака эмоциональных ран и тучи болевых точек, где мы закрыты, испытываем страх и сопротивляемся любви.

На то есть серьезная причина: прежде чем наш канал прочистится для свободного течения любви, старые травмы должны выйти на поверхность и стать доступными для работы с ними. Любовь – целительная сила, но действует она только тогда, когда потребность исцеления осознана и принята. Пока душевная рана скрыта, она может только гноиться.

Это любовь относительная: солнечный свет абсолютной любви просачивается через облака нашей личности и ее защитные паттерны: страх, недоверие, пассивность, нечестность, агрессию и искаженное восприятие. Относительная любовь, как переменная облачность, неполна, непостоянна и несовершенна. Это непрерывная игра света и тени. Сияние абсолютной любви может вспыхивать только на мгновения.

Проанализируйте собственные отношения и убедитесь, что вы постоянно колеблетесь между открытостью и закрытостью, ясным небом и темными тучами. Когда другой человек отзывчив, внимательно слушает или говорит приятные вещи, что-то в вас начинает открываться само по себе. Но когда другой игнорирует, не слышит вас или угрожает, вы напрягаетесь и зажимаетесь.

Способность ощущать всем сердцем «Да!» по отношению к другому человеку зависит от обстоятельств в каждый момент времени. Это обусловлено химией между нами, ограничениями и паттернами поведения, тем, насколько каждый способен отдавать и брать, далеко ли каждый продвинулся в личностном развитии, насколько мы осознанны и гибки, насколько хорошо общаемся, в какой ситуации оказались и даже насколько хорошо каждый из нас спал прошлой ночью. Относительный значит зависящий от времени и обстоятельств.

Обычная человеческая любовь всегда относительна и не может быть абсолютной постоянно. Относительная любовь, как и погода, непрерывно динамично меняется. Она нарастает и падает, усиливается и ослабевает, меняет форму и интенсивность.

Речь о вещах, в общем-то, очевидных. Но вот в чем загвоздка: мы воображаем, что другой человек – кто-то и где-то! – должен излучать совершенную любовь и любить нас правильно, как нам надо. Первый опыт любви мы обычно приобретаем в отношениях с другими людьми и с тех пор начинаем считать отношения ее главным источником. Затем, когда реальные отношения оказываются далеки от воображаемой идеальной любви, мы думаем, что что-то пошло не так. Обманутая надежда бередит сердечную рану и порождает недовольство другими. Вот почему на первом этапе исцеления раны и освобождения от обиды надо осознать разницу между абсолютной и относительной любовью.

Мы часть божественного замысла, как и все сущее в мире. Это самый глубокий уровень бытия, где нет разделения между «Я» и «Ты». В любой момент можно ощутить теплоту и открыть свое сердце любому живому существу: возлюбленному, ребенку, другу, незнакомцу, идущему по улице, или даже собаке. Когда мы видим прекрасное в ком-то другом, сердечный канал открывается и искра абсолютной любви зажигает нас. В момент единения мы больше не чувствуем себя одинокими или изолированными. Мы наслаждаемся, каждый в своем сердце, совместным переживанием полноты бытия.

Одновременно в относительном плане мы всегда остаемся отдельными и непохожими. Мы живем в разных телах, у нас разные истории, происхождение, семьи, черты характера, ценности, предпочтения, перспективы и, в конце концов, разные судьбы. Каждый из нас видит вещи по-своему и реагирует по-своему, и каждый подход к жизни уникален.

Да, мы можем переживать моменты единения, но только на уровне чистого бытия и чистой открытости. Моя открытость не отличается от вашей, потому что открытость вообще не имеет формы и, следовательно, нет границ, отделяющих нас друг от друга. Встретиться в момент абсолютной любви, слияния бытия-с-бытием, – это как налить воды в воду.

Относительная любовь, напротив, подразумевает обмен на уровне формы, от-личности-к-личности. Каждый человек, как и каждая снежинка, каждое дерево, каждое место, каждое обстоятельство в этом мире, совершенно различны. У каждого есть уникальный характер и способ его раскрыть, отличный от всех остальных. Два человека могут слиться в одно целое в царстве чистой открытости, при этом они безоговорочно остаются двумя отдельными существами в царстве формы.

Во время совместной ночи, отдавая себя друг другу, вы можете почувствовать себя по-настоящему открытым для другого человека, влюбленным и очарованным. Но уже утром, хотя влюбленность между вами осталась, в мозгу всплывают соображения: безопасно ли открываться этому человеку? Могу ли я принять абсолютную инаковость другого человека? Насколько глубоко он или она может меня понять? Хорошая ли мы пара?

Полная близость дарит моменты блаженства в абсолютной любви. Это благодатная почва для мифов о великих историях любви, где встреча происходит вне обычного времени и пространства. Но проблемы отношений возвращают пары на землю и сталкивают с двойственностью относительной любви. Быть разными не так уж и плохо: без уважения определенных различий и поиска новых путей взаимодействия связь пары ослабнет и потеряет живость. Партнеры в результате нездорового эмоционального слияния могут стать созависимыми.

Отношения между двумя людьми – хрупкое равновесие на маленьком клочке земли, да еще эта земля ускользает из-под ног, потому что различия тянут их в разные стороны. Они встречаются в настоящем моменте – и тут же бурные волны воспоминаний, ожидания и травмы из прошлого начинают швырять их из стороны в сторону. Напряжение между единством и двойственностью, близостью и разобщенностью, новыми открытиями и старыми ассоциациями неизбежно, и оно делает относительную любовь неустойчивой.

Это проблема, но лишь в том случае, когда противоречит нашим ожиданиям. Мы воображаем, что относительная любовь устойчива и постоянна, и не можем оценить по достоинству ее особый дар – личную близость. Близость, как возможность разделить с кем-то свою самость, случается только тогда, когда мы встречаемся как две личности, когда я ценю в женщине, что она совершенно другая, но вместе с тем у нас есть что-то общее.

Игра двойственности и единства высекает искры любопытства и страсти, но она же и прерывает близость. Моменты контакта, когда мы преодолеваем огромную пропасть различий, – только моменты, а не постоянный поток. В лучшем случае относительная любовь прекрасна сама по себе, потому что два человека уважают друг друга и наслаждаются своим взаимодействием, несмотря на все различия и житейские перипетии. В худшем случае относительная любовь превращается в мыльную оперу или трагедию.

Если вы рассчитываете на постоянное согласие с другим человеком, вы обрекаете себя на разочарование, досаду и страдание, потому что так не бывает. Каждый человек живет по своим внутренним законам. У каждого свой ритм и уровень чувствительности, и глупо рассчитывать, что другие будут всегда подстраиваться под вас. Это неизбежно приведет к разладу с любимым человеком, поскольку вы оба в разное время хотите разных вещей и друг от друга, и от жизни. Гармония оборачивается диссонансом, понимание – непониманием, порождая боль и разобщение. Даже самые близкие супруги иногда чувствуют себя непонятыми и одинокими.

Даже если кто-то хочет идеально настроиться на нас, он не сможет этого сделать, потому что не сможет точно угадать, чего мы хотим в каждый конкретный момент времени. Прямо сейчас мы можем хотеть близости и возлюбленный обнимает нас, но уже через несколько мгновений желаем для себя больше пространства. Нам трудно понять, чего мы хотим, что происходит внутри нас в каждый конкретный момент, и желания постоянно меняются. Всё так. Каким же образом кому-то другому подстроиться под нас, тем более что у него собственное восприятие, ритмы и потребности?

У каждого разные потребности и взгляды, но мало того: мы не просто хотим любви. Мы хотим быть любимыми только определенным образом, таким, который облегчает боль эмоциональных травм прошлого. Задача трудная, потому что другие должны последовательно примерять свой способ любить на наши потребности. Например, вы боитесь остаться брошенным и давите на партнера, требуя более активного вербального взаимодействия, чем тот привык. Вовлеченность успокаивает вас, позволяет чувствовать близкого человека рядом. А ваша вторая половинка может испытывать от этого страх поглощения. Если давить и требовать согласования его расписания с вашим, он или она будут стремиться вырваться из-под контроля. Ведь он или она чувствуют себя любимыми, только когда имеют достаточно пространства, чтобы побыть наедине с собой. Не ждите, что партнер будет любить вас именно так, как нужно вам: человек захочет уйти от таких отношений, что, в свою очередь, активизирует ваши страхи быть брошенным. Как бы двое ни старались, они не могут избежать ударов по больным точкам и не бить в ответ.

Пусть умом мы понимаем, что никто не будет постоянно сонастроен нам, но мы продолжаем ожидать этого и обвинять другого: «Ты не даешь мне того, что должен/должна». Индийский гуру Свами Праджнянпад описывает этот феномен такими словами: «Каждый проходит через глубокую душевную агонию. Почему? Потому что он хочет иметь, но не получает. Он верит, что должен получить нечто и что это может быть получено. И все же он не получает. В этом причина наших мук и страданий».

Отсюда вопрос: действуем ли мы сами с любовью, когда пытаемся заставить других любить в соответствии с нашими ожиданиями? Разве это не форма контроля? Ожидания в отношениях часто скрывают тонкую форму насилия, поскольку требуют от другого подчиниться нашей воле.

Относительная любовь, как ни крути, несется по неровной дороге. После сокровенного момента единения «Я – Ты» мы возвращаемся к восприятию любимого человека как «другого», «какого-то там», ставшего объектом наших потребностей, реакций или надежд. «Такова пафосная меланхолия нашей судьбы, – пишет Бубер, – каждое „Ты“ рано или поздно должно для нас превратиться в „Оно“… Подлинное созерцание не длится долго… и любовь не может длиться вечно [в чистом состоянии]. Каждое „Ты“ обречено стать вещью или служить хозяину, как служит вещь. Эта история повторяется бесконечно». Чистая любовь может быть нашей глубинной сутью, только вот ее проявление зависит от прошлых и настоящих условий. Мать безусловно любит свое дитя, но если его поступок ее расстроит или день не задался, она может жестко обойтись с ребенком.

Разделение неизбежно, и мы неизбежно превращаем все, что любим, в предмет своих надежд и страхов. Радость единения «Я – Ты» в отношениях то и дело переходит в завихрения симпатий и антипатий, согласия и несогласия, близости и отстраненности. Муж может быть сегодня добрым и терпеливым с женой, а назавтра вся скрытая ярость может выплеснуться наружу. Только что глаза возлюбленной сияли чистым счетом любви, а через секунду вы ляпнули что-то не то, и она смотрит на вас как на врага.

Чистая любовь абсолютна и всеобъемлюща, в то же время симпатии и антипатии действуют на уровне личных взаимодействий. Мы живем на обоих уровнях. Понимание этого избавит от путаницы в мыслях, возникающей из-за противоречивых чувств «Я люблю тебя, но сейчас я тебя терпеть не могу». Мы не можем устоять перед теми качествами других людей, что отвечают нашим вкусам и предпочтениям, но тут же замечаем качества, которые нам не по душе. Только на продвинутом уровне духовного развития люди когда-нибудь освободятся от власти симпатий и антипатий. Относительная любовь неизбежно содержит в себе долю амбивалентности или смешанных чувств.

Муж и жена, родитель и ребенок, друг и подруга никогда не удерживают состояние гармонии или единения надолго. Такова природа вещей: за каждым порывом навстречу друг другу следует отдаление. Это не изъян творения и не ошибка в устройстве любви, человека или Вселенной. Это не значит, что ты плохой, или другие плохие, или жизнь несправедлива, или что-то в этом роде. Жизнь пульсирует циклами подъема и спада, движения вперед и назад, расширения и сжатия, синергии и энтропии.

Энергия движется волнами, а волны по определению имеют пики и спады. Без спадов не бывает пиков. Соединение возможно только после разделения, а понимание возникает после недопонимания.

Не будь в отношениях спадов и подъемов, они стали бы для нас кабалой. Вместо динамичного танца начался бы застой. Относительная любовь несовершенна и непостоянна, как и все остальное на этой земле. А человеческий опыт взаимодействия с миром всегда внезапный, незавершенный, беспорядочный. Ничто не длится вечно. Ничто не остается неизменным. Нельзя насытиться раз и навсегда. Все подлежит пересмотру.

Однако мы считаем катастрофой чередование восхитительных взлетов новой любви с падениями в зоны конфликтов и страданий. Этого не должно было случиться! Постарайтесь взглянуть на спады как на неизбежные минимумы волны относительной любви, и тогда размолвки с большей вероятностью станут трамплином для нового понимания и близости.

Посмотрим честно на свою жизнь. Скорее всего, никто рядом с нами не был постоянно и абсолютно надежным. Нам хочется верить, что у кого-то где-то, может быть кинозвезд или людей высокодуховных, бывают идеальные отношения, но это не более чем плод наших фантазий. Проявите больше внимания. У каждого есть свои страхи, слепые зоны, скрытые планы, неуверенность, склонности к агрессии и манипуляциям, болевые точки и триггеры, блокирующие каналы, по которым может свободно течь любовь. Мы хотим любить от чистого сердца, но внутренние ограничители обуславливают колебания и изменчивость чувств.